Дизайнер яхт игорь лобанов – история дизайна. Игорь Лобанов о том, как создавался один из самых завораживающих проектов в категории от 100 метров — яхтенный журнал itBoat

Итальянский дизайнер Лобанов: из России с наколкой

Издание Superyachttimes опубликовало 11 апреля интервью с Игорем Лобановым, приехавшим в Монако на встречу с клиентом. Журналист Карл ван Руй признаётся, что был удивлён внешним видом 45-летнего дизайнера: закатанные рукава, на руке наколка. Наши люди так на встречу с заказчиком не одеваются. Хотя смотря что за заказчик.

Уроженец Москвы выбрал Италию в качестве постоянного места жительства, потому что ему нравятся горы и море. А в Москве ни того, ни другого нет. Компания Lobanov Naval Design s.n.c. находится в Турине, однако сайт закрыт на реконструкцию.

После окончания математического факультета МГУ Игорь обучался дизайну как в Турине, так и в Англии, в университете Ковентри, до 2001 года. Правда, транспортному и автомобильному. После чего стал стажёром в отделе внешнего дизайна компании Volkswagen в Вольфсбурге. По окончании стажировки начал искать работу и был взят на должность руководителя проекта строительства новой суперъяхты. Лобанов утверждает, что так он впервые увидел наброски 119-метровой яхты и даже придумал ей короткое имя A. Последующие два-три года Игорь был представителем заказчика.

Лобанов имеет в виду моторную яхту A верфи Blohm & Voss по проекту Филиппа Старка, спущенную на воду в 2008 году. Известно, что заказчиком её был Андрей Мельниченко. Ранее, в интервью изданию Boat International, Игорь утверждал, что познакомился с ним в 2003 году.

В 2007 году Лобанов стал консультировать некоего клиента по разработке дизайна 120-метровой яхты. Через год разразился финансовый кризис, и проект был похоронен. Неожиданно Игорь был выбран дизайнером проекта Y708 для верфи Oceanco. Эта работа даже принесла ему звание лучшего дизайнера на церемонии World Yacht Trophies в Каннах. Пятипалубная яхта «Св. принцесса Ольга» длиной 85,6 метра была сдана в 2013 году.

Лобанов любит рассказывать, как бегал по Яхтенному шоу в Монако с двумя игрушечными моделями, чем и заслужил международное признание. Он говорит иностранцам, что верфь Oceanco объявила тендер и он его выиграл, но мы-то с вами знаем, что такое тендер и помним, как, например, никому не известное ООО получило активы «Юкоса».

Как же случилось, что верфь Oceanco, работающая в основном со студией Nuvolari Lenard, доверила столь ответственное дело на 190 миллионов долларов никому не известному дизайнеру, не реализовавшему на тот момент ни одного проекта? На самом деле в этом нет ничего странного. Будущие владельцы яхт часто начинают процесс с выбора дизайнера экстерьера, чьи эскизы им нравятся и чьи задумки они хотели бы воплотить в жизнь своими деньгами. А затем уже выбирают верфь, готовую взяться за проект. Вполне возможно, что в Oceanco клиент пришёл уже со своим дизайнером.

Спрашивать Игоря о заказчике, естественно, бесполезно – любой контракт, как правило, включает в себя подписку о неразглашении. Многие заказчики мегаяхт требуют держать в строгом секрете не только личные данные, но и технические характеристики проекта. Конечно, любая верфь заинтересована в том, чтобы представить миру свой очередной шедевр, выставить яхту на престижном шоу и похвастаться достижениями. Однако о большинстве яхт, сходящих со стапелей таких верфей, как Lurssen или Oceanco, мы узнаём благодаря лишь снимкам фоторепортёров, дежурящих у доков. И дело тут не обязательно в том, что яхта куплена на ворованные деньги. Может быть, заказчик от природы скромен и не хочет привлекать внимание преступного мира.

Сказать, что яхта получилась роскошной, – не то слово. Обычно, если апартаменты хозяев – с гардеробной, примерочной, рабочим кабинетом и двумя ванными – расположены на всю ширину палубы, это уже считается шиком. На «Св. принцессе Ольге» в личное распоряжение владельца отдана не одна, а целых две палубы. И если выдвижные балконы и плавательный бассейн можно разглядеть, о внутреннем оформлении яхты из первых уст мы уже никогда не узнаем: дизайнер интерьера Альберто Пинто унёс секреты с собой в могилу.

Однако от внимания журналистов, перебирающих снимки, опубликованные в социальных сетях, уйти не так просто, и тайна «Св. принцессы Ольги» быстро стала секретом Полишинеля. Считают, что фактическим владельцем яхты является российский государственный деятель и топ-менеджер, главный исполнительный директор нефтегазовой компании с молодой женой. Впрочем, по документам яхта наверняка оформлена на другое лицо – иначе её могли бы арестовать в любом европейском порту, например, по делу того же «Юкоса».

