Алвар аалто проекты: самый известный финский архитектор • Интерьер+Дизайн

Содержание

самый известный финский архитектор • Интерьер+Дизайн

Алвар Аалто (Alvar Aalto, 3.02.1898 — 11.05.1976) — великий финский архитектор и дизайнер. Спроектированные им здания вошли в архитектурные учебники и энциклопедии, основанная им компания Artek до сих пор с успехом продает его мебель.

За 78 лет своей жизни Алвар Аалто построил множество общественных и частных зданий в Европе, США, и даже в Ираке. По всей Финляндии, от Хельсинки до маленького городка Алаярви, где жили его родители, стоят его университеты, библиотеки, музеи, театры, культурные центры, офисы, школы и церкви. С 1963 по 1968 гг он был президентом Финской Академии, в 1957-м был избран почетным членом Американской Академии искусств и наук, стал лауреатом престижных архитектурных наград: золотой медали Королевского института британских архитекторов (RIBA) и золотой медали Американского института архитекторов (AIA).

+ По теме: Паулу Мендес да Роша: золотая медаль RIBA

Городская библиотека в Выборге.
1935.

Нам повезло: одна из его наиболее значимых построек находится в Выборге, под Петербургом. Три года назад библиотека, созданная Алваром Аалто в 1935 году, была торжественно открыта после многолетней реставрации, которую проводили российские и финские специалисты. Теперь это настоящее место паломничества всех, кто неравнодушен к архитектуре модернизма. В 2015-м проект получил высшую награду ЕС за сохранение культурного наследия «Европа Ностра» — так называемый «европейский реставрационный Оскар».  Это один из первых проектов Аалто, где в полную силу проявился его авторский стиль: сочетание функционализма, диктующего строгость форм, и мягкой, плавной органики в интерьерах, плюс эргономика и ориентированность на человека во всем вплоть до мелочей.

 

Белоснежное здание, состоящее из четких геометрических объемов, с ленточным и панорамным остеклением, с металлическим рейлингом на разноуровневой крыше, как и многие другие здания модернизма, напоминает огромный океанский лайнер. Внутренняя архитектура поражает гармонией и продуманностью деталей — вплоть до размещения стеллажей, кресел и табуретов.

Читальный зал в Выборгской библиотеке после реставрации.

Аалто создал великолепную систему естественного освещения всех помещений. Читальный зал пронизан рассеянным светом, попадающим сюда через 57 круглых зенитных фонарей в потолке. В центре — эффектная двойная лестница со скульптурно изогнутым контуром перил. В актовом зале был восстановлен знаменитый волнообразный акустический потолок, обшитый тонкими деревянными рейками, — деталь, ставшая после выборгской библиотеки одной из визитных карточек Аалто.

Санаторий в Паймио, архивное фото. 1933.

Аалто родился в глубокой финской провинции — наверное, там и научился чувствовать и понимать природу, связь с которой так искусно умел позже передавать в своих постройках. Диплом архитектора он получил в 1921 году в Политехническом университете Хельсинки, но строить начал еще будучи студентом. Первый его проект — дом для родителей в Алаярви, 1918 год. В те годы он придерживался неоклассического стиля. В столице получить заказ для начинающего архитектора было сложно, поэтому Аалто вернулся в провинциальный город Йювяскюля, где учился в лицее, и открыл там бюро. Принимал заказы на частные дома. Из Йювяскюли начал постепенное движение в сторону столицы: сначала перебрался в Турку, и только в 1933-м — в Хельсинки. В Йювяскюле сохранилось около полутора десятков зданий, построенных им еще в 1920-е годы и позже, когда он возвращался сюда уже став всемирно известным. Это, в числе прочего, городской театр, университет и художественный музей, в котором теперь расположился мемориальный музей самого архитектора.

 

«Задача архитектора — возрождать правильный порядок ценностей… Пытаться очеловечить век механизмов — до сих пор является его первостепенным долгом. Но при этом важно не забывать о форме. »

С конца 1920-х годов Аалто активно включается в мировой архитектурный дискурс — он много ездит по Европе, знакомится с архитекторами и художниками: Ле Корбюзье, Поулом Хеннингсеном, Вальтером Гропиусом, Андре Люрса, Карлом Мозером, Герритом Ритвельдом и пр., — обсуждает с ними их принципы и идеи, вырабатывает свое собственное понимание и постепенно становится одной из ведущих фигур современной архитектуры — как раз в этот период он и строит те два здания, выдвинувших его в первый ряд: библиотеку в Выборге и туберкулезный санаторий в Паймио, в сосновом бору недалеко от Турку. Современников поражали изящные, отточенные контуры этого комплекса и не менее выверенная внутренняя архитектура. 

 

В санатории все — от архитектуры до мельчайших деталей — должно было способствовать выздоровлению пациентов. Аалто вместе с женой Айно, которая тоже была архитектором, разрабатывает для санатория буквально все — даже раковины и емкости для приема анализов. Особенно успешной оказалась мебель. Кресло Paimio было спроектировано так, чтобы у сидящего в нем максимально раскрывались легкие. Пружинящие кресла и шезлонги из гнутой березовой фанеры, складируемые друг на друга стулья, кожаные диваны, функциональные светильники, мобильные столики-тележки — все эти предметы были спроектированы столь удобными и эргономичными, что позже было налажено их промышленное производство.

Кресло Paimio. 1932. Выпускает Artek.

«Ножка стула — это маленькая сестра архитектурной колонны.»

В начале 1930-х Аалто плотно сотрудничает с финским мебельщиком Отто Корхоненом, они экспериментируют с гнутой березовой фанерой и наконец патентуют технологию производства мебели из нее. Основным запатентованным ими элементом стала ножка-опора L-leg: она была плавно изогнута под углом в 90 градусов. На основе L-leg была создана целая серия кресел, стульев и табуретов, и первым был легендарный табурет Stool 60 с круглым сиденьем на трех опорах — Аалто первоначально использовал его в интерьерах выборгской библиотеки. Потом началось его массовое производство, которое продолжается и в наши дни. Эта одна из наиболее часто подделываемых мебельных моделей. Оригинальных табуретов, произведенных в Финляндии, с 1930-х годов было выпущено более миллиона. Всего же в мире разными производителями было выпущено, по разным данным, до восьми миллионов таких табуретов. С недавних пор Stool 60 — обязательный атрибут всех официальных салонов Apple.

Табуреты Stool 60 в конференц-зале Выборгской библиотеки после реставрации.

В 1935 году Аалто, его жена и еще пара их единомышленников основали компанию Artek, что значило арт+техника, — теперь мебель его дизайна выпускалась под этой маркой. Сегодня это один из ведущих финских дизайн-брендов, владеющий правами на римейки предметов мебели, созданных Аалто и его женой. Помимо мебели Аалто проектировал светильники — тоже под конкретные архитектурные объекты, а в 1936-м, в преддверии всемирной выставки в Париже делает серию стеклянных ваз для мануфактуры Iittala. Ваза, ставшая позже известной под названием Savoy, получила в Париже золотую медаль.

Говорили, что в ней Аалто передал очертания одного из финских озер. Ресторан Savoy в Хельсинки, интерьеры которого оформлял Аалто, закупил эти вазы в большом количестве, отсюда и прикрепившееся к ним название. Ресторан, кстати, работает по-прежнему, и вазы Аалто стоят на каждом столе.

Ваза Savoy, Iittala. 1936.

Наибольший успех у мебели Аалто был в Лондоне — здесь продажами занимались местные коммерсанты, и счет шел на тысячи проданных экземпляров, в то время как в самой Финляндии — лишь на десятки. В любом случае, благодаря успеху своей мебели Аалто получил возможность сделать небольшую паузу в архитектурной деятельности, не гоняться за заказами, а спокойно заняться строительством собственного дома в одном из районов Хельсинки, куда он перебрался.

 

Подсчитано, что за свою карьеру Аалто построил около 75 частных домов, большую часть в первые ее годы, но самым важным для истории архитектуры частным домом стала вилла Майреа на западе страны, в Нормаркку, строительство которой завершилось в 1939-м.

Многие историки архитектуры считают ее самым комфортабельным частным домом в истории ХХ века. Во всяком случае, она стоит в одном ряду с самыми знаменитыми модернистскими виллами XX века, такими как вилла Savoy Ле Корбюзье в Пуасси, Tugendhat Миса ван дер Роэ в Брно, Beer Йозефа Франка в Вене, «Над водопадом» Френка Ллойда Райта в Пенсильвании, «Стеклянный дом» Филиппа Джонсона в Коннектикуте, Schroeder Геррита Ритвелда в Утрехте или вилла Е-1027 Эйлин Грей на Лазурном берегу.

Вилла Майреа. 1939.

Заказчиками виллы Майреа были друзья Аалто — строительный магнат Гарри Гуллихсен и его жена Майре. Они дали ему полный карт-бланш: никаких ограничений ни в плане идей, ни в плане финансов. В результате была построена внешне весьма радикальная по тем временам вилла: ничего общего с традиционным поместьем и доминирующим в нем господским домом, к которому привыкли финны, — здание со сдвинутыми горизонтальными «уровнями», беспечно раскинувшееся среди сосен буквой L, с открытым бассейном, с деревянной «башней», где разместилась художественная студия хозяйки, с открытыми террасами, зимним садом внизу и японским садом камней на крыше.

Вилла Майреа. Фрагмент интерьера первого этажа.

На первом этаже все помещения объединены в open space и в то же время обособлены — тонкими колоннами в японском стиле, разным напольным покрытием, разными уровнями пола. Натуральное дерево, белая штукатурка, керамическая плитка, необработанные каменные слэбы, из которых сложены камины, создают уникальное сочетание модернистского и чего-то исконного, архаичного, заставляющего чувствовать себя в уютном, защищенном укрытии. Вилла Майреа сегодня функционирует как музей и открыта для посетителей, но их, к сожалению, очень мало, так как добраться до этих глухих мест не так-то просто.

Алвар Аалто (3.02.1898 — 11.05.1976)

 

С 1938 года Аалто несколько раз бывает в США: он автор павильона Финляндии на всемирной выставке в Нью-Йорке, он путешествует по стране, знакомится с известными американскими архитекторами, посещает семейство Кауфманнов в их «Доме над водопадом» и уже почти оседает в Массачусетском политехническом университете, получив место профессора, но из-за второй мировой войны уезжает на родину. В 1946 году он вновь в США, преподает, строит общежитие в кампусе Массачусетского Политеха — знаменитый, идущий широкой волной Baker House. Начинается краснокирпичный период в его творчестве. При этом до сих пор он так и не получил ни одного значимого контракта в Хельсинки. И вдруг в 1948 году проект Аалто побеждает в конкурсе на строительство здания пенсионного фонда с столице. Аалто вновь в Финляндии.

Концертный зал Финляндия в Хельсинки. 1967-1971.

Кроме здания Пенсионного фонда он построил в Хельсинки еще несколько других объектов: монументальный и беломраморный Концертный зал «Финляндия», прозванный «айсбергом модернизма» (1967-1971), мощный, похожий на гигантские кирпичные цистерны Дом культуры (1952-1958), Политехнический университет в городе-спутнике Хельсинки Эспоо со ставшей лендмарком аудиторией главного корпуса (1949-1966).

Оперный театр в Эссене, Германия. 1959-1988. 3D модель.

Экспрессивные, рождающие образы здания соседствуют в его послевоенном творчестве с другим типом построек: это прямоугольные функционалистские коробки с большим количеством регулярно расположенных окон, похожие друг на друга как близнецы. Именно такими предстают Здание финской электрической компании (1970), штаб-квартира концерна Stora-Enso 1959, академический книжный магазин в центре города (1969). Внутренняя архитектура его зданий часто бывает еще сложнее и выразительнее, чем внешняя: пересекающиеся плоскости и линии, сталкивающиеся цвета, фактуры и потоки света напоминают пульсирующие внутренней энергией супрематические композиции.

Зал Конгрессов в Хельсинки. Отделка: белый каррарский мрамор. Проект 1967–71 гг. Закончен после смерти архитектора.

Аалто относился к архитектурному творчеству как истинный художник: он не придерживался какого-то одного стиля, ордера, концепции, каждый раз опираясь на рожденный воображением образ, источником вдохновения для него была природа, а конечной целью — гуманизм, служение человеку. 

 

Основные проекты Алвара Аалто | МАУК Библиотека А.Аалто

Дом Алвара Аалто (Мунккиниеми, Хельсинки, 1935-1936)

В 1935 году Аалто приобрел участок в Хельсинки, в районе Мунккиниеми и спроектировал семейный дом с рабочей студией, ставший одной из ранних вех в развитии его стиля.

Здесь Аалто осуществил эксперимент по сочетанию рабочих и жилых пространств, отразивший его взгляд на единство труда и повседневности – студия и жилые комнаты здесь плавно переходят друг в друга и органично сочетаются. Такой необычный подход к организации интерьера стал одним из фирменных приемов Аалто при проектировании частных домов для людей, чья профессиональная деятельность требовала рабочего пространства в доме. Также вилла, разумеется, стала наглядной демонстрацией возможностей мастера при приеме будущих заказчиков.

Внутренние помещения дома обращены во двор; таким образом, жизнь его обитателей скрыта от взглядов с улицы, что создает ощущение покоя и защищенности, столь важное для дома. Стиль Аалто проявляется здесь во всех деталях. В отделке дома широко использованы дерево и ткани; в интерьере сразу заметны характерные для Аалто штрихи, такие как организация пространства на разных уровнях, применение подвижных перегородок для возможности отделения определенных зон и современное осмысление традиционных мотивов (терраса на крыше, очаг и др. )

На протяжении долгого времени именно здесь Аалто работал над своими проектами; лишь в 1950-е, когда количество сотрудников в бюро мастера сильно увеличилось, он спроектировал отдельное здание для студии, расположившееся неподалеку от дома, в нескольких минутах ходьбы.

В этом доме Алвар Аалто прожил сорок лет, до конца жизни, как и его вдова, архитектор и дизайнер Элисса Аалто.

 В настоящее время дом находится на попечении фонда А. Аалто и открыт для посещения.

Финский павильон, Всемирная выставка (Париж, 1937)

Когда был объявлен конкурс на проект павильона Финляндии на Всемирной выставке в Париже, Аалто прислал на конкурс две заявки, одна из которых и заняла первое место и была воплощена, а другая заняла второе место.

Сложность проекта состояла в том, что павильон Финляндии должен был располагаться на склоне холма, где росло большое количество деревьев; вырубать деревья для строительства было запрещено принимающей стороной. Решение, найденное Аалто, отличается оригинальностью и простотой: в его проекте лес стал сквозным мотивом всего павильона.

Главный павильон и окружающие его постройки были сгруппированы в некое подобие свободного коллажа, каскадом поднимаясь по склону к главному павильону. Деревья, растущие на участке, оказались внутри помещений, в галереях и в проходах, создав, таким образом, естественную атмосферу, подчеркивающую финский национальный колорит. Неочищенные стволы, ширмы и колонны, добавленные Аалто в интерьеры, усилили «лесную» атмосферу. Дерево также стало основным материалом для отделки павильона, в том числе и снаружи. Один из двух больших залов павильона явно представлял собой вариацию на тему читального зала Выборгской библиотеки. Между строениями расположился сад, ставший излюбленным местом для прогулок посетителей выставки.

