Жизнь китай простых людей: Как живут в Китае простые люди. Чем занимаются обычные люди

Содержание

Как живут китайцы и чему у них можно научиться (а чему не стоит) :: Жизнь :: РБК Стиль

Чужой среди центровых

Когда попадаешь в Азию на срок более долгий, чем действие туристической визы, у тебя только два пути. Либо принимаешь Азию всем сердцем и обнаруживаешь, что отныне не можешь без нее жить, либо зарабатываешь нервный тик и бежишь в сторону аэропорта, проклиная местных за их повадки, внешность, язык, климат, еду и все остальное.

Я видел обе категории лаоваев — так нас называют местные, уверяя, что это всего лишь значит «иностранец». И умалчивая, что это, скорее, нечто типа ироничного «иностранчег», то есть существо, стоящее на совершенно иной ступени развития, чем китаец — житель Центра Мира, гражданин великого Срединного государства (именно так переводится самоназвание Китая — Чжунго). И не стоит обманываться, думая, что ступень эта в китайском сознании выше их собственной, китайской. В Китае иностранцу вообще легко впасть в заблуждения, оттого и относятся к лаоваю с усмешкой, порой открытой, порой тщательно скрываемой.

Это важный момент. Ты всегда будешь тут лаоваем, даже если в совершенстве овладеешь языком, выучишь пару диалектов, достигнешь высот в каллиграфии, станешь мастером ушу — будешь купаться в комплиментах и искреннем восхищении местных твоими способностями, но останешься «иностранчегом». Никогда не станешь «своим». Если к этому относиться со спокойным пониманием или даже с юмором, жизнь в Китае может стать весьма комфортной, интересной и не особо хлопотной. Во всяком случае, на это можно надеяться. А те, кто прибывает сюда с миссионерскими замыслами и желанием сразиться с культурой, которой не меньше пяти тысяч лет, неизбежно терпят фиаско разной степени драматичности.

© KHH 1971 / gettyimages.com

Принять в сердце Китай для меня не значило сделаться больше китайцем, чем сами китайцы. Я не ставлю мебель в соответствии с фен-шуем, не ношу алые шелковые халаты с вышитыми золотыми драконами. Не слушаю народную оперу (вернее, слушаю — вместе с китайскими соседями сверху, большими ее любителями, однако уже не страдаю от нее, словно от зубной боли). Но Китай меня сильно изменил. На многие вещи я стал глядеть иначе. Неизменным осталось лишь одно, за что больше всего люблю Поднебесную, — практически ежедневное удивление и восхищение той жизнью, что кипит в ее городах и деревнях. Каждый день приносит столь удивительные наблюдения и открытия, что поневоле ощущаешь себя ребенком, изумленно смотрящим на огромный мир.

   

Китайское трудолюбие

Всем известно: немцы — пунктуальные, французы — самые искусные любовники, американцы все поголовно — ковбои, а русские пьют водку из самовара и ездят на медведях. А китайцы — трудолюбивые. Вот нет у них большей радости в жизни, чем потрудиться как следует. И песенка у нас даже про них есть, как над рекой Хуанхэ встает солнце, и идут китайцы на поле, зажав в кулаке горсточку риса, и несут портреты Мао…

На самом деле, конечно, китайцы в этом плане ничем не отличаются от остальных людей.

Ничто человеческое им не чуждо. Так же отлынивают от работы при первой же возможности. Так же любят хорошенько поесть и вздремнуть после еды, прямо на рабочем месте. Хотя нет, это как раз они любят больше всех в мире, но это тема для отдельной статьи.

Их усердие — в учебе, работе — зачастую основано на страхе. Перед родителями. Перед обществом. Перед будущим. Спрос-то весьма строгий, с самого детства, таков уж Восток. От этого становится грустно и вспоминаешь себя в армии. Первые полгода службы я много трудился: копал ямы, засыпал и копал новые. Рыл траншеи. Таскал в руках бордюрные камни — тележка не полагалась — от КПП до караулки, это километра полтора через всю часть. Что-то красил, дерновал, грузил… Был ли я трудолюбивым тогда? Не особо. Но за моей работой и работой других «духов» следил сержант Ивахненко, размером с племенного бычка и примерно с таким же характером. Удары его были всесокрушающими. Вариантов не было, приходилось трудиться.

Труд множества китайцев именно такой — подневольный и не особо осмысленный. Там, где следует сделать быстро и хорошо, китайцы будут долго ковыряться, подклеивать, подвязывать, подлатывать постоянно, чтобы в итоге все развалилось и пришлось начинать заново. Могут и быстро сделать, но быстрота эта напоминает «дембельский аккорд» — кое-как в рекордный срок навести «красоту», чтобы все это, как обычно, развалилось после сдачи.

Китайцы не трудолюбивые. Но они — очень трудостойкие. То есть там, где я или подобный мне загнется от невыносимых условий труда, китаец будет работать с безмятежным выражением лица. И вот за это они достойны и уважения, и похвалы. Именно этими трудостойкими людьми-муравьями, низкорослыми, темноликими, одетыми в мешковатую синюю форму, и создаются грандиозные новостройки, многоуровневые развязки, от которых захватывает дух, прокладываются дороги, подметаются улицы, развозятся товары…
Трудостойкость у китайцев невероятная. Она поражает живущих в Китае иностранцев не меньше, чем осознание полной несостоятельности мифа о китайском трудолюбии.

Такой вот парадокс.

   

Удивительное — рядом

Китай удивляет постоянно.

Густым и теплым шанхайским вечером мы с женой шли по мосту через какую-то районную речушку. Было душно, влажно, будто в огромной теплице. Над нашими головами перекидывались туда-сюда летучие мыши. Ползли желтоватые от смога и освещения облака, назревал дождь, от которого не станет ни прохладнее, ни легче. Мы спешили домой. Неожиданно в темноте прямо перед нами возникло нечто небольшое, продолговатое, похожее на черепаху. Это и была черепаха, самая настоящая. Она беззвучно плыла в воздухе, слегка покачиваясь на уровне наших глаз, едва не задевая наши лица. Мы замерли. Сверкнула молния, и тут из предгрозового воздуха соткался еще и старичок на велосипеде. На самом деле он вырулил из-за наших спин, а черепаху он обмотал веревкой и за кончик этой самой веревки держал в вытянутой руке. Он нам ее хотел продать для вечернего супа. Но, слыша иностранную речь, из деликатности, молча крался за нами по мосту на велосипеде и решил соблазнить нас, просто показав свой превосходный товар: чего говорить-то, ведь лаоваи все равно неразумные и китайскую речь не понимают.

Черепаху мы у него купили. Счастливый старичок умчался прочь в темноту, а мы спустились к реке в поисках подходящего места, куда можно было выпустить нашу покупку. Уж не знаю, как дальше сложилась ее судьба. Но мне запомнилась фраза жены, когда мы, попав все же под дождь, вернулись домой: «Кажется, я отвыкла от своей страны. Начала удивляться тут всякому…»

   

Переходя улицу, оглянись по сторонам
(правила уличного движения)

Небольшой экскурс в историю, относительно недавнюю. В период «культурной революции» неистовые хунвейбины ревниво искали все, что может оказаться контрреволюционным. А, как известно, кто ищет — тот всегда найдет. Они и нашли — светофор. Бдительные товарищи обратили внимание, что на красный свет машины останавливаются. А ведь красный — партийный цвет! Налицо угроза прогрессу революции и препятствие развитию. Надо запретить остановку на красный сигнал. Но разум в лице премьер-министра Китая Чжоу Эньлая победил энергичных революционеров: он заверил активистов, что на красный останавливаться — хорошо, это символизирует, что партия гарантирует безопасность всей революционной деятельности. Было это аж в 1966 году.

Но к светофору в Китае и в наше время отношение весьма неоднозначное. Правда, уже без политической подоплеки.

Каждый раз, когда мы прилетаем из Москвы в Шанхай, в первые дни я слежу и за собой, и за женой на улице. Разбалованные относительным соблюдением прав пешеходов в Москве, мы не сразу вспоминаем, что в Китае светофор для многих водителей — просто трехцветный фонарик-украшение на перекрестке. Он еще каким-то образом может привлекать внимание водителей автобусов и иногда — грузовиков и такси. Вся же многочисленная двухколесная мелюзга мчится «на своей волне» на любой сигнал, поворачивает куда пожелает, едет и по тротуару, бибикая пешеходам.

© d3sign / gettyimages. com

А если паркует свой драндулет, то непременно поперек тротуара — для красоты или еще из каких соображений. Но явно не со зла и не бросая вызова обществу. Точно так же, не со зла, вас не пропустят на пешеходной «зебре» — в Китае это просто полоски на проезжей части, лишенные всякого смысла. Но дорогу-то надо переходить, так ведь? Так вот делать это надо без суеты, не бежать и не метаться. Просто идти и внимательно смотреть на снующий вокруг тебя транспорт. И не пытаться негодовать, не начинать призывать аборигенов к соблюдению правил дорожного движения. Не поймут, ведь главное правило в Китае на дороге — одно: еду, куда хочу и куда мне надо. И вот его-то каждый водитель свято соблюдает.

Правительство с этим борется — камеры наблюдения, штрафы… Об успехе пока говорить трудно. Впрочем, в последнее время нас уже несколько раз пропускали на «зебре» — значит, не зря идет работа.

   

«Кххх!»

Этот звук слышится в Китае постоянно и везде. Так уж повелось — китайцы искренне (и не без оснований) считают, что шумно прочистить носоглотку и смачно сплюнуть куда придется — полезно для организма и ничего зазорного в этом нет.

В местной газете я однажды прочитал пропитанную духом романтики статью о звуках города — опрашивали прохожих, просили назвать типичный звук. Там были и колокольчики пагоды, и шелест бамбука в парке, и песни цикад, и мелодия ветра в высотных кварталах, и треньканье велосипедных звонков, гул поезда надземного метро был указан как типичный и узнаваемый. Но никто из респондентов не вспомнил самый частый и знаменитый звук «кххх!», бьющий по ушам каждому прибывшему в Поднебесную лаоваю. А все потому, что местным он привычен и даже не удостаивается внимания. Маленькие дети и школьного возраста юноши, почтенные старики и умилительные старушки, изящные девицы и зрелые тетушки, простолюдины в обносках и холеные азиатские джентльмены в дорогих костюмах — харкают все. Парикмахеры, таксисты, официанты, продавцы, художники на набережной, влюбленные пары в парке.

Громко, с удовольствием, не стесняясь.

Правительство и с этим пытается бороться. В метро и парках появились плакаты с перечеркнутым плюющимся силуэтом и надписью, что в общественных местах этого делать нельзя, — на китайском и английском. Вдруг кто из гостей Поднебесной возжелает присоединиться к нарушению порядка, но увидит надпись и устыдится. Но ведь понятно, что плюются китайцы не со зла и не от бескультурья, а для пользы здоровья. Тут никакие запреты не в силах преодолеть тягу народа к оздоровительным процедурам.

© Rogier Vermeulen / flickr.com

Кстати, эта тяга удивительным образом сочетается с наплевательским же (раз уж речь об этом) отношением к нему. Взять, например, китайскую страсть к курению в транспорте, банках, больницах, ресторанах, торговых центрах, спортивных центрах, лифтах и прочих самых разных местах. С ней тоже пытаются бороться, в Гонконге и Макао даже добились успеха — помогли высокие штрафы. Материковый же Китай сильно драконить своих граждан за такие пустяки пока не решается.

   

Будьте здоровы!

Лучше вообще не болеть, это всем известно. Но мало кому удается безмятежно прожить жизнь и не попасть на прием к врачу.

Одним китайским утром я проснулся, потрогал лоб, прислушался к кашлю и понял: настал и мой черед. Конечно, я бывал у врачей много раз. Но то свои, отечественные эскулапы. А вот к их китайским коллегам ходить не приходилось. Первым делом направился в маленькую университетскую поликлинику в кампусе, полагая, что, раз работаю в университете, мне в это учреждение и лежит дорога. Но заспанные медики от меня шарахнулись, как от зачумленного. Подумал, всему виной мой вид, и оказался отчасти прав. Но не бледность чела и сверкание глаз насторожили местных врачей, а моя лаовайская внешность. «Вам не к нам!» — категорично заявили они. «А к кому же и куда?» — озадачился я.

«Вам надо в международный госпиталь, только там принимают иностранцев». Туда обращаться не хотелось. За деньги, что международный госпиталь слупит за «визит доктора, говорящего по-английски» мне надо работать несколько месяцев, ночуя под мостом и питаясь на задворках продуктового рынка. Подумав, предложил компромисс: «Я парень простой, из народа. Направьте меня в обычный народный госпиталь, которых полно вокруг. Я уйду и не буду мешать вам трудиться». В переговорах с врачом и двумя медсестрами помимо меня участвовали старик-охранник в фуражке, его подруга-уборщица со шваброй в руках и несколько совершенно посторонних людей, по виду — студенты и преподаватели.

© Asia-Pacific Images Studio

Участвовали совершенно на равных, разглядывая меня и обсуждая мою дальнейшую судьбу. За общим гвалтом я не уловил, кем же был вынесен окончательный вердикт. Надеюсь, это был врач, а не сторож и не уборщица. Я получил бумажку с адресом, направление на осмотр. Надо сказать, сердобольные участники дискуссии предлагали меня довезти — кто на велосипеде, кто на автобусе, а один дядечка профессорского типа настаивал на такси и даже принялся вызывать его по телефону. Из опасения, что они всей компанией и повезут меня к народным врачам, я отказался от помощи и поехал в больницу самостоятельно. Вслед мне неслись пожелания выздороветь быстрее и рекомендации пить больше горячей воды. Последнее — универсальное китайское лекарственное средство. Пьешь много горячей воды — будешь здоровым всегда, ну или быстро поправишься. Не пьешь много горячей воды — дела твои плохи, а дни сочтены…

В народном госпитале, первый этаж которого был больше похож на причудливое смешение банка с вокзалом, я помаялся в разных очередях во всевозможные окошки — оплата приема, сдача анализов, оплата анализов, ожидание приема… Врач — бодрый, лысый, полнолицый, в круглых очках — внимательно посмотрел на меня, на распечатку анализа крови, снова на меня.

«Мне кажется, вы больны», — не допускающим возражений тоном наконец изрек он. Я не стал спорить и кивнул. Потом стеснительно поинтересовался, что за болезнь со мной приключилась. Ответ врача поразил честностью: «Не знаю». Я снова кивнул понимающе: будь я китайцем, врач быстро определил бы все. Но поскольку я носитель не известного ему лаовайского организма, дела мои темны и перспективы туманны. Едва вознамерился узнать, что теперь делать, как лицо доктора просияло. Врач порылся в ящике стола и выудил оттуда две крупные, с палец, ампулы. «Это очень хорошее средство! Китайское, — с гордостью сказал он, держа передо мной в раскрытых ладонях ампулы. — Какую выбираете?»

Я пригляделся. Названий не было. Одна ампула — с бесцветной жидкостью, другая — с подозрительной желтоватой. «Очень хорошее средство, очень помогает!» — подбадривал меня доктор. «Что это?» — спросил я. Врач вздохнул и повторил: очень хорошее средство, китайское. Для убедительности даже продублировал по-английски: «Чайниз медисин. Вели гуда». Предавшись фатализму, я махнул рукой: «Давайте обе!» Доктор испуганно замотал головой — нельзя, очень сильное лекарство. Нужно выбрать только одно.

За нашим общением с интересом наблюдало множество народу, помимо доктора и медсестры. Кто они такие, я не знал, но догадывался: обычные скучающие в очереди пациенты, решившие зайти вместе со мной в кабинет врача и посмотреть на «собачку говорящую». Врач к их желанию отнесся спокойно и не гнал прочь — давал соотечественникам возможность вдоволь налюбоваться на лаовая.

Я колебался, как Нео из «Матрицы», когда ему предлагали синюю или красную пилюлю.

Самурай Ямамото Цунэтомо в подобных случаях советовал: «В ситуации “или-или” без колебаний выбирай смерть». Вооружившись этой яростной мудростью извечных врагов Китая, я отказался от обеих ампул, поблагодарил всех за заботу и поспешил покинуть переполненный кабинет.

«Пей больше горячей воды!» — раздалось мне вслед.

И знаете, я послушался их и выздоровел. Через неделю.

   

Еда, ты мир!

Чтобы не болеть, надо не только пить много горячей воды, но еще и хорошо (часто — значит обильно) питаться. Еда — основа основ китайской жизни. До недавнего времени люди в Поднебесной даже приветствовали друг друга вместо привычного нам сейчас «нихао!» вопросом «чи лэ ма?». То есть «поел ли?»
Никакая другая тема не способна вызвать такой же живейший интерес китайца. Еда — не только любимая тема разговоров. Если видите китайца в состоянии глубокого размышления, можете быть уверены: в девяти случаях из десяти он размышляет о еде. Даже деньги и квартирный вопрос уступают теме еды, что уж говорить про погоду, политику, спорт, искусство и все остальное. Хотите «оживить» китайского собеседника, сделать ему приятное — заведите речь о еде и внимательно слушайте. Собеседник будет польщен ролью эксперта и с гордостью поведает вам множество невероятных рецептов самых диковинных блюд, даже если на деле это будет всего лишь способ приготовления простого лукового супа.

Китайцы вообще гордятся всем своим, ну а уж национальной кухней — особенно. И, надо признать, на то есть основания. Это целая философия жизни, с ярко выраженным китайским характером. Это основа китайской культуры. Главная прелесть в том, что она вполне доступна и приятна в изучении даже тем, кто не в силах освоить иероглифы, которые тоже являются частью культуры.

Грубо говоря, есть несколько главных направлений в этом важнейшем из всех китайских искусств. Северная кулинарная школа — изобилие лапши, пельменей, а рис не в особом почете. Южная шанхайская славится сладкими и кисло-сладкими блюдами. Сычуаньская — ужасно острая, огненная. Ну а всякими изысками типа новорожденных мышат можно угоститься в провинции Гуандун. Но нужно ли?

Через еду прагматичные и жизнелюбивые китайцы познают мир. В каждой провинции — кухня своя, особенная и неповторимая. Да что там, в каждом городе готовят по-своему. А в самом городе — в каждом квартале возможно свое, уникальное именно для этого места, приготовление. Нюансы очень важны и ценны. Съездить на выходных за сотни километров от дома, чтобы поесть «знаменитые вкусные пампушки» в каком-нибудь захолустье, — это очень по-китайски. Впечатления о заграничной поездке у китайца тоже складываются в первую очередь из описаний еды. Много-много раз я слушал от знакомых китайцев, исколесивших Европу, перечень стран, где было «вкусно» и где, наоборот, «невкусно». У каждого, разумеется, свой список предпочтений. С молодыми проще, западная еда им может даже нравиться. А вот пожилым почти везде — «бу хао чи», то есть совершенно невкусно. Вот потому во время турпоездок китайцев организованно, целыми автобусами, завозят в специально созданные огромные китайские столовые и рестораны. В Москве несколько таких мест, и одно из них — внутри спорткомплекса «Олимпийский». Ежедневное столпотворение шумных китайских туристов у входа в ресторан на фоне огромного золотого купола Московской соборной мечети придает этому месту весьма необычный колорит.

Так что, несмотря на тягу китайцев к так называемому «фуд-туризму», это относится больше к границам Центра мира, то есть к Китаю. А вся периферия мира — это другое. Лишь отдельные любознательные храбрецы покидают по вечерам гостиницу и пробираются в какие-нибудь наши «Елки-Палки», заказывают там русские национальные блюда и с содроганием разглядывают принесенные им окрошку и холодец. Самые отважные, возможно, даже пробуют, но только для того, чтобы отпрянуть от блюда и вспомнить родину — великую страну с самой прекрасной на свете едой.

   

Как жить и общаться

Несмотря на то что многим Китай может показаться другой планетой, местные правила жизни универсальны. Спокойствие и вежливость — лучшие способы скрасить свою жизнь на чужбине и наладить контакт с местными. Китайцы очень чувствительны и весьма ценят уважительное отношение (что порой не мешает им быть совершенно бесцеремонными с нашей точки зрения, но, опять же, это не со зла, а, например, из любопытства или в силу природной непосредственности). Лучше избегать разговоров о политике, особенно если дело касается болезненных тем, например Тайваня или Тибета. Тем более зачем затрагивать политику, когда есть возможность обсудить обед — прошедший или предстоящий. Это ведь интереснее и полезнее.

К людям из России китайцы относятся в целом весьма дружелюбно. Обязательно похвалят вашу внешность (какой бы удручающей она вам ни казалась) и ваш китайский (даже если он состоит всего из двух, зато самых важных слов — «сесе» и «нихао»). Сделают комплимент президенту — старательно произнесут его фамилию (благо в ней отсутствует неодолимый для многих китайцев звук «р») и покажут большой палец. Постараются помочь, если нужно, даже если не знают, как именно надо помочь. И научат вас практичности: в один из дней вы обнаружите, что давно не пользуетесь утюгом, а пройтись в красивой пижаме по вечерней улице, совершая вечерний моцион, — самое оно. 

Переехали. Как устроена жизнь в Китае?

Марина Головнева из Киева занималась фотожурналистикой, а потом решила взять паузу и сбежать на другой край планеты – в Китай. Вместо задуманного года работы Марина задержалась в Азии намного дольше, выучила китайский и стала студенткой местного университета. Слово Марине.

 

Решение уехать, поиск работы и подготовка документов

Четыре года назад я окончила университет и занималась фотожурналистикой в Киеве. Кинофестивали, пресс-конференции, пропуски на концерты под самую сцену. Со временем работа мечты превратилась в рутину, и возник вопрос «а что дальше?». Я не видела себя с фотокамерой наперевес у все тех же красных дорожек через 10 лет. Подходящий момент, чтобы взять паузу и сбежать на другой край планеты.
Держаться в Украине мне было не за что, поэтому решение уехать в Китай далось легко. Оно было спонтанным, а выбор страны – абсолютно случайным. В августе 2017-го я купила билет в один конец и улетела. Единственный страх, который у меня был в тот момент, – что я буду делать, когда придет время возвращаться? Поездка задумывалась исключительно как авантюра, которая должна была завершиться ровно через год в киевском аэропорту, где и началась. Но в итоге в Азии я задержалась намного дольше, выучила китайский и стала студенткой местного университета. Но обо всем по порядку. 

По образованию я – преподаватель английского, это предопределило выбор работы в Китае. В 2017 году условия для не носителей были максимально дружелюбными. Диплом бакалавра, онлайн-курс TEFL (не путай с TOEFL), успешное собеседование в Skype – и контракт у тебя на почте. 

Найти работу можно через специальные компании, которые якобы гарантируют лучшие условия. Их услуги обойдутся в $ 1000, куда не входит стоимость визы ($ 60) и авиабилета (из Киева минимум $ 350 с пересадкой). Они выступают посредником: помогают составить резюме, от твоего имени договариваются о собеседовании, ну и на этом все. Я решила, что справлюсь сама. Сайты для поиска работы, отзывы о компаниях и рекомендации есть в открытом доступе бесплатно. Для работодателя большое значение имеет акцент, точнее, максимальная его приближенность к американскому. Возраст студентов, как правило, от 3 до 10 лет, поэтому углубляться в грамматику не придется, а вот проработать хорошее произношение – самое время. 

Как процесс выглядит с китайской стороны? Детские сады и языковые школы в Китае ищут преподавателей через свои местные компании. Собеседование ты проходишь именно с представителем одной из них и как соискатель ничего не платишь за свое трудоустройство. 

Я опубликовала резюме, за неделю прошла пять собеседований, и на десятый день уже подписала контракт. Самая затратная финансово и по времени часть – это подготовка документов для официального разрешения на работу. Срочная справка о несудимости, заверенный перевод диплома, медицинская справка на английском. Это стоило двух месяцев бюрократической возни и почти $ 500. Но получить именно рабочую визу (Z) – принципиально важно. В теории, проще приехать по студенческой или бизнес-визе, но права на работу они не дают. Полиция может проверить документы в любой момент. Если их не окажется, то грозит депортация на несколько лет. Представители школы всегда могут сказать, что понятия не имели, что ты нелегал. Таких историй много, лучше не рисковать.

Не носитель языка может претендовать на зарплату от $ 1000 в месяц и бесплатные апартаменты недалеко от места работы. Жилье можно снимать и самому. Аренда квартиры-студии стартует от $ 200, двухкомнатной в самом центре – $ 650. В крупных городах вроде Пекина и Шанхая работу найти сложнее. Там скорее отдадут предпочтение британцам и американцам, несмотря на то, что платить им придется в два-три раза больше. Для меня выбор города не был ключевым, я мало что знала про Китай в принципе, и моим новым домом случайно стал Тяньцзинь. 

 

 

О городе

По площади Тяньцзинь – как половина Киевской области. При таких масштабах население в 15 миллионов не особо ощущается. Это крупнейший азиатский порт, всего в 150 км от Пекина, четвертый по населенности город в Китае.

О жителях Тяньцзиня есть мнение, что они люди семейные и оседлые, редко переезжают из родного города. То, что его в самом деле есть за что любить, подтверждает и статистика: который год Тяньцзинь – в десятке самых комфортных для жизни городов Китая. Еще 10 лет назад он был в топе другого рейтинга – самых загрязненных мест планеты. Сейчас власти вводят программу замены всех такси на электрокары, регулируется отопительная система и работа заводов. За последний год уровень смога упал на 30%. 

В городе развитая инфраструктура, культурная жизнь, и, в сравнении с тем же Пекином, демократичные цены буквально на все. Поездка в метро обойдется в $ 0,50 – $ 1, в зависимости от расстояния. Такси в среднем – $ 4, мобильная связь –  $ 15 в месяц. Средний чек в ресторане – $ 5. Билет в кино или месяц велопроката – $ 7. Столько же придется заплатить и за поездку до Пекина на скоростном поезде. Полчаса – и ты в столице. Но и в самом Тяньцзине есть что посмотреть: набережная реки Хайхэ, разводной мост, небоскребы, та самая футуристическая библиотека из инстаграма, телебашня с обзорной площадкой, опера, резиденция последнего императора, десяток музеев. К слову, в Китае они все бесплатные, только не забудь паспорт. 

 

 

Центр города четко разделен на восемь кварталов с европейскими названиями: итальянский, французский, британский. 200 лет назад они застраивались западными колонизаторами. Китайцы от завоевателей избавились уже давно, но к европейской архитектуре относятся бережно. Все здания сохранились хорошо, и в некоторых кварталах ты легко можешь забыть, что гуляешь по китайскому городу. 

 

 

Культ еды

Каждый крупный город знаменит на всю страну определенным блюдом, которое якобы нигде больше не готовят так вкусно. После любой поездки первый вопрос будет о том, что ты пробовал(-а) из местных деликатесов. Для Тяньцзиня такая гордость – баоцзы, паровые пирожки с сочной начинкой из мяса, лука и имбиря. 

Как по мне, дешевле и вкуснее может быть только уличная еда: запеченный батат, жареные каштаны, лепешки, барбекю из осьминога, острый тофу, – все не дороже $ 2. Самый популярный десерт летом – баобин, это ледяная крошка с топингом и фруктами на выбор ($ 3), а зимой – замерзшие ягоды боярышника в сахаре ($ 0,75). Еда тут буквально везде: некоторые прилавки представляют собой массивную газовую печь, которая на колесах перемещается от улицы к улице в течение дня и даже ночи. Точки с едой открывают на первых этажах квартирных домов, готовят прямо при тебе и продают через окошко. Выбор огромен, а цены настолько доступные, что китайцы у себя дома практически не готовят.

 

 

Если тебя настигла ностальгия по привычной европейской еде – вариантов тоже масса. Особой популярностью среди самих китайцев пользуется итальянская кухня. Лучшую пиццерию в городе – Osteria (86 Chifeng Dao) – открыл парень из Флоренции. Такой вкусной пепперони я не пробовала даже в Италии, но и заплатить за нее придется минимум $ 20. WeBrewery (4 Yi He Li, Xi An Street) – любимый бар всех экспатов, здесь и крафтовая пивоварня, и бургеры, и трансляции футбольных матчей, и поэтические вечера по пятницам. Цена за бокал светлого – $ 6. В общем, для ностальгии по западному миру заведений хватает. 

А вот мест для ночных тусовок в городе не так много, но тебе будут рады в каждом из них, особенно в самых престижных. Для иностранцев вход всегда свободный, придерживаться дресс-кода не обязательно, а коктейлями угощают бесплатно. Дело в том, что иностранные посетители – показатель хорошей репутации и статусности клуба, это важно для привлечения богатых китайцев.

 

 

Первые впечатления и дружба с местными

Сама формулировка «культурный шок» для меня звучит негативно, поэтому о своем опыте я бы так не стала говорить. Но удивляться было чему. Во-первых, после пересечения границы у тебя есть 48 часов, чтобы прописаться по адресу, где тебя можно найти в любой момент. К иностранцам в Китае действительно особое внимание, поэтому знакомство со страной начинается буквально с полицейского участка. Всю бумажную работу на себя берет работодатель, с тебя – только присутствие.

