Гай стэндинг прекариат новый опасный класс: Гай Стэндинг «Прекариат: новый опасный класс»

Содержание

Гай Стэндинг «Прекариат: новый опасный класс»

Британский экономист Гай Стэндинг описывает классовые отношения в глобальной рыночной системе XXI века и процесс формирования нового трудового класса, занимающего предпоследнюю позицию перед нищими. Стэндинг дал ему название «прекариат» (от английского precarious — «нестабильный» — и слова «пролетариат»).

Изданная в 2011 году книга британского экономиста Гая Стэндинга описывает новый трудовой класс, находящийся в настоящий момент в процессе формирования. Стэндинг дал ему название «прекариат» (от английского precarious — «нестабильный», «неустойчивый», — объединенного со словом «пролетариат») и включил его в одну из семи групп, отражающих, по его мнению, «классовые отношения в глобальной рыночной системе XXI века». При этом автор поставил прекариат на предпоследнюю позицию перед беднотой, живущей и умирающей на улицах.

Прекариат — это социально-экономическая группа (в некоторых странах она составляет четверть взрослого населения), характеризующаяся тремя особенностями: ее представители заранее не обеспечены рабочими местами; помимо непосредственной оплаты труда, они не получают дополнительных социальных гарантий в виде пенсий и пособий по безработице; люди, принадлежащие к этому классу, часто лишены определенных гражданских прав, которые есть у других членов общества. Прекариат растет за счет мигрантов, женщин, учащихся.

Среди причин, ведущих к возникновению прекариата, Стэндинг называет переход к гибким трудовым отношениям, возникшим неизбежно в ходе формирования в 1975–2008 годах глобального трудового процесса. Стэндинг озвучивает определенные опасения, связанные с появлением этого класса. Снижение потенциальной угрозы, которая может привести к серии социальных взрывов, Стэндинг видит в так называемой «политике рая» – немедленном пересмотре понятий свободы, равенства и братства с точки зрения прекариата.

Реализация новых мер, предлагаемых автором, находится, безусловно, в компетенции государств. Но каждому читателю этой книги Стэндинг напоминает о необходимости измерять ситуацию с позиции человечности: «прекариат не жертва, не злодей и не герой — это просто люди, такие же, как большинство из нас».

Об авторе

Гай Стэндинг (1948) — британский исследователь, преподаватель, специалист в области экономики труда. Сооснователь и сопрезидент Всемирной сети базового дохода (Basic Income Earth Network) — неправительственной организации, объединяющей экономистов, философов и других ученых и пропагандирующей внедрение экономической модели «безусловного базового дохода». Иными словами, организация подразумевает гарантированное удовлетворение минимальных материальных потребностей всех граждан. В 1993–1996 годах Стэндинг — участник Консультативного совета при Федеральной службе занятости России. Автор многочисленных публикаций и книг по вопросам трудовых отношений в современном мире.

РОСФОТО Гай Стэндинг. Прекариат: новый опасный класс

Соглашение об условиях предоставления услуги онлайн-продажи билетов Федеральным государственным бюджетным учреждением культуры «Государственный музейно-выставочный центр РОСФОТО»

Настоящий документ — «Пользовательское соглашение» является офертой (в соответствии со статьей 437 Гражданского кодекса РФ). Безусловным принятием (акцептом) условий настоящей Оферты, в соответствии со статьей 438 Гражданского кодекса РФ, считается пользование Клиентом услугой онлайн-продажи.

Настоящая Оферта содержит условия заказа и оплаты услуг РОСФОТО. Совершая действия по заказу/покупке/оплате билета в РОСФОТО, Клиент полностью и безоговорочно принимает и обязуется неукоснительно соблюдать все условия настоящего Соглашения.

РОСФОТО предоставляет возможность оплачивать билеты посредством компьютерной сети Интернет, используя для расчетов «Платёжные системы». Указанная услуга по онлайн-продаже доступна Клиенту при наличии у него компьютера или иного устройства, позволяющего осуществить доступ в сеть Интернет, а также доступа к сети Интернет.

Все вопросы, связанные с предоставлением прав доступа в сеть Интернет, покупкой и настройкой для этого соответствующего оборудования и программных продуктов, настоящим Соглашением не регулируются и решаются Клиентом самостоятельно.

  1. ОСНОВНЫЕ ТЕРМИНЫ

1.1. Банковская карта — инструмент для совершения её держателем операций с денежными средствами, находящимися у банка, выпустившего карту, в соответствии с законодательством РФ и договором с банком-эмитентом.

1.2. Билет — документ, выполненный на бланке строгой отчетности, предоставляющий право посещения Мероприятий.

1.3. Возврат — оформленный в соответствии с условиями настоящего Соглашения возврат Платежа на Банковскую карту Клиента.

1.4. Заказ — один или несколько Билетов на одно Мероприятие, выбранных Клиентом из Системы и объединенных в Системе единым идентификационным номером, на основании которого осуществляется временное изъятие (бронирование) указанных Билетов из общей продажи в Системе.

1.5. Кассы РОСФОТО — кассы РОСФОТО для продажи билетов.

1.6. Клиент (Пользователь) — физическое лицо, достигшее 18-летнего возраста, или уполномоченный представитель юридического лица, использующие Банковскую карту на основании договора с банком-эмитентом, прошедшие Регистрацию на Сайте и использующие Сайт для получения информации и Заказа Билетов.

1.7. Мероприятие — выставки, а также иные события, посещение которых возможно только при предъявлении Билета.

1.8. Платеж — перевод денежных средств в размере Стоимости Заказа на счет РОСФОТО с помощью Банковской карты.

1.9. Система (платежная система) — совокупность финансовых институтов, объединенных между собой на договорной основе, а также включающая в себя программные, аппаратные и технические средства, обеспечивающие информационное и технологическое взаимодействие, необходимое для осуществления расчетов между «Покупателями» и «Продавцом».

1.10. Оплата заказа — подтверждение со стороны Системы факта списания денежных средств с Банковской карты Клиента.

1.11. Покупка — факт оплаты Заказа, подтверждаемый Ваучером, который бесплатно обменивается на Билеты в Кассах РОСФОТО.

1.12. Сайт — WEB-сайт РОСФОТО, размещенный в сети Интернет по электронному адресу www.rosphoto.org, предназначенный для размещения информации и бронировании Билетов.

1.13. Соглашение — настоящее пользовательское соглашение.

1.14. Ваучер — документ в электронном виде или на бумажном носителе, подтверждающий факт осуществления Клиентом оплаты Билетов на Сайте. Ваучер Заказа не является Билетом и не дает права посещения Мероприятия.

1.15. Стоимость Заказа определяется Сторонами при каждом определенном Заказе на основе действующих расценок РОСФОТО на момент оформления Заказа на Сайте.

1.16. Стороны — РОСФОТО, Клиент.

1.17. РОСФОТО (Продавец) — Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Государственный музейно-выставочный центр РОСФОТО», ИНН 7813173210 КПП 783801001 ОГРН 1027806860740; место нахождения: 190000, Санкт-Петербург, ул. Большая Морская, д.35, литера М.

1.18. Правила платежных систем — свод документов, регулирующих деятельность платёжных система VISA и MasterCard.

2. ПРЕДМЕТ СОГЛАШЕНИЯ

2.1. Соглашение регулирует поведение Клиента при получении информации и осуществлении Заказа при приобретении Билетов с использованием Сайта.

2.2. Соглашение является договором между Клиентом и РОСФОТО (далее — Сторона, Стороны) и регламентирует использование Клиентом Сайта РОСФОТО.

2.3. Слова и выражения, выделенные заглавными буквами по тексту настоящего Соглашения, если не определены непосредственно по тексту таковыми, имеют значения, предусмотренные для них в разделе 1 настоящего Соглашения.

3. ВСТУПЛЕНИЕ СОГЛАШЕНИЯ В СИЛУ

3.1. Соглашение вступает в силу с момента нажатия на кнопку «Заказать» при бронировании Билетов.

3.2. РОСФОТО оставляет за собой право вносить изменения в настоящее Соглашение без дополнительного уведомления Клиента и предупреждает Клиента о том (а Клиент настоящим принимает и соглашается с тем), что при каждом новом Заказе Клиент обязан ознакомиться с текстом Соглашения на предмет внесенных изменений. Текст Соглашения постоянно размещен на Сайте РОСФОТО по адресу: https://rosphoto.org/terms-of-service-online-tickets

3.3 Согласие Клиента с условиями настоящего Соглашения выражается в форме размещения своего электронного адреса в регистрационной форме при бронировании Билетов.

4. РЕГИСТРАЦИЯ

4.1. Регистрация на Сайте:

— Клиент обязуется заполнить все поля регистрационной формы (электронной анкеты) на Сайте при бронировании Билетов.

4.2. Клиент обязуется:

— указать действующий адрес электронной почты (e-mail), принадлежащий Клиенту;

— указать действующий номер телефона, принадлежащий Клиенту;

— ввести ФИО получателя Билетов в Кассах РОСФОТО;

— выразить своё согласие с условиями Соглашения (см. пункт 3.3 настоящего Соглашения).

5. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ КЛИЕНТА

5.1. Клиент обязан полностью соблюдать условия настоящего Соглашения.

5.2. Клиент имеет право осуществлять Заказ на Сайте и возврат Платежа в соответствии с условиями настоящего Соглашения.

5.3. Клиент обязан добросовестно использовать Сайт (только в целях, не противоречащих настоящему Соглашению и в том порядке, как предписывает настоящее Соглашение). Запрещается использование программных средств для модификации данных и иных способ несанкционированного доступа к функционалу Сайта.

5.4. Клиент не имеет права воспроизводить, повторять, копировать, перепродавать, размещать на других сайтах, использовать в коммерческих или рекламных целях информацию с Сайта, в том числе информацию о предложенных на Сайте Билетах и ценах на Билеты.

5.5. Право посещения Мероприятий РОСФОТО предоставляется Клиенту на основании Билета, выполненного на бланке строгой отчетности и выданного в кассе РОСФОТО на основании Ваучера.

6. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ РОСФОТО

6.1. РОСФОТО предоставляет Клиенту возможность осуществлять Заказ Билетов через Сайт РОСФОТО и их Возврат в соответствии с условиями настоящего Соглашения.

6.2. РОСФОТО обязуется указать на Сайте цену для всех Билетов, которые доступны для Заказа. Заказ Билетов для льготных категорий граждан не производится.

6.3. РОСФОТО имеет право в одностороннем порядке изменить цену Билетов, предлагаемых на Сайте, при этом Стоимость ранее оплаченных Заказов остается неизменной.

6.4. РОСФОТО имеет право направлять Клиентам информационные сообщения, связанные с оказанием услуг (в том числе с оформлением Заказа).

6.5. РОСФОТО имеет право по своему усмотрению устанавливать лимиты на количество приобретаемых Клиентом Услуг.

6.6. РОСФОТО вправе аннулировать Заказы Клиента, нарушающего условия настоящего Соглашения.

7. ПРАВИЛА ПОКУПКИ И ВОЗВРАТА БИЛЕТОВ

7.1. Валюта Платежа и Возврата

7.1.1. Валютой списания денежных средств с Банковской карты Клиента в соответствии с действующим законодательством РФ является российский рубль.

7.1.2. Валютой Возврата денежных средств на банковскую карту Клиента в соответствии с действующим законодательством РФ является российский рубль.

7.2.Порядок совершения Заказа при оплате Банковской картой

7.2.1. После выбора необходимых Билетов Клиент приступает к оформлению Заказа посредством нажатия кнопки «Заказать» и поэтапно проходит все ступени формирования Заказа.

7.2.2. В любой момент до окончательного подтверждения Заказа и совершения Платежа Клиент вправе отказаться от неоплаченного Заказа, если какие-либо условия настоящего Соглашения являются неприемлемыми для Клиента.

7.2.3. Для оплаты Заказа Клиент автоматически перенаправляется на сайт Системы, где проверяются данные Банковской карты Клиента. При успешном проведении Платежа со счета Банковской карты снимается сумма в размере стоимости Заказа. В случае, если оплата Заказа не была завершена и/или завершена неуспешно, Клиент вправе оформить новый Заказ и произвести его оплату согласно порядку, указанному в пункте 7.2 настоящего Соглашения.

7.2.4. При успешной оплате Клиент получает на адрес электронной почты, указанный в процессе оформления Заказа, ссылку на ваучер для его распечатывания.

7.2.5. Ваучер подлежит обязательному обмену на Билет, изготовленный на бланке строгой отчётности. Обмен Ваучера на Билет производится в Кассах РОСФОТО в день посещения. Срок действия Ваучера составляет 14 дней с момента его получения Клиентом.

7.2.6. Для получения Билетов Клиенту необходимо предъявить документ, удостоверяющий личность, и Ваучер в распечатанном или электронном виде.

7.2.7. В случае одностороннего отказа Клиента от Заказа, Клиент имеет право на возврат суммы, уплаченной им при оформлении Заказа в соответствии с пунктом 7.7 настоящего Соглашения.

7.3. Отказ в выдаче Билетов

7.3.1. РОСФОТО имеет право отказать Клиенту в выдаче Билетов в случае:

а) при получении информации от Системы о совершении или подозрении на совершение мошеннической операции с использованием Банковской карты Клиента до возврата Платежа на Банковскую карту Клиента;

б) если Билеты по соответствующему Заказу были выданы Клиенту ранее;

в) в случае невозможности идентифицировать личность получателя Билетов;

г) возврата Платежа по соответствующему Заказу до момента обращения Клиента в Кассу для получения Билета по Заказу;

д) несовпадения личных данных о Клиенте (ФИО), указанных в Ваучере и в предъявленном Клиентом документе, удостоверяющем личность.

7.3.2. Стороны пришли к соглашению, что в случае отказа РОСФОТО в выдаче Клиенту Билетов по основаниям указанным в пункте 7.3.1, факт неполучения Клиентом Билетов по соответствующему Заказу будет признаваться Сторонами фактом неполучения Билетов по вине Клиента и освобождает РОСФОТО от возврата Клиенту суммы Платежа по соответствующему Заказу.

7.3.3.Если клиент фактически не получил Билет по соответствующему Заказу в срок, указанный в пункте 7.2.5, то такое событие является достаточным основанием для РОСФОТО прекратить свои обязательства по настоящему Соглашению в одностороннем порядке в соответствии с условиями Соглашения и считать свои обязательства перед Клиентом выполненными в полном объеме.

7.4. Безопасность Платежей

7.4.1. Клиент обязан совершать Платежи только при помощи собственной Банковской карты.

7.4.2. Безопасность Платежей обеспечивается процессинговым центром «ПСКБ Онлайн» (пункт 7.6.2 настоящего Соглашения).

7.5. Аннулирование Заказа

7.5.1. РОСФОТО вправе аннулировать Заказ в случаях, указанных в пунктах 7.2.7 и 6.6 настоящего Соглашения.

7.5.2. РОСФОТО имеет право в случае неполучения подтверждения об успешном Платеже от Системы аннулировать Заказ через 2 (два) часа после его оформления Клиентом на Сайте.

7.5.3. РОСФОТО вправе аннулировать Заказ в случае технического сбоя программно-аппаратного комплекса при осуществлении Заказа. Стоимость Заказа при этом возвращается на Банковскую карту, при помощи которой был совершен соответствующий Платёж в соответствии с пунктом 7.7.2.2 настоящего Соглашения.

7.6. Информационная поддержка Клиента

7.6.1. В случае возникновения вопросов, не связанных с осуществлением Платежа, Клиент может обратиться в РОСФОТО по телефону: (812) 314-12-14 (с 10:00 до 18:00) или по электронной почте по адресу: [email protected]

7.6.2. По всем вопросам, претензиям и пожеланиям, связанным с осуществлением Платежа с использованием Банковской карты, Клиент должен обращаться в службу технической поддержки процессингового центра «ПСКБ Онлайн»: [email protected] или по телефонам: 8 800 200 35 65, (812) 332 26 26.

7.7. Правила Возврата

7.7.1.Правила возврата Платежа по запросу Клиента до обмена Ваучера на Билет в Кассе РОСФОТО

7.7.1.1. Возврат Платежа за оплаченный Заказ проводится только за заказы, оформленные на Сайте РОСФОТО при помощи Банковской карты и не полученные в Кассах РОСФОТО.

7.7.1.2. Для осуществления Возврата Клиент должен заполнить Заявление в электронном формате (скачать бланк заявления в формате MS Office) и отправить его по электронной почте по адресу: [email protected]

7.7.1.3. Обработка запросов на осуществление Возврата осуществляется в рабочие дни с 10:00 до 17:00 по московскому времени. Запрос принимается РОСФОТО в обработку только после выполнения Клиентом в полном объеме условий, установленных в пункте 7.7.1.2. Запрос в свободной форме (без заполненного заявления на возврат) или заявление, заполненное некорректно, не являются основанием для Возврата.

7.7.1.4. При принятии запроса на Возврат менее чем за 3 (три) дня до даты окончания срока действия Ваучера РОСФОТО оставляет за собой право не осуществлять возврат стоимости Билетов Клиенту.

7.7.2. Правила Возврата Билетов, приобретенных при помощи Банковской Карты на Сайте и полученных в Кассах РОСФОТО

7.7.2.1. Оформление Возврата Билета производится только в Кассах РОСФОТО.

7.7.2.2. Возврат стоимости Билета осуществляется только на Банковскую Карту, с которой был произведен Платеж.

7.7.2.3. Для Возврата Билета Клиент заполняет заявление (выдается на Кассе), в котором указывает: фамилию, имя, отчество, номер Ваучера, номер паспорта, адрес электронной почты и номер Банковской карты, с которой был произведен Платеж, дату Заказа, сумму Заказа и номер Билета. Заявление, заполненное некорректно, не является основанием для Возврата стоимости Билета. Для оформления Возврата Клиенту необходимо предъявить документ, удостоверяющий личность и Билет.

7.7.3. Правила Возврата Билетов по инициативе РОСФОТО

7.7.3.1. При Возврате платежа в случае отмены Мероприятия или в случае замены Мероприятия, если Билеты подлежат возврату, а также в случае возникновения технических сбоев, послуживших причиной некорректного оформления Заказа или осуществления Платежа, РОСФОТО аннулирует Заказ и возвращает Клиенту Платеж в полном объеме.

7.7.4. Стороны пришли к соглашению, что возврат Платежа по соответствующему Заказу в соответствии с условиями настоящего Соглашения и/или Правилами Международных Платёжных Систем и законодательством РФ, будет расцениваться Сторонами как событие, которое является достаточным основанием для РОСФОТО прекратить свои обязательства по настоящему Соглашению и считать свои обязательства перед Клиентом выполненными в полном объёме.

7.8. Датой возврата Платежа считается дата списания денежных средств со счёта РОСФОТО. За дальнейшее прохождение денежных средств РОСФОТО ответственности не несет.

8. КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ ИНФОРМАЦИИ

8.1. РОСФОТО обязуется не разглашать полученную от Клиента информацию. Не считается нарушением предоставление РОСФОТО информации лицам, действующим на основании договора с РОСФОТО, для исполнения обязательств перед Клиентом. РОСФОТО предоставляет доступ к персональным данным Клиента только тем работникам, подрядчикам и агентам, которым эта информация необходима для обеспечения функционирования Сайта и предоставления услуг Клиенту.

8.2. Обработка данных Клиента осуществляется в соответствии с соблюдением действующего законодательства РФ. РОСФОТО обрабатывает данные Клиента в целях предоставления Клиенту услуг, проверки, исследования и анализа таких данных и для связи с Клиентом. РОСФОТО принимает все необходимые меры для зашиты данных Клиента от неправомерного доступа, распространения, изменения, раскрытия или уничтожения.

8.3. Принимая условия Пользовательского соглашения на Сайте, Клиент дает согласие на обработку персональных данных, как с использованием средств автоматизации, так и без таковых, включая сбор, систематизацию, накопление, хранение, уточнение, использование, распространение (в том числе передачу), обезличивание, блокирование, уничтожение персональных данных, предоставленных Клиентом в связи с выполнением настоящего Соглашения, а также иных действий, предусмотренных Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».

8.4. РОСФОТО не проверяет достоверность предоставленных Клиентом данных и не осуществляет контроль их актуальности, но исходит из того, что Клиент предоставляет достоверные и достаточные данные по вопросам, предлагаемым в форме Регистрации, и поддерживает эту информацию в актуальном состоянии. Всю ответственность за последствия предоставления недостоверных или недействительных персональных данных несет Клиент.

8.5. РОСФОТО вправе использовать предоставленную Клиентом информацию, в том числе персональные данные, в целях обеспечения соблюдения требований применимого законодательства (в том числе в целях предупреждения и/или пресечения незаконных и/или противоправных действий Клиента). Раскрытие предоставленной Клиентом информации может быть произведено лишь в соответствии с применимым действующим законодательством по требованию суда, правоохранительных органов и в иных предусмотренных законодательством случаях.

9. ОГРАНИЧЕНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

9.1. Клиент соглашается с тем, что использует Сайт и предоставляемую им функциональность «как есть», на свой собственный риск. РОСФОТО не принимает на себя ответственность, в том числе и за соответствие Сайта целям и ожиданиям Клиента.

9.2. РОСФОТО не несет ответственности по договорам, заключенным между Клиентом и третьими лицами.

9.3. РОСФОТО имеет право в любой момент в одностороннем порядке прекратить действие Сайта в целом или части его функций без предварительного уведомления Клиента. РОСФОТО не несет ответственности за временное или постоянное прекращение работы Сайта.

9.4. РОСФОТО прилагает все возможные усилия для обеспечения нормальной работоспособности Сайта, однако РОСФОТО не несёт ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по Соглашению перед клиентом в части возмещения убытков (ущерба), прямых или косвенных, произошедших из-за невозможности использования Сайта.

9.5. В случае наступления форс-мажорных обстоятельств, а также аварий или сбоев в программно-аппаратных комплексах третьих лиц, сотрудничающих с РОСФОТО, или действий (бездействий) третьих лиц, направленных на приостановку или прекращение функционирования Сайта, возможна приостановка работы Сайта без какого-либо уведомления Клиента.

9.6. РОСФОТО не несет ответственности за сроки осуществления Платежей банками и иными организациями, в том числе при возврате Платежей Клиенту.

9.7. При любых обстоятельствах ответственность РОСФОТО перед Клиентом ограничена стоимостью приобретаемых Клиентом Билетов.

9.8. Стороны освобождаются от ответственности за полное или частичное неисполнение своих обязательств, если такое неисполнение явилось следствием действия обстоятельств непреодолимой силы, возникших после вступления в силу Соглашения, в результате событий чрезвычайного характера, которые Стороны не могли предвидеть и предотвратить разумными мерами.

9.9. РОСФОТО не несет ответственности по возникшим между Клиентом и Системой и/или кредитным учреждением спорам и разногласиям по Платежам.

10. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

10.1. Настоящий документ является исчерпывающим Соглашением между Клиентом и РОСФОТО, определяет условия пользования Сайтом. В случае возникновения противоречий текст Соглашения, размещенный на сайте, будет иметь преимущество по сравнению с любым иным текстом Соглашения.

10.2. В случаях, не указанных в Соглашении, отношения между РОСФОТО и клиентом регулируются действующим законодательством РФ.

10.3. В случае возникновения разногласий и споров по поводу Соглашения и области его действия, РОСФОТО и Клиент предпримут все возможные усилия к их разрешению путем переговоров. В случае невозможности разрешения споров путем переговоров они будут разрешаться в суде в порядке, определенным действующим законодательством РФ.

10.4. Клиент настоящим подтверждает, что ознакомился и принимает полностью (и без каких-либо дополнительных оговорок) условия настоящего Соглашения. Клиент настоящим обязуется полностью соблюдать в своих взаимоотношениях с РОСФОТО все условия настоящего Соглашения.

Революционный потенциал: что собой представляет прекариат, новый и взрывоопасный социальный слой | Книги

Очередь у биржи труда. Китай.

Joe Tan / REUTERS

Краткий пересказ книги Гая Стэндинга «Прекариат. Новый опасный класс» (М., Ad Marginem, 2014).

Контекст

Гай Стэндинг – экономист, профессор Школы восточных и африканских исследований Лондонского университета, действительный член Британской академии социальных наук. Также является одним из идеологов и основателей Всемирной сети базового дохода (BIEN), борющейся за экономическое равенство путем выплат денежного довольствия гражданам независимо от того, работают они или нет.

«Прекариат» захватывает и держит в напряжении как хороший английский детектив, где смешались воедино политика, деньги и амбиции.

Впрочем, «Прекариат» увлекает не только детективным стилем изложения глобальных политических, экономических и социальных проблем постиндустриального общества.

Он рисует пусть и несколько спорную, но аргументированную и логически выстроенную картину разрушения мировой экономики. Вдобавок педантично, как летописец, Стэндинг фиксирует все детали, показывая, как текущие социальные тренды и нормы воздействуют на современных людей на всех уровнях их бытия. Безусловно, можно отказаться от субъективной интерпретации описанных Стэндингом процессов и явлений, но отрицать факт их существования бессмысленно.

Как заметила в рецензии на «Афише» Варвара Бабицкая, «эта книга – хороший повод в очередной раз подвергнуть левую идею ревизии, ну или узнать врага в лицо».

Что такое прекариат?

«Прекариат» (неологизм от англ. precarious – опасный, рискованный + пролетариат) – попытка классификации современного общественного строя, значительно изменившегося в XXI веке. В социальной пирамиде Стэндинга разделение на классы идет по принципу пирамиды Маслоу: от базовых потребностей к наивысшим. Только осью пирамиды при этом служит доход и сопряженные с ним ценности – стабильность, защищенность и уверенность в завтрашнем дне. И прекариат занимает одну из самых обширных и шатких нижних ступеней. А на его плечи, подобно атланту, постоянно давит плутократия (суперграждане) и салитариат (работники, получающие постоянное жалованье и имеющие надежные трудовые гарантии) – верхушка этого социального айсберга. Все, что пока может сделать прекариат, – это периодически вставать одной ногой на ступень ниже, чтобы удержать этот груз. Но если ему не помочь, то очень скоро он расправит плечи, предостерегает Стэндинг.

Дитя глобализации

Родителями прекариата стали неолиберальные западные политики и бизнесмены 80-х. Проблема, которую они пытались решить, была очевидна: с ростом мирового производства росла и стоимость труда тех, кто в нем участвовал. Жестокий дарвинистский закон рынка – конкуренция – требовал от владельцев корпораций снижать издержки. Одним из самых простых и эффективных методов было сокращение расходов на оплату труда. Однако сделать это при наличии системы профсоюзов, социальных и государственных гарантий для в какой-то степени привилегированного рабочего класса не представлялось возможным без смены политического курса. При этом на глобальную арену выходили страны – вчерашние колонии вроде Индии – с более низким уровнем жизни и, как следствие, более низкой стоимостью труда.

Тогда и оформилась политическая максима, приведшая к установлению рыночной экономики: «Если рынок труда не станет более гибким, затраты на оплату труда возрастут и корпорации будут переводить производство и инвестиции в места, где такие затраты меньше, и финансовый капитал будет инвестировать в эти страны, а не в родные».

Читать онлайн "Прекариат: новый опасный класс" автора Стэндинг Гай - RuLit

Гай Стэндинг

Прекариат: новый опасный класс

© Guy Standing, 2011

© Нина Усова, пер., 2014

© ООО «Ад Маргинем Пресс», 2014

© Фонд развития и поддержки искусства «АЙРИС» / IRIS Art Foundation, 2014

Эта книга – о новой группе людей, появившейся на мировой арене, о классе, который пока еще находится в процессе становления. В связи с этим в данной работе дается попытка ответить на пять вопросов: что это за класс? Почему нас должен беспокоить его рост? Почему он растет? За счет кого он пополняется? И к чему это все может привести?

Последний вопрос особенно важен. Существует опасность, что, если мы не поймем сути и назначения прекариата, для общества все это может закончиться политикой ада. И это не просто предположение, а вполне реальный и малоприятный прогноз. Избежать этого можно лишь в том случае, если прекариат станет классом «для себя», с эффективным представительством, и окажется достаточно силен, чтобы сформировать новую «политику рая», более-менее утопическую программу и стратегию, которую могли бы подхватить политики и так называемое гражданское общество, в том числе многочисленные неправительственные организации, которые слишком часто заигрывают с соответствующими полугосударственными организациями.

Пора осознать проблему мирового прекариата, и как можно скорее. В нем зреет недовольство и обеспокоенность. И хотя в данной книге больше говорится о роли прекариата как жертвы, а не освободителя, стоит сразу подчеркнуть, что было бы неверно рассматривать прекариат только как страдальцев. Многие примкнувшие к нему ищут чего-то лучшего, нежели то, что могло предложить им индустриальное общество и лейборизм двадцатого века. С тем же успехом их можно назвать не жертвами, а героями. И они уже показывают, что прекариат может стать предвестником «хорошего общества» двадцать первого века.

Ситуация такова, что, пока прекариат рос, скрытая реальность глобализации вышла наружу во время финансового кризиса 2008 года. Слишком долго откладывавшееся всемирное регулирование «окорачивает» страны с высоким уровнем доходов, а страны с низким – подтягивает. Если эти диспропорции, на которое большинство правительств в последние два десятилетия закрывали глаза, радикально не исправить, последствия могут оказаться весьма болезненными и взрывоопасными. Глобальная рыночная экономика может со временем поднять уровень жизни повсюду – это признают даже ее критики, – но лишь наивные мечтатели станут отрицать, что миллионам людей в мире она принесла лишь неуверенность в завтрашнем дне. И в первую очередь прекариату. Но он еще не обрел собственного голоса и не способен предъявить свою программу. Это не «ущемленный средний класс» (squeezed middle), не «низший класс» (underclass) и не «беднейший рабочий класс» (lower working class). Он уже осознает свою уязвимость по определенному ряду позиций и выдвинет столь же определенное число требований. Когда я только задумал писать эту книгу, я представил интересующие меня темы на суд группы ученых, как выяснилось состоявшей преимущественно из пожилых академиков социал-демократических взглядов. Большинство из них отнеслись к моим идеям с насмешкой, заявив, что тут нет ничего нового. И сегодня для них способ решения проблем такой же, как и в дни их молодости. Нужно больше рабочих мест, больше достойных видов работ. Все, что мне остается ответить этим уважаемым людям, – что, по-моему, прекариату от этого ни холодно ни жарко.

За помощь в подготовке данной книги следовало бы поблагодарить многих и каждого по отдельности. Однако я хочу выразить благодарность группам студентов и активистов, слушавших мои доклады в шестнадцати странах, которые я объездил, собирая материал для книги. Остается надеяться, что их советы и вопросы нашли отражение в данной работе. Ведь автор книг, подобной этой, лишь посредник, передающий идеи других.

Гай Стэндинг

Ноябрь 2010 г.

Список встречающихся в тексте графических сокращений

AARP

American Association of Retired Persons – Американская ассоциация пенсионеров (ААП)

AFL–CIO

American Federation of Labor – Congress of Industrial Organizations – Американская федерация труда и Конгресс производственных профсоюзов

BBVA

Banco Bilbao Vizcaya Argentaria – международная финансовая группа

BIEN

Basic Income Earth Network – Всемирная сеть базового дохода (организация сторонников экономической модели «безусловного базового дохода»)

CBT

Cognitive behavioural therapy – когнитивно-поведенческая терапия

CCT

Conditional cash transfer – Программа обусловленных денежных пособий

CIA

Central Intelligence Agency – Центральное разведывательное управление США (ЦРУ)

Read Прекариат: новый опасный класс Online by Гай Стэндинг

Гай Стэндинг

Прекариат: новый опасный класс

Ad Marginem Press

Содержание

Предисловие

Список встречающихся в тексте графических сокращений

1 Прекариат

2 Почему растет прекариат

3 Кто пополняет ряды прекариата?

4 Мигранты: жертвы, злодеи или герои?

5 Труд, работа и нехватка времени

6 Политика ада

7 Политика рая

Библиография

Предисловие

Эта книга – о новой группе людей, появившейся на мировой арене, о классе, который пока еще находится в процессе становления. В связи с этим в данной работе дается попытка ответить на пять вопросов: что это за класс? Почему нас должен беспокоить его рост? Почему он растет? За счет кого он пополняется? И к чему это все может привести?

Последний вопрос особенно важен. Существует опасность, что, если мы не поймем сути и назначения прекариата, для общества все это может закончиться политикой ада. И это не просто предположение, а вполне реальный и малоприятный прогноз. Избежать этого можно лишь в том случае, если прекариат станет классом «для себя», с эффективным представительством, и окажется достаточно силен, чтобы сформировать новую «политику рая», более-менее утопическую программу и стратегию, которую могли бы подхватить политики и так называемое гражданское общество, в том числе многочисленные неправительственные организации, которые слишком часто заигрывают с соответствующими полугосударственными организациями.

Пора осознать проблему мирового прекариата, и как можно скорее. В нем зреет недовольство и обеспокоенность. И хотя в данной книге больше говорится о роли прекариата как жертвы, а не освободителя, стоит сразу подчеркнуть, что было бы неверно рассматривать прекариат только как страдальцев. Многие примкнувшие к нему ищут чего-то лучшего, нежели то, что могло предложить им индустриальное общество и лейборизм двадцатого века. С тем же успехом их можно назвать не жертвами, а героями. И они уже показывают, что прекариат может стать предвестником «хорошего общества» двадцать первого века.

Ситуация такова, что, пока прекариат рос, скрытая реальность глобализации вышла наружу во время финансового кризиса 2008 года. Слишком долго откладывавшееся всемирное регулирование «окорачивает» страны с высоким уровнем доходов, а страны с низким – подтягивает. Если эти диспропорции, на которое большинство правительств в последние два десятилетия закрывали глаза, радикально не исправить, последствия могут оказаться весьма болезненными и взрывоопасными. Глобальная рыночная экономика может со временем поднять уровень жизни повсюду – это признают даже ее критики, – но лишь наивные мечтатели станут отрицать, что миллионам людей в мире она принесла лишь неуверенность в завтрашнем дне. И в первую очередь прекариату. Но он еще не обрел собственного голоса и не способен предъявить свою программу. Это не «ущемленный средний класс» (squeezed middle), не «низший класс» (underclass) и не «беднейший рабочий класс» (lower working class). Он уже осознает свою уязвимость по определенному ряду позиций и выдвинет столь же определенное число требований. Когда я только задумал писать эту книгу, я представил интересующие меня темы на суд группы ученых, как выяснилось состоявшей преимущественно из пожилых академиков социал-демократических взглядов. Большинство из них отнеслись к моим идеям с насмешкой, заявив, что тут нет ничего нового. И сегодня для них способ решения проблем такой же, как и в дни их молодости. Нужно больше рабочих мест, больше достойных видов работ. Все, что мне остается ответить этим уважаемым людям, – что, по-моему, прекариату от этого ни холодно ни жарко.

За помощь в подготовке данной книги следовало бы поблагодарить многих и каждого по отдельности. Однако я хочу выразить благодарность группам студентов и активистов, слушавших мои доклады в шестнадцати странах, которые я объездил, собирая материал для книги. Остается надеяться, что их советы и вопросы нашли отражение в данной работе. Ведь автор книг, подобной этой, лишь посредник, передающий идеи других.

Гай Стэндинг

Ноябрь 2010 г.

Список встречающихся в тексте графических сокращений

AARP

American Association of Retired Persons – Американская ассоциация пенсионеров (ААП)

AFL–CIO

American Federation of Labor – Congress of Industrial Organizations – Американская федерация труда и Конгресс производственных профсоюзов

BBVA

Banco Bilbao Vizcaya Argentaria – международная финансовая группа

BIEN

Basic Income Earth Network – Всемирная сеть базового дохода (организация сторонников экономической модели «безусловного базового дохода»)

CBT

Cognitive behavioural therapy – когнитивно-поведенческая терапия

CCT

Conditional cash transfer – Программа обусловленных денежных пособий

CIA

Central Intelligence Agency – Центральное разведывательное управление США (ЦРУ)

CRI

Crime Reduction Initiatives – Программа по сокращению преступности (в Англии и Уэльсе)

EHRC

Equality and Human Rights Commission (UK) – Комиссия по равенству и правам человека (Великобритания)

EU

European Union – Евросоюз GCSE General Certificate of Secondary Education – аттестат о среднем образовании (брит.)

IMF

International Monetary Fund – Международный валютный фонд (МВФ)

LIFO

Last-in, first-out – ЛИФО, «последним поступил – первым выбыл» [метод увольнения, в том числе при сокращении штатов или определении очередности увольнения на пенсию, при котором первыми увольняются работники с наименьшим стажем работы в данной компании. А также метод оценки и учета запасов компании или портфеля ценных бумаг, при котором подразумевается, что первыми потребляются товары или продаются ценные бумаги, поступившие (купленные) последними]

NIC

Newly industrialising country – новая индустриальная (новая промышленно развитая) страна (страна, которая еще не приобрела статуса развитой страны, но благодаря высоким темпам роста за относительно короткий срок достигла достаточно высоких объемов промышленного производства и доходов на душу населения; такие страны по классификации международных организаций продолжают относится к категории «развивающиеся», но выделяются в особую подгруппу; к этому типу традиционно относят Гонконг, Сингапур, Малайзию, Тайвань, Южную Корею, а иногда также Аргентину, Бразилию, Мексику и ряд других стран)

OECD

Organisation for Economic Cooperation and Development – Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР)

RMI

Revenu minimum d’insertion – гарантированное законом минимальное пособие для лиц, не имеющих средств к существованию

SEWA

Self-Employed Women’s Association of India – Индийская ассоциация самостоятельно занятых (работающих не по найму) женщин

UKBA

UK Border Agency – Служба пограничного контроля (и иммиграции) Великобритании

UMP

Union pour un Mouvement Populaire – Союз за народное движение (СНД), правоцентристская либерально-консервативная политическая партия во Франции

1

Прекариат

В 1970-е годы умами политиков завладела группа идейно настроенных экономистов. Главный принцип их неолиберальной модели состоял в том, что экономический рост и развитие зависят от рыночной конкурентоспособности и нужно сделать все для максимального повышения соревновательности и конкуренции так, чтобы рыночные принципы проникли во все аспекты жизни.

