Произведения русских классиков: Произведения российских писателей читать онлайн бесплатно. Скачать художественные книги русских авторов бесплатно на портале «Культура.РФ»

Содержание

Русские писатели-классики и Запад | Алтайская краевая универсальная научная библиотека им. В.Я. Шишкова

Иван Тургенев (1818–1883). «Отцы и дети»

Основательно с русской литературой заграница стала знакомиться через творчество Ивана Тургенева, последние двадцать лет своей жизни прожившего во Франции. Сблизившись с известными западными писателями, деятелями культуры и искусства, с интеллигенцией и политиками того времени, Тургенев очень быстро становится самым известным и самым читаемым русским автором в Европе. Именно с произведений Тургенева, прежде всего с его романа «Отцы и дети», началось постижение западными читателями всей глубины и богатства русского языка. Прозу Ивана Тургенева они ценили и ценят за гуманизм, лаконизм, изящество, простоту и сдержанность стиля, точность образа, умение просто и ясно передать самую суть явления. Особую заслугу Тургенева Запад видел в том, что он с величайшей точностью воссоздал в своем творчестве русский характер, свойственную русским веру в Бога, их нелюбовь ко всякой аффектации, долготерпение перед лицом несправедливости, умение стойко переносить жизненные тяготы (бедность, болезнь и т.

д.) и достойно встречать смерть.

Лев Толстой (1828–1910). «Анна Каренина»

По признанию зарубежных издателей, книги Льва Толстого переиздаются постольку, поскольку освещены его безусловным и непревзойденным авторитетом классика русской литературы. Мало кто из иностранных читателей обращает внимание на радикализм философии и политических взглядов писателя. Гораздо больше их интересуют семейные хроники и такие традиционные темы как взаимоотношение полов, по отношению к которым историческая эпичность и социальные зарисовки нравов скорее являются экзотическим дополнением. Лев Толстой как бренд на Западе – это фундаментальные семейные ценности и добротный литературный язык. По мнению современных писателей Великобритании и Америки, величайший писатель всех времен  и народов – Лев Толстой, самое выдающееся произведение XIX века – его роман

«Анна Каренина». Благодаря Опре Уинфри, самой, пожалуй, популярной телеведущей в Америке, эта книга недавно вышла практически на первое место в списке бестселлеров. Темнокожая звезда американского ТВ сказала зрителям, что «Анна Каренина» – это одна из величайших историй любви нашего времени. Свою долю в популяризацию творчества Толстого на Западе вносят многочисленные экранизации его книг.

Федор Достоевский (1821–1881). «Преступление и наказание»

Федора Достоевского ценят на Западе в первую очередь как религиозного мыслителя, как наставника жизни, как гения, принесшего какие-то драгоценные откровения в области человеческого духа. Конечно, некоторую долю увлечения Достоевским на Западе надо отнести за счет интереса иностранцев к изображениям в творчестве Федора Достоевского, например, в его романе

«Преступление и наказание», так называемой «загадочной русской» души. Но эта сторона популярности Достоевского совершенно перевешивается серьезным вниманием к существенному общечеловеческому смыслу его миросозерцания. Немцы долгое время ошибочно считали Федора Михайловича предтечей Ницше, чем тоже подогревали интерес к нему. В послевоенные годы популярность экзистенциализма – это новый виток прочтения и Достоевского за рубежом («проклятые вопросы»). Особым спросом он пользовался и в годы «холодной войны» – по нему изучали «образ врага». Отдельно стоит рассказать о популярности Достоевского в Японии, он как никакой другой автор подпитывает сосредоточенность японцев на своем внутреннем мире.

Антон Чехов (1860–1904). «Вишневый сад»

Интерес к творчеству Антона Чехова на Западе проявился еще до начала Первой мировой войны, но всемирная слава писателя началась в двадцатые годы прошлого века. Особенно сильным оказалось влияние чеховских пьес, в том числе и его пьесы «Вишневый сад», на мировую драматургию. На Западе Чехов – не русский классик, а просто классик, как Уильям Шекспир. Для западного читателя Чехов – свой, единственный русский автор, вошедший в состав западной души. Это объясняется тем, что с западной точки зрения наши лучшие писатели создали портрет экзотического русского человека,  а Антон Чехов – человека вообще. Его герой узнаваем в любом переводе. Чехов по своей природе – вне границ национальной культуры. Действительно, Чехову, стилю которого свойственна искренность и необычайно ёмкая общечеловеческая простота, удалось многое предугадать и даже предопределить в литературе не только ХХ, но и XXI века. Великий русский писатель выступил в авангарде творческих исканий, которые во многом обусловили пути утверждения принципиально новых эстетических идеалов в литературном искусстве, которые не устарели и, вероятно, не устареют никогда.

Иван Бунин (1870–1953). «Окаянные дни»

Для зарубежных читателей творчество Ивана Бунина является во многом логическим продолжением чеховского творчества, для них Бунин, хоть и не так однозначно, – прямой наследник Чехова: его интонаций, тем, мироощущения и мировосприятия. Недаром в 1933 году Иван Бунин стал лауреатом Нобелевской премии по литературе с формулировкой за «строгое мастерство, с которым он развивает традиции русской классической прозы». Впрочем, его дневниковая книга «Окаянные дни» воспринимается читателями на Западе как своеобразный памятник русскому разгулу, для них это опять-таки русская экзотика – трагическая, не совсем понятная, оттого еще более притягательная.

Владимир Набоков (1899–1977). «Лолита»

Мировая слава Владимира Набокова началась после выхода его скандального романа «Лолита», принесшего автору огромный доход, который позволил ему оставить преподавательскую работу в США, переселиться в Швейцарию и сосредоточиться на творчестве. Кроме того, роман привлёк внимание к таланту Набокова, мгновенно превратив его в одного из самых значительных писателей Европы и Америки. По мнению современных писателей Великобритании и Америки, самым выдающимся произведением XX века стала «Лолита» Владимира Набокова. На Западе и не только Владимира Набокова ценят за сложную литературную технику, глубокий анализ эмоционального состояния персонажей в сочетании с непредсказуемым сюжетом.

Своеобразному литературному стилю Набокова была присуща игра в шараду из реминисценций и головоломки из зашифрованных цитат. Несмотря на свою славу, Нобелевской премии он так и не был удостоен. Как остроумно заметил один американский критик, Набоков не получил «нобелевки» не потому, что не заслуживает ее, а потому, что Нобелевская премия не заслуживает Набокова.

Михаил Булгаков (1891–1940). «Мастер и Маргарита»

В 1967 году в Париже, в одном из крупнейших эмигрантских издательств «YMCA-Press», вышел первый полный книжный вариант «Мастера и Маргариты», текст которого соответствовал машинописной рукописи. Интерес к русскому писателю Михаилу Булгакову проснулся у иностранного читателя во многом благодаря этому роману Именно эта книга становится уже в позднесоветские годы главным русским бестселлером XX века на Западе. Она повлияла на множество людей в мире, вплоть до рок-музыканта Мика Джаггера и художника Ханса Гигера. Западным читателям оказалась близка мистическая составляющая романа, пронизанного бесчисленными отголосками «Фауста» Гете.

Булгаковский мессир отнюдь не родной брат Мефистофеля – Воланд «даёт пример куда большего благомыслия и благородства». Однако писатель не только создавал сознательные отсылки к гётевской драме, но и полемизировал с ней. На Западе появилась мода совершать «паломничество» по местам, где проходили события, описываемые Булгаковым в романе. Например, в Москве был замечен Дэниел Рэдклифф, британский актёр театра и кино, исполнитель роли Гарри Поттера в многолетней серии одноимённых фильмов, снятых по произведениям писательницы Джоан Роулинг.  Рэдклифф признавался, что мечтает сыграть роль в постановке «Мастера и Маргариты».

Борис Пастернак (1890–1960). «Доктор Живаго»

Роман «Доктор Живаго»

Бориса Пастернака, вышедший в Италии в 1957 году, имел значительный успех на Западе. Его читали в Голландии, Великобритании, США… Для Пастернака «Доктор Живаго» – символический роман, проникнутый христианскими мотивами и повествующий о первопричинах революции. И герои его – это символы: Живаго – русское христианство, а главный женский персонаж Лара – сама Россия. Но первые читатели в СССР не смогли или не захотели этого понять. Как ни странно, смысл произведения уловили на Западе. В письмах читателей о «Докторе Живаго» зачастую говорилось, что этот роман позволяет западному человеку лучше понять Россию. Но эти слова поддержки до Пастернака почти не доходили из-за развёрнутой травли со стороны советских властей и даже литературного сообщества. Официальная и полномасштабная кампания против Бориса Пастернака развернулась уже после получения им Нобелевской премии в 1958 году «за значительные достижения в современной лирической поэзии, а также за продолжение традиций великого русского эпического романа». Руководство КПСС настаивало на том, что награда была дана Пастернаку за роман
«Доктор Живаго»
, который порочит советский строй и якобы не имеет никакой художественной ценности. Пристальному интересу к книге в немалой степени способствовал оглушительный успех одноименного фильма, вышедшего на экраны Запада в 1965 году.

Александр Солженицын (1918–2008). «Архипелаг ГУЛАГ»

Первый том «Архипелага ГУЛАГ» был опубликован в Париже, в эмигрантском издательстве «ИМКА-Пресс», в декабре 1973 года. В советских средствах массовой информации началась массированная кампания очернения Александра Солженицына как предателя родины с ярлыком «литературного власовца». Вопреки распространённому мнению, присуждение Солженицыну Нобелевской премии по литературе в 1970 году никак не связано с

«Архипелагом ГУЛАГ», который к тому моменту не только не был опубликован, но и оставался тайной даже для многих близких писателю людей. Формулировка, с которой присуждена премия, звучит так: «За нравственную силу, с которой он следовал непреложным традициям русской литературы». На Западе книгу Солженицына высоко оценили: «Архипелаг ГУЛАГ» занимает 15-е место в списке «100 книг века по версии Le Monde». Причём среди книг, опубликованных во второй половине века, он занимает 3-е место. По факту, пропагандистская машина СССР, развязавшая травлю Солженицына, обеспечила его книге на Западе высокие рейтинги и большие тиражи продаж. Западный читатель знает Александра Солженицына как «борца с режимом», а потому и читает до сих пор его произведения.

Иосиф Бродский (1940–1996). Поэтическое творчество

На Западе об Иосифе Бродском узнали во время активной общественной кампании в СССР, развернутой в защиту поэта, когда его в феврале 1964 года арестовали, а в марте приговорили к максимально возможному сроку за тунеядство – пяти годам принудительных работ на Севере. Подробности суда были опубликованы в зарубежной прессе, за границей начали печатать его стихи. Под давлением общественности после 18 месяцев ссылки срок наказания был сокращен до реально отбытого, и в сентябре 1965 года Иосифа Бродского официально освободили. Поэт противился навязываемому ему – особенно западными средствами массовой информации – образу борца с советской властью. Бродский не любил рассказывать в интервью о лишениях, перенесённых им в советских психушках и тюрьмах, настойчиво уходя от имиджа «жертвы режима» к имиджу «self-made man». В зрелые годы он говорил: «Я – еврей, русский поэт и американский гражданин». В 1987 году Иосифу Бродскому была присуждена Нобелевская премия по литературе с формулировкой «за всеобъемлющую литературную деятельность, отличающуюся ясностью мысли и поэтической интенсивностью». В 1991 году ему было присуждено почетное звание «Поэт-лауреат Библиотеки Конгресса США». В этом почётном, но традиционно номинальном качестве Бродский вел активную деятельность по пропаганде поэзии.  На Западе творчество поэта востребовано в основном интеллектуалами – университетской молодежью и профессурой, деятелями культуры и науки, ищущими и прогрессивными людьми – за разносторонность и глубину поэтического поиска.

Произведения русской литературы: классика и современные авторы

Большинство людей считают российскую классику скучной, длинной и совсем неинтересной. Такие произведения имеют многолетний срок давности написания, поэтому не всегда понятны современным читателям. На самом деле, это распространенная ошибка. Каждое классическое произведение несет в себе особый смысл, который не подвластен времени. Чтобы изменить свое мнение, стоит обратить внимание на подборку самых лучших книг.

Топ-7 книг классической русской литературы

Классическая русская литература богата самыми яркими, захватывающими и интересными книгами.

Лев Толстой «Война и мир»

Неудивительно, что именно этот роман возглавляет рейтинг самых лучших произведений классической литературы. «Война и мир» – огромная сага, показывающая реальную жизнь людей. Роман считается главным произведением русской классики. Здесь показывается военная эпопея, любовь и проницательная семейная хроника.

Лев Толстой «Война и мир»

Федор Достоевский «Преступление и наказание»

В основу романа лег опыт, который автор получил, работая на каторге. Достоевский прочувствовал суровость и жестокость реальности, что и отразил в своем произведении. В центре сюжета – студент Раскольников. Живя в нищете, он убежден, что гуманная цель оправдывает даже самый ужасный поступок. Нехватка денег и жадность подталкивают главного героя на страшное преступление. Но вскоре Раскольников осознает трагичность ситуации и понимает, что его убеждения являются ложными.

Федор Достоевский «Преступление и наказание»

Николай Гоголь «Мертвые души»

Несмотря на название, само произведение никак не связано с мистикой.

«Мертвые души» – отражение «сурового» реализма

В своем произведении Гоголь показывает жизнь помещиков в русской провинции, куда приезжает бывший чиновник. Главный герой желает провернуть свою аферу, чтобы остаться в выигрыше.

Автор демонстрирует все пороки, слабости и недостатки русского человека. Гоголь призывает разглядеть мелочность, бездуховность и ничтожество людей. Поэтому во время прочтение у читателей нередко возникает чувство отвращения к героям произведения. А ведь это именно то, чего хочет добиться автор.

Николай Гоголь «Мертвые души»

Максим Горький «На дне»

Максим Горький – основоположник социалистического реализма. Одержимый мечтой об «иных людях», автор написал одно из самых популярных произведений 20 века «На дне». Основная тема пьесы – правда и ложь. «На дне» показывает противостояние тихого, со своими вечными истинами, старца Луки и громогласного резонера Сатина. В своем произведении Максим Горький затрагивает проблему социалистической революции. Он рассматривает ее как панацею от всех человеческих страданий.

Максим Горький «На дне»

Иван Гончаров «Обломов»

В этом романе каждый читатель сможет найти себя. «Обломов» – олицетворение лучших традиций литературы. В своем произведении Гончаров показывает конфликт, который развивается между главными героями и обществом. Автор реалистично изображает действительность, отражая в ней исторические факты.

Если говорить о жанровой специфике, произведение можно назвать социально-бытовым. Кроме того, роман одновременно затрагивает философские и психологические проблемы. Гончаров тонко раскрывает характер и внутренний мир каждого персонажа, подробно объясняя их поступки и судьбу.

Иван Гончаров «Обломов»

Иван Тургенев «Отцы и дети»

Культовое произведение 19 века впечатлит даже самого привередливого читателя

В центре сюжета – студент, который выступает против всего старого. Он стремиться идти в ногу со временем и не приемлет традиционную общественную мораль. Это является главной мыслью произведения.

Иван Тургенев «Отцы и дети»

Александр Грибоедов «Горе от ума»

В комедии соблюдены все традиции русской классики. Основная идея произведения – протест личности. В центре сюжета – Александр, который после 2 лет разлуки возвращается к возлюбленной. Главный герой собирается сделать девушке предложение. Но София отвечает ему отказом. Девушка полюбила другого человека и желает быть с ним. Александру больше ничего не остается делать, как винить во всем общество, в котором выросла София.

Александр Грибоедов «Горе от ума»

Топ-3 книги современной русской литературы

Постепенно современная русская литература набирает популярность. Вот несколько книг, которые точно не дадут заскучать.

Наринэ Абгарян «Люди, которые всегда со мной»

В своем произведении автор показывает историю нескольких поколений одной семьи. Роман о старших, о близких и родных демонстрирует трудности и переживания героев. Несмотря на тяжелые испытания, у них получается сохранить в сердце доброту, любовь друг к ругу и человечность. Автор утверждает, что именно семья помогает человеку стать тем, кем он должен быть.

Наринэ Абгарян «Люди, которые всегда со мной»

Захар Прилепин «Обитель»

Захар Прилепин затрагивает своей книге множество проблем. Его произведение одновременно о любви, о жизни, прошлом и будущем. Автор показывает клубок человеческих судеб, где невозможно найти правого и виноватого, а также отличить палачей от жертв. Мощный метафизический текст заставляет задуматься о степени человеческих возможностей и потенциале.

Захар Прилепин «Обитель»

Людмила Улицкая «Лестница Якова»

Практически каждый роман Людмилы Улицкой становится бестселлером

«Лестница Якова» не является исключением. Роман-притча показывает разветвленную семейную хронику с детально выстроенным сюжетом. В центре действия – Яков, который не представляет свою жизнь без книги. Не менее значимым персонажем выступает его внучка Нора – театральный художник. Их знакомство произошло случайно. До этого Нора не знала о существовании родственника. Но архив КГБ позволил ей найти своего дедушку.