Во-вторых, приготовься к полному отсутствию читабельных надписей: названия заведений, меню, афиши кинотеатров, продуктовые упаковки – все исключительно на китайском. Мой первый поход в супермаркет продлился больше трех часов и напоминал бродилку по квест-комнате. Даже при помощи умных приложений для перевода не получится быстро отличить молоко от йогурта. Гугл-карты в Китае недоступны, приходится пользоваться местным навигатором, в котором нет ни одной латинской буквы. При взаимодействии с местными выручает только язык жестов.

 

«Мой первый поход в супермаркет продлился больше трех часов и напоминал бродилку по квест-комнате»

 

Необычно везде быть «белой вороной». За годы в фотожурналистике я привыкла оставаться максимально незаметной, а тут – всегда под пристальными взглядами: в транспорте, кафе, библиотеке. Я молчу о душевой общественного бассейна. Но ко всему можно привыкнуть и проявить понимание. Китайцы любят рассказывать о своей первой встрече или разговоре с иностранцем, и воспоминания эти всегда очень детальные и трепетные. Это особенный опыт для жителей Поднебесной, которая до конца 90-х была закрыта от внешнего мира. В маленьких городах приезжие продолжают быть диковинкой даже теперь. Однажды в самолете сидящий рядом солидный китаец «незаметно» делал селфи, на которых большую часть кадра совершенно случайно занимало мое лицо. Дети часто беспардонно тыкают пальцами на улице и кричат «лаовай! лаовай!» («иностранец» по-китайски). На такое я решила реагировать в той же манере и с улыбкой выкривать в ответ: «джонггуо рен! джонггуо рен!» («китаец» по-китайски). Дети в недоумении, родители заливаются смехом. 

Заводить новые знакомства легко. Иностранцев не так много, и незнание китайского очень сплачивает: каждую неделю устраиваются мастер-классы, вечеринки, а в соцсетях организовано много групп для взаимопомощи. Что касается местных, то даже при многомиллионном населении отыскать в Тяньцзине англоговорящих китайцев непросто, но здесь меня выручил каучсерфинг. Вообще китайцы рады заводить дружбу с иностранцами и практиковать свой английский, а для приезжих, особенно без знания языка, это настоящее спасение во многих ситуациях. Ты беспомощен перед простейшими бытовыми вопросами: поход в банк или оплата коммуналки могут затянуться на полдня. Идеальный рецепт выживания в Поднебесной – это найти китайского друга, которому ты сможешь доверить всю свою жизнь. Мне с таким повезло.

 

 

 

Работа и выживание в детском саду

Я работала в частном учреждении. Месяц обучения в таком обходится родителям в $ 300. Это выгодный бизнес, потому что население продолжает расти, а за ним и спрос: за два года число детей в моем садике увеличилось с 70 до 300. 

Рабочий день – с 8 утра до 5 вечера, 10 уроков по 30-45 минут каждый. В полдень дается двухчасовой перерыв – занимайся чем хочешь, но обычно сил хватает только на обеденный сон. Какие бы умные курсы для преподавателей ты не проходил, оказываясь впервые перед тремя десятками маленьких детей, испытываешь только желание убежать. Это изнурительный труд, хотя и очень благодарный. Самое непростое – всегда быть в хорошем настроении, или делать вид, что еще сложнее. 

У дошкольников нет мотивации к учебе, поэтому запомни одно: чтобы урок прошел успешно, им должно быть интересно и весело. Среди учителей в моей компании ходила шутка о том, что в китайском садике нужно суметь стать Леди Гагой для детей: пой, танцуй, прыгай, но удержи их внимание с первой до последней минуты. Так приходится выдавать настоящее шоу по 10 раз на дню. Но просто развлекать маленьких студентов недостаточно – ты же учитель, и родители хотят видеть результаты: «Почему мой ребенок в 5 лет не может поддержать диалог на английском?». Вот и придумывай способы, как обучить их новым словам и фразам быстро и нескучно. 

 

«В китайском садике нужно суметь стать Леди Гагой для детей»

 

От иностранного преподавателя не требуется знание китайского. Когда я начала учить его для себя, то в работе с детьми это только мешало – появился соблазн переходить на их язык, чтобы быстрей донести информацию. Но на уроках должен звучать только английский.

 

 

Местные привычки и убеждения

Готовься, что при любом удобном случае тебя будут пытаться накормить. В Китае не принято приглашать на кофе. Если встречаться с друзьями – то только на хот-пот или большую миску острой лапши с мясом. В ресторанах большие компании обычно садятся  за круглым столом, и еду заказывают на всех, а не каждый отдельно. Так за вечер можно попробовать по кусочку сразу несколько блюд. Очень сытный ужин на четверых обойдется примерно в $ 40. Доедать все до последнего считается дурным тоном, будь то в гостях или ресторане. Во времена нищеты в Китае только состоятельные люди могли позволить себе оставить еду на тарелке. Желание подчеркнуть свой достаток таким способом почему-то осталось до сих пор. В заведениях принято, что каждый платит за себя или же сумма делится поровну на всех – это называется «схема АА». Но вообще китайцы очень щедрые, и часто в компаниях разгораются громкие споры по поводу того, кто будет оплачивать общий счет.

Сложно было привыкнуть и к их прямолинейности. «Давно не виделись, что-то ты располнела!», «Сколько ты зарабатываешь в месяц? А сколько тратишь?», «У тебя есть парень? А где он работает и сколько получает?» ну и так далее. Деньги, внешность и  личная жизнь – это обычные темы для обсуждения, вне зависимости от того, как близко ты знаком с собеседником. Причем, китайцы не только активно допытываются, но и сами открыто выкладывают все о себе. 

В целом, местные очень дружелюбны и терпимы. Иностранцев легко обмануть, но никто этим не пользуется, как в той же Юго-Восточной Азии. Несмотря на языковой барьер, они всегда пытаются помочь, хотя в этом чувствуется снисходительность, как к беспомощным детям. Очень искренне восхищаются попытками говорить на их языке. Никогда не проявляют друг к другу агрессию в транспорте, я не замечала озлобленности даже в час-пик. 

Китайцы никогда не выходят из дома без термоса с горячей водой. В их представлении она имеет уникальные лечебные свойства. На любые жалобы о здоровье, будь то головная боль или расстройство желудка, совет один: пей больше горячей воды! 

Одна из местных традиций у меня вызывает особое восхищение: по вечерам в любое время года в городских парках собираются толпы нарядных пенсионеров. Они привозят на тачках большие динамики и музыкальные инструменты, вместе поют караоке, танцуют, играют в настольные игры при свете фонарей. По-моему, чудесная старость.

 

«Пенсионеры привозят на тачках большие динамики и музыкальные инструменты, вместе поют караоке, танцуют, играют в настольные игры»

 

 

Молодежь свободное время обычно проводит в торговых центрах. В Китае это не просто место для шопинга. Просто представь себе ультрасовременное многоэтажное сооружение длиной в несколько кварталов с катком, кинотеатром, десятками ресторанов, спортзалами, караоке, салонами красоты, галереями. Сюда любят приходить и с детьми – их можно оставить в игровом центре на пару часов и спокойно пройтись по брендовым магазинам. 

Китайские женщины больше всего боятся загара: с древних времен темная кожа свидетельствовала о бедности и необходимости зарабатывать на жизнь тяжелым физическим трудом. Поэтому летом китаянки не выходят на улицу без зонтика от солнца, и, даже наряжаясь в платья на тонких бретельках, надевают специальные рукава из плотной ткани – от запястья до самого плеча. Вообще китайцы будто пытаются всеми способами не допустить у других мысли, будто у них мало денег. По этой же причине мужчины отращивают длинный ноготь на мизинце, на что я так и не смогла привыкнуть спокойно смотреть.

В моде местные следуют корейским тенденциям. Очень бросается в глаза предпочтение девушек надевать юбки покороче – там в открытых ногах нет ничего вызывающего. А вот зону декольте стараются закрывать максимально. 

Иностранцам делают много комплиментов о внешности. Самым удивительным для меня было их восхищение крупными носами – они называют их «высокими» и считают эталоном красоты наряду с большими глазами. 

 

 

Праздники

С началом взаимодействия с западным миром китайцы начали активно вводить в собственную культуру иностранные праздники, но трактуют их по-своему. Канун католического Рождества они отмечают как «праздник мира» и дарят близким и друзьям яблоки, из-за созвучности слов «мир» и «яблоко» на китайском. 

Многие праздники придуманы в маркетинговых целях в последние несколько лет. В Китайском календаре сейчас целых три дня влюбленных: местный традиционный в августе, 14 февраля и теперь еще и 20 мая – из-за созвучности цифр в дате «5/20» с китайским «я люблю тебя». 

31 декабря отмечают за скромным ужином, а после полуночи сразу ложатся спать, ведь во многих компаниях 1 января – полноценный рабочий день. А вот Восточный Новый год празднуют с настоящим размахом, причем целую неделю. За столом обязательно должны быть дзяодзы – что-то вроде наших вареников. По форме они напоминают древние китайские золотые слитки, поэтому считаются символом достатка в будущем году. Новогодний парад китайских львов и драконов увидеть оказалось не так просто, как мне представлялось. В Таиланде эту традицию поддерживают даже больше, чем в самом Китае. Фейерверки, которые в Поднебесной были изобретены, тоже почти нигде не увидишь. Они слишком сильно загрязняют и без того пострадавшую атмосферу и в крупных городах уже несколько лет запрещены законодательством. 

 

 

Ярмарки холостяков

На сотню китайцев приходится около 80 женщин. Находясь в таком положении, мужчины готовы пойти на все, чтобы не остаться в холостяках. Китаянки, в свою очередь, этим пользуются – выбирают, если не сказать, перебирают, пока не подвернется самая удачная партия. В лоб поставленные вопросы о зарплате и наличии квартиры – норма даже на первом свидании.

Нынешние 30-40-летние китайцы были рождены как раз во времена политики «одна семья – один ребенок», и их неустроенная личная жизнь – настоящая трагедия для родителей. От безысходности они берут ситуацию в свои руки, в выходной день тайком приходят в один из парков и по объявлениям таких же отчаявшихся пап и мам подбирают подходящую пару для своего одинокого ребенка. Из объявлений можно узнать возраст, рост, профессию, детали жилплощади. Иногда указываются и пожелания: «Разыскивается мужчина не ниже 170 см и не старше 35 лет с государственной должностью». 

Такие «холостяцкие ярмарки» проходят в каждом китайском городе раз в неделю. Если интересы родителей с обеих сторон совпали, то за этим следует званый ужин, на котором они непринужденно знакомят детей, ну а там уже как повезет. 

 

 

Безопасность, инфраструктура и путешествия

На входе в каждую станцию метро нужно пройти основательную проверку: личные вещи выложить на ленту для сканирования, пройти через рамку металлодетектора, если с собой есть напитки – сделать глоток перед офицером, чтобы тот убедился, что ты не перевозишь в бутылке ничего взрывоопасного. Такая процедура обязательна при входе в музеи, библиотеки, концертные залы, – любые места массового скопления людей.

Оставленный мною однажды в такси телефон водитель вернул, специально приехав по моему адресу еще раз. За забытой в кафе сумкой я вернулась сама спустя полчаса, и она лежала нетронутая ровно на том же самом месте. Мне никогда не было страшно поздно вечером возвращаться одной. Бездомных почти нет, на улицах не встретишь пьяных, а за употребление наркотиков в Китае грозит тюремное заключение (за их распространение – смертная казнь). 

Китайцы – фанатичные поклонники комфорта во всех его проявлениях, и инфраструктура любого города выстроена так, чтобы его обеспечить максимально. Потому и путешествовать по стране легко и приятно. Несмотря на огромные масштабы территории, до любой точки можно быстро добраться на поездах. Например, дорога из Тяньцзиня в Шанхай (почти 1000 км) займет всего 4 часа и обойдется в $ 75. Цены на внутренние перелеты не самые демократичные и стартуют от $ 250 (туда-обратно). Слетать в Японию или Корею часто дешевле, чем в соседнюю провинцию. 

Ночь в хостелах – от $ 12. При бронировании обращай внимание, имеется ли у них право на регистрацию иностранцев. Для этого нужна особая лицензия, и без нее на свой страх и риск тебя никто селить не станет, даже если ты состоишь в браке с китайцем и селишься с ним в одной комнате. Один раз я так попалась – пришлось объехать полгорода в поисках свободной гостиницы с лицензией, чтобы не остаться на улице.

За два года мне по контракту полагалось 4 недели отпуска, но я часто срывалась в короткие путешествия по выходным. Дожидалась дешевых билетов и сразу собирала рюкзак. Так, за два года я успела побывать в 12 провинциях из 22, увидела заповедник панд, ледяной город в Харбине, Терракотовую армию, Шанхайские небоскребы, прошагала 7 тысяч ступенек на вершину священной горы, пробежала кросс по Великой стене. Но это даже не десятая часть всего, что стоит увидеть в Китае. 

 

 

Язык и учеба

По сравнению с США или странами Европы в Поднебесной более доступные цены на обучение: семестр языковых курсов обойдется в $ 500, бакалаврские программы – от $ 2000, магистратура – от $ 3000. При подаче документов оплачивается взнос за их рассмотрение – $ 100. Учиться можно на китайском или английском языке на выбор, но английское отделение стоит дороже, и конкурс туда выше. Хорошая мотивация освоить мандарин. 

В разных регионах страны – разные диалекты, причем жители соседних провинций могут вообще не понимать друг друга. Но «мандарин», он же «путунхуа», – стандартный диалект, его знают все китайцы, ведь обучение в школах и университетах по всей стране ведется именно на нем. Для поступления придется пройти международный тест по китайскому – HSK. Он имеет 6 уровней. Сдашь на четвертый – можно подавать документы. У меня на подготовку ушло чуть больше года. 

Есть шутка о том, что жизнь слишком коротка, чтобы выучить китайский в совершенстве. Возможно и так, но за несколько месяцев точно реально запомнить несколько сотен иероглифов и ключевые для выживания фразы. Тем более, грамматика – максимально упрощенная по сравнению с тем же английским. Диалект в Тяньцзине приближен к образцовому мандарину, поэтому учить язык в местном университете – хороший вариант. Такой опыт точно стоит приложенных усилий. 

 

 

Фото: личный архив героини материала 

МИРНОЕ РАЗВИТИЕ КИТАЯ

      Китай является великой цивилизацией Востока с населением, насчитывающим свыше 1,3 млрд. человек. Сейчас страна идет широкими шагами по пути модернизации. Мир, пристально следящий за процессом развития Китая, задается следующими вопросами: какой путь развития избрал Китай? Какое значение имеет развитие Китая для всего мира?

      Китай неоднократно заявлял миру, что неуклонно идет по пути мирного развития. Осуществляя мирное развитие страны, он также прикладывает усилия к обеспечению мира во всем мире, активно способствует совместному развитию и процветанию всех стран мира. Вступив во второе десятилетие XXI в. и отметив 90-летнюю годовщину создания КПК, Китай неоднократно торжественно заявлял: мирное развитие выступает стратегическим выбором, который сделал Китай, чтобы реализовать модернизацию, достичь обогащения и усиления могущества страны, а также внести еще больший вклад в мировую цивилизацию. В дальнейшем Китай будет неуклонно придерживаться пути мирного развития.

      I. НАЧАЛО ПУТИ МИРНОГО РАЗВИТИЯ КИТАЯ

      За более 5000 лет исторического развития все национальности Китая, продемонстрировав удивительные трудолюбие и мудрость, создали блестящую Китайскую цивилизацию и единое многонациональное государство. Китайская цивилизация обладает уникальной протяженностью, всеобъемлемостью и открытостью. В ходе внешних обменов и контактов, насчитывающих долгие годы, китайский народ старательно учился у других наций и заимствовал их положительные и полезные качества, а также укреплял собственные силы и способности, внося огромный вклад в человеческую цивилизацию.

      В середине XIX в. западные державы стали с помощью пушек пытаться «открыть» изолированный от внешнего мира Китай. Внутренние волнения при нависшей внешней угрозе привели к тому, что Китай постепенно оказался в полуколониально-полуфеодальном положении; страна обнищала и ослабла, в стране не утихали войны и хаос, а народ терпел бесчисленные горести и мучения. В тот момент, когда страна практически находилась на краю национального краха, самоотверженные борцы и патриоты рьяно бросились в борьбу, пытаясь спасти погибающую страну посредством революционных преобразований. Произошедшая в 1911 г. Синьхайская революция положила конец самодержавной монархии, имевшей место на протяжении нескольких тысячелетий, и вдохновила китайский народ к борьбе за национальную независимость и укрепление государственной мощи. Но, к сожалению, эти попытки не смогли, в конечном счете, изменить полуколониально-полуфеодальное состояние общества и облегчить горькую судьбу китайского народа. Поэтому все национальные надежды были возложены на КПК. Именно КПК, возглавив китайский народ, встала на путь упорной и напряженной борьбы, в 1949 г. основала Китайскую Народную Республику (КНР) и добилась национальной независимости и народного освобождения, положив тем самым начало новой эпохи в китайской истории.

       В течение более 60 лет, прошедших после образования Нового Китая, а особенно за 30 лет после начала проведения политики реформ и открытости, Китай неустанно прилагал усилия по разработке пути социалистической модернизации, отвечающего китайским реалиям и требованиям эпохи. Несмотря на исторические перипетии китайский народ, следуя в ногу с эпохой, непрерывно извлекал и обобщал уроки, накопленные в ходе опыта развития самим Китаем и другими странами. Страна также постоянно углубляла понимание закономерностей развития человеческого общества и содействовала самосовершенствованию и развитию социалистической системы. Посредством мучительных усилий Китай отыскал путь развития, полностью отвечающий реалиям страны, а именно – путь социализма с китайской спецификой.

       Говоря с позиций мировой истории, путь мирного развития можно охарактеризовать следующим образом: посредством охраны мира во всем мире заниматься саморазвитием и посредством саморазвития охранять мир во всем мире; одновременно с реализацией развития посредством подчеркивания необходимости за счет собственных сил, реформ и инноваций отстаивать внешнюю открытость, учиться и заимствовать благоприятный опыт других стран; в соответствии с развитием экономической глобализации стремиться к взаимовыгоде и взаимовыигрышу с другими странами, а также к совместному развитию; вместе с международным сообществом продвигать строительство долгосрочного мира, совместного процветания и гармоничного мира. Ярчайшими особенностями данного пути выступают научное развитие, самостоятельное развитие, открытое развитие, мирное развитие, развитие на основе взаимодействия и совместное развитие.

      — Научное развитие. Научное развитие – это уважение и следование закономерностям развития общества, экономики и природы. Страна твердо делает акцент на экономическом строительстве, бросает все силы на строительство, уделяет развитию основное внимание и непрерывно высвобождает и развивает общественные производительные силы. Китай рассматривает концепцию научного развития в качестве главного руководящего курса в ходе социально-экономического развития, считает задачу развития первостепенной задачей руководящей партии в процессе управления страной и возрождения страны, проводит в жизнь концепцию «Человек превыше всего», всесторонне координирует все аспекты продолжительного развития и старается уделять внимание всем соответствующим областям. Отстаивая концепцию «Человек превыше всего», Китай неизменно соблюдает права человека и уважает человеческие ценности, удовлетворяет растущие с каждым днем потребности народа в области материальной культуры, идет по пути всеобщего обогащения, стимулирует всестороннее развитие людей, реализует развитие для народа и с опорой на народ, делая так, чтобы весь народ мог пользоваться плодами развития. Китай всесторонне координирует все аспекты продолжительного развития, всесторонне продвигает экономическое, политическое, культурное и социальное строительство, а также строительство экологичной цивилизации, стимулирует модернизированное строительство каждого из звеньев и каждой из областей, добиваясь их всесторонней скоординированности. Китай уделяет внимание всем соответствующим областям жизни государства, правильно подходит и надлежащим образом регулирует важные аспекты социализма с китайской спецификой, единым образом планирует развитие города и деревни, различных районов, экономики и общества, гармоничное развитие человека и природы, а также внутреннее развитие и внешнюю открытость.

       — Самостоятельное развитие. Китай, будучи развивающейся страной с таким большим населением, всегда считал, что нужно развиваться, опираясь на собственные силы. Китай всегда отстаивал независимость и самостоятельность, выдвигая основные положения и акценты национального развития внутри страны, а не за рубежом, исходил из реалий внутри страны, продвигал социально-экономическое развитие, опираясь в основном на собственные силы, реформы и новаторство, и никогда при этом не перекладывал свои проблемы и противоречия на плечи других стран. В условиях экономической глобализации Китай, только отстаивая самостоятельное развитие, может эффективно участвовать в международном разделении труда, а также лучшим образом проводить взаимовыгодное сотрудничество со странами мира.

      — Открытое развитие. На опыте собственного развития Китай глубоко осознал, что не может проводить строительство, изолировав себя от внешнего мира. Поэтому Китай, рассматривая политику реформ и открытости в качестве главной государственной стратегии развития, объединил внутренние реформы с внешней открытостью, отстаивание независимости с участием в экономической глобализации, наследование традиций китайской нации с заимствованием полезных плодов человеческого общества, внутренний рынок с внешним. Объединив таким образом два источника ресурсов, страна на основе принципов открытости стала вливаться в международное сообщество, непрерывно расширяя масштаб и глубину внешней открытости, усилив обмены и сотрудничество с другими странами, совершенствуя взаимодействие между внутренней и внешней ситуациями, добиваясь взаимовыгоды и взаимовыигрыша и реализуя безопасную и высокоэффективную экономическую систему открытого типа. Проводимая Китаем политика открытости внешнему миру никогда не прервется, а уровень открытости будет становится все выше и выше.

      — Мирное развитие. Китайский народ любит мир, так как, имея за плечами трагический опыт войны, унижений и бедности, он глубоко осознал ценность мира и актуальность развития. Он глубоко верит в то, что только в условиях мира люди могут спокойно жить и работать, и только в условиях развития люди могут жить в сытости и достатке. Поэтому правительство рассматривает главной задачей в международной работе именно создание мирной и стабильной международной обстановки, благоприятной для государственного развития. В то же время Китай вносит активный вклад в дело мира и развития на всей планете, никогда не проводит внешнюю экспансию, никогда не борется за установление гегемонии и не провозглашает себя гегемоном, всегда выступая твердым фронтом в деле защиты мира и стабильности как в регионе, так и во всем мире.

      — Развитие на основе взаимодействия. В международном сообществе всегда существовали конкуренция и противоречия. Все страны должны в условиях благоприятной конкуренции проявлять свои преимущества и невелировать недостатки, непрерывно изыскивать возможности сотрудничества, расширять сферы сотрудничества и увеличивать сферу общих интересов. Китай с помощью взаимодействия старается работать на благо мира, стимулировать развитие и сокращать разногласия; вместе с другими странами он создает и развивает отношения сотрудничества в разных формах, прикладывает усилия к эффективному разрешению растущих с каждым днем вызовов, привносимых глобализацией, посредством непрерывного расширения взаимовыгодного взаимодействия между странами, а также на основе совместных с другими странами координаций решает важные проблемы, касающиеся экономического развития мира и прогресса в жизни человечества.

      — Совместное развитие. Связи и взаимозависимость между различными странами мира в последнее время постоянно углубляются, только в случае реализации совместного развития всех стран мира и предоставления большему количеству людей возможности разделить результаты развития мир и стабильность во всем мире получат прочную основу и эффективное обеспечение, а развитие всех стран мира станет продолжительным и устойчивым. Поэтому Китай неизменно проводит стратегию открытости, характеризующуюся взаимовыгодой и совместным выигрышем, отстаивает единство собственных интересов и совместных интересов всего человечества. Стремясь к собственному развитию, страна прикладывает усилия к достижению благоприятного взаимодействия между процессом собственного развития и процессом развития других стран, а также содействует совместному развитию всех стран и районов мира. Китай искренне надеется осуществить цель совместного процветания и развития, действуя рука об руку с другими странами.

      На пути мирного развития Китаю пришлось пройти через масштабные и глубокие изменения. Он достиг значительных успехов в развитии, внес важный вклад в дело процветания и стабильности мира, а также установил еще более тесные связи с миром.

      Китай осуществляет масштабный подъем комплексной мощи страны. Объем экономики за период с 1978 по 2010 гг. увеличился более чем в 16 раз и достиг 5,88 трлн. долларов США, доля в мировой экономике возросла с 1,8% до 9,3%. Материальная база строительства модернизации в Китае стала более прочной; глубоко развиваются процессы индустриализации, информатизации, урбанизации, маркетизации и интернационализации, благодаря чему дело строительства социализма получает всестороннее продвижение. В жизни народа произошел исторический скачок, знаменующий переход от необеспеченности питанием и одеждой к среднезажиточному обществу; среднедушевой доход из расчета к общемировому среднему уровню вырос с 24,9% в 2005 г. к 46,8% в 2010 г. Был также реализован великий исторический переход от высококонцентрированной плановой экономики к рыночной экономике социалистического типа, демонстрирующей бурные жизненные силы; в результате этого была сформирована базовая экономическая система, где главной выступает общественная форма собственности при совместном развитии многих форм собственности; базовая роль рынка в области распределения ресурсов заметно укрепилась, система макроэкономического регулирования совершенствуется с каждым днем. Постепенно создается система социального обеспечения, охватывающая население городов и деревень; культура, образование, наука и техника, медицина, спорт и другие области общественной жизни получают всестороннее развитие.

      Китай осуществляет великий исторический переход от изолированного и полуизолированного состояния к всевекторной открытости. От создания особых экономических зон и заканчивая открытием зон прибрежных морей, прибрежных рек, приграничных и внутриконтинентальных районов, от привлечения иностранных капиталов и заканчивая поощрением китайских предприятий к инвестициям за рубежом, от открытия страны и проведения бурного строительства до вступления в ВТО, – Китай участвует в экономической глобализации и региональном экономическом сотрудничестве, непрерывно повышая уровень внешней открытости. Объем экспорта и импорта с 20,6 млрд. долларов США в 1978 г. возрос до 2974 млрд. долларов США в 2010 г. За период с 1979 по 2010 гг. суммарный объем задействованных Китаем прямых иностранных инвестиций достиг 1048,38 млрд. долларов США. К настоящему времени Китай создал двусторонние механизмы торгово-экономического взаимодействия со 163 странами и районами, подписал 10 соглашений о создании зон свободной торговли, подписал соглашения о двусторонней защите инвестиций со 129 странами, а также подписал соглашения об избежании двойного налогообложения с 96 странами, став активным практиком в области либерализации и комфортизации торговли и инвестиций. Китай в соответствии с обещаниями, данными при вступлении в ВТО, пошагово снижает налоговые пошлины: общий уровень налоговых пошлин с 15,3% (до вступления в ВТО) снизился до 9,8%; было аннулировано большинство нетаможенных сборов. Китай активно создает рамки взаимоотношений с другими крупными странами, характеризующиеся общей стабильностью, равномерным развитием, взаимовыгодой и совместным выигрышем, содействует формированию обстановки сотрудничества с окружающими странами на основе совместных шансов и совместного развития, укрепляет и усилит традиционную дружбу, координацию и взаимодействие с развивающимися странами, углубляет контакты, основывающиеся на взаимозависимости и взаимных интересах, а также расширяет обмены и сотрудничество со всеми странами мира.

       Китай вносит значимый вклад в дело стабильного развития мировой экономики. После вступления в ВТО в 2001 г. годовой объем китайского импорта стал составлять почти 750 млрд. долларов США, для соответствующих стран и регионов было создано более 14 млн. рабочих мест. За прошедшие 10 лет предприятия, созданные в Китае на иностранном капитале, в общей сложности вывели из Китая более 261,7 млрд. долларов США прибыли, причем, среднегодовой прирост достиг 30%. За период с 2000 по 2010 гг. годовой объем нефинансовых инвестиций Китая за рубежом с 1 млрд. долларов США вырос до 59 млрд. долларов США, что эффективно способствовало экономическому развитию соответствующих стран. В 2009 г. предприятия на китайском капитале, созданные за рубежом, выплатили соответствующим странам налоги на общую сумму 10,6 млрд. долларов США, трудоустроили 439 тыс. местных сотрудников. В последние годы ежегодный вклад Китая в мировую экономику превышает 10%. После того как вспыхнувший в 1997 г. Азиатский финансовый кризис вызвал крупномасштабную девальвацию валют в окружающих странах и районах, Китай поддерживал стабильный курс «жэньминьби», что внесло большой вклад в дело стабилизации и развития региональной экономики. Когда в 2008 г. на мир обрушился международный финансовый кризис, Китай стал активно участвовать в создании таких призванных упорядочить мировую экономику механизмов, как G20 и др., содействовать реформированию международной финансовой системы, принимать участие в работе по координированию макроэкономических политик разных стран, а также в разработке планов аккумуляции капиталов в международной торговле и в международном финансовом взаимодействии; он направлял крупномасштабные группы для закупок за рубежом, протягивая руку помощи переживающим трудности странам. Китай старательно реализует Цели развития тысячелетия ООН, став единственной в мире страной, досрочно достигшей цели сокращения бедного населения наполовину, и предоставляет помощь зарубежным странам исходя из собственных возможностей. На конец 2009 г. Китай в общей сложности предоставил помощь на сумму 256,3 млрд. долларов США (в числе бенефициаров 161 страна и более 30 международных и региональных организаций), сократил или полностью списал 380 долгов 50 беднейших стран-бенефициаров и наименее развитых стран, подготовил для развивающихся стран специалистов в количестве 120 тыс. человек-раз, направил для оказания помощи зарубежным странам 21 тыс. медработников в составе медицинских бригад и почти 10 тыс. преподавателей. Китай активно содействует расширению импорта товаров наименее развитых стран, а также пообещал отменить таможенные пошлины на 95% товаров, экспортируемых в Китай заключившими с КНР дипотношения наименее развитыми странами.

