Модель верушка фото – Верушка. Легендарная женщина, легендарная жизнь | Блогер priboy на сайте SPLETNIK.RU 22 сентября 2009

Верушка. Легендарная женщина, легендарная жизнь | Блогер priboy на сайте SPLETNIK.RU 22 сентября 2009

Как встречает старость икона стиля, которая некогда зарабатывала по 10000 $ в день, первая начала диктовать условия фотографам и та, которая придумала современную моду ? Она делает пластические операции, покупает виллы по всему миру и пропагандирует семейные ценности... Иное дело — Верушка. Она живет в Нью-Йорке, но не в « снобском» Манхэттене, а в соседнем Бруклине. Состояние, нажитое непосильным модельным трудом, она незаметно растратила. Ее окна выходят на живописную свалку и место, где раньше были башни-близнецы. Каждый день самая красивая модель шестидесятых ездит на велосипеде по окрестностям и кормит бродячих кошек. Дома тоже живут кошки — восемь штук. В этом году, 14 мая, Верушке исполнилось 70 лет. Она не сделала ни одной подтяжки лица. Как и в 60-е она носит распущенные волосы. Фигура ее сохранилась отлично, как говорит сама Вера: « Я в детстве ела мало, потому, что есть было нечего». Одевается бывшая Топ-модель совершенно несолидно: на голове бандана или платок со стразами, яркие, подвязанные шарфами кардиганы в пол, ботинки от Vivienne Westwood и очки с оранжевыми линзами. Она похожа на Хиппи старой закалки. Впрочем, она способна на кардинальные перевоплощения. В «Казино Рояль» она сыграла графиню фон Валленштайн-одну из участниц исторической игры в покер, когда Бонд уделал Ле Шиффра на 120 миллионов. Роль эту, правда, даже эпизодической не назовешь: крупном планом Верушку показывают одну секунду. Но сразу видно, что перед нами несметно богатая аристократка. Шансов встретить старость именно в таком амплуа у нашей героини было больше, чем у кого бы то ни было. Потому что модель, выбравшая смешной псевдоним Верушка, на самом деле урожденная графиня Вера Фон Лендорфф. Она родилась в огромном поместье Мауэрзее в Восточной Пруссии- недалеко от нынешнего Калининграда. Этими землями ее семья владела несколько веков. В их доме было без малого сто комнат. Но спокойной жизни в родовом замке Вера почти не видела, поскольку родилась всего за несколько месяцев до начала Второй Мировой войны. Ее отец был одним из офицеров верхмата. Сам Гитлер приезжал к ним в замок, снимал там свои документальные фильмы. Играл с Верой и ее сестрами, и даже подарил им пони. Отец участвовал в заговоре против Гитлера в июле 1944 года. Покушение на фюрера было неудачным, группу офицеров-заговорщиков, в том числе и фон Лендорфа, арестовали и вскоре казнили в тюрьме, подвесив их тела под потолок на металлические клюки. Так как их замок Гитлер отобрал и сделал там очередной пункт связи и отдыха. Всех родственников, включая детей, бабушек и дедушек отправили в тюрьму, а те, кто выжил — стали кочевать, как мама, графиня Готтлиб фон Калнайн с дочерми стали какими-то кочевниками: жили то у друзей, то у родственников. Ничего своего. Вера сменила 13 (!) школ и привыкла при первой возможности убегать в лес — там ей было комфортнее, чем с людьми. Сначала юная Вера училась в художественной школе в Гамбурге. Как-то летом поехала во Флоренцию — рисовать. Там-то на улице ее и увидел модный фотограф Уго Мулас.
Он подошел к Вере с вопросом вроде : «Девочка, хочешь сниматься?» Девушки из аристократических семей в таких случаях, как правило, зовут карабинеров. Но Вера была девушкой необычной, поэтому немедленно согласилась. Мулас привез ее в Палаццо Питти. Это место считалось идеальным для фотосессий. Вера вдохновенно позировала-так, как в ее представлении должны позировать модели. Все вокруг очень смеялись....... Тем не менее ей посоветовали ехать в Париж. Но в Париже Вера оказалась не у дел: слишком высокая ( рост 190 ), слишком костлявые колени ( и размер ноги 43), слишком детское лицо для такого длинного тел, и вообще странная девушка. Она в буквальном смысле была «не в формате» - многие вещи ей были коротки. Но зато в Париже произошла судьбоносная встреча — с хозяйкой модельного агентства Эйлин Форд ( New York ) пришла от Веры в восторг, сообщила, что в Америке очень популярны блондинки. И пригласила девушку в Нью Йорк.

В 60-е активно использовали накладные волосы Но когда та приехала, Эйлин повела по-свински: первым делом отправила Веру перекрашиватся в брюнетку, потом объявила ее слишком толстой и заставила худеть... Нормальной работы Вера так и не получила. Она решила изменить всё и сразу. Стать другим человеком. Вера решила поменять свое вычурное аристократическое имя на простое Верушка. Она подумала, что при ее росте это как минимум — забавно. Верушка, по ее сценарию, приехала с Востока, чуть ли не из России, но откуда концы — неизвестно. В этом явная интрига. Верушка таскает с собой по агентствам портфолио- все так видно, какая она. Верушка любит черный( это тогда, в начале 60-х, никто его не носил) А она носит пальто от Givenchy, узкое, короткое, едва колени прикрывает, бархатную шляпу и мягкие замшевые туфли. В высшей степени необычные для того времени вид. Особенно туфли. В них можно было ходить совсем несложно и грациозно — по-кошачьи. Так в движениях Верушки появились повадки дикого зверя. Когда Вера начинала работать, модели сами делали себе прически и макияж.
"В Казино Рояль"
В начале карьеры, итальянцы не могут отвести взгляд Проект Веры фон Лендорфф стал сверх успешным: оказалось, что всем нужны необычные модели. Верушку с распростертыми объятиями приняли в американскай Vogue ! На обложке этого журнала она появилась 11 раз ! Период с 1964-го по 1971 год — самый плодотворный в карьере Верушки- модели. Главным редактором американского Vogue тогда была Дайана Вриланд, стронница смелых идей. Она полностью доверяла Верушке и ее стилисту Диджно Сан-Анжело и не навязывала своих идей. Более подходящие условия для работы трудно было представить. Позже к творческому тандему присоединился Франко Рубартелли, известный фотохудожник, и большой любитель нордических женщин. Верушка стала единственной героиней блистательных фотосессий Рубартелли. Она была выше его на голову. Эта высокая женщина, кстати, всегда была неравнодушна к «коротышкам». Верушка неоднократно признавалась, что ее тянет к маленьким мужчинам — ничегон е может с собой поделать ! Среди ее любовников отметились — Дастин Хофман ( 170см ), Аль Пачино ( 164см). А также Джек Николсон, Уоррен Битти — теже еще «гиганты» ! Их роман с Рубартелли длился пять лет. Франко был первым мужчиной, с которым Верушка не встречалась, а жила. Правда, Рубартелли был страшно ревнив. Благодаря неземной красоте Верушки, поводы для ссор были ежеминутными. И иногда доходили до абсурда. Например, когда в 1966 году Антониони предложил Верушке эпизод в его фильме Blow UP, ( Фотоувеличение ) Рубартелли закатил истерику и запретил даже думать о съемках. В то время Верушка уже вполне самостоятельным человеком, знающем себе цену, так что ревнивому Франко предпочла съемки у другого итальянуа и не прогадала.
"Blow-UP"
В фильме Антониони она появилась на пять минут, а ее имя в титрах было написано с ошибкой. Тем не менее Blow Up сделал Верушку культовой фигурой. Небольшая сцена , где она позирует фотографу, была признана одной из самых сексуальных в истории кино. « Во время съемок Blow Up я дымила, как паровоз. А курить в то время было как-то не принято. А после фильма стало модно ! Все дружно закуривали»- говорит Верушка. Она, кстати, курит до сих пор, а выглядит при этом отменно. Может, вред от курения компенсирует вегетарианство ? В 1971 году она ушла из модельного бизнеса. Вместо Дайаны Вриланд в Vogue пришла более консервативная Грейс Мирабелла. У нее было иное видение девушки Vogue. И последняя съемка с коллекциями с парижской недели моды была полностью забракована по причине авангардизма. «Я привыкла жить везде, и нигде», - говорит она сейчас, говорила она и тогда А Верушка уехала в Германию, закрутила роман художником Хольгером Трюльчем и занялась вместе с ним тем, что ее в то время по-настоящему интересовало — боди-артом. Это было больше, чем узоры на коже. Примерно в то же время, в 70-е, Верушка всерьез увлеклась боди-артом. Она ставила эксперименты над собственным «я», с помощью краски и грима превращаясь в других женщин – Урсулу Андресс, Марлен Дитрих, Бриджит Бардо. Потом эксперименты стали более радикальными: так, однажды в Кении она намазалась черной ваксой для обуви, чтобы «слиться» с природой (отмываться пришлось несколько недель). Она превращалась в животных, птиц, гангстеров, бомжей, а однажды ей захотелось стать… камнем. Но в ком бы она ни растворялась, каждый раз ей удавалось остаться самой собой - Верой фон Лендорфф.
Это работы Верушки на разнообразные темы, но все это Боди Арт. Без фотошопа !! Только работы художника, и реальный фон за спиной. Можно представить сколько времени это занимало
Женщина-дерево, опять же без фотошопа Красота, нет слов !
Ну, а что же мода? В ней Верушка разочаровалась еще тридцать лет назад. «Мода буржуазна и скучна, - говорит она – И те, кто работают в ней, рано или поздно теряют индивидуальность». И хотя по рождению Вера фон Лендорфф – буржуазка до мозга костей, свою индивидуальность, свою личность она всегда ценила гораздо выше платьев от Dior и сиюминутной славы. В это время один концерн затеял выпустить водку «Верушка». Но тут стало известно, что «лицо» будущего бренда появляется в печати раскрашенной под бревенчатые стены. Водочники потребовали немедленно прекратить безобразие, Верушка цинично отказалась. Эта женщина относится к исчезающему виду художников, которые плюют на деньги, если ради них надо поступиться свободой самовыражения. Ее именем называют модные магазины, у косметического брэнда MAC есть губная помада «Верушка», поп-группа Suedes поместила ее фото на обложку своего альбома… С 1992-го по 1996 год Верушка вместе с фотографом Андреасом Хубертусом Илсом создала в Нью-Йорке серию потрясающих автопортретов. Съемка черно-белая, по идее, это обстоятельство должно оставить зрителю простор для фантазии. Но поскольку на автопортретах Верушка предстает в образах сломанной куклы, чернокожего мужчины, бомжихи, афганской борзой, паука, змеи, Марлен Дитрих, Катрин Денев, изможденной старухи и зебры, вбирающейся на дерево, фантазии даже самого искушенного зрителя двигаться уже просто некуда.
"Работы с фотографом Андреасом Хубертусом Илсом 1992-96 годы"
А Верушка продолжает генерировать идеи с регулярностью хорошо налаженной немецкой машины. Какое-то время она работала на Карла Лагерфельда, Хельмута Ланга и Пако Рабанна, Сельвадора Дали, снималась в не кассовом артхаусном кино с названием типа «Задница Будды» ( где сыграла несколько бродяг и, собсвенно, самого Будду), создала коллекцию одежды.С Хельмутом Ньютоном они вывели идеальную фразу глянца: «Мы работаем, чтобы заполнять мусорные баки»..... И до сих пор все у нее получается. Просто когда Бог распределял роли, Верушке досталась одна из лучших — быть красивым человеком.
"Верушка на премьере Казино Рояль" "Она признается, что любит каждую свою морщинку. Это жизнь - и каждый прожитый день-счастье" На презентации своего последнего фото-альбома На берлинском кинофестивале в футуристичной обуви, а также на нескольких светских событиях

