Кеерсмакер анна тереза де – «Фаза. Четыре движения на музыку Райха», компания «Розас», Бельгия, хор. Анна Тереза де Кеерсмакер: _arlekin_

Содержание

Кеерсмакер, Анна Тереза Де — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Перейти к навигации Перейти к поиску
Анна Тереза Де Кеерсмакер
нидерл. Anne Teresa De Keersmaeker
Дата рождения 11 июня 1960(1960-06-11) (58 лет)
Место рождения Мехелен, Бельгия
Гражданство Бельгия Бельгия
Профессия танцовщица, хореограф
Награды
IMDb ID 0209075

ru.wikipedia.org

Так поступает Анна Тереза Де Кеерсмакер

Новую постановку «Так поступают все женщины» Моцарта в

Palais Garnier анонсировали как первый оперный проект легендарной Анны Терезы Де Кеерсмакер, бельгийского хореографа, руководителя танцевальной компании Rosas, реформатора, теоретика танца с репутацией гения. Формально правильная, эта презентация может ввести тем не менее в заблуждение. Кеерсмакер действительно еще не ставила опер. Однако парижский спектакль — не первый ее опыт с Моцартом (для Авиньонского фестиваля она делала проект на основе арий из моцартовских опер). И это далеко не первый для нее опыт использования речи и вербального текста в постановке. Более того, звучание слова стало чуть ли не основным объектом исследования в ее последних работах.

Так или иначе, интрига была значительная. И Парижская опера позаботилась о коммерческой «соломке», параллельно с «Così» выпустив на второй своей сцене Opéra Bastille блокбастер Вагнера «Лоэнгрин». Это был перенос из Ла Скала психоаналитической постановки Клауса Гута с настоящим прудом и звездным составом: Йонас Кауфман, Рене Папе, Эвелин Херлициус. И действительно — если на «Лоэнгрине» престарелая буржуазия исправно млела в ожидании фирменного пианиссимо в рассказе о Граале, то более изысканная публика

«Così» начала «букать» после первого акта.

Что такой реакции стоит ждать, стало ясно уже после первых пятнадцати минут спектакля. Уныло одетые певцы и танцовщики на пустой сцене, почти не сходя с места, начинают рассказ про тест на верность, который устроила для своих возлюбленных пара солдатиков, подстрекаемых познавшим жизнь престарелым бонвиваном в сговоре с неуемной служанкой. Спектакль на всем протяжении остается верен этой эстетике минимализма в духе дефиле Jil Sander. Действие разворачивается в выбеленном пространстве открытой до стен сцены при полном отсутствии декораций — за исключением плексигласовых «кулис», которые ничего не скрывают, и как будто случайной стеклянной полочки с алкоголем на глубокой периферии зрительского внимания. Артисты одеты в безликий casual. Разве что плащ Дона Альфонсо отдает чем-то пиратским. Принципиальная монохромность сцены прерывается строго рассчитанными насыщенными цветовыми пятнами — лимонным, розовым, цветом фуксии.

© Anne Van Aerschot

Белый линолеум сцены расписан разноцветными концентрическими кругами, разрывающимися центробежными диагоналями. Они намечают геометрию спектакля, принципиально лишенную центра, — на сцене действуют силы, которые разбрасывают персонажей, сюжет, эмоции. Такая графика иногда диктует построения ансамблей, когда, например, все «хвостом» выстраиваются за поющим солистом и повторяют его движения — чаще всего покачивания. Или вводит в сомнение, провоцирует тревогу, что композиция вот-вот развалится, — когда герои вроде обращаются друг к другу, а диагонали показывают другое направление энергии.

Оркестр под руководством экспрессивной звезды Парижа Филиппа Жордана следует той же прозрачности линий и форм, акцентируя внимание на ритмической чистоте и сложности, на графичности спектакля, где каждая линия музыкальной ткани выведена на поверхность и как будто очищена от всего лишнего. Солисты в отсутствие реалистичного действия тоже, кажется, обращаются к Вселенной, отчего любая ария превращается в гимн одиночеству. При этом незвездный состав исполнителей (Жаклин Вагнер — Фьордилиджи, Мишель Лозье — Дорабелла, Фредерик Антун — Феррандо, Филипп Слай — Гульельмо, Паулу Шот — Дон Альфонсо, Джинджер Коста-Джексон — Деспина) показывает актерскую пластичность и движенческую оснащенность. А абстрактность постановки позволяет певцам сконцентрироваться на ритме и дыхании; иногда кажется, что они читают мантры.

© Anne Van Aerschot

Кеерсмакер к каждому солисту приставила двойника-танцовщика. Такой прием, вполне прижившийся в оперном театре, позволяет работать в важной для нее парадигме «одна нота — один шаг» и находить моменты неподвижности (равно тишины) в самых неожиданных ситуациях — например, во время комедийной суеты. Этот же прием позволяет ей еще больше акцентировать разрыв между плоским и непоследовательным сюжетом и абстрактной, временами сакральной музыкой. Хореография не иллюстрирует ни слова, ни музыку, она — еще один слой, который отдаляет от буквального сюжета.

Персональные черты персонажей тоже как будто засвечиваются, теряют контур, остаются следом самих себя. Контакт на сцене принципиально отменен или формулируется в виде симметричных перемещений на большом расстоянии друг от друга. Дуэт возникает лишь однажды, у танцовщиков, — и производит эффект разорвавшейся бомбы. Но лишь для того, чтобы вновь разбросать исполнителей по периметру.

Кеерсмакер отменила в своей постановке этой финальной «феминистской» части трилогии Моцарта — да Понте все прелести либертинажа, психологизма, достоверности и чего еще ждут от этого анекдота про обман любовников. Она создает театр в самом истинном его смысле — как отличие от реальности.

«Così» поставлена скорее как игра — с расчерченным полем и четкими правилами. Но это не освобождающая игра флирта и сексуального (или гендерного) раскрепощения XVIII века. Это этика и эстетика спортивной игры. Или лаборатории — где логистика и стратегии расписаны до миллиметра с целью получения результата, всегда ожидаемого, всегда предзаданного. Это некая кодифицированная форма взаимодействия, в которой нет освобождения.

© Anne Van Aerschot

Лаборатория так и не производит золото. Финал спектакля полностью копирует его начало, позволяя услышать музыкальные рифмы, которые обычное следование за перипетиями сюжета, как правило, оставляет незамеченными. Никакого приращения не случилось, никто не стал ни мудрее, ни терпимее, ни разумнее, ни старше. Единственное, что остается, — адский морок этого дня со взаимными предательствами или растерянностью. Все пронизано ощущением потери.

Кеерсмакер создала совершенно «свой» спектакль, который стал очередным примером присвоения материала этой недюжинной творческой энергией. Однако он не стал спектаклем мэтра (и потому вызывает доверие). Материал оказался резистентным — в силу накопленной ли традиции, гениальности ли автора. Со сцены буквально фонило напряжением — возникающим не столько между героями, сколько между текстом и постановкой. Кеерсмакер периодически сбивало в гэги — самого вульгарного вида, с приставными носами и кульбитами через голову. А исполнители не могли преодолеть обаяния — сентиментального, героического, истерического — музыки, которую исполняли. Симметрия между танцовщиком и солистом то и дело ускользала, казалось, что каждый исполняет собственный танец. И парадоксальным образом хореография, пытающаяся сохранить верность важным для Кеерсмакер правилам, вдруг получалась чужой, грубой и слишком физической в этом стерильном мире.

Понравился материал?помоги сайту!

www.colta.ru

Кеерсмакер, Анна Тереза Де — Википедия. Что такое Кеерсмакер, Анна Тереза Де

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Анна Тереза Де Кеерсмакер[1] (нидерл. Anne Teresa De Keersmaeker, 11 июня 1960, Мехелен) — выдающаяся бельгийская (фламандская) танцовщица и хореограф, крупнейшая фигура современного танца.

Биография

Дочь фермера. Начала учиться музыке (поперечная флейта), но в 10 лет, по её желанию, перешла к танцам. Училась классическому балету в Брюсселе у Лилиан Ламбер, где познакомилась с будущим хореографом, своей соратницей Мишель Анной Де Ме и её братом, будущим композитором и кинорежиссёром Тьерри Де Ме. В 1978—1980 училась в основанной Морисом Бежаром балетной школе Мудра, познакомилась с танцовщицей Фумиё Икеда, которая стала потом одной из её главных исполнительниц.

По стипендии провела два года в США, где училась в Тишевской художественной школе Нью-Йоркского университета. Вошла в контакт со многими представителями нью-йоркского авангарда, особое влияние на неё своей музыкой, пониманием звука и ритма оказал Стивен Райх.

В 1983 создала свою балетную компанию Rosas, по приглашению Марианны Ван Керкховен показывала спектакли в брюссельском авангардном театре Kaaitheater. В 1992—2007 её резиденцией стал Королевский оперный театр Ла Монне в Брюсселе. Компания выступала в Париже, Берлине, Нью-Йорке, показывала свои спектакли на Авиньонском фестивале. Компания тесно сотрудничала с бельгийским ансамблем современной музыки ICTUS. В 1995 Кеерсмекер создала школу современного танца PARTS.

Выступает также как оперный режиссёр: в 2004 на фестивале в Экс-ан-Прованс показала в своей постановке оперу Хосокавы Hanjo.

Среди её учеников — танцовщик и хореограф Сиди Ларби Шеркауи.

Хореография

Фильмография

  • 1989 : Hoppla ! (реж. Вольфганг Кольб)
  • 1992 : Rosa (Питер Гринуэй)
  • 1996 : Tippeke (Тьерри Де Ме)
  • 1997 : Rosas danst Rosas (Тьерри Де Ме)
  • 2002 : Fase|Fase, Four Movements to the Music of Steve Reich (Тьерри Де Ме)
  • 2005 : Counter Phrases (Тьерри Де Ме)

Признание

Литература

  • Kerkhoven M. van. Anne Teresa De Kersmaeker. Brussel: Vlaams Theater Instituut, 1997
  • Guisgand Ph. Les fils d'un entrelacs sans fin: la danse dans l'oeuvre d'Anne Teresa De Keersmaeker. Villeneuve d'Ascq: Presses universitaires du septentrion, 2007

Ссылки

Примечания

  1. ↑ Встречается также менее точный вариант Де Кеерсмекер.

wiki.sc

Кеерсмакер, Анна Тереза Де — Википедия (с комментариями)

Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Анна Тереза Де Кеерсмакер[1] (нидерл. Anne Teresa De Keersmaeker, 11 июня 1960, Мехелен) — выдающаяся бельгийская (фламандская) танцовщица и хореограф, крупнейшая фигура

современного танца.

Биография

Дочь фермера. Начала учиться музыке (поперечная флейта), но в 10 лет, по её желанию, перешла к танцам. Училась классическому балету в Брюсселе у Лилиан Ламбер, где познакомилась с будущим хореографом, своей соратницей Мишель Анной Де Ме и её братом, будущим композитором и кинорежиссёром Тьерри Де Ме. В 1978—1980 училась в основанной Морисом Бежаром балетной школе [fr.wikipedia.org/wiki/%C3%89cole_Mudra Мудра], познакомилась с танцовщицей Фумиё Икеда, которая стала потом одной из её главных исполнительниц.

По стипендии провела два года в США, где училась в Тишевской художественной школе Нью-Йоркского университета. Вошла в контакт со многими представителями нью-йоркского авангарда, особое влияние на неё своей музыкой, пониманием звука и ритма оказал Стивен Райх.

В 1983 создала свою балетную компанию [fr.wikipedia.org/wiki/Compagnie_Rosas Rosas], по приглашению Марианны Ван Керкховен показывала спектакли в брюссельском авангардном театре [fr.wikipedia.org/wiki/Kaaitheater Kaaitheater]. В 1992—2007 её резиденцией стал Королевский оперный театр

Ла Монне в Брюсселе. Компания выступала в Париже, Берлине, Нью-Йорке, показывала свои спектакли на Авиньонском фестивале. Компания тесно сотрудничала с бельгийским ансамблем современной музыки [fr.wikipedia.org/wiki/Ensemble_Ictus ICTUS]. В 1995 Кеерсмекер создала школу современного танца [fr.wikipedia.org/wiki/Performing_Arts_Research_and_Training_Studios PARTS].

Выступает также как оперный режиссёр: в 2004 на фестивале в Экс-ан-Прованс показала в своей постановке оперу Хосокавы Hanjo.

Среди её учеников — танцовщик и хореограф Сиди Ларби Шеркауи.

Хореография

Фильмография

  • 1989 : Hoppla ! (реж. Вольфганг Кольб)
  • 1992 : Rosa (Питер Гринуэй)
  • 1996 : Tippeke (Тьерри Де Ме)
  • 1997 : Rosas danst Rosas (Тьерри Де Ме)
  • 2002 : Fase|Fase, Four Movements to the Music of Steve Reich (Тьерри Де Ме)
  • 2005 : Counter Phrases (Тьерри Де Ме)

Признание

Премия Бесси (США, 1989, 1999), Японская балетная премия (1989) и другие награды. Командор Ордена искусств и литературы (2008). Почетный доктор Свободного Брюссельского университета. Король Бельгии Альберт II пожаловал Кеерсмекер титул баронессы (1996).

Напишите отзыв о статье "Кеерсмакер, Анна Тереза Де"

Литература

  • Kerkhoven M. van. Anne Teresa De Kersmaeker. Brussel: Vlaams Theater Instituut, 1997
  • Guisgand Ph. Les fils d'un entrelacs sans fin: la danse dans l'oeuvre d'Anne Teresa De Keersmaeker. Villeneuve d'Ascq: Presses universitaires du septentrion, 2007

Ссылки

  • [www.rosas.be/ Официальный сайт компании Rosas]  (нид.)
  • [www.google.ru/search?q=Anne+Teresa+De+Keersmaeker&hl=ru&newwindow=1&sa=G&prmd=ivo&source=univ&tbs=vid:1&tbo=u&ei=T-wBTcevCouYOvzM7aYB&oi=video_result_group&ct=title&resnum=4&ved=0CDgQqwQwAw Видео]

Примечания

  1. Встречается также менее точный вариант Де Кеерсмекер.

Отрывок, характеризующий Кеерсмакер, Анна Тереза Де

– On fera du chemin cette fois ci. Oh! quand il s'en mele lui meme ca chauffe… Nom de Dieu… Le voila!.. Vive l'Empereur! Les voila donc les Steppes de l'Asie! Vilain pays tout de meme. Au revoir, Beauche; je te reserve le plus beau palais de Moscou. Au revoir! Bonne chance… L'as tu vu, l'Empereur? Vive l'Empereur!.. preur! Si on me fait gouverneur aux Indes, Gerard, je te fais ministre du Cachemire, c'est arrete. Vive l'Empereur! Vive! vive! vive! Les gredins de Cosaques, comme ils filent. Vive l'Empereur! Le voila! Le vois tu? Je l'ai vu deux fois comme jete vois. Le petit caporal… Je l'ai vu donner la croix a l'un des vieux… Vive l'Empereur!.. [Теперь походим! О! как он сам возьмется, дело закипит. Ей богу… Вот он… Ура, император! Так вот они, азиатские степи… Однако скверная страна. До свиданья, Боше. Я тебе оставлю лучший дворец в Москве. До свиданья, желаю успеха. Видел императора? Ура! Ежели меня сделают губернатором в Индии, я тебя сделаю министром Кашмира… Ура! Император вот он! Видишь его? Я его два раза как тебя видел. Маленький капрал… Я видел, как он навесил крест одному из стариков… Ура, император!] – говорили голоса старых и молодых людей, самых разнообразных характеров и положений в обществе. На всех лицах этих людей было одно общее выражение радости о начале давно ожидаемого похода и восторга и преданности к человеку в сером сюртуке, стоявшему на горе.
13 го июня Наполеону подали небольшую чистокровную арабскую лошадь, и он сел и поехал галопом к одному из мостов через Неман, непрестанно оглушаемый восторженными криками, которые он, очевидно, переносил только потому, что нельзя было запретить им криками этими выражать свою любовь к нему; но крики эти, сопутствующие ему везде, тяготили его и отвлекали его от военной заботы, охватившей его с того времени, как он присоединился к войску. Он проехал по одному из качавшихся на лодках мостов на ту сторону, круто повернул влево и галопом поехал по направлению к Ковно, предшествуемый замиравшими от счастия, восторженными гвардейскими конными егерями, расчищая дорогу по войскам, скакавшим впереди его. Подъехав к широкой реке Вилии, он остановился подле польского уланского полка, стоявшего на берегу.
– Виват! – также восторженно кричали поляки, расстроивая фронт и давя друг друга, для того чтобы увидать его. Наполеон осмотрел реку, слез с лошади и сел на бревно, лежавшее на берегу. По бессловесному знаку ему подали трубу, он положил ее на спину подбежавшего счастливого пажа и стал смотреть на ту сторону. Потом он углубился в рассматриванье листа карты, разложенного между бревнами. Не поднимая головы, он сказал что то, и двое его адъютантов поскакали к польским уланам.
– Что? Что он сказал? – слышалось в рядах польских улан, когда один адъютант подскакал к ним.
Было приказано, отыскав брод, перейти на ту сторону. Польский уланский полковник, красивый старый человек, раскрасневшись и путаясь в словах от волнения, спросил у адъютанта, позволено ли ему будет переплыть с своими уланами реку, не отыскивая брода. Он с очевидным страхом за отказ, как мальчик, который просит позволения сесть на лошадь, просил, чтобы ему позволили переплыть реку в глазах императора. Адъютант сказал, что, вероятно, император не будет недоволен этим излишним усердием.
Как только адъютант сказал это, старый усатый офицер с счастливым лицом и блестящими глазами, подняв кверху саблю, прокричал: «Виват! – и, скомандовав уланам следовать за собой, дал шпоры лошади и подскакал к реке. Он злобно толкнул замявшуюся под собой лошадь и бухнулся в воду, направляясь вглубь к быстрине течения. Сотни уланов поскакали за ним. Было холодно и жутко на середине и на быстрине теченья. Уланы цеплялись друг за друга, сваливались с лошадей, лошади некоторые тонули, тонули и люди, остальные старались плыть кто на седле, кто держась за гриву. Они старались плыть вперед на ту сторону и, несмотря на то, что за полверсты была переправа, гордились тем, что они плывут и тонут в этой реке под взглядами человека, сидевшего на бревне и даже не смотревшего на то, что они делали. Когда вернувшийся адъютант, выбрав удобную минуту, позволил себе обратить внимание императора на преданность поляков к его особе, маленький человек в сером сюртуке встал и, подозвав к себе Бертье, стал ходить с ним взад и вперед по берегу, отдавая ему приказания и изредка недовольно взглядывая на тонувших улан, развлекавших его внимание.
Для него было не ново убеждение в том, что присутствие его на всех концах мира, от Африки до степей Московии, одинаково поражает и повергает людей в безумие самозабвения. Он велел подать себе лошадь и поехал в свою стоянку.
Человек сорок улан потонуло в реке, несмотря на высланные на помощь лодки. Большинство прибилось назад к этому берегу. Полковник и несколько человек переплыли реку и с трудом вылезли на тот берег. Но как только они вылезли в обшлепнувшемся на них, стекающем ручьями мокром платье, они закричали: «Виват!», восторженно глядя на то место, где стоял Наполеон, но где его уже не было, и в ту минуту считали себя счастливыми.

wiki-org.ru

Кеерсмакер, Анна Тереза Де — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Анна Тереза Де Кеерсмакер[1] (нидерл. Anne Teresa De Keersmaeker, 11 июня 1960, Мехелен) — выдающаяся бельгийская (фламандская) танцовщица и хореограф, крупнейшая фигура современного танца.

Дочь фермера. Начала учиться музыке (поперечная флейта), но в 10 лет, по её желанию, перешла к танцам. Училась классическому балету в Брюсселе у Лилиан Ламбер, где познакомилась с будущим хореографом, своей соратницей Мишель Анной Де Ме и её братом, будущим композитором и кинорежиссёром Тьерри Де Ме. В 1978—1980 училась в основанной Морисом Бежаром балетной школе Мудра, познакомилась с танцовщицей Фумиё Икеда, которая стала потом одной из её главных исполнительниц.

По стипендии провела два года в США, где училась в Тишевской художественной школе Нью-Йоркского университета. Вошла в контакт со многими представителями нью-йоркского авангарда, особое влияние на неё своей музыкой, пониманием звука и ритма оказал Стивен Райх.

В 1983 создала свою балетную компанию Rosas, по приглашению Марианны Ван Керкховен показывала спектакли в брюссельском авангардном театре Kaaitheater. В 1992—2007 её резиденцией стал Королевский оперный театр Ла Монне в Брюсселе. Компания выступала в Париже, Берлине, Нью-Йорке, показывала свои спектакли на Авиньонском фестивале. Компания тесно сотрудничала с бельгийским ансамблем современной музыки ICTUS. В 1995 Кеерсмекер создала школу современного танца PARTS.

Выступает также как оперный режиссёр: в 2004 на фестивале в Экс-ан-Прованс показала в своей постановке оперу Хосокавы Hanjo.

Среди её учеников — танцовщик и хореограф Сиди Ларби Шеркауи.

  • 1989 : Hoppla ! (реж. Вольфганг Кольб)
  • 1992 : Rosa (Питер Гринуэй)
  • 1996 : Tippeke (Тьерри Де Ме)
  • 1997 : Rosas danst Rosas (Тьерри Де Ме)
  • 2002 : Fase|Fase, Four Movements to the Music of Steve Reich (Тьерри Де Ме)
  • 2005 : Counter Phrases (Тьерри Де Ме)
  • Kerkhoven M. van. Anne Teresa De Kersmaeker. Brussel: Vlaams Theater Instituut, 1997
  • Guisgand Ph. Les fils d'un entrelacs sans fin: la danse dans l'oeuvre d'Anne Teresa De Keersmaeker. Villeneuve d'Ascq: Presses universitaires du septentrion, 2007
  1. ↑ Встречается также менее точный вариант Де Кеерсмекер.

ru.wikiyy.com

Что нужно знать об Анне Терезе де Кеерсмакер — танцовщице, положившей начало contemporary dance

В 1982 году, сразу после приезда из США, где она обучалась по стипендии в Tishe School of the Arts, она делает постановку «Фаза» на музыку американского композитора-минималиста Стива Райха. Сразу после этого она проснулась знаменитой, а современный танец наконец приобрел свое лицо и определение. В ее «Фазах» нет сложной хореографии: шаги, повороты, прыжки, подскоки, все довольно просто. Вряд ли стоит объяснять, что хореография вовсе не должна быть акробатически сложной и демонстрировать выдающиеся физические возможности, и, чтобы танцевать, вот уже около века не нужно 8 лет стоять у балетного станка, вырабатывая выворотность и шлифуя изо дня в день сложнейшие движения. Современный танец может быть лаконичным и простым, если танцору этого достаточно для высказывания своих идей и мыслей.

Что касается идеи «Фазы», то Кеерсмакер тут оказалась гораздо ближе к одному великому балетмейстеру XX века, чем она думала: как и Баланчин, она «видела» музыку. Тот, правда, чаще видел произведения Стравинского, а Кеерсмакер расщепила на движения музыкальную структуру работ Райха.

«Фаза» делится на 4 части: в первой   — «Piano phase» — две танцовщицы вращаются одновременно секторами по 180 градусов, но в определенный момент, когда вдруг начинается рассинхрон в музыке, он отражается и в движениях. Когда уже запоминаешь музыку Райха, кажется, вполне спокойно можно смотреть эту часть и в тишине: настолько логично в движениях можно услышать звуки музыки.

Вторая часть — «Violin phase» — на первый взгляд больше похожа на хаотичные перемещения танцовщицы по сцене. Она ходит кругами, закручиваясь в поворотах в своем коротком платье. Но если смотреть эту часть с балкона, то можно увидеть на сцене много маленьких наклеек, которые обозначают схему движения танцовщицы: за 18 минут, что длится эта часть, она обрисует танцем большой круг и разделит его на несколько ровных секторов.

В третьей части «Come out» мы снова видим двух исполнительниц, уже сидящих на стуле и выполняющих повторяющуюся хореографию, не вставая с него ни разу. (И да — это тоже современный танец.) Резкие выдохи, нарезанные монтажом обрывки фраз, сжатые кулаки — кажется, тут нет никакой логики. Но стоит только прислушаться к этим обрывкам фраз «come out to show them»/«bruise blood come out» («чтобы показать им»/«вскрыть вены, чтобы показать»), чтобы увидеть, что их движения иллюстрируют слова. Добавим к этому, что слова эти были записаны во время допроса афроамериканского подростка, и сразу становится очевидно, что яркий точечный свет, упавший почти только на руки танцовщиц, схож с агрессивным освещением в камерах для допроса.

Последняя часть — «Clapping music» — идет уже не под музыку в более понятном для большинства понимании слова, не под слова, но под обычные хлопки. Две девушки, стоя к зрителю в профиль в белой одежде и кроссовках, отбивают сложно синкопированный ритм Райха. Стоит одной ошибиться, весь эффект сразу рассыпется. Тут и концентрация внимания, и своего рода медитация.

Такой современный танец надо смотреть без мысли о сюжете и, в принципе, без особого знания того, что Кеерсмакер любит раскладывать хореографию на музыкальные атомы. Эти ее переливания из движения в движение, перекаты и полуповороты завораживают. Смысл здесь — в красоте, процессе и наблюдении за ним.

www.buro247.ru

Кеерсмакер, Анна Тереза Де Википедия

Анна Тереза Де Кеерсмакер[1] (нидерл. Anne Teresa De Keersmaeker, 11 июня 1960, Мехелен) — выдающаяся бельгийская (фламандская) танцовщица и хореограф, крупнейшая фигура современного танца.

Биография

Дочь фермера. Начала учиться музыке (поперечная флейта), но в 10 лет, по её желанию, перешла к танцам. Училась классическому балету в Брюсселе у Лилиан Ламбер, где познакомилась с будущим хореографом, своей соратницей Мишель Анной Де Ме и её братом, будущим композитором и кинорежиссёром Тьерри Де Ме. В 1978—1980 училась в основанной Морисом Бежаром балетной школе Мудра, познакомилась с танцовщицей Фумиё Икеда, которая стала потом одной из её главных исполнительниц.

По стипендии провела два года в США, где училась в Тишевской художественной школе Нью-Йоркского университета. Вошла в контакт со многими представителями нью-йоркского авангарда, особое влияние на неё своей музыкой, пониманием звука и ритма оказал Стивен Райх.

В 1983 создала свою балетную компанию Rosas, по приглашению Марианны Ван Керкховен показывала спектакли в брюссельском авангардном театре Kaaitheater. В 1992—2007 её резиденцией стал Королевский оперный театр Ла Монне в Брюсселе. Компания выступала в Париже, Берлине, Нью-Йорке, показывала свои спектакли на Авиньонском фестивале. Компания тесно сотрудничала с бельгийским ансамблем современной музыки ICTUS. В 1995 Кеерсмекер создала школу современного танца PARTS.

Выступает также как оперный режиссёр: в 2004 на фестивале в Экс-ан-Прованс показала в своей постановке оперу Хосокавы Hanjo.

Среди её учеников — танцовщик и хореограф Сиди Ларби Шеркауи.

Хореография

Фильмография

  • 1989 : Hoppla ! (реж. Вольфганг Кольб)
  • 1992 : Rosa (Питер Гринуэй)
  • 1996 : Tippeke (Тьерри Де Ме)
  • 1997 : Rosas danst Rosas (Тьерри Де Ме)
  • 2002 : Fase|Fase, Four Movements to the Music of Steve Reich (Тьерри Де Ме)
  • 2005 : Counter Phrases (Тьерри Де Ме)

Признание

Литература

  • Kerkhoven M. van. Anne Teresa De Kersmaeker. Brussel: Vlaams Theater Instituut, 1997
  • Guisgand Ph. Les fils d'un entrelacs sans fin: la danse dans l'oeuvre d'Anne Teresa De Keersmaeker. Villeneuve d'Ascq: Presses universitaires du septentrion, 2007

Ссылки

Примечания

  1. ↑ Встречается также менее точный вариант Де Кеерсмекер.

wikiredia.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о