      Китай играет важную роль в деле защиты мира и противодействия глобальным вызовам. Китай является единственной страной, обладающей ядерным оружием, которая открыто пообещала не использовать ядерное оружие первой, а также не использовать и не угрожать использованием ядерного оружия в отношении не обладающих ядерным оружием стран и безъядерных регионов. Китай направил миротворцев для участия в 30 миротворческих миссиях ООН в количестве 21 тыс. человек-раз и стал постоянным членом СБ ООН, который направил больше всего миротворцев для участия в подобных операциях. Китай активно участвует в международном сотрудничестве, затрагивающем борьбу с терроризмом и предупреждением распространения ОМУ, предоставляет гуманитарную помощь странам, пострадавшим от серьезных стихийных бедствий, и направляет туда спасателей, посылает военные корабли для пресечения пиратства в Аденском заливе и акваториях Сомали. Китай является членом более 100 межправительственных международных организаций; он подписал более 300 международных конвенций, уже давно став полноправным членом и строителем международной системы, внося должный вклад в дела мирового сообщества. Китай первым из развивающихся стран разработал и стал осуществлять «Национальный план по борьбе с климатическими изменениями»; он стал одной из стран, которые в последние годы самыми быстрыми темпами и в самых масштабных объемах сокращают энергопотребление и выброс токсичных веществ в атмосферу, а также проводят работы по изучению новых энергоносителей и возобновляемых источников энергии. Китай играет конструктивную роль в урегулировании актуальных и насущных проблем мира и региона: что касается ядерной проблемы Корейского полуострова, ядерного «досье» Ирана и т.п., Китай поощряет переговоры, отстаивает необходимость обеспечения мира в регионе и содействует продвижению механизма шестисторонних переговоров по ядерной проблеме Корейского полуострова. Китай вместе с 12 странами, с которыми он граничит по суше, урегулировал приграничные вопросы, оставленные историей, придерживаясь позиции о том, чтобы посредством переговоров и диалогов разрешать с соседними странами территориальные споры вокруг суши и акваторий. На основе конструктивного подхода он выдвинул призыв «Отставить в сторону противоречия и устремиться к совместному развитию» и всеми силами старается поддерживать мир и стабильность в Южно-Китайском море, Восточно-Китайском море и прилегающих акваториях. Китай на основе развертывания двустороннего сотрудничества участвует в региональном и субрегиональном сотрудничестве, а также прикладывает усилия для продвижения всеобщего развития и процветания в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

      После образования КНР, и особенно после начала реализации политики реформ и открытости, которая уже проводится на протяжении более 30 лет, исторические факты свидетельствовали о том, что Китай выступает важным членом международного сообщества и страной, которая прикладывает большие усилия и вносит огромный вклад во имя продвижения развития международного политико-экономического порядка в более справедливом и рациональном направлении.

      II. ОБЩИЕ ЦЕЛИ МИРНОГО РАЗВИТИЯ КИТАЯ

      Неустанные стремления мирного развития Китая заключаются в следующем: стремление к развитию и гармонии внутри страны, а также стремление к сотрудничеству и миру в ходе зарубежных контактов. Именно благодаря неустанной борьбе китайского народа, реформам и инновациям, а также благодаря дружественному сосуществованию со всеми странами мира и развитию с ними равноправного взаимовыгодного сотрудничества жизнь населения Китая во многом улучшилась, что в свою очередь должным образом способствовало тому, что человечество смогло получить развитие и прогресс. Это стало национальной идеей Китая, которая воплотилась в плане национального развития и общеполитическом курсе страны, а также реализовалась в ходе практики развития Китая.

      Реализация модернизации страны и совместного обогащения всего народа стала главной задачей в процессе развития Китая. В конце 70-х гг. XX в., когда в стране стала проводиться политика реформ и открытости, Китай разработал и начал осуществлять стратегию модернизационного развития «Три шага». «Первый шаг» подразумевал увеличение ВВП в 2 раза по сравнению с показателем 1980 г. и разрешение проблемы одежды и питания народа. «Второй шаг» подразумевал увеличение ВВП к концу XX в. еще в 2 раза, при этом, жизнь народа должна была достичь уровня среднезажиточного общества. Два этих «шага» уже претворены в жизнь. «Третий шаг» – к середине XXI в., когда КНР исполнится 100 лет, ВВП из расчета на человека должен достичь среднего уровня развитых стран, жизнь народа будет довольно зажиточной, в стране будет в целом осуществлена модернизация, и Китай станет модернизированной социалистической страной с развитой демократической культурой. Центральной задачей, поставленной в рамках стратегии «Три шага», является повышение уровней духовной и материальной культур граждан, реализация обогащения населения при укреплении мощи страны. В процессе усиления комплексных способностей страны Китай намерен выполнять все международные обязательства и нести соответствующую ответственность, возлагаемую на него международным сообществом.

      Всестороннее строительство среднезажиточного общества, которое направлено на повышение уровня жизни более 1 млрд. человек населения, является среднесрочной и долгосрочной целями мирного развития Китая. К 2020 г. Китай завершит всестороннее строительство среднезажиточного общества, в результате чего уровень жизни более 1 млрд. китайцев заметно повысится. Тем самым Китай станет страной, где была в целом осуществлена индустриализация и заметно укрепились комплексные силы государства, а также выйдет в первый ряд стран по общему масштабу внутреннего рынка. Кроме того, Китай станет страной, где повсеместно повысится уровень зажиточности населения, значительно улучшится качество жизни и экологическая обстановка, чей народ будет пользоваться большими демократическими правами, обладать более высокими духовными устремлениями и культурным уровнем, где будут усовершенствованы системы во всех областях, а общество будет демонстрировать активную жизнеспособность и консолидированность в условиях спокойствия и стабильности. То есть Китай станет более открытым и привлекательным государством, которое внесет еще более значимый вклад в человеческую цивилизацию.

      Реализация 12-го пятилетнего плана относится к краткосрочным и среднесрочным целям мирного развития Китая. Под девизом всестороннего строительства среднезажиточного общества в «12-м пятилетнем плане социально-экономического развития КНР» были утверждены направляющие идеи, общая концепция, цели, задачи и важные шаги социально-экономического развития Китая во время «12-пятилетки» (2011-2015 гг.). В последующие 5 лет социально-экономическое развитие Китая будет проходить под лозунгом научного развития, избрав в качестве ведущей линии ускорение процесса трансформации метода экономического роста. Его основными целями являются устойчивое и достаточно быстрое развитие экономики, большой прогресс в области стратегической корректировки экономической структуры, значительное повышение уровня образования в научно-технических областях, эффективная экономия ресурсов и охрана окружающей среды, дальнейшее улучшение жизни народа, значительное усиление строительства всех аспектов общественной жизни, непрерывное углубление реформ и открытости. Благодаря прилагаемым всем народом усилиям в процессе трансформации модели экономического развития будет достигнут реальный прогресс; совокупное могущество государства, международная конкурентоспособность и способность противостоять рискам заметно укрепятся; всестороннее строительство среднезажиточного общества получит крепкую базу. Одновременно с этим, Китай будет активно разворачивать международные обмены и сотрудничество, расширять и углублять точки совпадения интересов с соответствующими сторонами и продвигать совместное развитие всех стран.

      Процесс от разрешения проблем с одеждой и питанием к достижению среднезажиточного уровня жизни и далее среднего уровня развитых стран направлен на то, чтобы сделать жизнь народа более богатой. Этот процесс в концентрированном виде отражает стратегическую концепцию мирного развития Китая. Чтобы реализовать вышеперечисленные цели, Китай готов предпринимать решительные шаги в следующих направлениях.

      — Ускорить процесс трансформации модели экономического развития

      Китай рассматривает стратегическую корректировку экономической структуры в качестве главного направления приложения усилий. Он расширяет внутренний спрос, и особенно потребительский спрос, посредством различных каналов укрепляет покупательскую способность населения, регулирует и оптимизирует структуру внутренних инвестиций, постепенно продвигает индустриализацию, урбанизацию и модернизацию сельского хозяйства, в области движителей экономического роста стимулирует переход от опоры на инвестиции и экспорт к скоординированной опоре на потребление, инвестиции и экспорт, от опоры на вторую индустрию к комплексной опоре на первую, вторую и третью индустрии, от увеличивающегося расходования материальных ресурсов к опоре на научно-технический прогресс, повышению уровня культуры и образования трудящихся и инновационных методов в области менеджмента. Китай всесторонне проводит стратегию подъема страны с опорой на науку и просвещение и стратегию усиления страны за счет талантливых кадров, направляет усилия на строительство государства инновационного типа. Китай выступает за обновление мышления и системы, уделяет огромное внимание заимствованию передового опыта других стран в области технологий и управления, а также непрерывно повышает качество и эффективность экономического роста.

      Китай всеми силами старается преодолеть трудности в области ресурсов и окружающей среды, сдерживающие развитие: он выдвигает в качестве руководящих такие концепции развития, как «зеленая экономика» и «низкоуглеродная экономика», поставив акцент на энергосбережении и сокращении токсичных выбросов, ускоряет создание способа производства и модели потребления, характеризующихся бережным отношением к ресурсам и защитой окружающей среды. Китай продвигает рециркуляционное развитие экономики, улучшает качество окружающей среды, создает современную энергетическую отрасль, характеризующуюся безопасностью, стабильностью, экономичностью и незагрязнением окружающей среды, оптимизирует систему обеспечения ресурсами, стимулирует гармоничное развитие человека с природой, добивается координированности экономического развития с количеством населения, имеющимися в распоряжении ресурсами и состоянием окружающей среды, разрабатывая путь индустриализациии нового типа с китайской спецификой, характеризующийся высоким научно-техническим содержанием, высокой экономической эффективностью, низкими расходами ресурсов, минимальным загрязнением окружающей среды и всесторонним развитием преимуществ людских ресурсов. Китайская экономика, демонстрирующая всесторонний скоординированный и устойчивый рост, предоставит мировой экономике более широкое пространство развития.

      — В дальнейшем раскрывать и осваивать собственные ресурсы и рыночные преимущества

      Китай обладает богатыми людскими и материальными ресурсами, а также достаточно совершенной системой промышленного производства. В будущем он продолжит идти по пути модернизационного развития, опираясь преимущественно на собственные силы. Как ожидается, к 2015 г. китайские кадровые ресурсы достигнут 156 млн. человек, из них часть людей трудоспособного возраста, получивших высшее образование, достигнет 15%; вклад кадровых ресурсов в рост экономики составит 32%, таким образом, кадровые ресурсы предоставят первоклассные трудовые ресурсы для обеспечения продолжительного развития китайской экономики. Китай находится в числе стран, обладающих самыми большими минеральными ресурсами и пахотными землями; в области зерновых в стране было реализовано самообеспечение. Хотя количество ресурсов на душу населения в Китае совсем небольшое, благодаря полноценному развитию функций рыночного распределения и продвижению научно-технического прогресса правительство смогло значительно уменьшить зависимость национального социально-экономического развития от ресурсов. Китай будет в дальнейшем развивать отраслевые преимущества в областях первичного сырья, производства оборудования и предметов потребления, чтобы удовлетворять материальные потребности населения страны и предоставлять на мировой рынок высококачественные товары и услуги.

      Количество населения и объем экономики задают огромный потенциал внутреннего спроса. Вослед постоянно увеличивающимся доходам населения, стабильному росту инвестиций внутри страны и глубокому развитию стратегии регионального развития Китай готовится сформировать большее рыночное пространство и создавать новые точки экономического роста. В будущие 5 лет структура потребления в Китае значительно улучшится, потенциальные возможности потребления населения будут высвобождены, по общему масштабу внутреннего рынка Китай займет одно из первых мест в мире, а суммарные объемы импорта, как ожидается, достигнут 8 трлн. долларов США, что принесет миру множество разнообразных шансов.

      — Ускорить создание гармоничного общества

      Китай будет ускорять и продвигать строительство во всех аспектах общественной жизни с акцентом на повышении народного благосостояния, закладывая прочную основу народного благосостояния на принципах социальной гармонии. Правительство содействует реформированию общественного строя, оздоровляет систему базового общественного обслуживания, обновляет механизм контроля над общественными процессами, повышает уровень контроля над общественными процессами, совершенствует систему распределения доходов и соцобеспечения, прилагает усилия к тому, чтобы у граждан была возможность получать хорошее образование, достойную оплату за свой труд, должное лечение в случае болезни, пенсию по достижении старости и иметь нормальное жилье, формирует обстановку, когда все члены гармоничного общества несут соответствующую ответственность и разделяют блага гармоничного общества, а результаты развития приносят новые возможности всему населению страны.

      Китай ускоряет строительство демократической политической системы социалистического типа, активно и стабильно содействует реформированию политической системы, развивает социалистическую демократию, а также строит социалистическое государство, управляемое в соответствии с законами, предоставляя народу право быть хозяином своей страны. Китай продолжит проводить законные демократические выборы, принимать решения и осуществлять управление и надзор на основе демократии, гарантируя права народа на осведомленность, на участие, на выражение своего мнения и на надзор, а также расширяя упорядоченное участие граждан в политической жизни государства. Китай будет и далее проводить политику равноправия всех нацменьшинств и национальной районной автономии, в соответствии с законом обеспечивать свободу религиозных убеждений и всесторонне уважать и защищать основные права человека и другие законные права и интересы народа.

       — Претворить в жизнь стратегию открытости, характеризующуюся взаимовыгодой и совместным выигрышем

      Китай проводит политику внешней открытости, придерживается стратегии открытости, характеризующейся взаимовыгодой и совместным выигрышем, всесторонне использует различные благоприятные обстоятельства, предоставляющиеся в результате экономической глобализации и регионального экономического сотрудничества, реализует трансформацию внешней открытости от экспорта и одностороннего привлечения иностранных инвестиций к совместному развитию экспорта и импорта, привлечению иностранных инвестиций и одновременному поощрению китайских инвестиций за рубежом. При этом Китай непрерывно расширяет новые сферы открытости и соответствующее пространство, совершенствует экономическую систему открытого типа, повышает уровень открытости экономики и стимулирует за счет открытости развитие, реформирование и инновации.

      Китай ускоряет трансформацию способов развития внешней торговли. Он продолжает активно участвовать в международном разделении труда, содействует трансформации внешней торговли от простого расширения объема к повышению качественной эффективности, от преимущества в области себестоимости к комплексным преимуществам в ходе международной конкуренции и т.д. Также Китай всеми силами развивает торговлю услугами, расширяет масштабы импорта, содействует установлению баланса в платежно-расчетной системе торговли, а также выступает против торгового протекционизма и надлежащим образом регулирует международные трения в сферах торговли и экономики.

      Китай старательно повышает уровень использования зарубежных инвестиций: неустанно оптимизирует структуру, обогащает методы, расширяет каналы, повышает качество, ускоряет процесс привлечения и использования знаний, кадров и технологий, а также направляет зарубежные инвестиции в ключевые отрасли и районы. Он защищает законные интересы предприятий на иностранном капитале в Китае, придерживается открытости в отношении международных капиталов и передовых технологий, создавая при этом справедливую и упорядоченную инвестиционную среду. Правительство реализует стратегию защиты прав интеллектуальной собственности, всеми силами повышая способности к созданию, внедрению и охране прав интеллектуальной собственности и способности к установлению контроля в соответствующих областях.

      Китай стал придавать большее внимание внешним инвестициям и сотрудничеству с зарубежными странами. Он поощряет различные предприятия к упорядоченному проведению внешних инвестиций и развертыванию сотрудничества с зарубежными партнерами, поддерживает налаживание за рубежом сотрудничества и инвестирования в области технических исследований и освоения, проводит подрядческие работы за рубежом и сотрудничает в области трудовых ресурсов, расширяет международное сотрудничество в отрасли сельского хозяйства, а также углубляет международное взаимовыгодное взаимодействие в области энергетических ресурсов. Китай всеми силами способствует сотрудничеству в области проектов, способствующих улучшению народного благосостояния в стране-хозяйке и укреплению способностей страны-хозяйки к самостоятельному развитию, уважает местные религиозные верования и обычаи, строго соблюдает местное законодательство, берет на себя соответствующую социальную ответственность и долг перед обществом, стимулируя развитие страны, где реализуется проект сотрудничества. Он также оптимизирует структуру помощи, оказываемой зарубежным странам, создает новые способы предоставления помощи и повышает эффективность такой помощи.

      Китай упорядоченным образом расширяет внешнюю открытость финансового рынка и финансовой отрасли, создает финансовую систему, характеризующуюся высокоэффективным обслуживанием и способностью контролировать риски, совершенствует контролируемую систему плавающего курса «жэньминьби», формирующегося с опорой на рыночный спрос, и постепенно реализовывает конвертируемость капитальных активов в «жэньминьби». Это не только предоставляет большие удобства для других стран, сотрудничающих с Китаем в области торговли и инвестиций, но и создает благоприятные условия для защиты стабильности международного валютного рынка и содействия здоровому развитию экономической глобализации.

       — Создать мирную обстановку и благоприятные внешние условия

      Китай со всеми странами развивает дружественные сотрудничества на основе пяти принципов мирного сосуществования. С развитыми странами он делает упор на стратегическом диалоге, укреплении стратегического взаимодоверия, углублении взаимовыгодного сотрудничества, разрешении противоречий, установлении и развитии нового типа отношений между державами, а также продвижении долгосрочного, стабильного и здорового развития взаимовыгодных отношений. Китай реализует курс на добрые, партнерские и дружественные отношения с соседними странами, развивая дружественное взаимодействие с окружающими странами и всеми странами Азии, активно проводит двустороннее и региональное сотрудничество, совместно с соответствующими странами создавая мирную и стабильную обстановку, характеризующуюся равноправием, взаимодоверием и взаимовыгодным сотрудничеством. Что касается широких рядов развивающихся стран, то в отношениях с ними Китай акцентирует единство, углубление традиционной дружбы и расширение взаимовыгодного сотрудничества; посредством предоставления помощи или инвестирования он искренне помогает развивающимся странам реализовывать самостоятельное развитие и защищать их должные права и интересы. Китай активно участвует в многосторонних делах и урегулировании глобальных проблем, берет на себя международную ответственность, проявляя конструктивную роль и содействуя тому, чтобы международный политико-экономический порядок развивался в более справедливом и рациональном направлении. Китай разворачивает с другими странами различные обмены и взаимодействие между парламентами, политическими партиями, районами, неправительственными организациями и т. п., расширяет внешние контакты в гуманитарных областях и укрепляет взаимопонимание и дружбу между китайским народом и народами других стран.

       Китай проводит оборонную политику оборонительного характера. Китай обладает огромными территориями и обширными акваториями: государственная граница по суше насчитывает свыше 22 тыс. км, береговая линия континентальной части превышает 18 тыс. км. Перед Китаем стоят сложные и многообразные вызовы в области традиционных и нетрадиционных угроз безопасности, стране приходится противостоять угрозам со стороны сепаратистских и террористических сил. Продвижение модернизации обороны продиктовано практической необходимостью национальной безопасности и выступает необходимым обеспечением в процессе реализации Китаем мирного развития. Главной целью модернизации китайской армии является защита государственного суверенитета, безопасности, территориальной целостности и интересов национального развития. Расходы на оборону являются разумными и оправданными, они отвечают потребностям страны в области защиты государственной безопасности. Китай никогда не станет вступать в гонку вооружений ни с одной из стран и не будет никому угрожать военной силой. Китай отстаивает принцип «Пока другие не нападают на меня, я не нападаю на других» и стремится мирным способом разрешать все международные конфликты и назревшие проблемы. Китай придает большое значение международным военным обменам, содействует международному и региональному сотрудничеству в области безопасности и выступает против всех без исключения форм терроризма.

      III. ВНЕШНИЙ КУРС В ПРОЦЕССЕМИРНОГО РАЗВИТИЯ КИТАЯ

      Китай, являясь членом международного сообщества, надеется на прекрасное будущее всего мира и придерживается концепции международных отношений и внешнеполитического курса, отвечающих пути мирного развития страны.

      — Содействие строительству гармоничного мира

      Главными целями китайской дипломатической политики являются защита мира во всем мире и содействие совместному развитию. Китай призывает все страны мира к строительству гармоничного мира, характеризующегося устойчивым миром и совместным процветанием, считая это как долгосрочной целью, так и насущной задачей. По мнению Китая, чтобы построить гармоничный мир, нужно приложить усилия в следующих направлениях:

      В сфере политики страны должны уважать друг друга, проводить равноправные консультации и совместно продвигать демократизацию международных отношений. Страны не делятся на крупные и малые, сильные и слабые или богатые и бедные: все они являются равноправными членами международного сообщества и должны пользоваться соответствующим уважением со стороны международного сообщества. Государства всего мира должны защищать центральную роль ООН в международных делах, придерживаться установок и принципов Устава ООН, а также соблюдать международное законодательство и общепризнанные правила международных отношений. В области международных отношений государства должны провозгласить дух демократии, добрососедства, сотрудничества и общего выигрыша. Внутренние дела каждой из стран должны решаться народом самой конкретной страны, а дела, касающиеся всего мира, должны обсуждаться всеми странами на основе равноправных консультаций; необходимо уважать и охранять право каждой из стран на участие в международных делах.

      В сфере экономики страны должны сотрудничать, дополнять друг друга за счет своих преимуществ и совместными усилиями продвигать экономическую глобализацию в направлении равномерного развития, характеризующегося общим выигрышем и приносящего всеобщую пользу. Страны прикладывают усилия к строительству справедливой, открытой и рациональной системы многосторонней торговли, носящий недискриминационный характер, чтобы экономическая глобализация могла приносить выгоду всем странам мира. Государства должны вместе реализовать Цели развития тысячелетия ООН, чтобы люди всей планеты в XXI веке смогли получить пользу от плодов развития.

      В сфере культуры страны должны заимствовать друг у друга лучшее и учиться друг у друга, стремясь к общим ценностям при сохранении своих индивидуальных различий. Они должны уважать разнообразие мира и прикладывать совместные усилия к достижению процветания и прогресса человеческой цивилизации. Страны должны призывать к диалогу и обменам между различными культурами, а также уничтожению идеологических предубеждений и барьеров, чтобы человечество могло жить в более гармоничном, богатом и разнообразном мире.

      В сфере безопасности страны должны доверять друг другу, укреплять взаимодействие и разрешать международные трения и конфликты путем мирных методов, а не с помощью вооруженной силы, совместными силами охраняя мир и стабильность на планете. Посредством координаций и диалогов страны должны укреплять взаимодоверие, уменьшать противоречия, разрешать разногласия, избегать применения вооруженной силы и не угрожать применением вооруженной силы.

      В сфере экологии страны должны помогать друг другу и скоординировано двигаться вперед, вместе охраняя планету Земля, обеспечивающую условия проживания для всего человечества. Страны должны призывать к созданию новых моделей развития, выбору пути устойчивого развития, стимулированию гармоничного развития людей и природы. Страны должны придерживаться принципа общей, но дифференцированной ответственности и активизировать международное сотрудничество в области защиты окружающей среды и борьбы с климатическими изменениями.

      — Реализация самостоятельной и мирной дипломатической политики

       Китай твердо идет по выбранному китайским народом пути развития и придерживается выбранного китайским народом общественного строя, не позволяя внешним силам вмешиваться во внутренние дела страны. Правительство Китая на основе пяти принципов мирного сосуществования развивает дружественное сотрудничество со всеми странами, не вступает в союзы ни с какими из стран и никогда не рассматривает различия в области общественного строя и идеологии в качестве определяющих факторов взаимоотношений. Китай с уважением относится к праву народа каждой из стран выбрать свой общественный строй и путь развития, не вмешивается во внутренние дела других стран, протестует против того, чтобы крупные и сильные страны притесняли небольшие и слабые страны, а также выступает против гегемонизма и проведения политики силы; он считает, что благодаря поиску общего при сохранении различий и посредством диалогов и консультаций страны могут разрешить любые противоречия и конфликты, не навязывая при этом свою волю другим странам. Китай, исходя из коренных интересов китайского народа и общих интересов народов всего мира, а также в соответствии с конкретными обстоятельствами того или иного вопроса, определяет свою позицию и политику, придерживаясь при этом принципов всеобщей справедливости и играя конструктивную роль в международных делах.

       Китай защищает коренные интересы государства. К коренным интересам Китая относятся следующие базовые гарантии: национальный суверенитет, национальная безопасность, территориальная целостность, единство страны, политический строй Китая, закрепленный Конституцией Китая, общественная стабильность, а также устойчивое социально-экономическое развитие.

      Китай уважает законные права каждой из стран на защиту своих коренных интересов; реализуя свое собственное развитие, он также всесторонне принимает во внимание озабоченности и интересы других стран, никогда не жертвует интересами других и не роет другим яму ради своих личных выгод.

       Китай объединяет интересы китайского народа и всеобщие интересы всех народов мира, расширяя точки пересечения интересов всех сторон; вместе с другими странами и регионами он создает и развивает сообщества интересов в различных сферах и на различных уровнях, содействует реализации общих интересов всего человечества, делая так, чтобы все могли разделить плоды прогресса человеческой цивилизации.

       — Продвижение новой концепции безопасности, основанной на взаимодоверии, взаимовыгоде, равноправии и взаимодействии.

      Китай продвигает новую концепцию безопасности, основанную на взаимодоверии, взаимовыгоде, равноправии и взаимодействии, стремится к реализации комплексной всеобщей безопасности, основывающейся на принципах сотрудничества.

      Китай уделяет большое внимание комплексной безопасности. В новых исторических условиях традиционные и нетрадиционные угрозы безопасности переплетаются друг с другом, поэтому содержание безопасности стало охватывать большие сферы. Международному сообществу нужно укреплять представления о комплексной безопасности, претворять в жизнь соответствующие политики и сочетать радикальные и паллиативные меры, чтобы совместно ответить на разнообразные вызовы в сфере безопасности, стоящие перед человечеством.

      Китай стремится к достижению всеобщей безопасности. В условиях экономической глобализации судьбы стран тесно связаны друг с другом, поэтому международное сообщество должно усилить осознание всеобщей безопасности, т. е. страны, заботясь о собственной безопасности, также должны учитывать озабоченности других стран в сфере безопасности. Странам следует отбросить представления времен «холодной войны» и объединение по противоборствующим друг с другом союзам, им необходимо посредством многостороннего сотрудничества защищать всеобщую безопасность и объединять усилия для прекращения конфликтов и войн. Китай считает, что необходимо всесторонне проявить роль ООН в деле защиты мира и безопасности, а также создать справедливый и эффективный механизм сотрудничества в области всеобщей безопасности.

      Китай продвигает безопасность на основах сотрудничества. Войны и антагонизм порождают порочный круг, когда насилие порождает новую вспышку насилия, поэтому диалог и переговоры выступают единственным эффективным и надежным способом преодолеть противоречия. Необходимо стремиться к миру на основах сотрудничества, с помощью сотрудничества защищать безопасность, избегать вооруженных конфликтов и продвигать гармонию, а также выступать против того, чтобы страны бряцали оружием или угрожали применением военной силы.

      —Придерживаться концепции ответственности перед международным сообществом

      Являясь развивающейся страной с самым большим в мире населением, Китай старательно занимается своими делами и решает свои проблемы, что является самым главным проявлением ответственного подхода Китая перед всем мировым сообществом. Являясь ответственным членом международного сообщества, Китай соблюдает международное право и общепринятые установки, действующие в международных отношениях, и добросовестно несет должную международную ответственность. Китай активно участвует в разработке реформ международной системы и международных правил, а также в упорядочении глобальных проблем, поддерживает развитие развивающихся стран и охраняет мир и стабильность на планете. Ситуация и уровень развития в каждой из стран намного отличаются друг от друга, поэтому нужно на основе принципа ответственности, прав и реальных возможностей, а также исходя из сил самой страны брать на себя соответствующую международную обязанность и проявлять конструктивную роль во имя общих интересов своей страны и всего человечества. Вослед непрерывному усилению мощи страны Китай будет по мере своих сил и возможностей брать на себя еще большую ответственность.