www.spletnik.ru

Верушка: модель на фото и история успеха в мире моды | ЖУРНАЛ | Журнал

Завтра в Мультимедиа Арт Музее откроется выставка «Верушка. Автопортреты». С легендарной моделью, которая впервые собирается приехать в Россию, встретилась Карина Добротворская

Я превратилась в фаната­ Верушки с того момен­та,­ как она вплыла в кадр антониониевского «Фо­­тоувеличения» со слова­ми: «А вот и я». Ее царственное явление изменило моду. Но к моде, особенно современной, Верушка относится­ почти враждебно. Обижается, когда ее по старой памяти называют моделью. Еще больше обижается, когда называют первой супермоделью. Хотя, казалось бы, никому этот титул не подходит больше, чем ей, с ее невероятным для шестидесятых ростом, сорок третьим размером ноги, инопланетной андрогинностью и отрешенным меланхоличным взглядом.

Вера фон Лендорф в платье Kostas Murkudis на улицах Берлина, 2012

Нынешняя Верушка предпочитает называть себя художником. И между модой и искусством возводит настоящую Берлинскую стену. Именно в Восточном Берлине она и живет, вернувшись на родину после многих лет, проведенных в Италии, Лондоне, Париже и Америке. И именно здесь она наконец согласилась со мной встретиться.

Я жду ее в баре Hotel de Rome. За свою журналистскую жизнь я брала сотни интервью, но, наверное, никогда так не волновалась. И не только потому, что я ее люблю. Просто я знаю, что ей сейчас семьдесят три года. А я больше всего на свете боюсь того, что время делает с красотой.

Уличный перформанс. Бердин, 2011

Когда она входит в бар, мне на минуту кажется, что ей не больше тридцати пяти. Она такая же грациозная, такая же величественная, такая же породистая, как и сорок лет назад. Распущенные седые волосы, бандана на голове, военные штаны хаки, тяжелые ботинки, серая шифоновая блузка, надетая поверх черной майки, на груди — крохотные темные очки на цепочке. Я жадно разглядываю ее лицо вблизи и вижу на нем все следы времени и ни одного следа пластического хирурга. Но у нее все те же высокие скулы, невероятный по красоте костяк лица и сияющие светлые глаза. В ней столько жизни, что о работе времени, а значит, и о работе смерти, просто перестаешь думать.

Уличный перформанс. Бердин, 2011

На улице жаркий солнечный день, и ей не хочется сидеть в темном баре. «Пойдемте на крышу, там так красиво», — говорит она низким хриплым голосом с сильным немецким акцентом. На крыше она заказывает апфельшприц и немедленно начинает кормить печеньем воробьев. Птицы слетаются к ней маленькой стайкой, почувствовав не столько поживу, сколько родственную душу — Верушка фанатично любит всяческую живность. Котов, собак, воробьев... Мне всегда казалось, что Верушка сама похожа на экзотическое животное. Она двигалась в плавной и развинченной кошачьей манере, она любила раскрашивать свое тело под пантеру или тигрицу, она взмахивала длиннющими руками, как крыльями. Так бы, наверное, в наши дни одевалась и выглядела Айседора Дункан. Когда я говорю ей об этом, она смеется грудным смехом:

— А ведь я мечтала быть танцовщицей. Ходила в балетный класс, но в четырнадцать лет была уже такая высокая, как сейчас. Когда дошли до пуантов, стало ясно, что с такими ступнями и с таким ростом балетная карьера невозможна. Но я и на съемках старалась как-то особенно двигаться. Всегда хотела быть другой, необычной. В каждом образе, в каждой роли, в каждой картинке. Понимаете?

Первая фэшн-съемка. Фото: Джонни Монкада. Сардиния, 1964.

Прекрасно понимаю. Вся ее жизнь и вся ее карьера — изобретение себя другой. Графиня Вера Готлиб Анна фон Лендорф, родившаяся в богатой прусской семье в Кенигсберге, дочь офицера, повешенного в сентябре 1944 года за участие в антигитлеровском заговоре. Маленькая девочка, отправленная с матерью и сестрами в концентрационный лагерь. Долговязый подросток, сменившая тринадцать школ и преследуемая демонами прошлого. Хорошенькая белокурая ученица немецкого текстильного института. Студентка флорентийской арт-школы, которую однажды увидел на улице фотограф Уго Милас. Начинающая и не самая успешная модель, выпадающая из всех модельных стереотипов того времени. И наконец, совсем новая женщина, похожая на Барби, присланную из туманности Андромеды, со странным именем Верушка и не менее странной легендой.

Первая фэшн-съемка. Фото: Джонни Монкада. Сардиния, 1964.