Вилла Майреа (Ноормаркку, 1938)

Эта вилла была заказана семьей Харри и Майре Гуллихсен, друзей Аалто, известных меценатов и коллекционеров искусства. Также семья Гуллихсен разделяла взгляды Аалто на стиль жизни и принципы дизайна, и поэтому вилла стала одним из первых проектов, где Аалто была предоставлена практически полная идейная свобода. Более того, заказчики одобряли любые эксперименты, предложенные Аалто в процессе проектирования.

Вилла считается наиболее изысканным и детальным из проектов частных домов у Аалто, и может считаться венцом творчества молодого архитектора. Здание идеально вписывается в ландшафт участка, одновременно контрастирует и пребывает в гармонии с окружающей его природой. Органичность дизайна подчеркивается материалами: в отделке всего здания использованы штукатурка, дерево, керамика и камень, имеющие максимально естественный, а порой и вовсе необработанный вид.

Компактное и внешне безупречное здание заключает в себе множество удобно расположенных помещений, от спален и библиотеки до студии и галереи, плавно перетекающих друг в друга и формирующих внутренний «ландшафт» виллы. Огромное значение в интерьере играет использование спонтанных и свободных по своей форме элементов, как неправильной формы углубление в каминной трубе, нерегулярно расположенные стволы деревьев в гостиной и общая асимметрия помещений.

Интерьер виллы отличают роскошь отделки и внешняя простота форм и материалов, а также сочетание традиционных мотивов с современными деталями. Вместе это создает весьма необычное пространство, одновременно комфортное и в то же время дарящее вдохновение.

Одно из крыльев виллы продолжается навесом, стоящим на березовых стволах и покрытым сверху слоем земли, на котором растет трава. Навес этот ведет к небольшой сауне, возле которой расположен бассейн естественной, округлой формы, столь характерной для дизайна Аалто; бассейн имеет две части – одну более глубокую, другую мелкую.

Удивительным образом, такой дизайн бассейна имел гораздо более непредсказуемые последствия, чем можно было бы предположить. Форма бассейна, практически идентичная бассейну виллы Майреа (а точнее –  заимствованная), оказалась весьма популярна в Америке, и многие виллы в Калифорнии имели бассейны как раз такой формы; в 1970-х, когда бассейны из-за засухи стояли пустыми, местная молодежь стала использовать их для исполнения трюков на скейтборде, дав начало новому виду спорта.

В настоящее время вилла Майреа, как и многие другие объекты наследия Аалто, имеет свой первозданный вид и открыта для посещения.

Общежитие Массачусетского технологического института (Кембридж, Массачусетс, США, 1949)

В 1940-е годы Аалто много  работал в США, читая лекции, налаживая связи и разрабатывая проекты. Будучи профессором MIT (Массачусетского технологического института), он получил от руководства института заказ на проект здания общежития для старшекурсников.

Для Аалто это оказалось интереснейшей возможностью применить свои архитектурные принципы. Волнообразная форма здания – не просто причуда мастера; такая форма увеличивает площадь фасада при экономии строительных материалов, а также обеспечивает хорошее освещение и вид на реку из большинства комнат, одновременно придавая каждой из них индивидуальную, слегка асимметричную клинообразную форму.

Ресторан, находящийся в отдельном небольшом корпусе, освещается знакомыми по Выборгской библиотеке зенитными фонарями.

Интерьеры, спроектированные Айно Аалто, были обставлены мебелью фирмы Artek; часть элементов была создана специально для общежития.

Внутренняя планировка здания представляет собой своего рода «город-холм»: все необходимые службы и помещения расположены в пределах комплекса, что создает баланс между личным пространством и социальным взаимодействием.

В 1999 году, в связи с юбилеем, общежитие было отреставрировано, а интерьерам вернули оригинальный вид и обстановку.

Дом Культуры (Хельсинки, 1952-1958)

Заказ на здание Дома Культуры стал первой возможностью для Аалто построить большой зал для концертов и конгрессов. Заказчиком здания выступила Коммунистическая партия Финляндии, владевшая зданием до 1990 года. Сегодня оно известно во всем мире как Дом Культуры (фин. Kultturitalo) и считается одним из известнейших образцов архитектуры Алвара Аалто. Кроме того, зал Дома Культуры известен своей первоклассной акустикой, и не только является одной из популярнейших концертных площадок Хельсинки, но  и нередко используется для записи музыки.

Корпус Дома культуры, вмещающий зал, имеет спиральную форму, напоминающую раковину, и является, в сущности, ничем иным как асимметричной вариацией формы античного театра – один из излюбленных мотивов Аалто. Сложной формы стена была построена с использованием специально разработанного кирпича, который имеет трапециевидную форму.

Свободной формы кирпичное строение контрастирует с кубическим административным корпусом, в котором располагается более ста помещений различного назначения: помимо вестибюля и гардероба, здесь также находятся лекторий, классы для занятий, служебные помещения и комнаты для хобби. Часть пешеходной дорожки перед зданием скрыта под длинным навесом длиной 60 метров; навес, административный корпус и крыша здания покрыты медным листом, имеющим характерный яркий зеленый цвет. Большой кирпичный корпус, административное крыло и переход между ними заключают между собой небольшой и уютный дворик, вымощенный прямоугольной плиткой.

Асимметричный главный зал, вмещающий 1500 человек,  может использоваться как для проведения конгрессов, так и для концертов. Форма зала способствует распространению звука, а для обеспечения разнообразной акустики Аалто расположил на стенах съемные звукопоглощающие панели: их количество и положение можно регулировать в зависимости от необходимости, создавая оптимальную акустическую среду в зависимости от того, какой требуется эффект.

К концу 1980-х в здание претерпело многие изменения, некоторые из которых были чужды оригинальному дизайну. В 1989 году оно получило защиту государства, после чего под руководством Элиссы Аалто (вдовы и коллеги архитектора) была проведена реновация здания.

Вилла Луи Карре (Базош-сюр-Гийон, Франция, 1956-1959)

Заказчик виллы, Луи Карре, был известным галеристом и арт-дилером. В 1955 году он заказал Алвару Аалто проект виллы на своем участке в Базоше. Помимо самого дома, Аалто также создал дизайн интерьера и весь ландшафт участка.

Дом должен был стать одновременно жилым пространством и галереей для демонстрации объектов искусства клиентам: Карре специфически высказал пожелание, чтобы дом мог быть местом для работы, а также, чтобы он был построен из «материалов, проживших жизнь» — то есть из максимально естественных. Подобный подход был Аалто весьма близок и не единожды применялся им при проектировании, как вилл, так и массового жилья.

Одним из пожеланий Карре также было использование эксклюзивных элементов дизайна – начиная от дверных ручек, освещения и мебели и заканчивая некоторыми техническими решениями. Это дало Аалто высшую степень творческой свободы, и именно поэтому вилла Карре стала не только жилым пространством, но и подлинным произведением искусства.

Отделка виллы изобилует мелкими, большей частью абсолютно уникальными деталями. Некоторые элементы интерьера – например, деревянные потолки в зале и в гостиной, были изготовлены на месте специально приглашенными финскими мастерами-плотниками.

Внутреннее устройство дома поражает оригинальностью, но в то же время демонстрирует так хорошо узнаваемый почерк Аалто: помещения перетекают одно в другое, огибая склоны холма, на котором стоит вилла, и создают органически единое пространство.

Важной деталью для Карре было наличие в доме библиотеки. Она стала самой маленькой из библиотек, созданных Аалто. Помимо естественного света и натуральной отделки, можно заметить и один из характерных для Аалто элементов интерьера, который он использовал во всех своих проектах библиотек – небольшое углубление для чтения, впервые появившееся в Выборгской библиотеке.

Склоны холма сформированы в виде широких земляных террас, которые напоминают огромную лестницу, и спускаются к небольшому, изысканному бассейну.

Главное здание Технологического университета Отаниеми (Хельсинский Политехнический институт, сегодня – Университет Аалто, 1955-1966)

В 1949 году Аалто выиграл конкурс на проектирование застройки территорий Университета в районе Отаниеми, пригороде Хельсинки. В 1955 году он создал проект главного здания университета, которое стало одним из самых узнаваемых проектов Аалто.

Вот что сам Аалто писал о проекте в феврале 1955 года: « Мое намерение состояло в том, чтобы создать архитектурную форму, которая сама по себе придаст зданию академическое достоинство, подобающее главному зданию университета, не прибегая к декоративным ухищрениям».

Проект Аалто отличается простотой и в то же время яркостью и смелостью решения. Массивное, доминирующее над окружающим ландшафтом главное здание в своей структуре воспроизводит мотив античного театра. Внешняя форма соответствует устройству внутренних помещений: в здании расположены два лектория, на 576 и 327 человек соответственно.

Весь комплекс зданий был спроектирован с учетом возможного расширения, которое началось практически сразу после завершения строительства. В настоящее время остальные постройки комплекса свободно сгруппированы вокруг главного здания. Особенно стоит отметить, что зеленая внутренняя зона между зданиями, в соответствии с замыслом Аалто, является строго пешеходной.

Сегодня не только само здание является наследием Аалто:  в 2010 году Хельсинкский Политехнический институт, Высшая школа экономики и Институт искусств, дизайна и архитектуры были объединены в единый университет, который получил имя Университета Аалто.

Церковь Трех крестов («Вуоксенниска», Иматра, 1955-1958)

Небольшое и внешне весьма скромное, здание церкви Трех крестов в Иматре является, пожалуй, одним из самых вдумчивых и тонких проектов Аалто, и ярко иллюстрирует его глубокий философский подход к дизайну.

Название «Церковь Трех крестов» происходит от трех простых белых крестов, украшающих алтарь. Во время освящения церкви епископом было отмечено, что число крестов отмечает не только историю самого Христа, но также и историю о Христе и двух разбойниках.

Основное помещение церкви, способное вместить до 800 человек, является квинтэссенцией подхода Аалто к открытым и трансформируемым внутренним пространствам. Этот большой зал разделяется на три части изогнутыми стенами толщиной 42 сантиметра, движущимися на подшипниках и скрывающимися в стене здания. Все движущие механизмы спрятаны от глаз прихожан. По задумке Аалто, самое внутреннее помещение является основным, два же остальных как бы добавляются к нему при необходимости.

Орган и кафедра расположены асимметрично, что необычно для протестантских церквей. Акустика в помещении была выверена Аалто при помощи экспериментальных моделей таким образом, чтобы и речь священника, и музыка были слышны одинаково хорошо во всем зале. Сам Аалто писал об этом в проекте: «Богослужение в протестантской церкви требует трех архитектурных точек фокуса: алтаря, кафедры и хора с органом… Поскольку слышимость проповеди является наиболее важной и наиболее сложной проблемой в церкви, это логически приводит к асимметричному расположению кафедры. Длинная стена, расположенная диагонально напротив кафедры, задает отражение звука гораздо в большей степени, чем остальные стены. Правильный дизайн этой стены обеспечивает оптимальную проекцию звука…»

Аалто, мастер естественного освещения, использовал его здесь с особой изобретательностью: здесь применены самые разнообразные формы окон, расположенные весьма хитроумным образом. Благодаря этому лучи солнца, попадая внутрь здания под различными углами, не только освещают интерьер, но и создают необычную игру света и тени на внутренних поверхностях.

Академический книжный магазин (Хельсинки, 1961-1969)

Здание Академического книжного магазина, или «Дворец Книги», расположенное в самом центре Хельсинки, было заказано компанией Stockmann, владеющей также участком напротив здания.

Проект Аалто, представленный на конкурс, был воплощен почти без изменений, что в случае зданий, вписываемых в существующую застройку, случается нечасто.

По его плану, нижние два этажа здания отводились собственно магазину, верхние же этажи заняли служебные и административные помещения. Кроме того, еще несколько этажей, на которых расположены склады, находятся под землей.

Книжный магазин представляет собой большой зал, отделанный мрамором, с галереей на втором этаже. Свет попадает в помещение через призматические пятиугольные зенитные фонари необычного вида: помимо внешней конструкции, выступающей над крышей, они имеют также внутреннюю часть, спускающуюся в зал в виде сложного многогранника. Подобного решения Аалто не применял нигде в других своих проектах.

Особое внимание Аалто уделил приведению фасада к гармонии с соседним зданием, построенным по проекту Э. Сааринена. Снаружи здание обшито медным листом, однако большую часть фасада занимают окна.

В здании также сегодня располагается кафе, носящее имя Аалто – известнейшее место, считавшееся в течение долгого времени своего рода центром притяжения интеллектуальной элиты столицы Финляндии.

Городской центр (Сейняйоки, 1951-1987)

Этот комплекс зданий, сложившийся в течение долгих лет, стал одним из немногих воплощенных городских планов Аалто. Проектов городского планирования Аалто создал немало; реализованы из них, однако, были единицы – как правило, Аалто в своих планах делал достаточно большой упор на экологию и сохранение ландшафта, что в большинстве случаев вело к повышению стоимости проектов.

Сегодня городской центр Сейняйоки известен как «Центр Аалто». На сравнительно небольшой территории в центральной части этого небольшого города расположены церковь с приходским центром, здание городского совета, театр, библиотека и здание муниципальных служб, соединенные серией площадей.

Церковь (1951-1960)

 В 1951 году был организован архитектурный конкурс на строительство новой церкви. Было время, когда духовенство поддерживало архитекторов старшего поколения и архитекторы спорили о новом стиле построения церквей. И в городе Сейнайоки хотели построить традиционную церковь, но среди 45 участников архитекторов конкурса был признан лучшим современный проект того времени «Лакеуден Ристи» (Крест Равнины). Автором проекта был Алвара Аалто, родившийся в той же провинции, уже в то время достигший международной известности.

Строительство церкви, получившей название Крест Равнины, было завершено в 1960 году, а церковный центр — в 1966 году. Высота впечатляющей колокольни в форме креста составляет 65 метров. Поверхность кирпичных стен церкви покрыта белой штукатуркой. Каменный фундамент и часовня выполнены из черного гранита, крыша выполнена из меди. Форма церковного зала напоминает стиль кафедрального собора с чертами современной аудитории и ранней христианской базилики. Церковный зал рассчитан на 1200 сидячих мест. Материалами интерьера являются сосна, мрамор и терракотовый кирпич.

Сама церковь устроена просто и лаконично. Внутреннее пространство церкви, что весьма необычно для Аалто, представляет собой симметричный вытянутый зал, в котором, как и полагается в храме, доминирует алтарная часть. Окна церкви создают подобающее освещение, а ночью придают зданию необычный вид снаружи – в темноте форма окон напоминает огромные горящие свечи. Дизайн интерьера, включая витраж в часовне, создан Алваром Аалто и несет отпечаток его фирменного стиля: отсутствие излишнего декора, сочетание простых белых поверхностей и искусно обработанного натурального дерева и изящество простых бытовых деталей.

Полностью зеленый двор ступенями поднимается от входа к площади, формируя своего рода амфитеатр, используемый для мероприятий; при его проектировании Аалто учел, что в этом регионе проводится большое число местных общинных праздников, особенно в летний сезон.