Верфь Oceanco, однако, опубликовала название компании, которая руководила проектом Y708 и представляла интересы заказчика. Это фирма Imperial Yachts Евгений Кочмана, расположенная как раз в Монако, куда Игорь в очередной раз приехал для встречи с клиентом.

«После проекта Y708 мы поняли, насколько важно выставлять свои работы, – говорит Лобанов. – Показывать, на что мы способны как студия, привлекать будущих клиентов, которым понравится наш стиль. Y708 – это тот особый случай, когда владелец желает абсолютной секретности. Это всё усложняет, но, естественно, мы не можем не уважать пожелания клиентов. Другие заказчики вовсе не против показа совместных работ». В качестве примера Игорь демонстрирует эскизы проекта Phoenicia. Однако никаких сведений о заказчике не разглашает.

Многих интересует, насколько дизайнер вникает в техническую составляющую проекта. Достаточно ли ему взять карандаш и набросать скетч, не вдаваясь в детали того, поплывёт корабль или потонет, – или же это долгая кропотливая работа с заданными конструкторскими установками.

«Проект Y708 был основан на готовой инженерной платформе, – говорит Лобанов о совместной разработке конструкции бюро Azure Naval Architects и Oceanco. – Всё, от главной палубы вниз было уже обрисовано и создано. Так работать намного проще. В проекте Y714 верфь Oceanco доверила нам спроектировать всю яхту сначала, а это намного больше работы».

110-метровая яхта Y714, известная как проект Jubilee, была выведена на буксире из ангара верфи Oceanco 6 февраля 2017 года. Это самая большая частная яхта из построенных в Нидерландах на данный момент. Имя заказчика, конечно же, не разглашают. Если после регистрации яхта не получит имя «Св. принцесса Ольга», можно будет говорить, что Игорь Лобанов перестал быть актёром одного режиссёра и состоялся как дизайнер мегаяхт.

Впрочем, в творческих планах Лобанова – сосредоточиться на яхтах длиной от 40 до 60 метров, что позволит расширить клиентуру, ускорить процесс и работать с большим количеством верфей в Италии и Нидерландах.

www.ruyachts.com

Как математик из Уфы стал первым русским дизайнером мегаяхт | Бизнес

— Нет, не знаю. Мой заказчик — голландская верфь Oceanco. Сейчас объясню. Существует два варианта строительства яхт. В первом человек хочет изначально строить уникальный проект и делает его самостоятельно: нанимает дизайнера, команду, которая будет контролировать процесс, размещает заказ на верфи — в общем, весь проект делает сам. Спасибо, что такие люди есть и что они создают уникальные, а иногда и революционные, вещи. Но довольно часто верфи строят, начинают строительство, на собственные деньги, используя свою проверенную платформу — дизайн корпуса. Это называется «on spec». Делают они это на свой страх и риск. Верфь сама выбирает дизайнера и начинает строить. Уже в ходе строительства у лодки появляется покупатель. Это и клиенту выгодно, поскольку он получает лодку не за четыре года строительства с нуля, а за два или год исходя из уже построенного. Верфь, конечно, рискует, ведь нужно угадать настроение, угодить еще неизвестному владельцу. Но и плюсы свои есть, главный из них — верфь изначально знает, сколько в итоге на лодку будет потрачено, спокойно строит, не отвлекаясь на капризы заказчика и крупные переделки. После покупки владелец еще может что-то изменить, но эти возможности ограничены, как правило, он может развернуть свою фантазию и желания на внутреннем интерьере. Oceanco в основном строит полностью custom проекты, но иногда строит и on spec.

Я посмотрел вашу, честно говоря, удивительную биографию. Окончили физико-математическую школу-интернат для одаренных детей имени Колмогорова, потом факультет вычислительной математики и кибернетики МГУ. Как вы попали в яхтенный дизайн?

— Несмотря на математические способности, меня всегда интересовал автомобильный дизайн, даже когда в МГУ учился, я ездил на лекции в Строгановку. После МГУ, в 1994 году вернулся на родину, в Уфу, занимался каким-то бизнесом, в том числе студию звукозаписи организовал, в которой Земфира записывалась, и там же оформил и отправил документы на поступление во все известные мне европейские школы дизайна. Получил приглашение от итальянского Instituto Europeo di Design и в 27 лет уехал в Италию. Учился там, потом получал Master of Art в британском Coventry University, проходил практику в Вольфсбурге в «Фольксвагене». В Москве случайно встретился с товарищем по интернату Андреем Мельниченко, он как раз начинал строительство своей яхты. Узнав, чем я занимаюсь, Андрей предложил мне сменить автомобильную тему на яхтенную.