— Я уже работала моделью, но все говорили, что я слишком долговязая. В Париже меня увидела Айлин Форд, директор знаменитого американского модельного агентства: «Приезжай в Америку, там любят таких высоких блондинок». Я послушалась, приехала в Нью-Йорк, позвонила ей из отеля: «Я та самая высокая девушка из Парижа». А она ответила: «Я вас не помню». Я провела в Америке несколько месяцев, потом вернулась в Европу и решила: «Надо сделать так, чтобы меня запоминали — сразу и навсегда. Надо кого-то изобрести». И так родилась Верушка.

— А почему Верушка?

— Это ведь по-русски — маленькая Вера, да? Я решила стать русской. Подумала, это смешно — быть такой длинной и называться маленькой.

Когда Вера стала Верушкой, в разгаре была холодная война, и все, что было связано с Россией, казалось опасным и загадочным. Из знаменитых русских на Западе жил тогда Нуреев — его появление было настоящей сенсацией, художественной и политической. А Верушка стала единственной девушкой из собирательной Восточной Европы.

В садах Мандора, Индия. Фото: Генри Кларк, VOGUE US, 1968

— Неужели вы выдавали себя за русскую?

— Нет, я неопределенно отвечала, что жила на границе. В сущности это правда: я ведь родилась в Кенигсберге — как бы между Россией, Польшей и Германией. Но я боялась прямо говорить, что я русская. Боялась, что я встречу кого-то, кто говорит по-русски, и буду разоблачена. Эта моя уклончивость в деталях биографии сыграла мне на руку, создала такую загадочную ауру. Это было так здорово — придумать другого человека и играть в этого другого. Да еще с таким успехом.

В первый ее приезд в Нью-Йорк никто не запомнил немецкую фройляйн по имени Вера. Верушку запомнили все. Она с головы до ног одевалась в черное — надо помнить, что тогда черный еще не стал модной униформой, девушки носили цветное. Она надевала огромную шляпу на распущенные светлые волосы. Она двигалась как будто в замедленной съемке и говорила с фотографами небрежно, со своим «славянским акцентом»: «Привет, я увидела ваши картинки в Vogue и подумала, что было бы любопытно, если бы вы меня сняли».

— Фотографы ежедневно видят сотни девушек. Значит, моя девушка, моя Верушка, должна была сразу отличаться от всех прочих. Я выглядела так странно и вела себя так дерзко, что даже великий Ирвин Пенн робко спросил: «Вы были бы не против примерить несколько платьев для Vogue?» И вскоре уже все хотели со мной работать.

С Джеком Николсоном, Нью-Йорк, 1972

Верушка стала сенсацией модного мира и любимой моделью Дианы Вриланд, тогдашнего главного редактора Vogue. Вриланд, ненавидящая все буржуазное и ординарное, влюбилась и в ее экзотическую внешность, и в ее меланхолию, и в ее легенду. Вспоминая Вриланд, Верушка забавно имитирует, как та тянула гласные, когда произносила свое неизменное: It is so-o-o bo-o-oring.

— Диана больше всего на свете боялась скучного. Всегда была в экзальтации и хотела, чтобы все вокруг тоже были в экзальтации. Я могла позвонить ей посреди ночи и рассказать, что мне пришла идея такой-то съемки в Китае. И она отвечала: «Потрясающе! Сделай это!» Она никогда не говорила: это сложно, проблематично, дорого и так далее. Если идея ей нравилась, то она делала все, чтобы ее осуществить. А я довольно быстро поняла, что мне недостаточно просто демонстрировать одежду, мне в фотографии нужна идея, смысл. Ведь что получается? Фотография — такая, как хочет фотограф. Одежда — такая, как хочет стилист. Ну а я-то что делаю? И мне повезло, что Вриланд подсказала мне фотографа, вместе с которым я могла бы творить сама.

Вриланд познакомила ее с Франко Рубартелли. Знакомство переросло в долгое сотрудничество и роман — Верушка несколько лет прожила с гениальным и взрывным итальянцем в Риме. Они выбирали одежду, искали экзотические места для съемок и отправлялись туда вдвоем — без стилистов, ассистентов, визажистов и парикмахеров. Верушка все делала сама, творила свой образ и свой спектакль, а модные редакторы полностью ей доверяли. Так она работала не только с Рубартелли, но и с Ричардом ­Аведоном, Питером Бирдом и Ирвином Пенном.

С фотографом Франко Рубартелли, Рим, 1971

— Сейчас ведь все не так, правда? — несколько раз спрашивает она. — Девушки не влияют больше на процесс, они куклы в руках целой команды стилистов. Я бы так не смогла, у меня была свобода. Если я что-то делаю, я должна творить сама. И в этом должен быть смысл. С модой покончено. Я занимаюсь искусством.

— Вы несправедливы к моде, ведь мода и создала Верушку. А вы потом с этим мифом играли и работали.

— Я стала слишком знаменита в моде, и это сыграло роковую роль. Тогда на моду смотрели как на что-то легкомысленное, развлекате­льное. Сейчас времена постепенно меняются, ­модельеры делают арт-проекты, выставляются в музеях. Но тогда! Когда я занялась искусством, никто меня не воспринимал всерьез, все просто смеялись: «А, та самая Верушка из «Фотоувеличения»!»

Уход Верушки из моды многие объясняют конфликтом с Грейс Мирабеллой, пришедшей в 1971 году на мес­то Дианы Вриланд в американский Vogue. Та требовала от ­Верушки укоротить длинные волосы, смотреть в камеру (Верушка часто смотрела «мимо») и призывно улыбаться, чтобы быть понятней и ближе читательницам.

«Паук с Уолл-Стрит», Серия «Автопортреты Верушки», 1996–1999

Думаю, Верушка вошла в конфликт с самой эпохой семидесятых — прозаичной, буржуазной, приземленной. Новому времени не нужны были инопланетянки. Верушка занималась фотопроектами, перформансами, снималась в кино, преображалась в мужчин, создавала инсталляции. И фанатично увлеклась боди-артом, которым заинтересовалась, еще работая моделью, — на съемках в Африке с Питером Бирдом она маскировала свое тело то под диких животных, то под экзотические растения, используя вместо краски ваксу для ботинок.

— Я уже тогда хотела как бы выйти из человеческого­ обличья. Не просто надеть или сменить одежду, но сме­нить кожу.

Уйдя из моды, Верушка стала работать с немецким художником Хольгером Трюльшем, на долгие годы ставшим ее личным и профессиональным партнером. Ей приписывают множество романов — с Аль Пачино, Джеком Николсоном, Дастином Хоффманом, Питером Фондой, Уорреном Битти. Но если они и были, то быстро обрывались.

С актером Дэвидом Хеммингсом на съемках фильма «Фотоувеличение», 1966

Главными мужчинами в ее жизни становились только те, с кем ее связывала работа, творческое содружество. С Рубартелли она прожила пять лет — он буквально замучил ее своей патологической ревностью и жарким мачизмом. С Трюльшем оставалась куда дольше — и до сих пор сохранила отличные отношения, каждый день беседует с ним по телефону. Последним спутником стал ее ассистент, художник и музыкант из ГДР Миша Вашке, который был на тридцать лет ее моложе и который несколько лет назад оставил ее ради юной русской девушки.

Своих детей Верушка так и не завела, хотя говорит, что обожает детей, а они ее.

— Я для них как женщина-фантазия из сказки. И во мне самой много детского, я жизнь до сих пор воспринимаю как игру.

— Вы живете одна?

— Ну да, со своими котами. Это мой выбор — жить одной. День принадлежит только мне, я совершенно свободна. Это хорошо для креативности. Хотя я обожаю чувство влюбленности. А вы разве нет? Вы видите, этот воробей хочет поклевать мое печенье? Я размочу печенье в вашем чае, чтобы ему было полегче, ладно?

Про этих воробьев и про своих котов она говорит с такой нежностью, с которой другие говорят о детях (в Нью-Йорке котов было десять, в Берлине — всего три). Из-за них она отказывается от многих поездок — боится, покормит ли их вовремя соседка. Верушка — вегетарианка и осуждает себя за тот знаменитый снимок для Vogue на сафари, где она, одетая в Yves Saint Laurent, стоит с винтовкой в руках, как гордая белая охотница-колонизатор.

VOGUE US, 1968. Фото: Франко Рубартелли

Денег за свою модельную карьеру, она, кстати, так и не заработала — после интервью повезла меня показать свою квартиру на улице Бизе, довольно скромную.