Городской совет (1958-1962)

Вскоре после строительства церкви Аалто было предложено разработать полноценный план центра, включая проекты основных зданий.

Первым из них стал зал городского совета, и это здание, несомненно, доминирует над окружающим ландшафтом. Впечатляющего вида асимметричное строение возведено на холме, который травянистыми террасами спускается к главной площади с фонтаном. Напоминающий формой волну корпус, где находится зал для заседаний, возвышается над основным зданием и является одним из самых узнаваемых силуэтов зданий Аалто. Для облицовки основного крыла Аалто использовал керамическую плитку особой формы, имеющую глубокий синий цвет – именно она, наряду с формой, придает зданию его уникальный вид. Расположенный здесь свободной формы зал для заседаний совета используется не только для официальных нужд, но и при проведении концертов.

Фасадные материалы и скульптурный сводный потолок в колонном зале подчеркивают внутреннюю иерархию здания.

Приходской центр (1962-1966)

Постройки приходского центра обрамляют зеленый двор церкви и завершают ее ансамбль. Здесь расположены как общинные службы, так и дом священника.

В дизайне центра использованы те же принципы и материалы, что и в церкви, и здания сливаются в единый массив.

Библиотека (1960-1965)

Городская библиотека Сейняйоки – один из самых известных проектов Аалто. Применяя идеи, опробованные им еще в Выборгской библиотеке, Аалто спроектировал здание, состоящее из двух асимметричных частей, каждая из которых несет свою функцию.

Читальные залы расположены в крыле, имеющем форму веера. Характерная для Аалто игра естественного света создает комфортное освещение. В центре «веера» находится углубление для чтения – любимый прием Аалто в дизайне библиотек.

В фасаде библиотеки доминируют окна, покрытые жалюзийными решетками.

Площадь библиотеки составляет 1600 квадратных метров. Общественные и рабочие пространства находятся на первом этаже, а на нижнем этаже был склад и выставочный зал.

Алвар Аалто уделял большое внимание освещению библиотек. Свет не должен ослеплять и  вызывать мешающие тени, но при этом света должно быть достаточно во всех направлениях. В городской библиотеке Сейнайоки освещение зала книг решается с помощью ряда верхних окон. Естественный свет из окон отражается через изогнутую поверхность на верхний уровень библиотечного зала. Чрезмерный солнечный свет фильтруется при помощи горизонтальных жалюзийных решеток, прикрепленных к внешним сторонам окон. Кроме того, на кафедру регистрации распространяется естественный свет из верхних окон и дополнительное освещение из стандартных светильников Аалто. В зданиях, спроектированных Алваром Аалто, вся мебель является частью проекта. В читальном зале находятся столы треугольной формы, специально разработанные для библиотеки города Сейняйоки. В местах присоединения частей столов установлены настольные лампы, свет от которых фильтруется через латунные трубки. Книжные полки изготовлены из двух различных пород дерева — сосны и березы. В зале книг полки изготовлены из орегонской сосны, в других помещениях из березового шпона.

Городской театр (1968-1987)

Проект городского театра Сейняйоки был создан Аалто к 1968 году, однако здание не было возведено при жизни архитектора. Элисса Аалто, работавшая над завершением и воплощением проекта, смогла сохранить основной вид здания с учетом всех внутренних изменений, вызванных новыми требованиями.

Зал, вмещающий 429 человек, располагается в возвышающейся части здания, нависающей над остальным зданием, и покрыт керамической плиткой и медью. Кроме зала, внутри также расположены гардероб, фойе и кафе.

В интерьере использованы мотивы, схожие с университетом Отаниеми и дворцом «Финляндия». На стенах в холле театра можно увидеть деревянные скульптуры дизайна Аалто, похожие на «абстрактные скульптуры», созданные Аалто в 1920-30-е гг. в ходе экспериментов с деревом.

План центра завершается двухэтажным зданием офиса городского управления – скромным и функциональным зданием, где располагаются официальные службы, включая строгого вида зал суда, офисы полиции и налоговой службы, а также несколько квартир для сотрудников.

Дворец «Финляндия» (Хельсинки, 1962-1971)

К 1960-м гг. Аалто, имевший прочную репутацию признанного мастера международного уровня, иногда получал заказы на проектирование общественных зданий напрямую, без конкурса.  Одним из таких проектов стал и дворец «Финляндия» (фин. Finlandiatalo). Дворец для концертов и конгрессов, расположенный в центре Хельсинки, был заказан Аалто в 1962 году, и являлся первым (и единственным) воплощенным в жизнь элементом его грандиозного плана по переустройству центра столицы. Дворец, открытый в 1971 году, стал одним из наиболее ярких поздних проектов Аалто.

Дворец «Финляндия» расположен в самом центре Хельсинки, в парке возле залива Тёёлё. Здание дворца характерно асимметричное  в плане, с возвышающейся над основной массой здания громадой главного зала – его можно назвать квинтэссенцией стиля позднего Аалто. Снаружи стены здания облицованы белым каррарским мрамором – так Аалто хотел привнести элемент столь близкой ему средиземноморской культуры в облик здания. Выбор мрамора в качестве материала для наружной отделки оказался не самым удачным: особенности северного климата привели к тому, что уже в 1990-х гг. некоторые плиты на фасаде стали изгибаться. К 1998 году была проведена частичная замена, однако в 2006 году они снова начали деформироваться и требовать новых работ. Мрамор, использованный в отделке интерьеров, однако, имеет первозданный вид.

Во внешней отделке также можно обнаружить оптическую иллюзию. На одном из фасадов главного зала имеется вертикальная полоса, облицованная более темным камнем. При взгляде с определенного ракурса она совпадает с башней Национального музея, создавая иллюзию, будто башня вырастает из корпуса здания Аалто.

Внутреннее убранство отличается типичным для Аалто минимализмом и утонченностью. Здесь в полной мере проявилось мастерство Аалто как дизайнера и понимание важности каждого из аспектов дизайна, от света и акустики до общей организации пространства.

Интерьер дворца стал своего рода абстракцией финского ландшафта с его характерными изгибами и переходами. Верный своим принципам, Аалто использовал только натуральные материалы и натуральные формы, придав внутренним пространствам здания органичность и плавность. Сам Аалто даже считал, что для посещения этого дворца нет нужды надевать формальный костюм, поскольку внешний вид посетителей должен быть столь же естественен, как и убранство здания.

Большой концертный зал дворца с его необычным устройством,  и акустическими деревянными элементами на стенах является триумфом мысли Аалто и одним из самых удачных залов в его карьере. Рассчитанный на 1700 мест зал отделан финской березой и дубом; при проведении конгрессов каждый второй ряд сидений может быть заменен на столы для участников. Орган, установленный в зале, стал первым концертным органом в Финляндии; наружная часть органа также спроектирована Аалто.

Вселенная Аалто | Проект Балтия

Вторая статья проекта «Финляндия – Россия: архитектурные параллели» посвящена творчеству Алвара Аалто, – несомненно, самого известного финского архитектора XX столетия. О значении работ зодчего для самой страны Суоми и о его роли в переживавшей непростые времена культуре России рассуждает историк архитектуры, сотрудник Государственного Эрмитажа Ксения Малич.

1898–1976 – годы жизни архитектора Алвара Аалто. Между этими двумя датами – целая вселенная, точнее – сразу несколько вселенных. В отношении архитектуры это длинный путь от эклектики через национальный романтизм, неоклассицизм, ранний функционализм и зрелый интернациональный стиль к первой постмодернистской критике Современного движения. И хотя Аалто все энциклопедии причисляют к «отцам модернизма», в его творческом почерке прослеживается влияние всех перечисленных (и на первый взгляд – взаимоисключающих) направлений.

Что представляла собой финская архитектурная школа в конце XIX века? По сути, самой школы еще не существовало: первый архитектурный клуб основан в 1892 году, профессиональный журнал «Архитектор» появится еще позже, в 1903-м, а специальность «архитектура» в Хельсинкском политехническом институте отделили от инженерного курса только к 1907-му. Попытка сформулировать принципы национальной традиции (вопрос, волновавший архитекторов с 1880-х) привела зодчих, художников и поэтов в карельские леса – к мифам и сказаниям «Калевалы», хладным камням и скалам, «пробуждению» нации навстречу современности. Короткий период национального романтизма, который активно использовал арсенал несостоявшегося, практически выдуманного финского Средневековья, запомнился как первый полноценный самостоятельный культурный эксперимент северных соседей. И пусть местная практика рубежа XIX–XX веков легко укладывалась в русло общей североевропейской и балтийской тенденции, но эта практика дала уверенность в собственном творческом потенциале и заложила основы невероятной профессиональной сплоченности финских зодчих. Алвар Аалто сделал первые творческие шаги в тот момент, когда ресурс карелиализма был уже исчерпан. Учил его Армас Линдгрен – тот самый, который в составе знаменитого трио (Линдгрен – Сааринен – Гезеллиус) завоевал международную славу финскому национальному романтизму. Из XIX века через своих учителей Аалто унаследовал почти ремесленную скрупулезность в проработке любой, даже самой мелкой, детали, а также романтическую веру в необходимость приблизиться в каждом проекте к воплощению истинного Gesamtkunstwerk.

Вероятно, именно здесь Аалто усвоил необходимость особого внимания к технологиям, дополняющим основные технические решения: способам обработки дерева и склейки фанеры, производству нестандартного кирпича и экспериментам с глазурованными керамическими деталями для облицовки фасада, наконец, дизайну света, мебели, текстиля. Вальтер Гропиус и Мис ван дер Роэ, конечно, тоже проектировали мебель, да и любой уважающий себя модернист имел про запас скетчи внутренней обстановки дома, но у Аалто интерьер, так же как и архитектурный проект, отчасти производная ландшафта. В его летнем экспериментальном доме (1952–1954) на острове Мууратсало, в Йювяскюля, все кажется предельно традиционным, почти по-крестьянски аскетичным. Однако мимикрия обманчива: за каждым предметом стоят долгие часы творческого размышления, перебор множества вариантов, эксперимент с цветом, фактурой, масштабом.

Во внутреннем дворике, напоминающем о японских традиционных домах в стиле синдэн-дзукури, сохранились такие пробные «штудии» – панно с образцами кирпича и керамической облицовки. Есть соблазн представить Алвара Аалто, отдыхающего здесь под лесные шорохи на скалистом берегу, с видом на замершее озеро, высокие сосны, черничные кочки (подобных фотографий в его личном архиве сохранилось немало). Добавить к этому характер настоящего, щепетильного денди, любившего комфорт и точность. И в то же время – энергичного, сильного, остроумного. И сразу кажется, что безупречные детали давались ему очень легко, что Аалто просто не мог физически оставаться в рамках кем-то придуманных формул, типовых элементов серийного производства, монотонности любого устоявшегося архитектурного лексикона.

Когда Зигфрид Гидион писал, что Аалто «берет с собой» Финляндию в любой свой проект [1], он исключительно точно определил главное отличие Аалто от всех других «отцов» интернационального стиля: его узнаваемый почерк неразрывно связан с финской архитектурной традицией, ее умением взаимодействовать с окружающей средой, не нарушая ритмов и правил, уже заданных до прихода архитектора. Даже на этапе увлечения неоклассицизмом и в период бесконечной влюбленности в итальянскую архитектуру Аалто усматривал в тосканском Ренессансе в первую очередь «естественность». Он пишет в своих ранних текстах: «Олицетворение всего, что в современном мире формирует контраст между жесткой механистичностью и религиозной красотой жизни… Город на холме – самая чистая, оригинальная и естественная форма в градостроительном проектировании»[2].

Сам Аалто избегал термина «национальный», делая акцент на климате, топографии, природных ресурсах. Вместе с тем два павильона, спроектированные им для Всемирных выставок в Париже (1936–1937) и Нью-Йорке (1939), представляли Финляндию именно в национальном контексте: фотографии пейзажей, на фоне которых была развернута экспозиция местных промтоваров – от беговых лыж до техники лесообрабатывающего производства. Да и сами материалы, использованные Алваром Аалто, напрямую связаны с переосмыслением финской строительной традиции. Волнообразные стены павильона были выполнены в дереве. Актуальность технологий деревянного зодчества никогда не исчезала в Финляндии: слишком много первостепенно важных задач столетиями решалось с их помощью в условиях сурового северного климата (теплоизоляция, влагостойкость, устойчивость к перепадам температур). Упорство, с которым финская архитектура производила модернизм практически ремесленным способом, заставляет вспомнить об особенностях национального менталитета: для него в финском языке существует отдельное емкое понятие «сису» (sisu), обозначающее одновременно и внутреннюю силу, и замкнутость, и мифологический опыт, и жизненный запас сил, и выдержку, и стойкость, и молчаливую настойчивость.

Может быть, поэтому парадоксально быстрый переход от неоклассицизма к «белому функционализму» у Аалто не вызывает дискомфорта или замешательства. Современное движение подчеркивало значение ясности и честности в архитектуре, а его характерные визуальные образы становились лишь следствием упомянутых качеств. Удивительно, как быстро от проектов, подражавших ренессансным палаццо и соборам (рабочий клуб в Йювяскюля (1924), церкви в Ямся (1925) и Муураме (1926–1929)), Аалто приходит к работам, которые полностью отвечают принципам функционализма (офис газеты Turun Sanomat в Турку (1928–1930), библиотека в Выборге (1927–1935)). Притом почти сразу рассудительность раннего архитектурного авангарда компенсируется у Аалто эмоциональностью, каковую один из современников даже сравнивал с барочным пониманием свободно развивающегося пространства [3]. Поэтому, кстати, поколение Вильо Ревелла, Аулиса Блумстедта, Аарно Руусувуори в конце 1950-х – 1960-х годах рискнуло критиковать (на страницах прогрессивного архитектурного журнала Le Carré Bleu) Аалто за излишнюю эмоциональность его органического подхода.

Несмотря на критику, наследие Алвара Аалто на протяжении многих десятилетий продолжает вдохновлять архитекторов, сколько бы ни провозглашали за эти годы «смерть модернизма». И снова хочется повторить, что как явление культуры модернизм намного шире, нежели художественный метод. История финской архитектуры и судьба Алвара Аалто – тому доказательство.

 

[1] См.: Giedion S. Space, Time and Architecture: The Growth of a New Tradition. Cambridge, MA : Harvard University Press, 1941.

[2] Из предисловия Аалто к своей неопубликованной работе. Цит. по: Schildt G. Alvar Aalto. His Life. Jyväskylä : Alvar Aalto Museum, 2007. Pp 224–225.

[3] Нильс Эрик Викберг написал знаменитую статью Baroque and the Contemporary.

 

Партнер проекта «Финляндия – Россия: архитектурные параллели» – компания Paroc

В 2018 году компания Paroc отмечает 25-летие своей деятельности в России. С началом поставок в Россию в середине 1990-х Paroc принесла на российский рынок культуру европейского строительства, обусловив тем самым внедрение новых, прогрессивных технических решений и расширение профессионального кругозора российских проектировщиков, архитекторов и застройщиков. В год своего 25-летия компания предлагает обратить внимание на историю архитектурных взаимоотношений России и Финляндии, на культуру преемственности, рассмотреть с разных сторон этапы этих отношений и темы, в которых архитектуры двух стран находят точки пересечения.

Финский архитектор Алвар Аалто

Алвар Хуго Хенрик Аалто / Hugo Alvar Henrik Aalto


(3 февраля 1898, Куортане — 11 мая 1976, Хельсинки)

Выдающийся финский архитектор и дизайнер.

Алвар Аалто является одним из самых важных представителей современной архитектуры и самым известным в мире финским архитектором. Он проектировал как отдельные здания, так и архитектурные комплексы. Дизайном мебели и интерьеров он занимался вместе со своей женой Айно Аалто. С точки зрения финской архитектуры и финского общества чрезвычайно важна была работа, проделанная Аалто в интересах развития стандартизированного современного строительства и социального архитектурного планирования.

Алвар Аалто относится к тем получившим международную известность архитекторам, имена которых упоминаются в ряду крупнейших представителей архитектурного модернизма. Аалто создал свое направление в архитектуре, эстетический эффект которого достигается за счет четкой привязки строений к окружающей среде, соразмерности человеку, чувства материала, отточенных деталей и искусного освещения. Заслугой Аалто считается то, что он предложил альтернативу безличной техничности международного стиля, повторяемости простой структуры и монотонности.

Говоря о творчестве Аалто, редко вспоминают, что оно появилось как результат сотрудничества двух архитекторов. В 1924 г. Алвар женился на Айно Марсио, которая также была архитектором. Она стала специализироваться на дизайне интерьеров, но при этом была самым близким профессиональным советником своего мужа и в вопросах проектирования зданий, хотя заботы о доме, о детях и собственном муже оставляли мало времени для работы в проектном бюро. Судя по всему, характеры супругов дополняли друг друга. Считается, что более уравновешенная и реалистически настроенная Айно Аалто сдерживала типичные для Алвара Аалто причуды и порывы. Влияние жены пошло на пользу многим проектам. Алвар Аалто был необыкновенно привязан к жене, как эмоционально, так и профессионально. Он сам признавал это, всегда заявляя, например, об участии Айно в осуществлении проектов и выставок. В социальной жизни Айно предпочитала оставаться в тени, тогда как Алвар, бывший человеком публичным, любил светскую жизнь и умело пользовался этим, поддерживал имидж фирмы и завязывал важные контакты. Айно Аалто умерла в тот период, когда завершались первые грандиозные архитектурные проекты 1950-х гг., и положение Алвара Аалто как ведущего архитектора Финляндии было уже неоспоримым. Эта потеря стала для Алвара Аалто тяжелым испытанием. Спустя три года он заключил новый брак, со своей помощницей, архитектором Элиссой Мякиниеми.

В Высшей технической школе учителями Алвара Аалто были Армас Линдгрен, Уско Нюстрем и Каролюс Линдберг. На рубеже веков Линдгрен стал проводником национально-романтического направления, для которого самым важным в архитектуре было художественное самовыражение и передача чувств. Для преподавателей история архитектуры и традиция были частью метода проектирования. Для Аалто история также была источником вдохновения и новых идей, но никак не методическим руководством. Он всегда был готов заменить здания, построенные предыдущими поколениями, своими собственными. В Аалто отчетливо проявлялся западный идеал архитектора: просвещенный самодержец, задача которого как проектировщика и доверенного лица заказчика заключается в том, что он руководит застройкой территории в самом широком смысле и во всех возможных аспектах, начиная с плана застройки и кончая деталями интерьера. Эта задача также подразумевала твердую уверенность в том, что его проекты функционально и эстетически превосходят проекты предшественников.

В студенческой среде живой и общительный Аалто пользовался популярностью. Общаясь с Каролюсом Линдбергом, он познакомился и с кругом его друзей, среди которых были художники Генри Эриксон и Топи Викстедт, а также журналист Артур Шёблум. Аалто пробовал писать заметки для журнала «Керберос», издававшегося Викстедтом и Шёблумом в 1918–1921 гг. В дальнейшем Аалто писал в основном на профессиональные темы. Все же литературная деятельность была для него случайным увлечением, он никогда не пытался сформулировать какую-то систематизированную теорию. Его деятельность в сфере изобразительного искусства, так или иначе, была связана с его архитектурой, однако его рисунки и эскизы сами по себе являются интересными художественными произведениями.

В Ювяскюля, где прошли годы учебы Аалто, начиналась также его профессиональная деятельность. «Бюро архитектуры и монументального искусства Алвара Аалто» – под таким названием стала известна местным кругам его фирма, во многом благодаря эффективной рекламной кампании. Офис был удачно расположен в стратегически выигрышном месте. Но, кроме того, бюро одновременно представляло собой холостяцкую квартиру Аалто и его первого помощника Теуво Такала, проработавшего у него в течение тридцати лет чертежником и создателем макетов. Первые заказы поступили от родственников и знакомых или при их посредничестве. Отец Аалто работал геодезистом в провинциях Этеля-Похъянмаа и Центральной Финляндии, и этот регион стал для Аалто важнейшим полем деятельности. Вскоре после своего основания бюро получило столько заказов, что Аалто пришлось взять на работу стажером студента-архитектора Рагнара Юпюя. Аалто женился на своей самой главной помощнице Айно Марсио в 1924 г. В том же году выполнены проекты зданий, означавшие прорыв в карьере Аалто – здание Рабочего объединения Ювяскюля и здание шюцкора в Сейняйоки. Таким образом, в роли заказчиков выступали представители оппозиционных по отношению друг другу политических сил. Аалто участвовал в гражданской войне 1918 г. на стороне белых, ведомый господствовавшим в студенческой среде энтузиазмом, и нет никаких причин сомневаться в том, что он делал это искренне. Но как у архитектора у него были свои цели и принципы, стоявшие вне, или скорее, выше политической суетности.

Первой победой, одержанной на конкурсе, стало здание шюцкора в Ювяскюля, построенное в 1926–1929 гг. В 1927 г. он выиграл конкурс на проектирование Дома крестьян Юго-восточной Финляндии, по- строенного в Турку в 1928 г., и городской библиотеки Выборга, проект которого переделывался несколько раз и был осуществлен в 1935 г. На начальном этапе эти проекты еще были в своей основе классическими, но в процессе доработки Аалто придал им функциональную направленность. Дом крестьян был самым крупным из проектов того времени, и, работая над ним, Аалто перевел свое бюро в Турку.

Будучи студентом, Аалто помогал Каролюсу Линдбергу проектировать первый в Финляндии выставочно-ярмарочный комплекс. Его роль была довольно незначительной. Тем не менее, как полагает биограф Аалто Ёран Шильдт, этот опыт был весьма важным, поскольку он позволил Аалто прикоснуться к фантастическому миру выставочной архитектуры, такой созвучной его собственному полету мысли. Выставки действительно интересовали Аалто, он использовал их в качестве экспериментальных площадок. Праздничная выставка 1929 г., посвященная 700-летию Турку, которую он спроектировал вместе с Эриком Брюгманом, дала возможность воплотить принципы функционализма в гармонии с окружающей средой. Архитекторы вовсе не поощряли традиционное для выставочного мышления стремление к фантазийности и эффектности во имя привлечения публики. Наоборот, они предусмотрели для участников строгое и единообразное пространство. Выставка в Турку позволила широкой финской публике впервые познакомиться со средой, спроектированной в стиле функционализма. Павильон Финляндии на Всемирной выставке 1939 г. в Нью-Йорке с его волнообразной стеной, равно как и волнообразный деревянный потолок читального зала Выборгской библиотеки являются одними из самых известных мотивов в творчестве Аалто (Аалто – по-фински «волна»).

Павильон Финляндии на Всемирной выставке 1937 г. в Париже относится к тем зданиям, в которых, начиная с середины 1930-х годов, Аалто стал соединять свободные пространственные объемы в духе модернизма, с формами, заимствованными у природы (свободная волнистая линия) и качественными характеристиками органического строительного материала древесины. Шильдт особенно обращает внимание на береговые линии озерного пейзажа. Использование в архитектуре тем, навеянных береговой линией или профилем местности, едва ли могло стать возможным, если бы не было самолета. И действительно, Аалто интересовался авиацией, как и вообще новой техникой. Чета Аалто даже отправилась в свадебное путешествие в Европу на частном самолете.

Ведущие архитекторы нового направления Аалто и Брюгман работали в Турку, городе с благоприятной для модернизма атмосферой. В архитектурном бюро супругов Аалто, кроме временных стажеров, работали также два норвежских архитектора, Харальд Вилдхаген и Эрланд Бьертнес. В Турку были заказчики, которые хотели строить именно в функционалистском стиле. Аалто получил возможность воплотить идею несущей конструкции, гибкой планировки и модульного принципа при работе над жилым домом по заказу промышленника Юхо Тапани. Дом был построен в 1927–1929 гг. по адресу Лянтинен Питкякату, 20, и при его строительстве были использованы разработанные Тапани готовые стандартные бетонные блоки. Владелец газеты «Турун Саномат» Арво Кетонен, модернизируя свою газету, заказал проект здания издательства, выполненный в стиле функционализма и построенный в 1928–1930 гг. Вместе с инженером-конструктором Эмилем Хенриксоном, Аалто спроектировал для здания газеты новаторскую конструкцию несущих колонн. Кроме того, в проекте содержались различные модернистские тонкости, особенно пропагандировавшиеся швейцарским архитектором Ле Корбюзье. По словам Шильдта, Аалто усвоил основы новой архитектуры и начал применять их на практике прежде, чем увидел воочию хотя бы одно завершенное здание.

Шведский друг и коллега супругов Аалто Свен Маркелиус предложил кандидатуру Аалто в члены международного объединения архитекторов-модернистов (LesCongrèsInternationaux d’Architecture Moderne, СИАМ), в деятельности которого Аалто участвовал с 1929 г. Через СИАМ Аалто познакомился с социальной программой модернистов в сфере жилищной и городской архитектуры. Знакомства, завязанные на заседаниях СИАМ, переросли в тесные и длительные связи Аалто с Вальтером Гропиусом и швейцарским архитектурным критиком Зигфридом Гидионом. Аалто никогда не был в Баухаузе – Гропиусу пришлось уехать оттуда еще до того, как архитекторы познакомились – и Аалто не чувствовал тяги к сменившим его Ханнесу Мейеру и Людвигу Мис ван дер Роэ. Шильдт, однако, считает, что многие из принципов Гропиуса передались Аалто через его друга по СИАМ Ласло Мохоли-Надя, преподававшего в Баухаузе. Друзьями Аалто были также скульптор Александер Калдер и художник Фернан Леже. Многие наиболее видные деятели модернизма стали друзьями семьи Аалто, и они часто бывали в гостях друг у друга. Круг зарубежных друзей Аалто был левым по своим убеждениям – многие были членами коммунистических партий – и имел контакты с авангардизмом в Советской России. Аалто, без сомнения, был наслышан о русских конструктивистах, но, похоже, не был с ними лично знаком.

Аалто знал всех наиболее значительных модернистов Швеции: тех, кто проектировал выставку 1930 г. в Стокгольме, и тех, кто стоял за ними. В круг его друзей входили искусствовед Грегор Паулсон, название лекции которого «Больше красоты в повседневность» стало лозунгом «функционализма всеобщего благоденствия». Знакомство с Гуннаром Асплундом несколько позднее переросло в дружбу. Еще студентом Аалто хотел попасть на стажировку в его бюро, но получил отказ. Причиной медленного потепления отношений был все же не этот пустяковый эпизод, а сдержанное отношение четы Асплунд к богемной жизни супругов Аалто и Маркелиус, для которой были характерны неумеренное употребление алкоголя, а также легкомысленные эротические отношения Аалто и тогдашней жены Маркелиуса Виолы, о которых она сама рассказала Шильдту.

Отношения Аалто с самым известным из представителей модернизма в архитектуре, Ле Корбюзье, скорее всего, были не более чем простым знакомством. Больше, чем Ле Корбюзье, он симпатизировал французу Андре Люрса, с которым он познакомился в свою первую поездку во Францию в 1928 г. и о творчестве которого он сделал доклад в Союзе архитекторов Финляндии.

Для борьбы с туберкулезом, в то время широко распространенной болезнью, в Финляндии был начат проект по строительству санаториев в каждой провинции. Аалто участвовал в конкурсах на их проектирование. Он выиграл конкурс на проектирование туберкулезного санатория в Паймио в провинции Варсинайс-Суоми. В здании санатория, построенного в 1929–1933 гг., прослеживается та же навеянная Ле Корбюзье архитектурная линия, что и в здании газеты «Турун Саномат». В то же время, санаторий в Паймио – это «комплексное социальное произведение искусства», сразу же снискавшее международное признание. Такого детального и учитывающего нужды потребителя расположения зданий и проработки интерьеров не было ранее ни на одном из объектов, предназначенных для так называемых простых людей.

Еще во время работы над проектом санатория в Паймио у четы Аалто уже был опыт работы в сфере дизайна мебели, как стандартной, так и уникальной. С работы над интерьерами Дома крестьян Юго-Западной Финляндии началось сотрудничество с Отто Корхоненом, техническим директором фабрики мебели и строительных материалов в Турку. Он был специалистом в области технологии фанеры и гнутого дерева. Вместе с Корхоненом Аалто разработал модели стульев для серийного производства. Интерьеры санатория в Паймио и Выборгской библиотеки стали существенным шагом вперед в проектировании стандартных моделей. Некоторые из спроектированных тогда моделей мебели остаются в серийном производстве по сей день. Это стало возможным благодаря мебельной фирме Артек. Фирма была основана в 1935 г. по инициативе архитектора Нильса-Густава Халя для производства, продажи на внутреннем рынке и экспорта мебели. Халь, будучи первым исполнительным директором фирмы, по примеру шведов хотел разработать для широких кругов населения разумные и недорогие предметы интерьера. Однако, по свидетельству Шильдта, под давлением Аалто фирма стала производить, с точки зрения среднего финского уровня, эксклюзивные предметы, прежде всего те, что проектировали супруги Аалто, что привело к разногласиям с идеалистически настроенным Халем. Спор закончился драматически: Халь ушел на войну санитаром-добровольцем и погиб на фронте. Поведение Халя подчеркивает относительное равнодушие Аалто к социальным идеалам, особенно если сопоставить негромкий героизм Халя с почти панической заботой Аалто о собственной безопасности и его боязнью попасть на фронт.

Строительная индустрия, а вместе с ними и Аалто столкнулись с финансовыми трудностями с началом экономической депрессии 1929 г. После завершения строительства санатория в Паймио Аалто переехали в Хельсинки, где было больше возможностей для работы, чем в Турку. Архитектурное бюро Аалто с тех пор постоянно размещалось в Хельсинки и работало там вплоть до 1950-х гг. в особняке, построенном в городском районе Мунккиниеми в 1935 г. В начале 1930-х гг. среди архитекторов все еще велись споры о традиционализме и функционализме. По мнению многих, Аалто и представляемый им стиль был «большевистской архитектурой», но за десятилетие функционализм стал ведущим направлением в архитектуре Финляндии. Верным признаком перемены курса было избрание Аалто в 1935 г. в правление Союза архитекторов Финляндии.