Книга действительно интересная, ведь за основу сюжета автор использовала настоящие письма.

Людмила Улицкая «Лестница Якова»

Не стоит недооценивать классику. Российские произведения, имеющие многолетний срок давности, на самом деле актуальны и сейчас. Главное — подобрать книгу по душе, и тогда она точно подарит незабываемые впечатления.

Дополнительную подборку произведений русской литературы вы узнаете, посмотрев видео:

Основные произведения русской литературы список. Лучшие произведения классической мировой литературы, которые стоит почитать для души

Можно только предполагать, на какой уровень выдающиеся русские писатели классики подняли нашу культуру, здесь факты говорят лучше нас. Музеи, библиотеки, станции метро, площади, школы и улицы в России, Украины и Беларуси названы в честь многих из них. Произведения русских классиков популярны во всем мире, их воспринимают и любят не только русские, но и иностранцы. Значимый вклад в развитие российского государства внесли и классики российской цивилистики, которых можно назвать классиками отечественного гражданского права 19 и 20 веков. К их числу относятся В.П. Грибанов, Л.А. Лунц, Г.Ф. Шершеневич, Д.И. Мейер, К.П. Победоносцев, О.С. Иоффе и др.

Список русских писателей классиков

Книги взывают к размышлениям, воспитывают самостоятельность суждений, укрепляют силу читателя и рождают мечту:

  • А.А. Блок.
  • А.И. Куприн.
  • А.Н. Островский.
  • А.П. Чехов . Шедевры Антона Чехова, описывающие повседневную жизнь, продолжают вызывать восторг и умиротворение. Его прославленные пьесы не теряют своей актуальности и сегодня, они продолжают идти на сцене театров.
  • А.С. Грибоедов.
  • А.С. Грин. Хочется отметить произведения Грина, в которых рассказано о романтической возвышенной любви к прекрасным женщинам, о верной и крепкой дружбе. Его книги излучают свет, они отмечены тонкой печалью, чистотой и целомудрием. Грин творил Чудо в своем воображении, не сумев найти его в жизни.
  • А.С. Пушкин. Гений Александр Пушкин осветил дорогу последующим поколениям на столетия вперед. Через его произведения читатель воспринимает многообразие и мудрость этого мира.
  • В.В. Маяковский.
  • Д.И. Фонвизин.
  • И.А. Бунин.
  • И.А. Гончаров.
  • И.С. Тургенев. Он написал множество романов, повестей и пьес, рассказов, приумножив, обогатив мировую литературу.
  • К.М. Станюкович. Своеобразны произведения и Константина Станюковича, который по настоянию отца выбрал карьеру военного моряка, отправившись в кругосветное плавание. Писатель повидал многое, он был произведен в гардемарины, переболел лихорадкой. Его событийная жизнь отразилась в творчестве, большинство его произведений описывают жизнь военно-морского флота.
  • Л. Н. Толстой. Русскую литературу поднял на высочайший уровень писатель Лев Толстой, которого читает весь мир. Человек самобытный, с огромным зарядом энергии, крайне разносторонний, он смог в своих произведениях выразить всю глубину и красоту собственного мировоззрения.
  • М. А. Булгаков.
  • М.Е. Салтыков-Щедрин.
  • М.И. Шолохов.
  • М. Ю. Лермонтов.
  • Максим Горький. Он прошел нелегкий жизненный путь, он много повидал на своем веку. От его произведений, где описана реальная, «неприкрытая» жизнь людей, веет силой и жизненной правдой.
  • Н. В. Гоголь. Большой силой, порой даже мистической, и красотой наделены произведения Николая Гоголя, писателя, вошедшего в сокровищницу мировой классической литературы.
  • Н. А. Некрасов.
  • Н. Г. Чернышевский.
  • Н. М. Карамзин.
  • Н. С. Лесков. Он автор произведений «Левша», «Чёртовы куклы», «Некрещеный поп», «Житие одной бабы», считается самым национальным автором России, самым русским писателем.
  • С.А. Есенин.
  • Ф.И. Тютчев.
  • Ф.М. Достоевский. Федор Достоевский, относится к самым известным и значимым писателям России, одним из наиболее уважаемых русских авторов во всем мире.

Список писателей классиков русской литературы не ограничен этими, наиболее востребованными авторами произведений. Каждый из нас может на протяжении всей жизни открывать новые книги, которыми одарили нас классики русской литературы.

Лучшие книги русских классиков

Русские классики учат нас жизни, мудрости. Образованным, в полном смысле этого слова, может себя считать только тот человек, который знает классическую литературу. Для каждого из нас существует перечень произведений, в который входят лучшие книги русских классиков. Все мы их любим, ценим, неоднократно перечитываем.

Наиболее популярные книги русской классики:

  • Ф. Достоевский «Братья Карамазовы». Произведение относится к числу самых сложных и неоднозначных в творчестве писателя. Книга считается одной из лучших, где раскрыта тема самобытной русской души. На Западе этому произведению уделяют особое внимание. Это эмоциональное, глубокое философское произведение об извечной борьбе, сострадании, грехе, о том слитке противоречивых чувств, охватывающем душу человека.
  • Ф. Достоевский «Идиот». Это произведение считают самым неразгаданным романом великого писателя. Князь Мышкин, главный герой книги – человек, воплощающий в себе христианскую добродетель, провел значительную часть жизни в уединении, а затем решился выйти в свет. Столкнувшись с алчностью, лживостью, жестокостью, он теряет ориентиры, а окружение называет его идиотом.
  • Л. Толстой «Война и Мир». Роман-эпопея, где описана жизнь русского дворянства и война с Наполеоном, что отражено во взаимосвязи событий мирной жизни и военных действий. Это одна из выдающихся книг мировой литературы, она принадлежит к сокровищнице вечной классики. В ней описаны рукой великого мастера такие противоположные направления, собранные в единство человеческой жизни, такие как любовь и предательство, жизнь и смерть, мир и война.
  • Л. Толстой «Анна Каренина». В романе описана любовь замужней женщины, Анны Карениной, к красавцу-офицеру Вронскому, окончившаяся трагедией. Это величайший шедевр, тема которого актуальна и по сегодняшний день. «Анна Каренина» — это глубокое, сложное, психологически утонченное повествование, полное достоверности и драматизма, которое очень любят читать женщины .

  • М. Булгаков «Мастер и Маргарита». Этот своеобразный блистательный роман не имеет своих аналогов. Свой труд Булгаков писал на протяжении 11 лет. Однако при жизни писатель так и не увидел его опубликованным. Это мистическое, самое загадочное произведение русской литературы. Книга имеет мировую известность: постичь ее тайну хотят многие читатели со всего мира.
  • Н. Гоголь «Мертвые души». Бессмертное произведение автора о человеческих слабостях, мелочности, хитростях, показывает закоулки человеческого характера. Под «Мертвыми душами» подразумевают не только те, которые выкупал главный персонаж произведения, но и души тех живых людей, которые стонут под бременем своих мелочных интересов, сами того не осознавая.

Наслаждайтесь великими произведениями классиков, радуйтесь вместе с их героями, сопереживайте им, в этих книгах заключена великая сила жизни.

Классики в российской провинции

Россия принадлежит к одной из самых читающих стран мира. Сегодня книги вытесняются интернетом, телевидением, компьютерными играми на 2-й план. Литературная акция под названием «Классики в российской провинции», прошла 1 июня, охватив города Ассоциации малых туристских городов. Мероприятие и было задумано для сохранения ценности литературы. Акция берет свое начало с 2014 года. Тогда, в июне прошлого года, в городе Мышкине можно было наблюдать удивительную живую картину: в купеческой усадьбе Т. В. Чистова неспешно, по-барски, прогуливались дамы, одетые в наряды 19 века. Летний ветерок играл их локонами, а кавалеры, приосанившись, вышагивали по старинной мостовой. Играла классическая музыка, на фоне которой стихи А.С. Пушкина звучали необыкновенно красиво. Так очаровательно начался фестиваль в июне 2014 года. Таким образом, вновь зазвучали своим несмолкающим голосом классики в русской провинции.

Июнь 2015 года продолжает эту замечательную традицию, проводя литературную акцию во 2-й раз. Участники ее, как и в прошлом году, читали в микрофон на протяжении нескольких часов выдержки из произведений русской классической литературы. В честь годовщины Победы зрители услышали произведение «Василий Тёркин» А. Твардовского, которое было включено в программу мероприятия.

Акция в городе Азове прошла на 3-х городских площадках. В Кунгуре выдержки из классической литературы звучали во всех городских библиотеках. В Угличе акция проходила на главной городской площади Успенской. Участники праздника зачитывали произведения М.Чехова и О. Берггольц. В общем, количество людей, участвовавших в литературном мероприятии, достигло 3 тысяч человек. В Гурьевске на главной площади и в Парке культуры и отдыха, где было проведено мероприятие, были установлены книжные выставки.

В общей сложности, литературная акция длилась около 5 часов, напитав участников глубиной и красотой классических произведений.

А каких русских писателей классиков предпочитаете Вы? Чьими книгами зачитываетесь? Расскажите об этом в

В понедельник брошу курить. На следующей неделе начну бегать и запишусь в спортзал. На выходных наведу порядок в комнате и найду работу. Надо бы еще и заняться, да?

На наши плечи опустился 2019-й. Самое время оторваться зад от дивана, продрать глаза, выпить минералочки и наконец-то начать. Я составила для вас 2 списка книг мировой и русской литературы, ознакомиться с которыми надо хотя бы в 2016, если вы этого не сделали ранее. Начнем, пожалуй, с «занудной» русской классики. Внемлите!

Федор Достоевский «Сон смешного человека»

Вы же тоже хотя бы раз в жизни задумывались о суициде? Если нет, то это не повод обойти рассказ Достоевского стороной. Все знают этого автора сугубо по книге «Преступление и наказание», однако, на мой взгляд, чтобы полностью понять суть Достоевского, начать следует именно с рассказа «Сон смешного человека». Как же перед последним выстрелом в голову понять суть существования человека? Как променять рай на мировые войны и ненависть к ближнему своему? И главное – как не спустить курок. Конец рассказа можно озаглавить выражением «Cherchez la femme», если вы поняли, почему, то все было не зря.

Антон Чехов «Палата номер 6»

Как думаете, русская классика под стопку водки идет лучше? У меня на этот счет субъективное мнение, а вот как дела обстоят с взглядами товарища Громова? Как совместить чтение книг, рюмку водки, психиатрическую лечебницу и двух гениальных людей с абсолютно разными и одновременно одинаковыми взглядами на существование в этом мире? Такой себе оксюморон пронизывает весь рассказ о грустной правде веселого Чехова. Вы уже поняли, чем запивать литературу?

Евгений Замятин «Мы»

Основоположником великого жанра антиутопии смело можно считать Евгения Замятина. Уверена, если вы остановили свой выбор на нем, то просто обязаны знать таких великих антиутопистов, как Орруэлл и Хаксли. Если эти фамилии вам о чем-нибудь говорят, то даже не думая приобретайте себе Замятина и начинайте поглощать его столовыми ложками. Строевая система, отношения по талонам и сплошные заглавные буквы. Вместо людей. Вместо имен. Вместо жизни.

Лев Толстой «Смерть Ивана Ильича»

На обложке этой книги я бы написала огромными красными буквами: «Осторожно! Вызывает разочарование, боль и осознание. Сентиментальным глупым людям строго запрещено». Забудьте о заезженной книге «Война и мир», перед вами совсем иная сторона Льва Толстого, которая стоит всех томов огромного романа. Пытаясь найти в рассказе «Смерть Ивана Ильича» глубокий смысловой подтекст, вы упустите самое главное, лежащее на поверхности. Банальная, простая истина которая доступна каждому, всякий раз ускользающая от нас. Если вы нашли ее в рассказе, да и к тому же научились жить по ней, мой вам поклон и белая зависть.

Иван Гончаров «Обломов»

Вот в чем-чем, а в романе «Обломов» найти себя проще простого. Увы. Как прекрасно созерцание этой жизни со стороны, когда глупая суета этого мира обходит тебя стороной. Первая любовь, которая почему-то заставляет подняться с дивана, навязчивые друзья, вечно пытающиеся вытащить твой ленивый зад в свет – как абсурдна вся эта «бурлящая жизнь». Обходить ее стороной, созерцать, мыслить и мечтать, мечтать, мечтать! Если вы единомышленник этого утверждения – поздравляю, ваша родственная душа найдена в главном герое романа «Обломов».

Максим Горький «Страсти-мордасти»

Произведение Горького не случайно получило такое символическое название «Страсти-мордасти», ведь рассказ невозможно прочесть без дрожи в коленях. Если вы чрезмерно любите детей – не читайте. Если вы впечатлительны и эмоциональны – не читайте. Если девушки с сифилисом вызывают у вас сугубо отвращение – не читайте. А вообще, не слушайте сейчас меня, открываете книгу и начинайте пугаться жестоким реалиям этой жизни. Социальное дно, грязь, пошлость и все-таки по-настоящему счастливые, «чистые» люди в детских и взрослых мечах о невозможном счастье.

Николай Гоголь «Шинель»

Маленький человек против огромного страшного социума или как потерять все то, что тебе дорого, даже если это простая шинель. Скупой чиновник, ненужное окружение, маленькое счастье вразмен на великое разочарование и смерть как единственное логическое завершение. Именно на примере Акакия Башмачкина будем рассматривать большую весомую и значимую проблему общества – кражу шинели.

Антон Чехов «Человек в футляре»

Как вы поддерживаете отношения со своими коллегами по работе, одногруппниками или друзьями? Посоветую один отличный способ повышения вашей коммуникабельности – приходите к ним в гости и молчите. Даю стопроцентную гарантию, общество будет от вас в восторге. Зонт в футляре, часы в футляре, лицо в футляре. Некая оболочка, за которую человек пытается спрятаться, оградиться от внешнего мира. Человек, который даже свою искреннюю любовь умудрился запихнуть в чехол и оградить ее не только от объекта любви, но и от себя самого. Так что там насчет поддерживания отношений? Помолчим?

Александр Пушкин «Медный всадник»

И снова мы встречаем большую проблему маленького человека, только на сей раз в произведении Пушкина «Медный всадник». Евгений, Параша, Питер и история любви, казалось бы, что может быть более идеальным для сюжета романтической драмы? Но нет, это же вам не «Евгений Онегин». Ломаем любовь, ломаем город, ломаем человека, добавляем к этому каплю символического образа медного всадника и получаем идеальный рецепт одной из лучших поэм Пушкина.

Федор Достоевский «Записки из подполья»

И замыкающим список русской классики станет тот, с кого мы, собственно, и начали – великий любимый Достоевский. Не случайно «Записки из подполья» я поставила на завершающее место. Ведь это произведение не просто волнующее, оно местами дикое, если можно так выразиться. Усиленное осознание бытия – смертельная болезнь. Деятельность – удел ограниченных и глупых. Если вам нравятся эти трактовки, то Достоевский вам по вкусу, а если вы еще и проституток хотя бы раз в своей жизни унизили, так «подполье» станет любимым местом вашего пребывания.

О 10 лучших зарубежных классических книгах читайте во второй части списка книг на 2016 год. Любите русскую классику.

Отечественная художественная литература всегда характеризовалась ориентированностью на отображение внутреннего мира героев. В этом заключается главная черта творчества русских писателей. Способностью обрисовать нравы персонажей так, чтобы у читателя возник яркий эмоциональный отклик, восторгаются многие критики прошлых столетий и современности. Описание душевных противоречий, преодоление препятствий морального свойства, попытки отыскать верное решение в ситуациях, когда личные потребности оказываются в конфронтации с общественными представлениями о долге и приличиях, поиск собственного пути — всё это лучшие русские книги скрывают за своими переплётами и обложками. В актуальном обзоре собраны произведения, сыгравшие значительную роль в личностном становлении не одного поколения. Нетривиальные сюжеты, запоминающиеся герои, ставшие символами эпох, элементы беспощадного сарказма и грустной иронии воспринимаются читателями по-разному, но равнодушными не остаются даже те, кто не привык впитывать смысл печатных строчек каждой клеткой открытого сердца. Итак, топ 10 лучших русских книг всех времен.

10.

Два капитана, Вениамин Каверин

Написанный советским прозаиком Вениамином Кавериным, ещё при жизни автора этот роман принёс творцу наивысшую литературную награду того времени в СССР — Сталинскую премию. Выдержанное в духе патриотического героизма и авантюрных приключений, произведение повествует об удивительном пересечении судеб двух достойных людей эпохи. Опасная экспедиция капитана Татаринова к северным берегам не давала покоя Саньке Григорьеву с раннего детства. Повзрослев, юноша решает повторить маршрут отважного мореплавателя. На этом непростом пути его ожидает множество неожиданных встреч и открытий, а также возможность обрести любовь и обнаружить в себе качества, о присутствии которых в иных обстоятельствах трудно догадаться. Некоторые герои истории имеют реальных прототипов. Экспедиция в край вечных льдов описана с той достоверностью, с которой возможно интерпретировать обстоятельства, описанные в дневниках членов команды исследователей акватории Арктики Брусилова и Седова.

9. Преступление и наказание, Фёдор Достоевский

Включённый в школьную программу, философский роман великого русского классика Ф. М. Достоевского несомненно предоставляет гораздо больше поводов для размышления, чем способны охватить умы школьников старших классов. Однако произведение способно оказать влияние на формирование их внутренних взглядов и убеждений, стать мотивирующим явлением для желания составить собственное мнение и поведать о нём окружающим. Вопрос наличия у человека права распоряжаться чужой жизнью (даже в контексте последующего совершения благих дел) относится к вечно актуальным. Главный герой — студент, преодолевший порог бедности и неуклонно стремящийся к социальной пропасти, к нищете. Отчаяние наводит его на мысль получить деньги путём совершения убийства. Оправдывая свой поступок, Раскольников убеждает себя, что будущая жертва — недостойный человек, а её средства помогут многим более благородным людям наладить жизнь. Имеет ли герой основания рассуждать подобным образом тогда, когда его главный оппонент — собственная совесть? В этом неизбежном диалоге существуют заведомо проигравшие, но исход становится известен лишь после принятия фатального решения.

8. Мертвые души, Николай Гоголь

Произведение, задумывавшееся автором в формате трёх томов, носит необычное для прозаичного текста жанровое определение. Гоголь именовал свой эпистолярный труд поэмой и представил его миру в 1842 году. Виртуозно воспользовавшись приёмом обобщения там, где это уместно, автор сумел создать энциклопедическое собрание характеров представителей различных социальных слоёв середины позапрошлого века. В центре изложения — авантюрист Чичиков. Он аккумулирует вокруг себя людей, воплощающих яркие и красноречивые образы помещиков, знатных или разорившихся. Задача заезжего гостя — приобрести крепостных, которые по документам числятся усопшими. Чем вызван подобный интерес, и какие души на самом деле давно мертвы? Бессмертная литературная классика и одна из лучших русских книг предстаёт как поле для безграничных познаний в эфемерной сфере человеческих страстей.

7. Человек-амфибия, Александр Беляев

«Человек-амфибия» — одна из лучших русских научно-фантастических книг, завоевавшая огромную популярность среди читателей советского общества и осталась эталоном соответствующего жанра в современном мире. В основе — удивительный эксперимент доктора Сальватора. Имевший изначально благородные цели спасения жизни умирающего ребёнка, хирургический опыт привёл к появлению человека с уникальной способностью дышать под водой. Море стало для Ихтиандра родной стихией, однако коварные люди решают использовать возможности героя в своих интересах. Любовная линия органично вписывается в сюжет и добавляет повествованию чувственности, провоцирует эмпатию. Борьба за жизнь и любовь, слившиеся в единый весомый повод противостоять злу, побудили талантливых советских режиссёров создать художественную картину, собравшую у экранов рекордное для того времени количество зрителей.

6. Собачье сердце, Михаил Булгаков

Яркое олицетворение сути социалистического общества, сформировавшегося к 20-ым годам прошлого столетия. Поразительным умением воплощать дух эпохи в характерах литературных героев обладал гениальный писатель Михаил Булгаков. Его герой профессор Преображенский демонстрирует несвойственную революционность научных идей, постоянно совершая экстраординарные хирургические операции. Их действие направлено на получение результатов, которые знаменуют невиданный прогресс в медицине. Очередная работа — пересадка гипофиза умершего человека псу. К удивлению самого гения, объект не только выживает, но и изумительным образом находит место в новом обществе. Обретая черты настоящего активиста, новый Шарик, названный по документам Полиграфом Полиграфовичем, не испытывает уважения к создателю, старается вытеснить его из личных апартаментов, пишет кляузы, проводит провокационные неприличные выступления на публике. Эти проявления нрава помогают герою получить должность начальника в структуре по борьбе с теми, к кому лишь недавно относился и сам Шариков, а именно — бездомными собаками. Только профессор может вновь обуздать время и исправить ошибку, которая вскоре начинает угрожать его жизни и благополучию. Но как это возможно?

5. Братья Карамазовы, Фёдор Достоевский

В середине рейтинга лучших русских книг – «Братья Карамазовы». Произведение можно смело оценивать как удавшуюся попытку пересмотреть, осознать и оценить моральные религиозные ценности через призму взаимоотношений членов отдельной семьи. Достоевский вновь поставил провокационный эксперимент над человеческим самосознанием, наглядно отобразил нешуточную борьбу в границах души каждого из трёх братьев и их отца. Роман сложный, но безумный интерес к нему возникает за счёт переплетения психологических аспектов личности и внешних религиозных наставлений, которым она подвергается. Конечный пункт — принятие самого себя и обретение Бога внутри, а не подсознательно насильственное смирение. Но кому из братьев удастся достичь этого знания до того, как грехи станут необратимыми, и насколько оно им пригодится? Знаток душевных терзаний Фёдор Михайлович создал Митю, Алёшу, Ивана и Фёдора Карамазова на страницах романа такими, что возможность их реального существования не вызовет сомнений.

4. Белая гвардия, Михаил Булгаков

Нет ничего более разрушительного для страны, чем война в её границах. Открытая вооружённая борьба между жителями некогда единого государства отражается на жизни каждого гражданина, вынуждая его совершать выбор, к которому невозможно оказаться готовым. Гражданская война застаёт интеллигентную семью Турбиных в Киеве. Герои становятся свидетелями того, как привычная реальность ежедневно меняется, требуя от них активных действий на каждом шагу. Кто-то предпочитает смириться и пассивно наблюдать, как всё, что некогда представляло огромную ценность, превращается в пыль и грязь под ногами. Иные осмеливаются вступить в противостояние и отстаивать любым способом право на жизнь, любовь, естественное проявление справедливости и свободы.

3. Война и мир, Лев Николаевич Толстой

Грандиозная эпопея, воплотившая в себе любопытные биографии целых семейных кланов и хроники событий войны с Наполеоном открывает тройку лучших русских книг. Четыре тома — впечатляющая панорама, которая проносится перед читателем ярким вихрем неординарных судеб. Безуховы, Курагины, Ростовы, Болконские — эти фамилии стали нарицательными и исключили забвение для своих представителей, благодаря роману Льва Толстого. Характер каждого персонажа прорисован так тщательно, что остаться безучастным к событиям его жизни весьма сложно. Обстоятельства, в которые автор помещает героев, остаются в памяти и обретают нарицательные характеристики. Чего стоит сцена, где князь Болконский придаётся размышлениям у старого дуба! Толстой мастерски показывает эволюцию человеческой души на фоне внешних объективных метаморфоз. Общее время описанных действий приближается к 15 годам. Лишь эпилог заставит понять масштаб влияния этого периода на героев, а прочитанного — на читателя.

2. Тихий Дон, Михаил Шолохов

Начало прошлого века ознаменовалось для России рядом политических и социальных катаклизмов, ставших судьбоносными испытаниями для людей всех конфессий и социальных статусов. Персонажи романа Шолохова — донские казаки. Во время войны 1914-1918 годов и последующих гражданских вооружённых столкновений, в период становления новой власти и радикальных изменений основ устройства государства главный герой эпопеи по имени Григорий Мелехов мучается от необходимости совершить моральный и фактический выбор. В романе присутствует острая политическая линия, созданная на основе определения Григория в отношении сформировавшихся властных структур, и лирическая. Мелехов оказывается женатым на девушке, которую не любит, а счастье с желанной Аксиньей кажется ускользающим. Проходит время, герой вынужден мириться с последствиями собственных решений, значение которых вовремя не сумел оценить должным образом. Мощное воздействие на читателя складывается за счёт талантливого описания степных пейзажей, позволяющего глубже осознать истинное одиночество и страдание от возникших утрат главного героя. Достойное второе место в списке лучших книг русских писателей.

1. Мастер и Маргарита, Михаил Булгаков

Возглавляет наш небольшой список лучших русских книг «Мастер и Маргарита». Всё перемешалось в этом литературном шедевре: прошлое и настоящее, религия и агрессивный атеизм, дьявольское и безгрешное, пороки и идеалы, гениальность и посредственность, любовь и низменные проявления страстей. Булгаков работал над романом до конца своего земного пути. Доступная для общественности версия произведения увидела свет, в силу стараний и кропотливой работы супруги писателя. Тема столицы российского государства 30-х годов ХХ века обнажает катастрофические червоточины в сердцах её жителей. Лейтмотив противостояния мировоззрений Пятого Прокуратора Иудеи и одного из осуждённых им на смерть заставляет ментально прикоснуться к вечности и ощутить её пугающее постоянство. Поглощающая история чувственной привязанности, захватывающие элементы мистики, ёмкие цитаты, остающиеся актуальными, побуждают читать роман до последней строчки и впитывать значение каждого слова, подобранного с поражающей точностью.

Ценными сокровищами эпистолярного жанра являются описанные лучшие русские книги. Многочисленные экранизации классических сюжетов являются работами не только российских режиссёров, но и зарубежных. Популярность русской классики среди представителей иностранного культурного сообщества объясняется неизменными стараниями понять и объяснить мотивы скрытной и оттого загадочной души русского человека. Отечественным читателями остаётся лишь гордиться и восхищаться столь богатым, вдохновляющим и удивительным литературным наследием.

Произведения классиков, как хорошее вино, – они выдержаны и проверены временем и огромным количеством читателей. Многие из этих книг универсальны: они исцеляют душу, ищут ответы на вечные вопросы бытия, развлекают, расслабляют, поднимают настроение, заставляют задуматься и дарят бесценную возможность приобрести уникальный жизненный опыт.

Русская классика

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Блистательный шедевр мировой классической литературы. Необычайный многозначительный мистический роман, изобличающая людские грехи и пороки. В нем переплелись извечные темы борьбы добра со злом, смерти и бессмертия, а также невероятная линия любви, начавшаяся со случайной встречи людей, созданных друг для друга.

«Евгений Онегин», Александр Пушкин

Хорошее произведение для тех, кто выбирает классическое произведение для саморазвития. Роман в стихах, в котором противопоставлены два характера: пресыщенного скучающего молодого человека Евгения Онегина и чистой наивной девушки Татьяны Лариной, последовавшей искреннему чувству. История о взрослении и развитии одной личности и внутренней опустошенности другой.

«Анна Каренина», Лев Толстой

Замужняя Анна Каренина влюбляется в молодого офицера Вронского. Тот отвечает ей взаимностью. Но окружение отворачивается от «падшей женщины». Отчаянные попытки влюбленных воссоединиться на фоне нравов и порядков дворянства того времени не увенчались успехом.

«Доктор Живаго», Борис Пастернак

История поколения начала 20 века, которое входило в новую эпоху с верой в большие перемены. Однако испытания, которые им пришлось пережить (гражданская и первая мировая война, революция), принесли лишь разочарования и поломанные надежды. Но, несмотря ни на что, люди приобрели бесценный опыт. Книга полна размышлений о судьбах людей и государства.

«12 стульев», Евгений Петров, Илья Ильф

История о двух авантюристах, ищущих бриллианты, спрятанные в стульях гостиного гарнитура мадам Петуховой. Роман-фельетон невероятно увлекательный, пропитан острым юмором и неиссякаемым оптимизмом. Обеспечит несколько увлекательных вечеров, тем, кто еще не читал книгу, и поднимет настроение тем, кто взялся за нее повторно.

«Собачье сердце», Михаил Булгаков

Профессор Преображенский исследует методы омоложения. Однажды он приводит с улицы бездомного пса Шарика и делает ему пересадку гипофиза умершего Клима Чугункина, пьяницы и хулигана. Вместо доброго покладистого животного получается существо с абсолютно отвратительным характером и повадками. Роман демонстрирует историю взаимоотношений интеллигенции с «новой породой» человека.

«Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина», Владимир Войнович

Чудесный выбор произведения, чтобы почитать в отпуске, такой легкий роман-анекдот. Перед началом Великой Отечественной войны в небольшой деревушке из-за поломки садиться самолет. Отбуксировать его нет возможности, поэтому к нему приставляют простодушного и нелепого постового Ивана Чонкина, который со временем переносит место своей службы в дом почтальона Нюры…

«А зори здесь тихие», Борис Васильев

Трагическая история о неравном противостоянии пяти девушек-зенитчиц и отряда немецких диверсантов в составе 16 человек. Мечты о будущем и рассказы женщин о любимых создают ошеломляющий контраст с жестокой реальностью войны.

«Бесприданница», Александр Островский

Пьеса, о женщине, вынужденной связать свою судьбу с неприметным, неинтересным и нелюбимым человеком лишь потому, что она не имеет приданого. Мужчина, которого же она любит и считает идеалом, лишь развлекается с ней, не имея намерения менять на нее богатую невесту.

«Гранатовый браслет», Александр Куприн

Увидев однажды в ложе цирка княгиню Веру, Георгий Желтков влюбился в нее без памяти. Он слал ей письма, ни на что не надеясь, поскольку она была замужем. Любовь длилась несколько лет, пока он не решился подарить ей гранатовый браслет. Прекрасное произведение, которое подойдет тем, кто ищет, что почитать для души.

Зарубежная литература

«Поющие в терновнике», Колин Маккалоу

Эпическая история семьи бедняков, ставших впоследствии управляющими крупного австралийского поместья. Сюжет романа основан на сильных, полных драматизма чувствах между главной героиней Мэги и католическим священником отцом Ральфом. Что же победит любовь или религия? Произведение стало одним из самых востребованных у почитателей любовных романов.

«Унесенные ветром», Маргарет Митчелл

Роман о сильной женщине Скарлетт О’хара, взвалившей на свои плечи заботу о своей родне в тяжелые годы Гражданской войны в Америке. Книга повествует о невероятной истории любви и демонстрирует эволюцию чувств главной героини на фоне испытаний войной.

«Гордость и предубеждение», Джейн Остен

Англия 18 века. Мистер и миссис Беннет, воспитавшие пять дочерей, подумывают о замужестве юных барышень. Поселившийся по соседству мистер Бингли как нельзя лучше подходит на роль жениха. К тому же у него есть много приятелей. Книга о том, как зарождаются чувства, и как любовь помогает преодолеть гордость и предубеждение.

«Великий Гэтсби», Френсис Скотт Фицджеральд

Действие книги происходит в Америке во времена «эпохи джаза». Автор показывает обратную сторону пресловутой «американской мечты». В центре повествования история богача и транжиры Гэтсби, который пытается вернуть любимую женщину, ушедшую от него, когда он еще только добивался успеха. К сожалению, богатство так и не принесло ему счастья.

«Немного солнца в холодной воде», Франсуаза Саган

Этот отличный вариант произведения современной классики. История о романе парижского журналиста Жиля Лантье с замужней женщиной, покинувшей мужа. В произведении поднята тема усталости от жизни, того, что принято называть депрессией. Похоже, что отношения помогли Жилю преодолеть недуг. Но счастлива ли его избранница?

«Триумфальная арка», Эрих Мария Ремарк

Немецкий эмигрант Равик нелегально живет и работает хирургом в Париже довоенного времени. Поздно возвращаясь домой, он замечает женщину, которая пытается броситься с моста. Так, начинается роман между актрисой по имени Жоан и немецким беженцем. Необычайно красивая, страстная и грустная история любви, полная философских размышлений.

«Собор Парижской Богоматери», Виктор Гюго

Это настоящая классика исторического романа, описывающая средневековый Париж. В центре повествования невероятная романтическая история звонаря горбуна Квазимодо и уличной танцовщицы цыганки Эсмеральды. Однако, главным героем романа автор позиционирует сам собор Парижской Богоматери, тем самым привлекая к нему внимание общественности.

«Вино из одуванчиков», Рэй Брэдбери

Мгновения лета, закрытые в бутылках – это и есть вино из одуванчиков. Книга соткана из больших и маленьких историй, происходящих на протяжении лета, каждодневных открытий, главное из которых, что мы живем, мы чувствуем, мы дышим. Само повествование теплое и неторопливое. Братья Дуглас и Том проживают в провинциальном городке и через них мы видим мир глазами 12-летних детей.

«Жареные зеленые помидоры в кафе «Полустанок», Фэнни Флэгг

Эвелин, женщина средних лет, потеряла интерес к жизни и заедает депрессию шоколадом. Раз в неделю она вынуждена навещать в доме престарелых свою свекровь. Там Эвелин знакомится с 86-летней Нинни, которая полна любви и интереса к жизни. Каждый раз старушка рассказывает истории из своего прошлого, что помогает Эвелин пересмотреть свое мировоззрение.

«Над кукушкиным гнездом», Кен Кизи

Главный герой Рэндл опрометчиво выбирает между тюрьмой и психбольницей последнее. Здесь он пытается изменить устоявшиеся правила и научить радоваться жизни других больных. Пожилая угрюмая медсестра противостоит новшествам свободолюбивого пациента из-за страха потерять власть над персоналом и больными.