— Про меня говорили, что я зарабатывала миллионы. Ерунда! Деньги никогда для меня много не значили. А Рубартелли и вовсе уговорил меня, чтобы все деньги шли на его счет. Я не была похожа на тех девушек, которые сделали на модельной карьере целое состояние. Вроде Линды Евангелисты или Клаудии Шиффер. Я всегда была прежде всего художником. Снималась в основном для Vogue, рекламных кампаний сделала всего четыре или пять. Да и платили тогда за это не так уж много.

В разговорах с Верушкой про моду я чувствую незажившую рану, старую обиду. О моделях она говорит со странной смесью ревности и жалости. Ее расстраивает, что по подиумам они ходят как роботы, никак не общаясь с публикой («В наше время было не так!»). Ее пугает их ненормальная худоба («Я тоже была худая в «Фотоувеличении», но это потому, что я перед съемками переболела дизентерией»). Ей неприятно депрессивное настроение, которое так часто чувствуется в современных фотосессиях («У меня всегда была такая смесь меланхолии и едва заметной улыбки»). Ее отвращает то, что цифровые спецэффекты способны убить индивидуальность и всех превратить в красавиц с одинаково безупречными лицами и телами («Мы вообще не знали, что такое ретушь, все было по-честному!»).

В Yves Saint Laurent, 1968. Фото: Франко Рубартелли

Еще одна болезненная тема — плагиат. Верушка глу­боко обижается, когда видит, как бесстыдно другие используют идеи и приемы, которые рождались в муках и многолетних поисках. Эн­­ни Лейбовиц, с которой Верушка была хорошо знакома, сделала свой знаменитый снимок Деми Мур в мужском костюме, на­рисованном на голом теле, вдохновившись похожими работами Верушки и Трюльша. Мик Джаггер в своем видео использовал прием, когда девушка отделяется от стены — точно так же, как это делала Верушка в «Трансфигурациях». И даже Синди Шерман с ее перевоплощениями в раз­ных персонажей явно работает в стиле верушкинской серии автопортретов, где Верушка оборачивается то Гретой Гарбо, то Марлен Дитрих, то бомжом, то трофейной женой.

Я пытаюсь ей объяснить, что в современном мире граница между плагиатом и вдохновением стала совсем тонкой.

— Но тогда пусть они скажут, что использовали мои работы как точку отсчета. Но они же этого не делают. Я не так давно видела Энни, и она начала говорить: «Верушка, я твоя главная поклонница...» Я просто сказала: «Забыли!» А с Джаггером я хотела судиться, но суд был бы страшно дорогим, так что я махнула рукой.

В своей берлинской квартире с любимыми котами, 2012

И наконец, еще один мучительный вопрос, которым одержима современная культура. Юность и старость. То, о чем я думала, дожидаясь Верушку в баре и готовясь к тому, что мне придется наблюдать разрушение абсолютной красоты. Но моя зацикленность на этом кажется ей обидной и абсурдной.

— Все одержимы идеей молодости. На каждой баночке с кремом написано anti-age. Но я не хочу быть против возраста, я не хочу с ним и с природой сражаться. Это неправильно, потому что это вгоняет людей в панику, они начинают молодиться, делать операции. А я считаю, что поздняя красота — самая интересная. В юности мы все хорошенькие, но это естественная прелесть молодости. А вот потом мы становимся красивыми.

Она по-прежнему работает над несколькими арт-проектами одновременно — и видеофильмы, и фотографии, и трансформации. Последняя страсть — картины, которые она создает из пепла:

— Только это очень грязная работа, нужно много пространства вокруг. Но я ни дня не могу прожить без моей работы.

Соседи знают, кто она такая, но никто не называет ее Верушкой, только — Верой.

— Верушка — моя маска. Это для посторонних. В жизни я Вера.

Конечно, Вера. Вера без дел мертва.

www.vogue.ru

Верушка фон Лендорф | Энциклопедия моды

Верушка фон Лендорф (нем. Veruschka von Lehndorff), урождённая графиня Вера Готлиб Анна фон Лендорф (Vera Gottliebe Anna Gräfin von Lehndorff) — первая немецкая супермодель, актриса. Известна также как фотограф и художник. Занималась общественной деятельностью в области гендерной политики.

Вера родилась 14 мая 1939 года в семейном поместье в деревне Штайнорт Графства Ангербург, в Восточной Пруссии, в аристократической семье. Её отец — граф Генрих фон Лендорф-Штайнорт, лейтенант запаса Вермахта, участвовал в политическом заговоре 20 июля, целью которого было убийство Гитлера. Заговор был раскрыт гестапо, Лендорфа арестовали и казнили 4 сентября 1944 года. Его собственность была конфискована, а семья арестована и отправлена в трудовые лагеря, где и находилась до конца войны. Девятнадцать лет спустя его дочь Вера вступила в мир дизайнерских туалетов и глянцевых журналов.

После окончания школы Вера поступила в гамбургское училище, которое готовило художников по ткани для текстильных комбинатов. Однако обстановка учебного заведения оказалась слишком суровой для девушки, привыкшей к роскоши, и она сбежала во Флоренцию, чтобы обучаться рисованию.

В конце 50-х годов блондинки в Италии пользовались бешеным успехом. Именно тогда ей захотелось придумать образ такой девушки, увидев которую однажды, будет невозможно забыть ее никогда. В то время она и познакомилась с Уго Муласом – успешным фотографом, который был известен как портретист и уличный фотограф. Впервые увидев Веру, Мулас испытал настоящий  шок: общаясь с друзьями на лестнице дворца Уффици, он увидел спускающуюся арийскую богиню, с гибким телом змеи и копной волос цвета спелой пшеницы. Итогом этой встречи становится предложение со стороны Мулоса попробовать себя в роли модели. Так, с 1960 года Вера стала работать фотомоделью, достигнув на этом поприще заметных успехов.


Вот что говорила о Вере ее первый агент Дориан Ли:

«Она была похожа на оленя, казалась одновременно неуклюжей и грациозной. Её мать хотела, чтобы я сделала моделью младшую сестру Веры. Она была меньше ростом, волосы у нее были светлее и лицо красивее, и все-таки она не была так великолепна, как Вера. На следующий день Шарлота Марч сделала несколько фотографий, и получилось нечто неслыханное!»

Вера решила привезти свое первое портфолио в Париж, однако ни она, ни ее фото не вызвали там бурного восторга. Французская богема не оценила долговязую немку, рост которой составлял 186 см. В Париже Вера познакомилась с Эйлин Форд, главой американского модельного агентства Ford Models, которая поманила ее продолжить карьеру в Нью-Йорке: «Мы в Америке любим все, ну, вы понимаете, большое». Золушка поверила фее и в 1961 году купила билет на трансатлантический рейс. К слову сказать, матери девушки пришлось продать чайник с фамильным вензелем из саксонского сервиза, чтобы выслать Вере деньги на билет. Однако Эйлин повела себя совершенно неожиданно: «В Нью-Йорке Эйлин сделала вид, что впервые меня видит», — признается затем Верушка в одном из интервью.

После неудачного кастинга раздосадованная Вера фон Лендорф вернулась в Европу. Именно тогда, между первой и второй поездкой в Штаты, родилось ее альтер-эго — Верушка. Как следует из ее воспоминаний, в том же году в Мюнхене она стала выдавать себя за таинственную русскую дикарку, занесенную на Запад из степей Евразии ураганами двух мировых войн. Удивительно, но это сработало.

Из воспоминаний Веры фон Лендорф:

«Я решила превратиться в совершенно другого человека. И получить от этого удовольствие. Я стала изобретать этого нового человека — я решила стать Верушкой. Верушкой меня звали в детстве. Это значит «маленькая Вера». А поскольку я всегда была слишком высокой, я подумала, что будет забавно называться Маленькой Верой. И здорово было иметь русское имя, потому что я ведь и сама была с Востока».

Она создала легенду о том, что приехала из России, где была невероятно популярна. Когда ей задавали вопрос, были ли какие-то личные мотивы, почему она решила создать себе русскую легенду, Вера фон Лендорф отвечала отрицательно.

«Псевдоним Верушка — это бизнес. Чистый бизнес! — повторяет она. — Долговязой молодой немке с именем Вера делать в фэшн-тусовке было нечего».