Аалто смог приступить к осуществлению социальной программы СИАМа в сотрудничестве с концерном Альстрём. В середине 1930-х гг. Аалто познакомились с исполнительным директором концерна Харри Гуллихсеном и его женой Майре Гуллихсен, в девичестве Альстрём, которые работали над созданием прогрессивной, социально ответственной культуры предпринимательства. Майре Гуллихсен была знакома с модернистскими направлениями в искусстве и поддерживала их развитие, участвуя в финансировании Артека. По мнению Гуллихсен, концерн Алстрём нуждался в современном дизайне, и бюро Аалто было в состоянии всесторонне соответствовать нуждам концерна.

Для населенных пунктов, в которых были расположены предприятия концерна, таких как Варкаус и Кауттуа, Аалто разработал генеральные планы и проекты застройки, а также проектировал жилье для рабочих и различные здания. Харри Гуллихсен использовал свое влияние для того, чтобы Аалто получил заказ на проектирование совместно финансируемого несколькими предприятиями лесной промышленности целлюлозного завода в Сунила, недалеко от Котки. Аалто сделал проектные чертежи всех зданий Сунила, включая само промышленное предприятие. В архитектуре жилых зданий присутствовало стремление к «внеклассовой» архитектуре, которая отличалась бы от прежних принципов проектирования заводских населенных пунктов, и в ней не просматривалась социальная иерархия поселения. В Сунила, построенном в 1936–1954 гг., здания вписаны в окружающий лесной пейзаж и адаптированы к ландшафту. Этот поселок послужил в Финляндии образцом для дальнейшего строительства жилых пригородов.

Для Гуллихсенов Аалто спроектировали в Нормаркку дом, получивший название Вилла Майреа, в котором они сознательно искали альтернативу тогдашнему церемониальному представительскому дому. Построенная в 1938–1940 гг. вилла совершила переворот в представлениях высшего среднего класса Финляндии об идеальном жилье. Даже в своей модернистской простоте Вилла Майреа была роскошной, если судить по меркам жилищного строительства концерна Альстрём. На другом конце шкалы расположились изготовленные на заводах Варкауса серийные деревянные дома. Для них Аалто создал систему, получившую название «система АА», по промышленному производству строительных конструкций и смог тем самым применить функционалистскую идею стандартизации к материалам и продукции, еще не известным модернистской Центральной Европе, но уже производимым в США. Аалто подошел к задаче создания «минимальной квартиры» с точки зрения живущего в ней человека, то есть с точки зрения ее функциональности. В архитектурном мышлении Аалто главенствовал идеал единого «многофункционального пространства», проявившийся также в проекте Виллы Майреа. Швейцарский архитектор Лисбет Закс, участвовавшая в создании чертежей для Виллы Майреа, рассказывала Шильдту, как Аалто удалял с макета межкомнатные перегородки, повторяя, что «людям не надо столько комнат».

В сферу интересов концерна входила также экономическая зона реки Кокемяенйоки, нуждавшаяся, по мнению Харри Гуллихсена, в скоординированной застройке. По его инициативе началось совместное проектирование с участием расположенных в долине реки сельских коммун и города Пори. По рекомендации Гуллихсена этот первый в Финляндии региональный проект застройки был заказан в 1940 г. Алвару Аалто. Моделью послужил знаменитый проект эры «нового курса» 1930-х гг. в США в долине Теннеси. Начиная с 1920-х гг. Аалто создал большое количество различных проектов и генеральных планов застройки, в которых, по словам Шильдта, он всегда придерживался своих взглядов на удобное жилище и его окружение. Обычно они оставались невостребованными, так как отсутствовала политическая воля. Эта участь постигла и региональный проект застройки Лапландии, разработанный в 1950-е гг.

Сотрудничество с концерном Альстрём закончилось в 1946 г., но созданные для него проекты вызвали интерес со стороны промышленных кругов. В начале 1930-х гг. началось проектирование заводского поселка Инкеройнен для концерна Тампелла, продолжавшееся и во время Второй мировой войны. В 1940-е гг. были подготовлены проекты для заводов Стрёмберга в Вааса и АО Юхтейс-Сису в Ваная. Одним из важнейших клиентов Аалто была государственная лесоперерабатывающая компания Энсо-Гутцайт. Для нее он выполнял проекты в Сяунатсало (1942–1952), Иматре (1947–1961), Сумме (1954– 1960), а в 1959–1962 гг. создал проект головного офиса в Хельсинки. Для другого государственного акционерного общества, АО Тюппи, он выполнил в 1950-е гг. проект промышленного предприятия в Оулу. Промышленные проекты создавали для бюро Аалто прочную финансовую базу, благодаря которой становились возможными художественные эксперименты и участие в конкурсах, успех в которых отнюдь не был гарантирован.

В 1930-е гг. Аалто установил профессиональные связи с англо- американским миром. Нью-йоркский музей современного искусства организовал в 1938 г. выставку четы Аалто. В том же году они отправились в свою первую поездку в Америку. Там они оказались в среде близкого к музею богатого светского общества, имевшего прямые связи с Фондом Рокфеллера. В ходе той же поездки Аалто, который в молодые годы относился к числу критиков архитектора Элиеля Сааринена, съездил в Кренбрук, чтобы завязать более приемлемые отношения с этой финляндской знаменитостью в области архитектуры.

Вторая поездка супругов Аалто в Америку в 1940 г. стала настоящим бегством из страны в последний период Зимней войны. Аалто читал лекции в различных учебных заведениях и, видимо, пытался оправдать свое присутствие в США придуманной им самим идеей получить для Финляндии помощь от Фонда Рокфеллера. Мысль построить для эвакуированных с отошедших к СССР территорий экспериментальный город, в котором расположился бы исследовательский институт жилищного строительства, вызвала интерес и представлялась выгодной как для Финляндии, так и для самого Аалто. Технологический институт Массачусетса (ТИМ) пригласил Аалто на работу в качестве исследователя, так как институт и потенциальные деньги фонда связывались персонально с фигурой Аалто. К этому времени в Финляндию можно было вернуться только морским путем через Петсамо, так что предстояло сделать выбор, ехать на родину или оставаться в США. Супруги Аалто решили вернуться и разделить с остальными финнами опасности новой войны. То обстоятельство, что страна связала себя с Германией союзническими узами, положило конец планам строительства экспериментального города, финского Америкэн Тауна, тем не менее, после войны Аалто получил в ТИМе должность профессора, весьма нерегулярно исполняя связанные с нею обязанности до 1948 г. Кроме того, он работал над проектами, которые вело его бюро в Хельсинки, и на самом деле никогда не пытался развивать свою практику в США. В Америке он познакомился с Франком Ллойдом Райтом, оказавшим влияние на его творчество. Однако на этом этапе Аалто был уже самостоятельным мастером, критически осмысливавшим и воспринимавшим новые веяния. Льюис Мамфорд, критик урбанизма и автор книги «Городская культура» также был в числе американских друзей Аалто.

Во время войны Аалто больше не пугали опасными командировками, и он смог сосредоточиться на своей профессиональной деятельности. Послевоенное восстановление стало общенациональной задачей, и Аалто продолжил на родине начатую в США дискуссию на эту тему. По рекомендации Союза архитекторов в 1942 г. было основано бюро по восстановлению, в деятельности которого Аалто участвовал, прежде всего, руководя разработкой строительных стандартов. Этой работой занимались два его помощника: Аарне Эрви и Вильо Ревель.

Во время и после войны типовые чертежи, проектирование стандартизованного серийного производства и проекты застройки были важны с точки зрения занятости архитекторов и их общественного влияния. Для опытного модерниста Аалто это было само собой разумеющимися профессиональными обязанностями. В этой ситуации естественным решением стало его избрание председателем Союза архитекторов в 1943 г. Без сомнения, на этот выбор повлияло и предчувствие результатов войны: у Аалто были профессиональные контакты в США, а этой стране предстояло занять ведущее положение в западном блоке. Союз архитекторов пытался позже сделать своего председателя генеральным директором Управления по строительству, однако на эту должность был назначен архитектор Юсси Лаппи- Сеппяля. Таким образом, Аалто возглавил оппозицию, критиковавшую политику государства в области строительства. В знак протеста против отклонения кандидатуры Аалто Союз объявил бойкот всем проектам Управления по строительству, и члены Союза следовали ему вплоть до 1957 г. На следующий год Аалто отказался от должности председателя. Это означало, что теперь он мог браться за проектирование новых государственных строительных объектов.

Профессиональная карьера Аалто достигла своего зенита в 1950-е гг. В последние годы предыдущего десятилетия было проведено несколько конкурсов на разработку проектов строительства общественных зданий. Во многих из них Аалто оказался победителем. Эти здания представляют собой высшие достижения финской строительной индустрии, уникальность и качество которых можно сравнить только с лучшими достижениями периода национального романтизма. Они являют собой праздник победы над периодом послевоенного кризиса, в них продумана каждая деталь, при этом используются самые лучшие материалы. Мебель для этих зданий поставлял Артек, а из самых известных текстильных дизайнеров Аалто, как представляется, предпочитал Кирси Илвессало.

Заказ на проектирование здания муниципалитета в небольшом промышленном населенном пункте Сяунатсало (построено в 1949– 1952 г.) Аалто получил по рекомендации регионального директора концерна Энсо-Гутцайт Хилмера Бруммельса. Контракт на проект Педагогического института в Ювяскюля (1951–1956) позволил Аалто совершить своеобразное элегантное возвращение в родной город, хотя договоры, заключенные в рамках этого проекта, стали впоследствии предметом судебного разбирательства. Тем не менее, Аалто присоединился к числу местных дачников и построил себе в 1952–1953 гг. виллу в Муратсало, так называемый экспериментальный дом. Технологический институт в Хельсинки (1949–1966) и здание Пенсионного фонда (1953–1957) свидетельствуют о том, что Аалто занимал положение ведущего архитектора страны. Это, однако, не мешало ему браться и за такие проекты, как Дом культуры для вышедшей из подполья Коммунистической партии Финляндии (1952–1958).

Первым зданием, спроектированным и построенным Аалто за границей, не считая выставочных павильонов Финляндии, стало общежитие ТИМа, построенное в 1946–1949 гг. в Кембридже, Массачусетс. Несмотря на изначальный энтузиазм заказчиков, многие из зарубежных проектов остались неосуществленными. Видимо, идеи Аалто не всегда вписывались в зарубежную архитектурную среду. За пределами Финляндии большего всего спроектированных им зданий в Германии, откуда заказы начали поступать уже в 1950-е гг. Единичные здания, спроектированные в архитектурном бюро Аалто, есть в Эстонии, Франции, Швейцарии, Дании, Бангладеш, Италии и Швеции. В 1940-е гг. казалось, что Аалто, посредством партнерских отношений с его шведским коллегой Албином Старком, удалось проникнуть на шведский рынок, участвуя в осуществлении строительных проектов шведского промышленника и судовладельца Акселя Йонсона. Однако ни один из проектов Аалто этого периода не был осуществлен. Аалто с удовольствием проектировал городские административные и культурные центры, видя в них своеобразные монументы гражданского общества. Подобные заказы поступали как из Финляндии, так и из-за границы, но осуществлены они были только в Сейняйоки (1951–1987), Алаярви (1965–1970) и Рованиеми (1961–1987).

Творчество Аалто начального периода было выдержано в классическим стиле 1920-х гг. В нем делался акцент на живописном способе использования исторических или классических мотивов. Пример шведских и датских архитекторов, прежде всего Гуннара Асплунда, а также Рагнара Эстберга и Мартина Нюрупа, раскрыл перед Аалто возможности романтической экспрессии, скрытые в классицизме.

Переход Аалто к функционализму в конце 1920-х гг. произошел в связи с работой над довольно крупными проектами, и обращение к новым архитектурным концепциям стало довольно резким поворотом в его творчестве. Речь шла одновременно об углублении архитектурных воззрений: для Аалто важно было понять принципы нового течения и установить четкую границу между ним и поверхностным формализмом. У него, тем не менее, сохранился романтический настрой, ставший противовесом рационализму модернистского движения. Он нашел в природе те новые черты, которые можно было использовать в архитектуре, и основной его целью при проектировании становится достижение единства пейзажа, ландшафта, растительности и самого здания. Пространственная и визуальная сложность зданий, спроектированных Аалто, рассчитана, прежде всего, на чувственное восприятие, но она может также нести в себе аллюзии, связанные с местами великих исторических событий, например, с античными развалинами, или с «примитивной» экзотикой.

В представлении Аалто архитектура была явлением прежде всего социальным. Здание воплощает эмфатическое отношение архитектора к потребителю. Или за исходную точку можно было взять воображаемое идеальное сообщество, при этом здание олицетворяет идею хорошего демократического правления, или же заботу государства всеобщего благосостояния о своих гражданах. Здание, кроме того, должно было предлагать эстетически привлекательные возможности для свободной и спонтанной культурной активности. Итальянский архитектор Леонардо Моссо, работавший помощником Аалто, видимо, имел в виду как чувственность его архитектуры, так и ее идеалистические аспекты, когда называл его «поэтом среди архитекторов». С другой стороны, антирационалистические черты архитектуры Аалто вызывали сомнения у таких апологетов модернистского рационализма и антиисторической этики, как Николаус Певзнер, английский историк искусства немецкого происхождения. В своей лекции в Королевском институте британской архитектуры в 1961 г. он с тревогой говорил о пробуждении духа историзма и опасностях, кроющихся в наследии экспрессионизма, и демонстрировал при этом фотографию Дома культуры, спроектированного Аалто.

Наибольший интерес в мире вызвал период творчества Аалто, начавшийся в 1930-е гг. и продолжившийся после войны. В особенности после войны Аалто делал проекты по заказам из-за рубежа, однако, его карьера была все же в большей степени связана с Финляндией. Он почти все время работал у себя на родине, и большинство его работ находится в Финляндии.

Статус Аалто на родине несколько отличается от того, как его оценивают в мире. С точки зрения Финляндии, особенно важно то, что он одним из первых финских архитекторов настолько основательно усвоил архитектурные принципы модернизма, что довольно быстро стал ведущим архитектором этого нового направления в Северных странах. С точки зрения финской архитектуры и общества, большое значение имел тот вклад, который Аалто внес в дело стандартизированного строительства и социально ориентированного архитектурного планирования, присущего модернистскому движению.

Начиная с конца 1950-х гг. Алвар Аалто был уже известным и в стране и в мире мастером. Как пишет Шильдт, ему многократно предлагали должности профессора в университетах и колледжах по всему миру, от чего он последовательно отказывался, ссылаясь на свою занятость. Его финские поклонники считали его великим человеком, стоявшим в одном ряду с Яном Сибелиусом и Пааво Нурми, снискавшими себе мировую известность. Аалто, всегда понимавший значение театра и мифов в человеческой жизни, и сам участвовал в создании собственного культа.

Эва Майя Вильо 

Из коллекции «Сто замечательных финнов. Калейдоскоп биографий». Издатель – Общество финской литературы. 

Алвар Аалто и использование древесины: от табуретов до потолков и конструкций

Алвар Аалто и использование древесины: от табуретов до потолков и конструкций

Многие описывают работу Алвара Аалто как воплощение концепции Gesamtkunstwerk (целостное произведение искусства), где архитектура, дизайн и искусство сливаются воедино. Финский архитектор является пионером так называемого органического направления современной архитектуры в начале 20 века и сильно повлиял на то, что мы знаем сегодня как скандинавскую архитектуру. Согласно описанию на веб-сайте MoMA: «его работа отражала глубокое желание очеловечить архитектуру за счет неортодоксального обращения с формами и материалами, которое было рациональным и интуитивно понятным». Его методы внесения естественного света в здания превозносятся и неоднократно изучаются до сегодняшнего дня. Но на протяжении всей карьеры Аалто дерево всегда присутствовало и принимало самые разные формы. От конструкций до потолков и табуретов — Алвар Аалто выдвинул на первый план этот натуральный материал.

Примерно в 1930-х годах Аалто выиграл конкурс на проект строительства санатория Паймио на юго-западе Финляндии. В то время туберкулез, чрезвычайно заразное заболевание, поражал страну, в начале века унесший жизни около 10% населения. Санаторий был частью государственного плана по строительству нескольких изолированных больниц для лечения больных. Для этого проекта Аалто разработал здание, состоящее из нескольких лопастей, соединенных между собой под углами в соответствии с топографией ландшафта, с использованием солнечного света и с огромными балконами. Проект соответствовал протоколу лечения пациентов, который включал полноценное питание и постельный режим на ранних стадиях заболевания, а затем много свежего воздуха и солнечного света. Для этого второго этапа архитектор решил разработать кресло, чтобы повысить комфорт пациентов, проходящих лечение. Относительно низкий и длинный стул был спроектирован из листов фанеры, что обеспечивало комфорт и легкость, а также позволяло перемещать и вращать его по направлению к солнцу. Узкие горизонтальные прорези в подголовнике позволяли воздуху циркулировать на лице пациента, а отсутствие подкладки уменьшало вероятность заражения. Стул Paimio по-прежнему продается сегодня как икона дизайна.

Эксперименты Аалто с фанерой повлияли на такие имена, как Ээро Сааринен и американская пара Чарльз и Рэй Имз, но на использование материала Аалто особенно повлиял контекст, в котором он жил. Из-за рельефа ландшафта и климата березовая древесина, произрастающая в Финляндии, не позволяет создавать особо прочные предметы мебели. Однако, будучи очень гибкой и эластичной древесиной, она хорошо работает в качестве материала для изготовления листов фанеры или многослойной древесины. Алвар Аалто вместе со своей тогдашней женой Айно и двумя другими партнерами основал компанию, которая и сегодня продолжает продавать мебель, в основном из фанеры, и которая разработала чрезвычайно инновационные для своего времени методы гнутья древесины.

Через два года после открытия санатория было завершено строительство библиотеки в Вийпури в 1935 году — еще одно знаковое произведение Аалто. Что, пожалуй, наиболее поразительно в этом проекте, — это различные световые люки, которые отбрасывают фильтрованный свет на все центральное пространство и его тщательно продуманные детали. Еще один знаковый элемент — подвесной волнистый деревянный потолок в зале. Как только архитектор решил разместить лекционную комнату в узком пространстве внутри здания, возникли опасения по поводу акустики. Разработав волнообразную форму деревянного потолка, Аалто смог обеспечить лучшее акустическое качество в помещении, используя его для поглощения или перенаправления шума.

Гофрированный деревянный потолок использовался Аалто в нескольких проектах, среди которых, пожалуй, самый известный из них — Maison Louis Carre, построенный во Франции в 1960-х годах. Эта техника достигла своего пика в его проекте 1962 года для Heilig Geist Kirche, где деревянная облицовка потолка спускается к алтарю, направляя взгляд зрителей в центр пространства.

В Villa Mairea, еще одном плодотворном проекте архитектора, деревянные бревна стирали разницу между экстерьером и интерьером. Несколько деревянных стволов разного диаметра и расстояния между ними относились к лесу, окружавшему дом. Однако, помимо мебели и покрытий, архитектор также иногда использовал дерево в качестве конструкционного материала. В этом ключе стоит упомянуть проект «Экспериментальный дом Муурацало». Внутри дома есть приподнятая мансарда, которая будет использоваться как мастерская живописи. Это пространство поддерживается большими деревянными балками и тянутыми деревянными столбами. На том же участке была построена деревянная баня из бревен внахлест, что было относительно примитивным методом по сравнению с остальной частью проекта. Но прочность и простота конструкции раскрывают общий стиль архитектора и его опыт в деталях.

По оценкам, за свою 50-летнюю карьеру Аалто спроектировал около 500 зданий, а также несколько успешных предметов мебели. Его влияние на работу нескольких последующих архитекторов также заметно, особенно Альваро Сиса Виейра в его первой крупной работе, Casa de Chá de Boa Nova. Дерево было повсеместно на протяжении всего этого проекта. Как отмечает Надя Божович, «Алвар Аалто черпал вдохновение в природе и окружающей среде и был склонен использовать натуральные материалы. Он имел обыкновение говорить, что каждый предмет мебели, который находится в непосредственном контакте с человеческим телом, просто должен быть сделан из натурального материала. Это было то, чему он был привержен ».

.

Алвар Аалто и кирпич: 5 зданий финского архитектора

Архитектор и дизайнер Алвар Аалто мастерски работал с кирпичом и создавал из него образцы человечной архитектуры. Небольшой уютный дом или вилла для коллекционеров искусства, кампус университета или экспериментальный проект в глуши для самого себя — главное здесь красота и комфорт.

Дом Аалто в Хельсинки (1936)

Если дом, построенный великим архитектором, это интересно, то дом, построенный великим архитектором для самого себя, интересен вдвойне. Этот проект — пример «человечной» архитектуры, образец модернизма и метафора финской природы. Благодаря натуральным отделочным материалам дом гармонично «встроен» в ландшафт. Большие окна и открытые террасы пускают внутрь много солнечного света, свежего воздуха и зелени. При этом предусмотрена отличная теплоизоляция, чтобы комфортно жить здесь круглый год.

Вилла Майреа (1939)

Особняк для коллекционеров искусства во многом похож на собственный дом Аалто — тот же беленый кирпич, отделка деревянными рейками и зелень на стенах дома. Но есть одно существенное отличие: разная высота колон и многоуровневость плоских архитектурных объемов напоминает знаменитый «Дом над водопадом» Фрэнка Ллойда Райта. Обе работы построены примерно в одно и то же время, и обе долгое время считались шедеврами органической архитектуры, пиком модернистской мысли. Если отойти от глобального вклада проекта, «Вилла Майреа» остается очень скандинавским домом с характерным L-образным планом, цветовой палитрой и выбором материалов.

Кампус университета MIT в Массачусетсе (1948)

Одно из любимых сочетаний архитектора — красный кирпич и стекло. Алвар Аалто как раз преподавал в MIT, когда ему предложили создать проект кампуса. Здание получило узнаваемые плавные формы, повторяющие форму реки, и плотные ряды окон, чтобы у всех студентов был вид на водные пейзажи.

Экспериментальный дом в Мууратсало (1952)

Еще один дом, который Алвар Аалто спроектировал для себя. Это летняя резиденция построена из более чем 50 видов кирпича, выложенных самыми разными кладками. Кажется, что кто-то долгие годы бесконечно достраивал дом из подвернувшихся под руку материалов. В действительности — дом возведен по канонам органической архитектуры и неуловимо растворяется в деревьях и видах холодного финского озера.

Университет Алвара Аалто в Эспоо (1974)

Хельсинкский политехнический институт был альма-матер архитектора, для него он создал новый кампус, а спустя годы сразу три высшие школы объединились здесь в одну, названную именем Аалто. В 2015 году здания отреставрировали, существенно переделав внутренние помещения. Из открытых пространств они превратились в обособленные аудитории, более подходящие для занятий многочисленных групп студентов.

Архитектура с человеческим лицом Алвара Аалто

11 июля 2016 г.

Финский архитектор и дизайнер Алвар Аалто считается крупнейшей фигурой в архитектуре Финляндии и «отцом модернизма» в Северной Европе. Отличительные черты его творчества – простота, минимализм и функциональность, а особенность авторского стиля – отношение к своим работам, как к «абсолютным произведениям искусства», которые Аалто продумывал, начиная с проектирования самого здания и заканчивая выбором осветительных приборов, фурнитуры, обстановки. Большинство статей и лекций архитектора собраны в его книге «Архитектура и гуманизм». Вот о чём он говорил и писал.

Настоящая архитектура только там, где в центре – человек со всеми его трагедиями и комедиями.

Театр в Эссене, Германия

Хотя мы знаем, что едва ли в состоянии помочь несчастному человеку, всё же общая задача архитекторов состоит в том, чтобы очеловечить нашу машинную эпоху.

Муниципалитет Сяюнятсало, Финляндия

В последние десятилетия архитектуру часто сравнивали с наукой, были попытки сделать её методы более научными, предпринимались даже попытки превратить её в чистую науку. Но архитектура не наука. Она по-прежнему является обширным синтетическим процессом, объединяющим тысячи определённых человеческих функций, и остаётся при этом архитектурой. Её назначение по-прежнему – приводить материальный мир в гармонию с человеческой жизнью.

Библиотека в Выборге, Россия

Стремиться к большей гуманности архитектуры – это значит улучшать архитектуру, это значит понимать функционализм шире, чем просто технический функционализм.

Церковь Трёх Крестов в Иматре, Финляндия

Наиболее сложная проблема заключается вовсе не в том, чтобы найти формы, соответствующие современной жизни, а в том, чтобы создать формы, основанные на подлинных человеческих ценностях.

Дворец «Финляндия», Хельсинки

Кирпич служит важным средством в создании формы. Однажды я был в Милуоки вместе со своим старым другом Фрэнком Ллойдом Райтом. Он прочитал там лекцию, начав её такими словами: «Уважаемые дамы и господа, знаете ли вы, что такое кирпич? Этот небольшой, дешёвый, самый обыкновенный предмет, стоящий всего одиннадцать центов, обладает совершенно удивительным свойством. Дайте мне кирпич, и он станет ценностью на вес золота». Впервые в жизни мне довелось услышать, чтобы для публики столь прямо и столь образно говорили о том, что такое архитектура. Архитектура – это превращение ничего не стоящего камня в слиток золота.

Дом культуры в Хельсинки, Финляндия

Однажды меня спросили: «Почему вы так редко используете в своих работах свободные формы вроде тех, которыми отличается павильон в Нью-Йорке? (Основной темой интерьера финского павильона на Всемирной выставке в Нью-Йорке 1939 года была большая стена-экран свободной, волнообразной формы, на которой были смонтированы фотографии – прим. ред.)» Собеседник, очевидно, был эстетом. Я ответил ему: «У меня нет подходящих строительных материалов». Мы никогда не получим архитектуру свободных форм из стандартных деталей. Кирпичная стена сохранит прямоугольную форму до тех пор, пока у нас не появится кирпич, который обеспечит свободу формообразования. Необходимо создание такого кирпича, который, сохраняя все качества кирпичной кладки, в то же время позволил бы делать стены криволинейными, изогнутыми, прямыми – словом, какими угодно».

Финский павильон на Всемирной выставке в Нью-Йорке, 1939 год

Вот я выхожу из поезда на Центральной станции в Нью-Йорке или на вокзале в Чикаго, меня встречают несколько молодых архитекторов, и первый их вопрос, если они меня не знают: «Are you old-fashioned or modern?» («Вы старомодный или современный?» − прим. ред.) Я слышал этот вопрос на языках всех цивилизованных народов, последний раз в Португалии, в Эштремоше. Эта формула − Are you old-fashioned or modern? – как мне кажется, самая наивная, хотя и самая расхожая. Вдумавшись в неё, мы сейчас же поймём, что это полнейшая бессмыслица. У искусства только два определения: человечно оно или нет.

Алвар Аалто за работой над проектом дворца «Финляндия»

Мы, архитекторы, − единственные в современном индустриальном обществе, кто разрабатывает проект и сразу же воплощает его. Между этими двумя стадиями работы, безусловно, должна пролегать стадия экспериментов. Изредка сейчас так и происходит, однако у каждой уважающей себя цивилизованной страны должна быть целая программа экспериментальных городов и экспериментальных зданий.

Экспериментальный дом в Мууратсало, Финляндия

Архитектура – это не декорация, это явление глубоко биологическое, а может быть, ещё в большей мере – этическое.

Алвар Аалто | МоМА

Алвар Аалто, известный финский архитектор, дизайнер и градостроитель, создал удивительный синтез романтических и прагматических идей. Его работа отражает глубокое желание очеловечить архитектуру за счет неортодоксального обращения с формой и материалами, которое было одновременно рациональным и интуитивным. Под влиянием так называемого модернизма международного стиля (или функционализма, как его называли в Финляндии) и его знакомства с ведущими модернистами Европы, включая шведского архитектора Эрика Гуннара Асплунда и многих художников и архитекторов, связанных с Баухаузом, Аалто создавал проекты. это оказало глубокое влияние на траекторию модернизма до и после Второй мировой войны.Он предпочитал более разнородную архитектуру, вдохновленную березовыми и сосновыми лесами его родной страны, классической и ренессансной архитектурой Средиземноморья.

В таких работах, как Туберкулезный санаторий Паймио (1929–33) и Городская библиотека Выборга (1927–35), он расширил понятие рациональной архитектуры, которая, по его мнению, слишком сильно зависела от технических и функциональных соображений, отдав приоритет психологическим. и чувственные аспекты дизайна с помощью таких средств, как цвет, чувствительная модуляция света и звука и материалы, особенно дерево.Аалто спроектировал всю мебель для своих зданий с целью создания гибких стандартов, синтеза практических и эстетических соображений, использующих преимущества машинной технологии, такие как возможность создания недорогих, стандартизированных, воспроизводимых продуктов, и желания художника. для творческого разнообразия. Самым известным из этих стандартных проектов является его так называемый стул Paimio (1931–32), также известный как кресло-прокрутка, сиденье которого сделано из цельного куска волнистой изогнутой фанеры, которая, кажется, парит в раме. В 1930-х годах Аалто стал отождествлять себя с деревом — важным, обильным природным материалом, который служил основой финской экономики — и известен своими исследованиями в области его сгибания и придания ему формы. Его конструкции для штабелирования табуретов, стульев, столов и другой мебели по-прежнему производятся компанией «Артек», основанной Аалто, его женой Айно Аалто, талантливым архитектором и дизайнером, их покровительницей Майрой Гуллихсен и историком искусства Нильсом-Густавом Халем. распространять мебель и продвигать современное искусство и дизайн посредством выставок.

Необычайный успех финских павильонов Аалто для Парижской международной выставки (1937 г.) и Всемирной выставки в Нью-Йорке (1939 г.) с заметным использованием деревянных элементов, вдохновленных финскими лесами и пробуждающих доиндустриальный дух и чувство свободы, принес ему международное признание. Его архитектура, мебель из гнутого дерева и мировая премьера его красочных криволинейных стеклянных ваз (произведенных Karhula-Iittala) продемонстрировали свежее, органическое качество, которое больше связано с природой, чем с историческими прецедентами или машиностроением.

После Второй мировой войны Аалто еще больше развил свой дизайнерский словарь, свое исследование материалов и архитектуру, которая отвечает ландшафту, в таких крупных работах, как Дом Бейкера, общежитие для пожилых людей Массачусетского технологического института (1946–49), отмеченный нетрадиционный волнообразный фасад; Ратуша Сяйнятсало (1948–52) с закрытым двором, вдохновленным итальянским ренессансом piazze ; и церковь Трех Крестов в Вуоксенниске, Финляндия (1948–52), в которой он достиг чувственного, почти таинственного ощущения света и блестяще использовал пластические, скульптурные качества бетона.

MoMA уже давно ставит Аалто в число ключевых фигур современной архитектуры и дизайна. В нем представлена ​​первая музейная выставка и издание, посвященное его творчеству в 1938 году, Алвар Аалто: Архитектура и мебель . В 1984 году МоМА представил выставку, посвященную его мебели и стеклу, Алвар Аалто: Мебель и стекло , а в 1998 году состоялась первая крупномасштабная ретроспектива в США, на которой были представлены оригинальные рисунки и модели его архитектуры, Алвар Аалто: Между гуманизмом и материализмом , совпавший со столетием со дня его рождения.

Вступительное слово Питера Рида, старшего заместителя директора по кураторским вопросам, 2016 г.

Алвар Аалто | Финский архитектор

Алвар Аалто , полностью Хьюго Алвар Хенрик Аалто , (род. 3 февраля 1898 г., Куортане, Финляндия, Российская империя — умер 11 мая 1976 г., Хельсинки, Финляндия), финский архитектор, градостроитель и дизайнер мебели, чья международная репутация основана на характерном сочетании модернистской утонченности, местных материалов и индивидуального самовыражения в форме и деталях.Его зрелый стиль воплощает группа Säynätsalo, Fin., Ратуша (1950–52).

Ранняя работа

Архитектурные исследования Аалто в Техническом институте Хельсинки были прерваны войной за независимость Финляндии, в которой он участвовал. После окончания учебы в 1921 году Аалто совершил поездку по Европе и по возвращении начал практику в Ювяскюля, в центральной Финляндии. В 1927 году он переехал в Турку, где работал вместе с Эриком Бриггманом до 1933 года, когда он переехал в Хельсинки. В 1925 году он женился на Айно Марсио, однокурснице, которая была его профессиональным сотрудником до самой своей смерти в 1949 году. У пары было двое детей.

1927 и 1928 годы были важными в карьере Аалто. Он получил заказы на три важных здания, которые сделали его самым передовым архитектором Финляндии, а также принесли ему всемирное признание. Это были здание Turun Sanomat (редакция газеты) в Турку, туберкулезный санаторий в Паймио и муниципальная библиотека в Выборге (ныне Выборг, Россия).Его планы для последних двух были выбраны на конкурсе, что является обычной практикой для общественных зданий в Финляндии. И офисное здание, и санаторий подчеркнуто функциональны, прямолинейны и лишены исторических стилистических отсылок. Они выходят за рамки упрощенного классицизма, распространенного в финской архитектуре 1920-х годов, чем-то напоминая здание, спроектированное Вальтером Гропиусом для школы дизайна Баухаус в Дессау, Германия. (1925–26). Как и Гропиус, Аалто использовал гладкие белые поверхности, ленточные окна, плоские крыши, террасы и балконы.

Третий заказ, Муниципальная библиотека Выборга, хотя и демонстрирует аналогичную зависимость от европейских прототипов Гропиуса и других, является значительным отходом от личного стиля Аалто. Его пространственно сложный интерьер расположен на разных уровнях. Для зрительного зала библиотеки Аалто разработал волнообразный акустический потолок из деревянных планок, привлекательную деталь, которая, вместе с использованием изогнутой мебели из ламинированного дерева собственной разработки, понравилась как публике, так и тем профессионалам, которые сомневались в клиническая строгость современной архитектуры.Теплая текстура дерева создавала приятный контраст с общей белизной здания. Особый успех Аалто отождествил его с так называемым органическим подходом или региональной интерпретацией современного дизайна. Он продолжил в том же духе, манипулируя уровнями пола и используя натуральные материалы, световые люки и неправильные формы. К середине 1930-х годов Аалто был признан одним из выдающихся современных архитекторов мира; в отличие от многих его сверстников, у него был узнаваемый личный стиль.

финских павильона для двух всемирных выставок (Париж, 1937; Нью-Йорк, 1939–40) еще больше укрепили репутацию Аалто как изобретательного дизайнера свободных архитектурных форм. В этих проектах, выбранных на конкурсной основе, он продолжал использовать дерево для создания структуры и создания поверхностных эффектов. Также в этот период, в 1938 году, Музей современного искусства в Нью-Йорке провел выставку его работ, на которой была представлена ​​спроектированная им мебель и фотографии его зданий.

Эксперименты Аалто с мебелью относятся к началу 1930-х годов, когда он обставил санаторий в Паймио.Его мебель известна использованием ламинированного дерева в лентообразных формах, которые служат как структурным, так и эстетическим целям. В 1935 году Аалто и Майре Гуллихсен, жена промышленника и коллекционера произведений искусства Гарри Галлихсена, основали компанию «Артек» для производства и продажи его мебели. Неформальная теплота интерьеров Аалто лучше всего видна в вызывающем восхищение загородном доме Villa Mairea, который он построил для Gullichsens недалеко от Ноормаркку, Финляндия.

Ваза Savoy

Ваза Savoy, разработанная в 1936 году Алваром Аалто, воспроизведена Iittala, Inc.

Iittala Group

Зрелый стиль

Десятилетие 1940-х не было продуктивным; он был нарушен войной и опечален смертью его жены. В 1952 году он женился на Элиссе Мякиниеми, архитекторе по образованию, которая стала его новым сотрудником.

Заказы Аалто после 1950 г., кроме того, что их было больше, были более разнообразными и рассредоточенными: высотный многоквартирный дом в Бремене, W.Ger. (1958 г.), церковь в Болонье, Италия (1966 г.), художественный музей в Иране (1970 г.).Однако его непрерывная работа в Финляндии оставалась мерилом его гениальности. Многие из его проектов включали планирование строительных групп. Двумя такими проектами были генеральные планы колледжей в Отаниеми (1949–55) и в Ювяскюля (1952–57). Опыт Аалто в планировании зародился на раннем этапе с такими промышленными заказами, как целлюлозная фабрика Сунила (1936–39, расширенная в 1951–54), которая включала жилье для рабочих и была триумфом комплексного планирования.

Единственной работой, олицетворяющей зрелый стиль Аалто, является, пожалуй, группа ратуши Сяйнятсало.Скромный по размеру в окружении леса, он тем не менее утверждает спокойную силу. Его простые формы выполнены из красного кирпича, дерева и меди — традиционных материалов Финляндии. Глядя на него, человек чувствует достижение совершенного здания, в котором суть времени, места, людей и их предназначения вынесена на первый план сознанием архитектора.

Ратуша Сяйнятсало, Финляндия, проект Алвара Аалто, 1950–52 гг. Работа Аалто является примером государственной архитектуры, в которой традиционные строительные традиции и материалы сочетаются с современным дизайном и строительными технологиями.

ГЭКС

Аалто получил множество наград. Он был членом Академии Финляндии (Suomen Aketemia) и был ее президентом с 1963 по 1968 год; он был членом Congrès Internationaux d’Architecture Moderne с 1928 по 1956 год. Его награды включали Королевскую золотую медаль в области архитектуры от Королевского института британских архитекторов (1957) и Золотую медаль от Американского института архитекторов (1963).

Наследие

Аалто, чьи работы олицетворяют лучшее из скандинавской архитектуры 20-го века, был одним из первых, кто отказался от жесткого геометрического дизайна, характерного для раннего периода современного движения, и сделал упор на неформальность и личное выражение.Его стиль считается одновременно романтическим и региональным. Он использовал сложные формы и разнообразные материалы, учитывал характер места и уделял внимание каждой детали здания. Аалто добился международной известности благодаря своим более чем 200 зданиям и проектам, от заводов до церквей, многие из которых были построены за пределами Финляндии.

Финляндия Холл, Хельсинки, дизайн Алвара Аалто.

© Зигимантас Чепайтис/Фотолия

Предварительные планы Аалто были набросаны свободно, без использования Т-образного квадрата и треугольника, так что безудержный творческий порыв к изобретательным формам и неправильным формам дал полную свободу до того, как были решены функциональные отношения и детали. Отсутствие теоретической жесткости проявилось в его окончательных проектах, которые удачно сохранили спонтанность и индивидуальность его ранних набросков. Как выразился швейцарский искусствовед, он осмелился «прыгнуть от рационально-функционального к иррационально-органическому». Поскольку штат Аалто был небольшим (около шести-восьми архитекторов), все работы несли отпечаток его личности.

Аалто мало писал, чтобы объяснить свою работу, но его архитектура передала изменчивый, живой темперамент, свободный от догмы и монотонности.Говорят, что его работы выражают дух Финляндии и ее народа, примитивный, но лиричный. Его дружба с такими художниками, как Фернан Леже, Жан Арп и Константин Бранкузи, возможно, питала его любовь к криволинейным формам. Хотя его работа никогда не была навязчиво инновационной, она не была и статичной. Его поздние проекты показали повышенную сложность и динамизм, которые некоторые считали неосторожными. В частности, его работы конца 1960-х — начала 1970-х годов были отмечены растянутыми диагональными формами и сгруппированными перекрывающимися объемами. Энергия и воображение всегда присутствовали.

HF Koeper

Маршрут Алвара Аалто – Архитектура и дизайн ХХ века

 

«Культурный маршрут Совета Европы» сертифицирован в
2021

 

Алвар Аалто (1898–1976) был пионером современной архитектуры и дизайна, сделавшим исключительно богатую и разнообразную карьеру. Его работы охватывают 6 десятилетий и включают более 200 существующих зданий в Финляндии, Дании, Швеции, Эстонии, Германии, Франции, Италии, Швейцарии, Исландии и США.Маршрут Алвара Аалто – Архитектура и дизайн 20-го века предлагает места и ощущения среди архитектурных памятников известного архитектора.

Маршрут

Алвара Аалто приглашает посетителей не только увидеть его архитектуру как целое произведение искусства, но и насладиться увлекательными природными достопримечательностями, вкусной едой, местными услугами и культурной самобытностью мест, пересекаемых маршрутом.

 

Наследие

Международное влияние произведений Алвара Аалто в его время и после его смерти огромно. Его работы повлияли на международные строительные стандарты и принципы строительства. Дизайнерские решения для жилья стали символами новой современной жизни, которая улучшила качество повседневной жизни и способствовала равному жилью для всех. Общественная архитектура Алвара Аалто включала городские планы, библиотеки, театры, культурные центры и учебные здания для городов, общин и организаций. Культовый дизайн светильников и изделий из стекла, а также инновационное использование дерева в мебели по-прежнему являются источником вдохновения для современных дизайнеров.

 

Сегодня в пути

Маршрут Алвара Аалто объединяет более 50 объектов в 5 странах. Среди наиболее известных творений Аалто – зал Лаппия в Рованиеми (Финляндия), Выборгская библиотека в России, вилла Таммеканн в Эстонии, Хансафиртель в Берлине, культурный центр в Вольфсбурге в Германии и церковь Риола в Италии. Маршрут охватывает почти 11 000 км и включает также участки в Швеции, Дании и Швейцарии, а также Maison Louis Carré недалеко от Парижа (Франция). Крайняя точка маршрута — Дом культуры в Рейкьявике, Исландия.

Алвар Аалто — пионер северного модернизма

Алвар Аалто, архитектор и художник-монументалист – так называлась первая мастерская, которую финский архитектор и дизайнер Алвар Аалто открыл в 1923 году, когда он еще учился в Хельсинкском технологическом университете . До этого у него уже был опыт проектирования всего дома родителей. С этого момента начался его профессиональный, успешный карьерный рост.

Вскоре к нему присоединилась его первая жена, Айно Марсио, тоже архитектор, так что они вместе развивали бизнес. В то же время они спроектировали свой новый дом в Хельсинки, виллу Аалто . Дом был задуман как их офис. Позже, в 1950-х годах, в связи с увеличением объема работы, Альвар вместе со своей второй женой, архитектором Элиссой Мякиниеми , спроектировал отдельную студию. Он назвал его просто Studio Aalto . Сегодня Вилла Аалто является музеем, а Студия Аалто находится в руках Академии Алвара Аалто.  

Пионер северного модернизма

Среди первых архитектурных работ Алвара Аалто были и многочисленные частные проекты, такие как коттеджи и дачи, но он также успешно работал над функциональными решениями для бизнес-клиентов. Первые работы, в соответствии с его традиционным образованием, были классическими. Они принадлежали к скандинавскому классицизму, вдохновленному наследием национального романтизма.

Помимо проектов для своей семьи, двоюродных братьев и друзей, в то время он отвечал за несколько общественных объектов, таких как Рабочий клуб Ювяскюля (1925 г.), здание корпуса обороны Ювяскюля (1926 г.) и здание корпуса обороны Сейняйоки (1924–1929 гг.).

Однако вскоре Аалто обратился к более современному дизайну и стал одним из пионеров скандинавского модернизма вместе с архитекторами и дизайнерами Арне Якобсеном из Дании и Арне Корсмо из Норвегии.

Таким образом, его работы стали более выразительными и более концептуальными. Его Villa Mairea 1939 года был примером такого дизайна. Затем последовали важные проекты, такие как Baker House в Массачусетском технологическом институте в США (1946-49), а затем Ратуша Сяйнятсало (1952), Офисное здание Раутатало (1955), Церковь Вуоксенниска ( 1959) и Finlandia Hall (1973) в Финляндии.

За свой вклад в архитектуру он получил множество наград, среди которых Медаль принца Евгения в 1954 году, Золотая медаль RIBA в 1957 году и Золотая медаль AIA в 1963 году. 

Искусство, вдохновленное природой

За свою многолетнюю карьеру Аалто спроектировал более 200 зданий, но не менее успешен как дизайнер мебели и предметов интерьера. Огромное количество созданных им предметов стали символами скандинавского модернизма и производятся до сих пор.

Алвар Аалто черпал вдохновение в природе и собственном окружении, и он был склонен использовать натуральные материалы. Он говорил, что каждый предмет мебели, непосредственно соприкасающийся с человеческим телом, просто обязан быть изготовлен из натурального материала. Это было единственное, с чем он не мог пойти на компромисс.

Он отлично справлялся с любым материалом, с которым работал, будь то дерево, металл, стекло или ткань. Однако особенно он запомнился своими экспериментами с прессованием и сгибанием ламината.Благодаря этой технике его изделия приобретали оригинальные, витиеватые и скульптурные формы.

«Не искусство брать и копировать все из традиции или прошлого, нужно брать материал и энергию из природы и отвечать произведением искусства, вкладывая в него свою психическую энергию. Мы склонны брать у природы все, ничего не давая взамен. Это нехорошо — это может отомстить нам». Алвар Аалто сказал, как сказано в книге Дизайн и дизайнеры 20 го века, написанной Радмилой Милосавлевич и Марияной Милосавлевич.

Вот почему он, как вклад в красоту природы и вдохновленный водными волнами, спроектировал одну из самых известных ваз в истории. Это была стеклянная волнистая ваза Savoy . Он разработал его вместе со своей женой Айно по случаю открытия ресторана Savoy в Хельсинки. Ваза всех порадовала. Декораторы сочли это настолько вдохновляющим, что выставили его как украшение. В некоторых других случаях вдоль их волнистых линий были собраны несколько ваз, а в других — букеты цветов.

Несмотря на то, что это было в 1937 году, ваза до сих пор является одним из самых впечатляющих образцов аутентичного стиля Алвара Аалто. Финский стекольный завод Karhula-Littala, производивший вазу Savoy, даже получил награду на Всемирной выставке в Париже в 1937 году в рамках Международной выставки стекла. Часто ее называли просто Aalto Vase , и интересно, что слово «aalto» в переводе с финского означает «волна», что в данном случае имеет множественный символизм.

Позже ваза Savoy была выпущена во всей цветовой гамме, разных размеров и форм.Его до сих пор производит по оригинальному дизайну Альвара тот же стекольный завод — Литтала из финского городка Литтала.

Между гуманизмом и материализмом

Что касается дизайна мебели, то на подход Алвара Аалто оказали большое влияние художники и дизайнеры Баухауза, отмеченные в значительной степени функциональностью. Его решения характеризовались в основном интуитивным дизайном и синтезом игривых и прагматичных идей. После медового месяца в Италии и более поздних путешествий по Средиземному морю влияние эпохи Возрождения в его творчестве усилилось.

Он любил использовать необычные формы, играть со звуком и светом, экспериментировать с материалами, но всегда делал конечный продукт прежде всего функциональным.

Рациональный подход к архитектуре лучше всего проявляется в его проектах санатория Паймио, который строился с 1929 по 1933 год, а также городской библиотеки Выборга с 1927 по 1935 год. и эстетическая сторона, но и оставляет индивидуальный подход.

Так было изготовлено кресло Paimio , одно из самых известных кресел Алвара Аалто. Волнистые линии его подлокотника напоминают волнистость вазы Savoy. Сиденье изготовлено из формованной фанеры и искусно вставлено в раму, поэтому создается впечатление, что кресло парит в воздухе.

Стулья, кресла, столы, лампы и другая мебель по проекту Алвара Аалто производятся компанией «Артек» с 1935 года. распространять мебель и продвигать современную культуру жизни посредством выставок и образовательных программ.«Артек» по-прежнему успешно ведет бизнес в Хельсинки и Токио и возглавляет отдельную платформу по реставрации мебели.

Алвар Аалто был не только одним из самых признанных архитекторов и дизайнеров в Европе, но и высоко ценился в Америке. Нью-Йоркский музей современного искусства (MoMA) организовал несколько выставок в его честь. Первая выставка под названием Алвар Аалто: Архитектура и мебель была представлена ​​в 1938 году. В 1984 году МоМА организовал выставку, посвященную его дизайну мебели и работе со стеклом – Алвар Аалто: Мебель и стекло . К столетию со дня его рождения в 1998 году была устроена большая ретроспектива – Алвар Аалто: Между гуманизмом и материализмом , включающая экспозицию оригинальных рисунков, эскизов и архитектурных макетов.

Алвар Аалто – великан финской нации

Своей крайней приверженностью градостроительству и рациональному планированию Алвар Аалто оставил глубокий след в финской и скандинавской архитектуре. Тот факт, что он считается одним из национальных гигантов, подтверждает это. Вот так Университет Аалто в Хельсинки, основанный в 2010 году путем слияния Хельсинкского технологического университета , Хельсинкской школы экономики и Университета искусства и дизайна Хельсинки, , получил свое название в честь его вклада в национальную архитектуру и городская культура.

Здание университета, спроектированное самим Алваром Аалто, находится на территории кампуса в городе Отаниеми. Он состоит из шести школ, в которых обучается 17 500 учеников.

По собственной инициативе студенты основали Фабрику дизайна Аалто, Программу венчурных предприятий Аалто и Общество предпринимательства Аалто (также известное как Аалтоес) с целью усилить поддержку студентов с предпринимательскими идеями, которые хотели бы развивать собственные компании. Это привело к многочисленным инновационным решениям, и всего за несколько лет Финляндия стала одной из стран с самой развитой системой start-up в мире.Университет Аалто в некотором роде заложил основы экспериментальной системы образования. Он оказался очень успешным, объединив науку, искусство и бизнес-сообщество в Финляндии и создав питательную среду для современного образования, междисциплинарных исследований и прогрессивного развития. Именно на этих принципах основывалась вся его карьера Алвара Аалто.

Избранное изображение: Алвар Аалто, автор Anonimus [общественное достояние] / вырезано из оригинала

Архитектурные детали: лоскутная кирпичная стена Элиссы и Алвара Аалто

Первая часть нашей новой серии Архитектурные детали , рассказывающая историю невероятно тонкой бетонной крыши Тойо Ито, продемонстрировала, как тщательное рассмотрение определяющих элементов проекта может привести к впечатляющему образцу современного дизайна. Однако архитектор и писатель Георг Виндек подчеркивает, что такое внимание к деталям не является чем-то новым: более 50 лет назад Элисса и Алвар Аалто проявили такой же уровень тщательности при создании одного из своих самых знаковых проектов — Экспериментального дома в Мууратсало. , Центральная Финляндия.

Внешняя поверхность дома загрунтована и выкрашена в белый цвет, а кирпичи, выходящие на внутренний дворик дома, оставлены открытыми. Предоставлено Иваном Химаненом

В новой книге Виндека Construction Matters новаторское использование кирпича Аалто исследуется с помощью фотографий крупным планом и подробных чертежей, лишенных технических аннотаций, чтобы показать композицию здания в ясной и лаконичной манере.Проект выделяется как необычный пример армированной кладки, как описывает Виндек: «Этот новый тип стены концептуально является одним из самых сложных архитектурных разработок двадцатого века: то, что тектонически воспринимается как одна стена, на самом деле является парой стен. , внешний и внутренний слой идут параллельно друг другу».

Одним из преимуществ использования такой системы является то, что внешний вид кирпичной кладки может различаться, и Аалто использовал эту гибкость для создания стен с «двумя различными идентичностями одного и того же архитектурного элемента.Архитектор решил усилить контрастные качества искусственной и естественной эстетики различных отделок каменной кладки: внешняя поверхность покрыта лаком и окрашена в белый цвет, а кирпичи, обращенные к интимному внутреннему дворику дома, оставлены открытыми, их земляные текстуры смешиваются. с окружающим природным ландшафтом.

Необычные соединения, видимые на поверхности, стали возможными благодаря армированному характеру стены. Рисование по строительным вопросам; фото предоставлено Иван Химанен

Уникальные стены внутреннего двора Аалто являются определяющей чертой этого здания и представляют собой прекрасный пример того, как можно создать уникальный архитектурный язык, отклоняясь от традиционных методов строительства. Стены состоят из лоскутного одеяла из различных кирпичных узоров, образующих коллаж текстуры и цвета, который напоминает патину окружающего леса. Необычные соединения, видимые на поверхности, стали возможными благодаря армированному характеру стены, как объясняет Виндек: «Поскольку кирпичи не связаны друг с другом в реальных связях, на фасаде двора видны только уложенные друг на друга или бегущие связи».

Кирпичные перемычки могут вписаться в эту стену из одного листа только в том случае, если они выступают во двор, в результате чего получается фасад огромной глубины, наполненный тенями, которые перемещаются по возвышению в течение дня.Тектоника конструкции стены также отражает разнообразие, обнаруженное в ландшафте, с естественными несовершенствами, изображающими «визуальный коллапс», который вызывает геологические особенности.

Пэчворк; любезно Иван Химанен

«Постепенный переход между архитектурным и природным ландшафтом виден в зарешеченном окне на стене двора», — объясняет Виндек. «Его нижний порог имеет неустойчивый профиль, который выглядит как каменистый грунт на вершине холма; его вертикальная экранировка напоминает тонкие деревья окружающего леса, размывающие границу дома изнутри двора.

Необычное использование Аалто кирпича распространяется и на землю. Этот материал можно эффективно использовать для мощения и обрамления одной из самых ценных частей дома: камина. «Как и в домах Миса, камин создает программное ядро, — говорит Виндек, — по отношению к которому организуются все остальные элементы».

План двора с изображением кирпичной кладки; чертеж Construction Matters

Композиция из кирпичей на полу двора — вместе с квадратной ямой для костра — читается как продолжение лоскутного одеяла ключевого фасада здания, которое выглядит как «абстрактные поверхности, не производные от структурной логики.Этого можно было добиться только при использовании армированной кладки, которая освобождает архитектора от традиционных моделей скрепления.

Предоставлено Иван Химанен

В заключение Windeck размышляет об уникальном качестве Muuratsalo, которое стало возможным благодаря инновационному использованию Aalto древнего материала. «Полный юмора, он построен на скромные средства и демонстрирует игривое отношение к строительству дома в мире. В то же время все его черты концептуально точны и строги.Художественная концепция трансформирует свои простые компоненты в значимое архитектурное произведение».

Чтобы узнать больше о блестящих кирпичах Элиссы и Альвара и других необычных деталях, реализованных в каменной кладке, ознакомьтесь с Construction Matters , доступным здесь.

Алвар Аалто — архитектор-дизайнер (1898-1976) — Дизайнеры

Алвар Аалто родился в Куортане в Финляндии и изучал архитектуру в Хельсинкском политехническом институте с 1916 по 1921 год. Он великий архитектор и дизайнер мебели, предметов из стекла , и освещение.

Он переехал по адресу Ювяскюля , где в 1923 году открыл свое архитектурное бюро. В следующем (1924) году он женится на Айно Марсио .
Медовый месяц они проводят в Италии, это путешествие имеет огромное влияние, а средиземноморская культура становится важным примером на всю оставшуюся жизнь.

Алвар Аалто начал свою карьеру в качестве дизайнера выставок и посвятил себя дизайну мебели в 1925 году.

Он производит мебель из ламинированного дерева, складывая и склеивая фанеру. Этот метод он использует для изготовления многих предметов, в том числе знаменитой серии Paimio .

В 1927 году он выиграл конкурс на строительство Юго-Западной финской кооперативной фермы и переехал в финский город Турку. В 1928 году он стал членом Congrès Internationaux d’Architecture Moderne .

В 1929 году он позаботился о выставочном проекте, посвященном седьмой годовщине Турку, и открыл экспериментальную лабораторию по обработке фанеры вместе с дизайнером Отто Корхоненом, техническим директором мебельной фабрики в этом районе.

В 1933 году Алвар Аалто реализует строительство противотуберкулезного санатория в местности Паймио в густом лесу примерно в двадцати девяти километрах от Турку. В дополнение к дизайну здания занимается дизайном всего, обставленного коллекцией мебели, специально разработанной для этой цели, названной Паймио как местонахождение санатория.

Работа Алвара Аалто пользуется большим успехом в Соединенном Королевстве, где он был показан на Выставке финского дизайна , проходившей в Лондоне в 1933 году, и во Франции, где он выступал в Париже в 1937 году.

В 1935 году вместе с Гарри Гуллихсен (экономист), Майре Гуллихсен (профессор изобразительного искусства, архитектуры и дизайна) и Айно Марсио (архитектор и дизайн) он основал компанию Артек , где он продолжает работать. разработать технику изготовления фанерной мебели, которую Он уже применял раньше.

В 1936 году он построил свой собственный дом по адресу Munkkiniemi Хельсинки , исходя из принципа, согласно которому отправной точкой в ​​определении стиля здания должен быть естественный аспект ландшафта, в котором оно будет размещаться.Позже он успешно использовал эту теорию при проектировании многих других зданий. Отличным примером является общественное промышленное здание Сунила.

В 1939 году он спроектировал одно из зданий Всемирной выставки в Нью-Йорке . После Второй мировой войны он спроектировал общежитие для студентов MIT (Массачусетский технологический институт).

В 1957 году Алвар Аалто получил золотую медаль Королевского института британских архитекторов (RIBA), а в 1958 году, когда он отказался от роли директора Финской ассоциации архитекторов, выиграл многочисленные конкурсы.

В 1960 году он построил центральные здания Сейняйоки и Рованиеми, а в 1963 году стал президентом Академии Финляндии.

Последний проект, выполненный Алваром Аалто , относится к университетскому району Рейкьявика в Исландии (1975-1976).

Он умер в Хельсинки 11 мая 1976 года, оставив за собой жизнь, полную проектов, достижений и почестей.

Алвар Аалто , безусловно, один из самых важных современных архитекторов, начавший с архитектурного рационализма, преодолев формальный схематизм, как с изобретательным использованием природных материалов, так и с исследованием архитектурного пространства, состоящего из волнистых линий и поверхностей, открытые растения и тесная связь между зданием и окружающей средой.

Видео:
Дом и студия Аалто Аалто: строительство домов, которые превращаются в руины
​Алвар Аалто в Музее дизайна Vitra / Введение

 

Алвар Аалто

Родился: 1898

Умер: 1976

Пол: Мужской

Национальность: финн

«Сама суть архитектуры состоит в разнообразии и развитии, напоминающем природную органическую жизнь. Это единственный истинный стиль в архитектуре». Алвар Аалто

Настойчивость Аалто в важности дизайна и формального выражения в нашей жизни и его искусное обращение с материалами, светом и пространством; объяснить, почему он является одним из великих архитекторов двадцатого века. Он также был градостроителем, художником и дизайнером. Принципы классической архитектуры очевидны в ранних работах Аалто. Это влияние осталось и позже было синтезировано с современным архитектурным выражением в его зрелый период.Он смог ассимилировать как скандинавские, так и континентальные влияния, исходящие из Берлина, Веймара и Парижа. Аалто быстро показал себя мастером зарождающегося международного стиля.

Внимание Аалто к «человеческой стороне» было очевидно во всех его зданиях и дизайне мебели, например, в стуле Paimio. Он разработал инновационные методы гибки дерева, что позволило ему создавать мебель, которая была одновременно современной и в то же время человечной на ощупь. В 1933 году его проекты мебели были с восторгом приняты в Лондоне. Мебель Аалто начала распространяться по всему миру, найдя применение во многих домах с продуманным дизайном.

Мы можем видеть влияние дизайна Паймио во многих ключевых чертах зрелой манеры Аалто. Композиции собраны из нарочито разнообразных форм и материалов. Сопоставление прямолинейных и свободных, «органических» геометрий воплощается в его любви к противопоставлению прямых и волнистых линий. «Аалто» в переводе с финского означает «волна». Вполне естественно, что волна стала его визитной карточкой.Аалто был известен своим придирчивым вниманием к деталям и явной заботой о здании как о целостной среде, которую его обитатели должны воспринимать всеми своими чувствами, а не только глазами.

Волна Аалто приняла властную форму в трехэтажной подвесной стене, вздымающейся через финский павильон на Всемирной выставке в Нью-Йорке в 1939 году.

На протяжении всей своей карьеры Аалто представлялся на международном уровне как «гуманизатор» и «натурализатор» холодной, чрезмерно рациональной современной архитектуры, и радикальные последствия его живописного подхода к архитектурным формам оставались в значительной степени незамеченными.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.