Древняя Греция

Гомер «Одиссея» и «Илиада»

Действительно ли Гомер написал эти поэмы? Был ли он слепым? И существовал в принципе? Эти и другие вопросы до сих пор остаются без ответа, но меркнут перед лицом вечности и ценности самих текстов. Эпическая «Илиада», рассказывающая о Троянской войне, долгое время была более известна, чем «Одиссея», и в большей степени повлияла на европейскую литературу. Зато странствия Одиссея, написанные простым языком, — это почти роман, возможно, первый из дошедших до нас.

Великобритания

Чарльз Диккенс «Приключения Оливера Твиста»

Новаторский роман, показывающий реальную жизнь без прикрас, Диккенс сочинил в возрасте 26 лет. Сильно напрягать воображение ему не пришлось: главный герой, живший в нищете — это сам автор, чья семья разорилась, когда будущий писатель был совсем ребенком. И даже фамилию главного злодея Фейгина Диккенс взял из жизни, позаимствовав, впрочем, у лучшего друга.

Выход «Оливера Твиста» произвел в Англии эффект разорвавшейся бомбы: общество, в частности, наперебой обсуждало — и осудило — детский труд. Благодаря роману читатели узнали, что литература может выполнять функции зеркала.

Джейн Остин «Гордость и предубеждение»

Краеугольный для британской литературы текст, столь же классический, что и «Евгений Онегин» в России. Тихая домашняя барышня Остин написала «Гордость» совсем юной, но опубликовала лишь спустя 15 лет, после успеха книги «Разум и чувства». Феномен Остин, кроме всего прочего, в том, что почти все ее романы — классика, но «Гордость и предубеждение» выделяются на общем фоне наличием одной из самых удивительных пар в мировой литературе — Элизабет Беннет и мистера Дарси. Дарси и вовсе имя нарицательное, без него Британия — не Британия. Вообще, «Гордость и предубеждение» — тот самый случай, когда вывеска «женский роман» вызывает не ухмылку, а восхищение.

Германия

Иоганн Вольфганг фон Гете «Фауст»

Последнюю, вторую часть «Фауста» 82-летний Гете закончил за полгода до смерти. Начал же работу над текстом, когда ему было двадцать пять. Всю доставшуюся от педанта-отца скрупулезность, работоспособность и внимание к деталям Гете вложил в этот амбициозный труд. Жизнь, смерть, мироустройство, добро, зло — «Фауст», как и «Война и мир», по-своему является исчерпывающей книгой, в которой каждый найдет ответы на любые ответы.

Эрих Мария Ремарк«Триумфальная арка»

«Один из двух всегда бросает другого. Весь вопрос в том, кто кого опередит», «Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки» — роман Ремарка из тех книг, что расходятся на цитаты. История любви в осажденном немцами Париже вскружила голову не одному поколению читателей, а роман автора с Марлен Дитрих, и устойчивые слухи, что именно Дитрих стала прототипом Жоан Маду, лишь добавляют очарования этой прекрасной книге.

Россия

Федор Михайлович Достоевский «Преступление и наказание»

Федор Достоевский писал этот роман вынужденно, из-за нужды в деньгах: карточные долги, смерть брата Михаила, оставившая его семью без средств. Сюжет «Преступления и наказания» был «вдохновлен» делом Пьера Франсуа Ласьера, французского убийцы-интеллектуала, считавшего, что в его деяниях виновато общество. Сочинял Достоевский частями, каждая из которых печаталась в журнале «Русский вестник». Позже роман вышел отдельным томом, в новой, сокращенной автором редакции, и начал самостоятельную жизнь. Сегодня «Преступление и наказание» — часть мировой классики, один из символов русской литературы и культуры в целом, переведенный на множество языков и многократно экранизированный (вплоть до одноименного комикса манга).

Лев Николаевич Толстой «Война и мир»

Эпический четырехтомный шедевр, писавшийся с нескольких заходов, в итоге занял у Толстого без малого шесть лет. «Войну и мир» населяют 559 героев, имена главных из них, — Безухов, Наташа Ростова, Болконский, стали нарицательными. Этот роман — масштабное (многие считают, что и вовсе исчерпывающее) высказывание обо всем на свете — войне, любви, государстве и т.д. Сам автор довольно быстро охладел к «Войне и миру», спустя несколько лет назвав книгу «многословной», а в конце жизни — просто «ерундой».

Колумбия

Габриэль Гарсиа Маркес «Сто лет одиночества»

Сага семейства Буэндиа — второй по популярности текст на испанском языке во всем мире (первый — «Дон Кихот» Сервантеса). Образец жанра «магический реализм», ставшего своего рода брендом, объединяющим совсем разных авторов, таких как Борхес, Коэльо и Карлос Руис Сафон. «Сто лет одиночества» написан 38-летним Маркесом за полтора года; чтобы написать эту книгу, отец двух детей бросил работу и продал машину. Роман вышел в 1967-м, сначала продавался кое-как, но в итоге обрел мировую славу. Общий тираж «Ста лет» на сегодня — 30 миллионов, Маркес — классик, лауреат всего на свете, включая Нобелевскую премию, писатель-символ, сделавший для родной Колумбии больше, чем кто-либо. Именно благодаря Маркесу мир знает, что в Колумбии есть не только наркобароны, но и

Тест: Русские классики. Помните ли вы литературные произведения из школьной программы?

Школьная программа периодически меняется, однако классические произведения известных русских писателей и поэтов остаются и в новой программе. Русская литература так богата талантами, что в одном небольшом тесте невозможно упомянуть каждого из великих классиков. Это одна из важнейших сторон русской культуры.

Проверьте себя: хорошо ли вы помните школьные уроки литературы?

  • Вопрос из

    «Слово о полку Игоревом» — один из самых древних литературных памятников Руси, имя автора и год написания неизвестны.

    Какое событие лежит в основе сюжета?
  • Вопрос из

    Из какого школьного произведения эта цитата:«И дым отечества нам сладок и приятен»?

  • Вопрос из

    В какой пьесе А.Н. Островского главная героиня принимает решение покончить жизнь самоубийством?

  • Вопрос из

    Кто из героинь А.С. Пушкина пишет письмо к возлюбленному, где есть такие строки:«Зачем вы посетили нас? В глуши забытого селенья Я никогда не знала б вас, Не знала б горького мученья…»

  • Вопрос из

    Какая птица «робко прячет тело жирное в утесах» в произведении А.М. Горького?

  • Вопрос из

    В каком произведении Н. А. Некрасова ярко отражена тема декабристов?

  • Вопрос из

    Кто написал «Историю одного города»?

  • Вопрос из

    Какая фамилия была у знахаря в рассказе А.

    П. Чехова «Лошадиная фамилия»?
  • Вопрос из

    Какой свой возраст указывает В.В. Маяковский в триптихе «Облако в штанах»?У меня в душе ни одного седого волоса, и старческой нежности нет в ней! Мир огромив мощью голоса, иду — красивый …(какой?)

  • Вопрос из

    Какое произведение А.Т. Твардовского называется еще и «Книга про бойца»?

Пройти тест еще раз

Поставьте свою оценку

классика русской литературылитературарусская литературатест

Вам могут быть интересны

Не пропустите

Актуальная русская классика, требующая экранизации — Статьи на Кинопоиске

По просьбе КиноПоиска литературный критик Анна Наринская составила список произведений русской литературы, незаслуженно забытых кинематографистами.

Согласно «Википедии», недавняя экранизация «Анны Карениной», снятая Кареном Шахназаровым, стала 33-й киноверсией этого романа, хотя, вполне вероятно, они там недосчитались, и вариантов на самом деле больше. В принципе зацикленность мирового кинематографа на этой истории любви, измены и гибели понять можно. С того момента, как Толстой написал самую знаменитую первую фразу в истории литературы, прошли волны социальных и сексуальных революций, но вопрос о семье — о том, проклятие она или благословение — не потерял остроты. Грубо говоря, «Анна Каренина» остается актуальнейшим текстом нашего вчера, нашего сегодня и, похоже, нашего завтра.

Русские романы, совмещающие событийность, психологичность и идейность (то есть предлагающие философский концепт), — это вообще прекрасный материал для экранизаций. К тому же они во многих случаях легко изымаются из национального контекста, недаром Куросава снял «Идиота» в послевоенной Японии, а Уильям Олдройд уже совсем недавно перенес «Леди Макбет Мценского уезда» в современную Лескову Англию. Даже когда без русского контекста не обойтись, главным залогом успеха такого кино оказывается отражение душевной реальности, о которой говорят эти книги, а не точность деталей, соответствующих времени и месту. Успех (в том числе в России) недавнего бибисишного сериала по «Войне и миру» это подтверждает.

«Анна Каренина»

Но и при такой популярности русских классических сюжетов во всем мире, и в условиях того, что отечественное министерство культуры выделяет гранты на рутинное осериаливание школьной программы (на том, каков результат этих вложений, останавливаться сейчас не будем), множество текстов остается за кадром.

Ниже список того, что кажется самым напрашивающимся и позабытым. А также — в порядке игры — примерный кастинг. Так как кино в наше время не запирается в национальных границах, мы тоже решили себя ими не ограничивать.

1. «Герой нашего времени» Михаила Лермонтова

Это произведение, конечно, забытым кинематографистами не назовешь. Зато его можно назвать одним из самых неудачно экранизируемых. Лучшее, что можно вспомнить, — телеспектакль Анатолия Эфроса «Страницы журнала Печорина» (1975) с Олегом Далем (Печорин) и Андреем Мироновым (Грушницкий). Но в остальном дело с «Героем» всегда складывается неудачно. Во многом потому, что Печорин настолько отчетливо запечатлен в нашем воображении (у каждого, разумеется, по-своему), что почти любой кастинг на это место раздражает, а иногда просто бесит. В сериале Александра Котта десятилетней давности, например, абсолютно провальный подбор актера на роль Печорина не дает шанса даже обсуждать остальное. На сцены, где участвует главный герой (то есть практически на все), смотреть вообще невозможно.

«Страницы журнала Печорина»

При этом, повторюсь, Печорин — один из самых живых и живучих героев нашей литературы. Такой, о котором спорят, крут он или вообще пустое место, а также почему на него все бабы вешаются. Лермонтов описал вечно губительный для женского сердца типаж человека, который настолько демонстративно «не подходит», что только он и становится нужен.

Самое интересное, как все это выживает без ментиков, коней и дуэльных пистолетов. «Герой нашего времени» прекрасно переносится в наши дни, и только так это и надо экранизировать, нужны лишь небольшие замены. Конечно, никакого похищения Бэлы быть не может, но уже одного обманного обещания жениться на девушке из современной мусульманской семьи вполне достаточно для вполне трагической развязки. Ну, и Грушницкого убивать на дуэли не нужно. Сегодня существуют возможности уничтожить человека, не убивая его.

В ролях:

Печорин — Джуд Лоу

Джуд Лоу

При всей невозможности соответствовать Печорину это, кажется, точный выбор. Вы скажете: староват. Так и есть. Но время меняет понятие возраста. Все мы знаем про «старуху» Ростову, которой 50, и про бесконечных девушек-«перестарков» русской литературы, которым 25. Печорину 28 лет. Это теперешние 38. А где 38, там и 44.

Зато нет актера, подходящего по типажу больше. Нет никого, кто так бы совмещал иронию, высокомерие, жестокость и внезапную мягкость, мужественность, спортивность (широкие плечи Печорина и его натренированность упоминаются в романе не однажды) и женственность («Он сидел, как сидит бальзакова тринадцатилетняя кокетка на своих пуховых креслах после утомительного бала»).

Грушницкий — Роберт Дауни-младший

Ну, вы, конечно, понимаете почему.

Бэла — София Бутелла

Максим Максимович — Брендан Глисон

Вера — Ксения Раппопорт

Княжна Мэри — Кира Найтли

Кира Найтли

«…Она сделала гримаску, выдвинув нижнюю губу». Выдвигать нижнюю губу и выставлять вперед подбородок — это движение Кира Найтли довела до высочайшего профессионализма.

2. «Униженные и оскорбленные» Федора Достоевского

Потенциал этого раннего романа Достоевского, написанного под явным влиянием Диккенса и Эжена Сю — с любовью, кровью и тайнами, но еще не зашкаливающим уровнем достоевщины, — для кино пока не раскрыт.

«Униженные и оскорбленные»

В 1991-м вышел фильм Андрея Эшпая, главной удачей которого был Никита Михалков в роли злодея, эдакого пред-Свидригайлова, князя Валковского. Эту роль Никита Сергеевич может (и, хочется сказать, должен) сыграть и сейчас.

В ролях:

Князь Валковский — Никита Михалков

Никита Михалков / Фото: Элен Нелидова для КиноПоискаМилли Бобби Браун

Это вроде бы второстепенный персонаж, но именно сюда на самом деле сходятся все нити повествования. Незаконнорожденная дочь князя Валковского, 13-летняя девочка, которую Ваня спасает от злой опекунши — нервное, странное, запуганное, но полное внутренней силы существо. Исполнительнице главной роли в «Очень странных делах» не придется даже менять амплуа.

3. «Обрыв» Ивана Гончарова

Непонятно, почему это увлекательнейшее повествование со скрытыми тайнами прошлого, запретной любовью, грехопадением и множеством боковых сюжетных линий еще не стало сериалом вроде «Аббатства Даунтон», но с легким привкусом «Грозового перевала». О том, что у нас снимали по «Обрыву», вспоминать стыдно. А там даже ничего переделывать не надо. Просто бери и снимай.

В ролях:

Вера — Ева Грин

Ева Грин

Гордячка, с бледным лицом и бархатным черным взглядом, читающая не только Байрона, но и «Фейербаха с братией», Вера должна выглядеть экзотическим цветком в контексте русской провинции. Ева Грин выглядит экзотическим цветком всегда.

Марк — Адам Драйвер

Марк — анархист без роду без племени. Задиристый угловатый одиночка, перед которым невозможно устоять. То есть почти конкретно Драйвер.

Райский — Рэйф Файнс

Очевидный кандидат на роли русских аристократических интеллигентов.

Бабушка — Алла Демидова

Алла Демидова

Роман Гончарова заканчивается так: раскаявшийся бонвиван Райский уезжает в Италию учиться живописи, но нигде его не оставляет тоска по России. «Ему хотелось бы набраться этой вечной красоты природы и искусства, пропитаться насквозь духом окаменелых преданий и унести все с собой туда, в свою Малиновку… За ним все стояли и горячо звали к себе… Его Вера, его… бабушка. А за ними стояла и сильнее их влекла его к себе еще другая, исполинская фигура, другая великая „бабушка“ — Россия». Хорошо бы, наша великая бабушка глядела на нас глазами Аллы Демидовой.

4. «Что делать?» Николая Чернышевского

«В половине третьего часа ночи — а ночь была облачная, темная — на середине Литейного моста сверкнул огонь, и послышался пистолетный выстрел. Бросились на выстрел караульные служители, сбежались малочисленные прохожие — никого и ничего не было на том месте, где раздался выстрел. Значит, не застрелил, а застрелился».

Этот роман начинается как детектив, продолжается как мелодрама, заканчивается как комедия, а также содержит элементы эротики. Нужно только отодвинуть застилающую нам глаза идеологическую завесу, чтобы понять что перед нами идеальный материал для сериала.

В ролях:

Лопухов — Джона Хилл

Кирсанов — Ченнинг Татум

Вера Павловна — Эмма Стоун

Рахметов — Михаил Ефремов

Михаил Ефремов

При упоминании этого персонажа все же невозможно отделаться от идеологического контекста и не испытать облегчение, что сегодня мы от него свободны. «Человек будущего», которым тех, кто еще помнит советскую власть, мучили в школе, выведен в романе просто для демонстрации и назидания. Персонаж, изобретший для профилактического самоистязания то, что позже стали называть аппликатором Кузнецова («Войлок, на котором он спал, также в крови; в войлоке были натыканы сотни мелких гвоздей шляпками с исподи, остриями вверх, они высовывались из войлока чуть не на полвершка; Рахметов лежал на них ночь. „Что это такое, помилуйте, Рахметов“, — с ужасом проговорил Кирсанов. — „Проба. Нужно. Неправдоподобно, конечно; однако же, на всякий случай нужно. Вижу, могу!“»), — прекрасное было бы камео для Михаила Ефремова.

5. «Мы» Евгения Замятина

В кино с огромным успехом идут высокобюджетные подростковые антиутопии. Netflix в очередной раз экранизирует «451 градус по Фаренгейту», однако основоположник жанра — роман «Мы», написанный почти сто лет назад — так никогда толком поставлен и не был.

В этом знаменитом романе, предвосхитившем тексты Оруэлла и Хаксли, представлено тоталитарное общество будущего, где подавляется всякая личность, всякая человеческая самость. Это происходит и на уровне внешности — все с бритыми головами и цифрами вместо имен.

Главный герой, инженер D-503, не страдает от режима и спокойно проживает свою жизнь, восхваляя Благодетеля и занимаясь сексом по билетам, пока не встречает революционерку I-330 и не влюбляется в нее. Конечно, этот порыв не приводит D-503 к счастливому финалу.

Здесь имеется огромное поле действия для режиссера и еще большее — для художника-постановщика. Мир будущего Замятина полон деталей, героев и смело бы составил конкуренцию «Человеку в высоком замке».

В ролях:

I-330 — Ребекка Холл

D-503 — Джесси Айзенберг

Джесси Айзенберг

Он прекрасно играет нерешительных людей, находящихся во власти самообмана, а это ровно то, что здесь нужно. Кстати, Айзенберг уже успел показать себя в экранизации русского романа, причем волей режиссера ставшего антиутопией. В 2013-м он снялся в «Двойнике» по Достоевскому, перенесенном режиссером Ричардом Айоади в некий лимб тотально победившей бюрократии.

6. «Вечер у Клэр» Гайто Газданова

Роман Газданова (этого писателя некоторые считают недооцененным и даже несправедливо заслоненным фигурой Набокова) рассказывает о молодом человеке по имени Николай, бежавшем из России во Францию. Рамка повествования — вечер, который герой проводит в гостях у своей возлюбленной Клэр, то и дело погружаясь в воспоминания — о том, как встретил Клэр еще подростком 10 лет назад, о том, как потерял всю семью и в шестнадцать ушел воевать на стороне белых, «потому что они побеждаемы».

Прошлое и настоящее вступают в причудливую взаимосвязь, события Гражданской войны переплетаются с эмигрантской жизнью. Все это очень кинематографично.

В ролях:

Клэр — Уна Чаплин

Уна Чаплин

7. «Камера обскура» / «Смех в темноте» Владимира Набокова

Набокова ставили такие режиссеры, как Кубрик, Лайн и Фассбиндер, и даже они не то чтобы совсем удачно. Он довольно плохо поддается сценарной обработке. Вспомним ту неловкую экранизацию «Защиты Лужина» с Джоном Туртурро в главной роли. Скорее всего, дело в умении Набокова отделаться от сюжета, намеренно задвинуть внешнюю событийность на второй план.

«Защита Лужина»

Но роман «Камера обскура», наоборот, напичкан событиями и невероятными сюжетными поворотами. Дело происходит в 1920-е годы в Берлине, хотя в принципе может происходить в любом городе любого десятилетия. Главный герой, немолодой и женатый мужчина Кречмар, влюбляется в шестнадцатилетнюю актрису и после непродолжительных метаний уходит к ней от жены. Все это выстраивается в неописуемую любовную геометрическую фигуру и украшено саспенсом и убийством, а попав в дурные руки, может легко обернуться эдакой Санта-Барбарой. Так что надо позаботиться, чтобы попало в хорошие.

В ролях:

Магда — Алисия Викандер

Кречмер — Кейси Аффлек

Горн — Никита Кукушкин

Никита Кукушкин

Очень хороший отечественный артист, поднаторевший на исполнении молодых и безжалостных, а эта роль ровно такая.

8. «Поэма без героя» Анны Ахматовой

Если относиться к этому произведению без дурацкого придыхания, то сериальный сюжет становится очевидным. Анна Ахматова и Исайя Берлин беседуют в послевоенном Ленинграде, и к ним флешбэками врывается «маскарад тринадцатого года», то есть Серебряный век с его галантными и трагическими историями. Корнет и поэт Всеволод Князев кончает с собой, ревнуя златовласую актрису Глебову-Судейкину к Александру Блоку, а над всем этим реет демонический образ Михаила Кузмина.

В ролях:

Ахматова — Ванесса Редгрейв

Ванесса Редгрейв

При всем внешнем несходстве — известной тучности пожилой Ахматовой и сохраненной легкости Редгрейв — в их величественности и манере держаться есть удивительное сходство. Так что, даже несмотря на то что в момент встречи с британским дипломатом и философом Ахматова была моложе сегодняшней Редгрейв, выбор актрисы кажется чуть ли не безальтернативным.

Исайя Берлин — Джеффри Раш

Ольга Судейкина — Розамунд Пайк

Всеволод Князев — Иван Янковский

Александр Блок — Бенедикт Камбербэтч

Михаил Кузмин — Бен Уишоу

9. «Другая жизнь» Юрия Трифонова

Еще один русский текст, про который совершенно непонятно, почему он еще не экранизирован. Это история женского сердца, вписанная в обстоятельства начала и расцвета застоя, сейчас воспринимаемые и как ретро, и как вполне ощутимое и все еще царапающее прошлое.

В ролях:

Ольга Васильевна — Виктория Толстоганова

Сергей — Джеймс МакЭвой

Александра Прокофьевна, мать Сергея — Нина Русланова

Дарья Мамедовна — Земфира Рамазанова

Земфира Рамазанова

Таинственная властительница дум московской богемы, к которой Ольга Васильевна ревнует своего мужа. Фигура Дарьи Мамедовны, занимающейся чем-то на стыке науки и эзотерики, явно должна отсылать читателя к Джуне. Выбор исполнительницы очевиден.

10. «Рок в СССР» Артемия Троицкого

Кирилл Иванов / Пресс-фото

Бонус: «Мистические истории» Александра Чаянова

Сборник гофманианских повестей, казненного в 1930-е годы ученого-экономиста. Секретик (типа тех прижатых стеклышками фантиков, которые в детстве закапывают в землю) русской литературы, совмещающий легкость, страх, эротику и настоящую поэтичность. Здесь напрашивается кино в стиле Бёртона, хотя, возможно, уж слишком напрашивается, а надо по-другому.

Ниже подобраны исполнители ролей только для одной повести «Парикмахерская кукла» — возможно, единственного эротического произведения, написанного на русском языке, в котором найден правильный тон (а ведь Набоков, как известно, считал, что по-русски про секс писать невозможно).

В ролях:

Сиамские близнецы Китти и Берта Генрихсон — Муся Тотибадзе

Муся Тотибадзе

(«Густые змеи рыжих, почти бронзовых волос окаймляли бледное, с зеленоватым опаловым отливом лицо, горящее румянцем и алыми губами и в своей композиции укрепленное огромными глазами»).

Московский архитектор М — Джонни Ли Миллер

В Москве представили сборник исторических произведений русских классиков — Культура

МОСКВА, 17 июня. /ТАСС/. Новую книжную серию проекта «Президентская историческая библиотека», получившую название «Российская историческая проза», представили в четверг на фестивале «Красная площадь» в Москве. Антология включает литературные произведения на историческую тематику, сообщил директор Государственного музея истории российской литературы им. В. И. Даля Дмитрий Бак.

«Эта серия состоит из пяти томов, а всего это 10 объемистых книг. <…> Нам хотелось представить историю развития и интерпретации тем прошлого в русской литературе начиная от XIX века, потому что именно в XIX веке появляется понятие историзма в литературе», — сказал он.

Бак подчеркнул, что большую роль в издании играет История государства российского Н. М. Карамзина. «Далее по историческим вехам мы идем в эпоху реализма, затем в эпоху Серебряного века, эпоху советских десятилетий и вплоть до современности. Именно такая композиция нам показалась важной, доступной и полезной для нашего читателя», — рассказал директор музея им. Даля.

Члены редакционной коллегии и составители включили в серию произведения авторов, среди которых ведущие филологи, историки, представители ведущих литературных институтов страны, которые в наибольшей степени соответствуют историческому сознанию соответствующей эпохи. Так, читателю представят исторические романы и повести А. С. Пушкина, Н. В. Гоголя, Ю. В. Трифонова, В. С. Гроссмана, А. А. Зиновьева, Д. А. Гранина, А. П. Платонова и Ю. Н. Тынянова и других авторов.

По словам директора Государственной публичной исторической библиотеки России Дарьи Московской, образовательная функция издания — заинтересовать читателя, мотивировать его думать вместе с автором, вместе с произведением и его героями. «В синергии читателя и произведения совершается тайная работа человеческого духа, в которой на самом деле есть единственный подлинный двигатель истории. Именно благодаря этой работе происходит отбор того, что общество примет из своего прошлого, что оно унесет в будущее», — считает она.

Московская также добавила, что литература в некотором роде гораздо сильнее исторического факта, «сильнее события как такового, так как она пропускает этот факт, это событие через эмоцию автора и читателя, таким образом, делая историю чем-то очень личным».

О Президентской исторической библиотеке

Начало Президентской исторической библиотеке было положено в 2018 году, когда к 75-летию Великой Победы был создан пятитомник «Библиотека Победы». В эту серию были включены произведения, написанные и опубликованные в годы Великой Отечественной войны. Их авторами были И. Г. Эренбург, В. П. Катаев, К. М. Симонов, А. Т. Твардовский и другие. Новая серия «Российская историческая проза» создана под эгидой Российского исторического общества экспертами ведущих научных и культурных учреждений страны. Проект получил поддержку со стороны Президента Российской Федерации Владимира Путина.

Усадьбы и дачи в произведениях русских классиков

Муниципальное бюджетное учреждение культуры
«Централизованная библиотечная система»
Большеболдинского района Нижегородской области
центральная районная библиотека им. А.С. Пушкина
Электронная выставка
«Хорошо было жить на даче…»
Загородный дом или усадьба, расположенная
недалеко от города, — это настоящий русский
феномен. Описания таких поместий мы часто
встречаем в отечественной классической литературе:
многие важные события происходят именно в дачных
декорациях, в тенистых аллеях и садах.
Мир усадьбы – это судьбы людей, семей, иногда
нескольких поколений. Понять характер усадьбы –
значит узнать, каков ее хозяин.
Усадьбы и дачи
в произведениях русских
классиков
Взгляды Льва Николаевича Толстого на устройство усадебного быта и его
образ жизни в целом, легли в основу мировоззрения молодого
помещика Константина Лёвина — одного из героев романа «Анна
Каренина».
Толстой, Л Н. Анна Каренина: роман / Лев
Николаевич Толстой. — Москва: АСТ, 2019. — 800с.
Значение усадебной культуры в жизни Александра Сергеевича Пушкина велико
— именно родовые имения были одним из факторов формирования эстетики и
поэтики Пушкина. В связи с этим на протяжении всего творчества Пушкина образ
усадьбы в его произведениях изменяется… Образ русской усадьбы в восприятии
писателя постепенно расширялся, обогащался, совершенствовался.
Пушкин, А. С. Дубровский; Капитанская
дочка /Александр Сергеевич Пушкин . —
Горький: Волго-Вятское книжное
издательство, 1984. — 255 с. : ил.
«Выехав из деревни, поднялись они на гору, и Владимир увидел
берёзовую рощу и влево на открытом месте серенький домик с
красной кровлею; сердце в нём забилось; перед собою видел он
Кистенёвку и бедный дом своего отца.
Через десять минут въехал он на барский двор. Он смотрел вокруг
себя с волнением неописанным. Двенадцать лет не видал он
своей родины. Берёзки, которые при нём только что были
посажены около забора; выросли и стали теперь высокими ветвистыми деревьями. Двор, некогда украшенный тремя
правильными цветниками, меж коими шла широкая дорога,
тщательно выметаемая, обращен был в некошеный луг, на
котором паслась опутанная лошадь. Собаки было залаяли, но,
узнав Антона, умолкли и замахали косматыми хвостами. Дворня
высыпала из людских изб и окружила молодого барина с
шумными изъявлениями радости. Насилу мог он продраться
сквозь их усердную толпу и взбежал на ветхое крыльцо; в сенях
встретила его Егоровна и с плачем обняла своего воспитанника».
А. С. Пушкин «Дубровский»
Федор Михайлович Достоевский был дo глубины русский чeлoвeк и русский
пиcaтeль. Eгo нельзя себе представить вне России. Пo нeмy можно
разгадывать русскую дyшy. И caм oн был загадкой русской природы.
Не только реальные люди и реальные здания, но и сама природа находила
своё отражение в романах писателя.
«Дача Лебедева была небольшая,
но удобная и даже красивая. Часть
ее, назначавшаяся внаем, была
особенно изукрашена. На террасе,
довольно поместительной, при
входе с улицы в комнаты было
наставлено несколько
померанцевых, лимонных и
жасминных деревьев в больших
зеленых деревянных кадках…».
Ф. М. Достоевский «Идиот»
Достоевский, Ф. М. Идиот: [роман в 4-х частях] / Федор
Михайлович Достоевский. — Москва: Эксмо, 2007. — 635,
[2] с.; 21 см. — (Русская классика).
«Дача Епанчиных была
роскошная дача, во вкусе
швейцарской хижины, изящно
убранная со всех сторон цветами
и листьями. Со всех сторон её
окружал небольшой, но
прекрасный цветочный сад.
Сидели все на террасе, как и у
князя; только терраса была
несколько обширнее и устроена
щеголеватее».
Ф.М. Достоевский «Идиот»
Во времена молодости Ивана Сергеевича Тургенева усадьба считалась местом,
где дворянин мог спрятаться от высшего света, отдохнуть душой и телом.
Однако писатель ощущал тревогу — словно скоро усадьба, как оплот
надежности и покоя, исчезнет. Уже тогда в его произведениях появлялись
описания ветшающих поместий — так он представлял себе будущее
помещичьей культуры России.
«А Павел Петрович вернулся в свой
изящный кабинет, оклеенный по
стенам красивыми обоями дикого
цвета, с развешанным оружием на
пестром персидском ковре, с
ореховою мебелью, обитой темнозеленым трипом, с библиотекой
renaissance (с франц. «в стиле
эпохи Возрождения») из старого
черного дуба, с бронзовыми
статуэтками на великолепном
письменном столе, с камином…»
И. С. Тургенев «Отцы и дети»
Тургенев, И. С. Отцы и дети: роман / Иван
Сергеевич Достоевский. — Москва: АСТ, 2017. —
363, [5] с. — (Русская классика).
«Лаврецкий вышел в сад, и первое,
что бросилось ему в глаза, — была
та самая скамейка, на которой
он некогда провел с Лизой несколько
счастливых, не повторившихся
мгновений; она почернела,
искривилась; но он узнал ее, и душу
его охватило то чувство, которому
нет равного и в сладости,
и в горести, — чувство живой грусти
об исчезнувшей молодости, о счастье
которым когда-то обладал».
И. С. Тургенев «Дворянское гнездо»
Тургенев, И. С. Дворянское гнездо: роман/ Иван
Сергеевич Тургенев. — Санкт-Петербург: Лениздат,
2014. — 222 с. — (Лениздат-классика).
Обветшавшие дачи из произведений Тургенева, заросшие бурьяном,
лопухами, крыжовником и малиной, в которых следы человеческого
присутствия окончательно умолкнут совсем скоро, отразились в творчестве
Антона Павловича Чехова. Опустевшая или разоренная усадьба как место
событий фигурирует практически в каждом его рассказе.
«Так уж лучше это не в
Харькове и не где-нибудь в
Курске, а здесь, на лоне
природы… Поэтично, по
крайней мере, даже очень
красиво… Здесь есть
лесничество,
полуразрушенные усадьбы
во вкусе Тургенева…»
А.П. Чехов «Дядя Ваня»
«До сих пор в деревне были
только господа и мужики, а
теперь появились ещё
дачники».
А.П. Чехов «Вишневый сад»
Чехов А. П. Пьесы / Антон Павлович Чехов;
[послесловие А. П. Скафтымова ; рисунки О.
Биантовской]. — Переизд. — Ленинград : Детская
литература, Ленингр. отд-ние, 1989. — 267, [2] с. :
портр., ил. — (Школьная библиотека).
Иван Алексеевич Бунин — представитель обедневшей дворянской семьи,
«последний классик» русской литературы — не раз обращался к теме
дворянской усадьбы в своем творчестве.
Усадьба у Бунина — это не просто место действия, а полноценный герой
произведения со своим характером и постоянно меняющимся настроением.
В первых произведениях Бунина загородные дома неразрывно связаны с
культурными традициями дворянства, налаженным бытом и своими
обычаями. На дачах всегда тихо, зелено, сыто и многолюдно.
«Окна в сад были открыты всю
ночь. А деревья раскидывались
густой листвой возле самых
окон, и на заре, когда в саду
стало светло, птицы так чисто и
звонко щебетали в кустах, что
отдавалось в комнатах. Но еще
воздух и молодая майская
зелень в росе были холодны и
матовы, спальни дышали сном,
теплом и покоем».
И.А. Бунин «На даче»
«Усадьба была небольшая,
дом старый и незатейливый,
хозяйство несложное,
не требующее большой
дворни, — жизнь для Мити
началась тихая».
И. А. Бунин «Митина любовь»
Бунин, И.А. На даче / Иван Алексеевич
Бунин // Антоновские яблоки / И.А.
Бунин. — Москва : Мир книги:
Литература, 2008 . — с.118— 153.
Бунин, И. А. Митина любовь / Иван
Алексеевич Бунин. — Москва: РИПОЛ
классик, 2012. — 288 с.
«Очарование русской усадьбы»
/усадьбы и имения писателей/
Я помню ясный, чистый пруд;
Под сению берез ветвистых,
Средь мирных вод его три острова цветут;
Светлея нивами меж рощ своих волнистых;
За ним встает гора, пред ним в кустах шумит
И брызжет мельница. Деревня, луг широкой,
А там счастливый дом… туда душа летит,
Там не хладел бы я и в старости глубокой!
Е. А. Баратынский, 1834
Болдино
Усадьба в селе Большое Болдино принадлежала предкам Александра Сергеевича Пушкина по
отцовской линии. Первое ее упоминание относится к 1585 году: тогда владельцем имения был
воевода Евстафий Пушкин. С усадьбой связан один из самых известных периодов пушкинского
творчества — так называемая Болдинская осень. Поэт приехал в имение 3 сентября 1830 года,
незадолго до свадьбы с Натальей Гончаровой. Он собирался провести в селе всего месяц, но
задержался на три: из-за эпидемии холеры начался карантин, многие дороги перекрыли. За
это время Пушкин создал около 30 стихотворений и несколько поэм, закончил «Евгения
Онегина» и прозаический цикл «Повести Белкина». Вторую осень в Болдино Пушкин провел
три года спустя, в 1833-м. Он работал здесь над произведениями «Сказка о рыбаке и рыбке»,
«Пиковая дама», «Медный всадник». Последним владельцем усадьбы в Большом Болдино
стал внучатый племянник поэта, Лев Пушкин. В 1911 году имение перешло в собственность
государства.
Михайловское
Императрица Елизавета Петровна подарила имение Михайловское в Псковской
губернии прадеду Александра Пушкина — военному инженеру эфиопского
происхождения Абраму Ганнибалу. В 1818 году усадьба досталась по наследству
Надежде Пушкиной, матери поэта. Александр Пушкин приезжал в Михайловское
всего несколько раз. Но именно здесь он жил в ссылке с 1824 по 1826 год. В это время
поэт создал часть романа «Евгений Онегин», написал произведения «Борис Годунов»,
«Цыганы» и несколько десятков стихотворений, в том числе «Буря мглою небо
кроет. ..» и «Я помню чудное мгновенье…».
Ясная Поляна
Одним из известных дачников был Лев Толстой. Его жизнь вращалась вокруг семейной
усадьбы Ясная Поляна, где он воспитывал своих детей, учил крестьянских ребятишек и
работал над рукописями.
В Ясной Поляне Толстой провел большую часть своей жизни. В детстве и юности он жил с
родителями и братьями в главном доме имения. После женитьбы он с супругой Софьей Берс
поселился в одном из флигелей: для этого здание пришлось перестроить и расширить. Здесь
писатель создал романы «Война и мир» и «Анна Каренина», повести «Хаджи-Мурат» и
«Казаки», множество рассказов для взрослых и детей. Русская усадьба стала для Толстого не
просто домом, где проходят счастливые детские годы, но и местом, где закаляется характер.
Мелихово
Сам Чехов не был «птенцом дворянского гнезда», в 1892 году он вместе с семьей переехал в
запущенную и неудобную усадьбу в Мелихово.
Имение почти не приносило дохода, поэтому писатель взялся его благоустраивать. Под его
руководством в селе выкопали пруд, рядом с домом разбили сад и огород. Чехов открыл два
медицинских пункта и сам принимал пациентов в одном из них. На свои средства он основал
школы и библиотеки в Мелихове и соседних селах, устраивал праздники для крестьянских
детей, помогал бедным семьям обзавестись жильем. За семь лет жизни в имении Чехов
создал пьесы «Чайка» и «Дядя Ваня», повести «Палата № 6» и «Моя жизнь», рассказы
«Крыжовник», «О любви», «Человек в футляре».
Спасское-Лутовиново
Усадьба Спасское-Лутовиново принадлежала матери Ивана Тургенева Варваре Лутовиновой. До
1839 года семья Тургеневых жила в просторном роскошном особняке с каменной галереей.
Отдельное крыло в нем занимали библиотека и домашний театр. Рядом с домом располагались
больница, лаборатория, каменный флигель и хозяйственные постройки. Затем в усадьбе
случился сильный пожар, и большая ее часть была уничтожена. Варвара Лутовинова не стала
восстанавливать дом в прежнем виде: к его уцелевшей части пристроили несколько новых
комнат. В 1850 году имение перешло по наследству к Ивану Тургеневу. Сюда его отправили в
ссылку из-за некролога, посвященного Николаю Гоголю.
Когда ссылка закончилась, Иван Тургенев уехал за границу, однако в Спасское-Лутовиново он
возвращался еще несколько раз. Здесь он написал часть цикла «Записки охотника», рассказ
«Муму», романы «Отцы и дети», «Накануне» и «Дворянское гнездо».
Даровое
«Это маленькое и замечательное место
оставило во мне
самое глубокое и сильное впечатление на
всю потом жизнь»
Ф.М. Достоевский
Зарайское сельцо Даровое, принадлежавшее с 1831 Достоевским, – место, связанное с
детскими годами великого русского писателя Федора Михайловича Достоевского. Это
некий центр в биографии и творчестве писателя, поистине «колыбель творчества». В
Даровом Федор Достоевский провел свои детские годы, познакомился с русской
природой, бытом загородной усадьбы, жизнью крестьян. Детские впечатления
впоследствии нашли свое отражение в его произведениях.
Озерки
Каждый, кто учился в школе, знаком с произведениями классика мировой литературы ХХ
столетия, лауреата Нобелевской премии по литературе Ивана Бунина. Для многих
бунинские мотивы, связанные с описанием старинных дворянских гнезд, стали отправной
точкой для начала изучения русских усадеб. Но не все знают, где происходили наиболее
значимые события биографии писателя. Огромное количество бунинских
достопримечательностей находится в Липецкой области. Это и усадьба в Озерках, и храмы
в селах Грунин Воргол и Злобин Воргол, и окрестности этих населенных пунктов.
Составитель и компьютерный набор:
М.И. Кутяйкина,
библиотекарь отдела обслуживания
центральной районной библиотеки
им. А.С. Пушкина

Лучшие выборы: короткометражная русская классика

Россия 2010, откроется в новом окне Жорди Джоан Фабрега, откроется в новом окне / CC BY-NC-SA 2.0, откроется в новом окне / Cropped

Федор Достоевский, один из пионеров русской литературы, родился 200 лет назад в ноябре 11-е. Даже если вы не знакомы с русской классикой, вы, вероятно, знаете, что многие из этих книг очень длинные (в том числе Достоевского). Хотя я читаю все книги, мне нравится иметь возможность положить небольшую книгу в сумку для чтения в поезде.По этому случаю, вот мои лучшие подборки короткометражных русских классиков (до 500 страниц) в честь большого дня рождения Достоевского.

Начнем с самого почетного гостя! Достоевский наиболее известен своими произведениями «Преступление и наказание», «Идиот» и «Братья Карамазовы», но «Записки из подполья» — один из его самых революционных и коротких романов. В «Записках из подполья» рассказывается о неназванном рассказчике, который отвергает жизнь в том виде, в каком он ее знает, и становится изолированным под землей. Считается, что это один из первых романов-экзистенциалистов.

Если вам нравятся короткие рассказы, попробуйте рассказы русских авторов. Николай Гоголь был украинским писателем, который жил в России и часто писал об украинском крепостном праве. Поскольку многие украинские крепостные были неграмотными, произведения Гоголя часто публиковались на русском языке. И русская, и украинская культуры считают его своим. «Шинель и другие сказки о добре и зле» Николая Гоголя — интересное погружение в творчество автора. История «Шинель» рассказывает о бедном клерке, которого сослуживцы дразнят за то, что у него потрепанное пальто.Тогда пальто становится движущей силой в жизни клерка.

В то время как Лев Толстой наиболее известен благодаря «Войне и миру», его книга «Смерть Ивана Ильича» — одна из его самых известных новелл. Иван Ильич — человек, равнодушный к своей жизни. Это интересный, а иногда и грустный экзамен на смысл жизни, а точнее, на жизнь без смысла. «Смерть Ивана Ильича» часто считают одной из лучших когда-либо написанных новелл.

«Евгений Онегин» — это стихотворный роман, который считается одним из самых сложных для перевода текстов.Он не только должен быть переведен с русского на английский, но и в переводе должен сохраняться оригинальный поэтический стиль. Изначально изданный серийно, роман рассказывает о Евгении Онегине и его любовном увлечении Татьяне. В сюжете появляются комедии, трагедии и даже дуэли.

«Мастер и Маргарита» — самая длинная книга в этом списке, она весит несколько сотен страниц, но все же короче «Войны и мира»! Михаил Булгаков, часть следующего поколения русских авторов после Достоевского, умудряется найти идеальный баланс между фантастическим и политическим.Это также самая последняя из упомянутых здесь книг, предлагающая другой взгляд на Россию.

С приближением зимы обязательно ознакомьтесь с постом Кейт о «Русской классике: лучшие предложения зимы». Какие ваши любимые короткие русские романы?

В честь годовщины Февральской революции «

Vintage» выпустили новые красивые издания русской классики

Шесть новых красочных винтажных изданий русской классики, выполненные из русских тканей и дополненные русскими тканями.| Предоставлено издательством

Издательство представило новые прекрасные дизайны шести классических произведений русской литературы, изданных в преддверии 100-летия Февральской революции в этом году.

Толстого «Анна Каренина» | Предоставлено Vintage Books

В этой серии вечная дореволюционная классика Анна Каренина, Война и мир и Преступление и наказание связаны с тремя не менее замечательными романами советской эпохи: «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова, «Врач» Бориса Пастернака. Живаго, Жизнь и судьба Василия Гроссмана.Если когда-либо возникало сомнение в непреходящем величии русской литературы, эта подборка должна положить конец этому.

Яркие дизайны были созданы креативным директором Vintage Сюзанн Дин, которая в очередной раз продемонстрировала свой утонченный вкус в этих вопросах. Эти книги были созданы с помощью основателя Библиотеки дизайна в Нью-Йорке Сьюзан Меллер, и им удалось выделиться среди множества других изданий (уверяю вас).

Отказавшись от любой визуализации персонажей или обстановки романов («Я считаю, что большинство людей предпочли бы обложку, которая намекает на содержание и позволяет им заполнить некоторые пробелы, а не все по буквам»), Дин вместо этого предпочел использовать разнообразие русских тканей XIX и XX веков. Смешение этих узоров позволило ей добавить тонкие намеки на общее настроение работ и стандартизировать серию с помощью смелой, красочной эстетики.

Мастер и Маргарита | Любезно предоставлено Vintage Books

Текстиль, как сказала мне Сьюзан Меллер, по большей части был произведен в России в конце 19 века, с нанесенным роликом на хлопчатобумажной ткани для экспорта на «базары Узбекистана, в такие города, как Бухара. Самарканд и Ташкент ». Как она пояснила:

«[Эти ткани] использовались в качестве подкладочного материала внутри узбекской одежды.Например, фруктовый узор на обложке «Анна Каренина » представлял собой подкладку в полный рост красивого шелкового парчового халата (парча также производилась в России). Основной цветочный узор на Доктор Живаго был спрятан внутри рукава узбекского шелкового халата икат . Дизайн обложки «Преступление и наказание» начала 20-го века напоминает оп-арт 1960-х годов и использовался в качестве подкладки роскошного мальчишеского пальто из русской шелковой парчи с обернутыми золотом нитками.

Между тем конструктивистские узоры, использованные на картинах «Жизнь и судьба» и «Мастер и Маргарита », были созданы в советское время и поэтому являются полностью геометрическими. По ее словам, на национализированных текстильных фабриках, где они печатались, «идея заключалась в создании дизайна без каких-либо узнаваемых объектов, чтобы продвигать новое эгалитарное общество. Даже цветочные композиции отсутствовали ».

Преступление и наказание | Любезно предоставлено Vintage Books

Цветочный или без цветочного орнамента, безусловно, следует согласиться со Сьюзен Меллер, когда она хвалит эти издания за их захватывающий дизайн.Как ее опытный взгляд склонен сказать: «Подобно узбекским халатам, из которых изначально были созданы эти узоры, смесь цветов и узоров прекрасно сочетается друг с другом, что наши глаза не привыкли видеть».

Если, к лучшему или к худшему (то есть по историческим и политическим причинам), 2017 год действительно будет характеризоваться сильным русским уклоном, это, по крайней мере, повод для нас насладиться великой литературной традицией страны. Будь то их превосходный дизайн или сокровища, которые они хранят, эти издания в этом отношении полностью подходят для этой цели.

• Более подробную информацию о серии можно найти на сайте Vintage ЗДЕСЬ

Русская литература онлайн

Книжный рынок России считается загадочной и отдаленной сущностью даже для тех, кто активно занимается этой сферой. Это, очевидно, ставит российских авторов и издателей в невыгодное положение с точки зрения репутации, а также отрицательно сказывается на коммерческой прибыли. То, что в настоящее время воспринимается как русская литературная традиция, является просто отражением великих произведений писателей 19 годов и середины 20 веков.Лишь небольшое количество авторов представляет современную русскую книжную культуру на Западе, в заслугу избранного числа литературных агентств, но их работы в основном являются художественными. Российская документальная литература и детские книги почти неизвестны иностранным издателям — пока…

Интернет-проект «Русская литература в Интернете» создан для решения таких проблем. «Рус-Лит» стремится предоставлять международному издательскому сообществу регулярно обновляемую информацию о российской книжной индустрии.Он также фокусируется на основных учреждениях, последних событиях на рынке, новых и будущих авторах и книгах, заслуживающих внимания.

Задача может показаться амбициозной, но она оправдана нашей попыткой предоставить крайне необходимую актуальную информацию в заброшенной области.

Обратите внимание: Расширенная информация предоставляется по запросу.

Новости

6 марта 2014

SLOVO возвращается в Лондон в марте 2014 года в пятый раз!

От Пушкина до Пелевина, от Достоевского до Быкова, от Маяковского до Шишкина — литература всегда была призванием России…

27 февраля 2014

«Пингвин Классикс» опубликовал новый перевод «Преступления и наказания» Достоевского, который, возможно, является величайшим русским романом всех времен. Роман «основан на ужасном месте убийства …

27 февраля 2014

2Лондонская компания Russia Local Ltd в партнерстве с рядом британских и российских культурных, образовательных и деловых организаций, а также средств массовой информации запустила новый захватывающий проект ок…

Книжный рынок России

14 марта 2014

Российская электронная библиотека по подписке Bookmate подвела итоги онлайн-чтения за 2013 год. В первом списке перечислены самые любимые книги, которые читатели успели дочитать. Пятерка лидеров по убыванию …

13 марта 2014

Если читатель не пойдет в книжный магазин, издатель должен пойти к читателю; или хотя бы следовать за ними туда, где их можно найти.

О социальных сетях уже много сказано …

12 февраля 2013

Справедливости ради стоит отметить, что электронные книги пользовались популярностью в России среди читателей, но, что интересно, пока не особенно среди издателей. По разным оценкам в России проживает более 20 миллионов человек …

Кривой, лукавый взгляд на русскую классику

Серьезным читателям нравится просматривать пару обзоров о больших, сложных романах, прежде чем решить, посвятить ли им свою жизнь.Кажется, что все русские классические произведения на тысячах страниц несут этот предупреждающий знак.

Теперь я нашел окончательный сборник рейвов одиннадцати «Русских», как их называют, и остальная часть моей читательской жизни более или менее определена.

Британский писатель Вив Гроскоп только что опубликовал остроумный, дурацкий, болтливый и очень личный взгляд на русских «Исправление Анны Карениной: жизненные уроки из русской литературы» (Penguin Books, Fig Tree Imprint, 2017). Я нашел это непреодолимым.

В одном кратком сборнике она рассматривает основные произведения Толстого, Пастернака, Ахматовой, Тургенева, Пушкина, Достоевского, Чехова, Солженицына, Булгакова и Гоголя. Свою книгу она называет «любовным письмом» русским писателям, и это действительно так. По очереди она анализирует книги и без предупреждения рассказывает веселый личный и самоуничижительный анекдот — иногда не связанный с данной книгой.

Часть моего литературного пути была связана с чувством вины, потому что я уже поглощал эти книги в студенческие годы, а затем в качестве молодого корреспондента в Москве, но я позволил им полностью исчезнуть из памяти, когда жизнь взяла верх. Однако недавно я вернулся к «Доктору Живаго» Бориса Пастернака и обнаружил, что это совершенно новый опыт — книга, достойная Нобелевской премии 1958 года, от которой Пастернак был вынужден отказаться.Живаго не вписывался в концепцию соцреализма, смертоносной официальной литературной формы, навязанной писателям Советским Союзом (например, «Мальчик любит девочку, девочка любит трактор»).

Она называет стиль прозы Пастернака «расслабленным, плавным и беззаботным» и считает, что он изменил манеру письма русских. Но критика в Groskop трудно удержать. Она находит множество совпадений в книге «почти комичными». Как в этих примерах: «Твоя мать умерла? Вот вам прекрасная новая семья. Одинокий и нуждающийся в жене? Почему бы не жениться на приемной дочери и лучшей подруге (Тони), которую вы воспитывали всю свою жизнь? » И так далее.

Она назвала свою книгу для Толстого на 1076 страницах «Анна Каренина» и посвящает объяснению это одно из своих длинных эссе. «Неудивительно, что« Анну Каренину »часто называют величайшим романом всех времен… Уильям Фолкнер придерживался этой точки зрения, как и Достоевский. (Владимир) Набоков — человек невероятно сварливый и дураков терпеть не мог…. сказал, что стиль был «безупречной магией». Она обнаружила, что он прекрасно читается и «полон света и тепла. И все же, когда вы расслабляетесь и думаете о его конечном значении, это похоже на дыхание сатаны.Она заключает, что послание романа состоит в том, что не следует желать ничего слишком эгоистично, «потому что в конечном итоге вы убьете себя».

Г-жа Гроскоп имеет квалификацию в области русского языка и литературы, но полагалась на переводы для своей работы, примерно за 20 лет до того, как она начала писать. Но ее книга — не пыльный фолиант для академического швейного кружка. Это кривой, лукавый и непочтительный взгляд на богатое русское сокровище любви, предательства, насилия, меланхолии, комедии и трагедии, которое последние сто лет волновало узкую читательскую нишу Востока и Запада.Это нишевый элемент, который проникает ей под кожу. «Слишком долго она (русская литература) принадлежала очень умным людям, которые хотят оставить ее себе. Вся литература должна быть для всех », — пишет она.

Одно из прелестей ее повествования — открытая скромность г-жи Гроскоп. Хотя у нее два высших образования по русскому языку, она отрицает, что является экспертом. «Я неуклюжий любитель, который хочет подбодрить других неуклюжих любителей». Она достигла того, что она есть сегодня, только «с помощью железной дисциплины и водки из зубровой травы.

Эти одиннадцать книг исследуют, какие ответы писатели нашли на жизненные вопросы, большие и маленькие. В книгах также рассказывается о временах из жизни, «когда ты ведешь себя как идиот, что, по некоторым причинам, для меня, было замечательно частым явлением и, кажется, не становится меньше, чем я становлюсь старше».

Основная тема ее эссе — ее собственное принуждение доказать себе, что ее имя русское, что заставляет ее пытаться превратиться из провинциальной англичанки в настоящую русскую.В основе этого лежало ее идиотское поведение, и она постепенно приходит к признанию, что много лет шла по ложному пути, прежде чем бросить квест.

Она находит тяжелые уроки в Тургеневе, когда ее роман с украинским мужчиной начал закисать. «Чем больше я был пьяницей, тем больше я чувствовал себя русским … и тем сильнее я влюблялся в того, кто был совсем не тем человеком и не любил меня в ответ». Она считает, что именно в такой литературе, как Тургенев, «мы действительно видим, кто мы есть — и, что, возможно, более важно, кем мы не хотим быть.

Меня привлек ее анализ «Евгения Онегина» Александра Пушкина отчасти потому, что она натолкнулась в своем исследовании «Вражда», недавней книге американца Алекса Бима. Она называет рассказ Бима о вражде между Набоковым и Эдмундом Уилсоном в переводе «Онегин» («два напыщенных твиттера») «столь забавным». «Очень немногие книги доставили мне столько удовольствия и столько же смеха».

Ее трактовка «Войны и мира» Толстого — это проявление силы. Книга, которую редко читают до конца, она сжала более 1000 страниц до двух с половиной страниц.Подробно рассказав о любви и потерях большого количества персонажей, она переходит к эпилогу. «Толстой заключает, что свобода воли — это иллюзия. Он немного продолжает о Копернике, Ньютоне и Вольтере. Вот и все.»

Ближе к концу книги она объясняет, что она довольная мать троих детей, замужем за англичанином и на самом деле польско-еврейского происхождения. Она оглянулась назад, несколько озадаченная своим стремлением к русскости. «Я поступил глупо из-за того, что хотел отличаться от других, из-за того, что хотел доказать что-то о своих корнях.Я пристрастился к погоне за мечтой. Отказ от этого отрезвлял ».

Новое исследование раскрывает историю работы Пингвина

Новое исследование впервые раскрывает личные усилия и инновации, стоящие за крупными усилиями 20 века по публикации классической русской литературы в доступных и доступных переводах на английский язык.

С 1950 года «Пингвин» представил широкому читателю в Британии и за ее пределами великие произведения русских писателей золотого века.Наследие этой работы до сих пор влияет на русских переводчиков и на вкусы читателей.

Доктор Кэти МакАтир из Университета Эксетера — первый ученый, проанализировавший людей и процессы, стоящие за серией «Русская классика пингвинов». Она исследовала вовлеченных людей, их планы и рабочие привычки, а также решения, принимаемые персоналом Penguin о том, какие тексты переводить и публиковать.

Благодаря усилиям Констанс Гарнетт и Уильяма Хайнеманна на рубеже веков, Penguin стала считаться де-факто послевоенным поставщиком русской литературы в современном английском переводе.

Тщательный анализ д-ром МакАтиром архивной переписки между переводчиками и редакторами, найденной в архиве Penguin в Бристольском университете и в отдельных собраниях Российского архива Лидса, выявил личные мотивы и достижения этих деятелей. Исследование также показывает проблемы, с которыми они боролись, работая в изоляции, включая блокировку переводчика, депрессию, тяжелую утрату, проблемы со здоровьем и финансовые трудности. Письма также показывают автономию, которую Penguin предоставил им в отношении их методов работы.

Доктор МакАтир, исследование которой опубликовано в ее новой книге « Перевод великорусской литературы: пингвин русской классики », сказала: «Эта серия игр сыграла чрезвычайно важную роль в том, как русская литература создавалась и продавалась на английском языке, и ее влияние может еще предстоит увидеть.

«Редактор серии Penguin Classics Э.В. Рье хотел создавать« произведения великих писателей на хорошем современном английском языке »; поэтому переводчики приложили согласованные усилия, чтобы помочь читателям справиться с запутанными русскими именами и культурными объектами, а также принести тексты к жизни, давая персонажам разные голоса.Успех этих переводов подготовил почву для интереса людей к советской литературе с середины 1960-х годов.

«Я надеюсь, что эта книга показывает наследие всего, чего достигла Penguin. Я хотел напомнить людям о важности переводчиков и показать огромный объем работы, которая должна была произойти — и должна была произойти, — чтобы эти классические книги стали более популярными. Англоязычная аудитория не только в Великобритании, но и в США, Австралии, Индии, Пакистане, Южной Африке и Канаде ».

Проанализированные письма показывают, что Penguin нанимала талантливых переводчиков-фрилансеров, выплачивая им справедливые расценки с оговоренными сроками и предлагая возможность повторного заказа и гонорары за большие тиражи. Эта договоренность оказалась взаимовыгодной, результатом стала качественная работа и своевременная доставка. В первые годы заказы на перевод продолжали поступать, часто быстрее, чем команда Penguin могла их обработать.

Большая часть русской классики «Пингвин» с тех пор была переведена таким образом, чтобы признавать достижения, но отходить от стиля тех, кто работал в 1950-х годах, иногда для восстановления оригинальных стилистических особенностей текста, обновления языка или принятия учитывать меняющиеся потребности и предпочтения современной аудитории.

Исследование доктора Макатира неожиданно обнаружило письма и ранее неопубликованные статьи по теории перевода известного переводчика Достоевского Дэвида Магаршака. В ее книге объясняется, как Магаршак хотел, чтобы люди его профессии признали свою ценность. Не стесняясь заявить о себе, Магаршак призвал литературных переводчиков продвигать себя, требовать как финансового, так и репутационного признания. Исследование доктора МакАтира также выявило незамеченную героиню, стоящую за успехом Magarshack: его жену Элси, которая преданно проверяла и исправляла его работу. Она продолжала продвигать переводы своего мужа и проводить кампанию за синюю мемориальную доску в его честь еще долго после смерти Магаршака в 1977 году.

Доктор МакАтир, которая брала интервью у дочери г-на Магаршака во время ее исследования, сказала: «Дэвида Магаршака следует отметить за его вклад в наше современное понимание переводчиков, ключевых специалистов-практиков, которых часто не замечают. влияет, но также человек сильной веры в себя.Такое сочетание качеств не всегда позволяло ему следовать предписывающим правилам и формулам на практике, но его наследие — как литературное, так и профессиональное — заслуживает нашего признания ».

###

Перевод великорусской литературы: пингвин Русская классика издается Routledge. Исследование финансировалось ERC Horizon 2020, проектом RusTrans (номер соглашения о гранте: 802437) и командой открытого доступа Университета Эксетера.



Заявление об ограничении ответственности: AAAS и EurekAlert! не несут ответственности за точность выпусков новостей, размещенных на EurekAlert! участвующими учреждениями или для использования любой информации через систему EurekAlert.

Русская библиотека | Columbia University Press

Серия

В декабре 2016 года Русская библиотека при Columbia University Press начала публиковать обширную подборку русской литературы в английском переводе, уделяя особое внимание работам, ранее недоступным на английском языке, и тем, которые созрели для новых переводов. Будут представлены произведения премодерна, модерна и современной литературы, в том числе написанные недавно. Этот сериал призван продемонстрировать широту, удивительное разнообразие и глобальное значение русской литературной традиции и будет включать не только романы, но и рассказы, пьесы, стихи, мемуары, творческую научную литературу, а также произведения смешанного или изменчивого жанра.

Благодарность за публикации из Российской библиотеки и серию

Газета New York Times сообщает об анонсе серии.

«Русская библиотека» — это новая серия русской литературы в переводе от Columbia University Press под редакцией Кристин Данбар. Особое внимание уделяется работам, недоступным на английском языке или просроченным для нового перевода. Первые три тома серии были опубликованы в декабре 2016 года, и два обсуждаемых здесь — City Folk и Country Folk и Rapture — составляют его четвертую и пятую части.Вместе, как я надеюсь, показал этот обзор, эти две книги говорят о яркости серии и демонстрируют ее диапазон и хорошую услугу, которую она оказывает, делая эти работы наконец доступными для англоязычной аудитории. С момента запуска эта серия уже расширила объем русских литературных текстов, доступных на английском языке, и обещает значительно больше, с запланированными названиями в диапазоне от восемнадцатого до двадцать первого веков, как новыми, так и признанными переводчиками ». — Кэтрин Бауэрс, Перевод и литература

Между собакой и волком , Саша Соколов, перевод и аннотации Александра Богуславского

«Чувствуется калибр и креативность оригинала. Это буйство языка, бесценное для ученых и завораживающее для любопытных ». — Publishers Weekly

«Сложно и полезно — русские поминки по Финнегану ». — Ярмарка тщеславия

Четырнадцать красных хижин и другие пьесы, Андрея Платонова, редакция Роберта Чендлера, перевод Роберта Чендлера, Джесси Ирвина и Сьюзен Ларсен

«Отчасти хоррор, отчасти идеологическая стендап-комедия, пьесы Платонова изображают абсурдный, кошмарный мир, в котором неразделимы надежда и цинизм.Их публикация в этом соответственно умном и тщательно аннотированном переводе является важным вкладом в наше понимание одной из самых трагических глав двадцатого века ». — Эрик Найман, автор книги Набоков, Извращенно

«Этот сборник из трех пьес Андрея Платонова привлекает внимание англоязычных читателей еще больше из его замечательных произведений. Маргинализованный советским литературным чиновничеством Платонов был инстинктивным модернистом, создавшим серию прозаических произведений, которые по очереди вызывали тревогу и были красивыми. »- Томас Зейфрид, автор книги« Сопровождающий к книге Андрея Платонова Яма для фундамента

».

«Эти жизненно важные пьесы глубоко русские и подрывно-антисталинские. Абсурдные, ужасающие и даже мрачные, они представляют собой несравненно яркий иллюминатор в ту мрачную эпоху российской истории ». — Пол Э. Ричардсон, Русская жизнь

Прогулки с Пушкиным , Андрей Синявский, в переводе Катарины Теймер Непомнящий и Славы Иванович Ястремский

«Андрей Синявский / Абрам Терц был одним из самых одаренных русских писателей послевоенной эпохи.Большая часть его работ сейчас печатается в России, но большая часть английских переводов, похоже, больше не издается. Будет отлично, если « Прогулки с Пушкиным» вернет нас к нему. Нам как никогда нужен его свободный и гостеприимный дух ». — Ричард Пивир, The Hudson Review

«Судя по названию, работа Синявского уместно бессвязная и спокойная, но в то же время блестяще иконоборческая в отношении этого самого знакового из русских писателей». — Майкл Дирда, Washington Post

«Состоит из двух отдельных эссе, написанных с разницей в четверть века — первое было доставлено контрабандой из советского трудового лагеря в письмах к жене — сочинение Синявского о Пушкине, которое здесь собрано в новой Российской библиотеке Columbia University Press, является напоминанием о том, что непочтительность имеет это магия.»- Николас Дамс, Public Books

Восторг: Роман , Ильязда, перевод Томаса Дж. Китсона

Премия Чтения России 2018, Специальное упоминание

«Быстрая, язвительно забавная история, которая заимствует (и ниспровергает) приключенческий жанр…. Хотя этому роману потребовалось много времени, чтобы найти новую аудиторию, в превосходном переводе Томаса Дж. Китсона нет ничего печального, что делает прозу книги свежей ». — Ник Холдсток, Open Letters Monthly

« Восторг — это как традиционная региональная приключенческая сказка, адаптированная для своего времени и отражающая ее, так и экспериментальная фантастика, в которой Ильязд дает вольность рассказу, стилю и языку. Вопреки — во многих отношениях, не меньше — ожиданиям читателей, вариация Ильязда на этот вид сказки приносит самые разные удовлетворения. Яркая, часто комическая и всегда суровая история, она колеблется между волнующей мякотью и гораздо более амбициозной мифизирующей почти поэзией; это также почти удивительно доступно — и весело, если не поверить, читать «. — M.A. Orthofer, The Complete Review

Городской и деревенский народ , Софья Ховщинская, перевод Норы Селигман Фаворова

«Броский перевод и полезные заметки Фаворова делают роман очень доступным для современного читателя.Эта неизменно восхитительная сатира познакомит читателей с более забавным, более женским взглядом на русскую литературу, чем они, возможно, встречались ранее ». — Publishers Weekly (звездочный обзор)

«В своем первом переводе на английский язык с момента публикации в России в середине XIX века, Городской народ и деревенский народ предлагает нам увлекательный взгляд на гендерную динамику в стране, которая только что освободила крепостных империи». — Рэйчел Кордаско, BookR iot

«Где Хвощинская была всю жизнь? Обязательно к прочтению.”- М. Бартли Зайгель, слов без границ

«Произведения Золотого века русской поэзии» Константина Батюшкова, представленные и переведенные Петром Франсом

«Для поклонников русской поэзии, и особенно для русскоязычных поэтов, Батюшков (1787–1855) — важная фигура, написавшая изысканные стихи и способствовавшая наступлению так называемого Золотого века русской поэзии. . . . «Сочинения золотого века русской поэзии » — это переплетение переводов стихов (плюс отрывки из прозаических очерков и личных писем) с историей и биографией.. . . Поэты и обычные читатели должны ценить эту книгу так же, как учителя и ученые, которые теперь могут цитировать изящные переводы ». — Сибелан Форрестер, Лос-Анджелес Обзор книг

«Сочинения золотого века русской поэзии Константина Батюшкова — это далеко не прямая антология стихотворений. Это биографический очерк, в котором разбросано более шестидесяти переводов, полностью или частично. (Оригинальный русский язык не включен.) Читатель приходит к поэзии через прозу.Последние варьируются от информативного повествования Франции до эссе и писем самого Батюшкова ». — Джим Кейтс, The Arts Fuse

Найденная жизнь: стихи, рассказы, комиксы, пьеса и интервью , Линор Горалик, под редакцией Эйнсли Морс, Марии Васильевой и Майи Винокур

«Приветственный сборник от писателя, от которого стоит услышать больше — так что переводчики будут заняты». — Kirkus Отзывы

«Самые привлекательные предметы, несмотря на их краткость, требуют концентрации, но независимо от объема вашего внимания, вы будете вознаграждены такими миниатюрами, как эта:« Фирменный вкус ствола оружия.’”- литературное приложение Times

Сестры Креста , Алексей Ремизов, перевод Роджера Киза и Брайана Мерфи

«Темный и манящий; Ремизов — писатель, о котором стоит знать, и этот небольшой томик — хорошее начало ». Kirkus Отзывы

«Наброски и эпизоды Ремизова представляют собой хорошо нарисованный образ русской жизни начала ХХ века». — M.A. Orthofer, The Complete Review

«В великолепной прозе роман соединяет воедино, казалось бы, разрозненные повествования отдельных персонажей, образуя гармоничное целое.Повествование воспевает вековую дихотомию — богатство и бедность, истину и иллюзию, любовь и похоть. Фразы, предложения и даже целые абзацы иногда всплывают повсюду, как мотивы в симфонии человеческих страданий ». — Предисловие Revi ews

Сентиментальные сказки , Михаил Зощенко, перевод Бориса Драйлюка

«Книга, от которой Гоголь рассмеется». — Kirkus Отзывы

«Единственное, что может быть труднее, чем шутить, — это их переводить.Возможно, поэтому Михаил Зощенко остается малоизвестным русским писателем среди англоязычных читателей, несмотря на то, что он является одним из самых любимых юмористов Советского Союза, сатириком в лучших гоголевских традициях. Новый перевод Бориса Дралюка « Сентиментальных сказок », сборника рассказов Зощенко 1920-х годов, — это восторг, который оживляет остроумие автора ». — Экономист

Искупление , Фредерик Горенштейн, перевод Эндрю Бромфилда

« Redemption наводнен жестокими истинами, грубыми пробуждениями и болезненными самопознаниями.Горенштейн не облегчает задачу своему читателю: его запретная тема — это последствия Холокоста, последствия «неизбежного спланированного убийства», а его главная героиня — несимпатичная молодая женщина. Но тьма не абсолютна; есть множество проблесков света, даже очаги красоты. Горенштейн умело создает сцены, рисует пейзажи и передает настроения. Мы переходим от обшарпанной элегантности бала к заснеженным улочкам с выжженными развалинами. Мы с болезненным увлечением смотрим, как Сашенька наносит урон другим, а затем и себе.Ее многочисленные испытания и ошибки подчеркивают поисковые размышления о страдании и спасении, любви и судьбе ». — Малькольм Форбс , Star Tribune

Человек, который не мог умереть: Повесть об истинном человеке , Ольга Славникова, перевод Мариан Шварц

«Мрачно язвительный. . . . как ни странно, своевременно, поскольку существуют всевозможные заниженные намеки на мошенничество на выборах, взяточничество, взятки и бесконечные обещания политиков, которые не намерены их сдерживать.Он также искусно построен, изображая мир и набор персонажей, которые оказались зажаты между упорядоченным, хотя и серым миром старых времен и хаосом «новых богатых» в предполагаемой демократии. . . . Славникова — писательница, которую американские читатели захотят иметь больше ». — Kirkus Отзывы

Некрополь Владислава Ходасевича, Перевод Сары Витали

«Прозрачная и прозрачная проза Ходасевича искусно написана Сарой Витали, которая отдала должное тексту и дополнила его множеством примечаний, которые освещают его более информативные и уклончивые моменты. Издание также отличается стильным вступлением Дэвида Бетеа, которое обеспечивает идеальный баланс между привлекательной читабельностью и глубоким критическим пониманием ». — Брайан Каретник

«Яркий сборник воспоминаний о главных светилах русского символизма и его последствиях. Это стильный, изобретательный перевод ключевого текста ». — Роберт П. Хьюз, Калифорнийский университет, Беркли

Николай Николаевич и камуфляж: два романа , Юз Алешковский, перевод Даффилда Уайта, под редакцией Сюзанны Фуссо

«Вырванные из литературного подполья, эти две исторические новеллы дают грубое сатирическое представление о недовольстве советских времен после Второй мировой войны.Алешковский эмигрировал из Советского Союза в 1979 году как печально известный автор творческой диссидентской фантастики. . . . Через своих двух непристойных антигероев Алешковский смеется над российским обществом из канав советского преступного мира ». — Kirkus Отзывы

«Забудьте старые мифы о подвергнутых цензуре послушных советских гражданах и познакомьтесь с безумно предприимчивыми и решительно свободомыслящими героями Алешковского, которые без колебаний используют красочный язык, чтобы подчеркнуть политику тела, научное использование спермы и другие нелепости жизни. современная жизнь.”- Ивонн Хауэлл, Ричмондский университет

Новая русская драма: Антология , под редакцией Максима Ханукаи и Сюзанны Вейгандт

«Никогда еще не было более важного момента, чтобы оставаться на связи с русским театром и культурой. Эта богатая, всеобъемлющая и своевременная антология предлагает жизненно важный и вдохновляющий путь жизни для ученых, студентов, театральных деятелей и широкой публики ». — Душка Радосавлевич, Королевская центральная школа речи и драмы, Лондонский университет

«Десять пьес, представленных в антологии Максима Ханукаи и Сусанны Вейгандт, представляют собой не столько пьесы в традиционном смысле, полные конфликта и разрешения, сколько живые записи российской действительности XXI века: фрагменты диалогов, обрамленные текстом.»- Times литературное приложение

Двойная жизнь , Каролина Павлова, перевод Барбары Хельдт

«Роман Павловой« Двойная жизнь » потряс литературный мир России, когда был опубликован в 1848 году, получив широкую похвалу за свою революционную форму и психологическую остроту. . . . Тонкий смешанный жанровый роман — переведен Барбарой Хелдт и выпущен в этом году в новом издании. . . следует за 18-летней Сесили фон Линденборн, когда ее мать пытается найти ей мужа.. . . Книга примечательна своим пониманием того, как действует внутреннее угнетение ». — Атлантика

«Богатый остроумием, единственный роман Павловой — это мастерский посланник высшего общества». — Kirkus Обзоры (отмеченный обзор)

Клоцвог , Маргарита Хемлин, перевод Лизы Хайден

«Майя Абрамовна Клоцвог материалистична и склонна к манипуляциям. Она что-то вроде советской Бекки Шарп из версии Vanity Fair 1950-х годов, пытающейся выжить во враждебном мире.. . Озвучивая этого сложного, раненого персонажа, Хемлин предлагает нам сопереживать, даже когда мы судим, и лучше понять нашу собственную общую, напуганную, иррациональную человечность ». — Фиби Таплин, Лос-Анджелес Обзор книг

«Этот необычный роман — одновременно и интимный портрет женщины, которая не видит последствий своих действий, и исследование разрушительного воздействия антисемитизма на людей и общество. Действие происходит после Второй мировой войны, и кажется, что он очень своевременен.Самое необходимое чтение ». — Авиа Кушнер, автор книги The Grammar of God и лингвистический обозреватель в The Forward

.

Фанданго и другие истории , Александр Гринь, перевод Брайана Каретника

«Блестящие переводы Брайана Каретника раскрывают стилистическую сложность и психологическую глубину сказок Александра Грина, напоминая о« тонких, изящных кружевах из резных листьев », описанных в« Колонии Ланфье ». Этот искусно отредактированный сборник, наконец, представляет весь спектр даров Грина англоязычному миру.»- Борис Дралюк, ответственный редактор, Los Angeles Review of Books

«Странно и незабываемо. Изучающим современную литературу следует приветствовать это, как если бы они обнаружили спрятанное сокровище ». — Kirkus Отзывы

Горе от ума: Стихотворная комедия в четырех действиях , Александр Грибоедов. Перевод Бетси Халик

«Недавний перевод Бетси Халик, как и оригинал, рифмован и предназначен для сцены. . . плавность текста сохранена с минимальными потерями.»- Los Angeles Review Books

«Некоторые шедевры, кажется, не поддаются переводу. Одним из них считают блестящую комедию манер Грибоедова « Горе от ума». Перевод Бетси Халик почти полностью аннулирует это понятие. Он точный, бодрый, изобретательный и в высшей степени играбельный. Она запечатлела резкие характеристики и афористический диалог оригинала. Ее версия заслуживает того, чтобы стоять на одной полке с «Тартюфом» Ричарда Уилбура и «Сирано» Энтони Берджесса.”- Лоуренс Сенелик, Университет Тафтса

«Приятный, умный и очень забавный, Горе от ума заслуживает более широкой известности и более широкого исполнения за пределами России». — М. А. Ортофер, Полный обзор

Нос и другие рассказы , Николай Гоголь. Перевод Сюзанны Фуссо

«[A] первоклассный сбор. . . Поклонники Гоголя и его странных чувств сожрут это прекрасное собрание ». — Kirkus Обзоры , избранные обзоры

«В то время как они затрагивают такие темы, как колдовство, демоническое влияние и безумие, рассказы Гоголя настолько же юмористичны, насколько и причудливы.. . Нос и другие истории наполнен злополучными персонажами, странными происшествиями и сатирическими комментариями ». — Обзоры предисловий

«Поскольку юмор Гоголя во многом зависит от лингвистической игры, он оказался стойким к адекватному переводу. . . Юмор Фуссо имеет решающее значение. — Нью-Йорк Книжное обозрение

Путешествие из Санкт-Петербурга в Москву , Александр Радищев. Перевод Эндрю Кана и Ирины Рейфман

«Ценный взгляд на Россию, увиденную в годы, незадолго до ее литературного возрождения XIX века.”- Kirkus Отзывы

«[Радищев] создает виртуозный художественный рассказ о путешествиях, сочетающий философию, поэзию и политические идеалы Просвещения в недвусмысленном осуждении крепостного права, цензуры и коррупции. . . Разнообразный, увлекательный и глубоко впечатляющий. . . Внимательный новый перевод Кана и Рейфмана является благом для англоязычных читателей ». — Publishers Weekly

«Путешествие остается актуальным, поскольку в обвинительном заключении фигурируют автор, рассказчик и читатель.. . Понимание того, откуда на самом деле берутся хлеб насущный, творчество в изобретении идиомы, чтобы выразить его, и мученическая смерть от того, что государство сломало его в результате, — вот непреходящее наследие путешествия Александра Радищева ». — Литературное приложение Times

Дьяволенок и другие сказки , Алексей Ремизов. Перевод Антонины В. Боуи

«« Дьяволенок и другие истории » предлагает великолепный ассортимент работ малоизвестного писателя-символиста.В прекрасном переводе Антонины В. Буи отражены нюансы каждого выбора, в том числе Tour de force — деликатная интерпретация Буи «Принцессы Мимры». Книга для поклонников Ремизова и читателей, открывающих его ». — Анна Васильева, переводчик Дорога к дому

«В рассказах коварники, неразлучные любовники, судьба, воля людей, смешение судьбы, смерть, долгие холодные зимы, сапожники, революция, крестьяне и многострадальная бабушка.. . Рассказы богаты, текст красив, и, безусловно, для этого найдется аудитория ». — Книжный сталкер

«Я был в восторге от безграничного воображения Ремизова, его тщательно продуманных декораций и его великолепных образов». — Ян Монд, Locus Magazine

Смерть Вазир-Мухтара , Юрий Тынянов. Перевод Анны Куркиной Раш и Кристофер Раш

«Еще одно прекрасное исполнение… с великолепным вступлением Анджелы Бринтлингер и полезным дополнительным материалом, идентифицирующим людей и намеками, незнакомых неспециалисту.Блестящий мыслитель и великолепный писатель, Тынянов заслуживает большей известности ». — Нью-Йорк Книжное обозрение

«Используя тщательные исследования для подпитки своего воображения, [Тынянов] наделил своих героев эмоциональной жизнью, которую редко можно найти в архивах. Смерть Вазир-Мухтара , впервые опубликованная в 1928 году, является прекрасным образцом этой техники. . . Текст полон отрывочных намеков, ловко сохраненных во всей своей двусмысленности переводчиками, Анной Куркиной Раш и Кристофером Рашем, которые предоставляют читателю возможность расшифровать сообщения автора.»- Los Angeles Review Books

Голос за кадром: стихи и эссе , Мария Степанова. Под редакцией Ирины Шевеленко

«Мария Степанова — одна из самых заметных фигур постсоветской культуры». — Лос-Анджелес Обзор книг

«Работа [Степановой] определяется беглыми фразами, выражающими сложные мысли, слиянием разных стилей, беззаботным владением всеми возможными метрическими ногами и большим чувством сочувствия.»- Международная поэзия

«Гениальность Степановой может сравниться только с ее легендарной сложностью. Вместо того, чтобы писать вольными стихами, она придерживается метрических рамок классической силлаботонической русской поэзии и заполняет традиционные формы головокружительной смесью ссылок и регистров, опираясь на все, от славянского фольклора до социальных сетей ». Поэтический журнал

«Степанова наконец получает то внимание, которого она заслуживает в англоязычном мире. Тонкая и эрудированная трактовка политики и истории, ее работа является столь необходимым противоядием от грубых изображений России, наполняющих англоязычные СМИ в последние годы.”: — Harper’s Magazine

Жизнь, написанная им самим , протоиерей Аввакум, перевод Кеннета Н. Брострома

«Перевод [Брострома] сделан исключительно хорошо, воссоздан заново. . . ритмы, стилистические чередования и интонации оригинала ». — Присцилла Хант, Славянское обозрение

«Сочетание Аввакума церковного и разговорного языка перенесло в письмо пафос его устной риторики и остается источником вдохновения для современной русской литературы с тех пор, как была опубликована« Житие ».”- Йостейн Бёртнес, Кембриджская история русской литературы

«Смелую оригинальность начинания Аввакума невозможно переоценить, а использование им русского языка ставит его в один из первых рядов русских писателей: с тех пор никто не превзошел его энергией, колоритностью и умелым владением всеми выразительными произведениями. средства повседневного языка для самых ярких литературных эффектов ». — Князь Дмитрий Святополк Мирский, История русской литературы


Будущие книги

Мы рады сообщить о выходе следующих книг из серии «Русская библиотека» в Columbia University Press:

В тени Гоголя , Андрей Синявский, перевод Джоша Биллингса

Русская антология ужасов , под редакцией Майи Винокур, Льва Никулина и Джеффа Себулы

Стихи Марины Цветаевой в переводе Алиссы Гиллеспи

Россия в войне , под редакцией Донны Орвин

Stravaging «Strange» , Сигизмунд Кржижановский, перевод Джоанн Тернбулл с Николаем Формозовым

Автохтоны , Мария Галина, перевод Лизы К.Хайден

Домой с небес , Борис Поплавский, перевод Брайана Каретника

Избранные стихотворения Афанасия Фета, переведенные и отредактированные Сарой Витали и Стивеном Александром Таллоком

Симфонии Андрея Белого в переводе Джонатана Стоуна.

стран, которых не существует: избранная документальная литература , Сигизмунд Кржижановский, под редакцией Джейкоба Эмери и Александра Спектора

Сто лет детства: антология советской и современной русской письменности для детей , под редакцией Ольги Бухиной, Келли Херольд и Андреа Лану

Сто лет отрочества: Антология советской и современной русской письменности для подростков и молодых людей , под редакцией Ольги Бухиной, Андреа Лану и Келли Херольд


Переводчики

Тем, кто хочет перевести серию, следует обратиться к Кристине Данбар, редактору Columbia University Press (cd2654 @ columbia.эду).

Плата серии

Всеволод Багно

Бак Дмитрий

Розамунд Бартлетт

Кэрил Эмерсон

Питер Б. Кауфман

Марк Липовецкий

Оливер Готов

Стефани Сэндлер

Классики русской литературы — Серия

ИД «Иностранные языки» (Москва)
Даты серии: 1950-1965
Размер: 5,25 ″ x 8 ″

The Foreign Language Publishing House был советским издательством по литературе и политическим книгам, написанным на английском языке и предназначенным для аудитории в Европе и США. Публикации начались в 1930-х годах. После Второй мировой войны были изданы многочисленные серии: Классиков русской литературы (1950-1965), Библиотека советской литературы (1948-1965), Библиотека избранной советской литературы (1950-1956), Библиотека Марксистско-ленинская классика (мягкая обложка, 1946–1951) и Библиотека искусств (1950). Они также издали чудесно названную «Советскую детскую библиотеку для малышек ». В середине 1960-х годов название издателя меняется на Progress Publishers.

Классиков русской литературы были переводами на английский язык около 20 различных русских / советских авторов, всего около 30 наименований опубликовано за несколько десятилетий, когда эта серия находилась в печати. Я не нашел никаких указаний на то, как сериал распространялся в США.

Книги были в стильных переплетах и ​​рубашках, в основном в современном стиле середины века. Жакеты были уникальны для каждого названия и напечатаны на плотной бумаге. Эта копия Тургенева Три коротких романа не датирована, но, вероятно, середина 1950-х годов.Дизайн на основе грубых тканых ниток заполняет перед, корешок и зад куртки. Автор и заголовок напечатаны на этом дизайне. На переднем клапане куртки описаны три произведения в сборнике. Название серии на куртке не указано.

Спинка куртки и задняя крышка пустые, за исключением рисунка, перенесенного с передней части куртки.

Переплет — это пышный пластиковый материал розового цвета с различными элементами дизайна, которые явно напоминают современный дизайн середины века.

Название серии печатается зелено-синим цветом вместо полузаголовка. Это единственное место, где серия указана в книге или на ней.

Включены две титульные страницы, одна из которых слева на русском языке, а правая — на английском. Титульные листы печатаются в двух цветах.

Книгу переводили Плющ и Татьяна Литвиновы.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.