Немецкая фройляйн, прошедшая с матерью и сестрами фашистские концлагеря после казни отца-аристократа — мрачноватая и не самая подходящая легенда для девицы, решившей стать фотомоделью в эпоху happy sixties. «В частной жизни многое можно решить поэтически, но в обществе царит классовая борьба».

В 60-х годах откинуть приставку аристократическую «фон» и прибавить к имени плебейский русский суффикс означало стать частью совершенно другого мифа — опасного мифа победителей, который приводил в ужас западный мир. «Меня зовут Верушка», — представлялась она агентам, насквозь пропитанным идеологией холодной войны. Приставка «фон», расстрелянный за участие в операции «Валькирия» отец-офицер, конфискованное вермахтом родовое поместье под Кенигсбергом и несколько лет в гестаповских лагерях — все это осталось в жизни Веры. У Верушки же было потрясающее тело, шикарные светлые волосы, художественный вкус и твердое намерение пустить эти достоинства в дело.

Так она стала Верушкой. Она всегда ходила в черной одежде и в мягких замшевых туфлях на плоской подошве. Она придумала себе особую раскрепощенную походку, как при замедленной съемке. У нее не было ни биографии, ни портфолио, когда ее просили показать портфолио, она говорила, что и так знает, как выглядит, и хотела бы увидеть, что они могут сделать с ее лицом. Верушка покорила всех своей наглостью.

Сначала 186-сантиметровая модель казалась слишком высокой и слишком странной. Но потом странное оказалось красивым, и она стала крупнейшей моделью своего времени, крупнейшей во многих смыслах: она была не только самой высокой из всех топ-моделей того времени, но и самой титулованной.

Закрепиться в модельном бизнесе и стать новым лицом в эпоху happy sixties, которое впоследствии сломало все заплесневелые стереотипы, Верушке помогла Диана Вриланд – главный редактор американского журнала «Vogue». Только она увидела в девушке представителя новой концепции фотомодели. Она предоставила Верушке полный карт-бланш, а также постоянного стилиста и толпу именитых фотографов из мира высокой моды, которые записывались к ней на фотосессию за недели вперед. Даже Ирвин Пенн, один из самых гениальных фотографов ХХ века, ждал своей очереди три недели. В результате такой работы только на обложке журнала «Vogue» Верушка появлялась одиннадцать раз. Все эти страницы вошли впоследствии в золотой фонд журнала. В фэшн-мире это приравнивается к одиннадцати «Оскарам». Помимо обложек «Vogue» за десятилетие модельной карьеры у Верушки скопилось больше восьмисот обложек других модных журналов.

С появлением Верушки на модном Олимпе и в фотостудиях появился новый образ модели: бесстрастный манекен, прилетевший на Землю по заданию марсиан и меланхолично взирающий на остальных людей с обложек глянцевых изданий.

В это же время Верушка снялась в культовом фильме Микеланджело Антониони «Фотоувеличение», где она сыграла фотомодель, соблазняющую героя Дэвида Хеммингса. «Сверхчеловек», «Голая графиня» — вот эпитеты, которым наградили Верушку журналисты после выхода фильма. Несмотря на то, что девушка появляется лишь в пятиминутном эпизоде, произносит одну единственную фразу «А вот и я!», а в титрах переврали ее имя, Верушку ждал невероятный успех. Кадры с фотомоделью, лежащей на ковре, признали лучшей эротической сценой года. Твигги, уже бывшей в то время известной моделью и не приглашенной в фильм, оставалось только кусать локти в приступе зависти.

Поддержанию нового образа в модельном бизнесе посодействовал и Сальвадор Дали. В 1966 году постаревший сюрреалист устроил эксцентричную акцию, задействовав в ней голую Верушку, облитую пеной для бритья из новомодных баллончиков. После этого представления в Верушке увидели некое сверхъестественное существо, умеющее превращаться во что угодно. Так Дали заразил Верушку боди-артом и любовью к телесным трансформациям. Вера сама стала независимым художником, занималась боди-артом. В течение следующих десяти лет она с неиссякаемым энтузиазмом будет раскрашивать себя не только в экзотических зверей, гангстеров, бомжей, голливудских звезд, растения, облака, ядовитых гусениц, но и в камни или тюки с тряпьем.

В 1960-х годах не было, пожалуй, модели более скандальной, чем Верушка. Однако ее скандальность – это не секс и наркотики, как у многих ее коллег. Она была «качественно» другой: аристократическое происхождение и независимость, блестящее художественное образование и яркое воображение позволили Верушке, невозмутимо раздеваясь догола, становиться произведением искусства и художником, его создающим, рукой и кистью одновременно. В кино и на сцене она могла преобразиться в любую звезду, в любой доведенный до предельного гротеска человеческий тип. В этом помимо высшего пилотажа модели, которая способна раствориться в любом образе, есть нечто, выходящее за пределы представлений и об искусстве, и о человеке. Ведь растворялась Верушка не в образе, продиктованном со стороны, а в самой себе и окружающем мире — органическом и неорганическом.

«Во всех моих преображениях, — говорит Вера фон Лендорф, — прекрасно то, что мне было позволено выбраться из плена своего тела, создать хотя бы иллюзию того, что ты покидаешь себя».

На самом пике своей популярности Верушка зарабатывала по 10 тысяч долларов в день. Успешная карьера модели продолжалась до 1975 года, когда после ссоры с новым редактором журнала «Vogue» Грейс Мирабеллой Верушка решила покинуть мир моды. Предметом ссоры послужило желание редактора кардинально изменить имидж модели, сделав его более доступным для большинства женщин. Высокая аристократичная немка не только не вписывалась в новый идеал красоты по-американски, но и не собиралась меняться. «Ищите для этого другую дурочку», — ответила модель на просьбу изменить прическу на актуальное в то время каре. И «Vogue», конечно же, нашел.

 

Только через 10 лет, в 1985 году, Верушка возвращается и принимает участие в шоу боди-арта в Трайбеке. На ее теле вновь переплетались самые разнообразные образы.

В 80-х ее эксцентричные сессии с фотографами-авангардистами, где она прикидывалась то булыжником, то ржавой трубой, то облупленным куском стены, начали скупать галереи современного искусства. Верушка стала снова время от времени принимать участие в показах  в качестве приглашенной модели. В 90-х она сняла видеоарт «Зад Будды», где трансформировалась в нью-йоркского бомжа. Распластавшаяся в луже, смешавшаяся с мусором, пеплом и городской грязью, Верушка застыла в кадре безмятежным трупом, уснувшим в нирване из отходов американского консюмеризма. Несколько лет спустя, через два месяца после 11 сентября, бомж-трансформацию супермодели была показана вместе с пророческой инсталляцией «Нью-Йорк в огне». В 2000 году Верушка появилась на Мельбурнском Фестивале Моды, который проходил в Австралии.

В 2006 году исполнила роль графини фон Вальдштейн в ленте «Казино Ройяль». Участвовала в создании нескольких документальных фильмов.

Среди ухажеров Верушки были замечен Джек Николсон и Дастин Хоффман, однако на ее фоне мужчины среднего роста смотрелись невнятно и неубедительно. Лишь рядом с Питером Фондом, с которым у Верушки был бурный роман, с его 190 см роста, супермодель выглядела подчеркнуто женственно.

Верушка сумела благополучно растратить все свое состояние и в настоящий момент живет в квартире в Бруклине, США, с видом на живописную свалку.

Верушка практически полностью отошла от дел, сосредоточившись на искусстве. Она изредка участвует в модных дефиле как приглашённая звезда. Ей посвятили коллекции Карл Лагерфельд, Майкл Корс, Хельмут Ланг и Пако Рабанн, известный косметический бренд «MAC» даже выпустил губную помаду Veruschka, а поп-группа «Suedes» поместила ее фото на обложку своего альбома.

Сейчас бывшая супермодель Верушка живет со своим другом, музыкантом Мишей Вашке, и с восемью кошками. Каждое утро Верушка надевает темные очки, садится на велосипед и отправляется на прогулку по окрестностям – «за вдохновением». Она ведь художница, причем художница авангардная, которая рисует красками, но вместо полотна использует собственное тело.