Считалось, помимо всего прочего, что следует повысить гибкость, или подвижность, рынка труда, а это значило переложить бремя рисков на плечи работающих и их семей, делая их еще более уязвимыми. В результате возник класс мирового «прекариата», насчитывающий в разных странах много миллионов людей, не имеющих якоря стабильности. Они-то и стали новым, потенциально опасным, классом. Они охотно прислушиваются к самым вздорным призывам и готовы отдать свои избирательные голоса и денежки на создание и укрепление политической платформы для этих смутьянов. Сам успех неолиберальной программы, в той или иной степени проводившейся правительствами разных стран, породил – пока еще в зачаточном виде – политическое чудовище. И нужно что-то предпринять, пока это чудовище не окрепло и не показало всю свою мощь.

Прекариат волнуется

Первого мая 2001 года в центре Милана 5000 человек, в основном студенты и молодые политические активисты, вышли на альтернативную демонстрацию, задуманную как марш протеста. К 1 мая 2005 года их ряды заметно возросли, их уже насчитывалось более 50 тысяч – а по некоторым оценкам, более 100 тысяч, – а так называемый EuroMayDay («Европервомай») стал общеевропейским: в этот день сотни тысяч людей, в основном молодежь, вышли на улицы городов во всей континентальной Европе. Эти демонстрации стали первыми вспышками волнений мирового прекариата.

Стареющим профсоюзным деятелям, которые обычно «дирижировали» первомайскими мероприятиями, оставалось лишь удивляться, глядя на скопище новых демонстрантов, чьи требования свободы миграции и универсального базового дохода имели мало общего с традиционным тред-юнионизмом. Профсоюзы видели разрешение проблемы «незащищенного труда» в возвращении к лейбористской модели, отлично служившей им для консолидации в середине двадцатого столетия: это более стабильные рабочие места с долгосрочными гарантиями занятости и соответствующими заманчивыми привилегиями. Но многие юные демонстранты на примере своих родителей видели, что значит жить по фордистскому образцу: тянуть лямку от зари до зари и целиком зависеть от промышленного менеджмента и диктата капитала. И, даже не имея связной альтернативной программы, они не выказывают ни малейшего желания возрождать лейборизм.

После первых выступлений в Западной Европе «Европервомай» вскоре принял глобальный характер, причем тон явно задавала Япония. Вначале это было молодежное движение, к которому примкнули недовольные образованные европейцы, дезориентированные конкурентно-рыночным (то есть неолиберальным) курсом Евросоюза, который призывал их к трудовой занятости, мобильности и быстрому обогащению. Но их изначальный европоцентризм вскоре уступил место интернационализму, как только они увидели: их незавидное и во многом уязвимое положение связано с тем, что происходит во всем мире. И в демонстрациях прекариата все активнее участвуют мигранты.

К движению примкнули и люди с нетрадиционным образом жизни. И все это время существовало некое противоречие между прекариатом как жертвой, наказываемой и демонизируемой социальными институтами и политиками мейнстрима, и прекариатом – героем, отвергающим эти институты согласованным актом интеллектуального и эмоционального неповиновения. К 2008 году европервомайские демонстрации своей численностью затмевали колонны профсоюзных активистов, марширующих по улицам в этот весенний день. И хотя особого внимания широкой общественности и политиков они не привлекли, все же это означало большой шаг вперед.

В то же самое время двойственное восприятие: как жертвы и как героя – привело к недостаточной слаженности. Следующей проблемой стала невозможность сосредоточиться на борьбе. Кого или что считать врагом? Все великие общественные движения в истории человечества были в той или иной степени классово обоснованными. Одна группа, объединенная общими интересами (или несколько групп), вела борьбу с другой, которая ее эксплуатировала или притесняла. Обычно боролись за контроль над существующими средствами производства и распределения. Прекариату, из-за его разношерстности, похоже, недоставало ясного представления о том, что это за средства и где их искать. Его столпами-мыслителями были Пьер Бурдье, предложивший понятие прекариата как нестабильного, незащищенного общественного слоя (Bourdieu,1998), Мишель Фуко, Юрген Хабермас, а также Майкл Хардт и Тони Негри, чей эпохальный совместный труд «Империя» (Hardt, Negri, 2000) стал продолжением и развитием идей Ханны Арендт (Arendt, 1958). Были также отголоски беспорядков 1968 года, связавшие прекариат с франкфуртской школой «Одномерного человека» Герберта Маркузе (Marcuse, 1964).

Это было раскрепощение на уровне разума – осознание общего чувства незащищенности. Но от простого понимания никакой «революции» не бывает. До праведного гнева было еще далеко. А все потому, что не было выработано никакой политической программы или стратегии. Нехватка программных ответных мер стала очевидна при поиске символов, она проявилась и в диалектическом характере внутренних дебатов и трениях внутри прекариата, которые до сих пор продолжаются и никак не кончатся.

Лидеры евромайских протестов сделали все, что было в их силах, чтобы «замазать» разногласия в буквальном смысле слова: как на их листовках и плакатах. Некоторые делали акцент на общности интересов у мигрантов и остальных групп (migranti e precarie – гласила надпись на плакате «Европервомая» в 2008 году), а также у молодежи и людей старшего поколения, чьи образы трогательно поместили рядом на берлинском евромайском плакате 2006 года (Doerr, 2006).

Но как левацкое либертарианское движение оно еще далеко от того, чтобы наводить страх или вызывать интерес со стороны. Даже самые рьяные его приверженцы согласятся, что демонстрации до сих пор представляли собой скорее театральное зрелище, нежели угрозу, делая акцент на индивидуальности и самоидентификации на фоне коллективного «прекариатского» опыта – нестабильности и незащищенности. Говоря на языке социологии, публичные выступления просто демонстрировали то, что люди гордятся своим субъективным опытом нестабильности. На одном европервомайском плакате, сделанном для парада в Гамбурге, сливаются в одну четыре бунтарские фигуры: дворник, сиделка, беженец или мигрант и так называемый творческий работник (вероятно, прообразом был художник, рисовавший этот плакат). На главном плане – хозяйственная сумка как красноречивый символ современного кочевничества в глобализирующемся мире.

Символы важны. Они помогают объединять группы во что-то большее, нежели скопище посторонних. Они помогают выковывать класс и укреплять самосознание, способствуют осмыслению общего и закладывают основы солидарности, или fraternité – братства. Как осуществить переход от символов к политической программе – именно об этом данная книга. В своей эволюции прекариату как проводнику «политики рая» еще предстоит перейти от театра и визуальных идей эмансипации к набору требований, которые всерьез озаботят государство, а не просто озадачат или разозлят его.

Примечательной особенностью европервомайских демонстраций была карнавальная атмосфера, с танцевальными ритмами сальсы и юмористическими, шутовскими плакатами и речами. Многие из акций, связанные с готовившими их неуправляемыми организационными каналами, были анархическими, безрассудными, не ставили какую-то определенную цель и не несли в себе социальную угрозу. В Гамбурге участникам давали советы, как зайцем ездить на автобусе и не платить за билет в кино. В 2006 году в одной такой акции, которая с тех пор вошла в предания, группа из двух десятков юнцов в карнавальных масках, называющие друг друга странными кличками вроде Спайдер-Мумия, Мультифлекс, Опера-Историкс и Санта-Гевара, ввалились среди бела дня в магазин деликатесов. Нагрузив тележку дорогими продуктами и напитками, сфотографировались возле них и ушли, оставив кассирше цветок с запиской, объясняющей, что они производят такую роскошь, а сами и не имеют возможности ею пользоваться. Этот эпизод – пример того, как жизнь повторяет искусство, поскольку акция была навеяна фильмом «Воспитатели». [1] Эту группу, назвавшую себя «Банда Робин Гуда», так и не поймали. Они разместили в Интернете объявление, что раздают еду стажерам, которых причислили к самым эксплуатируемым незащищенным работникам в городе.

Вряд ли они рассчитывали приобрести сторонников или повлиять на основную часть общества, однако шутовские выходки групп вроде этой вызывают в памяти исторические аналогии. Вероятно, мы находимся на такой стадии эволюции прекариата, когда все те, кто выступает против его главных признаков – неуверенности в жилье, в работе, в социальной защите, – сродни «примитивным бунтарям», появлявшимся в период всех великих общественных трансформаций, когда прежние социальные привилегии отбирали, а общественный договор разрывали и отбрасывали как ненужный сор. Робин Гуды были всегда, как отметил Эрик Хобсбаум в своей знаменитой книге «Простые бунтовщики» (Hobsbawm, 1959). Обычно они появлялись в периоды, когда связная политическая стратегия, выражающая интересы нового класса, только еще формировалась.

Те, кто принимает участие в парадах «Европервомая» и сопутствующих акциях в разных частях планеты, – это лишь самая верхушка прекариата. Есть более глубинная его часть, живущая в страхе и неуверенности. Большинство этих людей не отождествляют себя с участниками европервомайских демонстраций. Но это не отменяет того, что они тоже прекариат. Они плывут по жизненному морю без руля и без ветрил, но в какой-то момент могут дать волю гневу и метнуться в любую сторону – от политически крайне правых до крайне левых, поддерживая популистскую демагогию, которая играет на их страхах или фобиях.

Прекариат провоцируют

В 1989 году город Прато, недалеко от Флоренции, был почти на сто процентов итальянским. В течение ряда столетий он являлся крупным центром текстильной и швейной промышленности. Из 180 тысяч его жителей большинство были связаны с этими предприятиями, и так продолжалось на протяжении нескольких поколений. Этот тосканский город, верный традиционным ценностям, был в политическом плане стабильно левым и казался воплощением социальной солидарности и умеренности.

В тот год году в Прато прибыла группа из 38 китайских рабочих. И вскоре стали появляться швейные предприятия нового типа: их владельцами были китайские иммигранты и несколько итальянцев, завязавших с ними контакты. Они стали завозить все больше и больше китайских рабочих, многие приезжали без рабочей визы. Но на это смотрели сквозь пальцы: они вносили свой вклад в экономическое процветание и не претендовали на общественное финансирование, поскольку не получали никаких социальных пособий. Так они и жили сами по себе, кучкуясь возле китайских фабрик и образовав там своего рода анклав. Большинство из них были земляки – они приехали из приморского города Вэньчжоу провинции Чжэцзян, местности с давней историей предпринимательской миграции. Как правило, они приезжали в Италию через Франкфурт по трехмесячной туристической визе, а когда срок визы истекал, продолжали работать тайно – оказываясь таким образом в уязвимом положении и, что не удивительно, подвергаясь эксплуатации.

К 2008 году в Прато было зарегистрировано 4200 китайских фирм и 45 тысяч китайский рабочих, что составило пятую часть населения города (Dinmore, 2010a, 2010b). Они производили в день 1 миллион единиц готового платья – по подсчетам муниципальных властей, достаточно, чтобы за 20 лет одеть все население земного шара! Тем временем местные итальянские фирмы, чей бизнес потеснили китайцы, в условиях нарастающей конкуренции с Индией и Бангладеш стали в массовом порядке высвобождать рабочую силу. К 2010 году у них числилось 20 тысяч работников, на 11 тысяч меньше, чем в 2000-м. Мельчая, фирмы все чаще переводили сотрудников с постоянной работы на сдельную.

Затем случился финансовый шок, затронувший Прато точно так же, как и другие старинные промышленные районы Европы и Северной Америки. Банкротства следовали одно за другим, рос уровень безработицы, недовольство переходило в возмущение. Всего за несколько месяцев левых политиков оттеснила от власти ксенофобская Лига Севера. Она сразу же начала наступление на китайцев, организуя ночные рейды на их фабрики и в подпольные цеха, сгоняя бесправных китайцев и обвиняя их во всех несчастьях. А в это время политический союзник Лиги премьер-министр Сильвио Берлускони заявлял во всеуслышание о своих намерениях победить «армию зла», как он называл нелегальных мигрантов. Потрясенный посол КНР поспешил покинуть Рим, заметив, что все это становится похоже на события времен нацизма 1930-х годов. При этом, как ни странно, китайское правительство не спешило забирать мигрантов обратно.

Но проблемы создавали вовсе не местные фанатики, недолюбливающие чужаков. Многое зависело и от самого китайского анклава. Пока старинные фабрики Прато старались выжить в конкурентной борьбе, вынуждая итальянских работников искать альтернативные источники дохода, иммигранты создали общину внутри общины. По имеющимся сведениям, «исход» из Китая организовала китайская мафия, она же и руководила анклавом, хоть ей и приходилось бороться за это с преступными группировками из России, Албании, Нигерии и Румынии, а также с итальянскими мафиози. Ее влияние не ограничивалось одним лишь Прато. Китайские преступные группы были связаны с китайскими компаниями, занимаясь инвестированием в строительство инфраструктурных объектов в Италии, в том числе они предложили многомиллионный проект «китайского терминала» рядом с портом Чивитавеккья.

Прато стал символом глобализации и дилемм, возникших в связи с ростом прекариата. По мере распространения китайских подпольных «рабских» фабрик итальянцы утрачивали роль пролетариев и вынуждены были переходить в прекариат, довольствуясь нестабильной работой или вовсе оставались без работы. Понятно, что местные власти стали вымещать обиду на мигрантской части прекариата, которая была к тому же зависимой от сомнительных связей внутри анклава. Но опыт Прато вовсе не уникальный, он лишь показывает обратную сторону глобализации.

Дитя глобализации

В конце 1970-х годов упрочившая свое положение группа ученых социал-экономистов, которых впоследствии стали называть неолибералами и либертарианцами (хотя это не одно и то же), поняла, что после десятилетий небрежения к их мнению стали наконец прислушиваться. Многие из этих теоретиков были еще достаточно молоды: их не затронула Великая депрессия, они не были приверженцами социал-демократической программы, которой так увлекались многие после Второй мировой войны.

Они не любили государство, которое отождествляли с централизованным правительством, с его аппаратом планирования и регулирования. Они представляли мир как все более и более свободное пространство, в котором инвестиции, трудовая занятость и прибыль свободно перетекают в такие места, где условия наиболее благоприятны. Они полагали, что, если европейские страны (в особенности) не откажутся от гарантий, созданных после Второй мировой войны для промышленного рабочего класса и бюрократического госсектора, и не «приручат» профсоюзы, ускорится деиндустриализация (понятие новое для того времени): возрастет безработица, замедлится экономический рост, инвестиции будут потрачены впустую, а обнищание масс усугубится. Это была отрезвляющая оценка ситуации. Они хотели крутых мер и в политиках вроде Маргарет Тэтчер и Рональда Рейгана обрели своего рода лидеров, согласных действовать в соответствии с их выкладками.

Трагедия заключалась в том, что, хоть их диагноз и был отчасти верен, их прогноз был слишком жестким. В течение последующих 30 лет трагедия осложнилась еще и тем фактом, что социал-демократические политические партии, построившие систему, которую неолибералы хотели сломать, после недолгих споров относительно диагноза неолибералов в конце концов, хоть и не очень охотно, согласились и с их диагнозом и с прогнозом.

Одно неолиберальное требование, окончательно оформившееся в 1980-е, заключалось в том, что страны должны стремиться к «гибкости рынка труда». Если рынок труда не станет более гибким, затраты на оплату труда возрастут и корпорации будут переводить производство и инвестиции в места, где такие затраты меньше, и финансовый капитал будет инвестировать в эти страны, а не в «родные». Гибкость включала в себя много аспектов: гибкость заработной платы означала скорейшее приспособление к необходимым изменениям, особенно в сторону понижения; гибкость занятости – возможность для фирм быстро и без трат менять уровень занятости, тоже преимущественно в сторону понижения, причем с сокращением гарантий обеспечения занятости; гибкость должностей означала возможность перемещать наемных работников внутри фирмы (с одной должности на другую) и менять структуру должностей с минимальным сопротивлением или затратами; гибкость профессиональных навыков означала, что работника легко можно переучить.

По сути, гибкость, за которую ратовали ретивые неоклассические экономисты, означала, что наемных работников систематически будут ставить во все более уязвимое положение – под предлогом того, что это необходимая жертва ради сохранения капиталовложений и рабочих мест. Любой экономический регресс отчасти объясняли, справедливо или нет, негибкостью и отсутствием «структурных реформ» рынков труда.

По мере того как шел процесс глобализации и правительства и корпорации старались перегнать друг друга, делая свои трудовые отношения более гибкими, росло число людей с незащищенной формой занятости. Технологически это не было оправданно. С распространением гибкого труда усиливалось неравенство, и классовая структура, лежавшая в основе индустриального общества, уступила место чему-то более сложному, но явно не менее классово обоснованному. Мы еще поговорим об этом. Но политика меняется, и реакция корпораций на диктат глобализирующейся рыночной экономики привела к некой мировой тенденции, которой вовсе не предвидели ни неолибералы, ни политические лидеры, проводившие их политику в жизнь.

Миллионы людей в условиях процветающей или даже зарождающейся рыночной экономики образовали прекариат – феномен совершенно новый, даже если он и имел какие-то смутные прообразы в прошлом. Прекариат не является частью «рабочего класса», или «пролетариата». Пролетариат – это сообщество, состоящее в основном из рабочих с долговременной стабильной занятостью, с фиксированным рабочим днем и определенными возможностями продвижения по службе. Пролетарии могут вступать в профсоюзы и заключать коллективный договор, название их должности понятно их родителям, и они знают в лицо всех местных работодателей.

Многие из тех, кого мы называем прекариатом, ни разу не видели своего работодателя, не имеют понятия, сколько сотрудников на него работают сейчас и сколько еще он намерен нанять в будущем. Прекариат нельзя отнести также и к среднему классу, поскольку у этих людей нет стабильного или предсказуемого жалованья, нет статуса и пособий, которые должны быть у представителей среднего класса.

В 1990-е годы все больше и больше людей, и не только в развивающихся странах, оказались в положении, которое экономисты и антропологи назвали «неформальным». Вероятно, самим этим людям от такого определения не было никакой пользы – разве что оно позволяло увидеть на примере других, что считается нормальной жизнью и работой. На самом деле они не рабочий класс, не средний класс, и даже не «неформалы». Так кто же они? Немного понятнее станет, если охарактеризовать их положение как ненадежное, неустойчивое (англ. precarious). В аналогичном положении друг к другу находятся друзья, родственники и коллеги, потому что заранее неизвестно, останутся ли они таковыми по прошествии нескольких лет или даже месяцев либо недель. И часто это вовсе от них не зависит.