      — Придерживаться концепции добрососедского и дружественного регионального сотрудничества

      Китай активно разворачивает добрососедское и дружественное сотрудничество с окружающими странами, совместными усилиями продвигает строительство гармоничной Азии: он выступает за то, чтобы все страны региона уважали друг друга, укрепляли взаимодоверие, стремились к общим целям при сохранении различий, посредством переговоров, диалога и дружественных координаций разрешали различные противоречия и вопросы, включая споры по поводу территориальных прав и прав на морские акватории, а также совместными усилиями защищали мир и стабильность в регионе. Китай активизирует торгово-экономические контакты и взаимовыгодное сотрудничество, продвигает процесс экономической интеграции региона, совершенствует имеющиеся региональные и суб-региональные механизмы сотрудничества, занимает позицию открытости в отношении планов сотрудничества с другими регионами, приглашает другие страны, не относящиеся к соответствующему региону, сыграть конструктивную роль в деле поддержания мира и развития в регионе. Китай не стремится к установлению гегемонизма в регионе и не подавляет другие страны; процветание, развитие и долгосрочная стабильность Китая приносят окружающим странам новые шансы развития, а вовсе не создают никакой угрозы. Китай всегда придерживается «азиатского духа», характеризующегося неустанным стремлением к новым целям, целеустремленностью, открытостью, всеобъемлемостью и желанием разделить все трудности и преодолеть их совместными усилиями. Он был, есть и будет хорошим соседом, другом и партнером для всех стран Азии.

      IV. ПУТЬ МИРНОГО РАЗВИТИЯ ВЫСТУПАЕТ НЕИЗБЕЖНЫМ ИСТОРИЧЕСКИМ ВЫБОРОМ КИТАЯ

      Путь мирного развития выступает блестящей традицией китайской культуры, которую наследовали китайское правительство и китайский народ, стратегическим выбором, сделанным Китаем в соответствии с веяниями современной эпохи и коренными интересами Китая, а также внутренней потребностью развития Китая.

      — Мирное развитие является культурно-историческим наследием Китая

      Китайская культура издревле представляла мир как гармоничное единство. Такие представления глубоко повлияли на мышление и поступки китайцев и стали важными ценностными представлениями, на основе которых они регулируют отношения между людьми, между человеком и природой, а также между странами.

      Китайский народ издавна провозглашал идеи «Поддержание гармонии при сохранении различий», «Единство неба и человека» и «Гармония – это наибольшая ценность», стремясь на основе гармонии сплотить семьи и соседей, а также по-доброму относиться к другим. Культура, центральной концепцией которой выступает именно гармония, воспитала в китайцах такую национальную черту, как горячая любовь к миру. Знаменитый Великий шелковый путь был «великим» во многих областях: в областях торговли и культуры, а также в области пропагандирования Китаем идей мира; он стал ярким историческим свидетельством того, что древние китайцы всегда стремились к установлению дружественных контактов с другими странами и проведению взаимовыгодного сотрудничества. Знаменитый мореплаватель Чжэн Хэ, живший во времена династии Мин Китая, побывал в более 30 странах и районах Азии и Африки: это демонстрирует не только блестящую китайскую культуру и передовой научно-технический уровень Китайской цивилизации, но и мир и дружбу, пронесенную китайцами через поколения.

      Китайская нация, исповедующая принцип «Подобно тому как море вмещает в себя сотни рек, так и культура должна демонстрировать терпимость и всеобъемлемость», никогда не принимала в штыки иностранные культуры и всегда способствовала синтезу китайской и зарубежных культур, о чем свидетельствовали многочисленные изречения, дошедшие до нас. Китайский народ всегда высоко ставил понятие коллективного сознания и отличался чувством ответственности перед обществом, провозглашал политику «Не делай другим того, что не желаешь себе», уважал чужие культуры и чужие взгляды, заражал свои добрым примером окружающих и учитывал интересы других, никогда при этом не навязывая свою волю. Китай с древности демонстрировал уважение к иностранным культурам и поддерживал добрососедские отношения с окружающими странами и благоприятные обмены с далекими странами.

      Китайский народ, чья культура насчитывает более 5000 лет, наследовал блестящие традиции Китайской цивилизации и обогатил эти древние традиции содержанием новой эпохи.

      — Мирное развитие является требованием реалий страны

      Китай обладает огромным населением, но материальная основа страны достаточно слабая: с помощью 7,9% мировых пахотных земель и 6,5% мировых запасов пресной воды Китаю приходится кормить почти 20% населения Земного шара. Как сделать так, чтобы насчитывающее более 1,3 млрд. человек население смогло разделить результаты социально-экономического развития, и правительство при этом смогло удовлетворить непрерывно растущие потребности жизни и развития граждан, стало большой проблемой. В 2010 г. ВВП в Китае на душу населения приблизительно составил 4400 долларов США; по этому показателю Китай занял 100-е место в мире. Развитие городов и деревень, а также развитие различных районов протекает очень неравномерно; структурные противоречия социально-экономического развития все больше накаляются; трудности в области ресурсов и экологии, препятствующие процессу развития, становятся все более очевидными, а экономический рост по-прежнему чрезмерно зависит от материальных вливаний и ресурсозатрат; поэтому трансформация модели экономического развития представляется неотложной задачей. Способности Китая к самостоятельным инновациям достаточно слабы, в международной структуре производства и разделения труда в сфере торговли Китай, как и прежде, относится к нижнему звену отраслевой цепочки. Уровень жизни китайского народа по-прежнему невысок, система социального обеспечения далека от совершенства; в этих двух аспектах разница между Китаем и развитыми странами представляется огромной.

      Модернизация Китая – это модернизация одной пятой населения всего Земного шара, поэтому она представляет собой долгий и сложный исторический процесс. Все трудности и проблемы, возникающие в ходе этого процесса, будь то масштаб или сама степень трудности, являются беспрецедентными в современном мире и чрезвычайно редкими даже для истории человечества. Китай будет развивающейся страной еще на протяжении довольно длительного времени, поэтому Китаю необходимо концентрировать усилия для продвижения модернизации и разрешения вопросов развития и народного благосостояния, ему нужна мирная и стабильная международная обстановка, чтобы активизировать обмены и сотрудничество с зарубежными странами. Китай будет укреплять свои силы и способности во всех областях; мир всегда будет выступать главной предпосылкой развития, и страна ни за что не свернет с пути мирного развития. Реалии страны, культурные традиции, коренные интересы страны и долгосрочные интересы выступают решающим фактором и главной движущей силой в процессе мирного развития Китая.

      — Мирное развитие является выбором, отвечающим течению эпохи

      Мир и развитие выступают двумя главными лейтмотивами современной эпохи; мир, развитие и сотрудничество являются непреодолимым течением эпохи. Сейчас мир все больше диверсифицируется, экономическая глобализация вступила в этап глубокого развития, в международных отношениях остро назрела потребность к переменам, а международное сообщество оказалось перед многочисленными историческими проблемами. Поэтому все народы надеются, что их страны используют шансы, предоставляемые в процессе развития, и будут совместно противодействовать различным рискам.

      Экономическая глобализация становится главной тенденцией, оказывающей влияние на международные отношения. Страны, переживающие разные этапы развития, относящиеся к разным группам и отличающиеся различными общественно-политическими строями, находятся во взаимозависимых отношениях, и их интересы пересекаются, в результате чего формируется сообщество, характеризующееся общими интересами и высокой взаимозависимостью. Человечество не вынесет еще одной мировой войны: если в мире назреет всесторонний конфликт и противостояние, то все станут его жертвами.

      Вызовы со стороны глобализации стали главной угрозой современному миру. Проблемы в области безопасности всего человечества становятся все более актуальными; такие жизненно важные проблемы человечества, как терроризм, распространение оружия массового уничтожения, финансовый кризис, серьезные стихийные бедствия, климатические изменения, безопасность энергоносителей, продовольственная безопасность и безопасность общественной медицины, и вопросы поддержания устойчивого социально-экономического развития во всем мире нарастают день ото дня. Ни одна из стран не может решать такие проблемы самостоятельно, международному сообществу нужно объединить усилия и противодействовать этим вызовам совместными силами. Если посредством всестороннего международного сотрудничества не получится сдержать распространение неблагоприятных факторов, то процессы мира и развития на всей планете столкнутся с огромными препятствиями и даже, возможно, потерпят крах.

      Процесс развития мировой диверсификации является неостановимым. Силы стран с быстро развивающимися рынками, региональных объединений и таких регионов, как Азия, постоянно укрепляются; все более зрелыми представляются действия негосударственных объединений, за счет расширяющегося влияния экономической глобализации и социальной информатизации они становятся важными силами в каждой из стран и на международной арене.

      Только следование тенденциям современного мира и эпохи может привести к развитию и процветанию. Международное сообщество должно искоренить устаревшую модель антагонистической борьбы в международных взаимоотношениях, отбросить опасное мышление времен «холодной войны» и военные настроения, а также напрочь забыть про старый путь, постоянно втягивающий человечество в бесчисленные войны. Страны должны с позиций связанного жизненными интересами сообщества вооружиться новыми концепциями общего преодоления трудностей и взаимовыигрышного взаимодействия, устремиться к созданию новой обстановки, характеризующейся взаимодействием разнообразных культур и заимствованием друг у друга ценного опыта, и новому содержанию, воплощающему совместные интересы и ценности всего человечества, а также встать на новый путь, характеризующийся всеобъемлющим развитием и совместным противостоянием актуальным вызовам. Человечеству необходим мир и не нужна война, необходимо развитие и не нужен застой, необходим диалог и не нужно противостояние, необходимо понимание и не нужны барьеры: в этом заключается великая тенденция современного развития, которой хотят следовать народы всех стран. Путь мирного развития, которому следует Китай, является неизбежным выбором, сделанным Китаем в условиях эпохи.

      V. ЗНАЧЕНИЕ МИРНОГО РАЗВИТИЯ КИТАЯ ДЛЯ ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

      Путь мирного развития – это путь развития нового типа, разработанный самой большой в мире развивающейся страной, т. е. Китаем. С течением времени этот путь будет демонстрировать все большее общемировое значение. Для того чтобы данный путь был успешен, необходимы неустанные усилия всего китайского народа, а также необходимы понимание и поддержка со стороны внешнего мира.

      Мирное развитие Китая развенчало традиционный миф о том, что, укрепив свою государственную мощь, страна всегда превращается в гегемона. Колонизаторство, расширение своего влияния, распространение военной силы и др. – все это относится к старому пути, на который вставали многие державы после своего подъема в период новой истории. Особенно это проявилось в XX в., когда гегемонистские настроения, конфронтация лагерей сил и вооруженные столкновения привели к двум мировым войнам. Китай выбрал мирное развитие и взаимовыгодное сотрудничество в качестве основного пути проведения модернизации страны, участия в международных делах и урегулирования международных отношений: этот выбор был сделан на основе культурно-исторических традиций Китайской цивилизации, насчитывающих несколько тысячелетий, понимания сущности экономической глобализации, осознания изменений, произошедших в международных отношениях и в архитектонике международной безопасности в XXI в., а также исходя из понимания общих ценностей и общих интересов всего человечества. Практический опыт, накопленный за последние несколько десятилетий, доказал, что выбранный Китаем путь мирного развития является абсолютно правильным и верным, и у страны нет никаких оснований для уклонений от этого пути.

       Экономическая глобализация и научно-техническая революция предоставили еще большему ряду стран исторические условия для реализации возрождения посредством экономического развития и взаимовыгодного сотрудничества; таким образом, многие развивающиеся страны смогли встать на путь быстрого развития. Именно благодаря этому увеличились масштаб мировой экономики и пространство для развития, заметно усилилась способность международного сообщества противостоять экономическим и финансовым рискам, а реформа системы международной экономики получила новый движитель прогресса. Мирное развитие Китая полностью отвечает общей тенденции развития всего мира, Китай поддерживает развивающиеся страны в их намерении взять судьбу в свои руки и провести необходимые преобразования, а также поддерживает развитые страны в их намерении продолжать развитие и добиваться большего процветания.

      Сегодня, когда в мире происходят беспрецедентные изменения, все «-измы», строи, модели и пути проходят испытание эпохой и практикой. Реалии стран очень неоднородны, в мире не существует идеальной и всемогущей модели развития, которая бы оставалась неизменной: странам нужно выбирать путь развития, который лучше всего подходит их реалиям. Путь развития Китая сформировался исходя из реалий страны. Китай глубоко осознал важность и долгосрочность пути мирного развития, а также глубину и сложность перемен, происходящих внутри страны и за рубежом, поэтому он будет уделять еще большее внимание обобщению и внедрению собственного успешного опыта, заимствованию полезного опыта других стран и изучению новых вопросов и новых вызовов, которые ожидают его впереди, чтобы расширить перспективы дальнейшего мирного развития.

      В своем развитии Китай не может обойтись без мира, а для процветания и стабильности мира также необходим Китай. Результаты в области развития, которых достиг Китай, тесно связаны с дружественным сотрудничеством Китая со всеми странами мира. В дальнейшем Китай будет еще более нуждаться в понимании и поддержке со стороны международного сообщества. Мы от всей души благодарны странам и их народам за понимание, заботу, поддержку и помощь, оказанные Китаю в процессе развития. Путь мирного развития, выбранный Китаем, чье население насчитывает более 1 млрд. человек, – это результат великих изысканий и практики в истории развития человечества, и так как наши дела и поступки, совершенные на этом пути, не могут быть абсолютно идеальными и совершенными, мы приглашаем всех высказывать дружеские замечания и предложения. Мы искренне надеемся, что международное сообщество сможет более всесторонне понять традиции древней китайской культуры, будет уважать то, с каким пиететом относится китайский народ к национальному суверенитету, безопасности, территориальной целостности и социальной стабильности, осознает, что, будучи самой большой развивающейся страной в мире, Китаю необходимо постепенно разрешать проблемы развития и что китайский народ мечтает как можно скорее отбросить бедность и зажить благоустроенной жизнью, поверит в искренность и решимость китайского народа, идущего по пути мирного развития, и будут поддерживать процесс мирного развития Китая, а не создавать на этом пути ненужные препятствия.

      Оглядываясь назад в историю и размышляя о дальнейших перспективах, мы твердо верим, что развивающийся и процветающий, демократический и законный, гармоничный и стабильный Китай непременно внесет еще больший вклад в развитие всего мира. Китайский народ будет вместе с народами всех стран прикладывать неустанные усилия для реализации прекрасных надежд человечества.

16 деталей быта в Китае, которые никогда не поймет наш человек

Китай — жемчужина Востока, страна с многовековой историей и потрясающей культурой. Казалось бы, чего мы можем не знать об этой стране и ее жителях? Однако китайцы продолжают нас ошеломлять. Такое впечатление, будто Китай — это не отдельное государство, а другая Вселенная. Ну где еще запрещена реинкарнация, а вместо полицейских собак — гуси?

AdMe.ru одним глазком заглянул в дивный мир Поднебесной и решил поделиться с вами ошарашивающими фактами о ней. В конце статьи мы подготовили небольшой бонус в виде двух историй о быте китайцев от россиянки, переехавшей в эту страну.

Гусиная полиция

Полиция в сельских районах китайской провинции Синьцзян вместо собак берет на службу гусей. Обученные птицы охраняют полицейские участки. Слух и зрение у них не хуже, чем у собак, а их агрессивность и ярко выраженный инстинкт защиты территории позволяют гусям быть более неистовыми охранниками, чем собаки.

Геймеры проходят принудительную реабилитацию

В Китае запрещены Facebook, Twitter, Google и игровые приставки. Но количество молодых интернет-зависимых китайцев все равно достаточно велико. Поэтому по всей стране построили лагеря для реабилитации геймеров. В них молодые люди проходят интенсивный курс физической подготовки и даже спят в камерах.

Если родители понимают, что у них не получается самостоятельно помочь своему ребенку справиться с интернет-зависимостью, они могут отправить его в так называемый учебный лагерь. За последние годы число таких учреждений в Китае выросло. Некоторые из них — государственные, но большинство представляют собой частные центры и школы. И пока подобные заведения остаются довольно популярными.

Реинкарнация вне закона

Тибетские буддисты верят, что ламы и другие религиозные деятели могут сознательно влиять на то, как они возрождаются, и часто перерождаются много раз, чтобы продолжать свои религиозные занятия. Таких людей называют «тулку» и верят, что они являются «живыми Буддами». В 2007 году правительство Китая приняло постановление, согласно которому каждый из этих людей, планирующих возродиться, должен заполнить заявление и подать его в несколько правительственных учреждений на утверждение.

Многие китайцы до сих пор живут в пещерах

Яодун, или дом-пещера, — это особая форма земляного убежища, распространенная на территории Лёссового плато на севере Китая. Как правило, такие жилища вырезаны на склоне холма или выкопаны горизонтально. За счет особой конструкции зимой в домах-пещерах тепло, а летом сохраняется прохлада. Около 40 млн человек в Северном Китае живут в яодунах (по данным на 2006 год).

Один часовой пояс

В Китае насчитывается 4 часовых пояса, но официально во всей стране действует единое время, которое определяется по времени в Пекине. В результате в Синьцзяне, на самом западе страны, официально зимой солнце встает около 10:00.

Деньги как божество

В Китае к деньгам относятся по-особенному: их уважают и чтят как божество. Поэтому на любые праздники принято дарить только деньги, причем обязательно в красном конверте. Если вы подарите кому-то деньги без конверта, то их просто не возьмут. Красный цвет в китайской культуре символизирует жизнь и благополучие.

В Китае не принято выпускать выходящих из вагона метро

В основном в китайском метро есть специальные очереди для каждой двери вагона, и в час пик они огромны. Поэтому никто никого не пропускает: если тебе нужно выйти на этой станции, тогда проталкивайся через толпу людей. Никто и слова не скажет — все так делают. Вообще китайцы не особо вежливы, и нормы этикета у нас с ними очень различаются.

Число «666» в Китае счастливое

Из-за созвучности с определенным китайском словом цифра может считаться счастливой или наоборот. Например, цифра «4» (sì) созвучна со словом «смерть» и всячески игнорируется китайцами. Цифра «6» (liù) означает удачу, а сочетание 3 шестерок — вообще суперудача, поэтому число «666» часто используют в рекламе, на стикерах и в переписках.

Субпродукты в 2 раза дороже мяса

Прежде всего надо запомнить, что в магазинах Китая цена указывается за 0,5 кг. В супермаркетах много непривычных нам продуктов — это не только экзотические фрукты и странные сладости, но и куриные лапки, головы и прочие субпродукты. Мы покупаем такое только на суп или как корм для домашних животных, а китайцы, наоборот, употребляют их в еду, особенно любят куриные лапки. В них много коллагена, что хорошо влияет на здоровье кожи, а вот печень и почки они не едят. Поэтому субпродукты в Китае стоят дороже мяса.

Живые лягушки в супермаркетах

Как таковой китайской кухни не существует — у каждого региона страны своя особая кулинария и блюда. Но большинство китайцев не пьют коровье молоко и не употребляют молочные продукты, так как у многих непереносимость лактозы. Зато почти везде в китайских магазинах можно купить черепах или лягушек, которых могут разделать для покупателя.

Значение слова зависит от того, как его произнести

Об уникальности и сложности китайского языка можно написать не одну диссертацию, но вот пример, который покажет вам, в чем заключается его главная особенность. Китайский — тональный язык, то есть одно и то же слово, произнесенное разными тонами, будет означать абсолютно разные вещи. Китайская скороговорка: Shí shì shī shì shī shì, shì shī, shì shí shí shī. Shì shí shí shì shì shì shī. Shí shí, shì shí shī shì shì. Shì shí, shì shī shì shì shì. Shì shì shì shí shī, shì shǐ shì, shǐ shì shí shī shì shì. Shì shí shì shí shī shī, shì shí shì. Shí shì shī, shì shǐ shì shì shí shì. Shí shì shì, shì shǐ shì shí shí shī shī. Shí shí, shǐ shì shì shí shī shī, shí shí shí shī shī. Shì shì shì shì.

На русском же это звучит как: «В каменном доме жил поэт, львов любивший, он поклялся съесть 10 львов. Утром он пошел на рынок. По чистой случайности на рынке появились 10 львов. Когда поэт увидел львов, он выстрелил 10 стрел, и 10 львов умерли. Взамен он получил 10 львиных туш и вернулся в дом. Когда он съел 10 мертвых львов, он понял, что это были 10 каменных львов».

Муж обеспечивает семью и ведет домашнее хозяйство самостоятельно

Девушка, переехавшая жить и работать в Китай, рассказала в своем блоге на YouTube о том, что ее удивляет в этой стране. По ее наблюдениям, здесь муж обеспечивает семью и ведет домашнее хозяйство. Он убирает, готовит и зарабатывает деньги. Единственное, что должна женщина, — это воспитать детей. То есть мама занимается тем, что водит детей в школы, кружки, секции, а все остальное делает папа.

Бонус: россиянка переехала в Китай и рассказала об особенностях местной жизни

«Мой близкий друг — китаец был страшно обижен, когда я сказала, что тофу воняет и никто такое есть не станет. Я извинялась много раз, однако это не спасло нашу дружбу».

«Если выйдете на улицу в кофточке с декольте, будьте готовы к тому, что любой богатый китаец может подойти к вам и сделать недвусмысленное предложение. Декольте тут — моветон».

А вы были в Китае? С какими особенностями этой страны столкнулись вы?

World Report 2020: Китай как источник глобальной угрозы правам человека

Неважно, где я буду, какой паспорт у меня будет. Меня все равно будут терроризировать [китайские власти], и я ничего не могу с этим поделать.

- Уйгур-мусульманин с гражданством ЕС в Вашингтоне, сентябрь 2019 г.

Китайское правительство видит в правах человека экзистенциальную угрозу для себя, и действия, которые оно в связи с этим предпринимает, чреваты экзистенциальной угрозой для прав человека в глобальном масштабе.

Коммунистическая партия Китая, опасаясь утратить монополию на власть в случае политической либерализации, выстроило в стране суперсовременную оруэлловскую сеть тотальной государственной электронной слежки и изощренную систему интернет-цензуры, чтобы выявлять и пресекать любую несанкционированную критику. За рубежом растущее экономическое влияние используется Пекином как для принуждения критиков к молчанию, так и для развертывания самого мощного наступления на глобальную систему гарантий прав и свобод человека со времени начала ее формирования в середине XX века.

Усилия властей долгое время уделялись были сосредоточены на создании и отладке «Великого китайского файрвола», чтобы до внутренней аудитории не доходила никакая внешняя критика в адрес партии и государства. Теперь власти все больше переходят к нейтрализации уже самих источников критики – вне зависимости от того, идет ли речь о зарубежных правительствах, корпорациях и университетах или об отдельных выразителях реального или виртуального протеста.

Только в сегодняшнем Китае государство одновременно отправляет на принудительное политическое перевоспитание миллион представителей этнического меньшинства и при этом дотягивается до каждого, кто рискнет выступить против репрессий. Разумеется, серьезные нарушения прав человека совершаются и в других странах, но нигде больше правительство настолько энергично и демонстративно не играет политическими мускулами, чтобы подорвать международные стандарты прав человека и институты обеспечения ответственности.

Если не дать этому отпор, то нас ждет антиутопия, в которой никто не избегнет внимания китайских цензоров, а международная система защиты прав человека будет настолько ослаблена, что не сможет больше выполнять роль ограничителя произвола государства.

Конечно, китайские власти и компартия – это не единственный на сегодня источник угроз правам и свободам, и о других угрозах подробно рассказывается в нашем Всемирном докладе – 2020.

Стороны многих вооруженных конфликтов, таких как сирийский и йеменский, открыто попирают международные договоры и обычаи, призванные ограждать гражданское население от опасностей войны, будь то запрет на применение химического оружия или запрет на бомбежки больниц.

Во многих странах популисты автократического толка приходят к власти на волне демонизирования меньшинств, после чего закрепляются, нейтрализуя сдержки и противовесы, включая независимых журналистов, судей и активистов. Некоторые, как президент США Дональд Трамп, премьер-министр Индии Нарендра Моди и президент Бразилии Жаир Болсонару, пытаются накинуть узду на тот же самый свод международных норм о правах человека, который хочет выхолостить и Китай, продавая публике историю о борьбе с «глобалистами», берущимися утверждать, что правительства всех стран должны подчиняться одним и тем же стандартам.

Некоторые государства, на внешнеполитическую поддержку прав человека со стороны которых когда-то можно рассчитывать хотя бы время от времени, во многом охладели к этим вопросам. Другие, поглощенные проблемами у себя дома, на международном уровне действуют вполсилы.

Все это не может не удручать, но даже на таком фоне Китай резко выделяется широтой и напором наступления на права и свободы. В итоге правозащитное движение оказалось в ситуации «идеального шторма»: могучее централизованное государство, компания лидеров-единомышленников, дефицит лидерства со стороны тех стран, которые могли бы вступиться за права человека, и в довершение картины – довольно разочаровывающая компания разнокалиберных демократий, наперебой пытающихся продать веревку для удушения той самой системы прав, работу которой они, в теории, должны были бы обеспечивать.

Мотивы Пекина

В основе нынешней китайской политики лежит хрупкость власти, основанной на репрессиях, по сравнению с той, которая строится на общественном согласии. После десятилетий впечатляющего экономического роста, который обеспечили сотни миллионов китайцев, получивших определенную свободу и своим трудом поднявшиеся из нищеты, Компартия Китая все еще боится собственного народа.

Внешне уверенная в своем праве представлять народ, КПК опасается последствий, разреши она свободную общественную дискуссию и самоорганизацию политических сил, поэтому и не готово ставить себя под контроль общества.

В результате китайскому руководству приходится справляться с огромной и сложной экономикой без привлечения общества и без дискуссий, которые невозможны без политической свободы. Отдавая себе отчет в том, что при отсутствии выборов легитимность власти в глазах народа во многом определяется экономическими успехами, элита опасается, что замедление экономического роста вызовет нарастание запроса на большее участие граждан в делах государства. Такой запрос – глубинная реальность, и ее не изменить ни националистической пропагандой «китайской мечты», ни победными сводками с неоднозначного фронта борьбы с коррупцией.

На выходе при Си Цзиньпине сложился самый жесткий режим за последние десятилетия. Недолгая и небольшая оттепель, во время которой появились некоторые возможности выражения мнений по общественно значимым вопросам, была решительно прекращена, а гражданские группы и независимая журналистика ликвидированы. Онлайновые дискуссии свернулись под давлением цензуры, и на смену им пришло организованное славословие. Этнические и религиозные меньшинства подвергаются массированным преследованиям. Сломив намечавшейся было тренд на верховенство права, укрепилась привычная для компартии система, при которой закон обслуживает интересы власти. Серьезному испытанию подвергается Гонконг с его ограниченным набором свобод, дозволенных в рамках политики «одна страна, две системы».

Председатель Си стал самым могущественным правителем Китая со времен «Великого кормчего». Он выстроил откровенный культ личности и ликвидировал ограничение срока своего пребывания у власти. В стране идет массированная пропаганда «Мысли Си Цзиньпина»,  людям предлагается образ будущего в виде сильного, но автократического Китая. Чтобы гарантировать свое главенство над реальными нуждами и чаяниями граждан, партия развернула тотальное наступление на политические свободы, которые могли бы поставить под сомнение единодушную поддержку ее «руководящей и направляющей» роли.

Государство тотальной слежки

В Китае больше, чем где бы то ни было еще, репрессии поставлены на высочайший технологический уровень. В Синьцзяне с его 13 миллионами мусульман (уйгуров, казахов и других тюркских меньшинств) уже обкатана доселе невиданная зловещая система тотальной электронной слежки за населением. Компартия Китая давно хотела иметь возможность отслеживать малейшие признаки инакомыслия, и теперь, при наличии ресурсов и технологий, это становится реальностью, в которую трудно поверить.

Все начиналось под предлогом недопущения повторения насильственных инцидентов, которые несколько лет назад совершали якобы сепаратисты, но затем быстро переросло любые разумные рамки безопасности. Миллион чиновников и членов партии был мобилизован на роль незваных «гостей», которые должны регулярно «навещать» определенные мусульманские семьи, причем иногда даже с ночевкой. Им вменяется в обязанность выявлять «проблемы» и сообщать куда следует, если люди, например, совершают намаз или иным образом проявляют себя как соблюдающие мусульмане, контактируют с родственниками за рубежом или не проявляют достаточной, то есть абсолютной, лояльности КПК.

Такая «работа с населением» составляет лишь вершину айсберга и чем-то напоминает аналоговые технологии в сравнении с цифровыми. Как и в технике, китайские власти быстро перешли на цифру: увешали весь Синьцзян камерами, подключив их к системе распознавания лиц, разработали мобильные приложения, интегрированные с результатами наблюдений «гостей» и данными с электронных контрольно-пропускных пунктов, и организовали обработку всего получившегося массива информации так же, как это делается с большими данными.