«Мода и смерть ходят бок о бок, – говорит Верушка. — Мода и состоит из смерти. То, что нынче в моде, завтра уходит прочь. И так каждый год… Хельмут Ньютон однажды сказал мне: Знаешь, а ведь мы работаем, чтобы заполнять мусорные баки. И он прав. В конце концов, все наши фотографии оседают на помойке, среди кухонных отбросов и старого тряпья… Утративший смысл восхитительный хлам…»

Многие считают ее одной из трех — после Лени Рифеншталь и Марлен Дитрих — великих немок ХХ столетия.

wiki.wildberries.ru

Верушка фон Лендорф. Модель, муза, миф

Графиня по крови, бунтарь по натуре, Верушка стала первой супермоделью ещё до взлёта большеглазой Твигги. Ушла из мира моды на пике, после одиннадцати обложек Vogue. Ей стало… неинтересно. Любимица камеры, она примерила десятки женских и мужских образов, чтобы потом перевоплощаться в камни и животных. А своё совершенное длинное тело сделала объектом искусства.


Фото Franco Rubartelli для Vogue, 1967

Графиня в бегах

Вера Готлиб Анна фон Лендорф — столь гордое имя модель получила от отца, графа и офицера. Она родилась в 1939 году в Кёнигсберге, ныне Калининграде. Детство обернулось драмой, которую Верушка всю жизнь пыталась забыть, отыгрывая воспоминания в искусстве и психотерапии. Ей было 5, когда повесили её отца — за участие в покушении на Гитлера, в операции «Валькирия». Родных заговорщика изгнали из дворянского рая — замка в сто зал — и разлучили, отправив в разные концлагеря. После войны Вера воссоединилась с матерью, пошла в школу и ещё больше полюбила одиночество: сверстники травили её за прошлое, называли отца убийцей и предателем. Долговязую девчонку дразнили «аистом»: в 14 лет в ней было уже 185 сантиметров. Когда пришла пора выбирать профессиональную стезю, она решила погрузиться в искусство — мир, который куда красивее и безопаснее реального.


Фото Richard Avedon, 1970
Фото Horst P. Horst, 1965 Вера училась в Гамбурге, затем во Флоренции — на художника по тканям. Там её заметил фотограф Уго Мулас. Вдохновлённая его оценкой, Вера попыталась покорить Париж, но потерпела поражение: в Европе для рослых красавиц работы не было. Зато познакомилась с Эйлин Форд, совладелицей американского агентства Ford Models. Прозорливая Эйлин дала начинающей модели пару советов. Самый важный: ехать в США, где на её пропорции будет спрос. Деньги на билет выручила мать, продав кое-что из фамильных ценностей. Но в Нью-Йорке её не ждали. Миссис Форд не помнила их парижский разговор — или сделала вид, что не помнит. Другие агенты не были готовы представлять её интересы. Вера казалась им странной, не вписывалась в рамки, это был, как сейчас говорят, «неформат». «Лицо для Elle, а фигура для Vogue» — по её словам, именно это противоречие они принять не могли. Блондинка с пухлыми губами, одарённая ростом метр девяносто — инопланетянка, которая выбивается из стандартов. Получив ряд отказов, Вера вернулась домой, чтобы взять паузу. Она была уверена в своём потенциале, вот только у других не было времени и проницательности его разглядеть. И тогда девушка поняла: нужна легенда, бренд, который сразу захотят купить. Так появилась Верушка.
В платье Valentino, 1966

Рождение Верушки

Верушкой — с ударением на второй слог — её звали в детстве. Короткое, необычное имя для девушки с русскими корнями, каковой она представлялась. Эта легенда придавала ей веса и таинственности: шла холодная война, и на Советский Союз смотрели со страхом и трепетом. Слухи поползли сами собой. «Русская шпионка, сменившая пол, — иначе откуда выдающийся рост?» — говорили о Верушке и такое. Она спорить не спешила: назвали странной — так стоит довести идею до предела. Верушка купила чёрное пальто — копию Givenchy, чёрную же шляпу, туфли на плоской подошве. Девушка в чёрном ступала мягко, как кошка, и огрызалась на фотографов: «Моё портфолио? Лучше покажите, на что вы способны». И Нью-Йорк открыл ей двери. Верушка участвует в перформансе Сальвадора Дали: восхитительную живую статую он покрывает кремом для бритья. Она знакомится с Дианой Вриланд, главным редактором Vogue. В 1964 году Ирвин Пенн снимает её для обложки журнала — позже она войдёт в золотой список моделей — любимиц Vogue, с десятками работ на его страницах, а чего стоит даже одна фотосессия для столь авторитетного издания! Благодаря собственному упорству и покровительству Вриланд Верушка получила редкое для модели право: предлагать идеи и творить. «Я сказала себе: если я продолжу этим заниматься, я должна обладать большей властью». И Верушка обрела эту власть. Она могла звонить редактору среди ночи, чтобы поделиться мыслями об очередном проекте. Япония, Кения, Мексика — Vogue обеспечивал её лучшей натурой, лучшими фотографами. Ричард Аведон называл её самой красивой женщиной в мире. Потом был творческий и любовный союз с Франко Рубартелли. Они встречались около пяти лет. Это было время безумных съёмок: аризонская пустыня, Верушка в коконе из ткани и кожи. От теплового удара упала в обморок. Другая серия: невозмутимая красавица обнимает грациозного гепарда… Именно при Рубартелли модель начала эксперименты с боди-артом: однажды она решила изобразить камень, разукрасила лицо и позировала своему любовнику.


Сцена из фильма «Blow up», Michelangelo Antonioni, 1966
Верушка и ее портрет, художник: Genaro de Carvalho.1969
Фото Irving Penn для Vogue, 1965 13. Фото Richard Avedon для Vogue,1966 В 1966-м Верушка вошла в мир кино. Микеланджело Антониони дал ей роль в триллере «Фотоувеличение» — второстепенную, рискованную. Девушка должна была играть саму себя, просто модель, где уж тут проявить незаурядность? К моменту съёмок Верушка была измотана: она вернулась из командировки в Мексику, где перенесла кишечную инфекцию. Она была необычайно тонкой, если не сказать дистрофичной — её нездоровая худоба после премьеры фильма стала модной. Эпизод с участием Верушки признан одной из самых эротичных сцен мирового кинематографа: высоченная красотка извивается на полу перед объективом под ободряющие возгласы фотографа. Она будто бы занимается любовью с камерой. «Фотоувеличение» сделало Верушку секс-символом. Её прошлые обидчики кусали локти: светловолосая пластичная бестия, которая не боится ни камеры, ни наготы, ни слухов… В 1971-м, на закате их романа, Рубартелли выпускает фильм о ней, с музыкой Эннио Морриконе. Картина провалилась, а пара распалась. Рубартелли настаивал на том, чтобы Верушка была его личной музой, безраздельно принадлежала ему и его камере. Однако модель окрепла и решила идти дальше.
Фото Franco Rubartelli, 1968
Для Vogue, Париж. Фото Francesco Rubartelli,1968

Свободное плавание

К семидесятым Верушка зарабатывала баснословные гонорары: до десяти тысяч долларов в день. Но сотрудничество с Vogue изжило себя. На смену Диане Вриланд, покровительнице Верушки, пришла Грейс Мирабелла. У нового главного редактора была своя цель: завоевать широкие массы. Увидев снимки с очередной фотосессии Верушки, Мирабелла предложила ей стать проще и отстричь модное каре. В своё время Вриланд могла просить её изменить задумчивый взгляд на снимках, но обсуждать популистские внешние перемены? Нет, Верушка предпочла уйти: для неё эпоха Vogue закончилась. Она вернулась в Германию, где и случился роман с художником Хольгером Трюльцшем. С ним модель наконец занялась чистым искусством. Они создали серию «Метаморфозы». Благодаря ювелирно нанесённой на тело краске Верушка на этих фотографиях сливалась со средой: представала то стеной, то валуном, то лесной нимфой, поросшей мхом. В эту работу она вкладывала нечто очень личное: Верушка тогда переживала тяжёлую депрессию, к ней возвращались горькие детские воспоминания, она думала о самоубийстве.