Что такое прекариат

Что же мы имеем в виду, говоря о прекариате? Объяснить это можно двумя способами. Во-первых, можно сказать, что это такая социоэкономическая группа, к которой отдельный человек может принадлежать, а может и не принадлежать. Это полезно с точки зрения идей и анализа и дает нам возможность использовать, пользуясь выражением Макса Вебера, «идеальный тип». В таком ключе понятие «прекариат» следует определить как неологизм, образованный от двух слов: precarious [2] и хорошо знакомого всем «пролетариат». В данной книге этот термин часто употребляется именно в таком значении, хотя не всегда. Прекариат – это класс в процессе становления, если еще не класс «для себя» в марксистском понимании этого слова.

Мысля в категориях социальных групп, можно сказать, что, если не считать аграрные общества, эпоха глобализации привела к дроблению национальных классовых структур. По мере того как усиливалось неравенство, а мир приближался к гибкому открытому рынку труда, классы никуда не исчезли. Напротив, возникла более дробная мировая классовая структура.

«Рабочий класс», «рабочие» и «пролетариат» – понятия, прижившиеся в нашей культуре за несколько столетий. Люди могут охарактеризовать себя, пользуясь классовой терминологией, и другие их узнают по этим приметам: как они одеваются, разговаривают и ведут себя. Сегодня это почти что ярлык. Андре Горц давно уже писал о «конце рабочего класса» (Gorz, 1982). Другие продолжают ломать голову над значением этого термина и критериями классификации. Вероятно, на самом деле нам нужен новый словарь, отражающий классовые отношения в глобальной рыночной системе двадцать первого века.

Вообще говоря, пока в мире остаются старые классы, мы можем выделить семь групп. На самом верху – крошечная «элита», состоящая из небольшого числа невероятно богатых граждан мира, заправляющих вселенной, у них на счетах миллиарды долларов, их имена в списке «Форбс», а также среди великих и заслуженных, они способны повлиять на любое правительство и делать широкие филантропические жесты. За этой элитой следует салариат, [3] все еще со стабильной полной трудовой занятостью, кое-кто из его представителей надеется дорасти до элиты, большинство же просто наслаждается положенными им благами, с пенсиями, оплаченными отпусками и корпоративными пособиями, зачастую субсидируемыми государством. Салариат сосредоточен в крупных корпорациях, правительственных учреждениях и в органах государственного управления, включая гражданскую службу.

Рядом с салариатом, не только в прямом смысле слова, находится не столь многочисленная пока что группа profitians – «квалифицированные кадры». Этот новый английский термин образован от двух слов: professional («профессионал») и technician («технический специалист»). Это люди, имеющие ряд навыков, которые они успешно выставляют на рынок и много зарабатывают в качестве консультантов или независимых специалистов по контракту, работая на себя. «Квалифицированные кадры» все равно что йомены, рыцари и сквайры в Средние века. Они живут в ожидании нового и в вечном движении, им не нужна долгосрочная, полная занятость на каком-то одном предприятии. «Стандартные трудовые отношения» не для них.

Чуть ниже «квалифицированных кадров» с точки зрения дохода находится все уменьшающееся «ядро» работников физического труда, костяк старого «рабочего класса». Именно о них думали в первую очередь, когда строили государства с развитой социальной системой, а также систему регулирования трудовых отношений. Но батальоны промышленных рабочих, создававших рабочие движения, поредели и утратили чувство социальной солидарности.

А еще ниже этих четырех групп – растущий прекариат, рядом с которым – армия безработных и обособленная группа социально обездоленных, живущая подачками общества. Характер этой неоднородной классовой структуры рассматривается в другой книге (Standing, 2009). Здесь же пойдет речь только о прекариате.

Социологи обычно оперируют понятиями социальной стратификации, предложенными Максом Вебером, – это «класс» и «статус», где класс определяется общественными отношениями по поводу производства и местом человека в процессе труда (Weber, [1922] 1968). Внутри рынков труда, если оставить в стороне работодателей и лиц, работающих на себя, главное отличие делалось между наемными рабочими и служащими, получающими жалованье: первая из вышеназванных групп включала в себя работающих сдельно и с повременной оплатой, по схеме «деньги за старание», а вознаграждением последней было доверие и компенсации за услуги (Goldthorpe, 2007, Vol. 2, Ch. 5; McGovern, Hill, Mills, 2008, Ch. 3). Считалось, что служащие (салариат) всегда ближе к менеджерам, боссам и владельцам, тогда как наемные рабочие, по сути, отчуждены (от средств производства), должны соблюдать

Гай Стэндинг - Прекариат: новый опасный класс читать онлайн

Благодарим Вас за то, что воспользовались проектом nemaloknig.info - приходите ещё!

Ссылка на эту книгу

Гай Стэндинг

Прекариат: новый опасный класс

© Guy Standing, 2011

© Нина Усова, пер., 2014

© ООО «Ад Маргинем Пресс», 2014

© Фонд развития и поддержки искусства «АЙРИС» / IRIS Art Foundation, 2014

Эта книга – о новой группе людей, появившейся на мировой арене, о классе, который пока еще находится в процессе становления. В связи с этим в данной работе дается попытка ответить на пять вопросов: что это за класс? Почему нас должен беспокоить его рост? Почему он растет? За счет кого он пополняется? И к чему это все может привести?

Последний вопрос особенно важен. Существует опасность, что, если мы не поймем сути и назначения прекариата, для общества все это может закончиться политикой ада. И это не просто предположение, а вполне реальный и малоприятный прогноз. Избежать этого можно лишь в том случае, если прекариат станет классом «для себя», с эффективным представительством, и окажется достаточно силен, чтобы сформировать новую «политику рая», более-менее утопическую программу и стратегию, которую могли бы подхватить политики и так называемое гражданское общество, в том числе многочисленные неправительственные организации, которые слишком часто заигрывают с соответствующими полугосударственными организациями.

Пора осознать проблему мирового прекариата, и как можно скорее. В нем зреет недовольство и обеспокоенность. И хотя в данной книге больше говорится о роли прекариата как жертвы, а не освободителя, стоит сразу подчеркнуть, что было бы неверно рассматривать прекариат только как страдальцев. Многие примкнувшие к нему ищут чего-то лучшего, нежели то, что могло предложить им индустриальное общество и лейборизм двадцатого века. С тем же успехом их можно назвать не жертвами, а героями. И они уже показывают, что прекариат может стать предвестником «хорошего общества» двадцать первого века.

Ситуация такова, что, пока прекариат рос, скрытая реальность глобализации вышла наружу во время финансового кризиса 2008 года. Слишком долго откладывавшееся всемирное регулирование «окорачивает» страны с высоким уровнем доходов, а страны с низким – подтягивает. Если эти диспропорции, на которое большинство правительств в последние два десятилетия закрывали глаза, радикально не исправить, последствия могут оказаться весьма болезненными и взрывоопасными. Глобальная рыночная экономика может со временем поднять уровень жизни повсюду – это признают даже ее критики, – но лишь наивные мечтатели станут отрицать, что миллионам людей в мире она принесла лишь неуверенность в завтрашнем дне. И в первую очередь прекариату. Но он еще не обрел собственного голоса и не способен предъявить свою программу. Это не «ущемленный средний класс» (squeezed middle), не «низший класс» (underclass) и не «беднейший рабочий класс» (lower working class). Он уже осознает свою уязвимость по определенному ряду позиций и выдвинет столь же определенное число требований. Когда я только задумал писать эту книгу, я представил интересующие меня темы на суд группы ученых, как выяснилось состоявшей преимущественно из пожилых академиков социал-демократических взглядов. Большинство из них отнеслись к моим идеям с насмешкой, заявив, что тут нет ничего нового. И сегодня для них способ решения проблем такой же, как и в дни их молодости. Нужно больше рабочих мест, больше достойных видов работ. Все, что мне остается ответить этим уважаемым людям, – что, по-моему, прекариату от этого ни холодно ни жарко.

За помощь в подготовке данной книги следовало бы поблагодарить многих и каждого по отдельности. Однако я хочу выразить благодарность группам студентов и активистов, слушавших мои доклады в шестнадцати странах, которые я объездил, собирая материал для книги. Остается надеяться, что их советы и вопросы нашли отражение в данной работе. Ведь автор книг, подобной этой, лишь посредник, передающий идеи других.

Гай СтэндингНоябрь 2010 г.

Список встречающихся в тексте графических сокращений

AARP

American Association of Retired Persons – Американская ассоциация пенсионеров (ААП)

AFL–CIO

American Federation of Labor – Congress of Industrial Organizations – Американская федерация труда и Конгресс производственных профсоюзов

BBVA

Banco Bilbao Vizcaya Argentaria – международная финансовая группа

BIEN

Basic Income Earth Network – Всемирная сеть базового дохода (организация сторонников экономической модели «безусловного базового дохода»)

CBT

Cognitive behavioural therapy – когнитивно-поведенческая терапия

CCT

Conditional cash transfer – Программа обусловленных денежных пособий

CIA

Central Intelligence Agency – Центральное разведывательное управление США (ЦРУ)

CRI

Crime Reduction Initiatives – Программа по сокращению преступности (в Англии и Уэльсе)

EHRC

Equality and Human Rights Commission (UK) – Комиссия по равенству и правам человека (Великобритания)

EU

European Union – Евросоюз GCSE General Certificate of Secondary Education – аттестат о среднем образовании (брит.)

IMF

International Monetary Fund – Международный валютный фонд (МВФ)

LIFO

Last-in, first-out – ЛИФО, «последним поступил – первым выбыл» [метод увольнения, в том числе при сокращении штатов или определении очередности увольнения на пенсию, при котором первыми увольняются работники с наименьшим стажем работы в данной компании. А также метод оценки и учета запасов компании или портфеля ценных бумаг, при котором подразумевается, что первыми потребляются товары или продаются ценные бумаги, поступившие (купленные) последними]

NIC

Newly industrialising country – новая индустриальная (новая промышленно развитая) страна (страна, которая еще не приобрела статуса развитой страны, но благодаря высоким темпам роста за относительно короткий срок достигла достаточно высоких объемов промышленного производства и доходов на душу населения; такие страны по классификации международных организаций продолжают относится к категории «развивающиеся», но выделяются в особую подгруппу; к этому типу традиционно относят Гонконг, Сингапур, Малайзию, Тайвань, Южную Корею, а иногда также Аргентину, Бразилию, Мексику и ряд других стран)

OECD

Organisation for Economic Cooperation and Development – Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР)

RMI

Revenu minimum d’insertion – гарантированное законом минимальное пособие для лиц, не имеющих средств к существованию

SEWA

Self-Employed Women’s Association of India – Индийская ассоциация самостоятельно занятых (работающих не по найму) женщин


Конец ознакомительного отрывка
Вы можете купить книгу и

Прочитать полностью

Хотите узнать цену?
ДА, ХОЧУ

Прекариат — новый опасный класс — Local Crew

«Немного понятнее станет, если охарактеризовать их положение как ненадежное, неустойчивое (англ. precarious). В аналогичном положении друг к другу находятся друзья, родственники и коллеги, потому что заранее неизвестно, останутся ли они таковыми по прошествии нескольких лет или даже месяцев либо недель».

«Прекариат: новый опасный класс» Гая Стэндинга.


Жизнь на грани, жизнь без правил, о которой говорил Джокер в «Темном Рыцаре», дает больше свободы, но порой является гораздо более трудной, чем представляется большинству.

Определение

Что же такое прекариат, которому посвящена эта статья? Он образован из двух слов: англ. precarious – ненадежный, неустойчивый, нестабильный и нем. proletariat – думаю, перевод излишен. Впервые этот термин предложил французский социолог и философ Пьер Бурдье в 1998 году. По своему значению прекариат – это класс работников с временной или частичной занятостью, работающих таким образом на постоянной основе. У них нет стабильных доходов, отпусков и социальных гарантий, но есть, чаще всего, большая степень свободы, чем у работников с постоянной занятостью.

Основным исследователем прекариата выступает английский социолог Гай Стэндинг, написавший в 2011 г. книгу «Прекариат: новый опасный класс». В своей книге Стэндинг говорит, что современное западное общество делится на 5 основных групп по принципу своей трудовой принадлежности:

1. Элита – крайне богатые люди со страниц глянцевых журналов, обладающие контролем над политической властью.

2. Салариат (от англ. salary – зарплата) – высшая страта среднего класса, обладающая стабильной зарплатой и полной занятостью, которая рассчитывает занять место элиты. В основном, это управленцы крупных корпораций и государственных органов.

3. Профессионалы или «белые воротнички» – работники, обладающие знаниями и умениями, позволяющими им сохранять стабильное положение и переходить из одной корпорации в другую без потерь, зачастую трудятся по контракту в сфере «умственного» труда.

4. Сердце или сердцевина – прежний пролетариат.

5. Прекариат – те самые неустроенные люди, у которых нет полной занятости.

Кто же входит в число прекариата? Это молодежь, в основном студенты или недавние выпускники, пенсионеры, инвалиды, нетрудоспособные, мигранты и бывшие заключенные, число которых, по данным Стэндинга, продолжает расти вместе с ростом числа тюрем.

По мнению Стэндинга, прекариат – это порождение, с одной стороны, коммерциализации общества конца 1970-х годов, когда потребление на Западе стало превышать доходы, а заработная плата превысила стоимость самой работы за нее, и неолиберальных реформ Рейгана и Тэтчер 80-х, в результате которых произошел экономический рост при одновременном увеличении безработицы и сломе прежней социальной структуры, с другой.

Эта проблема затронула, в первую очередь, США и Великобританию, но другие европейские страны не отставали. По недавним данным, в Испании около 40% выпускников университетов не имели постоянной работы, в Греции последствием экономического кризиса стало 30% безработных, а в Италии все пребывающие мигранты стали главной движущей силой увеличения прекариата. Распространилась эта тенденция и на развитые азиатские страны, прежде всего, Японию и Южную Корею.

Не обошел прекариат и наше «богоспасаемое Отечество». Однако у нас на эту тему обратили внимание совсем недавно. В 2013 году вице-премьер правительства РФ по медицине, трудовым отношением и социальным вопросам Ольга Голодец, выступая на XIV Международной научной конференции «Модернизация экономики и общества», заявила дословно, что 38 млн трудоспособного населения «непонятно где заняты, чем заняты, как заняты», то есть работают неофициально и фактически не платят налогов, или платят их ограниченно. Количество всего трудоспособного населения РФ на конец 2018 года, напомню, составляло 82, 2 млн человек. Причем с 2013 г., по оценкам экспертов, число людей, работающих неофициально, только растет и составляет около 30% от всех трудоспособных, то есть не менее 20 млн человек. Ситуация, как видите, вполне серьезная.

Обычный русский «неустроенный» – это курьер, программист, копирайтер, дизайнер, редактор, сезонный рабочий на деревенских полях и еще много самых разных профессий. Проще говоря, обычный русский «неустроенный» – это я.

Взгляд изнутри

Я – журналист, писатель и исследователь, а иногда еще и репетитор. Все это я делаю неофициально, по своему официальному статусу я уже более полугода безработный. Я пишу исторические, политические и даже экономические статьи фактически везде, где меня будут читать и где мне заплатят, при условии, что не придется отказываться от своих убеждений и мнения. То есть для «Вестника Бури» я писать никогда не буду.

Как любой «самозанятый», я выполняю кучу работы, за которую мне никто не заплатит. Например, я каждый день ищу новые места, куда мог бы писать и езжу по собеседованиям. Если заказов долго нет, я даю уроки английского, истории и обществознания. В настоящее время я задумываюсь о том, чтобы устроиться курьером на несколько часов в день для более-менее постоянного дохода в неделю.

Конкуренция на рынке высока, и есть писатели и публицисты гораздо известнее меня, то есть при прочих равных ставках скорее всего выберут их. Но я пишу уже практически 5 лет, поэтому успел набраться определенного опыта, выработал, как мне кажется, собственный писательский стиль, много читаю и дотошно готовлюсь к любой теме, поэтому статьи у меня, льщу себя надеждой, выходят вполне неплохие. В общем потоке я скорее всего не затеряюсь.

Однако даже когда я работал на одном месте постоянно, я был трудоустроен официально всего один год – на кафедре одного барнаульского вуза. В остальное время я работал все в том же вузе по договору гражданско-правового характера, и после увольнения на бирже труда мне сказали, что я могу рассчитывать лишь на самое маленькое пособие по безработице, поскольку их интересует только трудовой договор, а я работал по нему больше года назад. Как вы понимаете, на бирже труда я больше не бывал.

И это не только моя проблема. Моя девушка ведет занятия по рисованию для детей в собственной частной школе, которая занимает целый один кабинет, и полностью зависит от того, захотят ли ее ученики в этом месяце ходить на занятия, или нет. Один из моих друзей рисует на заказ через Интернет, другой полгода работал в местной компании по продаже лимонадов – само собой, все это неофициально. Фактически, из всех моих знакомых в Барнауле официально работают лишь те, кто сумел сразу устроиться на денежную должность или кого устраивает невысокая оплата труда в нашем городе.

Но не все так плохо. Мне нравится работать из дома и писать не «продающие» посты, а именно о том, что меня интересует и что я считаю важным. И я зарабатываю по-разному в зависимости от количества статей. Единственная проблема – заработок крайне нестабильный.

Возможные решения

У проблемы прекариата есть два возможных решения. Первое – это безусловный базовый доход, который предлагает сам идеолог «общества прекариата» Гай Стэндинг. Безусловный базовый доход – это фиксированная сумма для удовлетворения основных потребностей, которую государство платит каждому гражданину вне зависимости от его вклада в экономику. Все остальное гражданин зарабатывает сам. То есть не разбогатеешь, но и с голоду не умрешь. Все издержки при этом покрываются, например, доходами от продажи естественных ресурсов – то есть нефти и газа, в нашем случае.

Но эта идея по своей сути является левой, и, как большинства левых идей, популистской и малореальной. В особенности это касается Российской Федерации. Я скорее поверю в то, что Сибирь превратится в тропические джунгли из «Metal Gear Solid 3», чем Сечин и иже с ним захотят поделиться хотя бы копейкой из своих сверхдоходов с нами. Такие вещи обычно происходят только после того, как хозяева естественных ресурсов теряют свою власть над ними. Еще нужно принимать во внимание то, что введение безусловного базового дохода должно произойти в государстве, которое в настоящее время всячески урезает социалку и принимает разного рода реформы, которые должны отнять еще больше денег у граждан – то же увеличение налогов и пенсионная реформа. То есть, как мне кажется, эта мера в нашей стране воплощена в жизнь не будет, по крайней мере, в ближайшей перспективе.

Другое решение буквально лежит на всеобщем обозрении, но почему – то говорят о нем гораздо реже. И Богемик, и Дмитрий Галковский в унисон писали, что в будущем государства отойдут на второй план, а важную роль снова, как в Средние Века, будет играть то, в каком союзе, сообществе или ордене состоит человек. То есть второе решение – это создание гильдий. Причем у нас перед глазами даже есть пример, где это решение вполне успешно воплощено в жизнь – Голливуд.