На основании получившегося электронного досье принимается решение относительно целесообразности «перевоспитания». За последние десятилетия мир не видел сопоставимой по масштабам с Синьцзяном системы лагерей, куда на неопределенный срок отправили на «политическое перевоспитание» не меньшей миллиона мусульман тюркского происхождения. Параллельно возникла система детских домов и школ-интернатов для образующихся при этом «сирот», которых также подвергают идеологической обработке. Впрочем, в обычных школах Синьцзяна зачастую происходит то же самое.

Судя по всему, задача-максимум состоит в том, чтобы полностью лишить мусульман религиозной и этнической идентичности и самостоятельной политической позиции. Чтобы выйти из лагеря, нужно убедить кураторов в том, что ты говоришь по-китайски и думаешь как «правильный» китаец, то есть никакого ислама и безграничная преданность Председателю Си и КПК. Фактически, мы наблюдаем амбициозную попытку тоталитарного режима по воспитанию лояльности методом промывания мозгов.

Аналогичные методы тотальной слежки и формирования поведенческих установок внедряются и в масштабах всей огромной страны. Прежде всего здесь стоит отметить «социальный кредит», с помощью которого государство рассчитывает формировать нужное поведение граждан, снимая баллы, скажем, за такие вещи, как переход улицы в неположенном месте или неуплата штрафа, и начисляя их за «послушание». Итоговый рейтинг благонадежности определяет доступ к желаемым социальным благам, таким как возможность жить в привлекательном городе и отдать детей в привилегированную школу или просто купить билет на самолет или высокоскоростной поезд. Пока политические критерии не включаются в расчет рейтинга, но добавить их не составит большого труда.

Опасность в том, что государство тотальной слежки легко превращается в экспортный товар. Мало найдется стран, которые могли бы позволить себе роскошь, как в Синьцзяне, приставить куратора едва не к каждому потенциальному смутьяну, а вот технологические наработки все больше принимают вид доступных всем желающим готовых решений, и это вызывает интерес у государств, где не слишком принято ценить приватность, - Кыргызстана, Филиппин, Зимбабве. На этом рынке есть предложения не только из Китая, но и из Германии, Израиля и Великобритании, однако Китай берет выгодной ценой, и это привлекает правительства, которые присматриваются к китайскому опыту.

Китайская модель процветающей диктатуры

Многие автократы с завистью поглядывают на китайский набор из успешного экономического развития, стремительной модернизации и внешне незыблемого политического режима. Мало того, Китай не входит в число стран-изгоев. Наоборот: правительству КНР не приходится жаловаться на дефицит международных партнеров, китайского лидера, которого вообще-то напрямую никто не избирал, везде встречают по высшему разряду, и страна проводит такие престижные мероприятия, как зимняя Олимпиада – 2022. Миру предлагается образ открытого, радушного и сильного Китая – при том, что в своей внутренней политике страна все дальше скатывается в жесткую автократию.

Одно время было принято считать, что рост китайской экономики приведет к появлению среднего класса, который рано или поздно заявит о своих правах. Такая перспектива порождала удобный тезис о ненужности давления на Пекин и осуждения репрессий вместо этого достаточно наращивать торговлю с ним.

Сегодня ряды адептов этой оппортунистической логики сильно поредели, но большинство государств нашли новые оправдания, чтобы сохранить статус кво. Они по-прежнему стараются не упускать экономических возможностей, которые дает сотрудничество с Китаем, но теперь уже не претендуют на то, что у них есть стратегия, как улучшить ситуацию с правами человека в этой стране.

На самом деле, Компартия Китая показала, как экономический рост способен укрепить диктатуру, обеспечивая ее ресурсами, которые позволяют тратить на сохранение власти столько, сколько нужно, не стесняя себя в расходах. Можно содержать легионы сотрудников госбезопасности, поддерживать режим цензуры и строить государство тотальной слежки. Наличие у автократического режима мощной ресурсной базы не оставляет рядовым китайцам шансов на то, чтобы хоть в какой-то степени влиять на управление государством.

Такая ситуация – источник наслаждения для диктаторов всего мира. Они теперь могут кивать на Китай и убеждать нас в том, что тоже способны принести своим народам процветание без оглядки на такие ненужные раздражители, как свободная дискуссия или состязательные выборы. История неподотчетных режимов изобилует примерами сокрушительных провалов в экономике, но на это можно с комфортом закрывать глаза.

На каждый пример выдающегося авторитарного реформатора, каким был, скажем, покойный сингапурский лидер Ли Куан Ю, найдется целый сонм тех, кто привел свою страну к краху. Это и Роберт Мугабе в Зимбабве, и Николас Мадуро в Венесуэле, и Абдель Фаттах ас-Сиси в Египте, и Омар эль-Башир в Судане, и Теодоро Обианг Нгема Мбасого в Экваториальной Гвинее. Неподотчетные народу правительства всегда склонны ставить во главу угла собственные интересы – собственную власть, собственную семью, собственное окружение. Чаще всего это ввергает нацию в разруху, застой и беспросветную бедность (порой еще и с гиперинфляцией), когда разваливается все от здравоохранения до экономики.

Даже в Китае на право голоса могут рассчитывать лишь те, кто встроен в систему экономического роста. Чиновники могут на разные лады превозносить экономические успехи, но при этом они не пропускают информацию о растущей пропасти неравенства, дискриминации в доступе к социальной поддержке, селективных уголовных делах против коррупционеров, а также о том, что в сельских районах каждого пятого ребенка бросают родители, отправляясь на заработки вдалеке от дома. Нам не рассказывают ни о принудительном сносе, выселениях, травмах и смертях, которые порой сопровождают гигантские инфраструктурные проекты, ни об инвалидности, приобретаемой из-за небезопасных и нерегулируемых продуктов и лекарств. Доходит до того, что официальная статистика сознательно занижает число людей с инвалидностью.

Кстати, если уж говорить о Китае, то не нужно углубляться далеко в историю, чтобы найти пример того, как дорого может обойтись людям неподотчетное правительство. При той же КПК, которая сегодня продвигает китайское экономическое чудо, десятки миллионов человек полегли во время «культурной революции» и «большого скачка». По историческим меркам это было едва ли не вчера.

Китай против универсальных норм

Чтобы не стать предметом осуждения на международной арене за попрание прав человека в собственной стране, китайское правительство предпринимает попытки выхолостить международные механизмы защиты прав и свобод. Пекин много лет парировал озабоченности других государств, представляя это как вмешательство во внутренние дела, но такая риторика во многом носила дежурный характер. Сегодня Китай перешел к неприкрытому давлению на зарубежные правительства, требуя от них горячей поддержки на международных форумах и солидарного участия в его нападках на всю систему международных гарантий прав человека.

Складывается впечатление, что Пекин методично выстраивает сеть государств-сателлитов, зависящих от него в том, что касается помощи или бизнес-проектов. Несогласные рискуют столкнуться с последствиями, как это было с угрозами в адрес Швеции, когда независимая шведская организация наградила премией гонконгского издателя со шведским гражданством, который перед этим был подвергнут китайскими властями аресту и насильственному исчезновению за выпуск книг с критикой в адрес правительства Китая.

Фактически, сегодняшний Пекин противопоставляет себя базовым целям международной правозащитной системы. Там, где другие видят преследования людей, чьи права нуждаются в защите, китайское руководство усматривает опасный прецедент для самих себя. Пользуясь своим весом и голосом вплоть до права вето в Совете Безопасности, Пекин пытается блокировать попытки ООН защитить самые преследуемые народы, будь то сирийцы, которых без разбора бомбит авиация Москвы и Дамаска, мусульмане-рохинья, которых гонят на чужбину убийства, изнасилования и поджоги со стороны мьянманских военных, йеменцы, которые из-за бомбежек и блокады со стороны аравийской коалиции оказались в ситуации гуманитарной катастрофы, или венесуэльцы, переживающие жесточайший экономический кризис из-за коррумпированного и бездарного управления Николаса Мадуро. Во всех этих ситуациях Китаю удобнее бросить целые народы на произвол судьбы, чем создавать прецедент защиты прав и свобод, который может бумерангом ударить по нему самому.

Пекин редко действует напролом. Чаще он формально присоединяется к международным договорам о правах человека, но потом пытается по-своему толковать их или подрывать их выполнение. Китайская дипломатия научилась имитировать сотрудничество с договорными органами ООН и одновременно саботировать содержательное обсуждение. Своих оппозиционеров китайские власти не выпускают за рубеж, не дают доступ в страну ключевым международным экспертам, мобилизуют союзников, многие из которых сами печально известны собственными репрессиями, и нередко предъявляют откровенную дезинформацию.

Даже в вопросе экономических Пекин не приветствует независимую оценку, поскольку в таком случае речь будет идти не об излюбленном показателе роста ВВП, а о положении не самых благополучных групп общества, включая преследуемые меньшинства и оставшееся в сельских районах население. И конечно, правительство не спешит сдавать экзамен на соблюдение гражданских и политических прав, поскольку положительная оценка предполагает наличие системы подотчетности власти – той самой подотчетности гражданским активистам, независимым журналистам, политическим партиям, независимым судьям и избирателям на свободных и справедливых выборах, которой это правительство всеми силами стремится избежать.

Попутчики

Будучи бесспорным лидером глобального наступления на права человека, Китай к тому же не испытывает недостатка в союзниках. К числу последних принадлежат разного рода диктаторы, авторитарные правители и монархи, имеющие собственный интерес в том, чтобы ослабить систему защиты прав человека, перед которой в противном случае им самим, возможно, в какой-то момент пришлось бы держать ответ. Сюда же подтягиваются правительства, корпорации и даже научные организации, принципиально не имеющие возражений против прав человека, но в первую очередь заинтересованные в том, чтобы так или иначе пристроиться к китайскому экономическому чуду.

Ситуация осложняется тем, что несколько государств, на помощь которых в деле защиты прав человека можно было бы, как прежде, уверенно рассчитывать, сегодня числятся в «пропавших без вести». Президенту США Дональду Трампу интереснее выстраивать союзы с автократами, чем отстаивать попираемые такими союзниками права и свободы. Евросоюзу выработать единую принципиальную позицию по правам человека мешают Брекзит, националистическая повестка отдельных государств-членов и разногласия по миграционным вопросам. Демократические правительства зачастую отделывались символической и избирательной поддержкой даже на фоне новой волны протестов по всему миру, когда в Алжире, Судане, Ливане, Ираке, Боливии, России и Гонконге люди выходили на улицы под лозунгами прав человека, демократии и законности.

Справедливости ради нужно отметить, что всё же не все и не всегда молчаливо соглашаются с китайской позицией. В июле на Совете ООН по правам человека впервые целых 25 государств выразили обеспокоенность чрезвычайными мерами, практикуемыми Пекином в Синьцзяне. Любопытно при этом, что ни одна из этих делегаций не проявила готовности зачитать совместное заявление, как это принято в Совете. Вместо этого, прикрывшись солидарной ответственностью, они представили его в письменном виде. В октябре на Генассамблее Великобритания уже вслух огласила параллельное заявление аналогичной коалиции, но июльская история показывает, до какой степени даже самые принципиальные страны не готовы один на один выступить против Китая. Именно этим, несмотря на масштабы нарушений, во многом объясняется тот статус «вне критики», которым с недавних пор стал пользоваться Китай в международном сообществе.

Пекину не пришлось прикладывать значительных усилий, чтобы мобилизовать группу поддержки. За двумя упомянутыми коллективными демаршами последовала внушительная демонстрация в защиту «мер по борьбе с терроризмом и радикализацией в Синьцзяне», в результате которых у населения повысилось «ощущение счастья, воплощения своих чаяний и безопасности». В числе целых 54-х подписантов этого документа оказались такие общеизвестные страны – нарушители прав человека, как Россия, Сирия, КНДР, Мьянма, Беларусь, Венесуэла и Саудовская Аравия. Можно по-разному оценивать убедительность такой поддержки, но простая арифметика объясняет, насколько трудно приходится тем немногим государствам, которые готовы бросать вызов Пекину по вопросам прав человека.

Казалось бы, на защиту мусульман Синьцзяна должна была встать объединяющая 57 государств Организация исламского сотрудничества (ОИС), как это было во время этнических чисток рохинья в Мьянме. Вместо этого ОИС стала благодарить Пекин за «заботу», которой он «окружает граждан-мусульман». Первую скрипку в этом хоре играл Пакистан, хотя в силу своего статуса в ОИС Исламабад был просто обязан поставить вопрос о нарушениях прав мусульманского населения.

Нельзя не отметить, однако, что входящие в ОИС Турция и Албания поддержали призыв провести независимую ооновскую оценку ситуации в Синьцзяне, а Катар уклонился от поддержки китайского встречного заявления. Всего около половины стран – членов ОИС не стали подписываться под китайскими попытками обелить происходящее в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР). Это важный первый шаг, но этого далеко не достаточно с учетом масштабов нарушений.

ОИС и другие государства из числа тех, которые не склонны идти на обострение с Пекином, также участвовали в пропагандистских поездках в Синьцзян, которые правительство организовывало в ответ на критику его лагерей «политического перевоспитания». Выстраивая «Великую китайскую стену дезинформации», власти рассказывали, что это всего лишь такое «профессионально-техническое обучение» и устраивали визиты делегаций дипломатов и журналистов для организованного знакомились с некоторыми «обучающимися». Малейшей возможности неподцензурного общения с «контингентом» хватало, чтобы этот нехитрый камуфляж рассыпался как карточный домик. Постановочные визиты зачастую были организованы настолько топорно, что их авторы разоблачали сами себя: например, во время одного из посещений контингенту было велено петь – на английском – детскую песенку «Если вы счастливы и знаете это – хлопаем в ладоши!»

По большому счету, организаторы «ознакомительных туров» изначально не ставили перед собой цель всерьез убедить кого-то: нужно было просто обеспечить другим государством удобный предлог, чтобы избавить их от необходимости критиковать китайские власти. Такой фиговый листок, за которым можно спрятаться, своеобразное алиби для равнодушных.

Немногим иначе обстояло дело с приезжавшими в Китай мировыми лидерами, в том числе теми, которые привыкли позиционировать себя активными защитниками прав человека. Например, президент Франции Эммануэль Макрон во время своего визита в ноябре 2019-го публично ничего не сказал о правах и свободах. Чаще всего такое молчание объясняли тем, что соответствующие вопросы ставились перед китайской стороной при закрытых дверях. В то же время нет никаких или почти никаких признаков того, чтобы непубличное обсуждение прав человека приводило к сколько-нибудь ощутимым результатам.

Непубличная дипломатия сама по себе никак не сказывается на репутации правительства, заинтересованного в признании его легитимности и в том, чтобы в мире его принимали как респектабельного члена международного сообщества. Наоборот, протокольные фотографии с излучающими улыбки официальными лицами при публичном молчании о правах человека сигнализирую миру – и, самое важное, китайскому народу, который больше всех в этом заинтересован, - о том, что очередному высокому гостю безразличны репрессии китайских властей.

Слагаемые китайской влиятельности

Отчасти парировать правозащитную критику китайским властям помогает централизованное использование экономических рычагов. Китайский бизнес не может не прислушаться к «мнению партии», поэтому когда Пекину нужно одернуть ту или иную страну, - например, объявив бойкот ее товарам, - то компаниям волей-неволей приходится соблюдать установленные политическим руководством правила игры. В результате любое работающее с Китаем правительство или любая некитайская компания в случае публичного осуждения репрессий рискует не просто разрывом отношений с конкретными контрагентами, а доступом на весь китайский рынок, который составляет 16% мировой экономики. В качестве примера можно привести историю из мира баскетбола, когда после твита генерального менеджера Houston Rockets в поддержку гонконгских демонстрантов отношения с НБА приостановили все 11 официальных китайских партнеров, в том числе сайт путешествий, производитель молока и сеть быстрого питания.

Администрация Трампа относится к числу тех, кто готов жестко разговаривать с Пекином. Самым ярким примером этого служит введение в октябре 2019 г. санкций за причастность к нарушениям прав человека в отношении Бюро общественной безопасности СУАР и восьми китайских технологических компаний. Однако решительное осуждение нарушений прав человека в Китае со стороны официальных лиц США зачастую нивелируется хвалебными отзывами Трампа в адрес самого Си Цзиньпина и других авторитарных лидеров, которым симпатизирует нынешний американский президент: российского Владимира Путина, турецкого Реджепа Тайипа Эрдогана, египетского Абдель Фатттаха ас-Сиси и саудовского Мухаммеда бен Салмана. Не стоит забывать и проблемной политике самой администрации Трампа внутри США, скажем, в вопросе о разлучении детей с родителями на мексиканской границе.

Такая непоследовательность позволяет Пекину не относиться к критике из Вашингтона слишком серьезно. К этому добавляется опрометчивый выход США из Совета ООН по правам человека из-за ситуации вокруг Израиля, усиливший позиции Китая в этом ключевом международном правозащитном органе.

Важным инструментом продвижения китайского влияния стала инициатива Председателя Си «Один пояс, один путь» - комплекс инфраструктурных и инвестиционных проектов на триллион долларов, призванный обеспечить Китаю доступ к рынкам и ресурсам 70 стран. В ситуации, когда альтернативных инвесторов зачастую нет, «Пояс и путь» вполне благожелательно воспринимается развивающимися странами, пусть даже Пекин и перекладывает на них значительную часть издержек.

Методы работы Китая часто приводят к усилению авторитаризма в странах-«бенефициарах». Проекты «Пояса и пути» известны своим внешне привлекательными условиями финансирования, когда получателю кредита не приходится брать на себя дискомфортные для него обязательства. Первыми жертвами такого подхода становятся права человека и экология. Реализация проектов не предполагает никакого или почти никакого взаимодействия с людьми, которых это может затронуть негативным образом. Иногда договоренности заключаются непублично, создавая предпосылки для коррупции. Порой получается так, что все выгоды достаются правящей элите, в то время как долговое бремя ложится на народ.

Некоторые проекты «Пояса и пути» уже заслужили недобрую славу. На Шри-Ланке Китай за долги по кредиту получил в аренду на 99 лет глубоководный порт Хамбантота, в Кении правительство пытается принудительно перенаправлять грузопоток на дорогой маршрут по железной дороге Момбаса – Найроби, построенной на китайский кредит, который теперь нужно отдавать. Некоторые государства, в том числе Бангладеш, Малайзия, Мьянма, Пакистан и Сьерра-Леоне, стали охладевать к проектам «Пояса и пути», не видя в них экономической целесообразности. В большинстве ситуаций безнадежный должник всеми силами стремится сохранить расположение Пекина.

Таким образом, соблазнительные условия китайских кредитов на деле оборачиваются долговой западней и фактически приводят к возникновению отдельного пакета политических обязательств, в том числе в части поддержки китайской линии на подрыв прав человека. В лучшем случае это обязывает молчать, в худшем – аплодировать, когда речь заходит о репрессиях в самом Китае, а также обеспечивать Пекину поддержку в его усилиях, направленных на выхолащивание международных правозащитных институтов.

Так, пакистанский премьер Имран Хан, чья страна является крупным бенефициаром «Пояса и пути», во время своего визита в Пекин обошел молчанием судьбу единоверцев в Синьцзяне, а его дипломаты не пожалели сил, превознося «заботу», которой Китай «окружает граждан-мусульман». Камерун, вскоре после того как Китай списал ему многомиллионную задолженность, разразился аналогичными славословиями, высоко оценив меры властей в Синьцзяне в интересах «полного обеспечения реализации законных прав представителей этнических меньшинств», включая «привычные религиозные практики и верования».

Ориентированные на глобальные операции китайские банки, такие как China Development Bank и Ex-Im Bank of China, расширяют свою деятельность, но не имеют базовых требований к соблюдению прав человека. Аналогичная ситуация и с основанным Китаем Азиатский банком инфраструктурных инвестиций, в политических документах которого фигурируют принципы прозрачности и подотчетности проектов и социальные и экологические стандарты, но не требования выявлять и устранять риски для прав человека. Среди 74 участников этого банка немало государств, правительства которых позиционирую себя как уважающие права человека: это значительная часть Евросоюза, включая Францию, Германию, Нидерланды. Швецию и Великобританию, а также Канада, Австралия и Новая Зеландия.

Подрыв институтов ООН

Мы думали, что этот орган сможет защитить наши права, когда правительство будет их нарушать. Никакой разницы.

- Китайский правозащитник об ООН в Женеве, июнь 2016 г.

Аллергически чувствительное к внешней критике внутриполитических проблем с правами человека, правительство Китая без колебаний прибегает к выкручиванию рук ради сохранения своего имиджа на международных форумах. Поскольку универсальные права человека – это одна из главных уставных задач ООН, эта организация оказывается и одной из главных мишеней Пекина. Давление ощущается на всех уровнях вплоть до генерального секретаря: Антониу Гутерриш не скупится на восторженные отзывы о китайском экономическом успехе и инициативе «Один пояс, один путь», но не спешит публично требовать прекращения практики массовой отправки в лагеря мусульман тюркского происхождения.

В Совете по правам человека Китай постоянно выступает против практически любых предложений о критике в адрес конкретных государств, если только ее не сделают до такой степени беззубой, что на нее согласится даже само критикуемое правительство. За последние годы китайская делегация голосовала против резолюций с осуждением нарушений прав человека в Мьянме, Сирии, Иране, Бурунди, Венесуэле, Никарагуа, Йемене, Эритрее, Беларуси и на Филиппинах. Пекин также пытается исказить логику международного подхода к правам человека, продвигая идею о том, что уважению прав и свобод должно предшествовать достижение определенного уровня экономического развития, и предлагая «взаимовыгодное сотрудничество», в рамках которого права и свободы рассматривались бы не столько как юридически обязывающая категория, сколько как результат добровольного согласия государства.

Когда ситуации в Китае вставала на повестке Совете по правам человека в 2018 и 2019 гг., китайская сторона запугивала ключевые делегации и собирала союзников. Пекин также забил список выступающих, зарезервированный за гражданскими организациями, провластными группами, задача которых сводится к восхвалению действий правительства. Параллельно МИД Китая представлял на рассмотрение откровенно ложную информацию, угрожал делегациям последствиями, если они примут участие в панельной дискуссии по Синьцзяну, и пытался не допустить выступления на Совете представителя профильной независимой организации. В довершение всего Китай смонтировал перед залом заседаний большую фотовыставку со снимками счастливых уйгуров, преисполненных благодарности к властям.

В нью-йоркской штаб-квартире ООН одним из главных приоритетов Пекина было избежать обсуждения его действий в Синьцзяне. Зачастую действуя совместно с Россией, Китай также занимал все более негативную позицию по любым мерам в области прав человека со стороны Совета Безопасности, где у них есть право вето. Например, Пекин ясно обозначил, что не потерпит давления на Мьянму, несмотря на то что ооновская миссия по установлению фактов рекомендовала привлечь высшее военное руководство этой страны к расследованию и уголовному преследованию за геноцид. Вместе с Россией Китай безуспешно противился даже обсуждению в Совете Безопасности гуманитарного кризиса в Венесуэле. В сентябре, когда над трехмиллионным гражданским населением Идлиба нависла угроза неизбирательных ударов российской и сирийской авиации, Китай поддержал российское вето на резолюцию о прекращении огня.

Глобальная цензура

Мы сами себе полиция… Все [участники студенческого кружка] боятся. Один этот страх, я думаю, создает страх, это реально работает.

- Студент университета, Ванкувер, июнь 2018 г.

В дополнение к уже привычным практикам, таким как ограничение доступа к зарубежным СМИ, ограничение иностранного финансирования национальных гражданских групп и отказ в выдаче виз ученым и другим, Пекин, чтобы распространять свою цензуру на критиков за пределами страны, в полной мере использует стремление бизнеса к прибыли. За последние годы вызывающее тревогу число корпораций шли на мировую с Китаем, каясь в собственных прегрешениях или извиняясь за неполиткорректные высказывания своих сотрудников.

Гонконгская авиакомпания Cathay Pacific угрожала местным служащим увольнением за поддержку протестов или участие в них. Гендиректор концерна Volkswagen Герберт Дисс заявил Би-би-си, что «не в курсе» сообщений о лагерях для мусульман в Синьцзяне, хотя с 2012 г. там работает один из заводов группы. Mariott уволила менеджера по соцсетям за лайк твита, в котором компанию похвалили за то, что она назвала Тибет «страной», после чего руководство пообещало «не допускать повторения подобных ошибок». Гигант аудиторского рыка PwC дезавуировала опубликованное в одной из гонконгских газет заявление в поддержку протестов, которое, как утверждалось, было подготовлено сотрудниками «большой четверки». В Голливуде все щепетильнее относятся к тому, чтобы не задеть Китай в своих фильмах – вплоть до цифровой ретуши тайваньского флага на куртке Тома Круза в недавнем сиквеле фильма Top Gun 1986 г.

Список говорит сам за себя. Во-первых, он показывает, насколько мелким может быть повод, вызывающий гнев Китая. Достаточно надежно отгородившись от внешней критики «Великим китайским файрволом» и не жалея средств на цензуру и контрпропаганду в соцсетях, китайское руководство все равно не может сдержаться, когда сталкивается с критикой извне. Помня о столь острой чувствительности, заинтересованные в Китае корпорации часто сами цензурируют себя и собственный персонал – даже без окрика из Пекина.

Во-вторых, становится очевидно, что китайская цензура превращается в глобальную угрозу. Плохо, когда выбирать слова приходится компаниям, которые работают внутри Китая, но еще хуже, если эта цензура распространяется на сотрудников и клиентов по всему миру. В такой ситуации уже не получается делать вид, что подавление свободы слова заканчивается на китайской границе.

Последнее становится все более актуальным для зарубежных университетов. Заинтересованность в привлечении китайских студентов, которые нередко оплачивают полную стоимость обучения, легко может превратиться для университета в удобный предлог, чтобы избегать неудобных тем. В Австралии, Канаде, Великобритании и США некоторые провластно настроенные студенты из Китая пытаются пресекать обсуждение в студенческой среде нарушений прав человека в Гонконге, Синьцзяне и Тибете. С другой стороны, те студенты, которые хотели бы поучаствовать в дебатах о том, что на родине является табу, дважды, если не трижды, подумают, потому что об этом могут «сообщить куда следует». И университеты мало что делают публично для утверждения права на свободу слова.

Эта тенденция усугубляется целенаправленной политикой Пекина, который стремится задействовать китайскую диаспору за рубежом для пропаганды официальной точки зрения, слежки друг за другом и донесения о любой критике в адрес Си Цзиньпина. Например, сотрудники посольства КНР в Вашингтоне на встрече с группой студентов хвалили их за то, что они одернули однокурсника из Университета Мэриленда, позволившего себе в выступлении по случаю начала занятий критиковать китайское правительство.

В самом Китае власти также постоянно запугивают родственников политэмигрантов, чтобы принудить последних к молчанию. Как заметил технолог-консультант из Ванкувера: «Если я стану публично критиковать [КПК], то моих родителей могут лишить всего – пенсии, медицинской страховки». У работающей в Торонто журналистки газеты на китайском языке оставшиеся дома родители подвергались притеснениям из-за дочери: «Я не чувствую здесь свободы слова. Не могу свободно писать».

Угроза цензуры связана и с распространением китайских технологий по всему миру. Популярная у китайцев в стране и за рубежом социальная сеть WeChat, совмещенная с мессенджером, фильтрует политический контент и блокирует аккаунты, даже если их владельцы находятся за пределами Китая.

Варианты отпора

Экстраординарная угроза требует соразмерного ответа. Действительно, есть еще многое, что можно было бы предпринять, чтобы оградить права человека от лобовой атаки Пекина. Какими бы возможностями ни располагало китайское правительство и как бы враждебно он ни было настроено по отношению к правам человека, его подъем как источника глобальной угрозы правам и свободам не является заранее предопределенной неизбежностью. Чтобы дать этому эффективный отпор, потребуется отказаться от господствующей соглашательской позиции и перестать делать вид, что ничего особенного не происходит. Необходим сопоставимый по беспрецедентности ответ со стороны тех, кто все еще верит в мировой порядок, в котором права человека имеют значения.

Правительства, корпорации, университеты, международные институты и другие акторы должны встать на сторону тех китайцев, которые пытаются отстаивать свои права и в стране, и за ее пределами. Главным принципом здесь должно быть то, что нельзя ставить знак равенства между правительством и народом. В таком случае мы будем обвинять весь народ в нарушениях со стороны правительства, которое он никоим образом не выбирал. Вместо этого другие государства должны поддержать критические голоса Китая и публично напоминать миру о том, что в отсутствие подлинных выборов Пекин не имеет права говорить от имени китайского народа.