Фото Franco Rubartelli, 1968
Фото Franco Rubartelli, 1964 В 1986-м «Метаморфозы» вышли отдельным фотоальбомом, и о звезде шестидесятых заговорили вновь — теперь как о независимом художнике. Верушка предпочитала уединение и становилась всё более избирательной в своём творчестве. Она избегала громких кампаний и коммерческих съёмок, хотя были предложения, от которых не могла отказаться. В середине девяностых модель сотрудничала с Домом Chanel. Появилась на показе в Париже, затем снялась в рекламной кампании по мотивам «Фауста» под началом Карла Лагерфельда. Каждое её творение по-прежнему было окружено слухами и домыслами. В 1998-м она сделала инсталляцию «Нью-Йорк в огне» — сожгла макет мегаполиса. Позже публика наделила её даром предвидения: якобы тогда она предчувствовала теракты, случившиеся 11 сентября 2001-го.
Фото для книги «Veruschka: trans-figurations / Vera Lehndorff, Holger Trulzsch», 1986
Фото для книги «Veruschka: trans-figurations / Vera Lehndorff, Holger Trulzsch», 1986
Фото для книги «Veruschka: trans-figurations / Vera Lehndorff, Holger Trulzsch», 1986

Верушка: модель для подражания

Оставаясь отшельницей, Верушка продолжала влиять на мир моды. В 2002-м Майкл Корс создал для Celine коллекцию «Вояж Верушки» — ожившие образы с фотографий Рубартелли: туники сочных цветов, широкие кожаные пояса, песочные оттенки сафари, торжество открытого тела. Верушка как визуальный феномен — это гимн современной телесности. Она была достаточно андрогинной, чтобы отражать эстетику высокой моды, и достаточно манящей, чтобы воспевать женственность. С ней сравнивают амазонку двухтысячных — Жизель Бундхен, но сравнение, кажется, не в пользу последней. Современные модели занимаются скорее продуманной коммерцией, а Верушка рисковала, балансируя на стыке ремесла и искусства, была новатором, а не копией. И при этом появилась на 800-х журнальных обложках! Она всё ещё выходит на подиум — хотя крайне редко. В 2006-м снялась в эпизодической роли в одной из серий бондианы — Казино «Рояль».


Фото Franco Rubartelli, 1968 Косметическая фирма MAC выпустила губную помаду с оттенком, названным в её честь. Верушка считает себя абсолютным космополитом, кочевником, не привязанным к месту. Но перемещаясь по свету, она неизменно оказывается там, где пульс моды бьётся чаще. Последние годы она живет в Берлине, где богема ещё не испорчена гламуром. Глянцевые журналы она листает редко: не хочет наблюдать грустные лица моделей и кризис творческих идей. До собственной репутации ей нет дела: «Слава — как мыльный пузырь, она быстро проходит». О громких романах Верушки больше не слышно, у неё нет семьи и детей, она заядлая кошатница и защитница животных. Не поддерживает ореол секс-символа, скрывается за шляпами, банданами и тёмными очками, всё так же любит чёрный цвет и грубые ботинки. Верушке больше не нужно соответствовать придуманной легенде: она уже ею стала.
Показ Giles, весна-лето 2011

Текст Анна Балдина

hair.su

Верушка — Википедия

Верушка
Veruschka
Псевдонимы Veruschka или Veruschka von Lehndorff
Настоящее имя Вера Готлиб Анна фон Лендорф
Дата рождения 14 мая 1939(1939-05-14) (79 лет)
Место рождения Кёнигсберг, Третий рейх
Рост 190 см[1]
Грудь 86 см[1]
Талия 63,5 см[1]
Бёдра 89 см[1]
Цвет волос русые[1]
Глаза серо-голубые[1]
Размер обуви 43 (EU)[1]
Гражданство Германия Германия
www.veruschkaselfportraits.com

ru.wikipedia.org

Верушка (модель). Немецкая модель и актриса Вера Готлибе Анна Грефин фон Лендорфф

Сейчас популярных моделей так много, что запомнить всех не представляется возможным. Но всего несколько десятков лет назад каждая манекенщица была уникальной и известной на весь мир. А самой первой супермоделью стала Верушка. Кто она и каким был ее путь к успеху?

Детские годы

Вера Готлиб Анна фон Лендорф, именно так на самом деле зовут самую лучшую модель 1960-х, родилась 14 мая 1939 года в Восточной Пруссии. Детство ее проходило в семейном поместье в деревне Штайнорт. Родители-аристократы не смогли гарантировать безопасность и счастье – часть поместья, расположенного рядом со штабом фюрера под названием «Волчье логово» была конфискована Риббентропом, а впереди были трагические годы гитлеровского правления. Граф Генрих фон Лендорф-Штайнорт, отец Веры, был лейтенантом запаса Вермахта. Однако он не разделял нацистских идеалов и участвовал в операции «Валькирия» - это был политический заговор, целью которого являлось убийство Гитлера. Сообщников раскрыли, Генриха казнили. Собственность фон Лендорфов конфисковали, а семью отправили в трудовой лагерь. Жизнь Веры изменилась навсегда.

Образование Верушки

После окончания войны будущая немецкая модель Верушка поступила в школу, а потом отправилась в гамбургское училище – она планировала учиться на художника по тканям текстильных комбинатов. В учебном заведении оказалась слишком строгая обстановка, для которой свободолюбивый нрав юной аристократки не подходил. Поэтому вскоре Верушка фон Лендорф отправилась во Флоренцию, где решила заняться рисованием. Утонченная внешность и светлые волосы были в Италии редким явлением, поэтому, увидев девушку раз, многие запоминали ее навсегда. Так случилось и с известным портретистом и уличным фотографом Уго Муласом – стройная Вера с копной пшеничных волос очаровала его с первой встречи. Он сразу же предложил ей работу фотомодели. Вера решила попробовать себя в этой сфере. Первые ее снимки датированы 1960 годом – тогда и начался ее путь к вершине славы.

Первые достижения

Фотосессии из Италии стали первым портфолио, которое сделала Верушка. Модель отправилась с ним в Париж. Но сперва ее внешность не вызвала у французских агентов восторга. Немецкие актрисы и модели были не слишком популярными после недавних политических событий, да и сама фигура Веры казалась слишком долговязой и неуклюжей. Для женственных образов, распространенных тогда в Париже под влиянием Кристиана Диора, она не подходила.

Американские модели 60-х годов тоже были не похожи на Верушку, тем не менее Эйлин Форд из нью-йоркского агентства Ford Models пригласила девушку продолжить карьеру за океаном. Несмотря на то что для покупки билета на трансатлантический рейс маме Веры пришлось продать фамильный чайник из Саксонии, начинающая модель решительно отправилась покорять другую страну.

Неудача и новый образ

В 1961-м Верушка фон Лендорф приехала в Америку. Но дружелюбная Эйлин из Парижа оказалась совсем другой на родине – в Нью-Йорке она притворилась, что впервые видит юную немку. Все кастинги закончились неудачей, и Вера отправилась обратно в Европу. Она решила не отказываться от мечты и много думала о своем образе. Так и появилось на свет альтер-эго фон Лендорф, особенная девушка Верушка. Модель решила забыть о своем прошлом и превратиться в таинственную русскую красавицу с необычным именем – после двух мировых войн не говорить о Германии было хорошим решением. Изменилось все: походка, жесты, манера одеваться. Теперь Верушка одевалась в черное и носила сдержанные туфли без каблука. Изящная женственность, которой отличались светловолосые немецкие актрисы, арийский аристократизм и трагичное будущее с концлагерями остались позади – вместо молодой немки перед американцами предстала эксцентричная русская.

Сногсшибательная популярность

Выбор русского мифа оказался очень удачным – победители Второй мировой вызывали у американцев трепет. Усиливал впечатление оригинальный образ, который придумала Верушка – модель приходила без портфолио, сообщая фотографу, что хочет посмотреть на то, что способен сделать он, а не демонстрировать ему работу других. Потрясающий силуэт с бесконечно длинными ногами и незабываемое лицо оправдывали такую дерзость. К Верушке пришла популярность. Необычный рост выделил ее среди других моделей не только в буквальном, но и в переносном смысле. В 1960-х не было девушки популярнее. Вскоре Верушку заметила Диана Вриланд, которая тогда была главным редактором американского журнала «Vogue».