В голливудской индустрии у всех есть гильдии – у киноактеров, сценаристов, операторов, режиссеров. Они говорят, что состоят в профсоюзах, но это не так. Профсоюзы коллективно обеспечивают своим членам стабильные и регулярно растущие зарплаты. Гильдии же устанавливают достаточно высокие зарплаты и условия для своих членов, чтобы компенсировать простои в работе. Они не могут гарантировать работу, но предоставляют условия, в которых зарабатывать становится проще и права своих защищаются. Например, они устанавливают минимальную продолжительность контракта на съемках, в течение которой актер получает деньги. Таким образом, они дают некоторую стабильность в мире, который постоянно меняется.

И здесь в дело вступают те самые «local crew». На основе таких сообществ может создаться все, что угодно – от гильдии журналистов, частью которой я бы счел за честь быть, до союза писателей, настоящего, а не постсоветского междоусобчика людей «с хорошими лицами», и ордена офицеров – ветеранов Донбасса. А это, как вы понимаете, совсем другой уровень претензий и амбиций.

Эти сообщества вполне могли бы гарантировать своим членам минимальные цены на их услуги и основные условия, по которым эти члены работали и зарабатывали бы. Они бы защищали права своих членов и не давали бы ни рынку, ни РФ навязывать им работу за копейки в обмен на их уникальный опыт и навыки.

Гай Стэндинг в своей книге заявляет, что прекариат – это пока «класс в себе», класс, не осознавший общности своих интересов и не борющийся за свои права единым фронтом. Если же отбросить словесную мишуру уровня «лефтвинг», в России есть десятки миллионов людей, доходы которых нестабильны, а права – ничем и никем не обеспечены. «Локальные группы» способны дать людям эти права и, что не менее важно, дать им возможности бороться за эти права вместе с единомышленниками, у которых есть те же проблемы. Будущее без государств наступает на пятки, и все мы должны оказаться в правильных гильдиях, чтобы как-то выживать в постоянно изменяющемся мире.

Новый опасный класс Гая Стэндинга

Британский экономист Гай Стэндинг описывает классовые отношения на глобальном экономическом рынке 21 века. Он определяет появление того, что он называет «прекариатом» (от слов «ненадежный» и «пролетариат»), которые занимают уязвимое положение в обществе.

Опубликованная в 2011 году книга британского экономиста Гая Стэндинга описывает новый рабочий класс, который сейчас находится в процессе формирования, который он назвал «прекариатом» (от английского слова «нестабильный» - нестабильный, непостоянный - в сочетании со словом «прекариат»). пролетариат').Он поместил эту группу рядом с семью другими, которые, по его мнению, отражают «классовые отношения в глобальной рыночной системе 21 века». В этой системе Standing ставит прекариат на одну ступень выше беднейших слоев населения, которые живут и умирают на улицах.

Прекариат - это социально-экономическая группа (в некоторых странах составляющая четверть взрослого населения), характеризующаяся тремя характерными чертами: ее представителям не гарантируется надежная работа; кроме получения немедленной оплаты за свой труд, они не получают никаких дополнительных социальных гарантий в виде пенсий или пособий по безработице; люди, принадлежащие к этому классу, часто лишены определенных гражданских прав, которыми пользуются другие члены общества.Прекариат растет по мере увеличения числа мигрантов, женщин и школьников.

Среди факторов, приведших к появлению прекариата, Standing указывает на переход к гибким трудовым отношениям, который появился как неизбежный результат формирования с 1975 по 2008 год глобального трудового процесса. Он указывает на определенные опасности, связанные с появлением этого класса, который может привести к серии социальных взрывов. Он видит уменьшение этих угроз в так называемой «райской политике» - в немедленном пересмотре концепций свободы, равенства и братства с точки зрения прекариата.

Реализация предложенных автором новых мер категорически находится в сфере государственной компетенции. Но любому, кто прочитает книгу Стэндинга, напомнят о необходимости оценить ситуацию с позиции человечества: «прекариат не является ни жертвой, ни злодеем, ни героем - он просто состоит из людей, которые одинаковы. как и все мы ».

Автор

Гай Стэндинг (род. 1948) - британский исследователь, преподаватель и специалист в области экономики труда.Он является соучредителем и одним из президентов Сети базового дохода Земли - неправительственной организации, объединяющей экономистов, философов и других ученых, выступающих за принятие экономической политики «безусловного базового дохода», которая предлагает гарантированное удовлетворение минимального дохода. материальные потребности всех граждан. С 1993 по 1996 год Стэндинг входил в Экспертный совет Федеральной службы занятости России. Он является автором множества публикаций и книг по вопросам трудовых отношений в современном мире.

Новый опасный класс Гая Стэндинга

Неолиберальная политика и институциональные изменения привели к появлению огромного и растущего числа людей с достаточно общим опытом, чтобы их можно было назвать новым классом. В этой книге Гай Стэндинг представляет то, что он называет прекариатом - растущее число людей во всем мире, живущих и работающих ненадежно, обычно на нескольких краткосрочных работах, без обращения к стабильной профессиональной идентичности, стабильной социальной защите или защитным правилам, относящимся к их.Среди них - трудовые мигранты, но также и местные жители.

Стэндинг утверждает, что этот класс людей может вызвать новую нестабильность в обществе. Они становятся все более разочарованными и опасными, потому что у них нет голоса, и, следовательно, они уязвимы для криков сирен крайних политических партий. Он обрисовывает в общих чертах новый тип хорошего общества, в котором больше людей будут активно вовлечены в гражданское общество, а прекариат снова будет задействован. Он продолжает рассматривать один путь к новому лучшему обществу - безусловную базовую заработную плату для всех, вносимую государством, которую можно было бы пополнять за счет занятости.

Это актуальная и радикальная книга, которая понравится широкому кругу потребителей, обеспокоенных растущими проблемами отсутствия гарантий занятости и гражданской разобщенности.

Гай Стэндинг, профессор исследований в области развития в Лондонском университете, предлагает беспрецедентный, необходимый и четкий анализ доминирующего, решающего последствия глобализации: создание и поддержание, казалось бы, постоянного, всемирного, растущего низшего класса мигрантов, которым недоплачивают, эксплуатируемые, краткосрочные рабочие, «прекариат.«Их работа и социальное положение просто ненадежны. В эту группу входят миллионы людей из сельских районов Китая, которые стекаются в города на заработки за низкую заработную плату, женщины во многих местах работают в сфере услуг без контрактов, а молодежь, лишенная гражданских прав из-за отсутствия возможностей для карьеры или даже стабильной работы. Стэндинг объясняет, как глобализация вынудила их к такому образу жизни, и приводит доводы в пользу их реинтеграции в основное общество. Несмотря на политическую нейтральность, getAbstract рекомендует его важный, открывающий глаза и новаторский доклад студентам, должностным лицам неправительственных организаций, политическим деятелям, генеральным директорам, персоналу отдела кадров и всем, кто занимается бизнесом, политикой и последствиями глобализации.

Прекариат: новый опасный класс

Прекариат: новый опасный класс
Автор: Гай Стэндинг
Bloomsbury Academic, 2011

Как видно из названия, эта книга хочет, чтобы мы вспомнили Карла Маркса, «пролетариат» и боялись, как и буржуазия его времени, подъема наемных рабочих. Новый `` опасный класс '' вызывает у рабочих негодование по поводу их эксплуатации, по поводу того, что с ними обращаются как с товаром, который нужно покупать на открытом рынке, и по поводу того, что капиталисты извлекают прибыль из приложения рабочей силы рабочих к производству товарной продукции. товары без учета самих производителей.Это вновь вызывает представление о чувстве отчуждения рабочих по отношению к своей жизни ввиду их неспособности владеть тем, что они производят, направлять свои действия и определять свою судьбу.

За мобилизацией «старого» пролетариата последовало пробуждение белых воротничков «салариат». Они также стали активными в профсоюзном движении 20 -го и -го века, сформировав свою собственную организацию (в Великобритании: ASTMS, позже присоединенная к нынешнему UNITE). Несмотря на то, что им не приходилось заниматься (грязной) работой синих воротничков, салариат обнаружил, что их чистые белые воротнички не являются защитой от бессмысленной рутинной работы и низкой оплаты.

Историческая эволюция занятости теперь дает нам «прекариат», новый термин, почти исключительно связанный с работой Стэндинга, что само по себе является крупным достижением. Прекариат также лишен власти, но иначе, чем пролетариат и салариат, поскольку последний имел преимущество в определенной стабильности занятости (если, конечно, они не доставляли «неприятностей»). В этой стабильности отказано новому прекариату. Неустойчивость в оплачиваемой работе, на рабочих местах и ​​в продолжительности пребывания на рабочем месте является их отличительной чертой.Прекариат, даже выполняя работу белых воротничков, никогда не знает, когда их собираются уволить, поэтому их доход ненадежен. Из-за ненадежного потока доходов в домохозяйство заблаговременное планирование становится невозможным, а финансовые решения становятся краткосрочными. Эта ситуация создается поведением работодателей, которые отказываются соблюдать бессрочные трудовые договоры о найме и повсюду лоббируют реформу законодательства, направленную на снижение стабильности, увольняя сотрудников по собственному желанию и с более короткими сроками уведомления - все под именем «гибкость».Экономическое обоснование этого никогда не было ясным, как будто перенос рабочей силы из одного дня в другой сам по себе разожжет больной бизнес, поскольку повторный найм персонала является следствием повышения производительности.

Standing рассматривает прекариат как новый класс, который «находится в стадии становления», поскольку все больше и больше сотрудников обнаруживают, что работают «за вознаграждение», но не пользуются плодами «должности», которую они могут назвать своей в организации, которой они являются. структурная часть. Работа стала «ролью», а не должностью.Роль «играет», а не фиксируется, и ее может сыграть тот или иной человек. Ее нельзя «удерживать» или «занимать», как солидную работу. Напротив, салариат - это та часть сотрудников, которые, согласно Стэндингу, имеют стабильную работу на полный рабочий день с такими атрибутами, как пенсии, оплачиваемые отпуска, корпоративные льготы. Но салариат можно найти только в крупных корпорациях, государственных учреждениях, государственном управлении и государственной службе (стр. 12).

Эти классификации важны, потому что в главе 2 Стэндинг утверждает, что прекариат расширяется.Он указывает на ряд изменяющихся явлений, которые приводят к нерегулярной занятости, таких как коммодификация фирмы, численная и функциональная гибкость, незащищенность рабочих мест, увольнение сотрудников, реструктуризация системы заработной платы. Он также ясно понимает, что рост нестабильности оплаты труда сопровождается демонтажем старых систем социальной поддержки, таких как выплаты по безработице и «страхованию» по болезни. К сожалению, нет цифр, иллюстрирующих суровые новые явления, а также численность нового прекариата и тех, кто впадает в долговременную нестабильность.Фактически в книге нет статистических таблиц, что может быть связано с тем, что официальная статистика не предоставляет правильного типа данных, но новые расчеты были бы полезными.

В главе 3 «Постоянное положение» рассматриваются другие явления, такие как рост нестандартной занятости женщин и то, как студенты теперь также попадают на рынки нестандартной занятости из-за более высоких гонораров и долгов. Он также видит новое явление, когда пожилое население должно дополнять свой пенсионный доход работой с частичной занятостью, особенно если они были вынуждены досрочно выйти на пенсию из-за роста отсутствия гарантий занятости, тенденции, даже моды, к постоянным увольнениям. .

Но для Standing это не просто тенденции, которые следует описывать и понимать как экономические преобразования, но сводятся к новым политическим явлениям. Постоянная ненадежность той или иной разновидности лишает человека его гражданства в любом государстве. Чувство принадлежности и эффективности у человека теряется, когда не видно изменения тенденций, из-за неспособности левых политических сил разработать четкое описание явления или предположить, как его можно преобразовать в социально приемлемое состояние.Таким образом, Сэндинг видит развитие «политики ада», «неодарвинистского, неолиберального государства» (глава 6), государства наблюдения, контролирующего граждан и жителей через всевидящий паноптикум , вторгающийся в частную жизнь во всех учреждениях нашей страны. жизнь, дом, школа, работа и - я бы добавил - досуг.

Прежде чем читатель перейдет к вопросу , что можно сделать? Вопрос , Стэндинг заканчивается предложенной им «Политикой рая » с точки зрения прекариата (глава 7), предлагая нам поместить этот «классовый» в центр формулировки реформ.Видение Стэндинга, изложенное здесь, становится более ясным в его следующей книге A Precariat Charter (2014), где он излагает все меры, которые необходимо предпринять. Самым сложным предложением здесь, вероятно, является то, что он призывает государства предоставить всем гражданам индивидуально скромный базовый доход, без условий или правил поведения, но Standing предлагает наиболее яркое, сжатое и ясное изложение его экономических и социальных преимуществ, доступных до сих пор. Таким образом, книга заканчивается вдохновляющей нотой, ориентированной на решение: всемирное движение за основной доход как путь вперед.

Дополнительная литература по электронным международным отношениям

Почему прекариат - это не «фиктивная концепция»

способа взгляд на мир редко бывает полностью правильным или неправильным; они более или менее полезны, в зависимости от изображений, которые они передают, и вопросов, которые они задают. Много В недавних дебатах вокруг прекариата преобладали утверждения со стороны крайний левый, что это не класс. Ян Бреман, пишет в New Left Review , [1] утверждал в резкой критике идей, изложенных в моей книге «. Прекариат: новый опасный класс .[2] Редактор Review отказал мне в право на ответ: openDemocracy имеет предложил мне это место, чтобы прояснить, почему кажется полезным использовать изображения классов.

Судейство по реакции на Прекариат вокруг мире, многие люди понимают эту концепцию и идентифицируют себя как находящиеся в прекариат. Для меня это было олицетворением двух инцидентов, одного в США, другого. в Швеции.

В США, обращаясь к большой группе «Оккупай», мужчина пробился через аудитории, поставил свой стул посреди круга и сел лицом ко мне, в сложенном виде.Примерно через пять минут он встал, все еще скрестив руки, драматично. оглянулся, а затем указал на себя, говоря: «Это я, он говорит о!" Затем он сел под аплодисменты. В конце прошлого года, в конце обращения большое собрание в Стокгольме, молодой человек встал, поблагодарил меня за выступление, а затем сказал: «Я ненавидел это. Все дело во мне ».

Как больше людей приходят к пониманию своего положения в прекариате, признание переведет в общее сознание и станет силой для перемен.Вместо отчаяния, неполноценности или недоумения чувства могут скоро сдвинуться с мертвой точки. через механизмы, от пассивности к сопротивлению активному движению.

прекариат имеет классовые характеристики: его можно определить по отношению к другим групп и состоит из людей, имеющих три схожие черты класса, все тенденции или тенденции. Во-первых, прекариат имеет отличительные производственные отношения , или трудовые отношения. В отличие от нормы для пролетариат, прекариат имеет ненадежную рабочую силу, порхает в рабочие места, часто с неполными контрактами или вынужденные косвенные трудовые отношения через агентства или брокеров.

Оф Конечно, случайная работа была всегда. Само по себе это не различать прекариат. Ключевым моментом является то, что прекариат подвергается то, что я называю прекариатизацией - привыкание к , ожидая, что - это жизнь нестабильного труда и нестабильной жизни. Бреман утверждает Я говорю, что мужчины переживают прекариатизацию (хотя он неправильно цитирует это слово) как потеря статуса. Но прекариатизация относится не к потере статуса, а к противоположность пролетаризации - привыкание к стабильному наемному труду - широко используемая концепция, используемая историками при анализе того, что произошло в конце девятнадцатого и начала двадцатого веков.Прекариатизация - это потеря контроль над временем, развитием и использованием своих способностей.

В кроме того, модальный член прекариата не похож на старого пролетария в имеющий уровень формального образования, намного превышающий уровень работы, которую он или от нее ждут. Это исторически уникально. В отличие от классического пролетарий, который в лучшем случае освоил ремесло или умение в раннем возрасте и если успешный может подняться от подмастерья до ремесленника до мастера или ожидается, что прекариат научится и заново выучит множество уловок и развивать социальные, эмоциональные и коммуникативные навыки, которые превосходят все, что требуется пролетарского.

Это прекариатская квалификация, мимолетная, дорогостоящая для приобретения, легко потерянная. Это идет с отсутствие каких-либо профессиональных нарративов, которые члены прекариата могут дать своим рабочая жизнь. Некоторые не имеют профессиональной идентичности. Возможно даже хуже это положение тех, кто изначально был настроен на получение профессионального идентичность только для того, чтобы ее уносили снова и снова.

В Используя марксистские термины, можно сказать, что в то время как старый пролетариат имел тенденцию выполнять труд, соответствующий его рабочей силе, труд, выполняемый члены нового прекариата значительно ниже своей рабочей силы, их мощности.

Там это еще один аспект отличительных производственных отношений прекариата, подчеркнуто в книге и в значительной степени игнорируется критиками, такими как Бреман. Прекариат как правило, вынуждены выполнять гораздо больше неоплачиваемой «работы за труд» по сравнению с оплачиваемым трудом чем когда-либо делал пролетариат. Последний эксплуатировался на рабочем месте, в оплачиваемое рабочее время. Сегодняшний прекариат обычно должен работать не на работе и вне его. оплачиваемые часы или дни, а также по ним. Они также должны много работают не на своем рабочем месте, ищут работу и ублажают государство, постановка в очередь, заполнение анкет, переподготовка и т. д.

Эти Факторы определяют отличительные производственные отношения прекариата. Для Бремана и другие критики, такие как Роналду Манк [3] сказать, что прекариат - это то же самое, что и пролетариат, значит упустить все эти различия и многое другое.

А Вторая определяющая черта - то, что прекариат имеет отличительные отношения распределения . Это означает, что его источники дохода отличаются от источников дохода других групп. Как разработано в Прекариат , он получает почти все доход в виде денежной заработной платы; он не получает массив предприятия льготы, не связанные с заработной платой, которые обычно получали салариат и пролетариат, и не получает государственных пособий на основе прав.Его зависимость от денежной заработной платы означает прекариат нельзя отождествлять с «обширными неформальными секторами», о которых Бреман, вне рынков труда наемного труда.

Третий, прекариат имеет отличительные отношения в состояние . Это означает, что в прекариате меньше и слабее гражданские, культурные, социальные, политические и экономические права, чем другие в иерархия среднего дохода. Прекариат - это первый массовый класс в история, которая систематически теряла права, созданные для граждан.

За гранью игнорируя тройственную концептуализацию прекариата, Бреман говорит, что я использую термин «ортодоксальный лейборизм» означает фордистскую модель стабильных рабочих мест с долгосрочное обеспечение занятости. Я не использую этот термин, и я не это сказать или иметь в виду. Затем он говорит, что я утверждаю, что «левоцентристы должны отказаться от интересы «труда» и умирающий образ жизни ». Опять же, это не то, что я говорю или полагать.

Фактический аргумент, вкратце, состоит в том, что было политической ошибкой навешивать права на пособия к выполнению работы или продемонстрированной готовности выполнять работу, и игнорировать все формы работы, кроме труда.Среди последствий есть что репродуктивная работа, которую женщины выполняют гораздо больше, чем мужчины, игнорировалась и по-прежнему не получает права на льготы или «права».

Другое формы того, что в книге называется «труд за труд», обширны, растут, без вознаграждения и без измерения. Чтобы утверждать, что права людей должны быть связаны с все форм работы не требовать отказ от интересов тех, кто занимается трудом per se . Утверждать, что я сказал последнее, - очевидная попытка сделать Я не сочувствую наемным работникам, что смешно.

Breman говорит, что я «едко» про рабочий класс, пролетариат. Я не был. Пролетариат был основой промышленной революции и произвел много нашего коллективного богатства. Но аналитически полезно различать между теми, кто стабильно трудится физическим трудом, с идентичностью рабочего класса и статус, как у горняков, докеров, сталеваров и даже конторских рабочих в долгосрочная офисная работа и прекариат с его отличительными отношениями производство, распределительные отношения и отношения к государству, которое в сочетание имеет тенденцию вызывать отчетливое осознание потери и относительного лишение.Конечно, как указано в г. Прекариат , мы имеем дело с идеальными типами Вебера, в которых группы определяется их модальными характеристиками.

Бреман, не эксперт по рынкам труда, делает знакомое социал-демократическое утверждение в говоря, что стремление к «гибкости» рабочей силы создало «безработных рост". В глобальном масштабе это неправильно. Работает больше, чем когда-либо в истории, определяемой как количество людей, выполняющих наемный труд, как в ОЭСР страны и страны с формирующейся рыночной экономикой.В какой стране меньше занятости чем сегодня в начале эпохи глобализации?

затруднительное положение - это не рост безработицы, а почти противоположное, «рабочие места без роста» - распространение низкопроизводительных рабочих мест с низкой заработной платой и почти без заработной платы преимущества. Как утверждается в Прекариат и в других местах, либерализация экономики в фазе отторжения Глобальная трансформация утроила мировое предложение рабочей силы на открытом рынке экономия. Это самый важный фактор, формирующий формирующийся класс. структура, так как это коренным образом ослабило переговорные позиции рабочих везде.

Кто угодно который работал в таких странах, как Китай, Индия, Индонезия и Малайзия, поскольку я будут знать, что распространение мер по обеспечению гибкости рынка труда совпало с крупнейшим расширением рабочих мест в истории человечества. Breman’s перспектива избегает вступать в схватку с появлением того, что является глобальным процессом труда , а не как он характеризует это как совокупность национальных «трудовых режимов».

Голубиный тупик

Имея три десятилетия проработал в Международной организации труда (МОТ), мне кажется уверены в глобальном сближении трудовых норм и правил политики.Например, в 1980-х годах я был автором, соавтором или руководил оценками. тенденций гибкости рабочей силы в девяти европейских странах, в том числе якобы такие же разные, как Швеция и Испания. Вопреки утверждению Бремана, что в то время в континентальной Европе не было стремления к гибкости, книги показать континент в муках структурных изменений. [4]

Оф Конечно, были институциональные различия, но аналогичные тенденции наблюдались в каждая страна. Интеллектуальное предпочтение Бермана «национальных трудовых режимов» напоминают «режимы государства всеобщего благосостояния», предложенные Гёста Эспинг-Андерсен в известная книга 1990 г. [5] которые каскадно превращались в гибриды, сбивая с толку поколения студентов, получивших задание стран, которые ставят ярлыки, и производят тысячи статей, которые ни к чему не привели.Как только страна была идентифицирована как особый режим, как структурные реформы изменили его. Таким образом, сегодняшняя Швеция с почти четвертью своего безработная молодежь и неравенство растет быстрее, чем в любой другой ОЭСР страны, сильно отличается от той, какой она была в 1980 году.

Как для глобальной тенденции к гибким рынкам труда и практикам, имея провели опросы предприятий в более чем 20 странах, я бы предположил, что трудовые практики фирм по всему миру сегодня имеют больше общего с каждым кроме трудовой практики их национальных фирм 30 лет назад.Как бы то ни было, я могу сказать, что при опросе 3000 промышленных предприятий в В Малайзии в конце 1980-х годов было очевидно, что они меняют свое отношение к гибкие трудовые отношения уже тогда.

Действительно, именно эта работа и аналогичные исследования на Филиппинах, в Таиланде и Индонезии это впервые убедило меня в том, что эта тенденция носит глобальный характер и что она последствия для фрагментации классов, которые позже были представлены в серии книг, в частности Global Labor Гибкость (1999), [6] Работа после глобализации (2009) [7] и Прекариат. Для Бремана и Мунк утверждает, что концептуализация основана исключительно на разработках в Великобритании. или «Северная Атлантика» - это совершенно неверно.

Конфликт интересов и идентичности путаница

Breman’s перспектива также не может различать отдельные группы как обретает форму глобальный трудовой процесс, некоторые из которых преуспевают, некоторые хуже, некоторые катастрофически. Сжимая всех в один гигантский «Рабочий класс» маскирует происходящее. Бреман обвиняет меня в том, что искусственные различия между разными фракциями рабочего класса ».Этот притворяется материальным единством и общими интересами, когда явно не является.

Где подходит ли менеджер или руководитель многонациональной компании? Это искусственно разделение предположить, что он / она не принадлежит к тому же «классу», что и работник, выполняющий работа с 9 до 5 на сборочной линии или уборщиком по субподряду? Все они работают! И в реальном смысле все они «продают свой труд», как выразился Бреман. В разумный вопрос для любого социолога: какой тип дифференциации имеет ли аналитический смысл для изучения происходящего? Пытаясь понять отличительной классовой позицией разных групп не является «противопоставление каждой из них». другое », как утверждает Бреман.Речь идет о попытках понять отличительные обстоятельства, с которыми они сталкиваются, и осознание того, что их обстоятельства имеют тенденцию поощрять.

Для например, старый пролетариат, который все еще сохраняет гарантии занятости, и Предприятие и государственные льготы могут подтолкнуть свои профсоюзы к поиску по их интересам по сравнению с интересами прекариата. Бреман и те, кто думать, как он, не понимать, почему прекариат не имеет отношения к труду союзы. Берман также искажает мою позицию, утверждая, что я говорю, что многие люди «определяют себя как рабочий класс, отчасти потому, что они на нестандартной работе », и что я« отклоняю это как заблуждение ».

Что в книге на самом деле говорится, что те, кто в прекариате с университетским дипломом вряд ли будут чувствовать себя комфортно, определяя себя как рабочий класс, но, поскольку у них нет собственности или зарплаты, они также вряд ли почувствуют комфортно себя называть средним классом. Дело о путанице идентичности связаны с непоследовательными самоопределениями родителей и их потомков, как выяснилось в опросах общественного мнения.

Мутные воды

Тогда мы подошли к главной тираде Бремана.Он отмечает огромное количество людей, разрабатывающих страны, которые живут в плохих условиях в «неформальной экономике», и утверждает: «В В принципе, Стэндинг хотел бы рассматривать эти обездоленные массы как часть прекариат ». Нет, не стал бы.

Как бывает, я провел большую часть прошлого десятилетия, работая в деревнях в Гуджарате и Мадхья-Прадеш в Индии, особенно работая с SEWA (Самозанятые женщины Ассоциация Индии) в реализации пилотной схемы базового дохода, охватывающей тысячи жителей села.Тот факт, что они крайне «бедны», не имеют доходов. и доступ к самым основным средствам жизни, не означает, что они являются частью прекариат. Но я верю, что в Индии растет прекариат, особенно в 53 города с миллионным населением, в которых есть растущее число молодых людей с университетским образованием, борющихся за карьеры.

I давно утверждают, что нет смысла с аналитикой сжимать крестьян, мелких производителей, уличных торговцев и поденщиков в единое понятие неформальный сектор.Это то, что делает Бреман, говоря, что «более 90%» Индийская рабочая сила находится в «неформальной экономике». Заявив, что прекариат недостаточно определен, он не предлагает определений используемых им понятий, таких как как «неформальный сектор», «режим труда», «рабочий класс». Более того, он даже ссылается в отличие от «рабочего класса», сказав, что нельзя делить рабочий класс.

Это писатель работал с Международной конференцией статистиков труда, орган, ответственный за установление статистических стандартов.Концептуализация и измерение «неформального сектора» бросило вызов нескольким поколениям лучших мировых статистики труда. В конце концов, от попытки отказались более десяти лет назад. Это не остановило таких нестатистиков, как Бреман, продолжать использовать концепцию это оказалось несовместимым с измерениями более 40 лет.

В В своей тираде Бреман говорит, что с демографической точки зрения прекариат «замечательно гетерогенный ». Тем не менее, «неформальный сектор» должен выиграть приз для самых гетерогенное понятие в социальных науках.Он уходит в еще более мрачный концептуальной воды при описании его неформального сектора как «уязвимого» работа". Большинство из тех, что он помещает в эту ячейку, не «заняты» вообще, что всегда означало работать за зарплату. Не помогает аналитический ясность использования одного слова для обозначения нескольких разных вещей.

Собираемся вместе

Breman утверждает, что я говорю о «плохом прекариате» и «хорошем прекариате», термины I никогда не пользовался. Однако прекариат все еще находится в стадии становления, потому что он внутренне разделен на три группы, которые для краткости можно назвать Атависты, ностальгики и прогрессисты.Первый состоит из выпавших старых пролетарских общин, родители которых имели традиционный ручной труд и жизни. Эта группа отчуждена, аномальна, тревожна и сердита, потому что не может воспроизводит прошлое и склонен слушать политиков-популистов, обвиняющих мигранты или «скейверы» в зависимости от их ситуации.

Ностальгики - классические жители, мигранты или этнические меньшинства, неспособные к относятся к потерянному дому без подарка. Они тоже отчуждены, аномальны, тревожны и злы, но склонны политически опускать голову, случайные дни ярости, когда они чувствуют, что их пространство или свобода нарушаются. чрезмерно посягнули.

третья и потенциально наиболее прогрессивная группа состоит в основном из образованных люди, которые чувствуют, что им отказано в будущем, чувство, что они могут построить свою жизнь и карьеры, после того, как им пообещали, что их квалификация приведет к этому. Они испытывать чувство относительной депривации или статусного разочарования. Это становится источником огромного стресс. Например, по данным Института экономической политики, в США в 2012 г. 46% тех, кто работает на низкооплачиваемой работе, имели высшее образование, по сравнению с 17% в 1968 г., когда средняя заработная плата на таких работах в реальном выражении упала.Над три четверти всех занятых на низкооплачиваемой работе имели как минимум диплом о среднем образовании.

Breman говорит, что моя вера в то, что различные части прекариата могут объединиться является «явно несостоятельным». Он не говорит, почему, и я не понимаю, почему. Один не нужно утверждать, что все будут придерживаться одинаковых взглядов. Скорее аргумент состоит в том, что по мере того, как все больше людей осознают, что их ситуация связана не с личными неудач, но структурные факторы и политика, они получат силу, чтобы противодействовать этим социальным и экономическим силам и стремиться к структурным изменениям.

Классовое сознание и голос

так это помещено в новую книгу [8] состоит в том, что прекариат должен стать достаточно самостоятельным классом, чтобы отменить себя. Другими словами, только когда достаточное количество людей в прекариате увидят сами как часть группы, сталкивающейся с аналогичными проблемами, получат ли они социальная сила требовать общего набора изменений. Грубо говоря, вот что случилось с пролетариатом в первые десятилетия двадцатого века.

В развитие национального индустриального капитализма, широкий спектр типов люди подвергались пролетаризации, то есть подчинялись дисциплинам и диктует стабильный наемный труд, принимая команды промышленных менеджеры.Конечно, не каждый рабочий имел стабильную работу. Но как промышленный сформировались капитализм и система индустриального гражданства, модальная пролетарий был подчиненным на постоянной работе, обещал иждивенец обеспечение в обмен на принятие права управления на управление.

Мой утверждение с 1980-х годов заключалось в том, что вместо того, чтобы полагаться на тщательно продуманные нормативные акты по усилению семи форм безопасности труда, которые были повестка дня профсоюзов и рабочих партий в двадцатом веке, и которая определила социал-демократическую традицию, теперь в глобальной трансформации два должны быть удовлетворены основные потребности или ценные бумаги - гарантия базового дохода и сильное представительство безопасность.

В другими словами, важно укрепить переговорные возможности все по отношению к столице и государству. Я не преуменьшаю значение этого аспекта, поскольку Бремен утверждает. Необходимы сильные профсоюзы, чтобы представлять сотрудников, но в Кроме того, необходимы новые формы коллективных объединений, чтобы голос прекариата на всех соответствующих форумах, на рабочих местах и ​​за их пределами, и прежде всего в противостоянии государству.

прекариат - это новый опасный класс отчасти потому, что он отвергает все старое мейнстримное направление. политической идеологии и потому, что она интуитивно трансформирует.Один из самые разрушительные граффити, запечатлевшие эту точку, были нанесены на Мадридская стена: «Хуже всего было бы вернуться к старому нормальному состоянию ».

Другой можно сказать, что тогда как модальный пролетарий и его представителей, стремившихся к стабильной наемной работы на полную ставку, простирающейся на его в будущем модальный член прекариата стремится к обогащению трудовой деятельности в обеспечении профессиональной свободы. Есть разница.

Гай Стэндинг - профессор Исследования развития в Школе востоковедения и африканистики в Лондонский университет и со-президент BIEN, неправительственной организации, созданной в 1986 г. продвигает базовый доход как право.


[1] Ян Бреман, «Поддельная концепция», New Left Review , №84, ноябрь-декабрь 2013 г.

[2] Парень Стоя, Прекариат: Новое Опасный класс , Лондон: Bloomsbury Academic, 2011.

[3] Роналду Манк, «Прекариат: взгляд с юга», Third World Quarterly , 34 (5): 747-762.

[4] К концу 1980-х годов стало ясно, что шведская модель, столь любимая социал-демократами, распадалась, приводя к усилению неравенства и классовой фрагментации, и дрейфует дальше в сторону труда как ядра своего знаменитого «активного труда». рыночная политика ».Guy Standing, Безработица и гибкость рынка труда: Швеция , Женева: МОТ, 1988.

[5] Гёста Эспинг-Андерсен, Три мира Социальный капитализм , Кембридж, Великобритания: Polity Press, 1990.

[6] Гай Стэндинг, Global Labor Flexibility: В поисках распределительной справедливости , Бейзингсток: Макмиллан, 1999.

[7] Гай Стэндинг, Работа после глобализации: Формирование профессионального гражданства , Челтенхэм, Великобритания: Эдвард Элгар, 2009.

[8] Guy Standing, Хартия прекариата: от От жителей к гражданам , Лондон: Bloomsbury Academic, 2014.

Bloomsbury Academic. £ 19,99, стр. 198, pbk

отзывов 417

жизни, их тревога усугубляется совершенно неадекватными системами социальной защиты.

человеческая реакция на ненадежность - это гнев, аномия, тревога и отчуждение (четыре А). Мы

видим это повсюду вокруг нас, в протестах и ​​беспорядках - реакция на человеческие страдания и страдания

(Taylor-Gooby, 2012).

Для Стэндинга не существует заметных «разновидностей капитализма» или реальных «миров благосостояния».

Замешаны социал-демократы, потому что они тоже поддерживают неолиберальные идеи и потребность в гибкой

незащищенной рабочей силе. По его оценкам, в развитом мире по крайней мере четверть взрослого населения

принадлежит к «прекариату», который подстегивают безработные, соискатели пособий и

криминализованных борцов. Переход к нерегулярным рабочим местам, бывшим рабочим местам, случайным и временным работникам,

наряду с неполной занятостью и ростом агентств занятости, является частью глобального капитализма.

Занятость и незащищенность рабочих мест определяют признаки нестабильности, как и гибкость заработной платы

, необходимая компаниям, стремящимся к большей гибкости за счет аутсорсинга и офшоринга - все

, что снижает надежность занятости и увеличивает беспокойство сотрудников.

Соответственно, мы попадаем в критический момент, глядя в «ад» либертарианского патернализма

. В его («умеренно утопическом») видении «рая» свобода и безопасность

передаются экологически чистым способом.Проверка средств, условность и патерналистское подталкивание нет места в

мире, созданном для минимизации человеческого беспокойства и незащищенности. Предписание политики - это «полная коммерциализация

» труда, «определенные права для рабочих» и «базовый доход», выплачиваемый всем. Другими словами,

- это прогрессивная политическая программа, направленная на то, чтобы обратить вспять «трудовое благосостояние», нынешнюю политику

субсидирования тупиковых задач по снижению безработицы и неполной занятости. Людям

следует предоставить соответствующие стимулы к заработной плате, а не заставлять их «работать».Важно отметить, что этот

поможет определить рыночную стоимость работы по уходу, которая слишком долго недооценивалась

(или в значительной степени не признавалась в случае неформального ухода). Гай Стэндинг является давним сторонником

«базового дохода» и утверждает, что безусловный необлагаемый налогом базовый доход или социальный дивиденд

, выплачиваемый каждому члену общества, обеспечит экономическую безопасность, необходимую для улучшения

испытанных эффектов. со стороны «прекариата».

Таким образом, анализ и аргументы убедительны, поскольку Прекариат объединяет

и развивает многие современные направления мысли в литературе (социальных наук),

и основывается на материалистической традиции, которая в конечном итоге приводит к отрицанию «неолиберализм».

Standing отражает некоторые из традиций коллективистской социальной политики, заложенные Ричардом Титмусом

(1938), но с большим вниманием ко всем формам работы и понятиям профессионального гражданства.

Во многих отношениях Прекариат является продуктом своего времени (например, неолиберальное правительство социальной

незащищенности, эпоха дуализации) и будет считаться таковым в ближайшие годы. Однако в настоящее время,

, рецепт политики не соответствует общественным и политическим взглядам - ​​особенно

с сокращением благосостояния во многих странах с развитой экономикой - в то время как правительства

продолжают проводить политику повышения заработной платы в форме рабочих налоговых льгот и тому подобное.

Сообществу социальной политики необходимо больше заниматься рассматриваемыми здесь проблемами, что делает

The Precariat обязательным чтением. И как бы я ни хвалил Гая Стэндинга за эту работу,

есть упущенная возможность. Понятие «исключительности» обещает преодолеть нынешние

противоречий между гибкостью рынка труда, с одной стороны, и социальным обеспечением, с другой.

«Гибкая безопасность» в настоящее время является модным словом в социальной политике, и мне бы хотелось, чтобы

видел, как модели безопасности обсуждаются напрямую.Призывы к международным государствам всеобщего благосостояния, глобальным

полам социальной защиты и достойной минимальной заработной плате растут (МОТ, 2011), но правительства

намерены обеспечить «работу» и надбавки к заработной плате. Разоблачение концепций и аргументов, предлагаемых здесь

, и, что немаловажно, последствий для тех, кто ведет нестабильную жизнь, требует дальнейшей работы.