— Вы строили наделавшую много шума авангардную яхту «А» Андрея Мельниченко?

Строили ее по проекту Филиппа Старка. Я в этом проекте работал со стороны заказчика — собрал команду, которая контролировала строительство, финансирование и пр.

— Проект Старка был изначально так радикален?

— Вначале проект был более радикальным. Мы упростили некоторые его технические особенности. В итоге получили несколько необычную, уникальную вещь, которая меняет моду в яхтенном дизайне. Такие лодки строят редко. Большинство яхт традиционны, проект «А» раздвигает рамки очень сильно, говорит о том, что яхты могут быть какими угодно, необязательно все время повторять то же самое с 1950-х годов, чуть изменяя линии.

— Как получили собственный проект, Мельниченко помог?

— Нет, конечно. Из проекта «А» я ушел в 2006 году, еще до спуска лодки на воду. Работу я сделал, и хотелось уже своего. У меня было портфолио, которое я показывал на профильных выставках, по верфям, потенциальным заказчикам. В 2006 году открыл собственную дизайн-студию и в начале 2007-го заключил первый контракт на проектирование экстерьера яхты, к 2008 году их было уже четыре — на дизайн яхт 120 м, 85 м, 70 м и 50 м.

— Кризис как-то отразился на индустрии морской роскоши?

— Очень сильное падение было по лодкам меньшего размера, но и по мегаяхтам он ударил. Три наших контракта были заморожены или отложены. К счастью, свою часть работы мы сделали и деньги за нее нам заплатили. И, опять же к счастью, не остановился проект по строительству 85-метровой яхты на Oceanco [St. Princess Olga].

— Сколько стоит внешний дизайн мегаяхты в проекте и в чем заключается задача дизайнера экстерьера?

— Сложно сказать, зависит от проекта и от дизайнера. От $100 000 и до 5% от стоимости яхты примерно. Это же гонорар. Большие имена берут больше. Начинающие — меньше.

Мы создаем эстетически чистую и приятную глазу внешнюю оболочку, внутри которой размещается все оборудование, силовые элементы. Все, что вы видите снаружи, включая мебель, делаем мы. Решаем множество интересных задач, например, как разместить спасательные средства, чтобы они были менее заметны снаружи, оставаясь при этом функциональными. Работа ведется до последнего, все время что-то корректируется, всплывают детали, которые на макете, в масштабе 1:50, не разглядишь.

— Насколько я понимаю, получить контракт от верфи, которая строит яхту под будущую продажу, гораздо сложнее, чем напрямую от заказчика. Почему Oceanco выбрало вас, новичка?

— Это у них надо спросить. На самом деле соревнование было тяжелым. Мы три месяца для их платформы делали различные варианты дизайна яхты. Кроме нас на проект стремились попасть лучшие студии яхтенного дизайна мира, но в итоге выбрали нас. Сотрудничество оказалось удачным. Посмотрев на нашу первую яхту, на Oceanco пришел клиент, для которого сейчас строится крупнейшая за всю историю Голландии 110-метровая яхта.

— Заказчик русский?

Извините, не могу комментировать.

— Всем интересно, экономят ли миллиардеры на своих игрушках и насколько они капризны при заказе на сто и более миллионов долларов?

Деньги считать умеют, лишнего не тратят, и особых капризов я за ними не замечал. Сложнее работать с двумя заказчиками, когда за проектом смотрят и муж, и жена. Им может казаться, что у них одинаковое мнение по какому-то вопросу. А на самом деле им бывает довольно трудно прийти к общему мнению, например, о форме наружной мебели или материалах отделки. Но это часть нашей работы. Женщин, конечно, больше волнует и занимает внутренний интерьер, но и на внешний дизайн их внимание распространяется.

— Зачем людям мегаяхты?

— А зачем людям много денег? Кто-то стремится к большей независимости, кто-то — к уединенности, для кого-то это соревновательный процесс или предмет престижа. Не успеет мегаяхта зайти в порт, как это уже становится новостью номер один, а спустя некоторое время владелец лодки получает приглашение на мероприятия, где соберутся сливки местного общества. Яхта доставляет удовольствие, ею можно гордиться, но она не бесполезна и для бизнеса. На борту можно, наконец, уединиться.

— Когда-то вы мечтали о дизайне автомобилей, больше к этой теме не вернетесь?