Она увидела в ней человека новой эпохи и решила поместить ее фото на обложку. Для юной модели был нанят постоянный стилист, а толпа фотографов была такой внушительной, что даже Ирвину Пенну, лучшему мастеру двадцатого века, пришлось ждать Веру три недели. В результате Диане и Верушке удалось добиться неслыханного успеха. Каждая обложка становилась модным событием, а всего Вера украсила своим лицом «Vogue» одиннадцать раз. В этой индустрии такое можно сравнить с получением 11 статуэток «Оскара». Помимо «Vogue», у Верушки есть около восьми сотен других обложек, что кажется настоящим модельным рекордом.

Новые горизонты

Знаменитая Верушка, модель, которую узнал весь мир, не могла ограничиваться чем-то одним. Она решила попробовать себя в кинематографе. Первой работой стала лента «Фотоувеличение». В ней Верушке досталась довольно простая для нее роль фотомодели. Несмотря на то что эпизод с ней был пятиминутным и фраз было мало, фильм стал ее очередным успехом. Сцены с Верой стали лучшими эротическими кадрами года. Ей удалось затмить даже Твигги, еще одну популярную модель шестидесятых. Помимо кинематографа, Верушка занялась искусством. Помочь ей в этом решил сам Сальвадор Дали. В 1966-м они вместе устраивали сюрреалистичные акции, например, художник поливал Верушку пеной для бритья. Модель открыла в себе любовь к преображениям и боди-арту. В дальнейшем она немало занималась этим сама, делая потрясающие фото, на которых почти невозможно поверить, что это – все та же Верушка. С помощью боди-арта модель перевоплощалась не только в мужчину или в животное, но и в растение или камень.

Конец карьеры

В годы популярности Верушка получала до десяти тысяч долларов в день. Ее успех продолжался до 1975 года, когда новый редактор "Vogue" потребовала изменения имиджа, и модель решила бросить эту индустрию. Аристократичная Верушка отказалась делать актуальную в то время прическу и подстраиваться под новые тенденции. Так она пропала с обложек. Впрочем, насыщенная жизнь Веры никуда не делась. Она занималась и все еще продолжает заниматься искусством, а также снимается в кино – одной из последних работ стала роль в шпионском фильме «Казино Рояль».

fb.ru

Верушка – волевая и эффектная модель 60-тых!

Текст Екатерина Кот

Верушка – это одна из первых супермоделей, которая отличалась особенной внешностью, не боялась диктовать фотографам свои условия и принимала на себя самые разные образы. Несомненно, она на данный момент является живой легендой – харизматичная, вдохновляющая и неотразимая!

 

 

«Взрослое» детство и выбор професси

Графиня Вера фон Лендорф родилась 14 мая 1939 года в Восточной Пруссии. Через три месяца после её рождения началась Вторая мировая война. Семья аристократов будущей известной модели жила старинном родовом поместье Мауэрзей в деревне Штайнорт. И не смотря на то, что раннее детство маленькой Веры прошли в доме, где было сто комнат, много прислуги и всё, что предполагала обеспеченная жизнь, но уже скоро девочка оказалась далеко не в сказочном месте, а в концлагере. Отец Верушки офицер Генрих фон Лендорф-Штайнорт был участником операции «Валькирия» и когда гестапо раскрыло заговор, его казнили. Коснулась беда и членов семьи фон Лендорф. Так, бабушку и дедушку Веры оправили в концлагерь Бад-Закса, а всё имущество конфисковали.

Когда война закончилась, девочка вместе с мамой жила у знакомых, и за время такой кочевой жизни успела поучиться в 13-ти гимназиях и даже в женском монастыре. Когда Вера окончила школу, то решила поступать в училище художником по тканям в Гамбурге, которое подготавливало специалистов для текстильных фабрик. Учёба быстро надоела молодой, но уверенной девушке и она уехала во Флоренцию, где хотела подтянуть свои художественные навыки.

Путь к славе и «волшебный» псевдоним

На улицах прекрасной Флоренции её и заметил фотограф Уго Мулас. Девушка с длинными ногами, строгими чертами лица и шикарной белокурой копной волос сразила Муласа и он предложил ей позировать для него. Первые фото Веры были сделаны в Палаццо Питти. Именно с этими снимками девушка отправилась покорять Париж. Но Дома моды не были в восторге от барышни с ростом 186 см и отказывали ей в сотрудничестве.

Уже скоро Вере посоветовали ехать в США, и мать начинающей модели для того чтобы собрать деньги на поездку продала фамильный чайник из саксонского сервиза.

В Нью-Йорке худощавая высокая немка не произвела ожидаемый ею фурор и скоро она снова вернулась в Европу, а именно в Мюнхен. Девушка решила поменять к себе отношение путём смены имени и стала называть себя Верушкой, чтобы окружающие думали, что она русская. Фешн-тусовка оценила такую хитрость девушки и о ней начали говорить.

Настоящий прогресс произошёл, когда Диана Вриланд – главный на тот момент редактор американского «Vogue» поверила в талант модели и предложила ей работу. Более того, она предоставила Верушке свободу действий в кадре, фотографа и личного стилиста. Вриланд не ошиблась. Верушка настолько проявила себя, что появилась на обложке легендарного «Vogue» целых 11 раз!

В это же время модель стала встречаться с фотографом Франко Рубартелли, к которому целых 5 лет чувствовала невероятную влюблённость. После модель состояла в любовных отношениях с такими известными актёрами как Дастин Хоффман, Питер Фонда и Джек Николсон.

Значительное влияние на развитие творческого потенциала Верушки оказал эксцентричный Сальвадор Дали. В конце 60-тых он сделал интересный перфоманс, в котором голая Верушка была облита пеной для бритья прямо из балончиков.

Новый виток популярности приходится на период выхода фильма «Фотоувеличение», в котором модель сказала лишь одну фразу «А я в Париже!» и появилась в кадре в одной, но насколько сильной и шокирующей сцене. Эпизод в киноленте сделал её звездой мирового масштаба.

Жизненная позиция и уход из модельного бизнесса

На кастингах Верушка всегда высказывала своё личное мнение и в случаях, когда её просили показать фотографии, она отвечала, что вполне представляет, как она выглядит и её больше интересует, что могут предложить лично для неё. Редакторы журналов, фотографы и модельеры были покорены манерами, умением себя подать и откровенной наглостью супермодели. Но, как сама признаётся длинноногая немка, она никогда не называла себя обычной моделью, ведь Верушка продаёт не чужой бренд, а себя.

В лучшие годы карьеры девушка ежедневно зарабатывала около 10 000 $. Однако, экспрессивный нрав всё же сыграл с ней злую шутку, когда в 1975 году между Верушкой и редактором «Vogue» уже на то время Грейс Мирабеллой произошёл серьёзный конфликт. Дело в том, что Грейс предложила модели срезать её гриву и сделать модное на то время каре. Верушка ответила: «Для таких преобразований советую найти другую дурру». После этого она решила поставить точку на карьере модели.

 

Супермодель в тени

Жизнь вне камер оказалась не менее интересной, и когда Верушка вернулась в родную страну, то занялась боди-артом с новым ухажёром Хольгером Трюльчем. Она стала настоящим полотном для своего любимого, который был прекрасным художником. Именно тогда сделаны фото, на которых модель появлялась в образе камней, деревьев и облаков.

Верушка продолжала шокировать публику, хотя больше и не появлялась на обложках журналов. Так, однажды она сделала инсталляцию под названием «Нью-Йорк в огне». Девушка демонстративно подожгла построенный собственноручно макет «Большого яблока» и сожгла его.

На подиум эта легендарная женщина всё же вышла. Это был «Mercedes-Benz Fashion Week Berlin», где она представила одежду немецкого дизайнера Anja Gockel осень-зима-2012. Щеголяла по подиуму своими длинными ногами, которые ещё долго не забудет фешн-индустрия, Верушка в последний раз.

Верушка в наши дни

Сегодня этой женщине 75 лет, но она продолжает совершать сумасшедшие поступки и радует публику новыми выходками и появлениями в свет, хотя и живёт скромно в Бруклине в доме с видом на помойку.

Ежедневно бывшая мировая супермодель надевает большие солнцезащитные очки, берёт велосипед и едет за очередной порцией вдохновения на Манхэттенский мост. Там, одна из самых известных вегетарианок в мире регулярно подкармливает бездомных кошек. Потрясающая женщина…

 

Обсудим на форуме...

ukraine-couture.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о