Гай Стэндинг отвергает нынешний подход «исключительности», который он считает глубоко неправильным, поскольку

остается сосредоточенным на работе, а не на работе в общественном сознании.Возможно, лучшее

указание на это, однако, исходит из более ранних работ, написанных задолго до того, как «exicurity» стало термином

(Standing, 1986).

Прекариат и классовая борьба

  • * Статья опубликована на португальском языке в номере RCCS 103 (май 2014 г.). DOI: 10.4000 / rccs.5521

1Каждая социальная формация порождает свою классовую структуру, даже если она накладывается на предшествующие структуры.Сегодня мы находимся в эпицентре Глобальной трансформации, аналогичной Великой трансформации Карла Поланьи (Polanyi, 1944). Но в данном случае мы переживаем болезненное построение глобальной рыночной системы, в то время как он писал о создании национальной рыночной экономики и институтов для встраивания экономики в общество.

2В то время как в начале 20-го, -го и -го века, пролетариат - тогда растущее ядро ​​рабочего класса - находился в авангарде политических и социальных изменений, он утратил размер, силу или прогрессивное мировоззрение, чтобы выполнять эту роль в 1980-е гг.Это была сила добра на протяжении многих десятилетий, но в конечном итоге она зашла в тупик из-за присущего ей труда, желая получить как можно больше людей на «рабочих местах» и увязывая социальные и экономические права с производительностью труда.

3 В средние десятилетия 20 - веков капитал, профсоюзы, рабочие и социал-демократические партии - все согласились создать общество и государство всеобщего благосостояния, ориентированное на лейборизм, основанное на пролетаризированном большинстве, ориентированное на стабильный труд, с льготы, связанные с трудом.Для пролетария главной целью было лучшее, «достойный» труд, а не бегство от труда. Классовую структуру, соответствующую этой системе, было относительно легко описать, когда буржуазия - работодатели, менеджеры и наемные профессиональные служащие - противостояла пролетариату, который между ними составлял хребет общества.

4 Сегодня формируется принципиально иная структура глобального класса. Определенный в другом месте (Standing, 2009, 2011), он кратко состоит из семи групп, не все из которых являются классами в марксистском или веберианском смыслах.У большинства есть отличительные отношения производства, отношения распределения, отношения к государству и отличительное модальное сознание.

5 Ниже групп, которые можно определить классовыми терминами, находится низший класс, люмпен-прекариат, состоящий из грустных людей, которые остаются на улицах и умирают в жалкой форме. Поскольку они фактически изгнаны из общества, лишены свободы воли и не играют активной роли в экономической системе, за исключением того, что наводят страх на тех, кто находится внутри нее, мы можем оставить их в стороне, хотя некоторые элементы могут активироваться в моменты народного протеста.

6 Группы классов определяются не только по доходу, но их можно перечислить в порядке убывания среднего дохода. На вершине этой структуры находится плутократия, несколько сверхграждан с огромным богатством, в основном полученным нечестным путем, и огромной неформальной властью, частично связанной с финансовым капиталом. Они отделены от национального государства, часто с удобными паспортами нескольких стран. Большая часть их власти - это манипуляция через агентов, финансирование политиков и политических партий и угрозы перевести их деньги, если правительства не выполнят их желания.

7 Ниже плутократии находится элита, с которой у нее много общего, хотя последние где-то являются национальными гражданами. Эти две группы действуют как эффективный правящий класс, почти гегемонистский в своем нынешнем статусе. Они олицетворяют неолиберальное государство и манипулируют политиками и СМИ, полагаясь на финансовые агентства, которые поддерживают правила в свою пользу.

8 Ниже указаны зарплаты, имеющие долгосрочные гарантии занятости, высокие зарплаты и обширные корпоративные или корпоративные льготы.Они служат в государственной бюрократии и в основных эшелонах корпораций. Ключом к пониманию своего положения в классе является то, что они получают растущую часть своего дохода и безопасности от капитала в форме акций. Это означает, что их собственные доходы могут увеличиться, если будет снижена заработная плата, если это будет означать, что доля прибыли и их выплаты по акциям увеличатся в стоимости. Это одна из причин того, что смешивать салариат с другими нижестоящими в одном классе ошибочно.

  • 1 В смысле, используемом Эриком Райтом (1978), салариат занимает противоречивое классовое положение, но я (...)

9 С приватизацией государственного сектора, а также с аутсорсингом и офшорингом занятости корпорациями и государственными учреждениями, салариат сокращается, и многие в нем опасаются попасть в прекариат, что мы вскоре рассмотрим. В то время как в большинстве стран салариат будет продолжать сокращаться, он будет сохраняться и является чем-то вроде «среднего класса» 1. Многие в нем, несомненно, надеются подняться в элиту или перейти в следующую группу.

10Эту группу я назвал профессионалами, растущую группу, которая работает как подрядчики, консультанты, индивидуальные предприниматели и тому подобное.Они зарабатывают высокие доходы, но живут на грани выгорания и постоянно подвергаются безнравственным опасностям, часто нарушая законы без промедления. Их число растет, равно как и их влияние на политический дискурс и популярные образы. Было бы глупо называть их частью единого рабочего класса, поскольку они, по сути, являются предпринимателями, продающими себя, по-настоящему коммерциализированной рабочей силой.

11 Ниже их по среднему доходу - старый пролетариат, ядро, быстро сокращающееся во всем мире.Его остатки будут существовать, но у них больше нет сил развивать или навязывать свою повестку дня в политической сфере или даже пугать капитал, требуя уступок. Государства всеобщего благосостояния и режимы так называемых «трудовых прав» были созданы для них, но не для тех, кто ниже их в классовой структуре.

12 Этот последний факт имеет неудобные последствия для характера классовой борьбы и конфликтов в предстоящий период. В течение 20 - гг. Пролетариат испытывал все более декомодифицированный труд, поскольку часть его дохода была получена из прибыли от капитала в виде вознаграждения, не связанного с заработной платой.

13 Самым важным воплощением этого являются огромные пенсионные фонды, которые вознаграждают пролетаризированных рабочих за долгие годы «службы», инвестируя в рынки капитала для получения средств. В результате очень трудно представить себе пролетариат «революционным» или преобразующим, учитывая то, как его представители, в первую очередь профсоюзы, закрепили свои интересы внутри капитализма.

14 Как бы то ни было, прекариат стремительно формируется ниже их по среднему доходу.Некоторые комментаторы отреагировали на эту концепцию, заявив, что ненадежность - это социальное условие. Это так, но социальное состояние не действует, у него нет человеческого вмешательства. Прекариат - это формирующийся класс. Мы можем определять его с возрастающей точностью. Но, как вскоре утверждается, у него есть уникальная характеристика, которая сделает его решающим для повторной фазы Глобальной трансформации и борьбы, которая должна произойти, если мы хотим этого достичь.

15 У прекариата есть особые производственные отношения, и это то, что подчеркивалось большинством комментаторов при обсуждении прекариата, хотя на самом деле они не являются наиболее важными для его понимания.По сути, их труд небезопасен и нестабилен, поэтому он связан с нерегулярным трудом, информализацией, заемным трудом, неполной занятостью, фальшивой самозанятостью и новым массовым феноменом коллективного труда, обсуждаемым в другом месте (Standing, 2014).

16Все эти формы «гибкой» рабочей силы распространяются по всему миру. Менее примечательно то, что в процессе прекариат должен обеспечивать растущее и высокое соотношение работы за труд к самому труду. Он эксплуатируется не только на рабочем месте и вне оплачиваемого рабочего времени, но и на нем.Это один из факторов, который отличает его от старого пролетариата.

17Глобальный капитал и государство, обслуживающее его интересы, хотят иметь большой прекариат, поэтому он является формирующимся классом, а не низшим классом. В то время как национальный промышленный капитал в период Великой трансформации хотел приучить основную часть пролетариата к стабильному труду и стабильной жизни, сегодняшний глобальный капитал желает приучить прекариат к нестабильному труду и нестабильной жизни. Это фундаментальное различие - одна из причин полагать, что объединение пролетариата и прекариата в одну категорию заблокировало бы аналитическое мышление и политическое воображение.

18 Прекариат также имеет особые отношения распределения, поскольку он почти полностью полагается на денежную заработную плату, обычно испытывая колебания и никогда не имея гарантированного дохода. Опять же, в отличие от пролетариата 20 - века, который испытал незащищенность рабочей силы, которую можно было бы покрыть за счет социального страхования, прекариат подвержен хронической неопределенности, столкнувшись с жизнью «неизвестного неизвестного».

19 И прекариат имеет особые отношения с государством, поскольку имеет меньше прав, чем большинство других.По сути, у него незащищенных прав . Это первый случай в истории, когда государство систематически отнимает права у своих граждан, как это зафиксировано в других источниках (Standing, 2014). Все больше и больше людей, а не только мигрантов, превращаются в жителей с более ограниченным кругом и глубиной гражданских, культурных, социальных, политических и экономических прав. Им все чаще отказывают в том, что Ханна Арендт назвала «правом иметь права», сутью надлежащего гражданства.

20 Это ключ к пониманию прекариата.Его основной характер - быть просителем, нищим, которого заставляют полагаться на дискреционные и условные подачки от государства, а также от приватизированных агентств и благотворительных организаций, действующих от его имени. Для понимания прекариата и природы грядущей классовой борьбы это более важно, чем его ненадежные трудовые отношения.

21 Последняя отличительная черта - это его классовое сознание, которое представляет собой сильное чувство разочарования в статусе и относительной депривации. Это имеет негативный оттенок, но также имеет радикальный преобразующий аспект, помещая его между «капиталом» и «трудом».Он с меньшей вероятностью будет страдать от ложного сознания при выполнении работ, которые ему попадаются, отчасти из-за отсутствия чувства лояльности или приверженности ни в одном из направлений. Для прекариата работа является инструментом, а не определяющим фактором жизни. Отчуждение от труда воспринимается как должное.

22 Более того, это первый класс в истории, для которого нормой является наличие более высокого уровня образовательной квалификации, чем та работа, которую человек может рассчитывать получить и будет обязан выполнять.Это облегчает понимание отчуждения. Но этот дисбаланс порождает глубокое разочарование в статусе, а также гнев из-за отсутствия чувства будущего, отсутствия ощущения того, что жизнь и общество стремятся к лучшему состоянию.

23Но с точки зрения сознания мы можем понять, почему прекариат является новым опасным классом, потому что он отвергает старые основные политические традиции, отвергая лейборизм в такой же мере, как неолиберализм, социал-демократию и христианскую демократию.Но это опасно и в другом смысле. Вкратце это можно сказать, что в настоящее время он не является классом для себя, потому что он находится в состоянии войны с самим собой, имея три формы относительной депривации, каждая из которых характеризует три разновидности прекариата, которые в настоящее время находятся в напряжении.

24 Первая группа - это те, кто выбывает из старых рабочих сообществ и семей; в основном необразованные, они склонны связывать свое чувство обездоленности и разочарования с потерянным из , реальным или воображаемым.Таким образом, они прислушиваются к реакционным популистским голосам крайне правых и обвиняют в своих проблемах вторую и даже третью разновидность прекариата. Их можно было бы назвать атавистами . Они склонны реагировать на харизму. Именно эту часть прекариата приводят к крайне правым (см., Например, Goodwin and Ford, 2014), отчасти из-за отсутствия прогрессивной программы, которая бы дошла до нее, которая могла бы сыграть на их устремлениях. а не на их страхе и неуверенности.

25 Вторая группа состоит из мигрантов и меньшинств, которые испытывают сильное чувство относительной обездоленности в силу отсутствия настоящего , отсутствия дома.Их можно назвать ностальгиками . В политическом плане они, как правило, относительно пассивны или отстранены, за исключением периодических дней гнева, когда что-то, что кажется прямой угрозой для них, разжигает коллективный гнев. Именно это произошло в трущобах вокруг Стокгольма в начале 2013 года и в Тоттенхэме в Лондоне в августе 2011 года, а также во время других всплесков насилия.

26 Третья разновидность состоит из образованных, которые в своей нерегулярной работе и из-за отсутствия возможности построить повествование о своей жизни испытывают чувство относительной депривации и статусного разочарования, потому что они не имеют никакого представления о будущем .Их можно было бы назвать богемными, но поскольку они являются потенциально преобразующей частью прекариата, новым авангардом, они открыты для того, чтобы стать прогрессивными .

27Просматривая эти три разновидности, можно увидеть, что большинство из них отвергают основные политические программы 20 -х годов века. Неолиберализм - это анафема. Консервативно-христианские демократы справедливо считаются моралистами и в целом презираются как утилитаристы, обращающиеся к салариату.А социал-демократы и лейбористы рассматриваются как имеющие отношение только к остаткам пролетариата и низшим слоям салариата, которые подвели первую часть прекариата, враждебно относятся ко второй и неприятны для третьей.

28 Как это ни парадоксально, но уместно, что в разгар кризиса из-за неудач неолиберального проекта социал-демократы старого стиля потеряли свою базу избирателей и пострадали от роста прекариата больше, чем любой другой политический поток.Социал-демократы, кажется, предлагают вернуться в прошлое, не осознавая, что ядро ​​прекариата также отчуждено от него.

29Социологи, такие как Ричард Сеннетт (1998), описывают утрату золотого века капитализма и, кажется, хотят воссоздать то, что было ориентированным на мужчин лейбористским прошлым, изображая текущие реалии как «разъедающий характер», как если бы это не было постоянным особенность капитализма. Но точно так же, как опасный класс в конце 19, гг. Состоял из тех, кто сопротивлялся пролетаризации (Jankiewicz, 2012), сегодняшний прекариат фактически психологически освобожден от лейборизма и, следовательно, от опасного класса.Это прекрасно было запечатлено в подрывном граффити, нанесенном кем-то из движения возмущения: «Худшим было бы вернуться к старому нормальному состоянию».

30 Ключевым моментом является то, что различными способами в прекариате есть общая почва для отказа от старого политического консенсуса и партий правоцентристских и левоцентристских. Вот почему считается кризис демократии, потому что прекариат не видит себя представленным и отказывается предаваться реальности истончения коммодифицированной политики.Когда возмущенные на площади Пуэрта-дель-Соль пишут: «Я люблю демократию, но тебя нет», их неприятие политических партий носит глубоко политический характер (Estanque, 2013).

31 Однако этот последний вывод не означает, что прекариат аполитичен, поскольку есть еще один смысл, в котором он представляет собой формирующийся опасный класс. Его ближайшая задача - выйти за рамки примитивной фазы мятежа, в которой он оказался в 2011 году, осознать, против чего он выступает, но еще не получить достаточный класс для себя, чтобы быть силой для перемен.

32 Здесь надо быть осторожными. Одним из достижений неолиберализма была определенная степень лингвистической гегемонии в овладении языком политического, социального и экономического дискурса, которое также распространилось на культурный дискурс. Сегодняшняя задача - вернуть язык, чтобы создать воображаемое желаемое будущее. Это не что иное, как возрождение самой идеи как будущего , которая была потеряна в неолиберальной антиутопии бесконечного потребительства и существования электронного хлеба и цирка.Пламя борьбы быстро гаснет в бесполезные дни протеста, если вся борьба идет о против того, что происходит.

33 Примерно то же самое происходит с массовыми протестами с 2011 года, которые в основном были похожи на серию фейерверков, которые выглядят и звучат впечатляюще, но уносятся цветным дымом. Но эта фаза коллективного беспокойства наверняка перерастет в нечто более стратегическое.

34 По мере того, как прекариат изобретает новый язык прогресса посредством коллективных действий, он должен избегать попадания в хорошо продуманную ловушку постулирования как «революционер», образ, который окончательно запятнан историей 20 веков.Он также должен избегать бесплодия «реформизма», которого государство желает, чтобы оно было, настаивая на незначительных улучшениях статус-кво. Чтобы стать классом для себя, прекариат должен быть преобразовательным .

35 Необходимо преобразить понимание того, что глобальная рыночная экономическая система требует новой системы распределения , если тенденция к усилению неравенства должна быть обращена вспять. Он должен свести к минимуму использование устаревшего словоблудия марксизма 19– годов, не отказываясь от эмансипативных ценностей, которые веками руководили прогрессистами и эгалитаристами, а также от эгалитарных идей вокруг классовой борьбы.

36 Столетие назад имело смысл изобразить систему распределения как в значительной степени отражающую капитал и труд, прибыль и заработную плату, при этом баланс социальных сил определял долю дохода, идущую на труд, при посредничестве государства, через налоги, субсидии и льготы. и через структуру правил, которые сформировали относительную силу антагонистических классовых интересов на переговорах.

37 В глобальной рыночной экономике есть только один победитель в этой старой модели распределения.Во всех частях мира доля заработной платы в национальном доходе резко упала и вряд ли вырастет. В то время как наибольшее внимание было уделено спаду в США и Европе, доля рабочей силы упала больше всего в таких гигантах развивающихся рынков, как Китай и Индия.

38 По мере того, как падение доли заработной платы продолжается, прекариат несет наихудший результат, в то время как элита, салариат и сокращающееся старое ядро ​​либо улучшили свой социальный доход, либо потеряли лишь немного, потому что фактически получали больше их доход от капитала через акции, опционы на акции, экстравагантные бонусы и доход от аренды.Развитые капиталистические страны все больше превращаются в экономику рантье.

39 Сообщение должно быть четким. Прекариат не может ожидать роста реальной заработной платы. Заработная плата в странах ОЭСР будет продолжать снижаться, даже если в некоторых местах и ​​для некоторых групп будут происходить периодические повышения. Лейбористский ответ на кризис Глобальной трансформации - больше «рабочих мест» и более высокая заработная плата, вера в кампании «Прожиточный минимум» и национальную минимальную заработную плату. Но для большинства в прекариате заработная плата перестанет обеспечивать достойный уровень жизни.Борьба должна быть сосредоточена в другом месте.

40 В открытом гибком трудовом процессе социал-демократическая мантра о большем количестве рабочих мест и более высокой заработной плате похожа на знаменитую историю о короле викингах Кануте, который опустил свой трон к морю, где он сел и велел волнам отступить. Очевидно, он сделал это, чтобы показать своим придворным, насколько он ограничен. Более популярная версия этой истории гласит, что сказать волнам, чтобы они вернулись, просто попросили, чтобы их утонули. Вот где прекариат сегодня.Работа обещает только ненадежность и необходимость быть готовым искать дополнительные ссуды.

41 В ноябре 2012 года европейские профсоюзы призвали к «всеобщей забастовке» по всей Европе, которую они назвали Европейским днем ​​действий и солидарности за «рабочие места» и против жесткой экономии. Организаторы должны были знать, что это никак не повлияет на реализуемую политику. Возможно, они надеялись, что мобилизация нервов политиков и побудит их к изменениям позже. Или это было для того, чтобы показать, что у них все еще есть сила, чтобы привлечь толпу?