Я внимательно слежу за автодизайном, но автомобили теперь мне менее интересны. Яхта — более сложный объект и в плане дизайна пока менее развитый. Здесь я могу уделить больше внимания тенденциям в архитектуре и воплотить их на практике. Вот из недавних впечатлений: нашел удобные и уютные пространства, как ни странно, в Помпее. Потрясающе удобные дома строили в античности, идеи которых можно заимствовать и развивать в строительстве яхт. Автомобиль в этом смысле немного примитивен, у него, в отличие от яхты, всего одна палуба. Мы создаем движущийся архитектурный объект — это слияние направлений, что мне особенно нравится. У нас есть несколько проектов, которые мы мечтаем построить, Думаю, наши проекты — одни из лучших в мире на сегодня. Среди них проект парусного судна — проект безумной красоты и романтики. Именно такие суда вы увидите в ближайшее время.

— Сами яхтой владеете?

— Пока только об этом думаю. Хочется небольшую яхту метров на семнадцать. Думаю, в ближайшем будущем она у меня появится.

www.forbes.ru

Как Игорь Лобанов получил свой первый заказ на дизайн яхты

У Игоря Лобанова появился завидный проект: он конструирует супер яхту длиной более 100 метров, которую построят на самой престижной мировой верфи. Сорокатрехлетний конструктор уверяет, что вовсе не планировал становиться дизайнером яхт, и верит, что достиг успеха благодаря многочисленным знакомствам.

Я родился в Советском Союзе, хорошо учился в школе, играл на пианино и был очень прилежным мальчиком» — рассказывает Лобанов. «Мои родители хотели, чтобы я стал настоящим строителем коммунизма, но вместо этого я проектирую роскошные яхты. Вот такая ирония.

Игорь Лобанов. Lobanov Naval Design S.N.C.

Лобанов окончил Московский государственный университет по специальности «Математика» и в начале 90-х гг. пытался построить свой бизнес в России. Но когда проектирование автомобилей, самолетов, а позже и яхт стало его страстью, двадцатисемилетний Лобанов решил изменить курс и отправился в Турин в Италию для изучения такого направления, как «Транспортный дизайн».

Лобанов получил степень магистра искусств в области автомобильного дизайна в университете Кавентри в Великобритании, после чего начал работать в зарубежном отделе дизайна компании «Фольксваген» в Вольфсбурге, Германии. Случайная встреча в 2003 году открыла для Игоря мир дизайна яхт.

Жизнь дает много возможностей. Она предоставляет каждому не один шанс. Возможно когда-то вы и упустите хорошую возможность, но всегда старайтесь ухватиться за любой выпавший вам шанс.
Совет Игоря Лобанова начинающим дизайнерам.

«Когда я познакомился с владельцем яхты «А», я рассказал ему, где я учился и показал свое портфолио, в котором, конечно, были только автомобильные проекты и никаких яхт» — вспоминает Лобанов. «Несомненно, он был впечатлен моей работой». И хотя Лобанов не работал над конструкцией «Моторной яхты А», которую спроектировали Филипп Старк (Philippe Starck) и Мартин Френсис (Martin Francis), он придумал ей название.
«Единственным моим вкладом в проект стало придуманное мной название яхты. Я предложил Старку и владельцу дать ей простое имя ‘A’. Яхта ‘A’, спроектированная Старком».

Концепт 75-метровой супер-яхты «А»

К 2007 году Лобанов открыл собственную компанию по дизайну яхт.

«В первый год работы мы спроектировали два макета и представили их в 2007 году на выставке яхт в Монако (Monaco Yacht Show) » — вспоминает дизайнер. За день до выставки Лобанов показал модель под названием «Белая ночь» (White Night) Майклу Бремену (Michael Bremen) из судостроительной компании «Lürssen».

«Майкл заслуживает отдельной благодарности» — уверяет Лобанов. «Он сказал, что модель выглядит великолепно и указал место, куда мне ее поставить. Он был очень дружелюбен и разрешил мне выставить свою модель на стенде их компании. Во время выставки мой макет привлек большое внимание посетителей. И это меня очень вдохновило».
Вторая модель «Лиза» (Liza) была представлена на выставке судостроительной компании «Blohm+Voss».

На этом же мероприятии Лобанов показал свое портфолио и макеты команде из компании «Oceanco». Она пригласила его принять участие в тендере по разработке нового проекта – яхты Y708. И Лобанов выиграл тендер.

Десятилетие спустя Лобанов довольно скромно рассказывает о событиях, приведших его в мир дизайна супер яхт. Сейчас он стал руководителем ведущей судостроительной компании, к которому не так то просто попасть.

Его совет начинающим дизайнерам довольно прост: «Жизнь дает много возможностей. Она предоставляет каждому не один шанс. Возможно когда-то вы и упустите хорошую возможность, но всегда старайтесь ухватиться за любой выпавший вам шанс».

yachtingmag.ru

Вакансия от Lobanov Naval Design

Игорь Лобанов планирует расширить штат сотрудников и приглашает талантливых дизайнеров и архитекторов на постоянную работу в свою итальянскую студию.

7 Лет назад российский дизайнер Игорь Лобанов открыл в Москве свою студию Lobanov Naval Design, которая позднее переехала в итальянский город Турин. Сейчас компания успешно занимается разработкой и проектированием суперяхт, и в данный момент  ведет такие крупные проекты, как яхты серии Oceanco и судна White Night, Phoenicia II и STAR.

 

Стало известно, что Игорь Лобанов планирует расширить штат сотрудников и приглашает талантливых дизайнеров и архитекторов на постоянную работу в свою итальянскую студию. Новые кадры примут непосредственное участие в проектировании и создании концепций различных моторных яхт с длиной корпуса от 60 метров.

 

«Мы ищем настоящих «маньяков», которые разделяют нашу страсть к яхтингу и красоте. Новый сотрудник должен в совершенстве владеть английским языком. А вот отсутствие опыта в проектировании яхт для нас — не проблема, иногда это может стать даже преимуществом. Не обязателен и опыт в командной работе. Всего этого будет достаточно, если вы проектируете как Бог, ну или, по крайней мере, думаете, что можете сделать лучше, чем мы в настоящее время. Не стесняйтесь доказать нам, чего вы стоите!»

 

Соискателей просят присылать свое резюме и портфолио по адресу [email protected]

 

 

Источник: www.superyachttimes.com

 

vodabereg.ru

Новейшая Project Jubilee за $215 млн и другие яхты дизайнера Игоря Лобанова. Фото | ForbesLife

Моторная мегаяхта Project Jubilee

Мегаяхта с рабочим названием Y714 Jubilee имеет шесть палуб. Яхта соответствует требованиям стандартов Passenger Yacht Code, позволяющим брать на борт до 36 пассажиров. Если считать в каютах, это 15 (по два гостя в каждой, итого — 30 человек), включая мастер-каюту, расположенную на выделенной для владельца палубе. Дизайном интерьеров занимался дизайнер Сэм Соржиованни.

Моторная мегаяхта Project Jubilee

Ширина 110-метровой Project Jubilee — 16,4 метра. В носовой части яхты расположена вертолетная площадка, ниже — скрытая от посторонних глаз причальная палуба. На корме — бассейн со встроенным аквариумом, под ним — большой пляжный клуб.

Моторная мегаяхта Project Jubilee

Сообщается, что яхта полностью оборудована перед поставкой владельцу. То есть в наличии будут тендеры, запчасти, оборудование для водных видов спорта, столовый фарфор, хрусталь, изделия из серебра, белье и многое другое.

Моторная мегаяхта Oceanco Y708

Самая известная работа Лобанова. Славе этой он во многом обязан слухам о том, что владельцем яхты с рабочим названием Y708 может быть глава «Роснефти» Игорь Сечин, однако эти слухи были опровергнуты. Над интерьерами судна, спущенного на воду судостроительной компанией Oceanco из Нидерландов, трудился итальянец Альберто Пинто. Корпус судна из стали, надпалубные конструкции — из алюминия. Владелец окрестил яхту именем St. Princess Olga («Святая принцесса Ольга»). Длина яхты 85,6 метра. На корме яхты устроен бассейн, который при случае выполняет функции вертолетной площадки, на верхней палубе — джакузи; внутри судна — комната для SPA и, само собой, лифт. Сегодня St. Princess Olga занимает 72-е место в рейтинге 100 самых больших яхт в мире.

Моторная мегаяхта White Lion

В случае с «Белым львом» Лобанов сотрудничает с немецкой верфью Nobiskrug. По плану строительство 85-метровой мегаяхты White Lion завершится в 2018-м. На борту пятипалубной мегаяхты смогут разместиться до 14 гостей. Для них на судне предусмотрено 7 кают. Помимо стандартных двухместных среди них есть 4 двухместные VIP-каюты. White Lion сможет принять на борт 22 члена экипажа. 11 двухместных кают для команды сделаны комфортабельными и эргономичными. На нижней палубе яхты находятся полностью оборудованный камбуз и столовая экипажа. Корпус из стали, палубы — из алюминия, палуба — из тикового дерева. Расчетная максимальная скорость новой водоизмещающей яхты составляет 17 узлов, а крейсерская — 14,5 узла.

Моторная мегаяхта A Yacht

A Yacht, так же известная как яхта Мельниченко. Строго говоря, к проекту этой лодки Лобанов имеет опосредованное отношение — он выступал со стороны заказчика (собрал команду, которая контролировала строительство, финансирование и т. д.). Дизайн этой «подлодки» – дело рук Филиппа Старка. Длина яхты — 119 метров. Яхта была спущена на воду летом 2008 года немецкой верфью Blohm & Voss.

www.forbes.ru

Tuhura – новый проект от Игоря Лобанова

Судно по мотивам каноэ

Российский дизайнер Игорь Лобанов представил концепт уникальной 115-метровой яхты. Это судно отличается необычными формами, которые могут напомнить о полинезийских каноэ и лодки Маори – именно они вдохновляли дизайнера при разработке этого проекта. Задачей являлось создание яхты с элегантным, но простым внешним видом, который был присущ лодкам на заре судостроения. При этом, заказ на концепт Tuhura поступил от известной верфи Oceanco. 27 февраля изображения лодки представили на выставке Dubai International Boat Show.

Безусловно, проект выделяется не только интересным дизайном, но и множеством технологических инноваций. Например, яхта будет оснащаться силовой установкой, которую создали в компании BMT Nigel Gee. Это уже привычная гибридная система, однако разработчики отмечают, что она окажется очень эффективной и позволит лодке расходовать небольшое количество топлива благодаря электромоторам. Интерьер создавал дизайнер Ахилл Сальвани.

Это уже не первый опыт сотрудничества Oceanco с Лобановым. Дизайнер также занимался созданием внешнего вида 110-метровой суперяхты Jubilee, которая в прошлом году вызвала большой интерес и получила различные награды за свой впечатляющий внешний вид.

vodabereg.ru

Motor Boat & Yachting: Russian Edition

В августе 2008 года на Лазурном Берегу обсуждали появившуюся в тамошних водах необычную яхту. Называлась она лаконично — «А». Хорошо помню первую мысль по ее поводу: «Капитан Немо все-таки есть!». Еще запомнилось, как на завтраке в отеле за соседними столиками спорили о размерах яхты. Отсутствие мелких деталей не давало привязки для определения длины, и оценки «гуляли» от 60 до 150 метров…

• Игорь, насколько я знаю, проект «А» стал твоим «входным билетом» в яхтенный бизнес, хотя ты выступал тогда не в качестве дизайнера, а как представитель заказчика.

Я благодарен случаю, который привел меня в этот проект. В 2003 году я встретил старого друга по учебе в МГУ, с которым не виделся несколько лет. Я тогда закончил практику в дизайнерском центре Volkswagen в Вольфсбурге и искал работу в автомобильных компаниях. Мы принялись расспрашивать друг друга, и я рассказал про опыт работы в Германии, учебу в Англии и Италии, показал свое портфолио. По-видимому, оно произвело впечатление, поскольку друг в ответ показал проект своей яхты и пригласил у него поработать. Ему требовался кто-то, кому он мог бы доверить организационные и эстетические вопросы. Тогда я впервые увидел яхту Старка. Конечно, проект мне показался очень интересным. Подчеркну, что моего участия как дизайнера в нем не было. Дизайн принадлежит Филиппу Старку. Я придумал только название яхты и логотип в виде буквы «А». Так мечта стать дизайнером автомобилей привела меня в яхтенный дизайн, и я ни секунды не жалею об этом. Я уверен, что наша встреча не была случайной.

«Для известных верфей важнее не имя дизайнера, а новизна собственно дизайна»

• С той поры прошло не так уж много времени. Теперь в твоем «багаже» 86-метровая яхта, спущенная в 2013 году, в постройке — два проекта длиной более 100 метров. Когда ты в Каннах получал приз за лучший яхтенный экстерьер, о тебе знали единицы…

Проекты яхт я начал рисовать в конце 2006 года, а студию открыл уже в январе следующего года. В 2007 году у меня было три заказа: судно длиной 120 метров и две яхты — 50 и 72 метра. Контракт на Oceanco Y708 (86 метров) подписали в 2008 году, тогда же мы разработали проект. То, что произошло в том году, все помнят. Многие контракты аннулировали, а нам повезло: Y708 остался единственным проектом, который Oceanco продолжала строить на свои средства. В 2013 году мы получили два приза: за лучший дизайн и за лучшую яхту. Мы знали, что умеем и чего стоим, еще в 2008-м. Так же, как сейчас знаем, что увидит свет через год.

«Надо много и честно работать, делать каждый проект чуть лучше, чем делают другие»

• Вернемся к Oceanco Y708. Полагаю, выбор проекта малоизвестного дизайнера для завода был довольно рискованным…

Если коротко, то мы просто нарисовали проект лучше, чем наши более знаменитые конкуренты. Конечно, начинающей студии сложно войти на рынок, где десятки лет работают признанные мастера. Если предложить проект на их уровне, на уровне любой лондонской студии, он никого не заинтересует. Демпинговать тоже не получится — как тогда сводить концы с концами, если заказов у начинающих меньше, чем у мэтров? Единственный путь — быть лучше остальных.

Я прекрасно понимаю, почему многим заказчикам важен бренд, стаж на рынке. Клиент хочет, чтобы ему нарисовали и построили лодку в срок да еще поставили на ней известный логотип — это бывает важнее, чем качество дизайна. Начинающие верфи Италии или Турции, выходя на рынок, также обращаются к известным студиям. Им нужен козырь в лице известного дизайнера. Для верфей с именем, таких как Oceanco, бренд дизайнера не так значим: они сами — бренд. Они сами могут выстроить процесс строительства, все сделают вовремя и безупречно. Вот им важен дизайн, его новизна.

Чаще всего заказчик, занятый своими бизнес-проектами, не в состоянии выделить много времени, чтобы просмотреть всех дизайнеров. В такой ситуации он разумно спросит: «Кто там больше всех яхт построил? По списку, сверху вниз…». Вот из этих трех–пяти фамилий и будут выбирать. Получается замкнутый круг: чтобы дизайнеру заказали яхту, он должен иметь в портфолио уже построенные яхты, а откуда их взять молодым?

Мне повезло работать с Oceanco. Но опять же, это не «просто повезло». Я шел к ним целенаправленно: видел их стиль, смелость. Верфей, готовых работать с начинающим дизайнером, не так уж много. Чтобы получить заказ на Y708, я показал владельцу и директорам верфи свои проекты White Night и Liza…

• Успешный старт не гарантирует дальнейшего успеха. Как не затеряться среди именитых коллег, которые имеют безусловную фору?

Их фора — это опыт прожитых лет. C одной стороны, это преимущество, а с другой — их можно пожалеть: часто лучшие проекты уже позади. С моей стороны это не грубость: в большинстве случаев так и происходит, и это грустно. Обратите внимание, что многие старые студии (за небольшим исключением) — это успешные бизнесы, выпускающие пачками копии своих успешных дизайнов. От копии к копии происходит ухудшение стиля. Конечно, дизайн меняют, но настолько слабо, что назвать их работы красотой или тем более искусством язык не повернется. Это бизнес, с нормо-часами, профитом. В общем, скука: бизнес для бизнеса.

А мы пока не потеряли вкус к новизне и свежести, хотим строить уникальные проекты. Конечно же, мы не отказываемся проектировать современные элегантные яхты: новую классику нужно тоже делать профессионально, чисто. Но мы продолжаем наслаждаться и тем, что нам нравится делать. А нам нравится мечтать. То есть, кроме находящихся в постройке проектов, мы периодически напоминаем о себе публике новыми концептами.

• В интервью с Карло Нуволари его спросили, где он черпает вдохновение. Он ответил, что родился и живет в Венеции и его вдохновляет родной город. Ты работаешь в Москве и Турине, а родился в Уфе, где, как считают многие, кончается асфальт…

Уфа… Рыбинские мы! В Уфе было много людей, эвакуированных во время войны из Рыбинска вместе с авиационным моторостроительным заводом. Бабушка приплыла туда на барже. Вода, реки, море — видимо, это у нас в крови, хотя впервые я увидел море в 28 лет — родители не возили, и у меня не возникало желания. Фамилия моей мамы греческая: ее дед был самым настоящим рыбаком, родился на острове Мармарис в Мраморном море. А мой дед-грек родился уже в Балаклаве, но в результате двух войн по «турпутевке олл-инклюзив» для крымских греков был отправлен с семьей на Урал, в Уфу, где «кончается асфальт»…

«Хочется встретить заказчика, который будет с тобой на одной волне»

Теперь я провожу на море несколько месяцев в году, много путешествую. Архитектура, автомобили, природа… Красивых городов много. Идеи мне приходят в Барселоне и Амстердаме, Париже и Гонконге — где угодно. Я также много смотрю и читаю о классической и современной архитектуре. Пластику поверхностей изучаю по автомобилям. А природа не только подает идеи в виде структур, форм или поверхностей, но также помогает освобождать голову от рутины.

• Художник может и должен быть одиночкой, а дизайнеру, особенно суперяхт, нужна команда. Кто в твоей команде и как вы работаете?

Такие же, как я, люди, болеющие яхтами, красотой. Люди, которым хочется реализовать себя, добиться успеха. Сегодня в моей команде только русские. Но в этом году мы запланировали расширение студии в Италии, а кто будет там, пока не знаю. Слишком много резюме со всего мира, и требуется время для анализа.

Сейчас в команде пять человек. Все работают над экстерьером яхт, потом мы отбираем лучшие идеи; но есть и специализация. Со мной в 2007 году начинали Юля и Семен. Юля по образованию художник и дизайнер интерьеров. На практике рисует и экстерьеры, и мебель, работает над планировками, чертежами, делает окончательную обработку компьютерных 3D-изображений и вдыхает жизнь в картинки.

Семен — инженер-авиастроитель, разработчик 3D-моделей, дизайнер, чертежник. Он способен решить любую задачу. Почти все наши красивые 3D-картинки, включая ночные изображения Y708, выполнены им. Те самые, на которых строилась реклама Oceanco: в 2009–2010 годах их публиковали все яхтенные журналы.

Работу над проектом мы начинаем с поиска концепции, ключевых идей, определяющих проект. По инженерным дисциплинам чаще всего сотрудничаем с верфями, когда они предоставляют нам данные по корпусам. При работе над собственными концептами обращаемся к BMT Nigel Gee, как, например, в случае со «Звездой», или к Dykstra по «Финикии». Иногда я оплачиваю эту работу, а бывает, мы договариваемся о бесплатном сотрудничестве с целью совместного продвижения проекта. Все зависит от конкретной ситуации.

• Продолжи: проснулся Игорь Лобанов в понедельник и…

Выпил вина? Я могу сделать все что угодно. Но, если серьезно, по понедельникам я обычно составляю план работы на неделю и даю указания своим коллегам.

• В этом бизнесе ты не так давно. Наверное, ты самый молодой — если не по возрасту, то по стажу. Как меняется обстановка в дизайнерской среде?

Моей студии всего (или уже!) 7 лет. Для сравнения, другим молодым студиям, например, HOTLAB, 10 лет, Eidsgaard — 9. Новые студии растут, начинают получать больше заказов, и это обычный ход событий. Сейчас, возможно, процесс трудно видеть. Нам в 2008 году было очевидно, что мы нарисовали классную яхту, а приз пришел только спустя пять лет. По публикациям кажется, будто заказы получают исключительно «динозавры». Но у молодых уже есть строящиеся проекты, и через 2–3 года этот процесс станет гораздо заметнее.

• Есть ли общение дизайнеров внутри «цеха»?

Конечно. Мы прекрасно общаемся с Петером Эйдсгаардом, с Эндрю Лангтоном, с Эспеном Ойно.

• Как концепт превращается в рабочие чертежи, где заканчивается работа дизайнера и начинается инженерия?

Рабочие чертежи снимают с трехмерной модели — именно она является важнейшим этапом, с которого начинаются инженерные работы, тесты и прочее. На этом наша работа не заканчивается, а переходит в другую фазу. Точно разграничить ответственность между дизайнером и инженером получается далеко не всегда. Мы продолжаем корректировать детали, размещение оборудования, последние элементы отделки до самой сдачи судна заказчику.

• Те твои концепты, которые в свободном доступе, отличаются явно выраженной экстремальностью. Это внутри тебя или больше маркетинг?

Это идет изнутри. Но никакой экстремальности здесь нет. Мы просто ищем решения в современной архитектуре, автомобилестроении, других областях дизайна, которые ушли дальше в будущее, чем дизайн яхт. Да, нам хочется видеть больше разных кораблей, больше смелых идей. В концептах мы показываем бескомпромиссные варианты. Как это могло бы быть, если бы у людей перед глазами не маячил теплоход «Капитан Капуста» 1959 года постройки. Вот он тянет вкус людей назад, навязывая мысль, что яхты должны выглядеть именно так, как выглядели всегда.

«Работу над проектом мы начинаем с поиска концепции и ключевых идей»

• Заказчика прежде всего «цепляет» экстерьер, но живет человек внутри лодки, и здесь на первый план выходит компоновка. Как ты это совмещаешь?

Мы постоянно стараемся придумывать ключевые идеи интерьера одновременно с разработкой внешнего дизайна. Бывает, что интерьерные, планировочные решения подсказывают идеи для экстерьера, и наоборот. Все должно быть гармонично, нужна продуманная связь между экстерьером и интерьером. Интерьер должен быть хорошо спланирован, и мы придаем этому особенное значение. Планировки Y708, как и других наших проектов, мы делали сами.

• Последний стандартный вопрос: каковы планы на будущее?

Хочется построить что-нибудь грандиозное. Чистый проект. Хочется встретить заказчика, который будет с тобой на одной волне. Для этого надо много и честно работать и делать каждый проект чуть лучше, чем делают другие. 

www.mby.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о