Точно так же, как правительства перестали убеждать себя и других в том, что торговля сама по себе рано или поздно приведет к улучшению ситуации с правами человека в Китае, пора перестать успокаивать себя ложным тезисом о достаточности непубличной дипломатии. Посещающим Пекин важным персонам, которые уверяют, что обсуждают права человека за закрытыми дверями, следует задать вопрос, слышат ли их простые граждане этой страны, которые как раз и являются главной движущей силой перемен? Вселяет ли в них тот или иной визит надежду или разочарование? Доносится ли до них голос солидарности, или они видят лишь протокольные кадры подписания очередных коммерческих контрактов? Регулярная и публичная постановка вопроса о репрессивной политике китайских властей будет повышать для Пекина репутационные издержки и одновременно сигнализировать жертвам нарушений о том, что не брошены на произвол судьбы.

Китайский тезис о возможности совмещения репрессий с экономическим ростом не будет выглядеть таким уж бесспорным, если раз за разом напоминать о миллионах людей, оставшихся за бортом в самом Китае или о разрушительных последствиях экономических экспериментов таких деятелей, как Роберт Мугабе или Николас Мадуро. Другим аргументом могут послужить истории о том, как диктаторы во всем мире обеспечивают себе личное благополучие, прикрываясь лицемерной риторикой о служении народу.

Правительства и международные финансовые организации должны предложить конкурентоспособные, но учитывающие права человека альтернативы «беспроблемным» китайским кредитам и проектам развития. Используя свое участие в таких организациях, как Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, они должны требовать проектного учета прав человека по верхней планке, вместо того чтобы попустительствовать глобальной эрозии стандартов.

Приверженные правам человека правительства не должны идти на поводу у двойных стандартов «китайской исключительности», которые способны исподволь изменять их политику и позволять Пекину выходить сухим из воды там, где у других государств возникли бы серьезные проблемы. Если они готовы требовать ответственности Мьянмы за то, что происходит в этой стране с мусульманами, то почему такие меры не предлагаются в отношении китайских властей? Почему Китай обходят молчанием, когда говорят о попытках Саудовской Аравии или России выторговать себе немного легитимности? Почему на обсуждение выносятся права человека в Израиле, Египте, Саудовской Аравии или Венесуэле, но не в Китае? Чудовищная политика трамповской администрации, разлучающей семьи на мексиканской границе, вызывает справедливое возмущение, но почему при этом нужно молчать о рукотворном сиротстве в Синьцзяне?

Нужно целенаправленно выстраивать противодействие китайской стратегии «разделяй и властвуй», направленной на нейтрализацию критики. В ситуации, когда каждому правительству приходится в одиночку выбирать между бонусами от экономического сотрудничества с Пекином и выступлением против китайских репрессий, многие предпочтут первое. Но при коллективном отпоре нарушениям прав человека в Китае соотношение сил будет другим. Например, если бы Организация исламского сотрудничества осудила преследования мусульман тюркского происхождения в Синьцзяне, то Пекину пришлось бы «принимать меры» сразу в отношении 57 государств. Китайская экономика действительно огромна, но и она не в состоянии выдержать противостояние со всем миром.

Следуя той же логике, корпорации и университеты должны разрабатывать и продвигать коллективные кодексы поведения применительно к Китаю. Сильные единые стандарты затруднили бы Пекину гонения на тех, кто готов отстаивать основные права и свободы. Такие стандарты также работали бы на усиление фактора принципиальности в публичном имидже. Потребителям было бы проще требовать, чтобы корпоративное и университетское руководство не капитулировало перед цензурными требованиями ради получения китайских заказов, не извлекало прибыли из нарушений китайскими властями прав человека и не способствовало таким нарушениям. Правительства должны ужесточить регуляторный контроль за оборотом технологий, позволяющих Пекину реализовывать тотальную слежку и репрессии, и усилить гарантии неприкосновенности частной жизни, чтобы не допустить неограниченного распространения готовых технологических решений в этой области.

Сказанное тем более относится к университетам, которые должны быть площадкой, где студенты и ученые из Китая могли бы узнавать свое правительство с неподцензурной стороны и критиковать его, не опасаясь слежки и доноса. Университеты также ни при каких обстоятельствах не должны мириться с попытками Пекина ограничивать академическую свободу их студентов, преподавателей и исследователей.

Помимо публичных заявлений, приверженные правам человека правительства должны существенно активизировать усилия по формированию трансрегиональной коалиции с целью внесения в Совете ООН по правам человека резолюции об учреждении миссии по установлению фактов, чтобы мир мог узнать о происходящем в Синьцзяне. Параллельно нужно добиваться вынесения этого вопроса на рассмотрение Совета Безопасности, дав китайскому руководству понять, что его репрессивная политика не останется без последствий.

В более общем плане государства – члены ООН и руководство этой международной организации должны обеспечить сохранение ее роли как независимого голоса в защиту прав человека. Например, до учреждения миссии по установлению фактов важно не отказываться от таких механизмов, как доклады верховного комиссара по правам человека и специальных процедур Совета по правам человека. Если Китаю удастся лишить ООН этой роли, то в этом случае пострадают все.

Приверженные правам человека правительства должны перестать относиться к Пекину как к респектабельному партнеру. Оказываемое китайскому руководству уважение должно определяться реальным прогрессом в правах человека. Любой официальный визит должен сопровождаться публичным требованием о независимом допуске экспертов ООН в Синьцзян. Нужно, чтобы китайские власти поняли, что они не могут рассчитывать на столь ценимую ими респектабельность до тех пор, пока не прекратят преследования собственных граждан.

Что касается более адресных шагов, то китайские чиновники, которые имеют прямое отношение к массовой отправке уйгуров в лагеря, должны стать персонами нон грата. Их банковские счета должны быть заморожены, а они сами должны осознавать о возможности судебного преследования. Китайским компании, которые строят или обслуживают лагеря в Синьцзяне, а также любые компании, которые извлекают выгоду из труда лагерного «контингента» или занимаются поставками аппаратуры слежки и технологий обработки больших данных, должно быть предъявлено публичное требование свернуть такую деятельность.

Наконец, мир должен осознать, что красивая риторика Си Цзиньпина о «сообществе единой судьбы человечества» на самом деле несет в себе угрозу того, что в будущем глобальное видение прав человека будет определяться из Пекина в зависимости от его представлений о целесообразности и допустимости. Пора отдать себе отчет в том, что китайское руководство поставило перед собой цель отвергнуть и переформатировать международную систему гарантий прав человека, основанную на принципе уважения достоинства каждого, из которого следует, что вне зависимости от государственных интересов есть пределы, за которые государство в отношении отдельного человека заходить не вправе.

Если только мы не хотим вернуться во времена, когда человек был всего лишь пешкой в руках властей предержащих, то нынешнему посягательству Пекина на международную систему прав человека должен быть дан отпор. Время занять принципиальную позицию. На кону – десятилетия прогресса в сфере прав человека.

Без всякого стыда. Приметы авторитаризма от России до Китая

В России сравнение с Китаем стало нормой. Те, кто сожалеет о распаде СССР и отказе от коммунистической идеологии, приводят в пример китайское экономическое чудо последних 25 лет при сохранении власти компартии как историческую альтернативу советской перестройке. Одновременно в российском общественном сознании Китай фигурирует как образец полицейского государства, жестко надзирающего над своими гражданами и подавляющего инакомыслие.

Историк Камиль Галеев, который после окончания Высшей школы экономики два года учился в Пекинском университете и занимался китаистикой, считает, что в новейшей истории России и Китая не было никакой развилки, где страны могли бы пойти иначе, и Россия китайский опыт воспроизвести бы не смогла – из-за глубоких различий в устройстве общества.

Галеев говорит, что решил изучать Китай из прагматических соображений: "Я понимал, что мощь, влияние Китая растет, в течение моей жизни он, к худу или к добру, будет играть большую роль, чем играет сейчас".

Молодежь

Пекинские университетские круги, в которых находился Галеев, – элитные (оттуда вышла существенная часть партийного руководства страны), и это придает специфику его наблюдениям, говорит историк. Одно из них касается убеждений современной китайской "золотой" молодежи: "[Для них] заниматься бизнесом – круто, уехать в Новую Зеландию – круто, писать диссертацию в Принстоне – круто, идти работать на партию и государство – не круто. В 80-е годы это была единственно возможная карьера, партийно-государственная, альтернатив не было, самые яркие, пробивные, амбициозные шли туда. Сейчас, конечно, можно пойти в партию, но это десятки лет низкооплачиваемой работы, возможно, в будущем ты доберешься до высот и будешь жить хорошо, но тебе будет как минимум пятьдесят. Какой смысл делать это, когда ты можешь пойти в инвестбанк и получать эти деньги через три года. То есть партийно-государственная карьера больше не считается привлекательной, престижной – и это значит, что следующее поколение партийных элит будет хуже по качеству. Туда пойдут те, кто по тем или иным причинам не смог вписаться в рынок".

Галеев подчеркивает, что система образования в КНР очень конкурентная, "это люди, прошедшие самый жесткий отбор среди китайской молодежи", и рассказывает о знакомой, которая хотела бы уехать из Китая, чтобы уберечь своих детей от подобной жизни, в которой "нет ничего, кроме учебы, подготовки к экзаменам, нет развлечений, хобби".

Пекин

Журнал "Экономист" недавно опубликовал исследование о китайской молодежи, в котором утверждал, что она, будучи очень технологически современной, активной и социально прогрессивной, при этом весьма патриотична.

Галеев считает, что за этим во многом – прагматичный расчет, подобный тому, что в СССР заставлял многих вступать в партию ради карьеры: "В целом эта часть молодежи относится [к официальной идеологии] довольно цинично. Ни одного человека, который сказал бы, что он убежденный коммунист, верит в социализм, я не видел. Возможно, есть, но я с такими не сталкивался. Другое дело, что до Си Цзиньпина казалось, вся коммунистическая риторика быстро отойдет в область преданий, на обязательных занятиях по марксизму студенты просто спали, но при Си Цзиньпине это все начало возвращаться. Мне другие студенты говорили: блин, зачем я спал на парах по историческому материализму, сейчас это будет снова нужно".

Если бы у нас было как в Китае, то из Москвы в Можайск вы не поедете без паспорта

Галеев снова оговаривается, что подавляющее большинство его знакомых относилось к элитарным кругам студенчества, и объясняет, что это значит, на примерах: "Прилетаете вы в Китай и видите, что Гугл, Твиттер, Инстаграм и Фейсбук не работают. Приезжаете на кампус Пекинского университета, подключаетесь через университетский вай-фай, все работает. То есть система "файрвол" – для "простонародья", к студентам элитных университетов это не относится. В неэлитных, разумеется, все блокировано, скажем, в Харбинском технологическом ничего не будет доступно. В силу крайней стратификации китайского общества разница в статусе между студентом пекинского и харбинского университетов колоссальная – это разные миры. Пример: обычно у студентов-уйгуров (исповедующая ислам народность, которая в Китае подвергается жестоким репрессиям. – Прим.) забирают паспорта, чтобы они никуда не могли поехать, были привязаны к месту, а Пекинский университет возразил, и у его студентов-уйгуров паспорта отбирать не стали. Китай – общество очень сословное, иерархичное, корпоративное. Если ты входишь в эту корпорацию, то твоя судьба – совсем другая".

Заодно Галеев объясняет, почему для поездок внутри страны нужны паспорта: "Грубо говоря, если бы у нас было как в Китае, то из Москвы в Можайск вы не поедете без паспорта. На поезд не посадят. В любой общественный транспорт, например, меня пропускают, потому что я явно не китаец, но облавы в метро на людей без пекинской регистрации – обычное дело, они постоянны".

Протесты в присоединенном к Китаю Гонконге против ужесточения контроля со стороны Пекина

Патриотизм

К разговорам о политических свободах люди, с которыми общался Галеев, были не склонны: "Скорее я видел отношение – зачем мне выступать против компартии, когда жизнь становится лучше с каждым годом. Тут надо понимать, что я жил среди людей, которым открыты многие карьеры, которых ждет большое будущее, которые, если они захотят, через три десятилетия могут выйти в правители Китая. Было бы странно, если бы эти люди всерьез начали бухтеть. И зачем бы я стал поднимать темы, когда все, что они скажут неполиткорректного, может иметь для них негативные последствия. Политического протеста я не видел, ни разу не сталкивался, и это понятно – если бы он был, с людьми разобрались бы задолго до [участия в нем]".

Еще недавно это была страна, в которой умирали от голода

По его мнению, население принимает режим компартии, учитывая, что в материальном плане жизнь становится лучше с каждым годом, и это ощутимо, и население испытывает гордость из-за роста китайской мощи. О нынешнем росте национализма и патриотизма китайцев Галеев отзывается так: "Сам факт подчеркнутой демонстрации себя миру говорит о глубоком комплексе неполноценности, который у китайцев до сих пор есть. Надо понимать, что еще совсем недавно это была страна, в которой умирали от голода миллионами, в которой мясо было только по праздникам, а рис, картофель, сладкий картофель были основной диетой населения, и из этого они вылезли только недавно".

Более того, Галеев делает экскурс в историю Китая, во времена борьбы за власть между маньчжурской аристократией и северными китайцами, описывает радикальную разницу между языком северян, "мандарином", и языками и культурами южных китайцев, и утверждает, что власть Пекина над самым югом страны как была условна при маньчжурах, так условна и сейчас. Галеев заявляет, что Китай не монолитен, в культурном плане очень неустойчив, поэтому госпропаганда все время и говорит о единстве: "В руках Севера политическая власть, юг производит практически все экспортные товары. То, чем Китай богат, клепают на юге. В итоге дисбаланс политики на севере, экономики на юге. Север государственнический, в целом очень лоялен компартии, чем дальше едешь на юг, тем эта лояльность более условна".

В Китае привыкли с пиететом относиться ко всему иностранному, говорит Галеев, но в результате процветания последних 25 лет в целом для китайского общества привлекательность всего западного, включая демократию, снижается с каждым годом.

Бизнес

В России молодежь, по недавнему исследованию "Левада-центра" (признан в России "иностранным агентом"), более положительно, в сравнении с остальным обществом, относится к Западу, более открыта и терпима, нацелена на предпринимательство – хотя в условиях огосударствления экономики и продолжающейся который год стагнации условий для частного предпринимательства все меньше.

Нет подлинно частных денег, нет частной собственности

В отличие от России, говорит Галеев, Китай лопается от денег, и это влияет на стратегию выбора молодых людей: "Общий рост спроса тащит за собой, поднимает огромное количество бизнесов. И в отличие от России, госслужба в Китае непосредственного быстрого обогащения не принесет. У тебя, конечно, будут деньги, но твоя молодость пройдет в бедности, и даже если все пойдет хорошо, реально богатым ты станешь уже к старости".

Однако у бизнеса в Китае есть особенности: "Нет подлинно частных денег, нет частной собственности, никаких действий без согласия организационного департамента КПК принимать нельзя", утверждает Галеев. "Собственность – это общественные отношения, потому она не существует сама по себе в отрыве от общего контекста страны. Если мы говорим о США, то частная собственность действительно частная. Если мы говорим о Китае, то реально частная собственность может быть только очень мелкой. Чем она крупнее, тем в большей степени она подпадает под прямые регуляции органов власти, прежде всего организационного департамента. Грубо говоря, частная лавочка действительно частная только потому, что организационный департамент не будет ею заморачиваться. Все крупное находится [под контролем], мелкое – нет, только потому, что партии в целом до этого нет дела".

Си Цзиньпин и Владимир Путин в Китае

Именно из-за того, что в Китае нет подлинного права собственности, говорит Галеев, из страны утекают средства: "Там очень много ограничений вводится против оттока капитала. Это одна из главных причин спроса на криптовалюты в нынешнее время. Криптовалюты – это механизм вывода денег из Китая".

В описании Галеева "организационный департамент" – это, применительно к российским реалиям, нечто вроде администрации президента, а комиссия КПК по проверке дисциплины – нечто вроде ФСБ, которая проверяет партийных бонз, которые "стоят немножко над законом, их никакая полиция не арестует". Комиссия по проверке дисциплины очень жестко сейчас бдит за коррупцией, это один из главных инструментов, за счет которых Си Цзиньпин сохраняет контроль за партией".

Комиссия по проверке дисциплины

В Китае существует специальная система преследования – вне рамок обычного уголовного права, – которая позволяет комиссии по дисциплине задерживать любого члена партии на неопределенный срок. Задержанные подвергаются допросам и часто – пыткам. Заключение, как правило, завершается признанием в преступлении, после чего задержанного передают обычным органам юстиции.

"Сейчас и в организационном департаменте, и в других конторах сидят парни, которые шли на госслужбу, когда особых альтернатив в госслужбе и партийной службе еще не было, не было возможности пойти в инвестбанк. А сейчас возникает парадокс, когда более яркими, умными, пробивными людьми, пошедшими в частный бизнес, будут рулить их менее интеллектуальные, менее амбициозные, менее пробивные однокурсники. Когда я смотрю на будущее Китая в перспективе лет двадцати, я вижу такой вариант".

Правители

Во время учебы в Пекине Галеев написал статью о политической реформе, предшествовавшей китайскому экономическому чуду: Мао Цзедун после неудачной попытки индустриализации ("Большой рывок вперед"), чтобы сохранить власть, устроил партийную чистку элит ("культурная революция") и наводнил госаппарат военными – "силовиками", в нынешней российской терминологии. Они были сильно подвержены коррупции, и Китаю грозило стать "силовой клептократией", но в 80–90-х Дэн Сяопин и затем Цзян Цземинь провели чистку элиты уже от силовиков, и к власти вернулся интеллектуальный класс, то есть те самые выпускники Пекинского университета и университета Цинхуа, – и это способствовало китайскому экономическому чуду, утверждал Галеев.

Чем ниже по социальной лестнице, тем отношение к Мао лучше

Он рассказывает, что чем выше человек в социоэкономической иерархии, тем отрицательнее у него отношение к Мао Цзэдуну, культурной революции: "Я как-то пошутил, что Мао был не так уж плох, мне ничего не сказали, но реакция была крайне отрицательной, они не любят шуток на эту тему. Студенты элитных университетов обычно из имущих классов, и есть громадная преемственность между нынешним имущим классом и старыми имущими классами, то есть это люди, у которых при Мао все отобрали, которых в лагеря сослали, и на все маоистское у них страшная аллергия. "Простонародье" относится по-другому. В провинции, я видел, простые люди собираются по выходным дням в парке и поют песни про то, какой замечательный Мао Цзэдун. Чем ниже спускаешься по социальной лестнице, тем отношение к Мао лучше, чем выше поднимаешься – тем хуже".

Си Цзиньпин

При Си Цзиньпине, вступившем на пост председателя КНР в 2013 году, было отменено заложенное при Дэн Сяопине ограничение на срок пребывания у власти, которому следовали его предшественники.

Ху Цзиньтао возглавлял Китай с 2003 по 2013 год.

Цзян Цзэминь с 1993 по 2003 год.

С 80-х годов Китай становился свободнее, считает Галеев, но после прихода к власти Си Цзиньпина все было развернуто назад: "Мне трудно сказать, чем это было вызвано. Возможно, верхушка компартии поняла, что если либерализация будет продолжаться дальше, то власть сама по себе уйдет из ее рук. Но с момента прихода к власти Си Цзиньпина там тотальное закручивание гаек по всем фронтам".

В отличие от империализмов западных, китайский империализм чувством вины не отягощен

Когда задаешь вопрос о кровавом подавлении протестов на пекинской площади Тяньаньмэнь в 1989 году, за которым последовал период ужесточения внутренней политики в Китае, Галеев утверждает, что преследование было жестче в отношении простых участников протестов, нежели лидеров протестов из высших образованных классов: "Это бесстыдное классовое господство интеллектуалов, абсолютно без всякого чувства вины. Мандарин мандарину глаз не выколет. Те, кто наказывал организаторов Тяньаньмэнь, воспринимали их кем-то вроде себя молодых, "молодые мандарины" – в отличие от "простонародья" (но в китайской верхушке была проведена чистка, чиновников, сочувствовавших студенческим протестам, сместили. – Прим.).

Галеев подчеркивает, что в Китае положение интеллектуала сильно отличается от российского: "Если в России население склонно воспринимать интеллигентов как лохов, в Китае – как естественных лидеров", и в качестве примера приводит прежние времена в Китае, когда члены марксистских клубов ездили по предприятиям, организовывали забастовки с требованием улучшить условия жизни рабочих, – и ради встречи с тремя приехавшими студентами могла встать шахта, рассказывает Галеев.

"Власть интеллектуалов"

В Китае со времен Конфуция сложился подход к чиновничеству как к слою образованных людей. И сейчас в китайскую верхушку входят высокообразованные карьерные бюрократы – но это не интеллигенция в русском смысле слова, не профессора, писатели или артисты.

При этом он описывает радикальные различия между образованными классами в западной и китайской цивилизациях и подчеркивает, что это различие очень важно для понимания нынешнего Китая: "Большинство китайцев лишены чувства вины. На чувстве вины во многом основаны авраамические культуры: мы кого-то в прошлом обидели, мы должны каяться. Для западного человека звучит вполне логично, для китайского – это полный бред. Авраамические культуры скорее культуры совести, а китайская – культура стыда. Проявляется, например, в том, что если тебя обманули, то это тебе должно быть стыдно, а не тому, кто обманул. В отличие от империализмов западных, китайский империализм никаким чувством стыда и вины не отягощен".

Съезд КПК

По словам Галеева, у китайского интеллектуального класса нет ничего подобного комплексу перед народом у дореволюционной российской интеллигенции: "Культура общества – это не чистый лист, а палимпсест, пергамент, на нем пишут один текст, стирают, пишут новый, но старый остается. Формально одинаковая идеология в разных обществах с разной традицией производит совершенно разный эффект. Коммунистам в России, по крайней мере первому поколению, было в значительной степени на простой народ не плевать, а те, кому было плевать, делали вид, что им не плевать. В Китае партийцам, в общем, было плевать с самого начала".

"Бесстыдство"

В восточной культуре страшно "потерять лицо", быть публично униженным. "Бесстыдство", отсутствие стыда в западном смысле – отсутствие угрызений совести по поводу чего-то постыдного, грешного, что было совершено раньше.

Россия

"Считается, что [в 90-е] была развилка, Россия пошла в одну сторону, а Китай в другую, но я пожил в обеих странах и считаю, что никакой развилки не было. Китайский и российский режимы совершенно разные. Я неспроста говорил про авраамическую культуру как культуру вины, культуру совести. В Китае всего этого нет в принципе, поэтому китайский режим – это не просто правление интеллектуалов, это бесстыдное правление интеллектуалов, не отягощенное никакой виной. Представьте себе интеллектуалов, которые имеют абсолютную власть и никаких сантиментов по этому поводу – вот это Китай. В России этого просто не получится, потому что страна авраамическая, "долг перед народом" и так далее. То есть ни в России не могло быть китайского пути, ни в Китае – российского".

В России отсутствует элита, которая удержалась бы от искушения превратить влияние в личную собственность

Галеев отвергает и бытовавшие в России представления о том, что в 90-е годы у власти в России находились интеллектуалы, и о том, что режим Владимира Путина был скроен Владиславом Сурковым и некими интеллектуалами под его эгидой: "В российской правящей элите есть интеллектуалы – это правда, но это не люди, которые отдают приказы, это люди, которые получают приказы, а в Китае это люди, которые отдают приказы. Я говорю не просто о верхушке бюрократии, а я говорю о реальной верхушке. В России ничего подобного нет и не будет. Представьте – не кто-нибудь из вице-премьеров интеллектуал, что в России бывает, а Игорь Сечин – интеллектуал. В Китае так. В плане интеллектуальном, в плане уровня верхушки Китай, несомненно, выше на порядок".

"В России могут быть попытки [воспроизвести китайскую модель], но одно из главных различий между российским и китайским авторитаризмом в том, что российский – дисфункционален. Например, китайские элитарии в гораздо меньшей степени склонны использовать свое влияние и положение для личного обогащения. То есть в Китае украсть миллионы, вывезти на Каймановы острова – это исключение из правил. Это не значит, что они монахи, они хорошо живут, но масштаб коррупции там гораздо ниже, чем в России. То, что в России происходит, и то, что это позволяется – одна из черт дисфункциональности. Китайские элитарии в очень небольшой степени обналичивают свое политическое влияние, а бесстыдство и отсутствие чувства вины просто не сдерживает их в том, чтобы проводить интересы государства, как они видят и считают нужным. То есть их личные амбиции направлены на интересы государственной машины прежде всего. А в России личные амбиции направлены прежде всего в офшоры. Когда в Китае Олимпийские игры были, там посадили чиновника, который распределял олимпийские подряды. Знаете, какую сумму хищений ему вменяли? Миллион долларов. В масштабах России коррупции в Китае не существует, принимайте величину за ноль. Среди китайской элиты идея государственного служения, не общественного, а государственного, в сто раз более распространена, чем среди российской. А в России отсутствует элита, которая удержалась бы от искушения немедленно превратить свое влияние в личную собственность и вывезти ее на Кипр".

Борьба с коррупцией в Китае

В 2009 году 106.000 чиновников были обвинены в коррупции.

В 2016 власти сообщили, что за три года за коррупцию были наказаны свыше миллиона чиновников.

В списках высокопоставленных чиновников, обвиненных в коррупции в 2012-2017 годах – свыше 100 тысяч человек, размеры взяток – от сотен тысяч до десятков миллионов долларов.

Демократия

Китай в нынешнем виде – на волне экономического успеха последних 25 лет – отторгает идею демократии, говорит Галеев: "Лет 20 назад, думаю, что в китайской верхушке, особенно региональной, были люди, которые считали, что демократизация в будущем для Китая – желательный сценарий. Демократизацию они могли понимать по-разному, но в целом такие люди были, и их было не так уж мало. Полагаю, сейчас таких людей больше нет. Идеи демократизации, что демократия – это хорошо, не то что не растут, они в Китае просто умерли. Они были в прошлом, сейчас их больше нет. Нынешнее состояние западного мира воспринимается китайской элитой как жалкое и отвратительное. А зачем им солидаризироваться с жалкими и отвратительными людьми?"

Китайская компартия испытывает ужас, когда думает, что Китай может повторить судьбу СССР

В Китае есть выборы, "но это формальность еще в большей степени, чем в России. Не считают нужным притворяться, что там идут реально конкурентные выборы, а в России считают, – говорит Галеев. – В России есть немножко магическое представление, что рейтинг – мандат неба на власть, и испытывают некоторый ужас перед его падением. В Китае я такого не видел".

В Китае два главных негативных примера, рассказывает Галеев: "Если в России постоянно сравнивают с Украиной – хотите как на Украине? – то в Китае сравнивают с Индией, и это главный аргумент, почему Китаю не нужна никакая демократия: вы что, хотите как в Индии? Большая азиатская страна примерно таких же размеров, чем-то похожей судьбы, при этом, с точки зрения большинства китайцев, скатившаяся в полный треш. Китайская компартия очень любит этот пример – вот к чему приводит демократия. [Быстрый экономический рост Индии] китайцев особо не впечатляет, Китай обогнал ее слишком далеко. Еще один пример – это Россия. Китайская компартия несомненно испытывает ужас, когда думает, что Китай в каком-то плане может повторить судьбу СССР, а китайская компартия – судьбу советской. Для них главный негативный сценарий, которого надо избежать любой ценой".

Народ такой, что за ним глаз да глаз

Таким образом, в описании Галеева нынешнее политическое устройство Китая выглядит так: коммунистическая партия правит, сообразуясь со своими представлениями об интересах государства ("партийное руководство умное, достаточно циничное и довольно реалистичное"), у "простого" народа в целом представление, что управление государством "вообще не его дело", потому что, с одной стороны, материальные условия улучшаются с каждым годом, и кроме того, "Китай – общество низкого взаимного доверия, в отличие, например, от Японии. Посмотрите видеоролики, когда китайцев спрашивают о социальном рейтинге (введенная в Китае система оценивания граждан по результатам наблюдения за ними. Прим.). Самый распространенный ответ: народ такой, что за ним глаз да глаз, без всеобщей слежки и жесткого государственного контроля невозможно".

А если какое-то низовое недовольство выплескивается в социальных сетях, то "за их модерацией сидит больше миллиона человека, которые только этим и занимаются, а значит, что все, что появилось в сетях, все пропущено". "Волнения происходят по частным поводам, чаще, чем в России, из-за социальных, экономических или экологических проблем. Но любая попытка политизации ведет к немедленной нейтрализации лидеров протеста".

Конфуцианский подход к правам человека

«Человеку надлежит исполнять свои обязанности перед другими людьми, а не добиваться исполнения своих прав – таков нравственный фундамент общественных и политических отношений в Китае. Концепция взаимных обязательств составляет основу конфуцианства», – писал китайский философ Ло Чун-Шу (1903-1985) в эссе «Права человека в китайской традиции», которое он отправил в ЮНЕСКО 1 июня 1947 года, отвечая на анкету Организации, посвященную философским основам прав человека.

Ло Чун-Шу

 

Прежде чем говорить об общих принципах прав человека, я хотел бы отметить, что китайские мыслители прошлого редко обращались к этому вопросу. По крайней мере, они подходили к нему иначе, чем это происходило на Западе. Тщетно искать упоминание декларации прав человека в работах философов и политических конституциях Китая до появления в стране западного понятия права. Первые переводчики произведений западной политической философии с трудом подбирали китайский эквивалент слову «право». Термин, который мы сейчас используем для перевода этого слова, – «цюань ли» (quanli) – состоит из двух слов, буквально значащих «власть и интерес». Насколько мне известно, это выражение впервые употребил японский автор в 1868 году в своей книге о западном публичном праве. Впоследствии термин переняли и китайские писатели.

Вышесказанное, однако, не означает, что китайцы никогда не заявляли о правах человека или не пользовались ими. Концепция прав человека существовала в Китае с давних пор, и право народа на восстание против правителя-тирана было признано очень давно.

Не считаясь крамольным, слово «революция» остается неотделимым от высокого идеала. Оно постоянно использовалось для описания права народа свергнуть плохих правителей. Более того, воля народа отождествляется с небесной волей. «Книга истории», древний китайский классический текст, гласит: «Небеса видят то, что видят люди. Небеса слышат то, что слышат люди. Небеса полны сострадания к людям. То, чего хотят люди, Небеса им дадут».

Правитель должен заботиться об интересах своего народа: это его долг перед Небесами. Любя свой народ, он следует воле Небес. В той же книге сказано: «Небеса любят людей, а правитель должен повиноваться Небесам».

Если правитель перестает заботиться о благе своих подданных, у них появляется право восстать и лишить его трона. Когда последний из династии Ся (2205-1766 гг. до н.э.) император Цзе (1818-1766 гг. до н.э.) превратился в тирана, угнетающего свой народ, Тан совершил революцию и низверг династию Ся. Он счел своим долгом последовать призыву Небес, точно совпавшему с желанием народа свергнуть плохого правителя, и основал новую династию Шан (1766-1122 гг. до н.э.).

Когда тираном стал последний из этой династии император Цзоу (1154-1122 гг. до н.э.), который в своем грехопадении даже превзошел Цзе, последнего императора из предыдущей династии, он был казнен революцией, поднятой У-ваном (1122 г. до н.э.), основавшим династию Чжоу, которая правила более 800 лет (1122-296 гг. до н.э.). [...]

Право на восстание неоднократно реализовывалось в истории Китая, состоящей из череды оснований и свержений династий. Мэн-цзы (372-289 до н.э.), один из великих учеников Конфуция, был убежден, что правительство должно следовать воле народа. «На первом месте народ, на втором месте государство, на последнем месте правитель», – писал он.

Взаимные обязательства

Человеку надлежит исполнять свои обязанности перед другими людьми, а не добиваться исполнения своих прав – таков нравственный фундамент общественных и политических отношений в Китае. Концепция взаимных обязательств составляет основу конфуцианства. Для Конфуция и его последователей основные пять линий взаимоотношений в обществе строятся между: 1) правителем и подданными, 2) родителями и детьми, 3) мужем и женой, 4) старшим и младшим братьями, 5) друзьями.

Вместо отстаивания своих прав китайская этика проповедует симпатию к ближнему; каждый должен признать за другими людьми те же желания и, следовательно, те же права, которые имеет он сам. Для выполнения взаимных обязательств следует также воздерживаться от нарушения чужих прав. Что касается отношений между людьми и государством, здесь действует моральное правило: «Основа страны – народ. В стране царит мир, если основа прочна».

В прежние времена только правящий класс и те, кто должен был стать его частью, получали классическое образование. Простых людей не учили отстаивать свои права. Однако правящему классу, или будущему правящему классу, постоянно внушали, что главной обязанностью правителя является соблюдение интересов народа. Правителей и чиновников учили думать о себе как о родителях или об опекунах простых людей и заботиться о них, как о собственных детях. Хотя этот принцип и не всегда осуществлялся на практике, он оставался основой китайской политической мысли. Слабость этой доктрины в том, что счастье людей находится в руках правящего класса, который, как правило, склонен не придерживаться своих обязательств и эксплуатировать простых людей. Этим и объясняются частые революции в истории Китая. [...]

Художник: Гу Вэньда

Обычные люди, необычная жизнь (Часть III): Хуан Цзюань, Новости общества

С 1949 по 2019 год Китай претерпел огромную трансформацию. Исторические события последних 70 лет не оставили равнодушным ни одного китайца. Жизненные взлеты и падения, которые легко упускать из виду, могут служить поводом для конкретизации более широкого нарратива - от создания КНР через китайскую экономическую реформу и до новой эры за ее пределами.

Оглядываясь на прошлое, эти люди были свидетелями истории, испытавшими ее на собственном опыте.Заглядывая вперед, можно сказать, что именно они управляют и создают будущее.

Вот истории пяти простых китайцев в качестве ретроспективного обзора последних семи десятилетий перемен - величайшей истории Китая, рассказанной отдельными людьми из поколения в поколение.

Хуан Цзюань: Выйди из системы и найди себя

В 1994 году, когда Хуан Цзюань, жительница Шаогуань, провинция Гуандун, бросила школу после окончания школы, все вокруг нее изменилось и развивалось.После переговоров Дэн Сяопина о Южном турне в 1992 году в Китае началась новая историческая эра реформ и открытости. Волна товарной экономики росла, и город быстро развивался. Каждый набирал неутомимый импульс, и пока он прилагал необходимые усилия, все казалось возможным. Песня Xiao Sa Zou Yi Hui гонконгской певицы Салли Йе (то есть «Go in Style») была тогда популярна во всем Китае. «Я поставлю свою молодость на завтра, а ты променяешь чувства на жизнь. Время не знает человеческих скорбей, так почему бы просто не пойти со стилем », - звучал гимн безрассудства и свободы, свидетельствуя об уникальном духе той эпохи.

В китайских колледжах и университетах нахлынуло подводное течение. Студенты колледжа, такие как Хуан Цзюань, оказались в периоде перехода от старого к новому, и как они сами, так и система высшего образования, с которой они были так тесно связаны, претерпели значительные изменения.

На фоне быстрого экономического развития предприятия также имели высокий спрос на таланты. Теперь, когда государство отменило распределение рабочих мест, для студентов колледжей личное развитие означало больше возможностей и пространства для свободного выбора.

В эпоху плановой экономики студенты колледжей были гордостью неба и «квази-кадрами» нации. По окончании учебы каждому из них была поручена работа, которая равномерно распределялась государством. Затем, в 1993 году, китайское правительство предложило общую реформу системы занятости, предусматривающую «гарантированную работу» и «гарантированный кадровый» статус для выпускников колледжей. В 1994 году бывшая Государственная комиссия по образованию выпустила документы для реализации «совместного зачисления», провела реформы в зачислении, оплате и трудоустройстве для вступительного экзамена в колледж, предлагая выпускникам разрешить «выбирать свою карьеру» в определенных пределах. .Эта политика была официально реализована в 1996 году, и после нескольких лет корректировок и переходного периода распределение выпускных пакетов для студентов колледжей было формально снято с исторической стадии в конце 1990-х годов.

Для Хуан Цзюань, которой в то время был 21 год, ее будущее после выпуска было важным жизненным решением, которое она должна была принять. В то время провинция Гуандун привлекала бесчисленное количество энергичных молодых людей. «Люди со всех сторон компаса приезжают в Гуандун, чтобы разбогатеть», - была популярная в то время поговорка.На фоне быстрого экономического развития предприятия также пользовались большим спросом на таланты. Теперь, когда государство отменило распределение рабочих мест, для студентов колледжей личное развитие означало больше возможностей и пространства для свободного выбора.

«В то время некоторые работодатели начали посещать кампусы колледжей для набора рабочих», - говорит Хуан Цзюань, отмечая, что, хотя набор сотрудников в кампусе является важным каналом для предприятий по набору будущих сотрудников сегодня, было относительно недавно видеть компании, продвигающие себя и ищу таланты в университетских городках в 1990-е годы.Многие студенты не могли быть уверены, что уехать из родного города и поступить на неизвестное предприятие было идеальным выбором для их карьерного роста.

Я перешел в ГП

Со временем взгляды людей на выбор профессии изменились. Среди одноклассников Хуан Цзюаня некоторые предпочли покинуть северную провинцию Гуандун и направиться на юг, в быстро развивающуюся дельту Жемчужной реки, в то время как другие предпочли остаться и занять должности или должности в различных рабочих подразделениях.Хуан Цзюань выбрал второй путь и после окончания учебы присоединился к местному строительному банку Китая.

Хуан Хуан говорит, что, как представитель поколения 1970-х, она вошла в мир, вооружившись традициями простоты и бережливости, унаследованными от предыдущего поколения.

Присоединиться к государственному местному банку означало стать «персоналом в системе». В сознании большинства людей этот ярлык означал полную безопасность и относительно хорошее социальное обеспечение. Несмотря на влияние ориентированного на рынок мышления 1990-х годов, которое привело к волне предпринимательства, в результате которой многие государственные служащие оставили свои «железные рисовые миски» и уволились или сохранили работу с отсрочкой зарплаты, для большинства людей стабильная государственная рабочие подразделения по-прежнему пользовались большой популярностью.

Бросить школу и устроиться на работу - всегда важный шаг в жизни. Хуан Цзюань говорит, что, будучи представительницей поколения 1970-х, она вошла в мир, вооружившись традициями простоты и бережливости, унаследованными от предыдущего поколения. Ее родители научили ее, что она должна соблюдать правила и работать в рамках своего подразделения, делать все в соответствии с рутиной, уважать своих коллег и ставить уважение к коллективу как высший приоритет. Она должна быть сознательной, стараться изо всех сил и много работать, чтобы достичь чувства собственного достоинства.Это была рабочая этика, которую разделяло большинство молодых людей в то время.

Говоря о своей первой работе, Хуан Цзюань отмечает надежный и строгий механизм государственного коммерческого банка, говоря: «Если мы сравним финансовую среду с морем, то мы можем рассматривать государственные коммерческие банки как авианосцы. ” Размер, запас и стабильность государственных банков достаточны для выполнения финансовой миссии страны, а сотрудники, работающие на этом огромном корабле, подобны частям машины со сложной структурой, которая работает за счет тщательного разделения труда. .

Следующие два десятилетия Хуан Цзюань работал в отделе финансовой системы. Своими собственными усилиями она постепенно поднялась с уровня банковского служащего до президента отделения и управляющего отделением среднего звена. Вспоминая свой опыт работы в банке, она говорит, что для посторонних работа «внутри системы» означает комфортную работу без сюрпризов, но, с ее собственной точки зрения, это сопряжено с изрядной борьбой и большим рабочим давлением. . Благодаря этому процессу она многого достигла, включая особое понимание того, как работают финансовые учреждения.

Время, которое Хуан Цзюань провел, работая «в системе», было периодом больших перемен во всем китайском обществе. Глобализация и рост товарной экономики и потребления глубоко повлияли на всех, изменив восприятие общества людьми. На ценности и взгляды людей на жизнь незаметно влияла окружающая среда.

Этот эксклюзивный товарный знак и рабочий номер, которые она использовала в China Construction Bank, сопровождали ее днем ​​и ночью, свидетельствуя о ее росте и представляя ее профессионализм.(Фото: Цзэн Ши)

После 24 лет работы в государственном коммерческом банке Хуан Цзюань решил уйти. В прошлом году она ушла из банка и присоединилась к компании по управлению фондами в дельте Жемчужной реки, где стала старшим консультантом по благосостоянию.

Хочу новое начало, новую главу

Если посмотреть на внешнюю среду, то в прошлом году официально началась торговая война между Китаем и США, что вызвало беспокойство по поводу экономических перспектив Китая. С личной точки зрения, когда Хуан Цзюань подала в отставку, она уже была руководящим сотрудником в банковской системе, поэтому решение уйти с работы со стабильным доходом и перейти в новую сферу деятельности в это время стало чем-то вроде сюрприза для ее семьи и близкие друзья.

Она говорит: «Казалось, что в темноте раздался голос, говорящий мне смело выпрыгивать из тупика и исследовать новые возможности, а не продолжать жить жизнью, которую можно увидеть с одного взгляда».

«Старшее поколение, конечно, хочет, чтобы их дети работали и имели стабильные средства к существованию», - говорит Хуан Цзюань. Она признает, что потратила много времени, терпеливо объясняя свои мысли родителям, прежде чем в конечном итоге заручилась их поддержкой.

Она отмечает, что в век информации на мышление людей постоянно влияют. Как представитель поколения 1970-х годов, выросшего в среде реформ, открытости и социальных преобразований, она испытала приобщение к новым идеям и новым вещам. В последние годы увеличилось количество людей, которые переходят на другую работу или меняют карьеру, покидая «систему». Эти работники добровольно отказались от удобной работы и изменили образ жизни, стремясь к самореализации.Эта идея не ограничивается молодежью, некоторые старшие сотрудники также делают такой выбор.

Но после более чем года работы вне «системы» то, что она увидела и услышала, заставило ее почувствовать облегчение от того, что изменения произошли только в этом возрасте, поскольку годы созревания и накопления позволили ей избежать непостоянства и иллюзий. в середине перехода.

Новое начало означает новую жизнь или новую главу в жизни, и это оказалось одним из самых важных поворотных моментов в жизни Хуан Цзюань.Она откровенно заявляет, что это было решение следовать своему сердцу. Времена кардинально изменились, и все, везде и все вокруг постоянно меняется. Она говорит: «Казалось, что в темноте раздался голос, говорящий мне смело выпрыгивать из тупика и исследовать новые возможности, а не продолжать жить жизнью, которую можно увидеть с одного взгляда».

Хуан Цзюань говорит, что ее новая работа принесла ей совершенно другой жизненный опыт. Для сравнения, работать вне «системы» гораздо рискованнее и сложнее.Человек должен быть начеку, чтобы встретить любые изменения, и быть готовым к неожиданным человеческим факторам, находящимся вне ее контроля. В то же время такая среда с большей готовностью стимулирует субъективную инициативу, вызывая более быстрый рост и помогая преодолевать слабости.

Хуан Цзюань отмечает, что «работа как внутри, так и вне« системы »может обогатить жизнь человека, и каждая из них имеет свои преимущества и недостатки. (Фото: Цзэн Ши)

Она сказала, что со стороны кажется, что ей уже поздно выпрыгивать из «системы» в этом возрасте.Но после более чем года работы вне «системы» то, что она увидела и услышала, заставило ее почувствовать облегчение от того, что изменения произошли только в этом возрасте, поскольку годы созревания и накопления позволили ей избежать непостоянства и иллюзий в середина перехода. Без ее прежнего опыта жестких ограничений в соответствии с правилами и положениями своего рабочего подразделения она, возможно, не смогла бы справиться с некоторыми вещами так же хорошо, как она.

Я всегда буду работать и никогда не выйду на пенсию

Сравнивая работу внутри и вне «системы», Хуан Цзюань говорит, что обе работы обогатили ее жизнь, и у каждой были свои преимущества и недостатки.Она философски говорит: «Если вы выбираете один образ жизни, вы должны отказаться от другого».

«Если вы не ограничиваете себя, жизнь вас не ограничивает», - говорит она.

Сейчас Хуан Цзюань в свободное время работает волонтером, помогая в доме престарелых и волонтером в качестве учителя в школе для слабослышащих. Забота о других и обеспечение тепла одновременно принесли ей покой и счастье. «В прошлом, - говорит она, - мы все хотели добиться успеха в своей карьере, надеясь на продвижение по службе, повышение и признание со стороны руководства.Теперь же, напротив, она не приравнивает свою самооценку к славе и богатству и не измеряет ее этими стандартами. Вместо этого она видит в том, чтобы делать что-то хорошее для общества, способ достичь большей самореализации и внутренней силы.

«Если позволяет физическая сила, я надеюсь, что я всегда буду работать и никогда не выйду на пенсию», - говорит Хуан Цзюань, одновременно признавая, что она все еще адаптируется к своей нынешней жизни. Однако, если она сохранит свою способность учиться и осмелится пробовать и исследовать новые вещи, жизнь будет по-прежнему полна захватывающих впечатлений и возможностей.«Если вы не ограничиваете себя, жизнь вас не ограничивает», - говорит она.

Книжный разговор: Китайская мечта и обычные китайцы

Центр демократического управления и инноваций Ash, Центр китайских исследований Fairbank и Китайское общество HKS приглашают вас на дискуссию с Лу Май , автором книги Китайская мечта и обычные китайцы (Springer 2021). К г-ну Лу присоединяются Джейсон Фурман , профессор Aetna практики экономической политики в HKS и Винни Йип , профессор практики глобальной политики здравоохранения в Гарварде Т.Школа общественного здравоохранения Х. Чана и Исполняющий обязанности директора Центра Фэйрбанка. Модератором этого обсуждения будет директор Центра Эша и профессор международных отношений Daewoo Тони Саич .

Это обсуждение проводится в сотрудничестве с Китайским фондом исследований развития.

Зарегистрируйтесь здесь Об авторе

Лу Май - заместитель председателя Китайского фонда исследований развития (CDRF) Государственного совета, ранее занимавший должность генерального секретаря более двух десятилетий.Г-н Лу имеет обширный опыт работы в сфере реформирования сельских районов в Китае, в конце 1980-х он работал директором Экспериментального отдела по реформе сельских районов Исследовательского центра развития сельских районов Государственного совета и руководил рядом связанных исследовательских проектов для всего мира. Банк и Азиатский банк развития. Г-н Лу получил степень бакалавра искусств. Имеет степень магистра экономики в Пекинском колледже экономики в 1982 году и степень магистра государственного управления в Школе государственного управления им. Джона Ф. Кеннеди Гарвардского университета в 1991 году.

О книге

В этом сборнике интервью исследуется, как «Китайская мечта» подпитывает чаяния людей в Китае сегодня, и представлены 40 типичных примеров, демонстрирующих путешествия, которые обычные люди предпринимают в поисках своей мечты, а также их выдающиеся достижения. Авторы определяют самостоятельность, самосознание и упорный труд как наиболее фундаментальные движущие силы людей, которые берут под свой контроль свою жизнь и достигают своих мечтаний, а семья и социальная поддержка являются еще одним важным фактором.Несмотря на огромные различия в мечтах и ​​опыте собеседованных в их реализации, в их рассказах есть общая черта, а именно влияние серьезных изменений в стране на их жизнь. Будущее человека тесно связано с будущим страны: светлое будущее страны означает хорошую жизнь для всех. Стремление людей к лучшей жизни является основой и центральным элементом китайской мечты, которая является мечтой нации и мечтой каждого гражданина.

Подробная информация о виртуальном событии

Для этого события требуется регистрация.Пожалуйста, зарегистрируйтесь, используя ссылку выше, чтобы получить подробную информацию по электронной почте о том, как присоединиться к виртуальному обсуждению.

Вы можете задавать вопросы участникам дискуссии заранее во время процесса регистрации. Во время мероприятия также будут доступны интерактивные вопросы и ответы с возможностью отправки вопросов в режиме реального времени.

Центр ясеня поощряет людей с ограниченными возможностями участвовать в своих мероприятиях. Если вы хотите узнать о жилье, свяжитесь с нашей командой по организации мероприятий по адресу info @ ash.harvard.edu до мероприятия.

Дополнительные вопросы? Отправьте электронное письмо команде мероприятий Центра пепла по адресу [email protected]

Жизнь в Китае во времена династии Мин

Предыстория

Династия Мин сменила династию Юань в 1368 году после почти двух десятилетий гражданской войны и раздоров. Он был основан одним из ведущих генералов повстанцев, Чжу Юаньчжан , выходцем из крестьянской семьи. Чжу (как император, он взял титул «Хуну») расширил границы Китая во время своего правления на север, юг и запад.Его относительно долгое правление также означало, что Китай пережил длительный период мира и стабильности. Однако к середине 15 века период стабильности закончился, и преемникам Хуну пришлось столкнуться с конфликтом на границах Китая с монголами, чжурчжэнями, японцами и другими восточноазиатскими группами.

Пока династия Мин боролась с нарушителями на своих границах, ее стабильность была еще больше подорвана интригами при дворе. Когда император династии Мин был особенно слаб, куртизанки могли контролировать практически всю страну, поддерживая прочные отношения с императором.Династия Мин пала в 1644 году, когда маньчжурская армия двинулась на юг, к Пекину, и свергла повстанческого генерала, захватившего столицу. Решив остаться и править, а не возвращаться на север, они основали династию Цин.

Жизнь в Мин Китае

Чтобы разбить все это на части и поместить в китайский контекст для вас, мы собираемся посмотреть, как изменилась жизнь трех из четырех основных классов китайского общества. Эта вдохновленная конфуцианством социальная структура, утверждавшая, что в обществе есть четыре класса (ученые, фермеры, торговцы и ремесленники), на протяжении веков была теоретической основой китайского общества.Но, как вы увидите, эти роли и определения значительно изменились за историю Китая.

Ученые

Традиционно класс ученых в Китае служил императорской семье Китая и занимался основными делами правительства. Китайское правительство полагалось на подготовленных ученых как для того, чтобы давать советы императору, так и для того, чтобы вращать колеса правительства. Но во времена династии Мин эти отношения изменились во многом, что повлияло на то, как правительственные чиновники вели свой бизнес.

Во-первых, династия Мин была гораздо более авторитарной, чем предыдущая китайская династия Юань. Императоры династии Мин оказали более прямой контроль над китайским правительством, и его организация стала более стратифицированной, и все основные решения принимались сверху. Например, Хуну упразднил несколько высших государственных постов, и он сам принял эти титулы и роли. Важность государственных чиновников еще больше ухудшилась из-за широкого использования евнухов и (кастрированных мужчин).Императоры династии Мин наняли тысячи евнухов, которые часто работали независимо, а иногда и против традиционных бюрократических чиновников.

Фермеры

Фермеры и другие крестьяне составляли подавляющее большинство китайского населения Минского Китая. Жизнь этих людей стала заметно лучше, в основном из-за того, что Хуну был фермером-крестьянином. Хуну перераспределил обширные участки земли, которые он отобрал у своих политических врагов или завоевал путем завоевания и экспансии, бедным фермерам и другим крестьянам.Позже он издал декрет, в котором говорилось, что любой крестьянин, который начал возделывать пустоши, может оставить землю без налогов, что значительно увеличило общую площадь обрабатываемых земель во времена династии Мин.

Торговцы

Жизнь торговцев значительно изменилась при династии Мин. Традиционно в китайском обществе к купцам относились свысока, поскольку они не производили никаких товаров или ценностей сами по себе, а просто покупали и продавали товары, произведенные другими. Хотя во времена династии Мин внешняя торговля расширялась, в основном это происходило в результате завоеваний и через государство.Поскольку у Хуну было крестьянское прошлое, он не любил торговцев, и многие из его преемников последовали его примеру.

Внутренняя торговля была жестко запрещена во времена династии Мин, чтобы ограничить спекуляцию и взвинчивание цен - методы, которые, по мнению императоров Хуну, несоразмерно ложились на беднейшие китайцы. В конце концов, вся внутренняя, негосударственная торговля, санкционированная государством, была объявлена ​​вне закона. В результате резко возросли масштабы пиратства и контрабанды, поскольку товары по-прежнему ввозились в Китай, из него и через него. Например, японские торговцы провозили серебро контрабандой через Китай, и, хотя чиновники Мин были довольно жесткими с ними, на самом деле ничего не изменилось.

Ming Shih

Еще одним важным событием времен династии Мин было создание Ming shih , или «Кодекса Мин». Ming shih - это юридический кодекс, предписанный Хуну, который модернизировал китайский правовой кодекс. Код был структурирован так, чтобы его можно было неправильно истолковать. Он также включал в себя множество перспективных реформ, таких как некоторая защита рабов, с которыми обращались как с движимым имуществом. Он оставался значительной частью китайской правовой традиции вплоть до 20 века.

Краткое содержание урока

Династия Мин , существовавшая с 1368 по 1644 год и основанная повстанческим генералом (и крестьянином) Чжу Юаньчжан , привела к территориальному и экономическому расширению Китая. За этот период жизнь многих китайцев значительно изменилась. Для ученых и дворян, которые традиционно занимали должности в правительстве, они увидели, что их власть и статус уменьшились, частично из-за концентрации власти императоров Мин в себе, а частично из-за использования империей евнухов (мужчин, которые имели кастрировали) заниматься государственным делом.Судьба фермеров улучшилась по мере перераспределения земель императорами династии Мин. Для торговцев их профессия была в значительной степени запрещена императорами династии Мин, что существенно изменило способ ведения бизнеса китайскими купцами. Многие, например, обратились к контрабанде. Наконец, Ming shih , или «Кодекс Мин», модернизировал и упростил китайское законодательство и оказал долгосрочное влияние на китайское общество.

Великий бронзовый век Китая | Азия для преподавателей

Великий бронзовый век Китая: выставка из Китайской Народной Республики of China
(Брошюра о выставке)

Из первой простой винной чаши - одной из древнейших китайских бронзовых еще известные сосуды - к необычным терракотовым фигурам в натуральную величину. похоронен вместе с Первым Императором Цинь, на этой выставке представлены открытия которые коренным образом изменили наши знания о древней китайской истории и искусство.

Примерно в то же время, когда Стоунхендж расцветал в Англии и Авраам формулировал принципы иудаизма на Ближнем Востоке, бронзовый В Китае развивалась возрастная культура, которая во многих отношениях редко встречалась. равны и никогда не превосходят. Такое развитие событий, кажется, произошло в начале первой половины второго тысячелетия до н. э. в плодородном Центральные равнины долины Хуанхэ. Тысячелетиями это в этой области были развиты неолитические культуры возрастающей сложности, которые в конечном итоге привело к возникновению первой китайской цивилизации.Тем временем бронзового века эта культура характеризовалась сильной централизованной правительство, городские сообщества со стратифицированными социальными классами, дворцовые архитектура, отличительная система письма, сложные религиозные ритуалы, сложные формы искусства и металлургия бронзы.

Схема котла для пищевых продуктов № 4, показывающая метод формования сечения (1) модели или стержня, (2) сечение модели, (3) готовый сосуд.

[Параграф 3] В отличие от других культур, где сначала использовалась бронза в основном для инструментов и оружия, в Китае этот сплав меди и олова был зарезервирован для изготовления величественных сосудов, сыгравших центральную роль в государственный ритуал и поклонение предкам более 1000 лет, даже после официальное начало железного века в пятом веке до нашей эры. Представляя богатство и власть правителей, эта ритуальная утварь демонстрирует высочайшее степень технического и художественного совершенства в ранней китайской цивилизации.

Легенда об основании первой династии Китая демонстрирует важность бронзы для древних китайцев: после того, как король Юй Ся взял под контроль первобытные наводнения примерно в 2200 г. до н. Э. он разделил свою землю на девять провинций и имел девять дин (котлов для еды) бросить, чтобы представить их. Когда пала династия Ся, «девять дин» также названные «Благоприятными бронзами государства», переданы Династия Шан, и, в свою очередь, Чжоу, когда они завоевали Шан.Таким образом, владение бронзовыми сосудами стало символом владения власть и престиж. Правители использовали бронзовые казаны, чашки, сосуды для питья, и другие контейнеры для подношения еды и вина царским предкам и божества. Таким образом они подтвердили свои наследственные права на власть. и пытался убедить предков благотворно повлиять на события.

Во времена Шана вино играло важную роль в таких ритуальных обрядах, поэтому емкостей для вина намного больше, чем других типов.Затем Завоеватели критиковали Шан за чрезмерное употребление вина, Чжоу, который чувствовал, что такое злоупотребление оскорбляет Небеса и Чжоу имеет право узурпировать власть Шан. Защищая свою династию, Чжоу производил меньше сосудов для вина и заменил любимый Шан формы с новыми типами посуды для приготовления и хранения.

После периода Шан, ритуальные сосуды стали более важными, чем выражение личного престижа, чем средство для благочестивых приношений.Это видно по изменяющемуся содержанию бронзовых надписей. Бросать на поверхности судна эти надписи впервые появились во время последняя династия Шан как краткое определение владельца судна или предка, которому он был посвящен. Во время Западной Чжоу периодические надписи становились все более распространенными и длинными, превознося достижений владельца и выражая горячее желание, чтобы произведение могло не только чтить его предков, но и напоминать о его собственных заслугах. его потомкам "из поколения в поколение без конца." К концу бронзового века сосуды стали символами мирского статуса, более важными в праздновании живых, чем в ритуалах для мертвых. Надписи почти исчезли, замененные богатыми поверхностями, инкрустированными золотом, серебром, и драгоценные камни.

[Параграф 7] В древнем Китае бронзовые сосуды отливали коренные жители. Процесс, в котором использовалась пресс-форма из секций (см. диаграмму справа). После вылепив глиняную модель предмета, основатель упаковал ее другим слой глины, которой дали высохнуть, разрезать на части, отколотить, и выстрелил.Затем модель была сбрита, чтобы стать сердцевиной формы. секции собирались вокруг него, и расплавленный металл лился между два. Как только бронза остыла, форма была удалена, и поверхность сосуда гладкий вороненый.

Украшения из ранней китайской бронзы выполнены непосредственно в модель или лепная и отлитая в бронзе, не обработанная на холоде металл потом. Несомненно, что способ литья секций повлиял на характер декоративных узоров: декор Шан отличается симметричностью, фронтальность и врезанный орнамент, обычно располагающийся горизонтальными полосами которые дополняют контуры сосуда.Наиболее часто встречающиеся украшением эпохи Шан была маска животного спереди (см. иллюстрацию, ниже). В период Западной Чжоу зооморфные формы становятся все более и более популярными. более абстрактным, поскольку мотивы Шан растворяются в линейной разработке. Новый словарь волновых и чересстрочных узоров на основе змеевидных форм. развивается в эпоху Восточного Чжоу, и они, наряду с чисто геометрическими выкройки, покрывают сосуды в габаритных конструкциях.В то же время обрабатывает стать скульптурными, изображая в позах тигров, драконов и других зверей которые подчеркивают выпуклости и изгибы мускулатуры тела.

Деталь прямоугольного котелка для еды (fang ding) № 32. Династия Шан, 12 век до н. Э. Из гробницы № 5, Аньян, провинция Хэнань. Институт археологии, Пекин

Сохранением этих древних бронзовых изделий мы обязаны их захоронения, либо в ямах для хранения, где они были спешно спрятаны бегущими члены побежденного элитного дома или, чаще, в гробницах.В течение династии Шан, члены королевской семьи сопровождались в загробной жизни их бронзой, керамикой, оружием, амулетами и украшениями, и даже окружение людей и животных, окружавшее их при жизни: слуги, телохранители, лошади, колесницы и возничие. Во времена Чжоу и Хань периоды продолжались роскошные захоронения, но человеческие жертвоприношения практиковались редко, хотя обычай сохранился заменой фигурок дерево или глина, призванные напоминать свиту умершего.

Пожалуй, наиболее поразительными примерами такой практики являются более Более 7000 терракотовых воинов и лошадей в натуральную величину созданы для сопровождения Первый император Цинь до могилы около 210 г. до н. э. Всего 11 лет перед смертью правитель Цинь объединил под своим руководством весь Китай. Победив и поглотив ряд соперничающих государств, он положил конец века беспорядка и заложили основы объединенных империй поздней китайской истории.Огромные труды, такие как Великий Уолл, однако, быстро истощил ресурсы нового государства, и правление Цинь рухнул вскоре после смерти Первого Императора. Не в последнюю очередь из его грандиозным начинанием было строительство собственного мавзолея, задача, в которой занято около 700 000 рабочих. В 1974 году фермеры роют колодцы. наткнулся на доказательства, которые привели к открытию целой армии глиняных фигуры, захороненные к востоку от гробницы Первого Императора как вечные часовой.Зрелище этого императорского телохранителя, выходящего из Земля потрясающая за гранью воображения. Индивидуально смоделированы с большим внимание к чертам лица, деталям платья, доспехов и прически, они оживляют китайский народ, создавший произведения искусства в эту выставку, и предложить несметные богатства, которые все еще ждут археолога на китайской земле.

[Показано] На обложке [оригинальной брошюры, но не воспроизведенной здесь]: Шагающий пехотинец нет.98. Династия Цинь, 221–210 гг. До н. Э. Раскопан 1976-77 гг. из траншеи 5, карьер № 2. Линтун, провинция Шэньси. Провинция Шэньси Музей

Выставка стала возможной благодаря гранту The Coca-Cola Company; Национальный фонд гуманитарных наук, Вашингтон, округ Колумбия, федеральный агентство; и Благотворительный фонд Роберта Вуда Джонсона-младшего. Под искусством и Закона о компенсации за артефакты, компенсация была предоставлена ​​Федеральным советом. по искусству и гуманитарным наукам.

| вернуться наверх |

Лучшие книги о жизни в Китае

Ши Наян, перевод Дж. М. Джексона

Читать

Ваша первая книга?

Меня всегда интересовало отношение китайцев к жизни: к тому, что происходит, к несчастьям жизни и к тому, как они справляются с жизнью в своем обществе.И я думаю, что, хотя вы получаете много неопровержимых фактов из исторических записей, конечно, чтобы получить настроение и глубже понять, вам нужно заглянуть в литературу. Первый роман, который мне очень нравится, - это «Поля воды». Это один из четырех великих классических романов китайской литературы, но он очень отличается, потому что это история о бандитах - в каком-то смысле это похоже на китайский эквивалент Робин Гуда.
Роман основан на историях, рассказанных людьми до XIV века, и все эти народные сказки были собраны и записаны кем-то по имени Ши Наян, хотя неизвестно даже, существовал ли этот человек.История основана на некоторых исторических фактах: был бандит по имени Сун Цзян, восставший против династии Сун в начале 12 века. Роман берет историю этого бандита и его товарищей и помещает их в своего рода эпическую историю восстания против тирании, которая веками волновала и вдохновляла китайских читателей. Роман прекрасен, потому что личные истории каждого из бандитов взяты вместе, а также рассматриваются индивидуально, а поскольку у вас 108 персонажей, это необычайный подвиг.Это очень ярко и показывает реакцию простых китайцев: у них есть чувство справедливости, щедрости и человечности. И это также показывает необычайное насилие китайского общества и то, как люди делают свою жизнь с этим: как они могут подавить это насилие и превратить его в человеческие отношения.

Бандиты - герои?

Да, ребята хорошие! Все они изображены героями справедливости и людьми, которые хотят быть праведными, но в конце концов главный бандит сдается Императору.Конечно, это беспокоило коммунистов-интерпретаторов этого романа, но это также очень показательно, потому что показывает, что у китайцев все еще есть чувство справедливости, что они хотят держаться вместе.
Что мне кажется интересным, так это то, что у нас часто возникает представление о Китае как о прекрасном, великом, гармоничном и настолько великом, что никто не осмеливается нападать на него. Здесь вы видите это в другом свете, и в то же время вы понимаете, как людям, несмотря на их бунты, нравится быть в организованном обществе - и это напряжение очень сильно в этом романе.Это показывает, что люди не рабы, они не слепы к тому, что происходит в их обществе, и могут противодействовать этому. Это также дает представление о том, что людям нравится в жизни: как они любят пить вино и радоваться жизни и как они находят способы вести достойную жизнь, даже если у них нет денег или средств для этого. Он чрезвычайно полон жизни и очень реалистично показывает многие аспекты социальной жизни Китая.

Давайте перейдем к шести записям о плавучей жизни.

Это совсем другое - это очень короткая книга. Шен Фу был клерком, который родился в семье литераторов в 1763 году. Интересно то, что он рассказывает историю любви и любви между мужем и женой, что довольно необычно для китайской литературы. Он написал историю своей жизни после смерти своей 23-летней жены, и она не была опубликована в то время, но была обнаружена позже и опубликована в 1877 году.
Она имела огромный успех, потому что это было очень откровенное описание счастья, несмотря на несчастья. , и наслаждения всеми эстетическими сторонами жизни.Он любил рисовать, путешествовать, смотреть на пейзажи, и он любил смотреть на луну со своей женой. Его женой на самом деле была его двоюродная сестра, которую он знал с 13 лет, и она очень прямолинейная и очень образованная девушка. Речь идет о том, как интеллектуальные люди в Китае, а также обычные люди - потому что молодая пара часто встречает крестьян, когда они смотрят на луну - могут наслаждаться всем прекрасным в жизни, а искренность книги - нечто экстраординарное.Шэнь Фу говорит: «Меня не волнуют условности». Но он также очень послушный сын и очень верен семье.
Это картина как силы семьи, так и господства социальных связей над людьми, а также того, как люди могут жить для себя, наслаждаться простыми вещами и придавать смысл своей жизни. Описание этой любви между ним и его женой и того, как они жили, несмотря на то, что иногда они были очень бедны и не имели денег, является очень верной картиной, и она глубоко проникает внутрь людей и их человечности.

Чем бы жизнь в браке отличалась от жизни на Западе в то время?

Он был написан примерно в 1806 году, и это примерно в то же время, что и «Гордость и предубеждение». Хотя это далеко, и хотя Шен Фу ничего не знал об иностранной культуре (хотя он покупает что-то у некоторых иностранцев в книге, вероятно, у торговцев), настроение и акцент на искренности и настоящей любви без условностей или вопреки условностям , очень напоминает мне тогдашний британский роман.Это странно, потому что это так далеко, но с точки зрения чувствительности и презрения к богатству и того, насколько важно иметь настоящую жизнь, это очень близко. Также есть идея, что есть люди, которые более деликатны, чем другие, и они чувствуют жизнь, и они чувствуют красоту, потому что чувство прекрасного очень сильно в этой книге, и она передает читателям эстетическое чувство китайцев. Я думаю, что это действительно очень близко к самой внутренней чувствительности китайцев и их чувству эстетики, красоты жизни, природы и истинных отношений с другими людьми.

Фу Линь, перевод Патрика Ханана

Читать

Ваша следующая книга?

Это небольшой роман начала 20 века не очень известного писателя по имени Фу Линь, он называется «Камни в море». Это один из первых романов, в котором писатель говорит «я». Конечно, Шэнь Фу также является рассказчиком «я» - это автобиография, - но это довольно необычно для китайской литературы, и среди романов конца XIX - начала XX века это первое, где писатель пишет о себе.Это роман против деспотизма семьи. Речь идет о двух молодых людях, которые знакомятся друг с другом в возрасте от восьми до двенадцати лет, и они любят друг друга, но затем их семьи вынуждены покинуть Пекин во время восстания боксеров в 1898–1901 годах. Есть описание ужасного бегства всех этих семей из Пекина на юг, когда вторглись иностранцы, и они теряли друг друга из виду во время путешествия. Это история их угрызений совести и печали, и того, как вмешиваются их родители, и мальчика выдают замуж за другую девушку, а затем он понимает, что девушка, которую он любил, все еще жива, и он приближается к ней, когда умирает. .
Что интересно в романе, хотя он очень сентиментален, так это идея индивидуальной свободы, а также то, как молодые люди восстают против этого господства семьи и того, как они находят другие средства для жизни. Также интересно то, что родители осознают, что их решения неправильные, и они осознают это, и в их менталитете произошел сдвиг. В книге Шэнь Фу он подчиняется и пытается найти независимые пути, но он никогда не восстает против семьи; тогда как в этом романе они бунтуют - хотя они подавлены тяжестью семьи - и речь идет о рождении свободы.Герои понимают, насколько еще примитивно общество, что его нужно менять и так дальше продолжаться не может. Это не политика, это больше похоже на то, как живут люди. А также по стилю - он написан на языке менее традиционном, чем большинство китайских романов. Здесь это больше обусловлено чувствами людей и тем, что китайцы называют «чувством страсти». Итак, эта книга показывает изменение менталитета.

Лао Шэ, перевод Жан М. Джеймс

Читать

Расскажите мне о рикше.

Это Лао Шэ, известный писатель, который покончил жизнь самоубийством в 1966 году из-за преследования Красной гвардии. Он был маньчжуром, прожившим в Пекине почти всю свою жизнь, но преподававшим китайский язык в SOAS в Англии в конце 1920-х годов. Этот роман, опубликованный в 1905 году, повествует о Сян-Цзы, человеке, который водит рикшу в Пекине, на дне общества, почти изгоем, и который становится жертвой собственного труда. Это очень простая история обо всех проблемах этого очень простого человека, у которого ничего нет, он делает максимально тяжелую работу, имеет много неудач и, наконец, умирает снежной ночью в одиночестве.
Что приятно в романе, так это описание Пекина - обычной жизни и уличной жизни там, когда это была просто деревня, огромная деревня, которой он оставался до 1970-х годов. Сян-цзы говорит, что его единственный настоящий друг - это сам Пекин, и у него очень особые отношения с ним. Это картина простых вещей в городе и того, как люди живут вместе и разговаривают вместе, а иногда помогают друг другу или пытаются найти способ, и это очень красноречиво и трогательно. Он тоже полон юмора.Это постоянно смешной, и я думаю, что он многое говорит о том, как обычные китайцы могут реагировать на жизнь, особенно в наше время, когда условия намного сложнее, чем в старые времена. Сян-цзы сохраняет дистанцию ​​и в некотором смысле понимает, что он никогда не сможет бороться с обществом, но все же делает это, потому что это придает смысл его жизни. Но он не слепой, он принимает свои несчастья и тоже находит свой собственный способ быть счастливым и время от времени получать удовольствие, даже если ему тяжело жить и он умирает в одиночестве.Речь идет о том, как люди справляются с несчастьем и могут отдать свою жизнь человечности, что, на мой взгляд, очень красноречиво и трогательно.

Ваша последняя книга - «Ходок по трупам: истории из реальной жизни, Китай снизу вверх».

Это немного похоже на первое: писатель Ляо Иу не очень ценится нынешним правительством - его посадили в тюрьму в 1989 году за то, что он написал стихотворение под названием «Резня» об инциденте 4 июня в Пекине.Он провел десять лет в тюрьме, где его посадили с обычными преступниками, поэтому он общался с самыми разными людьми, брал у них интервью и записывал их жизненные истории, и это выдающееся свидетельство того, как люди живут на дне общества. Из их жизней вы получаете сведения о недавней китайской истории (некоторым из них 60, 70 лет), и, таким образом, у вас очень много информации о человеческом компоненте общества: своего рода зеркало жизни, в которой жили люди. частные лица. Например, он взял интервью у школьного учителя, менеджера общественного туалета - человека, который делает самую грязную работу, - а также профессионального плакальщика: профессия, которая недавно была возрождена при коммунистическом режиме.

Как эти люди реагируют на коммунистический режим?

Они принимают - они пытаются найти способ. Они знают, что ничего не могут сделать с тем, что выше, и что даже если они все-таки высказываются, это не имеет никакого эффекта. Но они пытаются справиться и понять, как это работает, чтобы сохранить какую-то независимость и смысл в их жизни, как это делают рикша и люди из The Water Margin, хотя люди, у которых здесь интервью, не герои и не повстанцы. , и они в тюрьме.Но они пытаются оправдаться.
Есть, например, мужчина, торговец людьми, который женился на своих дочерях в провинции, где не хватает жен. Он обнаружил, что люди там платят много денег, чтобы обзавестись женами, поэтому он начал находить других молодых женщин в Сычуани, своей провинции, и заманивать их, говоря, что они будут получать прекрасную зарплату на больших фабриках и так далее, и на самом деле они были выданы замуж. Его арестовали и посадили в тюрьму, но он говорит: «В конце концов, я что-то сделал правильно, потому что, если мужчины там не могут найти женщин, они приходят в ярость и потенциально становятся преступниками.И девушки в Сычуани не хотят оставаться там, они хотят лучшей жизни, и у них действительно есть лучшая жизнь там, где я их поместил ''. Поэтому он оправдывает свои преступления и довольно философски относится к тому факту, что он был заключен в тюрьму на 20 лет или около того.
Книга проливает свет на то, как работает общество. Ляо Иу - очень хороший писатель, и он понимает то, что глубоко укоренилось в китайском обществе. Это не просто вопрос восстания против коммунистического правительства - конечно, он против коммунистического правления.Это скорее чувство универсальных ценностей и человеческого достоинства. Это своего рода кровь, которая постоянно течет в китайской истории и литературе, и выражается разными писателями, но особенно теми писателями, которые действительно могут идти к истине, к внутреннему, глубокому.

Five Books стремится обновлять свои рекомендации по книгам и интервью. Если вы участвуете в интервью и хотите обновить свой выбор книг (или даже то, что вы о них говорите), напишите нам по адресу editor @ fivebooks.com

Интервью Five Books стоит дорого производить. Если вам понравилось это интервью, поддержите нас, пожертвовав небольшую сумму.

Мнение

: Эти цифры показывают, почему политики США неверно оценивают поддержку правительства Китая населением.

В центре Пекина во вторник остановился, когда Китай провел массовый военный парад в ознаменование 70-летия Народной Республики, основанной Коммунистической партией Китая (КПК) в 1949 году.Однако более поразительным, чем ракеты DF-41 и 15 000 марширующих солдат, было необычайное излияние патриотического рвения в китайских социальных сетях.

В WeChat, вездесущем китайском приложении для обмена сообщениями, в моей ленте преобладали сообщения от китайских знакомых, которые приветствовали растущую мощь и процветание своей страны за последние десятилетия. Эти в основном состоятельные китайцы, многие из которых имеют международный опыт, казалось, больше сосредоточены на успехах Китая, чем на росте авторитаризма, милитаризма и репрессий.

Быстрый экономический рост населения Китая на протяжении последнего поколения позволяет предположить, что Вашингтон, возможно, недооценивает стойкость Пекина, стремясь получить преимущество в торговой войне, которая началась в июле прошлого года. Китай может захотеть заключить сделку, чтобы уменьшить растущее давление на свою экономику, но он не сталкивается с чем-то вроде народных протестов, охвативших Гонконг.

Американские политики часто проводят резкое различие между тем, что историк Джеффри Вассерстрем назвал «большим плохим Китаем и хорошим китайским народом», подчеркивая, что сегодняшняя более агрессивная политика Китая направлена ​​против КПК, а не против обычных людей, которые «мечтают о Свобода.

Мнение: Торговая война Трампа сталкивается с внутренним недовольством в Китае

Тем не менее, в Китае есть множество людей - не только диссиденты, демократы и правозащитники, - и многие китайцы открыто поддерживают свое правительство.

Действительно, различные многонациональные опросы общественного мнения неизменно обнаруживают «высокий уровень поддержки режима» в Китае, даже с учетом возможности того, что некоторые люди скрывают свое недовольство из страха перед политическими последствиями.В 2014 году Pew Global Research обнаружила, что 92% респондентов «доверяют» лидеру своей страны Си Цзиньпину.

Нет никаких сомнений в том, что обширная система пропаганды, цензуры и «патриотического воспитания» Китая способствовала формированию таких взглядов, но было бы упущением игнорировать многие причины, по которым китайцы должны чувствовать себя удовлетворенными работой своего правительства. Одним из особенно ярких примеров является то, что подавляющее большинство китайцев считают, что их дети будут материально лучше, чем их родители, в то время как большинство американцев думают, что их дети будут жить хуже.

Китайцы оптимистичнее американцев
Источник: Pew Global Research.

Траектория Китая, похоже, вызывает лояльность у многих граждан. Люди повсюду знакомы с историей о том, как с тех пор, как Пекин начал «реформы и открытость» в 1978 году, экономика росла в среднем на 9,5% в год, а реальный ВВП на душу населения резко вырос с 307 долларов до 7755 долларов в 2018 году.Ожидаемая продолжительность жизни выросла с 65,9 лет до 76,5 лет за 40 лет до 2017 года (средняя продолжительность жизни в США составляла 78,7 лет в 2018 году), а младенческая смертность снизилась на 87,7% к 2018 году. ценить масштабы изменений в повседневной жизни китайцев - такого рода повышение уровня жизни, которое может вызвать сочувствие к правительству и вызвать гордость за свою страну. Данные, собранные Национальным статистическим бюро в период с 1981 по 2012 год, показывают, как экономический рост Китая спровоцировал взрывной рост доступа к потребительским товарам, которые в развитых странах считаются само собой разумеющимся, таким как кондиционеры, холодильники и стиральные машины.

Доступ к потребительским товарам длительного пользования резко увеличился
Национальное бюро статистики

Хотя жилье и работа становятся все более недоступными в элитных городах, состоятельные китайцы теперь учатся за границей, путешествуют по миру и потребляют предметы роскоши, как и их западные сверстники. Деньги везде. С 2006 по 2018 год распространенность банкоматов выросла более чем на 900% с 9.От 6 до 96,8 на 100 000 взрослых, что выше, чем, например, в Гонконге или Италии, хотя, согласно тем же данным Всемирного банка, в США это 173,90 на 100 000 взрослых. Молодые китайцы придерживаются самых разных мнений о своей стране, но многие, привыкшие к хорошей жизни растущей державы, не видят причин сомневаться в статус-кво.

Прочтите: 4 экономических спора, в которых крупные страны играют в курицу

Западные СМИ справедливо сосредотачиваются на том, как корыстный приоритет Пекина «права на существование и развитие» над защитой личных свобод причиняет страдания для бесчисленных противников государственной политики.Тем не менее, чтобы понять стойкость китайского режима, нужно также учитывать многих китайцев любого возраста и происхождения, которые думают, что правительство в целом работает, и гордятся патриотизмом, укоренившимся в КПК.

В капиталистическом мире, почитающем экономический рост, Соединенные Штаты и их западные союзники должны считаться с предполагаемой легитимностью китайской системы. В отличие от бывшего Советского Союза, Китай - авторитарное государство, принявшее рыночную реформу в качестве инструмента управления для постоянного повышения материального уровня жизни своего народа.

Этот прогресс представляет собой дополнительное препятствие для Соединенных Штатов в их растущей конкуренции с Китаем, которое недооценивается официальными лицами, предполагающими простую оппозицию между китайским государством и китайским обществом.

Если не произойдет катастрофический экономический коллапс - а торговая война, скорее всего, приведет к продолжающемуся постепенному замедлению темпов роста, сопровождаемому официальными усилиями по усилению национализма - многие китайцы поддержат свое правительство в споре между США и Китаем.

Мнение: Трамп скоро прекратит торговую войну с Китаем, потому что на самом деле он не заботится о ее победе

Нил Томас - научный сотрудник MacroPolo, внутреннего аналитического центра Института Полсона в Чикаго.Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат исключительно автору и не обязательно отражают точку зрения его работодателя. Следуйте за ним в Twitter @ neilthomas123.

Коммунистическая партия Китая в глазах китайского народа

1 июля 2021 года основные средства массовой информации на Сейшельских островах, а именно Nation, The Today и Сейшельское информационное агентство, опубликовали статью, озаглавленную «Коммунистическая партия Китая в глазах китайского народа ------ Празднование 100-летнего юбилея». годовщина основания Коммунистической партии Китая послом Китая на Сейшельских островах Х.E. Mme GUO Wei, полный текст выглядит следующим образом:

1 июля 2021 года исполняется 100 лет со дня основания Коммунистической партии Китая (КПК). Как китайцы относятся к КПК? Сегодня я хотел бы вкратце познакомить вас с КПК в глазах китайского народа.

I «Без КПК не было бы Нового Китая» - универсальная записка китайского народа.

В 1921 году Китай страдал от войны и беспорядков, и китайский народ погрузился в нищету.На таком фоне и была создана КПК. КПК объединила народ и повела его на правильный революционный путь. После 28-летней кровавой борьбы китайский народ под руководством КПК одержал победу в Китайской народной войне сопротивления японской агрессии, положил конец полуколониальному, полуфеодальному обществу старого Китая и установил Китайская Народная Республика. Победа также положила конец длительному состоянию полного разобщения, существовавшего в китайском обществе, и осуществила воссоединение материковой части Китая.КПК установила социализм как базовую систему Китая, заложив фундаментальные политические предпосылки и институциональные основы для всего развития и прогресса в современном Китае.

С момента основания Китайской Народной Республики в 1949 году КПК прилагала постоянные усилия для поиска пути социализма, отвечающего ее собственным условиям. Он установил социалистическую политическую, экономическую и социальную систему и начал новый путь к реформам, открытости и строительству современной социалистической страны.С тех пор Китай стал одной из самых открытых экономик в мире. Из некогда обедневшей страны Китай стал второй по величине экономикой мира, крупнейшей индустриальной страной, крупнейшим торговцем товарами, крупнейшим местом назначения для прямых иностранных инвестиций и крупнейшим держателем валютных резервов. В течение многих лет он вносил в среднем 30% в год в мировой экономический рост в качестве локомотива глобального роста.

II КПК - это партия, искренне служащая народу и ведущая его к процветанию.

С момента своего основания КПК придерживается подхода, ориентированного на людей, представляя фундаментальные интересы всего китайского народа, всегда считая своей целью стремление людей к лучшей жизни. За последние 70 лет КПК вывела из нищеты почти 1,4 миллиарда человек, обеспечив им средства к существованию, а затем и жизнь умеренного благополучия. Китай ликвидировал всеобщую и крайнюю бедность впервые за свою тысячелетнюю историю. Под руководством КПК Китай создал крупнейшие в мире системы образования, социального обеспечения, здравоохранения и демократических выборов на низовом уровне.Средняя продолжительность жизни выросла с 35 в 1949 году до 77,3 сейчас. В Китае ВВП на душу населения превышает 10 000 долларов США, и это самая большая группа со средним уровнем дохода в мире. В социалистической демократической системе с китайскими особенностями китайский народ пользуется более широкими и существенными правами и свободами. Особенно после 18-го Всекитайского съезда КПК в 2012 году Центральный комитет КПК с Генеральным секретарем и президентом Китая товарищем Си Цзиньпином в качестве ядра хорошо осознавал необходимость переориентации своих социалистических теорий в соответствии с изменениями времени и совпадающими приоритетами. и инициативы.Они основали «Идею Си Цзиньпина о социализме с китайскими особенностями», активно применяют новую философию развития, а именно философию инновационного, скоординированного, зеленого, открытого и совместного развития для Новой Эры, чтобы способствовать сбалансированному и устойчивому политическому, экономическому, культурному, социальному и экологическое развитие. Массы людей теперь наслаждаются улучшенной жизнью, более стабильным обществом и более привлекательной окружающей средой.

КПК стоит вместе с людьми в хорошие и плохие времена, сохраняя с ними тесную связь, какую бы судьбу ни принесла.Члены КПК являются пионерами и образцами для подражания во всех сферах жизни. Подавляющее большинство из них живут и работают на низовом уровне, среди обычных людей, и сами являются обычными людьми. Когда люди сталкиваются с трудностями или бедствиями, КПК всегда приказывает членам партии выступать в первых рядах. В 2020 году 39,144 миллиона членов партии сражались на передовой с пандемией COVID-19. Они сделали все возможное, чтобы не допустить заражения людей и спасти пациентов. Китай - одна из лучших стран по реагированию на пандемию.

После 100 лет развития КПК выросла из партии, насчитывающей всего 50 с лишним членов, до крупнейшей политической партии в мире, насчитывающей более 91,91 миллиона членов. Причина в том, что ни во времена невзгод, ни во времена благополучия партия никогда не забывала своей основополагающей миссии и не колебалась в своем стремлении. Он постоянно совершенствуется и реформируется и заслужил сердечную поддержку китайского народа. В течение 72 лет правящей партии КПК выдержала одно испытание за другим и появилась с новой силой и энергией.Согласно независимым опросам, проведенным Гарвардским университетом и другими учреждениями по всему миру, общая поддержка китайским народом КПК и правительства Китая в течение многих лет в среднем составляла более 90%, что является лидером в мире. Особенно, когда китайский народ добился успеха в борьбе с COVID-19 под сильным руководством КПК, его поддержка и удовлетворение по отношению к партии и правительству Китая достигли исторического максимума.

III КПК - партия, выступающая за мир, сотрудничество и развитие человечества.

Как сказал президент Си Цзиньпин, КПК должна уважать свой статус крупнейшей политической партии в мире соразмерными великими делами. КПК делает все для счастья китайского народа, обновления китайской нации, мира и развития всего человечества. Развитие Китая не только улучшило жизнь китайского народа, но и способствовало благосостоянию всего мира и благородному делу мира и развития человечества.

Под руководством КПК Китай привержен независимой внешней политике мира и пути мирного развития, неуклонно следует беспроигрышной стратегии открытости.Как строитель мира во всем мире, вносящий вклад в глобальное развитие и защитник международного порядка, Китай остается приверженным развитию дружественных отношений со странами по всему миру на основе пяти принципов мирного сосуществования и содействию построению сообщества. с общим будущим человечества. Столкнувшись с пандемией, опустошающей мир, Китай активно участвует в международной борьбе с COVID-19 и предпринимает конкретные действия, чтобы выполнить свое торжественное обязательство сделать свои вакцины глобальным общественным благом.Китай оказывает решительную поддержку странам, включая Сейшельские Острова, в их усилиях по борьбе с COVID-19, внося свой вклад в обеспечение глобальной безопасности общественного здравоохранения, что наглядно иллюстрирует идеал сообщества с общим будущим для человечества.

КПК не заботится об идеологических или институциональных различиях, но следует четырем кардинальным принципам независимости, равенства, взаимного уважения и невмешательства во внутренние дела друг друга для большего обмена опытом управления с политическими партиями других стран.Он также приветствует диалог с различными цивилизациями для укрепления стратегического доверия. В настоящее время КПК установил различные формы контактов, обменов и отношений сотрудничества с более чем 600 политическими партиями и организациями в более чем 160 странах и регионах мира, включая Сейшельские Острова.

Для партии, борющейся за вечное благополучие своей нации, столетний юбилей только знаменует собой начало расцвета КПК.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *