Слежка самолетов онлайн: Отслеживание полетов — FlightAware

Содержание

Отслеживание шпионских дронов ФБР в реальном времени / Хабр

Как выяснилось, ФБР поддерживает активность десятков беспилотных летательных аппаратов, которые курсируют над территорией США.

История начала разворачиваться после статьи в газете The Washington Post от 5 мая 2015 года. Во время массовых протестов в городе Балтимор на радаре Flightradar24.com обнаружили некий малый летательный аппарат, который кружил непосредственно над местом проведения митинга.

Поскольку для гражданских судов информация открыта, то и карта рейса этого воздушного судна тоже была на сайте Федерального управления гражданской авиации США.

В карточке указан малый самолёт модели Cessna 182T, зарегистрированный на компанию NG Research из города Бристоу, шт. Виргиния.

И вот здесь началось самое интересное. В интернете не оказалось абсолютно никакой информации о компании NG Research: ни адресов, ни телефонов, ничего. В городе Бристоу о ней тоже ничего не знали.

Протестующие с удовольствие фотографировали загадочный самолёт, когда он попадал в поле зрения.

Может, историю так и забыли бы, но 2 июня вышло расследование журналистов Associated Press. Те выяснили, что ФБР осуществляет наблюдение за американскими городами через десяток подставных компаний.

Что характерно, это не отдельные частные случаи. Расследование AP показало, что в распоряжении ФБР находится «маленькая группа» шпионских летательных аппаратов, летающих на низкой высоте. Они снимают видео и, временами, используют оборудование для перехвата сотовых коммуникаций. За последние 30 дней такие БПЛА использовались в более чем 30 городах в 11 штатах страны, выяснило AP.

Активисты с сайта Reddit не оставили это дело просто так. Слежку за гражданами с помощью беспилотников они обсуждают уже несколько лет, а здесь как раз такой случай. Они быстро раскопали в лётной базе Flightradar24 ещё несколько десятков мелких летательных аппаратов, которые зарегистрированы на неизвестные компании, и при этом совершают патрулирование городов.

В базе Федерального управления гражданской авиации США найдено 17 уникальных компаний, зарегистрированных на почтовые ящики в городе Бристоу, штат Виргиния. Как и во многих других государственных шпионских программах, названия этих компаний представляют собой загадочные аббревиатуры.

OBR LEASING
KQM AVIATION
OTV LEASING
NBY PRODUCTIONS
PXW SERVICES
PSL SURVEYS
NG RESEARCH
FVX RESEARCH
RKT PRODUCTIONS
LCB LEASING
NBR AVIATION
KLJ AVIATION
OTV LEASING
YAMASEC USA LLC
PSL SURVEYS
AV FLIGHT INC
NATIONAL AIRCRAFT LEASING CORP

Этим компаниям принадлежит 84 летательных аппарата, просмотреть которые можно в базе Enigma.

А с помощью сервиса FlightRadar24 реконструируются траектории их полётов. Почти все они представляют собой повторяющиеся окружности.

Большинство аппаратов было зарегистрировано в 2010-2011 гг. На этой странице указаны номера всех рейсов и ссылки для отслеживания их в реальном времени на радаре FlightRadar24.

Шифропанки» — читать онлайн бесплатно, автор Джулиан Ассанж

Джулиан Ассанж совместно с Джейкобом Аппельбаумом, Энди Мюллер-Магуном, Жереми Циммерманом


Шифропанки: свобода и будущее интернета

Интернет — это угроза всей человеческой цивилизации


Интернет — это угроза всей человеческой цивилизации.

Джулиан Ассанж

Интернет способствовал революциям по всему миру, однако в данный момент полным ходом идет подавление Сети. В эпоху, когда киберпространство осваивают целые сообщества, программы массовой слежки разворачиваются в масштабах планеты. Наша цивилизация стоит на развилке. Одна дорога ведет к будущему, в котором есть «приватность для слабых и прозрачность для сильных»; другая — к интернету, благодаря которому власть перейдет от народов к неподконтрольному никому комплексу спецслужб и их союзников — транснациональных корпораций.

Шифропанки — это активисты, пропагандирующие массовое использование сильной криптографии для защиты наших основных свобод от агрессоров. Джулиан Ассанж, главный редактор и вдохновитель проекта WikiLeaks, стал лидером шифропанковского движения в 1990-х. Сегодня Ассанж сводит вместе мятежных мыслителей и активистов с передового рубежа битвы за виртуальный мир, чтобы обсудить в своевременной и весьма важной новой книге, что именно сделает интернет со всеми нами: освободит или поработит.

Джулиан Ассанж — главный редактор проекта WikiLeaks, обладатель Новой премии СМИ организации «Международная амнистия» (2009), золотой медали Сиднейского фонда мира (2011), премии «Уокли» за журналистику (2011) и премии Марты Геллхорн (2011). Он был участником рассылки Cypherpunk и создал многочисленные программы, проникнутые философией шифропанка, включая криптографическую систему rubberhose и исходный код для WikiLeaks. Вместе со Сьюлетт Дрейфус он написал историю международного хакерского движения — книгу «Компьютерное подполье».

Что такое шифропанк?


Люди, называющие себя шифропанками, пропагандируют использование криптографии и других подобных методов, надеясь с их помощью добиться общественных и политических перемен[1]. Возникшее в начале 1990-х годов, это движение активнейшим образом участвовало в «криптовойнах» того времени и последовавшей «весне интернета» 2011 года.

Термин «шифропанк» ( англ. cypherpunk) — от слов «(криптографический) шифр» и «панк» — был добавлен в Оксфордский словарь английского языка в 2006 году[2].

Введение: призыв к криптографическому оружию


Эта книга — не манифест. Для манифестов сейчас не время. Эта книга — предостережение.

Наш мир не просто катится к транснациональной антиутопии — он мчится к ней на всех парах. Однако в полной мере данный факт осознают лишь круги, связанные с госбезопасностью. Обычные люди из-за секретности, сложности и масштаба идущих процессов этого не видят. Интернет — величайшее изобретение, которое могло даровать нам свободу, — ныне превращен в наиболее опасный проводник тоталитаризма в истории. Интернет — это угроза всей человеческой цивилизации.

Преобразование интернета случилось незаметно — люди, которые понимают, что именно происходит, сами трудятся над установлением глобального контроля и не заинтересованы в том, чтобы эта информация вышла наружу. Если траектория развития общества не изменится, наша цивилизация через два-три года превратится в постмодернистскую антиутопию, где слежка ведется за всеми и каждым в отдельности, и укрыться от нее не может никто, кроме наиболее опытных и информированных людей. Нельзя исключать, что эпоха глобального контроля уже настала.

О том, как интернет меняет нашу цивилизацию, писали многие мыслители, однако все они оказались неправы. Эти авторы ошиблись, потому что у них не было чувства перспективы — оно появляется только с накоплением непосредственного опыта. Они ошиблись, потому что никогда не сталкивались с врагом.

Всякое миропонимание гибнет при первом столкновении с врагом.

Мы увидели своих врагов.

За последние шесть лет проект WikiLeaks вступил в конфликт почти со всеми влиятельными державами планеты. Новая система слежки открылась нам изнутри — и мы сумели проникнуть в ее тайны. Она открылась нам с точки зрения участника сражения — мы должны были защищать своих людей, свои финансы, свои источники информации. Она открылась нам в глобальном разрезе — мы располагаем людьми, имуществом и информацией почти во всех странах. Она открылась нам во временно́м разрезе — мы боролись с данным феноменом много лет и видели, как контроль усиливается и распространяется, снова и снова. Это агрессивный паразит, который высасывает соки из общества, активно работающего с интернетом. Он захватывает всё новые территории, поражая любые страны, а прежде всего — людей.

Что нам нужно сделать?

Давным-давно в некоем месте, расположенном не здесь и не там, мы, создатели и граждане тогда еще молодого интернета, обсуждали будущее нашего нового мира.

Нам казалось, что он еще теснее свяжет человечество — и изменится сама природа государств, определяемых через способ обмена информацией, экономические ценности и военную мощь.

Нам казалось, что слияние существующих государственных структур и интернета создает предпосылки к изменению природы государства.

Для начала давайте вспомним, что государство — это система, через которую протекает принудительная сила: оно словно бы создает поле, размагничивающее источники свободы. Группировки внутри страны могут биться друг с другом за электорат, создавая видимость демократии, но фундамент любого государства — систематическое применение насилия (и противостояние ему). Землевладение, собственность, аренда, дивиденды, налогообложение, судебные штрафы, цензура, авторские права и торговые знаки — все это существует благодаря угрозе применения государственного насилия.

Бо́льшую часть времени мы не можем даже вообразить, сколь тонка грань, отделяющая нас от него, — и все мы идем на уступки, чтобы его избежать. Уподобляясь матросам, вдыхающим свежий бриз, мы редко задумываемся о том, что под поверхностью нашего мира кроется тьма, без которой его не было бы.

Что может стать проводником принудительной силы в новом пространстве интернета?

Имеет ли вообще смысл такой вопрос? Как в этом потустороннем пространстве, в царстве вроде бы платоновских идей и информационных потоков может возникнуть само понятие принудительной силы? Силы, способной видоизменять исторические записи, прослушивать телефоны, разделять людей, разрушать сложные структуры и возводить стены — то есть действовать, как армия оккупантов?

Платоновская природа интернета, его идей и информационных потоков окажется иллюзорной, если вспомнить о физической основе всего этого. Фундамент Сети — волоконно-оптические линии связи, проложенные в толще океана, спутники, летающие над нашими головами, компьютерные серверы, размещенные в зданиях различных городов, от Нью-Йорка до Найроби. Как солдат смог зарубить Архимеда простым мечом, так и вооруженные силы способны захватить контроль над главным достижением западной цивилизации и завоевать наше платоновское царство.

Новый мир интернета, отделившийся от старого мира неодушевленных атомов, жаждал независимости. Однако государства и их друзья решили поместить его под колпак, заполучив власть над его физическими носителями. Государство, подобно армии, охраняющей нефтяную скважину, или таможеннику, вымогающему взятки на границе, быстро научилось использовать контроль над физическим пространством для обретения абсолютного контроля над нашим платоновским пространством. Однажды государство разобьет наши мечты о независимости, а затем, усевшись на оптоволоконные кабели и наземные станции систем спутниковой связи, начнет массовый перехват информационных потоков нашего нового мира — самой его сути, успевшей стать основой любых личных, экономических и политических взаимоотношений. Государство вопьется в вены и артерии наших новых сообществ, поглотит любое проявление связей в виде информации или общения, каждый доступный для чтения сайт, любое отправленное письмо, всякую мысль, забитую в Google, после чего сохранит данные — миллиарды перехватов в день, дающих невообразимую власть, — в обширных сверхсекретных информационных хранилищах. Навечно. Государство станет разрабатывать эти копи, эту производную коллективного человеческого разума, используя все более замысловатые алгоритмы поиска и распознавания образов, пополняя свой рудник и все более увеличивая разрыв в правах и возможностях между теми, кто перехватывает информацию, и обществом, которое ее производит. А потом государство воплотит все, чему научилось, в реальном мире: оно станет развязывать войны, нацеливать беспилотные боевые машины, манипулировать комитетами ООН и торговыми соглашениями, а также оказывать услуги обширной сети скованных одной цепью бизнесменов, инсайдеров и коррупционеров.

Но мы нашли средство против государства. Это наша единственная надежда на противодействие тотальной власти. Надежда на то, что храбрость, вдохновение и солидарность помогут нам оказать сопротивление. Мы обнаружили странное свойство физической вселенной, в которой живем.

Вселенная верит в шифрование.

Зашифровать информацию легче, чем расшифровать.

Мы поняли, что сможем использовать это свойство, чтобы создать законы нового мира. Чтобы отделить наше новое платоновское царство от его физических носителей в виде спутников, подводных кабелей — и тех, кому они принадлежат. Укрыть наше пространство за криптографической завесой. Создать новые земли, закрытые для тех, кто контролирует физическую реальность, — ведь для того, чтобы следить за нами, им понадобятся бесконечные ресурсы.

Таким образом мы провозгласим независимость.

Ученые из Манхэттенского проекта поняли, что вселенная позволяет сконструировать атомную бомбу. Это умозаключение не было очевидным. Создание ядерного оружия вполне могло оказаться нереальным. Однако вселенная верит в атомные бомбы и ядерные реакторы. Она благословляет эти феномены так же, как соль, море или звезды.

А еще вселенная, наша физическая вселенная, обладает свойством, позволяющим индивиду или группе зашифровать информацию — надежно, автоматически, даже не сознавая того, — таким образом, что все ресурсы и вся политическая воля сильнейшей сверхдержавы на Земле не помогут ее расшифровать. Сеть соединяющих нас шифровальных каналов создаст области, свободные от принудительной силы внешнего государства. Свободные от массового перехвата. Свободные от контроля.

Так люди смогут противопоставить воле полностью мобилизованной сверхдержавы собственную волю — и победить. Шифрование — это воплощение физических законов, ему не страшны угрозы государств даже в условиях антиутопии с ее транснациональной слежкой за всеми и каждым.

Мир вовсе не обязан функционировать именно так. Однако по каким-то причинам вселенная благоволит шифрованию.

Криптография — это крайнее выражение ненасильственного прямого действия.

Государство, располагающее ядерным оружием, может подвергнуть неограниченному принуждению миллионы людей, однако даже в этом случае оно окажется не в состоянии сломить волю индивидов, желающих утаить от него свои секреты и использующих сильную криптографию.

Сильная криптография способна противостоять любому насилию. Нет такой формы принуждения, которая могла бы решить математическую задачу.

Но в силах ли мы превратить это странное свойство мира в краеугольный камень в фундаменте освобождения и независимости человечества в платоновском царстве интернета? И может ли случиться так, что по мере слияния социума и интернета эта свобода распространится и на физическую реальность, тем самым трансформировав само понятие государства?

Как мы понимаем, государства — это системы, которые решают, где и как последовательно применять принудительную силу.

На вопрос, может ли принудительная сила просочиться в интернет из физического мира, отвечают криптография и идеалы шифропанков.

По мере слияния государств с интернетом будущее нашей цивилизации становится будущим интернета, так что нам требуется пересмотреть соотношение сил.

Если мы этого не сделаем, глобальность интернета превратит само человечество в гигантскую сеть массовой слежки и контроля.

Мы должны дать сигнал тревоги. Эта книга — крик дозорного в ночи.

20 марта 2012 года, пребывая в Соединенном Королевстве под домашним арестом в ожидании экстрадиции, я встретился с тремя друзьями, такими же, как я, дозорными, в надежде на то, что, если мы заорем в один голос, наши крики пробудят город. Мы обязаны рассказать обо всем, что узнали, — пока у тебя, читатель, еще есть шанс разобраться в происходящем и сделать то, что ты должен сделать.

Пришло время взяться за оружие нашего нового мира, время сражаться за себя и за тех, кого мы любим.

Наша задача — укрепить свободу там, где мы можем это сделать, где не можем — замедлить наступление антиутопии и, наконец, ускорить ее саморазрушение, если нам не останется ничего другого.

Джулиан Ассанж, Лондон, октябрь 2012 года

Участники обсуждения


ДЖУЛИАН АССАНЖ — главный редактор и вдохновитель WikiLeaks[3]. Джулиан с самого начала был участником рассылки Cypherpunk («Шифропанк») и остается одним из самых видных представителей философии этого движения в мире. Его работа с проектом WikiLeaks наполнила традиционный лозунг шифропанков «приватность для слабых, прозрачность для сильных» политическим содержанием. Хотя Джулиана больше знают как активного борца за свободное волеизъявление, требующего, чтобы власть и ее институты были прозрачны и подотчетны народу, он также остро критикует вторжение государства и корпораций в частную сферу индивидуума. Джулиан — автор многочисленных проектов программного обеспечения с шифропанковской философией, среди которых — первый сканер портов TCP/IP strobe.c, файловая система отрицаемого шифрования rubberhose и оригинальный код для проекта WikiLeaks[4]. В юности Джулиан изучал безопасность ранних компьютерных сетей — в те времена различные виды хакинга еще не были уголовно наказуемым преступлением. В 1990-е Джулиан стал в Австралии общественным активистом и организовал там компанию — провайдер интернета, а также написал в соавторстве со Сьюлетт Дрейфус книгу «Компьютерное подполье» — историю международного хакерского движения. По ее мотивам был снят фильм «Подполье: история Джулиана Ассанжа»[5].

ДЖЕЙКОБ АППЕЛЬБАУМ — основатель Noisebridge, хакспейса[6]в Сан-Франциско, член компьютерного клуба Berlin Chaos и разработчик программного обеспечения[7]. Джейкоб пропагандирует и развивает проект Tor, онлайновую анонимную систему, которая позволяет противостоять слежке и обходить сетевую цензуру[8]. Последние десять лет Джейкоб помогает активистам, защищающим права человека и окружающую среду. В частности, он опубликовал результаты передовых исследований, касающихся безопасности, приватности и анонимности во многих областях — от компьютерной криминалистики до медицинского применения марихуаны. Джейкоб верит в то, что у каждого есть право на чтение без ограничений и право на свободу высказываний без исключений. В 2010 году, когда Джулиан Ассанж не смог произнести речь в Нью-Йорке, Джейкоб сделал это за него. С тех пор он, его друзья и родственники подвергаются агрессии со стороны правительства Соединенных Штатов, в том числе допросам в аэропортах, агрессивным обыскам с угрозами и намеками на неизбежное изнасилование в тюрьме и конфискации оборудования; на слежение за онлайн-сервисами Джейкоба выдаются секретные ордера. Впрочем, он ничуть не запуган этими мерами, он продолжает добиваться победы юридическими способами и остается ярым сторонником свободного волеизъявления, а также видным защитником WikiLeaks.

ЭНДИ МЮЛЛЕР-МАГУН давно состоит в немецком компьютерном клубе Chaos, он бывший член совета директоров и пресс-секретарь клуба[9]. Он является одним из основателей EDRi (European Digital Rights, Европейского движения за цифровые права), общественной организации, отстаивающей права человека в цифровую эпоху[10]. В 2000 году интернет-пользователи ЕС избрали Энди европейским директором ICANN (Internet Corporation for Assigned Names and Numbers, Интернет-корпорация доменных имен и адресов), организации, которая несет ответственность за международную политику в сфере доменных имен и IP-адресов[11]. Как специалист в области инфотехнологической и прочей слежки, Энди проводит журналистские расследования на сайте buggedplanet.info в Project Wiki[12]. Работая с криптографическими технологиями, он вместе с коллегами создал компанию Cryptophone, которая предлагает корпоративным клиентам защищенные от прослушивания системы голосовой коммуникации и проводит стратегические консультации в контексте сетевой архитектуры[13].

ЖЕРЕМИ ЦИММЕРМАН — один из основателей и представитель гражданской правозащитной группы La Quadrature du Net («Квадратура Сети»), наиболее известной европейской организации, отстаивающей права на онлайновую анонимность и распространяющей информацию о попытках регулирования Сети и ущемлении сетевых свобод[14]. Жереми создает инструменты, которые позволяют всем желающим включиться в публичные обсуждения и попытаться изменить порядок вещей. В основном он участвует в войнах за копирайт, спорах по поводу сетевой нейтральности и других проблемах регуляции, от решения которых зависит будущее свободного интернета. Не так давно группа La Quadrature du Net добилась исторического успеха в европейской политике, проведя кампанию против Международного соглашения по борьбе с контрафактной продукцией (ACTA) в Европейском парламенте. Вскоре после участия в обсуждении, которое легло в основу данной книги, Жереми, уезжавший из США, был задержан двумя офицерами ФБР и допрошен на тему WikiLeaks.

Примечание редактора


Для того чтобы книга о шифропанках стала более понятной рядовому читателю, каждый участник дискуссии получил возможность существенно расширить и прояснить свои аргументы, а также снабдить их сносками. Отредактированная рукопись в целом отражает динамику изначального разговора.

О попытках преследования проекта WikiLeaks и связанных с ним людей


Участники последующего обсуждения неоднократно ссылаются на недавние события из истории проекта WikiLeaks и его попытки опубликовать те или иные документы. Поскольку эти отсылки могут быть непонятны читателям, не знакомым с историей WikiLeaks, краткая информация о нем приведена ниже.

Миссия проекта WikiLeaks — получать инсайдерскую информацию, размещать ее в открытом доступе и в дальнейшем защищать от неизбежных юридических и политических атак. Влиятельные государства и организации постоянно пытаются запретить деятельность WikiLeaks, однако проект, публикующий то, что никто больше публиковать не станет, изначально обладает защитой от подобных нападений.

В 2010 году WikiLeaks осуществил самую известную на сегодня акцию, разоблачив злоупотребления дипломатической секретностью в армии и правительстве США. Эти публикации известны под названиями «Сопутствующее убийство», «Логи войны» и «Кабельгейт»[15]. В ответ правительство США и его союзники предприняли слаженную и длящуюся по сей день атаку с целью уничтожения WikiLeaks.

Большое жюри по WikiLeaks


Прямым следствием публикаций этого проекта стало инициированное властями США и начатое сразу несколькими учреждениями уголовное преследование Джулиана Ассанжа и работников WikiLeaks, а также его спонсоров и предполагаемых сообщников. Созванное в Александрии, штат Виргиния, Большое жюри должно было при поддержке ФБР и Министерства юстиции США решить, возможно ли выдвинуть против Джулиана Ассанжа и других ряд обвинений, в том числе и в сговоре согласно закону о шпионаже (Espionage Act) 1917 года. Американские чиновники заявили, что ситуация «не имеет прецедентов по масштабу и по сути». Большое жюри работает без судей и адвокатов. После того как расследование началось, члены Конгресса США предложили использовать закон о шпионаже в качестве средства для запугивания журналистов, «сознательно публикующих ставшую доступной вследствие утечки информацию», и сделать такой подход обычным для юридической системы США[16].

На момент выхода этой книги расследование деятельности WikiLeaks продолжается[17]. Некоторые люди были юридически принуждены к даче показаний. На судебных заседаниях по делу Брэдли Мэннинга, солдата, обвиненного в передаче информации WikiLeaks, выяснилось, что дело, в которое ФБР подшивает данные о расследовании WikiLeaks, насчитывает 42 100 страниц, из них около 8000 посвящены этому человеку. Брэдли Мэннинга держали в заключении без суда более 880 дней. Специальный докладчик ООН по пыткам Хуан Мендес официально заявил, что власти обращаются с Брэдли Мэннингом жестоко и бесчеловечно и подобное обращение может быть приравнено к пыткам[18].

Призывы к расправе над Джулианом Ассанжем и объявление о создании оперативной группы по WikiLeaks


Расследование Большого жюри — не единственное направление атаки на проект WikiLeaks. В декабре 2010 года после «Кабельгейта» различные американские политики стали призывать к внесудебной расправе над Джулианом Ассанжем, в том числе с помощью удара беспилотного летательного аппарата (дрона). Сенаторы США клеймили WikiLeaks как «террористическую организацию» и называли Ассанжа «хай-тек-террористом» и «агентом противника», участвующим в «кибервойне»[19].

Накануне «Кабельгейта» и публикации материалов, связанных с войной в Ираке, в Пентагоне была создана оперативная группа по WikiLeaks (WikiLeaks Task Force, она же WTF) численностью в 120 человек. Целью ей поставили «проведение операций» против данного проекта. Было публично объявлено о создании в ФБР, ЦРУ и Госдепартаменте США аналогичных оперативных групп — все они работают до сих пор[20].

Прямая цензура


В беспрецедентной попытке подвергнуть СМИ цензуре власти США стали давить на провайдеров, требуя от них отказаться от предоставления услуг сайту WikiLeaks.org. 1 декабря 2010 года Amazon удалил WikiLeaks из своей системы хранения данных, а 2 декабря служба DNS объявила, что домен WikiLeaks.org уничтожен. Однако после этого WikiLeaks не исчез благодаря эффекту «массового зеркалирования»: тысячи сторонников проекта копировали сайт и выкладывали в интернет свои версии, распространяя IP-адреса через социальные сети[21].

Администрация Обамы объявила федеральным служащим, что выложенные в рамках проекта WikiLeaks материалы остаются секретными — даже несмотря на то, что их опубликовали ведущие СМИ планеты, включая газеты New York Times и Guardian. Федеральных служащих известили о том, что чтение этих материалов на WikiLeaks. org или в New York Times будет приравнено к нарушению режима секретности[22]. Правительственные учреждения, такие как Библиотека Конгресса, Министерство торговли и армия США, заблокировали доступ к материалам WikiLeaks в своих сетях. Блокировка распространялась не только на государственный сектор. Чиновники из правительства США известили высшие учебные заведения, что студентам, которые надеются поступить на госслужбу, стоит воздержаться от использования в своих работах опубликованных WikiLeaks материалов и не читать их в интернете.

Финансовая цензура: банковская блокада


WikiLeaks существует на пожертвования поддерживающих его людей. В декабре 2010 года ключевые банковские и финансовые учреждения, включая VISA, MasterCard, PayPal и Bank of America, поддались неофициальному давлению США и начали отказывать WikiLeaks в предоставлении финансовых услуг. Они блокировали денежные переводы и пожертвования, сделанные через основные кредитные карты. Все эти учреждения зарегистрированы в Америке, однако их доля на мировом финансовом рынке столь велика, что в возможности переслать деньги WikiLeaks и тем самым поддержать его публикации было отказано как гражданам США, так и людям по всему миру.

«Банковская блокада», как назвали ее СМИ, осуществляется без судебных или административных постановлений и на момент публикации данной книги не прекращена. WikiLeaks подал иски в суды различных стран с целью прорвать блокаду и одержал несколько предварительных побед; судебные процессы продолжаются до сих пор. Вследствие блокады WikiLeaks не получает дохода, между тем расходы проекта возросли, и почти два года он использует резервные фонды.

Происходящее демонстрирует, что у властей есть возможность контролировать финансовые операции третьих лиц. Это прямое покушение на экономическую свободу человека. Более того, блокада, угрожающая существованию проекта WikiLeaks, являет собой пример новой, весьма опасной формы глобальной экономической цензуры[23].

У ряда людей, предположительно связанных с проектом WikiLeaks, возникли загадочные проблемы с банками — от ошибок в реквизитах до полного закрытия счетов.

Притеснение Джейкоба Аппельбаума и Жереми Циммермана


17 июля 2010 года Джулиан Ассанж должен был участвовать в конференции хакеров HOPE в Нью-Йорке. Он отменил выступление, и за него речь произнес Джейкоб Аппельбаум. После этого правоохранительные органы начали травлю Аппельбаума и его близких. Джейкоба часто задерживали, обыскивали, ему не давали связаться с адвокатом и допрашивали при пересечении границы всякий раз, когда он въезжал в Соединенные Штаты или выезжал из них. Его технику изымали, права нарушали, угрожая при этом еще бо́льшими проблемами. Аппельбаума задерживали и преследовали больше десятка правоохранительных учреждений США — от иммиграционной и таможенной полиции, подчиняющейся Министерству национальной безопасности, до сухопутных войск. Во время задержаний на Аппельбаума оказывали давление — вплоть до того, что не разрешали пользоваться туалетом. При этом ему не предъявляли никаких обвинений, представители властей так ни разу и не объяснили, по какой причине Джейкоба Аппельбаума подвергают травле[24].

В середине июня 2011 года Жереми Циммерман, собирающийся подняться на борт самолета в вашингтонском аэропорту «Даллес», был задержан двумя людьми, представившимися агентами ФБР. Они начали задавать вопросы, касающиеся WikiLeaks, угрожая при этом арестом и тюремным заключением.

Аппельбаум и Циммерман — лишь двое из длинного списка друзей, помощников и предполагаемых соратников Джулиана Ассанжа, которых травили и за которыми следили американские власти. В этот список также входят и юристы, и выполнявшие свои профессиональные обязанности журналисты.

Изъятие электронных записей без ордера и «дело о судебном ордере Twitter»


14 декабря 2010 года компания Twitter получила «ордер административного суда». Министерство юстиции США требовало от компании поделиться сведениями, которые могли иметь отношение к расследованию деятельности WikiLeaks. Бумага из суда представляла собой «ордер 2703 (d)» с отсылкой к закону о сохраненной информации (Stored Communications Act). Согласно ему, правительство США имеет право добиваться раскрытия записей приватных электронных разговоров без выданного судьей ордера на обыск. По сути, американские власти обходят четвертую поправку к конституции, защищающую граждан от несанкционированных обысков и изъятий.

Судебный ордер требовал выдать названия учетных записей, логи сообщений, адреса, телефоны, реквизиты банковских счетов и номера кредитных карт людей, предположительно связанных с WikiLeaks, включая Джейкоба Аппельбаума, исландского парламентария Биргитту Йонсдоттир, голландского бизнесмена и пионера интернета Ропа Гонгрейпа, а также всю информацию по аккаунту собственно WikiLeaks. Ордер запрещал компании сообщать кому-либо о полученных требованиях. Однако Twitter смог успешно оспорить этот запрет в суде и отвоевал право информировать заинтересованных лиц о том, что власти требуют выдачи их данных.

26 января 2011 года, получив от компании Twitter известие о судебном ордере, Аппельбаум, Йонсдоттир и Гонгрейп, чьи интересы представляли адвокатское бюро Keker and Van Nest, Американский союз защиты гражданских свобод и Фонд электронных рубежей, подали через представителей ходатайство об отмене ордера. Дело получило огласку как «дело о судебном ордере Twitter»[25]. Адвокат Аппельбаума предъявил также ходатайство с требованием обнародовать остающиеся засекреченными протоколы судебных заседаний, на которых власти пытались получить конфиденциальные данные Аппельбаума от Twitter и других компаний. 11 марта 2011 года мировой судья отклонил оба ходатайства. Истцы обжаловали это решение.

9 октября 2011 года газета Wall Street Journal сообщила, что калифорнийский провайдер электронной почты Sonic.net также получил ордер с требованием выдать сведения о Джейкобе Аппельбауме. Компания оспорила ордер в суде и проиграла, однако получила разрешение предать огласке тот факт, что ее вынудили раскрыть информацию об Аппельбауме. По сведениям Wall Street Journal, аналогичный ордер получила и компания Google, однако был ли он оспорен в суде, газета не сообщила[26].

10 ноября 2011 года федеральный судья отклонил иски Аппельбаума, Йонсдоттир и Гонгрейпа и обязал Twitter предоставить Министерству юстиции затребованные им сведения[27]. 20 января 2012 года истцы обжаловали решение судьи, оспорив отказ раскрыть информацию об ордерах, которые получили другие компании[28]. На момент выхода этой книги дело еще не было завершено.

Усиление коммуникации против усиления слежки


ДЖУЛИАН: В начале 1990-х, когда запрет криптографии на государственном уровне породил движение шифропанков, многие верили в могущество интернета, который должен был гарантировать всем нам свободную и неподцензурную — по сравнению с обычными СМИ — коммуникацию. Однако шифропанки всегда понимали, что у свободы Сети есть обратная сторона: возможность следить за любым обменом информацией во всей полноте. Сегодня усиленной коммуникации противопоставлена усиленная слежка. Под «усиленной коммуникацией» подразумевается наличие у вас дополнительных степеней свободы по сравнению с теми, кто пытается контролировать чужие идеи; усиление слежки означат обратное.

Сегодня слежка куда более заметна, нежели в те времена, когда поток информации просматривали только американцы, британцы, русские и власти некоторых других стран вроде Швейцарии и Франции. Теперь за Сетью внимательно наблюдают все, практически каждое государство, слежка приобрела массовый характер, она коммерциализируется. Сегодня она становится тотальной: люди рассказывают в интернете обо всех своих политических пристрастиях, о семейных и дружеских связях. Таким образом, усилилась не только слежка за общением людей, существовавшая и ранее, — расширилась сама коммуникация. Причем увеличился как ее объем, так и число типов коммуникации. Новые типы, ранее бывшие приватными, ныне перехватываются в массовом порядке.

Идет битва между силой сведений, собранных информаторами и теневыми структурами, которые постепенно образуются, расширяют связи друг с другом и с частным сектором, и возросшей мощью обычных людей и интернета, ставшего для человечества привычным средством связи.

Я хотел бы поговорить о том, как нам следует рассказывать о наших идеях. Передо мной стоит большая проблема: как человек, не понаслышке знакомый с государственной слежкой и понимающий, как далеко транснациональная индустрия безопасности зашла за последние двадцать лет, я слишком хорошо обо всем этом осведомлен и потому не могу посмотреть на ситуацию глазами обывателя. Однако теперь мой мир — мир всех и каждого: все мы выложили в интернет суть нашей жизни. Мы обязаны как-то рассказывать о том, что нам известно, пока мы можем это делать.

ЭНДИ: Я предлагаю посмотреть на ситуацию не с точки зрения обычного гражданина, а с точки зрения человека, облеченного властью. Не так давно я побывал в Вашингтоне на одной странной конференции и увидел парней с беджами немецкого посольства. Я подошел к ним и сказал: «Ух ты, вы из посольства Германии», — а они сказали: «Ну, не совсем из посольства, мы на деле из-под Мюнхена». Выяснилось, что они представляют внешнюю разведку, и на вечернем фуршете я у них поинтересовался: «Так в чем же суть секретности?» Они ответили так: «Главное — замедлить процессы, чтобы лучше их контролировать». В этом и заключается их агентурная работа: они замедляют процесс, чтобы люди не поняли, что происходит. Объявить что-то секретным — значит ограничить круг тех, кто обладает знаниями и может на это воздействовать. Если посмотреть на Глобальную сеть с точки зрения власть имущих, последние двадцать лет — страшные годы. Власти воспринимают интернет как болезнь, которая затрудняет их возможность влиять на происходящее и ограничивать знания людей и их способность воздействовать на реальные процессы. Взять хотя бы Саудовскую Аравию, где по какому-то историческому совпадению религиозные вожди и владельцы большей части страны — это одни и те же люди: их заинтересованность в переменах равна нулю. Где-то от нуля до минус пяти, может быть. Они воспринимают интернет как болезнь и спрашивают консультантов: «Есть у вас лекарство от этой штуки? Если интернетная зараза появится в нашей стране, нам нужен иммунитет». Ответ — тотальная слежка. Консультанты говорят: «Нам нужен полный контроль над этой штукой, нам нужны фильтры, нам необходимо знать обо всем, что делается в Сети». Вот что происходило в последние двадцать лет. Власти вкладывались в слежку как могли — они страшились, что интернет станет им помехой.

ДЖУЛИАН: И все-таки вопреки тотальной слежке миллионы людей благодаря массовой коммуникации могут быстро прийти к согласию. Если у нас получится очень быстро перейти из обычного состояния в новое состояние согласия масс, государству, даже способному наблюдать за процессом, не хватит времени, чтобы дать эффективный ответ.

С другой стороны, вспомним о том, что в 2008 году в Каире прошла акция протеста, организованная через Facebook. Она застала правительство Мубарака врасплох, и в итоге протестующих выследили через тот же Facebook[29]. В 2011 году в «руководстве революционера», одном из важнейших документов тех египетских событий, самая первая страница призывала «не использовать Twitter или Facebook», чтобы распространять это руководство — и на последней странице стояло то же самое предостережение[30]. Тем не менее множество египтян использовали и Twitter, и Facebook. Эти люди выжили лишь потому, что революция получилась успешной. Если бы она провалилась, все они оказались бы в очень, очень тяжелом положении. Не стоит забывать и о том, что президент Мубарак уже на ранней стадии отрезал Египет от Сети. Помогло революции отключение интернета или навредило — это еще вопрос. Некоторые считают, что помогло — люди стали выходить на улицу, чтобы узнать новости, а когда ты на улице — ты на улице. Когда перестают работать мобильник и интернет, поневоле заволнуешься.

Революция должна быть успешной, ей нужна критическая масса участников, она должна случиться стремительно и победить — в противном случае инфраструктуру, позволившую людям быстро прийти к согласию, используют, чтобы выследить и изолировать тех, кто все это организовал.

Так обстояли дела в Египте, а Египет — да, союзник США, но не часть англоязычного разведывательного альянса, куда входят США, Великобритания, Австралия, Новая Зеландия и Канада. Давайте представим себе, что египетская революция начинается в Америке. Что произошло бы с сетями Facebook и Twitter? Государство взяло бы их под контроль. И если бы революция потерпела поражение, ЦРУ и ФБР стали бы извлекать из социальных сетей сведения о главных зачинщиках, как это происходит сейчас.

ЖЕРЕМИ: Слежку трудно отделить от контроля. Нам нужно говорить и про слежку, и про контроль. Это больше моя тема — контроль над интернетом со стороны правительств или корпораций.

ДЖЕЙКОБ: Думаю, не надо объяснять, что цензура — побочный продукт любой слежки вообще, будь то самоцензура или настоящая техническая цензура, и мне кажется, именно это важно донести до обычных людей, не углубляясь в технические дебри. Скажем, если б мы прокладывали дороги так, как строим интернет, на каждой стояли бы камеры слежения и микрофоны, доступ к которым имела бы только полиция — или люди, успешно притворяющиеся полицией.

ДЖУЛИАН: Джейк, в Великобритании дела так и обстоят.

ДЖЕЙКОБ: Когда компания строит дорогу, от нее не требуют оснастить каждый квадратный сантиметр высококлассными приборами слежения, передающими данные некоему тайному обществу. Если обычным людям объяснить, что именно так мы строим дороги в интернете и потом призываем ими пользоваться, люди поймут аналогию и осознают: контролировать дорогу не всегда будут те, кто ее создавал.

ЭНДИ: А кое-кто и дорог-то не строит. Он разбивает в интернете сад и предлагает всем раздеться. Да, я про Facebook! Бизнес, который приносит людям радость, раскрывая сведения о них всем подряд.

ДЖЕЙКОБ: Именно. В ГДР информаторов вознаграждали за то, что они работали на Штази — орган госбезопасности, — и точно так же их теперь вознаграждают за наличие аккаунта в Facebook. Только Facebook платит не деньгами, а социальным кредитом — соцсеть позволяет тебе переспать с соседом. Тут важно говорить именно о человеческом аспекте, потому что дело не в технике как таковой, а в контроле посредством слежки. Местами это совершеннейший паноптикон[31].

ДЖУЛИАН: Меня занимает философия технологии. Под технологией я понимаю не какой-то прибор, а, скажем, согласие большинства в правлении или структуру парламента — то есть системное взаимодействие. Например, я полагаю, что феодальные системы породила мельничная технология. Как только благодаря громадным инвестициям мельницы оказываются централизованы, их чисто физически становится легко контролировать — и естественным образом появляются феодальные отношения. В ходе истории мы, видимо, учились создавать все более сложные технологии. Некоторые из них совместимы с демократией, и доступ к ним может быть обеспечен всем и каждому. Но бо́льшая часть технологий из-за своей сложности порождает в итоге весьма сплоченные организации вроде корпорации Intel. Не исключено, что любая технология по своей природе проходит через периоды открытия, централизации и демократизации, когда знание о ней передается следующему, более образованному поколению. Но мне сдается, что основное свойство технологии — это сосредоточение контроля над ней в руках тех, кому принадлежат необходимые данной технологии физические ресурсы.

Показательный пример тут — производство полупроводников. Для него нужен абсолютно чистый воздух, нужен завод, на котором тысячи работников обязаны носить специальные головные уборы, чтобы ни один кусочек кожи, ни один волосок не помешали многошаговому и чрезвычайно сложному процессу. Компания, создающая полупроводники, обладает миллионами часов научных наработок. Если это популярный продукт — а полупроводники именно таковы, на них держится весь интернет, — значит, освобождение интернета завязано на производство полупроводников. Оно же, в свою очередь, зависит от способности тех, кто физически контролирует завод, находить дешевое сырье.

Следовательно, основа революции высокотехнологичных коммуникаций — и основа свободы, которой мы благодаря этим коммуникациям способны обладать, — неолиберальная, транснациональная, глобализированная рыночная экономика современности. На деле интернет — верхушка айсберга. Высота, которую, если мы говорим о достижениях технологии, современная экономика может взять. Интернет зиждется на очень сложных торговых связях между производителями оптоволоконного кабеля, производителями полупроводников, горнодобывающими компаниями, которые извлекают из-под земли сырье, а также здесь не обойтись без финансовой смазки, которая делает возможной торговлю, без судов, стоящих на страже законов о частной собственности, и т. д. В реальности интернет — это вершина пирамиды всей неолиберальной системы.

ЭНДИ: Что касается технологии, после того как Иоганн Гутенберг изобрел печатный станок, его время от времени запрещали в разных частях Германии, именно потому книгопечатание и распространялось: его запрещали в одной местности, оно перемещалось в другую юрисдикцию[32]. Я не изучал эту историю в деталях, но знаю, что печатников преследовала католическая церковь, поскольку те нарушали ее монополию на изготовление книг, и когда у них появлялись проблемы с законом, они переезжали туда, где книгопечатание было разрешено. Запрет по-своему помогал распространять печатные станки. С Сетью, думаю, все происходило чуть по-другому. У нас появились машины, которые можно было применять как средство производства, — даже Commodore 64, хотя большинство использовало его для других целей.

ДЖУЛИАН: На каждом маленьком компьютере можно запускать собственное программное обеспечение.

ЭНДИ: Именно. А еще при помощи компьютера можно распространять идеи. Но, с другой стороны — и это философский аргумент, — в начале 1990-х, когда интернет вышел на глобальный уровень, один из основателей базирующегося в США Фонда электронных рубежей Джон Гилмор заметил: «Сеть интерпретирует цензуру как нечто вредное и обходит ее стороной»[33]. Как мы знаем сегодня, это была техническая трактовка пополам с оптимистическим взглядом на перспективы интернета, своего рода попытка принять желаемое за действительное — и одновременно самоисполняющееся пророчество.

ДЖУЛИАН: Но это было верно для Юзнета, который появился около тридцати лет назад и представляет собой, если угодно, множество связанных друг с другом электронных почтовых ящиков. Чтобы понять, что такое Юзнет, вообразите, что нет разницы между людьми и серверами и у каждого есть свой юзнетовский сервер. Вы пишете что-то и передаете файл одному или двум людям. Те (автоматически) проверяют, не получали ли они ваше послание раньше. Если нет, они принимают его и рассылают всем, с кем у них есть связь, и т. д. В результате послание дойдет до каждого, и у всех будет по копии. Если некто начнет подвергать файлы цензуре, его попросту проигнорируют, на Юзнет это не повлияет. Послание дойдет до всех, кто не является цензором. Гилмор говорил о Юзнете, а не об интернете. И он не имел в виду сайты.

ЭНДИ: Это технически верное замечание, но интерпретация слов Гилмора и их долгосрочное воздействие породили людей, которые осознавали себя как интернет. Они говорили: «Ладно, цензура есть, но мы ее обойдем», — а политик, не разбиравшийся в технологии, думал: «Черт, эта новая штука ограничивает наш контроль над информационной сферой». Я думаю, Гилмор, один из провидцев шифропанка, сделал великое дело: он вдохновил криптоанархистский взгляд на мир, когда у тебя есть своя версия анонимной коммуникации и ты не боишься, что за тобой будут следить.

ЖЕРЕМИ: По-моему, различные технологии распространяются по-разному — чтобы понять, как работает мельница или печатный станок, надо их увидеть, а сейчас мы все чаще встраиваем систему контроля в саму технологию. Контроль — это часть технологии. В большинстве случаев мы не можем даже открыть современный компьютер, чтобы узнать, из каких компонентов он состоит. И все компоненты спрятаны в маленькие футляры, так что мы не в состоянии понять, что именно они делают.

ЭНДИ: Из-за их сложности?

ЖЕРЕМИ: Из-за сложности и еще потому, что создатели технологии не хотят, чтобы кто-то разобрался в том, как она работает. Ведь речь идет об оригинальной технологии[34]. Кори Доктороу описал это в статье «Будущая гражданская война за компьютеры общего назначения»[35]. Если компьютер универсален, вы можете делать с ним что захотите. Обрабатывать любую информацию на входе, превращать ее во что угодно на выходе. И мы создаем все больше и больше устройств, являющихся компьютерами общего назначения, но работают они только как GPS-навигаторы, или как телефоны, или как MP3-плееры. Мы создаем все больше устройств со встроенной системой контроля, которая запрещает пользователю делать какие-то вещи.

ДЖУЛИАН: Встроенный контроль не позволяет понять, как работает устройство, и переделать его, чтобы оно работало не так, как задумано производителем, а когда устройство подключено к Сети, все становится еще хуже.

ЖЕРЕМИ: Именно, потому что одной из его функций может быть слежка за пользователем и его данными. Вот почему в свободном обществе такое значение имеет свободное ПО.

ЭНДИ: Я абсолютно согласен с тем, что нам нужны машины общего назначения. Но сегодня утром, когда я пытался вылететь сюда из Берлина, лайнер не смог подняться — я столкнулся с таким впервые. Самолет отъехал в сторону, и командир экипажа сказал: «Дамы и господа, наши электрические системы отказали, так что мы решили остановить самолет и перезапустить системы». Я сидел и думал: «Черт, звучит как перезагрузка Windows: клавиши Control + Alt + Delete — вдруг заработает!» И я не слишком огорчился бы, если бы на самолете установили узкоспециальное устройство, которое управляет только самолетом — и делает это очень хорошо. Когда я лечу в самолете, я не хочу, чтобы пилотов отвлек «Тетрис», или вирус Stuxnet, или что-то еще[36].

ЖЕРЕМИ: Самолет сам по себе не обрабатывает твои личные данные, он не контролирует твою жизнь.

ЭНДИ: Ну, когда самолет летит, он очень даже контролирует мою жизнь.

ДЖЕЙКОБ: Довод Кори, я думаю, можно обобщить так: у нас больше нет машин, самолетов, слуховых аппаратов — у нас есть компьютеры на четырех колесах, компьютеры с крыльями и компьютеры, которые усиливают слух. И вопрос не в том, узкоспециальные они или нет, вопрос звучит по-другому: можем ли мы проверить, делают они именно то, что, как утверждается, они должны делать, или нет, и можем ли мы понять, насколько хорошо они функционируют? Люди сплошь и рядом пытаются доказать, что у них есть право упрятать информацию под замок и держать ее в секрете, поэтому они либо усложняют компьютеры, либо ставят юридические препоны, не позволяющие понять, как машины устроены. Тут есть опасность для общества, потому что, как нам известно, люди не всегда действуют в интересах общества, и мы также знаем, что люди ошибаются — не злонамеренно, — так что убирать информацию под замок очень опасно по ряду причин, в том числе и потому, что никто из нас не идеален. Это факт. Возможность получить доступ к чертежам системы, от которой зависит наша жизнь, — одна из причин, из-за чего такое значение имеет свободное ПО, но потому же нас должно волновать и аппаратное обеспечение, «железо». Оно позволяет делать надежные инвестиции, улучшать используемые системы и проверять, работают ли эти системы так, как должны. Безотносительно свободы: устройство этих систем важно знать еще и потому, что если оно нам не известно, то мы склонны полагаться на власть — на тех, кто либо понимает, как системы работают, либо может их контролировать, даже если незнаком с принципами их функционирования. Вот почему сейчас столько говорят про кибервойну: люди, которые вроде как отвечают за войны, заговорили о технологии так, будто понимают, как она работает. Они часто рассуждают о кибернетической войне, и никто из них — вообще никто — не рассуждает о кибернетическом укреплении мира или о миротворчестве. Они вечно говорят о войне — это их бизнес, и они пытаются взять под контроль технологию и законодательство, чтобы добиться своих целей. Если мы не будем контролировать нашу технологию, эти люди захотят использовать ее в собственных интересах, в частности для ведения войн. Так могут появиться на свет всякие страшные штуки — думаю, именно так был создан червь Stuxnet. С другой стороны, пока Америка воюет, разумные люди говорят, что контроль над технологией способен предотвратить войну. Может, это и хороший довод для государства, которое не атакует постоянно другие страны, но вряд ли он применим к стране, вовлеченной одновременно в несколько военных операций.

Милитаризация киберпространства


ДЖУЛИАН: Я наблюдаю сейчас за милитаризацией киберпространства — точнее, за его оккупацией. Когда вы общаетесь с кем-то через интернет или по сотовой связи, которая сегодня срослась с интернетом, вашу коммуникацию перехватывает военная разведка. Это все равно что жить с танком в спальне. Когда вы шлете SMS жене, между вами стоит солдат. Если говорить о коммуникации, мы все живем по законам военного времени, просто танков не видим — но они есть. До такой степени Сеть, которая должна была стать гражданским пространством, превратилась в пространство милитаризованное. Но интернет — это наш космос, все мы используем его для общения друг с другом и с членами наших семей. Коммуникация, составляющая ядро частной жизни, перешла в интернет. Так что на деле наша частная жизнь попала в военную зону. Как если бы солдат притаился под нашей кроватью. Милитаризуется уже сама гражданская жизнь.

ДЖЕЙКОБ: Не так давно мне пришло приглашение из исследовательской лаборатории безопасности и секретности Вашингтонского университета с просьбой потренировать команды этой лаборатории — она хотела принять участие в соревнованиях по киберзащите студентов Тихоокеанского региона. В последний момент меня попросили их консультировать. Мы много тренировались, чтобы поучаствовать в кибервойне, в которой SPAWAR, гражданская организация в составе ВМС США — она проводит пентесты, занимается агрессивным и оборонительным хакингом, — играла роль «красной команды»[37]. Она атакует всех прочих игроков, и задача твоей команды — защитить компьютерную систему, которую тебе дают в начале игры, причем ты заранее ничего об этой системе не знаешь. Ты понятия не имеешь, какую систему тебе придется защищать, вначале не ясно даже, как начисляются очки, и тебе остается только лезть вон из кожи и надеяться на победу.

ДЖУЛИАН: Ты уверен, что вы действительно играли? Может, это была совсем не игра!

ДЖЕЙКОБ: Нет, тебе дают несколько компьютеров — и ты должен их защищать, а «красная команда» ломает твою защиту и перехватывает контроль над системой. Что-то вроде детской версии «Захвата флага» на настоящей хакерской конференции. Очень любопытное соревнование — у этих парней полно «отмычек», и они сами пишут свои программы[38].

ДЖУЛИАН: И какой в этом смысл — с точки зрения ВМС США?

ДЖЕЙКОБ: В данном случае они спонсируют игру, потому что хотят найти потенциальных киберсолдат. Я принес тебе блокнот с логотипом ЦРУ — эта организация занималась на игре вербовкой. Там присутствовал парень по имени Чарли — Чарли из ЦРУ, — он объяснял, что, если ты хочешь устроиться в ЦРУ, это отличная возможность найти работу в реальном мире. Там были представители SPAWAR и Microsoft, они тоже вербовали людей. Идея в том, чтобы натаскать всех игроков, все команды, лучшие из них сразятся на чемпионате страны и «защитят государство» — и в качестве киберсолдат смогут потом иметь дело не только с киберобороной, но и с кибератаками. Мы набрали на игре что-то около 4000 баллов, в сумме столько же, сколько второе, третье и четвертое места. На деле мы сыграли лучше их всех, вместе взятых.

ДЖУЛИАН: Ну да, ну да…

ДЖЕЙКОБ: Я тут ни при чем — не думаю, что я такой уж хороший тренер, мой лозунг звучал: «Темнее всего перед тем, как приходит полная тьма», — просто ребята были настоящие гении. Игра получилась любопытная, насквозь военная. Допустим, тебе говорят: «Эй, мы хотим услышать ваш боевой клич!» А ты такой: «Простите, что?..» Нас об этом спросили на обеде, в перерыве между сражениями. На игре только и говорили, что об атакующих системах, о войне, кибервойне, величии военного образа мысли. И вот что интересно: если не считать команду, с которой я работал, в игре участвовало множество людей, что сражались, но не по «Искусству войны», а скорее как на турнире «Кубок сисадмина», обороняя свои системы любыми средствами, и это было омерзительно[39]. Я с ужасом смотрел на людей с военным опытом, которые думали по-военному, но не обучали свои команды стратегии, а громогласно призывали их защищать системы — или же атаковать системы, — и для них это было самое настоящее поле боя, они сочились патриотическим пафосом. Они не пытались развивать творческий подход или поощрить независимый анализ — нет, они требовали от других работать, подобно винтикам, и исполнять приказы во имя народного блага. Я такого никогда раньше не видел. Меня от них тошнило, и почти все мои ребята с трудом переваривали таких людей, они не могли воспринимать их всерьез.

ДЖУЛИАН: Как ты думаешь, может быть, это стандарт для учений ВМС США, который теперь пытаются применить в других областях? Стандарт, установленный решением — международным стратегическим решением — киберкомандования Соединенных Штатов?

ЭНДИ: Похоже на детские тренировочные лагеря нацистов.

ДЖЕЙКОБ: Sie können das sagen weil du bist Deutsche[40]. Нет, не похоже. ВМС участвует в этой игре постольку, поскольку ее финансирует правительство США. Им нужен был тренер, они нашли меня, и я согласился — мне понравилась моя команда, студенты последнего курса. На деле происходит вот что: власти США убеждают людей биться за родину — и пытаются внушить им патриотические чувства. Это была чрезвычайно странная игра: с одной стороны, неплохо знать, как обезопасить систему, и понимать, как работает инфраструктура, от которой зависят наши жизни; с другой — власти не пытались убедить участников во всем этом разобраться, они хотели пробудить в них патриотический пыл, чтобы люди, выполняя подобную работу, были счастливы.

ЭНДИ: Как ни жаль, заинтересованность Соединенных Штатов в безопасности систем очень ограниченна — им нужны уязвимые системы, чтобы можно было захватить над ними контроль. Сегодня криптозащита контролируется не так жестко, как предлагали США около 1998 года, когда отвечавший за международную коммерцию замминистра торговли Дэвид Аарон ездил по миру и ратовал за то, чтобы дать правительству доступ к зашифрованным паролям любого пользователя[41]. Однако криптография все равно считается так называемой технологией двойного применения, и во многих странах ее экспорт в качестве продукта для конечного потребителя ограничен законом, а на мировом уровне данный вопрос регулируют Вассенарские соглашения[42]. В контексте объявления каких-то стран и их действий «злом» это, может, и верное решение, но налицо двойные стандарты — скажем, экспорт технологии телекоммуникационной слежки ограничен в куда меньшей степени[43].

ДЖУЛИАН: Энди, ты много лет работал над созданием криптографических телефонов. О каких видах массовой слежки можно говорить применительно к средствам связи? Каков последний технологический тренд в области «оптовой» слежки и правительственной разведывательной индустрии?

ЭНДИ: Массовое накопление информации. Иначе говоря, власти сохраняют всю телекоммуникацию, все голосовые звонки, весь инфопоток сообщений, любые групповые рассылки SMS, а также данные по интернет-соединениям, в ряде ситуаций ограниченные по крайней мере электронными письмами. Если сравнить военный бюджет с расходами на кибервойну, окажется, что обычное вооружение стоит кучу денег, так что киберсолдаты или массовая слежка чрезвычайно дешевы по сравнению, скажем, с одним самолетом. Один-единственный истребитель стоит…

ДЖУЛИАН: Около ста миллионов.

ЭНДИ: А хранение информации дешевеет с каждым днем. Компьютерный клуб Chaos подсчитал, что хранение с приличным качеством звука всех телефонных разговоров по Германии за год обойдется примерно в 30 миллионов евро, включая административные расходы, а само по себе хранение стоит около 8 миллионов[44].

ДЖУЛИАН: Есть еще компании вроде южноафриканской VASTech, продающие подобные услуги за 10 миллионов в год[45]. «Мы перехватим все ваши звонки и сохраним их для вас». За последние два года подход изменился: раньше перехватывался весь инфопоток из одной страны в другую, потом власть выбирала конкретных индивидов, за которыми хотела следить, и прослушивала их коммуникацию, а теперь перехватывается и сохраняется вообще все — и навечно.

ЭНДИ: Если говорить в общих чертах, ситуация развивалась следующим образом. Раньше гражданина прослушивали, если он занимал дипломатический пост, работал в какой-то компании, подозревался в чем-то или контактировал с людьми, которые делали что-то не то, — и тогда за человеком начинали следить. Сегодня считается, что эффективнее поступать так: «Мы сначала сохраним всю информацию, а потом ее рассортируем». Власти сохраняют инфопоток на долгосрочную перспективу, и деятельность всей индустрии можно разделить на «тактический» и «стратегический» подходы. Тактический сводится вот к чему: «Прямо сейчас, во время собрания, нужно нашпиговать помещение “жучками”, заслать внутрь агента с микрофоном, в начиненной электроникой одежде, развернуть из автомобиля системы слежения GSM (Global System for Mobile communications, Глобальная система мобильной коммуникации), чтобы перехватывать разговоры сразу, не обращаясь к оператору сотовой связи, не получая полицейский ордер на обыск или другие бумажки, без каких-либо юридических процедур». Стратегический подход подразумевает, что мы делаем все то же самое по умолчанию, записываем все подряд и позднее сортируем материалы при помощи аналитических систем.

ДЖУЛИАН: То есть стратегический перехват — это сохранение всего того, что передает спутник связи, и того, что идет по оптоволоконному кабелю.

ЭНДИ: Да, потому что никогда не знаешь, кого и в чем будешь подозревать.

ДЖЕЙКОБ: В Соединенных Штатах рассматривалось дело Агентства национальной безопасности (АНБ) и компании AT&T — второе дело, «Хептинг против AT&T». В Фолсоме, штат Калифорния, Марк Клейн, бывший технический работник телекоммуникационного гиганта AT&T, сообщил, что АНБ сохраняло всю информацию, которую могло получить от AT&T. Они забирали ее оптом — сетевое общение и телефонные звонки, — а значит, всякий раз, когда я звонил по телефону или подключался к Сети в Сан-Франциско в период, о котором говорил Марк Клейн, АНБ получало всю информацию. Оно действовало на территории США против американских граждан[46]. Я более чем уверен в том, что АНБ использовало перехваченную информацию в расследованиях, которые власти проводили, чтобы доказать вину тех или иных людей, и здесь есть множество интересных нюансов, связанных с конституционными правами, — ведь хранить эту информацию они собираются вечно.

ЖЕРЕМИ: Еще есть пример системы Eagle, которую французская компания Amesys продала ливийскому диктатору Каддафи, и в коммерческом договоре значилось: «Механизм перехвата информации в масштабах страны». По сути это была большая коробка: устанавливаешь ее где-либо — и прослушиваешь разговоры всех своих подданных[47].

ДЖУЛИАН: Десять лет назад тотальная слежка казалась фантастикой, в нее верили только параноики, но сегодня стоимость массового перехвата снизилась до того, что даже страны вроде Ливии со сравнительно небольшими ресурсами могут позволить себе приобретать французскую технологию. Большинство стран мира уже перехватывают все инфопотоки. Следующий прорыв случится, когда власть научится понимать перехваченную и сохраненную информацию и эффективно на нее реагировать. Сегодня во многих странах идет стратегический перехват всего инфопотока внутри государства, а также инфопотока из страны вовне, но что касается последующих действий — автоматической блокировки банковского счета и развертывания полицейской операции, обособления каких-то одних групп и освобождения от ответственности других, — до этого еще не дошло. Siemens продает платформу для разведки с автоматическим реагированием. То есть когда цель А появляется в стольких-то метрах от цели Б — а это можно определить по перехваченным данным сотовых телефонов — и цель А получает электронное письмо с неким ключевым словом, производится такое-то действие. Вот что нас ждет.

Борьба с тотальной слежкой по законам человеческим


ЖЕРЕМИ: Факт, что сегодня технология позволяет полностью отслеживать всяческую коммуникацию. Но у данной монеты есть и другая сторона, а именно — что мы можем сделать с этим. Надо признать, что упомянутая тобой тактическая слежка в ряде случаев применяется вполне законно: следователям, которые занимаются плохими парнями, сообществами плохих парней и т. д., использование таких средств может быть при необходимости разрешено под надзором суда. Вопрос в том, где проходит граница между судебным надзором и контролем граждан над применением подобных технологий. Это политический вопрос. Когда возникают такие вопросы, политиков, которые не понимают, о каких технологиях идет речь, просят всего лишь подписать бумагу. Я думаю, что мы, граждане, должны не просто объяснять — в том числе политикам, — как это вообще функционирует, но и вступать в политические дебаты по вопросам использования таких технологий. Я знаю, что в Германии возникло массовое движение против сохранения обобщенной информации, в результате чего конституционный суд отменил соответствующий закон[48]. В ЕС продолжают спорить о пересмотре Директивы о сохранении информации[49].

ЭНДИ: Ты говоришь о теории демократического государства, которому, конечно, нужно выявлять тут и там плохих парней и прослушивать их телефонные разговоры на основании судебного решения — плюс вести надзор за тем, чтобы прослушка осуществлялась по правилам. Беда в том, что власти должны исполнять законы. Если власти этого не делают, зачем они вообще нужны? Особенно необходимо исполнять законы в части стратегического подхода. А демократические страны Европы оптом закупают аппаратуру, которая позволяет им перехватывать инфопоток, действуя за рамками закона. Судебное решение им не нужно, они просто включают машину и прослушивают тебя — и такую технологию никак не проконтролируешь.

ДЖУЛИАН: Правильно ли будет сказать, что с массовой государственной слежкой можно бороться двумя способами: по законам физики и по человеческим законам? Первый способ — создавать устройства, которые предотвращают перехват. Второй — ввести демократический контроль, то есть принимать законы, запрещающие прослушку без ордера и т. д., и пытаться регулировать слежку на практике. Однако стратегический перехват так просто не одолеешь, его невозможно целенаправленно ограничить законами. Стратегический перехват означает, что вся информация сохраняется вне зависимости от того, виновен человек или нет. Мы должны помнить, что такая слежка ведется именно сильными мира сего. Политики никогда не пойдут на разоблачение государственной слежки. Между тем технология сама по себе столь сложна, а ее использование столь засекречено, что никакой демократический надзор тут не поможет.

ЭНДИ: Еще можно следить за собственным парламентом.

ДЖУЛИАН: При этом всегда можно оправдать слежку — сославшись на мафию, на иностранную разведку, — чтобы народ согласился с созданием такой системы.

ДЖЕЙКОБ: Четыре всадника Инфокалипсиса: детская порнография, терроризм, отмывание денег и война с некоторыми наркотиками.

ДЖУЛИАН: И если такая сложная и секретная на уровне проекта система уже создана, разве возможно контролировать ее политическими средствами? Я думаю, если убрать за скобки очень маленькие страны вроде Исландии, законы и политики не в состоянии взять массовый перехват под контроль — разве что в государстве произойдет революция. Законы тут бессильны. Слишком дешево и просто обойти политиков и следить за людьми без их ведома. В 2008 году шведский парламент принял закон о перехвате информации, так называемый FRA-lagen, по которому шведская разведка, занимающаяся криптоанализом, или FRA, может законно перехватывать любую информацию в любом количестве внутри страны и переправлять ее в Соединенные Штаты — с некоторыми оговорками[50]. Но если уж созданы система перехвата и организация, секретно шпионящая за людьми, о каких оговорках может идти речь? Выполнить требования закона нереально. И действительно, появились судебные дела, доказывающие, что FRA не раз нарушала закон. Многие страны следят за гражданами вообще без всяких законов. И это очень крупное везение, если, как в Швеции, власти решают защитить от преследования самих себя и меняют законодательство. Это, кстати, типичная реакция — когда речь идет о массовой слежке, закон принимается лишь для того, чтобы прикрыть задницу самих следящих. Что касается технологии, она очень сложна; например, когда в Австралии и Великобритании обсуждался закон, который позволил бы перехватывать все метаданные, большинство не понимало, чем именно они ценны и что вообще значит само это слово[51]. Перехват метаданных подразумевает создание системы, которая физически перехватывает всю информацию и потом отбрасывает все, кроме метаданных. Но такой системе нельзя доверять. Понять, что именно она перехватывает и сохраняет, можно одним способом — привлекая очень опытных инженеров, которые обладают правом войти в систему и посмотреть, что именно она делает, а политики не склонны давать кому-то такое право. Проблема становится все менее разрешимой, потому что сложность и секретность — это гремучая смесь. Система непрозрачна из-за сложности. И непрозрачна из-за секретности. В нее встроена бесконтрольность. Таково свойство системы. Она опасна по определению.

ЖЕРЕМИ: Я не говорю, что политический подход работает. Я говорю о том, как в теории функционирует демократическое государство — и действительно, даже внутри такого теоретического государства имеются спецслужбы, которым позволено то, что запрещено обычным полицейским и следователям. И даже если мы должным образом ограничим законами обычных следователей, те, кто использует технологии слежки, никуда не исчезнут. На самом деле вопрос заключается вот в чем: должны ли мы, вместо того чтобы контролировать использование технологий, взять под контроль торговлю и владение ими?

ДЖУЛИАН: Речь идет об аппаратуре для массовой слежки, которая перехватывает инфопотоки половины страны или города.

ЖЕРЕМИ: Именно. Это как с ядерным оружием: вы не можете просто взять и продать ракету, и хотя некоторые страны желают создать свое ядерное оружие, у них возникают проблемы. Когда мы говорим о системах вооружения, регулирование идет на уровне технологии, а не ее использования. Я думаю, дискутировать надо о том, должны ли технологии массовой слежки расцениваться как военные.

ДЖЕЙКОБ: Да и нет. Когда это оружие — а в странах вроде Сирии или Ливии оборудование для слежки превращается в оружие, — его применяют специфически, чтобы выявить политических оппонентов. Французская компания Amesys прослушивала британцев, используя технику, применять которую законы Франции запрещают, и успешно продавала свои услуги[52].

ЭНДИ: Во Франции они на такое не пошли бы, да?

ДЖЕЙКОБ: Ну, Amesys поймали за руку, когда The Spy Files опубликовали ее внутренние документы[53]. Рассуждая о данной технологии как об оружии, мы должны помнить, что это не грузовик. Тот, кто продает ее какой-то стране, предоставляет ей грузовик, механика и команду снайперов, которые ездят в кузове, выбирают людей по какому-то признаку и убивают их.

ДЖУЛИАН: Скорее это целая армия грузовиков.

ЭНДИ: Любопытно, как регулируется использование криптографии. Есть Вассенарские соглашения, они применяются на международном уровне — то есть вы не можете экспортировать шифровальные технологии, которые помогают обезопасить покупателя от слежки, в страны, объявленные плохими или — по каким-то причинам — проблемными. Но если вы продаете оборудование для слежки, ограничений нет. Никаких запретов на экспорт. Причина, я полагаю, проста: даже у демократических правительств есть свой интерес, и он состоит в том, чтобы осуществлять контроль. Даже торгуя с плохими странами и поставляя им оборудование для слежки, чтобы они делали ужасные вещи, вы выигрываете, потому что узнаёте, кого именно власти этой страны прослушивают, чего боятся, кто в стране возглавляет оппозицию, кто организует политические мероприятия и т. д. Значит, вы в силах предсказать грядущие события, понять, кого вам следует финансировать, и т. д. Я вижу тут очень грязную игру, которая идет между государствами, и возможна она потому, что продажа технологий для слежки законом никак не регулируется.

ДЖУЛИАН: Я бы остановился на аналогии между массовой слежкой и оружием массового уничтожения. Законы физики позволили создать атомную бомбу, и с ее появлением изменилась геополитика, изменилась жизнь множества людей, хоть и по-разному — кто-то, наверное, стал жить лучше, кто-то ощутил себя на краю полного апокалипсиса. Появились соглашения по контролю, которые пока что — если не считать Японии — спасали нас от ядерных ударов. При этом факт применения и неприменения ядерного оружия очевиден. За последние десять лет массовая слежка очень сильно усложнилась и подешевела: мы живем в эпоху, когда население удваивается каждые двадцать пять лет, между тем мощность слежки удваивается каждые полтора года. Кривая роста слежки круче кривой роста населения. Слежки не избежать. Сегодня за 10 миллионов долларов можно купить аппаратуру, способную непрерывно сохранять перехваченные инфопотоки страны средних размеров. Должна ли наша реакция быть эквивалентной? Демократия и свобода по всему миру оказались под очень серьезной угрозой, на нее нельзя не реагировать, точно так же как нельзя не реагировать на угрозу атомной войны — и нельзя не контролировать ядерное оружие, пока мы способны это делать.

ЭНДИ: В Ливии я видел, как демократически настроенные повстанцы ворвались на станции слежения, забрали записи, доказали, что западные компании помогали режиму Каддафи подавлять политические акции, а потом новое правительство прибрало станции слежения к рукам и теперь снова эксплуатирует их на полную мощность[54]. Я согласен, что контроль над технологией — идея хорошая, но вместе с тем я скептически отношусь к противопоставлению интересов граждан и властей. Я бы даже не говорил о правительствах, потому что властью обладает тот, у кого есть возможность прослушивать все телефонные разговоры. То же самое с ценами на бирже — с чисто экономической точки зрения вы заработаете кучу денег, если знаете, что именно происходит.

ДЖУЛИАН: В странах, где есть законы, определяющие задачи основных агентств электронной разведки — таких как АНБ в Америке, ЦПС (Центр правительственной связи) в Великобритании, УРО (Управление радиотехнической обороны) в Австралии, — их изменили, добавив к задачам экономическую разведку. Скажем, когда Австралия и США вступают в борьбу за поставки пшеницы, они шпионят за всеми, кто вовлечен в эту сделку. Так повелось с давних пор, уже лет десять о такой слежке говорят в открытую, — и понятно, что подобного не избежать. Началось все с торговли оружием: компании вроде Lockheed Martin, Raytheon и Northrup заключали сделки на поставку вооружений — и они же разрабатывали системы массового перехвата информации, потому что были близки к властям. Торговцы оружием получали помощь от друзей и покрывали перехват информации о сделках в интересах национальной безопасности. Сейчас такие перехваты касаются всего, что способно обогатить страну, то есть практически любой сферы жизни.

ДЖЕЙКОБ: Хорошая аналогия: в декабре 2011 года на коммуникационном конгрессе Chaos говорили о том, что технология массовой слежки, особенно тактическая, но и стратегическая тоже, напоминает мины[55]. Очень мощная штука. То, что подобный сценарий вероятен, не означает, что мы неизбежно пойдем именно по этому пути, тем более пройдем его до конца, когда следить будут за всеми и каждым. Правда, против нас действуют экономические факторы. Кто-то объяснял мне, что в Норвегии телефонная система функционировала так: некий счетчик крутился быстрее или медленнее в зависимости от того, как далеко вы находились в момент дозвона. Закон запрещал норвежской телефонной компании хранить информацию или вести учет метаданных по вашим звонкам, скажем, фиксировать номер, с которого вы звонили, — это был отголосок Второй мировой войны, когда норвежцы беспокоились о приватности. Так что вполне можно создать технологию, которая защищает приватность и при этом работает в условиях рыночной экономики, принося прибыль. Но, например, бой за технологию GSM мы проиграли. И дело даже не в том, что операторы выставляют счета конкретным клиентам, дело в архитектуре программного обеспечения: система в настоящий момент выстроена так, что не скрывает ни местонахождение говорящего, ни то, что он говорит.

ДЖУЛИАН: Мобильный телефон — это следящее устройство, по которому можно еще и звонить.

ДЖЕЙКОБ: Точно. Когда мы говорим, что за кем-то в стране третьего мира следят, что это означает на практике? Что телефонные системы, которые соединяют страну с остальным миром, превращаются в шпионское оборудование, когда кто-то решает использовать собранную ими информацию.

ЭНДИ: Я видел, как некоторые африканские страны получали всю сетевую инфраструктуру, включая оптоволоконный кабель и магистральные коммутаторы, в подарок от китайцев.

ДЖЕЙКОБ: Подарок от ZTE или кого-то в этом роде? [56]

ЭНДИ: Да, и, само собой, китайцев интересует информация, так что им не нужно платить деньгами — они берут плату информацией, это новая валюта.

Слежка за частным сектором


ЖЕРЕМИ: Финансируемая властями слежка — и правда огромная проблема, бросающая вызов структуре всех демократий и их функционированию, однако есть еще частная слежка и — в потенциале — массовое накопление данных частными лицами. Взгляните на Google. Если вы — обычный пользователь сервисов Google, эта компания знает, с кем вы общаетесь, с кем знакомы, что вы ищете, ей потенциально известны ваша сексуальная ориентация, ваши религиозные и философские убеждения.

ЭНДИ: Google знает о вас больше, чем вы сами.

ЖЕРЕМИ: Больше, чем знает ваша мама, и, возможно, больше, чем вы сами. Google знает, когда вы в сети, а когда — нет.

ЭНДИ: Вы помните, что искали в интернете два года, три дня и четыре часа назад? Вы этого не помните, а Google помнит.

ЖЕРЕМИ: На деле именно по этим причинам я стараюсь Google не использовать.

ДЖЕЙКОБ: Это лозунг «Убей свой телевизор» для XXI века[57]. Эффективный протест — если не считать того, что «эффект сети» сводит ваш протест к нулю[58]. Убей свой телевизор, парень.

ЖЕРЕМИ: Ну, это не протест, это скорее мой личный взгляд на вещи.

ЭНДИ: Я видел прекрасные фильмы о людях, которые выбрасывали телевизоры с третьих этажей своих домов.

ЖЕРЕМИ: Вопрос не только в слежке, финансируемой властями, вопрос еще и в приватности, в том, как используют информацию третьи лица, в том, что мы знаем о применении информации. Я не пользуюсь социальной сетью Facebook и знаю о ней не так много. Но сегодня мы видим в Facebook людей, которые счастливы делиться любыми сведениями о себе, — и можно ли обвинить человека в том, что он не видит границу между общественным и личным? Несколько лет назад, до эпохи цифровых технологий, публичные люди работали в шоу-бизнесе, или это были политики, или журналисты, а сейчас потенциал публичной жизни есть у каждого, достаточно нажать кнопку и опубликовать информацию о себе в Сети. «Опубликовать» — значит «сделать что-то публичным», предоставить всему миру доступ к этой информации, — и, конечно, когда подростки выкладывают фотографии, на которых они пьяны и т. д., они могут не понимать, что фотография будет доступна всему миру и, возможно, очень-очень долго. Facebook делает деньги на том, что размывает границу между частной жизнью, кругом друзей и публичностью. Это происходит, даже если ты выкладываешь информацию, которая предназначена только для твоих друзей и близких. Что бы ты ни думал о степени публичности выложенной информации, когда ты выкладываешь данные на Facebook, ты сперва даешь их сети и уже потом — каким-то другим ее пользователям.

ДЖУЛИАН: Даже граница между правительством и частным бизнесом размыта. Посмотрите на то, как расширился рынок военных контрактов на Западе за последние десять лет. Раньше АНБ, крупнейшее шпионское агентство в мире, работало с десятью основными подрядчиками. Два года назад число этих подрядчиков выросло до тысячи. Граница между правительством и частным сектором исчезает на глазах.

ЖЕРЕМИ: И есть подозрение, что разведывательные агентства США имеют доступ ко всей информации, сохраненной Google.

ДЖУЛИАН: Конечно, имеют.

ЖЕРЕМИ: И ко всем данным Facebook, так что в каком-то смысле Facebook и Google являются филиалами этих агентств.

ДЖУЛИАН: Джейк, ты в курсе насчет судебного ордера Google? Получал ли Google ордер с требованием поделиться информацией, связанной с твоим аккаунтом? Калифорнийский доменный регистратор dynadot, зарегистрировавший сайт wikileaks.org, получил ордер насчет WikiLeaks. Он касался продолжающегося секретного расследования деятельности WikiLeaks Большим жюри, суд потребовал от dynadot финансовые документы, логины и т. д. — и регистратор все им выдал[59].

ДЖЕЙКОБ: Газета The Wall Street Journal писала о том, что Twitter, Google и Sonic.net, сервисы, которые я использую или использовал в прошлом, получили каждый по извещению 2703 (d) — это такая необычная секретная форма судебного ордера[60].

ДЖУЛИАН: Она выдается по патриотическому закону?

ДЖЕЙКОБ: Нет. По сути, ордер ссылался на закон о сохраненной информации. Согласно The Wall Street Journal, каждый из этих трех сервисов говорит, что власти требовали у него метаданные, утверждая, что у них есть право получить их без ордера. Продолжается судебный процесс, по итогам которого будет принято решение, есть ли у властей право хранить свою тактику в секрете и от общественности, и от судебной системы. Я читаю The Wall Street Journal и узнал обо всем этом оттуда.

ДЖУЛИАН: Итак, Google прогнулся перед правительством США, когда Большое жюри, расследующее дело WikiLeaks, запросило твои данные через ордер — и не простой ордер, а специальный шпионский. Еще раньше, в 2011 году, прошла новость о том, что Twitter получил несколько таких ордеров от того же Большого жюри, но стал добиваться через суд права сообщить пользователям о том, что данные об их аккаунтах затребованы по ордеру, — то есть настоял на отмене запрета на разглашение. У меня нет аккаунта в Twitter, так что мои данные они не получили, но наши с Брэдли Мэннингом имена стояли во всех ордерах — Большое жюри искало информацию именно о нас. Джейк, у тебя был аккаунт в Twitter, а значит, Twitter вручили ордер и насчет тебя тоже. И Google получил такой ордер, но не стал бороться за право разгласить его содержание[61].

ДЖЕЙКОБ: Судя по всему, так и было. Я прочел обо всем этом в The Wall Street Journal. Возможно, у меня нет права говорить о произошедшем иначе, чем в связи с The Wall Street Journal.

ДЖУЛИАН: Из-за подписки о неразглашении? Ее же объявили неконституционной, разве нет?

ДЖЕЙКОБ: Не факт. Что касается дела Twitter, я могу сказать, что мы предложили не выдавать данные властям, потому что ущерб будет невосполним — получив эти данные, правительство станет хранить их вечно. Но суд решил, что мы не правы. Нам сказали: «Нет, ваше предложение отклонено, Twitter обязан выдать данные». Мы подали апелляцию и оспорили, в частности, секретность назначения апелляции к слушанию — и об этом я говорить не вправе, — однако на данный момент суд решил, что в интернете вы не можете ждать сохранения приватности, если добровольно предоставляете информацию третьей стороне, между тем в Сети каждый пользователь — третья сторона.

ДЖУЛИАН: Даже если компания вроде Facebook или Twitter говорит, что будет хранить информацию в тайне.

ДЖЕЙКОБ: Именно. Опять же граница между государством и бизнесом размывается. Может быть, это самое важное в нашем разговоре — сказать, что АНБ и Google являются партнерами по обороне США в секторе кибербезопасности.

ЭНДИ: Что бы «кибербезопасность» в данном контексте ни означала. Это широкое понятие.

ДЖЕЙКОБ: Они пытаются до минимума сузить сферу применения закона о свободе информации, чтобы хранить все в тайне. Кроме того, власти США заявляют, что у них есть право выдавать административный ордер, более суровый, чем ордер на обыск, потому что третья сторона обязуется не сообщать тебе об этом ордере, и у тебя нет права протестовать — в дело вовлечена третья сторона, у которой нет конституционного права защищать твои данные.

ДЖУЛИАН: Третья сторона — это Twitter, или Facebook, или твой интернет-провайдер.

ДЖЕЙКОБ: Да кто угодно. Мне сказали, что те же правила применяются, когда речь идет о приватности банковских данных или о телефонном разговоре. Ты добровольно сообщаешь свой номер телефонной компании, когда звонишь с него. Ты же это знал, да? Используя телефон, набирая чей-то номер, ты все равно что говоришь себе: «Я знаю, что разговор не будет приватным». С компьютером связь еще менее очевидна. Люди не

Сергей Дюпин — Два захвата одного самолета читать онлайн

Дюпин Сергей

Два захвата одного самолета

Два захвата одного самолета

Сотрудники Московской транспортной прокуратуры, ведущие дело об угоне российского самолета из Стамбула, закончили допросы свидетелей и полностью восстановили картину происшествия. Двум оставшимся в живых угонщикам предъявлены заочные обвинения в терроризме. Российская сторона направила в Саудовскую Аравию ходатайство о выдаче. Вопрос, казнить преступников или отдать российскому правосудию, должен быть решен в течение месяца. С подробностями — СЕРГЕЙ ДЮПИH.

Страх перед четвертым террористом

«Hаша главная задача — добиться экстрадиции,- сказал Ъ замначальника следственной части Московской транспортной прокуратуры Алексей Крамаренко.

Когда допросим угонщиков, можно будет говорить о мотивах этого преступления и о его возможных заказчиках. Пока работаем с пассажирами. Их показания сбивчивые и противоречивые. Это и понятно: когда находишься в состоянии шока, трудно припомнить все детали. Тем не менее нам удалось восстановить обстоятельства происшедшего».

15 марта, через несколько минут после взлета, когда лайнер еще набирал высоту, один из пассажиров, сидевший в седьмом ряду первого салона, средних лет кавказец, отстегнул ремень, встал с кресла и, опираясь на палочку, побрел по проходу. Следом за ним поднялся молодой кавказец, сидевший рядом. В центральном вестибюле, разделяющем 1-й и 2-й салоны лайнера, куда направились чеченцы Супьян Арсаев и его сын Денис, в это время отдыхали бортпроводники Александр Хромов и Леонид Дмитриев.

«Мы захватываем этот самолет,- вежливо обратился Арсаев-старший к стюардам.- Пошли к пилотам. Скажите, чтобы летели в Саудовскую Аравию».

«Гражданин, с этим не шутят,- сказал чеченцу Александр Хромов. Возвращайтесь на место и пристегните ремень».

Супьян мгновенно вышел из себя. В его руке блеснул перочинный нож, а в следующее мгновение бортпроводник уже корчился на полу от боли. Удар, как потом установили медики, не причинил серьезного вреда его здоровью лишь потому, что лезвие застряло меж ребер.

Стюард Дмитриев попытался сбить Супьяна Арсаева с ног, толкнув в его сторону сервировочный столик на колесиках, но тут в борьбу вмешался Денис, обладающий, несмотря на свои 17 лет, огромной силой. Через несколько секунд, когда и второй бортпроводник оказался на полу, бандиты взломали встроенный шкафчик, где хранился противопожарный инвентарь. Вооружившись двумя небольшими топориками и прихватив со стола кухонный нож, террористы направились к кабине.

Там к ним присоединился третий бандит. 15-летний Ирисхан держал в руке ножницы.

Из его внутреннего кармана торчали провода, а их свободные концы Ирисхан время от времени демонстративно зачищал ножницами.

«У него только пульт управления,- говорил Супьян Арсаев пассажирам, указывая на сына. — Бомба у нашего четвертого товарища, который среди вас, в салоне».

В существование этого четвертого пассажиры верили до самого освобождения. По словам свидетелей, в салоне началась тотальная слежка друг за другом: от черноволосых мужчин, а таких было большинство, старались отсесть подальше. Любое резкое движение или громкий звук вызывали настоящую панику. Именно страх перед бомбой и парализовал волю пассажиров, которые, в принципе, без особого труда могли обезвредить инвалида и двух его сыновей.

Дверь пилотов вела в оружейку

Террористы потребовали, чтобы пилоты изменили курс и впустили их в кабину.

Первое требование было выполнено, а вот открыть дверь летчики наотрез отказались. Даже угроза вырезать всех стюардесс на командира экипажа не подействовала.

«И он в принципе был прав,- комментирует господин Крамаренко.- Ведь, проникнув в кабину, террористы получили бы доступ не только к управлению лайнером, но и к огнестрельному оружию. Пистолеты сотрудников спецслужб, находящихся на борту, перевозятся в багажном отделении, в специальном сейфе. Ключи от оружейки хранятся у командира воздушного судна до окончания полета. Попасть в кабину преступники не смогли и сейф, несмотря на все усилия, не вскрыли». Преступники хорошо знали, для чего предназначен красный металлический сейф с двумя замками.

Изрядно покореженный топорами террористов, он так и остался невскрытым. «Кстати, в прошлом году,- продолжает господин Крамаренко,- когда террорист-одиночка угнал в Израиль самолет ‘Внуковских авиалиний’, следовавший из Махачкалы в Москву, экипаж открыл ему дверь. И преступник, до этого вооруженный одним ножом, получил сразу три пистолета. К счастью, террорист сдался сам, а трагедии удалось избежать.

Получив доступ в кабину, чеченцы могли связаться практически с любой страной мира. А если кто-то из террористов оказался бы за штурвалом, то возникла бы угроза не только для пассажиров рейса, но и для других самолетов. Поэтому к личному составу у нас претензий нет — они вели себя по инструкции».

Узнав об изменении курса, террористы успокоились и перестали ломиться в кабину.

Супьян Арсаев, немного расслабившись, стал рассказывать пассажирам о своей тяжелой жизни. Мол, федералы отняли у него все: убили родственников, разбомбили дом и самого сделали инвалидом. В общем, терять ему нечего. А угоняя самолет в Саудовскую Аравию, он хочет показать всему миру, что чеченцы в России доведены до отчаяния.

Все испортил турок

Около шести вечера, когда Ту-154 сел в аравийском международном аэропорту Медина (в 300 км от города Джидда), на улице было 54 градуса. Лайнер поставили на открытой стоянке, на солнцепеке, и уже через несколько минут в салоне стало так жарко, что террористы разрешили открыть все двери. К самолету первым подошел какой-то важный араб с охранниками, представившийся послом. Hа русский его слова переводил мальчик-чеченец. Переговоры, которые посол начал с Супьяном Арсаевым через открытую дверь салона, быстро зашли в тупик.

«Вас и ваших товарищей сегодня приглашает к себе на ужин король Саудовской Аравии»,- сказал парламентер чеченцу.

«Побыстрее заправляйте топливом баки,- отвечал Арсаев-старший, сразу почувствовавший подвох.- Мы летим в Афганистан и ужинать будем у талибов. А своего короля поблагодарите за приглашение. Я к нему в другой раз заеду».

В течение всего полета и первых двух часов ожидания роли между террористами распределялись примерно так: Супьян контролировал передний салон, Ирисхан — задний, а Денис постоянно ходил по проходу от отца к брату и обратно. К восьми вечера, когда, наконец, стемнело и жара немного спала, все трое террористов собрались возле кабины и потребовали заварить им чай.

Передышкой мгновенно воспользовались пассажиры, сидящие в хвосте самолета. Они незаметно отвинтили металлические планки на полу, крепящие ковровую дорожку, открыв доступ к аварийному люку. Hа летное поле успели выбраться человек десять, в основном — молодые мужчины. Сбежать могли многие, но не все решились прыгать на бетонные плиты с четырехметровой высоты. Террористы, обнаружив недостачу пассажиров, тут же задраили все люки и двери, оставив открытой только ту, что расположена рядом с кабиной пилотов.

Читать дальше

Московская семья обнаружила подслушивающее устройство в своей квартире

+ A —

Грешат на соседей

Молодая семья обнаружила подслушивающее устройство в своей комнате в коммунальной квартире в Хамовническом районе Москвы. Теперь пара гадает, кто наблюдал за их жизнью — соседи, с кем на протяжении года возникали конфликты, или слежка связана с их работой.

Как стало известно «МК», в декабре 2020 года 33-летняя москвичка Ирина (все имена изменены) вместе со своим супругом Василием приобрели в коммунальной квартире комнату, а точнее, 2/3 долей от общей площади квартиры. Сделка была совершена с матерью нынешней соседки Дарьи. Изначально Даша с мужем планировали сами стать полноценными хозяевами, но жизнь повернулась так, что мамину долю пришлось продать.

Имея на иждивении малолетнюю дочь, Ирина и Василий решили сделать ремонт в комнате, и в конце мая 2021 года свой план осуществили. На постоянное проживание в свое новое жилище семья переехала уже в сентябре. Отношения с Дарьей у семьи как-то сразу не заладились. Дело доходило до написания заявлений участковому. Хотя новые жильцы мечтали выкупить оставшиеся метры и жить отдельно, но Дарья все время меняла цену или просто отказывалась от продажи.

14 февраля 2022 года рано утром Василий совершенно случайно в их комнате обнаружил под плинтусом возле двери непонятный провод, на конце которого было небольшая таблетка, очень похожая на микрофон. Все это очень напоминало подслушивающее устройство. Провод вывел Василия в общий коридор и довел до распределительной коробки соседей. Что со всем этим добром делать, Ирина с супругом думать не стали, а просто позвонили в полицию.

Теперь семейная пара гадает, кто, каким образом и для чего установил микрофон в их комнате, которая закрывается на ключ — любопытные соседи, или все гораздо серьезнее и это связано с их работой. Ирина трудится в акционерном обществе заместителем генерального директора, а муж в сфере экономической безопасности.

Полицейские изъяли микрофон и уже начали свою проверку.

Российские военные контролируют действия США, проводящих внеплановые учения НАТО в Черном море

Американские корабли, по оценке российского Минобороны, ведут себя все более и более агрессивно недалеко от наших берегов. Внеплановые учения сил НАТО в Черном море больше похожи на нарочитое бряцание оружием. Чтобы оценить масштаб происходящего, съемочная группа Первого канала отправилась на борт корабля «Павел Державин» — он идет в район патрулирования. Действия американского флота в Черном море контролируют фрегат «Адмирал Эссен» и крейсер «Москва».

«Павел Державин» — самый современный патрульный корабль в составе ВМС России. Принят в Черноморскую флотилию всего год назад — в ноябре 2020 года. Корпус выполнен по технологии «стелс» — «невидимка». Есть вертолетная площадка и ангар для летательного аппарата. Именно на этом патрульном корабле из знаменитой Севастопольской бухты журналисты идут в Черное море.

Эти дни для кораблей Черноморского флота особенно напряженные. Они отслеживают перемещения натовских кораблей. Эсминец Porter и штабной корабль Mount Whitney сейчас движутся из Батуми в Одессу. И все это происходит в непосредственной близости от наших границ.

Минобороны России отмечает: США создают в Черном море многонациональную группировку и все эти действия носят внеплановый характер.

«Минобороны России фиксирует повышение военной активности США и их союзников по НАТО в Черноморском регионе. Прежде всего возросла интенсивность действий военно-морских сил, средств воздушной и морской разведки», — сообщил официальный представитель Минобороны РФ Игорь Конашенков.

Помимо непосредственно американских ВМС в так называемом учении планируется участие тактической патрульной и стратегической авиации. Будут также задействованы военные из Болгарии, Румынии, Грузии, Турции и Украины.

Накануне наши военные внимательно следили за перемещением в Черноморском регионе самолетов разведки наземных целей и управления нанесения ударов. Е8С вылетел с базы «Рамштайн». К госгранице России он подошел на минимально возможное расстояние в 35 км. В небе разведчик находился больше пяти часов.

Флагман Черноморского флота России — ракетный крейсер «Москва». Отсюда очень хорошо видно все его вооружение. В этом квадрате крейсер находится с конца октября. И здесь у экипажа есть возможность контролировать практически всю акваторию. Ведь, по сути, это центр Черного моря.

Высокоточное оружие имеется и на борту фрегата «Адмирал Эссен». Тренировочные цифровые пуски с корабля проводятся регулярно, но сейчас главная миссия моряков-черноморцев не допустить возможных провокаций. Тем более что подобные инциденты в этом году уже происходили. В июне британский корабль Defender приблизился к побережью Крыма. Заставить его сменить направление помогли предупредительные выстрелы и бомбардировки по курсу.

Apple грозилась удалить Uber из AppStore из-за слежки за пользователями

Apple угрожала удалить приложение Uber со всех своих iPhone, после того как стало известно, что сервис по вызову такси следит за пользователями компании. Какая технология нарушила правила приватности Apple, как внештатник раскрыл аферу и в каких скандалах был замечен глава Uber Трэвис Каланик — в материале «Газеты.Ru».

Глава Apple Тим Кук угрожал удалить приложение по вызову такси Uber из магазина AppStore из-за нарушения политики приватности.

Как выяснила New York Times, в 2015 году Кук лично выразил свои претензии Трэвису Каланику, владеющему Uber, и поставил резкий ультиматум — либо приложение прекращает следить за владельцами iPhone, либо мгновенно покидает фирменный онлайн-магазин.

Преимущество работы вне офиса

«Итак, я слышал, что вы нарушаете наши правила», — сказал Кук Каланику во время личной встречи в калифорнийском Купертино два года назад. Суть претензии заключалась в том, что Uber старательно скрывал от инженеров Apple тот факт, что он тайно «маркировал» смартфоны iPhone и мог их распознавать даже после того, как приложение было удалено с гаджета.

Речь идет о так называемом fingerprinting — методе пассивного сбора информации, когда перехваченные фрагменты трафика помогают удаленно узнать подробные характеристики операционной системы.

По информации The Next Web, компания могла пойти на такой шаг, чтобы остановить мошенничество внутри сервиса — водители покупали краденые iPhone, создавали на них клиентские аккаунты, а потом «подвозили» несуществующих пассажиров, чтобы заработать больше денег. Такая схема практиковалась еще в 2014 году, например, в Китае.

Проблема заключалась лишь в том, что Uber тем самым нарушала политику Apple для разработчиков приложений. Но компания Каланика нашла способ обойти запрет — с помощью технологии геофенсинга (англ. geofencing), позволяющей взаимодействовать с устройствами и пользователями в рамках заданного радиуса.

Uber ограничила доступ к своему маркирующему инструменту рядом с штаб-квартирой Apple в Купертино, чтобы инженеры не могли обнаружить незаконный код. Предположительно, махинации Uber были замечены сотрудником Apple, работающим вне главного офиса.

Угроза Тима Кука была вполне реальной — потеря доступа к миллионам пользователей iPhone в AppStore могла нанести катастрофический ущерб бизнесу Uber, поэтому Каланику пришлось отказаться от нелегальной практики.

После публикации этой истории Uber выступила с официальным заявлением, в котором отрицала факт слежки.

«Мы совершенно точно не отслеживаем отдельных пользователей или их местоположение, если они удалили приложение», — говорится в нем.

«Как отмечает New York Times ближе к концу заметки, это распространенная практика, применяемая против мошенников, которые загружают Uber на краденый телефон, вносят туда данные краденой кредитной карты, заказывают дорогую поездку, а потом форматируют устройство — снова и снова. Подобные техники применяются и для того, чтобы зафиксировать и заблокировать злоумышленников, пытающихся залогиниться в чужом аккаунте. Нам важно обнаружить мошенников в тот момент, когда они пытаются подключиться к системе Uber, — это критичная мера безопасности и для нас, и для наших пользователей», — заявил представитель компании.

Непростой год для Uber

Даже без этой неприятной истории с шантажом и угрозами Uber пережила не самый легкий год, оказавшись в центре нескольких скандалов.

На настоящий момент ведется расследование касательно сексизма и сексуальных домогательств в компании. Причиной стала жалоба от бывшей сотрудницы Сьюзен Фаулер, которая заявила, что начальник постоянно терроризировал ее сексуальными намеками. Кроме того, за время работы Фаулер доля работников женского пола сократилась в компании с 25 до 3%.

По информации Bloomberg, во время собрания, посвященного этому случаю, Трэвис Каланик «со слезами на глазах» извинился перед всей компанией и пообещал исправить ситуацию.

Кроме того, в январе 2017 года в социальных сетях стартовала кампания с хештегом #DeleteUber (#УдалиUber), которая взбудоражила даже тех, кто никогда не пользовался этим приложением. Волна критики обрушилась на Каланика после того, как его компания не поддержала часовую забастовку таксистов против указа Дональда Трампа, запрещающего въезд для мигрантов отдельных стран.

После этого Трэвис собрал еще одно совещание, на котором во всеуслышание объявил, что выступает против инициативы Трампа, и в доказательство этого покинул президентский бизнес-совет.

В марте Каланик опять попал в заголовки прессы, накричав на одного из водителей Uber в ходе спора о снижении тарифов. К концу беседы глава компании вышел из себя и обвинил оппонента в том, что он не хочет брать ответственность за свои же действия. Позже Трэвис Каланик снова извинился, заявив, что ему нужно «повзрослеть» и «взять уроки по лидерству».

Гемини читать онлайн Коллектив авторов (Страница 2)

После 11 сентября 2001 года средний американский гражданин окончательно запутался в конфликте между личной «прайваси» и национальной безопасностью. Нельзя сказать, что американские госорганы раньше не пользовались прослушками, «жучками» и не совали свой нос в личные дела лиц, которых считали угрозой национальной безопасности. Разведслужбы любили пользоваться расплывчатым термином «национальная безопасность» как предлогом, чтобы не объяснять свои действия или вообще в них не признаваться.

И все-таки государственная слежка — это одно, а то, о чем его недавно попросили, — совершенно другое, на такое он не мог пойти. Дормов никогда не был сторонником коммунизма советского образца, однако и капитализм, если ему дать волю, был не лучше, а, возможно, много хуже. Его всегда преследовало чувство, что рано или поздно наступит предел, и тогда придется навсегда покинуть Запад. В конце концов, он понял, что американцы не отпустят его на пенсию — он слишком много знал и представлял собой угрозу для их национальной безопасности. Настало время срочно уносить ноги и возвращаться на родину.

Россия, конечно, не утопия вроде «Города Солнца», и Валерий не питал иллюзий насчет того, почему там обрадовались его возвращению, — доступ к спрятанным в его голове знаниям для них блестящая победа. Вдобавок, это разозлит американцев. Ничего личного, по крайней мере, большую чашку приличной солянки ему дадут. И кувшин кваса — настоящего, а не подслащенную водичку в бутылках, какую продают в американских магазинах деликатесов.

Дормов посмотрел из окна на плавные линии арочной крыши. От облика Льежского вокзала захватывало дух. Увидев его в первый раз, Валерий подумал, что перед ним гигантская белая волна, которая каким-то чудом застыла на месте, волна с желобками. Она целиком состояла из стали, стекла и белого бетона, не имела ни фасада, ни портала — сплошной шатер крыши. Желобки оказались белыми бетонными балками. Когда светило солнце, они отбрасывали геометрические узорчатые тени.

По словам услужливого охранника, таков был фирменный стиль архитектора — Сантьяго Калатравы Вальса. Конструкция привела Валерия в восхищение, он был бы не прочь встретиться с человеком, чей разум был способен породить такую штуку. В то же время вокзал выглядел совершенно чудно — как инопланетный объект. Ан нет — вокзал находился там, где ему и положено быть. Это Валерий не находил себе места.

Он списывал тревогу на тоску по родине. Постепенно перемещаясь с Запада на Восток, Дормов начал ощущать, насколько истосковался по дому за тридцать с лишним лет; чем ближе он приближался к лону матушки-России, тем больше у него щемило в груди.

После прибытия в Будапешт можно вздохнуть с облегчением, выйти на контакт с Юрием. Венгрия еще не родина, но уже не Запад. Если не найдется солянки и кваса, сойдут гуляш в казанке и водка.

* * *

В нескольких милях юго-восточнее города, на голой вершине холма, с которой открывался вид на долину, во внедорожнике сидел мужчина по имени Генри Броган. Вытянутая мускулистая рука с шоколадной кожей покоилась на руле, водитель смотрел вдаль. Случайный наблюдатель мог бы подумать, что человек приехал в пустынное место побыть наедине с собой, подвести жизненные итоги, поразмышлять над тем, как он дошел до этого момента в жизни, и решить, что делать дальше.

Более внимательный наблюдатель заметил бы прямую осанку и связал бы ее со службой в армии. Когда-то Генри действительно служил в морской пехоте, но эти дни давно миновали. От тех времен, помимо навыков, которые он развил и отточил до невероятной степени, осталась небольшая татуировка на правом запястье — зеленый туз пик. Он мог бы избавиться от нее вместе с формой и прочим армейским барахлом, да только символ этот был для него важнее всех медалей и благодарностей, полученных за все время службы. Глядя на этот знак, Генри видел в нем самую сокровенную и важную часть своей сущности, что другие люди назвали бы душой, хотя сам он не любил рассуждать на эту тему. К счастью, от него этого и не требовалось — все умещалось в маленьком зеленом тузе пик, изящном и четком, как и все, чем он занимался.

На данный момент внимание Генри занимали железнодорожные пути в 800 метрах от холма, по которым вот-вот должен был пройти поезд из Льежа. Он периодически посматривал на фотографию, прикрепленную клейкой лентой к зеркалу заднего вида, — нечеткому портрету, скопированному то ли с паспорта, то ли с водительского удостоверения, а может быть, с пропуска сотрудника учреждения. Черты лица однако было нетрудно разобрать. Внизу четкими буквами было напечатано имя: ВАЛЕРИЙ ДОРМОВ.

* * *

Монро Рид любил ездить по старому континенту поездом. Европейцы знают толк в наземных путешествиях. Он тоже научился их ценить — воздушные требовали все больше хлопот и предоставляли все меньше удобств. Мало того что приходилось уйму времени проводить в очередях к рамке металлоискателя и позволять рабочей пчелке в униформе щупать тебя где попало, авиакомпании к тому же имели теперь два, а то и три типа второго класса — и все отвратные.

Работая в паре с Генри, он был избавлен от утомительных пассажирских авиарейсов. Однако временами РУМО поручало индивидуальное задание или просило задержаться и «навести порядок». Для мелких сошек вроде Монро служебных самолетов контора не высылала. В таких случаях приходилось по шесть часов слушать детский рев и терпеть удары детских ног в спинку кресла, — девочка-трещотка в проходе была не лучше. Сколько ей лет — шесть, семь? Слишком мала, чтобы путешествовать в одиночку, однако если ее родители и сидели в вагоне среди других взрослых, то ничем себя не проявляли. Похоже, соплячку никто не собирался усмирять. Родители нечасто наказывали Монро, но если бы он так повел себя в ее возрасте, не смог бы присесть на задницу целую неделю.

«Надо просто расслабиться, — подумал агент. — Похоже, девчонка никому не действует на нервы, даже Дормову, а уж старикан — брюзга, каких поискать». Конечно, перебежчики редко бывают добродушными и приятными людьми. С другой стороны, Дормов — уроженец России, так что, скорее всего, считал себя не перебежчиком, а человеком, заслужившим уйти на покой у себя на родине. Наверно, скучает по родным местам даже после тридцати пяти лет, прожитых в США. После краха Советского Союза можно не опасаться, что КГБ постучит ночью в дверь и отправит в сибирский ГУЛАГ.

И все-таки Монро не верил, что в России Дормова-пенсионера ожидала столь же уютная жизнь, как в Америке. А вот если он не выходит на пенсию и собирается продолжать так называемую работу, быстро увидит, что, невзирая на все вывезенные из США секреты, русские не смогут обеспечить ему сверхсовременную лабораторию и приборы, которые в Америке он принимал как должное. Черт, пусть скажет спасибо, если ему хотя бы выделят кресло с поясничной опорой. Старики вечно ноют, что кресла плохо держат поясницу, — по крайней мере, знакомые Монро старики.

Ну, да ничего — Дормову скоро станет не до этого, он не успеет расколоться. Неуемного ребенка придется терпеть только до следующей остановки, где, если все пойдет по плану, Монро покинет поезд. Он не сомневался в успехе. Ведь он работал с Генри Броганом, а Генри еще ни разу не ошибся. На задании партнер действовал как машина. Его ничто не выводило из себя, не отвлекало. Генри умел сосредоточиться на цели, как лазерный луч, и обладал сверхъестественным ощущением нужного момента. Нервозность, охватывавшая Монро в начале каждого нового задания, объяснялась лишь напряжением ожидания.

Однако сегодня девчонка с мелкими кудряшками, с непрерывным щебетанием бегающая туда-сюда по проходу, буквально выводила его из себя. Сколько ей — шесть? Монро не умел определять возраст детей на глаз.

Да и возраст взрослых тоже. При первой встрече с Генри он не дал бы ему больше сорока. Когда тот сказал, что ему уже пятьдесят один, у Монро отвалилась челюсть. Каким образом человек в пятьдесят лет мог выглядеть настолько хорошо?

Черт, куда подевались родители этой пацанки? Поезд через минуту отойдет со станции, почему ее до сих пор не загнали в стойло? Да уж — в Европе все не так, в том числе подход родителей к детям. Монро где-то слышал, что во Франции детям с трехлетнего возраста начинают давать вино к ужину. Такая же практика, вероятно, существовала во всех странах, говорящих по-французски, как, например, в провинции Льеж. Он посмотрел на часы. Девчушка, тараторя без умолку, пронеслась мимо в тысячный раз. Жаль, что ужин еще далеко, немножко вина ее бы успокоило. Спала бы потом всю дорогу. Скорее всего, французы поили детей вином именно по этим соображениям.

На другой стороне прохода Валерия Дормова с самой посадки в вагон обхаживал один из телохранителей. Видимо, в прошлой жизни был сиделкой. Парень не унимался, хотя Дормов махал на него руками и говорил, что ему ничего не нужно.

Чрезмерная заботливость охранника нервировала Монро не меньше беготни девчонки. Какая мука выслушивать бесконечные вопросы, не желаешь ли ты поесть, выпить или почитать, не нужна ли подушка, удобно ли тебе. «Нет», «нет», «нет» твердил старик по-русски, отмахиваясь одной рукой. В других обстоятельствах Монро не выдержал бы и попросил оставить человека в покое. Бедолага и так скоро уйдет в мир иной. От этой мысли Монро невольно улыбнулся.

Программное обеспечение для видеонаблюдения | Федеральное авиационное управление

Примечание: В настоящее время загрузка программного обеспечения для наблюдения доступна только для сотрудников и подрядчиков FAA , находящихся в сети FAA . Для получения помощи в доступе к программному обеспечению из-за пределов сети FAA или для внешних лиц, заинтересованных в доступе к программному обеспечению для наблюдения, отправьте запрос на программное обеспечение, указав свое имя, адрес электронной почты, название организации, запрошенные инструменты и личную/деловую потребность в программном обеспечении. Как только ваш запрос будет рассмотрен, член нашей команды свяжется с вами и предоставит дальнейшие инструкции.

FAA Инструменты анализа радаров

CAT (Инструмент анализа Cossor)

Инструмент анализа Cossor используется для анализа файлов данных с радаров ATCBI -6.

Загрузите программу CAT .

Любые комментарии или вопросы, пожалуйста, обращайтесь:
Джим Дэвис
ANG -E55
[email protected]
(609) 485-5635

RdrSbs

6 (Радар против SBS0 Точность) Программа

SBS Accuracy используется для измерения точности данных радара с использованием положения данных SBS .Используются только высококачественные данные SBS с NIC не менее 8 и NAC-P не менее 9.

Скачать программу RdrSbs .

С любыми комментариями или вопросами обращайтесь:
Jim Davis
ANG-E55
James. [email protected]
(609) 485-5635

RBAT (инструмент анализа радиолокационных маяков)

Инструмент анализа ( RBAT ) используется для анализа файлов данных с радаров. Файлы данных имеют формат Common Digitized ( CD ) или формат ASTERIX.Версия RBAT в режиме реального времени анализирует и отслеживает данные радара в режиме реального времени.

Загрузите последнюю официальную версию программы RBAT .

С любыми комментариями или вопросами обращайтесь:
Джим Дэвис
ANG-E55
[email protected]
(609) 485-5635

RTADS (система индикации самолетов в режиме реального времени) RTADS представляет собой аппаратно-программный пакет в режиме реального времени, который может отображать и записывать распространяемые целевые данные на IBM /совместимом с ПК .Он был разработан как тестовый инструмент режима S для отображения цели и в настоящее время может работать с терминалом CD , терминалом ASR и форматом данных CD Enroute через четырехканальную плату ввода-вывода TRACS , шестиканальную плату ввода-вывода TRACS . канал MX-6A или плата EMULEX .

Скачать программу WRTADS V5.5.4 (поддержка форматов ЭКГ и ASTERIX ) для Windows XP -> Windows 7. 5423

Site

ID

Программа назначения Site ID используется для присвоения Site ID радиолокационным узлам.

Номер объекта ID — это число от 1 до 15, также известное как идентификатор опросчика. Он используется в протоколах транспондера для блокировки транспондера, а также для отправки и получения сообщений между радаром и транспондером.

Скачать сайт ID Программа присвоения.

Любые комментарии или вопросы, пожалуйста, свяжитесь с
Jim Davis
Ang-E 55
[email protected]
(609) 485-5635

FAA SBS Инструменты

SAT ( Инструмент анализа SBS )

Инструмент анализа SBS ( SAT ) используется для анализа данных из системы SBS , которые обычно хранятся в виде файлов захвата. Версия в реальном времени отслеживает данные в режиме реального времени и требует подачи данных в реальном времени.

Загрузите программу SAT .

С любыми комментариями или вопросами обращайтесь:
Jim Davis
ANG-E 55
[email protected]
(609) 485-5635

CDAT (Common Data Analysis Tool1) 9000 Инструмент анализа ( CDAT ) представляет собой набор инструментов анализа данных PC на базе Windows, используемых, помимо прочего, аналитиками данных для Surveillance Broadcast Services ( SBS ). CDAT использует записи самолетов UAT и 1090 ES , а также эфирные файлы захвата SDP категории 33.

Загрузите программу CDAT .

С любыми комментариями/вопросами обращайтесь:
William Mateer
(609) 485-5423

BTAM ( ADS-B Контроль точности транспондера)

Монитор Transponder используется для анализа Accuracy60 ADS-B данные сквиттера с самолета либо в режиме реального времени, либо хранятся в файле CSV . Версия в реальном времени должна быть подключена к радио в Техническом центре FAA . Он использует данные сквиттера для создания целевых отчетов ASTERIX категории 33 и может записывать данные для дальнейшего анализа с помощью инструмента анализа BTAM ( BAT ), который входит в комплект поставки.

Скачать программу BTAM .

С любыми комментариями/вопросами обращайтесь:
Jim Davis
ANG-E 55
[email protected]
(609) 485-5635

FAA Support Tools

5

Использовать только)

Ищите Scenario Generator V5.0.

Доступно в виде компонента AUS 2.1 или более высокое программное обеспечение

Автоматическое поколение

Сценарий генератор V5.0 UPGRADES:
  • Упрощенные GUI Presentation
  • Проще всего использовать кнопку Color-Coded элементы управления
  • Полное интерактивное справочное руководство с описательными растровыми изображениями
  • Контекстно-зависимая справка (перетащите вопросительный знак на любой объект, и откроется окно описания)
  • Более эффективное обновление дерева. Значительно улучшена скорость выбора узлов дерева и действий по удалению объектов.
  • Групповая объективация. Удалить, Вставить, Редактировать или Пройти по группам. Дерево идентифицирует группы по отступу.
  • Новая функция редактирования группы: получить окно, создавшее группу. Автоматически удаляет, а затем создает группу заново с измененными параметрами. Все параметры группы сохраняются в файле .scn при действии сохранения файла.
  • Отображение/ввод координат ро/тета в опции AU / RU .Опция находится в разделе «Профиль».
  • Новое случайное распределение (автоматическое создание групп). Подробности перечислены на сопроводительном слайде.
  • Уникальный РЕЖИМ Код, созданный для групп.
  • Относительность слияния файлов (Дублирующийся режим S ID и номера групп автоматически разрешаются при слиянии файлов).
  • Новая поисковая система — используется для поиска узлов, соответствующих заданным пользователем критериям.

Этот сценарий с 500 целевыми смешанными транспондерами был создан менее чем за 60 секунд и менее чем за 30 нажатий клавиш.

Новые функции генерации случайного распределения:
  • Определяемая пользователем область (границы)
  • Дополнительная функция автоматического линейного увеличения/уменьшения снижение) размерные высоты
  • Семь случайно выбранных скоростей набора высоты: (Уровень/+100/-100/+200/-200/+300/-300 фут/мин)
  • Три случайно выбранные скорости самолета: (150/250/400 миль/ч)
  • Уникальный автоматический режим S / Mode 3A ID поколение
  • Пользователь выбирает ограниченное (отскок от границы) или неограниченное (игнорирование границы) движение.
  • Параметр смешанного транспондера (выберите процент целей, которые находятся ATRBS / MODE S)

Для получения дополнительной информации, пожалуйста, свяжитесь с
Mike Prata
ATC Группа наблюдения
(609) 485-5054

RTSP (Воспроизведение сценария в реальном времени)

Воспроизведение сценария в реальном времени ( RTSP ) — это приложение для ПК на базе Windows, которое использует данные радиомаяка, извлеченные из полевых систем ATC (таких как: ASR 9,00006 CD 1, CD 2, ARSR 3 и ARSR 4) для создания сценариев ARIES / CID . Эти сценарии можно использовать для демонстрации и измерения характеристик датчика выбора режима (Mode S) в реальных ситуациях.

Скачать RTSP Программа для Windows 95.

Любые комментарии / Вопросы, пожалуйста, свяжитесь с

Michael Prata
ATC Группа наблюдения
(609) 485-5054

CSV Файловые инструменты

CSV Инструменты работы с файлами работают с файлами со значениями, разделенными запятыми ( CSV ).Программа Column выбирает указанный пользователем набор столбцов из входного файла CSV и записывает их в выходной файл CSV . Программа Row выбирает строки, которые проходят указанный пользователем фильтр из входного файла CSV , и записывает их в выходной файл CSV . Программа KML использует входной файл CSV для записи выходного файла KML , который используется Google Планета Земля. Входной файл CSV поступает из таких программ, как CAT , MSAT , RBAT и SAT .

Загрузите программы CSV .

Любые комментарии или вопросы, пожалуйста, свяжитесь с
jim davis
ang-e 55 ang-e 55
[email protected]
(609) 485-5635

WSD (диссектор Wireshark)

SBS Wireshark Dissector — это простой в использовании плагин Wireshark, который автоматически анализирует и декодирует пакетов SBS . Информацию можно читать и фильтровать с помощью встроенных в Wireshark выражений фильтрации.

Загрузите диссектор Wireshark SBS .

С любыми комментариями/вопросами обращайтесь:
Daniel Lovelace
Служба инженерных разработок, группа наблюдения
(609) 485-6593

ФБР за таинственным самолетом-разведчиком над городами США

Ассошиэйтед Пресс стало известно, что низколетящие самолеты по всей стране несут видео, а иногда и технологии наблюдения за мобильными телефонами — все это спрятано за фиктивными компаниями, которые являются прикрытием для правительства.

Оборудование для наблюдения за самолетами обычно используется без одобрения судьи, и ФБР заявило, что полеты используются для конкретных текущих расследований.

За последние 30 дней агентство совершило полеты над более чем 30 городами в 11 штатах по всей стране, говорится в обзоре AP.

Воздушное наблюдение представляет собой изменяющиеся границы для правоохранительных органов, при условии, что то, что поддерживает правительство, является важным инструментом в расследовании преступлений, терроризма или разведки.

Но программа поднимает вопросы о том, должны ли быть обновлены политики защиты гражданских свобод, поскольку новые технологии открывают возможности для государственного шпионажа.

Прокрутите вниз, чтобы увидеть видео 

Проверка самолетов, проведенная ФБР, показала, что над городами США кружили десятки самолетов с оборудованием для наблюдения (под самолетом). Вверху небольшой самолет пролетает недалеко от Манассаса, штат Вирджиния,

. Самолеты зарегистрированы на подставные компании и используются для отслеживания целей федеральных расследований. Приведенные выше записи отслеживания полетов самолета N539MY показывают, что самолет совершал круги в Вирджинии

. Представители правоохранительных органов США впервые подтвердили широкомасштабное использование самолета, которое AP проследило по крайней мере до 13 поддельных компаний, таких как FVX. Research, KQM Aviation, NBR Aviation и PXW Services.

Даже основные аспекты программы скрыты от общественности в подвергнутых цензуре версиях официальных отчетов генерального инспектора Министерства юстиции.

«Авиационная программа ФБР не является секретом», — говорится в заявлении пресс-секретаря Кристофера Аллена.

 ‘Конкретные самолеты и их возможности защищены в целях оперативной безопасности.’ Аллен добавил, что самолеты ФБР «не оборудованы, не спроектированы и не используются для массовых сборов или массового наблюдения».’

Но самолеты могут записывать видео несвязанной преступной деятельности на земле, которые могут быть переданы для судебного преследования.

Некоторые самолеты также могут быть оснащены технологией, которая может идентифицировать тысячи людей внизу с помощью мобильных телефонов, которые они несут, даже если они не звонят или не находятся на публике.

В прошлогоднем отчете Wall Street Journal описана новая программа Службы маршалов США, в которой использовались так называемые «грязные ящики», обманывающие тысячи мобильных телефонов и отправляющие идентификационные данные на фальшивую вышку сотовой связи, чтобы власти могли точно определить подозреваемого. десять футов.

Программа сравнивалась с небрежным наблюдением Агентства национальной безопасности за записями мобильных телефонов для сбора данных десятков тысяч американцев, не подозреваемых в совершении преступления.

Эта технология также позволяет властям извлекать данные из целевых телефонов, такие как изображения или тексты.

Неясно, был ли какой-либо из рейсов ФБР оборудован грязными ящиками.

Официальные лица заявили, что практика, которая имитирует вышки сотовой связи и заставляет телефоны раскрывать основную информацию об абоненте, встречается редко.

Считается, что на самолетах используется оборудование для наблюдения, такое как большой шар, созданный WESCAM, прикрепленный к левой стороне самолетов, когда они совершают круги против часовой стрелки вокруг областей

Подробности, подтвержденные ФБР, тщательно отслеживают опубликованные отчеты по крайней мере с 2003 года, что за подозрительными самолетами, медленно кружащими над окрестностями, может стоять правительственная программа наблюдения.

AP отследила не менее 50 самолетов до ФБР и выявила более 100 полетов с конца апреля на орбиты как крупных городов, так и сельских районов.

Один из самолетов, сфотографированный в полете на прошлой неделе агентством AP в северной Вирджинии, ощетинился необычными антеннами под фюзеляжем и камерой на левом борту.

 В федеральном бюджетном документе от 2010 года упоминается не менее 115 самолетов, в том числе 90 самолетов Cessna, в парке наблюдения ФБР.

ФБР также иногда помогает местной полиции с воздушной поддержкой, например, во время недавних беспорядков в Балтиморе, последовавших за смертью 25-летнего Фредди Грея, который получил тяжелые травмы, находясь под стражей в полиции.

Запросы такого типа рассматриваются старшими должностными лицами ФБР.

Полеты разведки соответствуют правилам агентства, заявил представитель ФБР.

Представитель ФБР сообщил Washington Post, что его агентство не использовало технологию сотовой связи, которую он назвал «симуляторами сотовой связи», во время протестов.

Эти правила, которые сильно отредактированы в общедоступных документах, ограничивают типы оборудования, которое может использовать агентство, а также основания и продолжительность наблюдения.

Подробная информация о рейсах поступает, когда Министерство юстиции пытается решить проблемы конфиденциальности, возникающие в результате наблюдения с воздуха с помощью беспилотных летательных аппаратов или дронов.

Президент Барак Обама заявил, что приветствует дебаты о слежке со стороны правительства, и призвал к большей прозрачности в отношении шпионажа после раскрытия информации о секретных программах.

«Это не самолеты-разведчики ваших бабушек и дедушек, — сказал Джей Стэнли, старший политический аналитик Американского союза гражданских свобод, назвав эти полеты значительными, — если федеральное правительство содержит парк самолетов, целью которых является кружить над США. города, особенно с известными нам технологиями, которые можно прикрепить к этим самолетам.’

В течение последних нескольких недель AP отслеживало самолеты флота ФБР, совершившие более 100 полетов по крайней мере в 11 штатах плюс округ Колумбия, большинство из которых использовали самолеты Cessna 182T Skylane.

Сюда входят части Хьюстона, Феникса, Сиэтла, Чикаго, Бостона, Миннеаполиса и Южной Калифорнии.

Развивающаяся технология позволяет записывать видео более высокого качества с больших расстояний, даже ночью, и может захватывать определенную идентифицирующую информацию с мобильных телефонов с помощью симуляторов сотовой связи — или Stingray, если использовать одну из торговых марок продукта.

Они могут обмануть мобильные телефоны, чтобы выявить идентификационные номера абонентов, в том числе не подозреваемых в совершении преступления.

Чиновники говорят, что наблюдение за мобильными телефонами происходит редко, хотя AP обнаружила, что в последние недели полеты ФБР вращались вокруг больших закрытых зданий в течение длительных периодов времени, когда аэрофотосъемка была бы менее эффективной, чем сбор электронных сигналов.

Включенные выше Вашингтонский национальный аэропорт имени Рональда Рейгана и торговый центр Mall of America в Блумингтоне, штат Миннесота.

Хотя официальные лица заявляют, что слежка за мобильными телефонами встречается редко, полеты в последние недели совершались вокруг больших закрытых зданий, таких как Mall of America (в центре) в Миннесоте. , в флоте наблюдения ФБР. Выше: рейс за пределами Чикаго

Один житель Миннесоты, который отслеживал круговые маршруты недавнего рейса, рассказал Minneapolis Star-Tribune , что помимо вопросов гражданских свобод его беспокоит секретность миссий.

‘Почему бы нам просто не сказать, что это официальные вещи, вместо того, чтобы затуманивать их трехбуквенными контрактными компаниями?’ он сказал.

‘Я чувствовал бы себя лучше, если бы эти ребята просто блистали. Я думаю, нам всем было бы лучше».

После того, как The Washington Post сообщила о полетах двух самолетов, круживших над Балтимором в начале мая, AP приступило к анализу подробных данных о полетах и ​​регистрации владельцев самолетов с одинаковыми адресами и схемами полетов.

Согласно данным переписи населения и записям, предоставленным веб-сайтом FlightRadar24, в ходе одного полета над Анахаймом, штат Калифорния, в конце мая было обнаружено, что некоторые миссии ФБР облетели не менее 40 000 жителей во время одного полета.ком.

Большинство схем полета происходило на орбитах против часовой стрелки шириной до нескольких миль и примерно в одной миле над землей на малых скоростях.

В информационном бюллетене за 2003 год компании FLIR Systems Inc., производящей камеры, подобные тем, что используются в самолетах, описывается медленный полет левой рукой.

«Наблюдение за самолетами стало незаменимым методом сбора разведывательной информации и проведения расследований, служащим умножителем силы для наземных групп», — заявило ФБР в 2009 году, когда запросило у Конгресса 5 долларов.1млн на программу.

Недавно независимые журналисты и веб-сайты цитировали компании, отслеживаемые до почтовых ящиков в Вирджинии, в том числе один из них был передан Министерству юстиции.

AP проанализировало аналогичные данные с начала мая, а также использовало регистрационные документы самолетов, деловые записи и интервью с официальными лицами США, чтобы понять масштабы операций.

ФБР попросило AP не раскрывать названия поддельных компаний, которые оно раскрыло, заявив, что это обременит налогоплательщиков расходами на создание новых прикрывающих компаний для прикрытия вмешательства правительства и может поставить под угрозу самолеты и целостность миссий по наблюдению.

AP отклонил запрос ФБР, поскольку названия компаний, а также общие адреса, связанные с Министерством юстиции, указаны в общедоступных документах и ​​в правительственных базах данных.

По меньшей мере 13 подставных компаний, активно используемых ФБР, зарегистрированы в почтовых ящиках в Бристоу, штат Вирджиния, недалеко от регионального аэропорта, используемого для частных и чартерных рейсов. Только один из них фигурирует в государственных реестрах.

В регистрационных документах большинства самолетов фигурирует таинственное имя Роберт Линдли.

Технологии самолетов способны записывать высококачественное видео сверху, а в редких случаях удавалось собирать данные с мобильных телефонов тысяч американцев, не подозреваемых в каких-либо преступлениях. подписи среди компаний.

Два документа содержат подпись Роберта Тейлора, которая поразительно похожа на один из трех почерков Линдли.

ФБР не сообщило, является ли Линдли государственным служащим США.С понедельника AP безуспешно пыталась связаться с Линдли по телефонным номерам, зарегистрированным на людей с таким же именем в районе Вашингтона.

Сотрудники правоохранительных органов заявили, что юристы Министерства юстиции одобрили решение о создании фиктивных компаний для обеспечения безопасности полетов и что Федеральному авиационному управлению известно об этой практике.

Одна из компаний, возглавляемых Линдли, пользуется общим почтовым ящиком, который открыто используется Министерством юстиции.

Такая неуловимая практика существовала десятилетиями. В отчете тогдашнего Главного бухгалтерского управления за 1990 год отмечалось, что в июле 1988 года ФБР передало свой «управляемый штаб-квартирой» самолет компании, которая публично не была связана с бюро.

ФБР, как правило, не получает ордеров на запись со своих самолетов видео людей, перемещающихся на открытом воздухе, но оно также сообщило, что в соответствии с новой политикой оно недавно начало получать судебные приказы на использование симуляторов сотовой связи.

Администрация Обамы до недавнего времени через секретные соглашения предписывала местным властям не раскрывать информацию об использовании этих устройств, даже поощряя прокуроров закрывать дела, а не раскрывать использование технологии в открытом суде.

В меморандуме Министерства юстиции в прошлом месяце правоохранительным органам прямо запрещалось использовать беспилотные дроны «исключительно для целей наблюдения за деятельностью, защищенной Первой поправкой», и говорилось, что они должны использоваться только в связи с санкционированными расследованиями и действиями.

Представитель департамента заявил, что политика применяется только к беспилотным авиационным системам, а не к пилотируемым самолетам.

 

Подтверждено, что разведывательный самолет США маскируется под малайзийские самолеты для шпионажа за Китаем

Ранее сообщалось, что американские разведывательные самолеты маскировались под гражданские самолеты других стран, выполняющие полеты вдоль побережья Китая, хотя убедительных доказательств этому не было.Недавно, три дня подряд, SCSPI обнаружила, что самолет-разведчик США с помощью электронных средств выдавал себя за малайзийские самолеты и проводил ближнюю разведку у побережья Китая, таинственным образом передавая поддельные шестнадцатеричные коды ИКАО.

Беспокойство и внимание международного сообщества вызвало то, что мы опубликовали наши выводы. СМИ из США, Канады, России, Малайзии и Китая сделали дополнительные сообщения по этому вопросу. После перекрестной проверки экспертов из открытых источников наши утверждения оказались правдой.

16 сентября официальный представитель министерства иностранных дел Китая Ван Вэньбинь также подтвердил, что американские военные используют шестнадцатеричные коды ИКАО других стран для проведения ближней разведки побережья Китая, что подтверждает наши подозрения. Однако пока США никак не прокомментировали это.

 

Что случилось?

Утром 8 сентября самолет RC-135W ВВС США (шестнадцатеричный код: AE01CD) вылетел с базы ВВС Кадена для миссии в Южно-Китайском море.Позже на том же маршруте появился «Малайзийский самолет» (шестнадцатеричный код: 750548). Он вошел в Южно-Китайское море и интенсивно патрулировал между островом Хайнань и Парасельскими островами, всего в 50 морских милях от исходной линии Хайнаня, что, очевидно, не было маршрутом для гражданского самолета. Более того, учитывая их сильно совпадающие маршруты и время, подозревали, что загадочный «малайзийский самолет» был замаскированным RC-135W с ложным шестнадцатеричным кодом.

 

Во время второго такого маневра, около 3 часов ночи 9 сентября, был замечен самолет ВВС США RC-135S (шестнадцатеричный код: AE01D6), вылетевший из Кадены в северное направление, но позже он прекратил передачу сигналов и каким-то образом был заменен «малайзийским самолетом» (шестнадцатеричный код: 752B29), который завис снова и снова с 5 до 11 утра после входа в Желтое море, примерно в 56 морских милях от Шаньдуна.

 

Третий инцидент произошел 10 сентября, когда самолет ВВС США RC-135W с присвоенным Малайзией шестнадцатеричным кодом «755CB7» вел ближнюю разведку Китая, приближаясь к Гуандуну на расстояние 60 морских миль, что раскрыло исходный код «AE01CE» при выходе. Южно-Китайское море.

 

То, что мы заметили, также было подтверждено экспертами разведки из открытых источников. Стеффан Уоткинс, независимый консультант-исследователь из Оттавы, провел перекрестную проверку фотографий, сделанных любителями фотографии, и нескольких баз данных ADS-B, таких как adsbexchange. com, Radar Box24 и Flight Aware и подтвердили наши утверждения.

 

 

Обычная практика такого маневра в США, во всем мире

Самолет-разведчик США, выдающий себя за гражданские самолеты других стран, может показаться публике странным и даже удивительным, но для военных фанатов это никогда не было секретом. Sputnik News собрал пару таких примеров использования ВВС США поддельных шестнадцатеричных кодов ИКАО для маскировки своих самолетов-шпионов, что, похоже, является обычной практикой.

24 февраля 2019 г. RC-135W ВВС США выполнил задание у северного побережья Венесуэлы, используя ложный шестнадцатеричный код «3F9857», согласно @AircraftSpots.

 

3 июля 2019 года RC-135W ВВС США был замечен во время патрулирования Персидского залива с поддельным шестнадцатеричным кодом «730000», согласно @GDarkconrad.

 

Эти случаи слишком многочисленны, чтобы их перечислять. По словам официального представителя министерства иностранных дел Китая Ван Вэньбиня, «с начала этого года разведывательные самолеты США более ста раз выдавали себя за гражданские самолеты других стран в Южно-Китайском море с помощью электронных средств связи.

 

Почему США это делают?

Некоторые задавались вопросом, нужно ли США проделывать такие трюки, чтобы замаскироваться? Разве они не могут просто отключить его раз и навсегда?

Действительно, на военных самолетах нет необходимости постоянно иметь включенным транспондер, который обычно отключается в целях конфиденциальности. Однако в некоторых особых случаях, например, при патрулировании у побережья Китая, его приходится включать по двум причинам:

Ситуация с воздушным движением в реальном времени у берегов провинции Гуандун показана в системе поиска самолетов в 11:00 16 сентября

 

Безопасность превыше всего.Во время полетов над Южно-Китайским морем, одним из самых загруженных воздушных зон в мире, военным самолетам США приходится включать транспондер, чтобы предотвратить столкновения и ошибочную идентификацию.

Другая причина — прикрытие разведывательных операций. В основном самолеты-разведчики США дорабатываются из гражданских моделей. Например, серия RC-135 является модификацией Boeing 707, небольшое количество которых до сих пор эксплуатируется в мире. За исключением окраски, их внешний вид и радиолокационные характеристики ничем не отличаются друг от друга.Кроме того, ширина салона 707-го такая же, как у 737-го, ведущего самолета Boeing на сегодняшний день, чьи поперечные сечения также имеют аналогичные размеры, что затрудняет их различение. Если при ведении ближней разведки транспондер будет выключен, то он будет выглядеть ненормально на радаре, и легко будет обнаружен органом управления воздушным движением и системой ПВО противника. Электронная маскировка под гражданские самолеты других стран может легко помочь им оставаться в тени, потому что тогда они будут выглядеть почти так же, как коммерческие авиалайнеры, с точки зрения сигналов ADS-B, а также отражений радара.Таким образом, она представляет большую практическую ценность для американских военных, особенно когда они пытаются усилить разведку Китая.

Военная авиация США, выдающая себя за авиацию других стран (такой авиатехники обычно не существует), в основном предназначена для прикрытия собственных военных операций. Однако такое поведение, несомненно, добавляет существенные риски и нестабильные факторы глобальной авиационной безопасности, что приведет к ошибочным суждениям и, вероятно, создаст опасность для реальных гражданских пассажирских самолетов, особенно для тех из стран, которые выдают себя за них.

Трагическая авария произошла из-за смешения гражданской и военной авиации еще в эпоху холодной войны. 1 сентября 1983 года корейский Боинг-747, пролетая над советским островом Сахалин, был ошибочно идентифицирован как RC-135 ВВС США, который также действовал в этом районе, и был сбит истребителем Су-15, в результате чего погибли все 269 пассажиров и экипаж убит.

Global Hawk — Northrop Grumman

Global Hawk — Northrop Grumman

Этот веб-сайт лучше всего просматривать в таких браузерах, как: Edge, Firefox, Chrome или Safari. Мы рекомендуем вам использовать один из этих браузеров для получения наилучших результатов.

Global Hawk

Беспилотный авиационный комплекс (БАС) RQ-4 Global Hawk является ведущим поставщиком постоянной информации разведки, наблюдения и рекогносцировки.

Global Hawk: Бдительность в меняющемся мире

Беспилотный авиационный комплекс (БАС) RQ-4 Global Hawk является ведущим поставщиком постоянной информации разведки, наблюдения и рекогносцировки.Global Hawk, способный летать на больших высотах более 30 часов, предназначен для сбора изображений больших участков земли с высоким разрешением в режиме, близком к реальному времени, в любую погоду — днем ​​или ночью. Помимо сбора разведданных, часть флота Global Hawk поддерживала воздушных и наземных пользователей с помощью ретрансляционной поддержки связи. EQ-4B Global Hawk ранее нес полезную нагрузку узла воздушной связи Battlefield (BACN), обеспечивающего спасательную поддержку бойцам.

Global Hawk налетал более 320 000 часов, выполняя миссии в поддержку военных операций в Ираке, Афганистане, Северной Африке и Азиатско-Тихоокеанском регионе.Система представляет собой доступную и гибкую платформу для совместного использования нескольких полезных нагрузок датчиков, предоставляя критически важную информацию различным пользователям по всему миру.

При активной работе с ВВС США с 2001 года Global Hawk выявляет потенциальные угрозы, позволяя командирам лучше понять интересующую их область. Эти же возможности сбора разведывательных данных также позволяют гражданским властям лучше реагировать на стихийные бедствия, проводить поисково-спасательные операции и собирать данные о погоде и атмосфере, чтобы помочь синоптикам прогнозировать пути штормов.

Northrop Grumman завершает перегонку японского RQ-4B Global Hawk

Northrop Grumman Global Hawk расширяет свое участие в программе SkyRange для Министерства обороны США

Northrop Grumman Global Hawk объединяет объединенные силы в учениях по передовой системе управления боем 4B Global Hawk

Northrop Grumman успешно завершил первый полет японского RQ-4B Global Hawk

Northrop Grumman завершил первый полет Global Hawk Программа модернизации наземных станций

Northrop Grumman предоставляет новые возможности развернутым автономным самолетам Global Hawk

Политика кибербезопасности для авиационной и интернет-инфраструктуры

В этом курсе мы рассмотрим авиационную и интернет-инфраструктуру, а также различные политики, которые были разработаны, чтобы направлять и укреплять их программы кибербезопасности. Инфраструктура авиации и Интернета также считается «инфраструктурой жизнеобеспечения» как часть секторов транспорта и связи. Оба подсектора контролируются Управлением национальной защиты и программ Министерства внутренней безопасности, которое управляет Программой защиты национальной инфраструктуры DHS. Ответственность SSA за авиационный подсектор разделена между Управлением транспортной безопасности и Федеральным управлением гражданской авиации под эгидой Министерства внутренней безопасности и Министерства транспорта соответственно.Министерство внутренней безопасности несет исключительную ответственность как отраслевое агентство за подсектор Интернета. В то время как TSA и FAA регулируют авиационный подсектор, DHS не имеет никаких регулирующих полномочий в отношении Интернета. В ответ на исполнительный указ 13636, изданный президентом Обамой в феврале 2013 года, оба набора SSA рекомендовали продолжать добровольные меры кибербезопасности. TSA и FAA сообщили, что работают над внедрением транспортной дорожной карты во всех транспортных подсекторах, включая авиацию. DHS сообщило, что работает с интернет-провайдерами над внедрением подхода к управлению рисками при кибер-оценке. Несмотря на некоторые различия, Transportation Roadmap и CARMA очень похожи на NIST Cybersecrity Framework и ES-C2M2, рассмотренные ранее. Иными словами, они основаны на постоянном процессе совершенствования, в котором вся организация участвует в выявлении и внедрении дополнительных изменений для улучшения практики кибербезопасности на основе преобладающих стандартов. В этом модуле будут рассмотрены как подсекторы инфраструктуры жизнеобеспечения авиации и Интернета, так и элементы и применение Транспортной дорожной карты и CARMA.

Boeing Frontiers Online

ГЛАЗА И УШИ ВЫШЕ

E-10A станет ключевым узлом в объединенном боевом пространстве

ДАЯНА СТРАТМАН

История изобилует примерами полководцев, выигравших или проигравших сражения в зависимости о том, какую информацию они получили о намерениях противника. Преследование информационного превосходства на поле боя древний, но способ эта информация собирается и обменивается по всей территории США.С. Вооруженные силы сегодняшний день меняется с силой приливной волны, особенно в Командовании и контроль (C2).

Сегодня задача состоит в том, чтобы ускорить поток информации в битве. пространства и сократить время, необходимое для получения данных об угрозе, анализа его, а затем отправьте его военным, чтобы они разобрались с ним. Быстрые стратегические решения Результатом являются выигранные сражения и спасенные жизни.

Командование и управление, определяемое в общем с точки зрения национальной обороны, является осуществлением полномочий и указаний назначенным командиром (командующими) над назначенными силами при выполнении задачи.Команда — это полномочия, возложенные на человека для руководства, координации и контроль над вооруженными силами. Контроль – это средство, с помощью которого осуществляется управление.

Рынок С2 состоит из национальных систем, обеспечивающих высочайший уровень военного управления и тактических технологий и систем которые поддерживают командование и управление тактическими вооруженными силами. Команда и приложения управления включают самолеты, корабли, стационарные наземные, мобильные и спутниковые системы.

Ключевым игроком следующего поколения Command and Control станет Многосенсорный самолет управления и контроля E-10A ВВС США. Е-10А обеспечит передовое наземное наблюдение и защиту от крылатых ракет с надежная возможность управления боем.

Первоначально он будет оснащен усовершенствованной РЛС наземного наблюдения, высокопроизводительные компьютеры и надежная система управления боем способность.Информация из различных источников затем будет объединена и переведена со скоростью света в единую интегрированную картину реального времени наземное поле боя.

«E-10A, с его надежной системой боевого управления и управления, объединяет информацию из различных источников в единую целостную картину это позволяет командирам принимать точные, основанные на знаниях решения; и война бойцы, в свою очередь, действуют решительно, быстро и стратегически», — сказал Джордж Мюлльнер, старший вице-президент Boeing Integrated Defense Systems и генеральный менеджер Air Force Systems.

Изначально E-10A предназначался для замены самолетов E-8C Joint Stars для обеспечения улучшенного сопровождения движущихся наземных целей. Кроме того, это будет предназначен для обнаружения низколетящих крылатых ракет. Более поздние производные E-10A может заменить Boeing E-3 ДРЛО самолет (E-10B) и самолет радиотехнической разведки RC-135 Rivet Joint (Е-10С).

Программа E-10A состоит из трех физических компонентов:

.Самолет Boeing 767-400ER, выпускаемый компанией Boeing на коммерческой основе. завод по производству самолетов в Эверетте, штат Вашингтон. Первый самолет 767-400ER. предназначенный стать E-10A, планируется доставить в Лейк-Чарльз, штат Луизиана, для военных модификаций в июле 2006г.

. Датчик программы внедрения многоплатформенной радиолокационной технологии разработана компаниями Northrop Grumman и Raytheon.

. Подсистема боевого управления и управления (BMC2) — оперативная мозг самолета.Это что-то за кабиной E-10A. дверь, кроме радара. Подсистема BMC2 автоматизирует обработку данных датчиков задачи, которые в настоящее время выполняются людьми-операторами для представления прогнозируемого боевого пространства информационная картинка командиру ВДВ. Знания для принятия решений в режиме, близком к реальному времени, позволит ВВС США значительно сократить цикл принятия решений «датчик-стрелок». Boeing IDS в настоящее время конкурирует выиграть разработку системы BMC2 для E-10A. Авиакомпания США Force выберет одного из трех конкурентов (Boeing, Lockheed Martin или Northrop Grumman) в конце этого лета.

«Программа BMC2 имеет решающее значение для видения Министерством обороны интегрированное боевое пространство», — сказал Джейк Волкерт, вице-президент Boeing IDS, BMC3 и стратегические системы.

В текущих планах E-10A будет введен в эксплуатацию в 2013 г. В зависимости от финансирования и требованиям ВВС парк E-10 мог насчитывать более 50 самолетов.

[email protected]

 

Воздушное наблюдение: «Глаза и уши» авиации

Существует специальный коммерческий сектор авиационных работ, который играет важную роль в поддержке организаций общественной безопасности и обороны во всем мире, чтобы обеспечить нашу безопасность…

Операции или услуги по воздушному наблюдению, принадлежащие компании, представляют собой рентабельный и действенный вариант для местных, национальных и внутригосударственных организаций для выполнения своих обязанностей по обеспечению общественной безопасности и национальной безопасности без нагрузки на государственный бюджет.

Как и в других секторах авиационных работ, коммерческое сообщество аэронаблюдения имеет свою уникальную ДНК конкретных миссий, передовых самолетов, сложных систем и высококвалифицированных членов экипажа. Итак, что отличает коммерческое воздушное наблюдение от других секторов аэрофотосъемки?

Начнем с того, что такое НЕ Коммерческое воздушное наблюдение?

Когда дело доходит до названия «Воздушное наблюдение», многие люди представляют себе тайных операторов, летающих на специально оборудованных самолетах, незаметно летающих над окрестностями или летающих «незаметно» в странах третьего мира.Реальность такова, что большинство коммерческих служб воздушного наблюдения не являются секретными, а обеспечивают обычную поддержку государственных программ с открытым исходным кодом, общественной безопасности и обороны, включая регулярный мониторинг территории или повторяющиеся операции наблюдения.

Воздушное наблюдение — это мониторинг деятельности с целью сбора информации в ее необработанной форме. Воздушное наблюдение может включать в себя наблюдение на расстоянии с использованием пассивных и активных дистанционных датчиков.

Сюда также могут входить простые технические методы, такие как наблюдение с самолета с помощью бинокля и набора окуляров Mk-1.

В основном правительства используют воздушную разведку для обычной защиты границ, наблюдения за окружающей средой, сбора разведданных и предотвращения преступлений. Отрицательной стороной этого базового определения или применения является то, что оно используется преступными или террористическими организациями для планирования и совершения преступлений, а также предприятиями для сбора информации о преступниках, их конкурентах, поставщиках или клиентах.

Каковы различные типы воздушных работ Миссии по наблюдению за авиацией?

Миссии Как упоминалось ранее, основное внимание коммерческого воздушного наблюдения направлено на поддержку национальных правительств или межправительственных операций, таких как Организация Объединенных Наций.

Конкретные типы миссий попадают в спектр между разливами нефти и военными миротворческими операциями и поддержкой обучения. Ниже приводится пример наиболее популярных типов миссий коммерческой службы воздушного наблюдения:

  • Морской патруль
  • Пограничный патруль
  • Мониторинг окружающей среды/правоприменение
  • Борьба с наркотиками
  • Оборона Воздушно-десантная разведка и контроль 2 Aer 2 Aer
  • , наблюдения и разведки (ISR)

Тип услуг

Когда дело доходит до обслуживания этих миссий или тендеров, коммерческие поставщики услуг воздушного наблюдения обычно предлагают либо COCO (собственный подрядчик, эксплуатируемый подрядчиком), GOCO (собственный государственный подрядчик Эксплуатируется), или и то, и другое в зависимости от потребностей или требований миссии.

COCO означает, что поставщик услуг воздушного наблюдения предоставляет свои самолеты, пилотов, операторов бортовых датчиков, техническое обслуживание самолетов, оборудование для миссий, материально-техническое обеспечение, полевую поддержку и управление программой.

В некоторых случаях они обеспечивают многофункциональный сбор информации и обработку данных, возможности использования и распространения, а также специалистов для управления всеми данными, поступающими с самолета.

GOCO — это просто «Задницы на сиденьях». Другими словами, правительство владеет самолетом, аппаратным обеспечением, программным обеспечением и процессом.Поставщик воздушного наблюдения предоставляет квалифицированный персонал для выполнения операций, освобождая правительственный персонал от выполнения других важных задач.

Из приведенного выше списка ведущие миссии, на которые правительственные организации запрашивают и предоставляют контракты, включают воздушную разведку, наблюдение и разведку и поддержку воздушного морского наблюдения.

За последние 20 лет, с ростом геополитических проблем (нелегальная иммиграция, терроризм и экологические изменения), растянутыми государственными бюджетами и новыми экономически эффективными коммерческими технологиями (беспилотные системы, датчики и т. ), спрос на эти коммерческие услуги увеличился вдвое.

Несмотря на то, что оба обеспечивают наблюдение, воздушную разведку, наблюдение и разведку (ISR) и воздушное морское наблюдение, они различаются в отношении областей (например, на суше и на море), тактики, методов и процедур. Кроме того, набор навыков персонала, который проводит эти операции, может существенно различаться.

На изображении выше (и на основном изображении) самолет Tecnam SMP

Воздушная разведка, наблюдение и рекогносцировка (ISR) информацию, которую они собирают в условиях мирного и военного времени.

Информация собирается в полевых условиях путем систематического наблюдения с помощью развернутых воздушных платформ и массива электронных датчиков. Затем информация передается аналитическому персоналу для обработки и использования, а затем конечным пользователям для принятия решений.

Многие правительственные агентства полагаются на фирмы Aerial ISR для обеспечения обычной защиты войск в полевых условиях, поддержки международного сотрудничества в области безопасности и повышения опыта учебных мероприятий с суррогатными силами.

Воздушное морское наблюдение

Воздушное морское наблюдение — это операция в морской области, состоящая из морского и прибрежного наблюдения, патрулирования и наблюдения за границами и стратегическими объектами, а также наблюдения за исключительной экономической зоной (ИЭЗ). Операции по воздушному морскому наблюдению сосредоточены на морских угрозах, таких как пиратство, контрабанда, незаконный промысел, загрязнение нефтью, незаконная подводная деятельность и другие преступные и террористические операции на море или в прибрежных районах.

Коммерческие службы морского наблюдения обеспечивают возможности оперативного наблюдения и обеспечения безопасности, включая самолеты с неподвижным крылом, винтокрылые и беспилотные самолеты-разведчики, оснащенные датчиками морских задач, линиями управления и контроля (C2) и т. д., Корабли ВМФ или береговой охраны и командные центры.

В конечном счете, как Aerial ISR, так и Aerial Maritime Surveillance коммерческие услуги предоставляют всем конечным пользователям в цикле миссии эффективную, интегрированную, ситуационную картину наземной и водной среды в режиме реального времени.

Это достигается за счет эффективного обнаружения, отслеживания и перехвата любых подозрительных действий при одновременном использовании экономических преимуществ аутсорсинга.

Какие самолеты и комплекты используются для воздушного наблюдения?

Как и в случае любых авиационных работ (например, сельскохозяйственная авиация, полицейская авиация и т. д.), широкий спектр самолетов, систем и оборудования поддерживает коммерческие операции по воздушному наблюдению. Самолеты и системы выбираются под конкретные задачи исходя из их пригодности для выполнения задачи и экономической эффективности.

Пилотируемые летательные аппараты

Когда речь идет о летательных аппаратах, эксплуатируемых коммерческой службой воздушного наблюдения, основным классом являются пилотируемые турбовинтовые летательные аппараты с неподвижным крылом, т.е.э., от однодвигательного к двухдвигательному. Тем не менее, небольшое меньшинство фирм использует «очень легкие» или «легкие» бизнес-джеты, чтобы обеспечить большую высоту, более быстрое реагирование и более дальнобойные возможности.

Несмотря на то, что в операциях по воздушному наблюдению используются самолеты многих классов, производителей и моделей, сегодня во всем мире регулярно можно увидеть следующие коммерческие платформы для воздушного наблюдения, выполняющие обычные миссии по сбору:

  • Daher – Kodiak 100 Series II, TBM 940
  • Beechcraft — King Air 350ER
  • Britten-Norman — Defender 2000
  • Pilatus — PC-6 Porter, PC-12 NGX Spectre
  • De Havilland Canada — Dash DHC-8-200
  • Caravan
  • — C-Cesssna —  C-Cesssna Citation CJ4
  • Bombardier — CL-650 Challenger
  • Viking Air — серия 400 Twin Otter
  • TECNAM — P2012 Sentinel SMP
  • Diamond — DA62 / DA42 MPP

беспилотный самолет

в отношении беспилотных самолетов, используемых в антенне Наблюдение, эта новая авиационная технология, множится во всех уголках сектора.В настоящее время беспилотные летательные аппараты не используются или не развертываются на том же уровне, что и пилотируемые летательные аппараты, из-за нормативных ограничений и ограничений воздушного пространства.

Малый и средний

Тем не менее, беспилотные системы малого и среднего размера (например, RQ-11 Raven B, RQ-7 Shadow, DJI Mavic Air 2 и т. д.) быстро увеличиваются в областях эксплуатации, для которых пилотируемые летательные аппараты либо непрактичны, либо нерентабельны.

Эти беспилотные системы в настоящее время используются для силовой защиты небольших воинских частей, защиты международных аэропортов или патрулирования пограничных переходов, представляющих интерес для мигрантов.

От среднего до крупного

Когда речь идет о средних и крупных беспилотных системах (например, WK450 Watchkeeper, RQ-4 Global Hawk), коммерческом секторе воздушного наблюдения, в связи с уровнем инвестиций и в настоящее время ограниченным спросом со стороны государственные клиенты, не очень активны в манере COCO.

Однако, с другой стороны, коммерческие фирмы по воздушному наблюдению регулярно активно поддерживают эти беспилотные системы услугами GOCO, т. Е. Летным экипажем, обслуживающим персоналом и материально-технической поддержкой.

Что касается будущего, потенциал выглядит лучше. Когда системы и процедуры гражданской авиации за пределами прямой видимости (BVLOS) и управления беспилотным движением (UTM) будут установлены регулярно и единообразно по всему миру, вы увидите интенсификацию инвестиций со стороны частных компаний.

Наряду с этим вы увидите растущую потребность или желание правительств использовать и аутсорсинг для этого типа коммерческих долгосрочных беспилотных систем и услуг для самолетов среднего и крупного размера, т.е.е., КОКО.

Прекрасным примером того, как государственная организация передает COCO услуги по аутсорсингу беспилотных систем среднего и длительного срока службы COCO, является FRONTEX (Агентство пограничной и береговой охраны ЕС). Компания FRONTEX на раннем этапе подсчитала, что аутсорсинг будет более рентабельным, чем создание штатного парка самолетов для наблюдения за воздушным пространством на средних высотах и ​​дальних полетах

Endurance (MALE). Компания FRONTEX недавно заключила с Airbus контракт на сумму 50 млн евро с субподрядчиком Israel Aerospace Industries (IAI) и Elbit на предоставление COCO услуг морского воздушного наблюдения для беспилотных систем длительного действия (IAI Heron RPAS) на южных и восточных границах ЕС. .

Специальное оборудование для наблюдения, прикрепленное к нижней части самолета Tecnam SMP

Системы и оборудование

Что касается оборудования для воздушного наблюдения, используемого в этой отрасли, то этот сектор полагается на множество уникальных, передовых и сложные системы, которых нет в большинстве других секторов авиационных работ или которые не появятся в ближайшее время.

Кабельное соединение

Некоторые из основных или типичных типов систем и оборудования, которые вы увидите интегрированными в самолет для наблюдения за воздушным пространством (включая беспилотные летательные аппараты):

  • Электрооптический инфракрасный (EO/IR) Системы — полноэкранное видео высокой четкости (HD) (FMV), индикация движущихся целей (GMTI).
  • Высокопроизводительные радиолокационные системы – радар с синтезированной апертурой (SAR)/инверсный радар с синтезированной апертурой (ISAR), GMTI.
  • Автоматические системы идентификации (AIS) Транспондеры – автоматическое обнаружение и отслеживание морских судов (например,
  • транспондер самолета).
  • Защищенные системы UHF/VHF – Тактическая голосовая связь.
  • Линии передачи данных дальнего действия в пределах прямой видимости (LOS) – голосовая связь и HD-видео Тактическая и оперативная связь.
  • Каналы передачи данных за пределами прямой видимости (BLOS) – передача голоса и HD-видео через спутник.
  • Системы разведки сигналов (SIGINT) – Мониторинг, сбор, сбор, геолокация и пеленгация коммуникационных и электронных систем.
  • Оборудование для обеспечения живучести летательных аппаратов (ASE) — датчики предупреждения о ракетном нападении и дозаторы средств противодействия.
  • Идентификация «свой-чужой» (IFF) — совместная идентификация Mark XII IFF, выбор режима (Mode S) и интерфейс с бортовой системой предотвращения столкновений и предотвращения столкновений (TCAS).
  • ..и многое другое…

Snap-On, Snap-Off

Еще одна уникальная система, широко используемая в воздушном наблюдении, — «Pod».Блок датчиков представляет собой удлиненный блок трубчатой ​​формы, соединенный с точками подвески фюзеляжа или крыла самолета, например, что-то вроде внешнего топливного бака военного реактивного истребителя (или Wing Tank, Drop Tank).

Эти контейнеры предназначены для установки тех же систем наблюдения, что и полностью интегрированный самолет, без необходимости постоянного жесткого подключения. Преимущество такого подразделения заключается в том, что с легкостью можно изменить возможности одного самолета, сделав его действительно рентабельной и многоцелевой платформой.

Кто предоставляет услуги по наблюдению за авиационными работами?

Когда речь заходит о том, кто предоставляет такие передовые коммерческие услуги по воздушному наблюдению, вы обнаружите, что в основном в этом секторе доминируют компании среднего размера уровня 2.

Иногда крупные компании уровня 1, такие как BAE Systems, L-3 Harris, Airbus и т. д., будут участвовать в таких государственных тендерах, но заключат субподряд с небольшой фирмой уровня 2 или даже с небольшой фирмой уровня 3 для удовлетворения конкретных требований. эксплуатационные требования контракта.

Например, некоторые из ведущих европейских и североамериканских компаний уровня 2, которые предоставляют такие услуги по наблюдению за авиационными работами по всему миру: Persistent Surveillance Services («ps2») — США

  • PAL Aerospace — Канада
  • MAG Aerospace — США
  • NL EASP AIR — Нидерланды
  • Meta Special Aerospace — США
  • Leidos — США
  • BIRD Aerosystems2 и США
  • BIRD Aerosystems2 и США
  • еще много…
  • Резюме

    Не говоря уже о том, что коммерческое воздушное наблюдение является одним из наиболее специализированных секторов авиации для воздушных работ.У коммерческого сообщества Aerial Surveillance есть свои уникальные миссии, передовые самолеты, сложные системы и специализированные члены экипажа, обученные не так, как другие авиаторы Aerial Work.

    Что касается будущего, то рынок услуг воздушного наблюдения COCO и GOCO будет продолжать расти, как и многие другие сектора воздушных работ, здоровыми темпами, особенно в секторе беспилотных летательных аппаратов. Когда более крупные беспилотные летательные аппараты смогут без ограничений работать как пилотируемые летательные аппараты, вы увидите увеличение возможностей и потребность в большем сборе воздушной информации.

    Несмотря на то, что воздушная разведка имеет туманный образ, это необходимая и не очень секретная служба, которая информирует мир об окружающей среде и нашей безопасности. Без коммерческих услуг воздушного наблюдения правительства во всем мире не смогли бы финансово и эффективно выполнять свои важнейшие обязанности в отношении множества различных геополитических проблем, стоящих перед всеми сегодня и в будущем.

    Подробнее статьи для многоцелевой авиации

    Подробнее о: Поршневой самолет специального назначения

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.