42 Какими бы ни были цели, это был призыв к жалости со стороны просителей и от их имени.Дайте нам больше подчиненного труда как ответ на наши страдания! Многие, кто откликнулся на свое время, должно быть, чувствовали, что они рассеивают энергию жестом, который не представлял угрозы силам, которым они противостояли. Выходить на улицы и выкрикивать лозунги, требующие работы по раздаче гамбургеров или загрузке полок в супермаркетах, вряд ли достойно или угрожает рантье, бенефициарам мирового рыночного порядка. Это был удар побежденных, а не марш вперед к хорошему обществу.

43 Размышляя об этом новом марше вперед, прекариат должен бороться за новую систему распределения, основанную на понимании того, что растущая доля совокупного дохода будет продолжать поступать в финансовый и глобальный капитал, в первую очередь к плутократии и элите, причем достаточно для salariat, чтобы вызвать раскол в лояльности

44 Богатые страны, в частности, становятся экономиками-рантье, получая большую часть своих доходов от своей деятельности на мировом рынке.Таким образом, борьба за прекариат должна быть сосредоточена на разработке механизмов для направления доходов, которые в настоящее время идут плутократии, элите и салариату, остальному населению, включая люмпен-прекариат, но в основном прекариату, низшему и наиболее активному актуальному классу.

45 В этой борьбе за создание новой системы распределения необходимо ускорить существующую глобальную тенденцию к созданию национальных или суверенных фондов благосостояния и подчинить их демократическому управлению.Сегодня более 60 стран имеют национальные фонды капитала. Только три действуют как механизмы прогрессивного распределения - Постоянный фонд Аляски, Норвежский фонд и, что удивительно, иранская система. Почти все остальные служат средством обогащения уже накопившейся плутократии и элиты. Прекариат должен бороться за то, чтобы они превратились в демократические институты для распределения.

46 Обратите внимание на слово. Прекариат должен использовать слова с умом. Его не следует вводить в заблуждение фальшивыми альтернативами, такими как «предварительное распространение» - термин, придуманный в плохую прическу, который с тех пор приобрел короткую популярность в британской политике, озвученный лидером Лейбористской партии, не означающий чего-либо конкретного. , за исключением того, чтобы избежать трудностей с аргументацией в пользу перераспределения.

47 Старая система распределения не работает сама по себе, поощряя инвестиции и рабочую силу с помощью эффективных стимулов. Слишком много ловушек бедности (в которых переход от скудных государственных пособий к низкооплачиваемой работе означает предельную налоговую ставку более 80%) и ловушек ненадежности (то есть получение низкооплачиваемой работы снижает долгосрочные доходы). Прекариат может все это понять, тогда как старый пролетариат будет сбит с толку. Вот почему профсоюзы сталкиваются с такими трудностями при обращении к прекариату и обращению к нему, и наоборот.

48Для социал-демократов, а также для других лейбористов и профсоюзов выходом вперед является требование повышения заработной платы и безопасности труда. Но создание большего количества рабочих мест не будет ответом на вопрос о распределении. Прекариат уже согласился с этим ради некоторого спокойствия. Работа, которую они могут получить, просто инструментальная, а не определяющая жизнь, не ведущая к старомодной карьере, не говоря уже о жизни в условиях безопасности и свободы.

49 Борьба за перераспределение - а не за новую систему распределения - должна быть переосмыслена таким образом, чтобы старые политические партии столкнулись с интеллектуальными трудностями.Каковы важнейшие активы, из-за которых должна вестись классовая борьба? Они не являются средствами производства или «высотами» производственной системы, которые сформировали социалистический проект и классовую борьбу в 19 и 20 веках. Разговоры о захвате фабрик или шахт вызовут смущенную ухмылку или гримасу на любом собрании прекариата.

50 Нет, ключевые активы - это то, что необходимо для хорошей жизни в хорошем обществе, в котором все больше и больше людей могут следовать своей собственной идее профессии, в которой работа, настоящий досуг и воспроизводство могут процветать в гибких моделях.Прежде чем рассматривать эти активы, необходимо сделать предварительный вывод, чтобы понять предстоящую борьбу за них.

51 Это уникальный аспект, упомянутый ранее. Прекариат должен стать классом для себя - или его достаточное количество должно достичь достаточной общности, - чтобы иметь силу отменить себя посредством успеха. Это делает его действительно преобразующим и опасным классом. Другие классы в нынешней неолиберальной антиутопии являются утилитарными, желая увековечить себя и получить больше от существующих структур.Они консервативны или реакционны в том смысле, что они против структурных изменений. Только прекариат может по-настоящему преобразить, опираясь на борьбу за то, что Ханна Арендт назвала «правом иметь права».

52 Каковы важнейшие активы, за которые прекариат должен бороться? Вкратце, как уточняется в других источниках (Standing, 2011, 2014), это социально-экономическая безопасность, контроль времени, пространство качества, знания (или образование), финансовые знания и финансовый капитал.Все они распределены неравномерно, а с точки зрения контроля становится все больше. Можно даже утверждать, что многие из них распределены более неравномерно, чем сам доход.

53 Например, в то время как плутократия, элита, салариат и в некоторой степени профессионалы имеют средства обеспечения экономической безопасности, прекариат подвержен высоким рискам, а также низкой вероятности справиться с ними или низкой вероятности. вероятность выздоровления от них.Прежде всего, он сталкивается с хронической неопределенностью. Распределение экономической безопасности более неравномерно, чем распределение доходов (МОТ, 2004).

54 По крайней мере для инсайдеров, старый пролетариат имел гарантии занятости, поскольку социальное страхование могло застраховать от рисков безработицы, болезней, старости, несчастных случаев и так далее. Это была манипулятивная форма безопасности, поскольку она обеспечивалась государством до тех пор, пока отдельные работники соблюдали дисциплину и правила труда.Но траектория развития заключалась в обеспечении безопасности труда, в которой были покрыты непредвиденные риски, связанные с трудом (несчастные случаи, болезнь, безработица и т. Д.), Так что соответствующие работники и их иждивенческие семьи могли искать компенсационные выплаты (ошибочно называемые трудовыми правами), если произошло нежелательное явление. Это было нормой, и ожидалось, что она станет нормой для многих других по мере экономического роста. Последнее ожидание давно исчезло.

55 Напротив, прекариат сталкивается с неопределенностью, с жизнью «неизвестного неизвестного», для которой не существует возможной системы страхования, потому что актуарно невозможно рассчитать вероятность наступления неблагоприятных событий.Каждый аспект жизни неопределенен. А когда что-то идет не так, надежной сети поддержки нет. Вот почему жизнь на грани хронического непосильного долга является нормой для прекариата. Получение перераспределения безопасности является основополагающим в предстоящей борьбе.

56 Эта борьба за безопасность является потенциальным источником межклассового альянса, потому что все больше и больше членов других групп могут осознавать потребность и свою собственную вероятную потребность в базовой безопасности.Таким образом, политика, направленная на обеспечение базовой безопасности, может понравиться низшим слоям среднего класса, живущим в растущем страхе попасть в прекариат или опасаясь, что это сделают их дети.

57 Далее, с точки зрения времени как актива жизни, прекариат не контролирует свое время, и его члены должны находиться в режиме ожидания, переключаться между занятиями, ждать работы, выполнять больше работы, если они необходимы. , потому что они никогда не знают, как лучше всего распределять время.Вот почему можно сказать, что прекариат страдает от эпидемии прекариатизированного ума , неспособного сосредоточиться, ненаправленного на достижимые цели. Прекариату нужна политика, позволяющая ему контролировать свое время. Нам нужна политика времени.

58 Далее, борьба за перераспределение качественного пространства воплощается в борьбе за возрождение «общинного достояния». На самом деле это метафора, поскольку она передает больше, чем борьбу за сохранение общественной земли, где люди могут собираться.Он также включает общественное и культурное достояние, а также в определенном смысле политическое достояние.

59 Совещательная демократия требует общественных мест, в которых можно сформулировать и разделить недовольство, что приведет к политическим предложениям и возрождению коллективных действий, а не просто к сопротивлению. В этом отношении прекариату нужны процветающие сообщества не только для того, чтобы дополнить его неадекватный доход, но и для того, чтобы противостоять доминирующим дискурсам, пронизывающим СМИ, которыми манипулирует плутократия.

60Далее, борьба за перераспределение образования определяет жизнь прекариата. Здесь необходимо преодолеть чувство ложного осознания того, что образование распространяется, и противостоять риторике о «человеческом капитале», усовершенствованной неолибералами. На первый взгляд, больше людей получают образование более высокого «уровня», чем когда-либо в истории. Однако реальное образование распределяется очень неравномерно, и большая часть того, что продается как образование, является мошенничеством.В то время как богатые имеют доступ к образованию, позволяющему им раскрепощать разум и проявлять новаторский подход, прекариат низводится до уровня коммодифицированного образования с `` человеческим капиталом '', предназначенного для подготовки их к работе и приучения к жизни нестабильного труда с миролюбивым умом. .

61 Борьба за декомпозицию образования является фундаментальной, если прекариат хочет быть творческим, артистичным, подрывным и, в конечном счете, политическим и моральным. И снова ему следует найти союзы в части салариата и среди профессионалов, которые интуитивно являются нонконформистами.

62 Борьба за финансовые знания направлена ​​на то, чтобы прекариат мог эффективно решать финансовые вопросы. Фискальная структура современного рыночного общества чрезвычайно сложна, что позволяет тем, у кого есть доступ к налоговым экспертам, зарабатывать гораздо больше денег, в то время как «маленькие люди» платят больше налогов, чем должны. Право на финансовые знания и государственные финансовые услуги важнее, чем многие думают. Прекариат должен вскоре мобилизоваться вокруг требований всеобщего права на получение финансовых знаний.В контексте хронической личной задолженности из-за «ростовщиков ссуд до зарплаты» и студенческих долгов, которые простираются в будущее, это больше не является второстепенной проблемой.

63 Прежде всего, возможно, решающее значение будет иметь борьба за справедливую долю финансового капитала за счет базового дохода и создания демократических суверенных фондов благосостояния. Но все проблемы, о которых здесь говорилось, должны быть интегрированы в стратегию преобразований. Каждый элемент открывает возможности для межклассовых союзов с одной или несколькими другими социальными группами.В конце концов, все большую часть салариата, профессионалов и основных рабочих раздирает страх, страх неудачи, страх потери. В какой-то момент страх превращается из «всех нас в трусов», как выразился Гамлет, в львов возмущения.

64 Во многих странах прекариат раздувается эпохой жесткой экономии. Он тоже взрослеет. В каждой Великой трансформации есть три фазы борьбы. Первый - это фаза примитивных бунтовщиков, в которой элементы возникающего класса ищут Признание, общую идентичность.В значительной степени это произошло с 2011 года. Миллионы людей теперь имеют чувство общей идентичности и знают себя как прекариата без стыда и с чувством гордости. Это обеспечивает необходимое потенциальное единство для эффективных коллективных действий. Это не достаточное условие, но необходимое.

65 Следующая фаза - это борьба за Представительство, за обладание коллективным и индивидуальным Голосом во всех органах государства и за способность создавать шум в государственных органах, в средствах массовой информации и сетях публичных дискурсов.Это приближается. Необходимо заявить о субъективности прекариата, чтобы бюрократия больше не могла относиться к его членам как к неудачникам, нуждающимся в реформировании, повышении «трудоспособности» или наказании.

66 Растущее осознание коллективного признания и непрекращающиеся действия примитивных повстанцев и массовое сопротивление теперь должны уступить место политическому возрождению. Это происходит, хотя и противоречиво, в таких организациях, как Partido X в Испании, Sygizia в Греции и M5S в Италии.В конечном счете, речь должна идти о реполитизации политики на агоре, поскольку прекариат требует превратиться из объекта в субъект.

67 В некоторой степени, например, потрясения в парке Гечи в Стамбуле и воодушевляющие потрясения в бразильских городах в 2013 году могут быть истолкованы как требование большей инклюзивной демократии участия, в которой прекариат должен получить эффективное коллективное и индивидуальное участие.

  • 2 «Маска анархии» была написана в 1819 году после резни в Петерлоо на поле Святого Петра в (...)

68 По мере достижения успехов в признании и репрезентации борьба за новую систему распределения и за перераспределение доступа к этим ключевым активам начнет поглощать коллективную энергию прекариата и тех, кто с ним связан. Капитальные фонды, базовый доход для всех, профессиональные сообщества, новые формы союзов или ассоциаций и многое другое манят. Прекариат обретает форму. Как Шелли выразился в сопоставимый период социальных потрясений двести лет назад в величайшем стихотворении о политическом протесте, когда-либо написанном на английском языке, вдохновленном жестоким подавлением зарождающегося рабочего класса на общественной площади, прекариат достигает стадии, когда он осознают свою силу: «Вас много, их мало!» 2

Кто такие «прекариат» и почему они угрожают нашему обществу? | Посмотреть

By Guy Standing

Мы находимся в эпицентре глобальной трансформации, болезненного построения глобализированной рыночной экономики.Это деликатный момент, когда растущее неравенство и незащищенность угрожают давно взращиваемым ценностям просвещения.

Рабочие больше не получают выгоды от экономического роста. Экономическая стратегия, проводимая со времен Тэтчер-Рейгана, привела к созданию системы «капитализма рантье», в которой растущая доля дохода идет на капитал, но более быстро растущая доля достается тем, кто владеет физической, финансовой и интеллектуальной собственностью. . Эти смены оставляют меньше для тех, кто полагается на труд.

Система распределения доходов 20-го века сломалась и больше не вернется. Это создало новую структуру глобального класса. На каждом этапе развития создается уникальная классовая структура. Сегодняшний день характеризуется плутократией мультимиллиардеров с абсурдной властью, сокращающимся «салариатом» с гарантированной занятостью и растущим набором не связанных с заработной платой льгот, сокращающимся промышленным «пролетариатом» и быстро растущим «прекариатом».

Комментаторы и политики узнают, что прекариат коренным образом отличается по опыту и мировоззрению от пролетариата, который долгое время доминировал в их образах.В результате глобализации, технологической революции и реформ, способствующих «гибкости рабочей силы», прекариат страдает от повсеместной незащищенности, что делает его опасным классом.

В книге, впервые опубликованной в 2011 году, я написал, что, если не решить срочно проблемы прекариата, появится «политический монстр». Для некоторых это было предупреждением: после президентских выборов в США в 2016 году я получил множество электронных писем, в которых говорилось, что прибыл «ваш политический монстр». Неуверенные люди склонны голосовать эмоционально, а не рационально в защиту ценностей просвещения.

Прекариат имеет три измерения. Во-первых, они сталкиваются с характерной схемой работы. Их приучают к жизни нестабильного, небезопасного труда. Распространяются временные рамки, временные рамки, работа по вызову, работа с облачными платформами и т. Д. Что еще более важно, им не хватает профессиональной идентичности или повествования, которое они могли бы вложить в свою жизнь или какую-либо организационную.

Они должны выполнять большую часть работы, не учитываемой в официальной статистике или политической риторике, но которая, если этого не сделать, может быть дорогостоящей, например, переподготовка, создание сетей, уточнение резюме, заполнение форм и ожидание работы.И обычно они получают работу ниже их образования или квалификации и имеют низкую мобильность вверх. Все это порождает разочарование, неуверенность и стресс.

Во-вторых, прекариат имеет особый социальный доход. Они должны почти полностью полагаться на денежную заработную плату или заработок. Они не получают льгот, не связанных с заработной платой, которые получил даже пролетариат, таких как оплачиваемый отпуск, отпуск по болезни и перспектива значимой пенсии. В то время как салариат получает больше благ, прекариат теряет даже те, которые у него были.Это означает, что рост неравенства превышает прогнозы статистики доходов.

Их реальная заработная плата не изменилась или упала и стала более неустойчивой, что означает большую неопределенность, не подлежащую страхованию. Это приводит к решающему аспекту - жить на грани непосильного долга, зная, что одна болезнь, несчастный случай или ошибка могут погрузить их в финансовую бездну.

Третье измерение - это своеобразное отношение к государству. Прекариат теряет права гражданства, часто не осознавая их, пока они не понадобятся.Наиболее жестоко это происходит с растущим числом мигрантов, но это также удел других, теряющих культурные, гражданские, социальные, экономические и политические права. Они чувствуют себя исключенными из сообществ, которые дадут идентичность и солидарность; они не могут добиться надлежащей правовой процедуры, если должностные лица отказывают им в льготах, они не могут практиковать то, для чего они имеют квалификацию, и не видят в политическом спектре лидеров, которые представляют их интересы и потребности.

Это приводит к тому, что является наихудшим признаком того, что проситель должен удовлетворять и просить бюрократов, работодателей, родственников, друзей или соседей о помощи или о благоприятном решении.

Все не отрицательно. Не все считают себя жертвами или неудачниками. Многие не хотят длительной скучной работы. Они ищут работу и досуг по-новому. Но гнев порождает неуверенность. (Президент Макрон последним проявил непонимание опасностей массового отсутствия безопасности. Его трудовые реформы только усугубят их.)

Как и в случае со всеми возникающими группами, существуют внутренние разногласия. Часть прекариата - «атависты». Выпав из рабочего класса, они чувствуют, что у них потерянное прошлое.Эта группа относительно необразована и прислушивается к сиренам неофашистского популизма. Они голосуют за Трампа, Марин Ле Пен, Виктора Орбана, Brexit и крайне правых в Германии, Италии и других странах.

Вторая группа - это то, что я называю «ностальгиками», состоящая из мигрантов и меньшинств, которые чувствуют себя лишенными подарка, дома. Они теряют права и демонизируются. Опасность состоит в том, что огромная группа людей оторвана от общества. Многие в ярости.

Третья группа - это «прогрессисты», в основном молодые, которые учились в колледже, обещали «карьеру», только чтобы потом почувствовать себя лишенными будущего.Они опасны в позитивном смысле. Они не хотят возвращаться к серому прошлому, но не видят, чтобы их чаяния выражались ведущими политиками. Они хотят сломать стереотипы, возродить общественное достояние и восстановить безопасность в основе социальной политики.

На данный момент есть плохие и хорошие новости. Плохо то, что многие ностальгики и прогрессисты отошли от демократической политики в разочаровании, оставив вакуум для неофашистских популистов, чтобы они были сильнее, чем они должны быть. Эти группы видят в социал-демократах «идущих мертвецов».

Хорошая новость заключается в том, что происходит повторное участие в боевых действиях и что размер группы Атавистов достиг своего пика. Они стареют - это наследие деиндустриализации. Тем временем ностальгики обретают свой голос, а прогрессисты растут и мобилизуются в новые движения. Требуется время, чтобы сформировалась новая прогрессивная политика с некоторыми ложными рассветами. Путь вперед, то, как будет выглядеть «райская политика», предназначен для другого случая.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *