Пойдемте кимберли: Открой свое сердце читать онлайн Кимберли Рей

Содержание

Открой свое сердце читать онлайн Кимберли Рей

Кимберли Рей

Открой свое сердце

1

Звонок как всегда прозвучал не вовремя, Анабель увлеклась и не успела закончить рассказ о жизни и творчестве Чарльза Диккенса. Это был ее любимый автор, и учительнице очень хотелось, чтобы ученики с интересом прочли «Приключения Оливера Твиста». Она предпочитала заинтересовывать, а не заставлять.

— Мисс Лоуэлл, а что дальше? — спросил ее бледный, всегда неопрятно одетый мальчишка, сидевший в первом ряду.

— Продолжение на следующем уроке, Уильям, — ответила Анабель.

Класс наполнился разочарованными возгласами.

— Это же почти черед неделю! — огорчился Уильям.

Ей нравился этот мальчик, судя по сочинениям, у него был литературный талант, и Анабель надеялась помочь ему развить этот дар. Но даже те, кто с трудом складывал слова в предложения, после ее уроков брали книгу и погружались в выдуманный мир.

— Вы как раз успеете прочитать первые три главы «Приключений Оливера Твиста». — Анабель улыбнулась. — Урок окончен, можете идти.

Дети неохотно принялись собирать учебники и тетради. Один за другим они потянулись из класса, обсуждая сегодняшний урок. И судя по фразам, долетавшим до учительницы, «Приключения Оливера Твиста» будут прочитаны от корки до корки к следующему занятию.

Да, Анабель имела право улыбаться, сегодня она хорошо поработала.

— Мисс Лоуэлл, могу я вас попросить кое о чем?

Уильям неуверенно переминался с ноги на ногу. Он уставился в пол, хотя обычно дерзко смотрел в глаза даже директору школы, когда его отчитывали за очередную провинность.

— Если ты не против, дойдем до учительской и там поговорим, — предложила Анабель.

У дверей кабинета уже толпились ученики. Уильям закусил губу, и Анабель сразу же стало понятно, что мальчик не хочет, чтобы их разговор слышал кто-то еще.

— Или выйдем во двор, я как раз хотела подышать свежим воздухом, — предложила она.

Лицо Уильяма посветлело, и он кивнул.

— Пойдемте.

Анабель направилась к выходу. Она знала, что Уильям из неблагополучной семьи. Его родители то и дело уходили в запой, оставляя мальчика на произвол судьбы, и в такие дни он становился еще запущеннее. Анабель часто недоумевала, почему искра таланта чаще встречается вот у таких заброшенных, никому не нужных детей. Наверное, трудности закаляют характер, заставляют быстрее взрослеть…

— Как твои дела, Уильям? — спросила Анабель.

— Спасибо, все хорошо, — ответил мальчик, и она сразу же поняла, что Уильям лжет.

Судя по его одежде и ввалившимся щекам, родители в очередной раз предпочли сыну бутылку дешевого виски. Спокойная, уравновешенная Анабель иногда самой себе казалась несокрушимой скалой терпения и безмятежности. А как иначе, если хочешь работать с детьми? Но когда она видела, как из-за взрослых страдают дети, терпению приходил конец. Уже не один раз Анабель порывалась доложить в службу социального надзора о поведении родителей Уильяма, но до сих пор что-то ее останавливало.

Сразу после колледжа Анабель полгода проработала в сиротском приюте и хорошо знала, что дети любят своих родителей любыми. Она не встретила ни одного ребенка, который даже после побоев и ежедневных унижений сказал бы хоть одно плохое слово о своей матери. Да, родителей Уильяма уже давно можно было бы лишить родительских прав, но Анабель не была уверена, скажет ли мальчик ей за это спасибо.

Она сели на скамейку под большим дубом. Это было любимое местечко Анабель. Даже в таком шумном месте, как школьный двор, здесь было достаточно тихо. Анабель знала, что посторонних ушей, которых так боится Уильям, здесь нет.

— Что ты хотел рассказать мне? — спросила она, уже догадываясь, о чем пойдет речь. Все же мисс Лоуэлл преподавала уже пятнадцать лет. Ее выпускники уже успели завести свои семьи, детей, а она…

Анабель подавила грустный вздох и заставила себя улыбнуться Уильяму. Каждому свое.

— Я хочу, чтобы вы прочитали это. Уильям протянул учительнице стопку листов, исписанных удивительно красивым почерком. Анабель очень нравился почерк Уильяма, и она часто думала, что и остальных детей стоило бы лишить возможности работать с компьютером.

— Что это, Уильям? — спросила она, пролистывая внушительную пачку.

— Я написал пьесу для вашего театра. Анабель удивленно приподняла бровь. Она уже давно звала Уильяма принять участие в постановках организованного ею школьного театра, но мальчик упрямился, хотя Анабель была уверена в том, что Уильям отлично справится с любой ролью. До сих пор на все свои предложения она получала отказ. Уильям уверял ее, что не интересуется театром.

— Я знаю, вам нечего ставить…

В самом деле, в последние несколько недель Анабель пыталась найти подходящую пьесу, где могли бы сыграть дети разных возрастов. Она уже начала отчаиваться, время шло, дата, к которой должен был появиться новый спектакль, приближалась, а пьесы так и не было.

— Это театральная пьеса? — на всякий случай переспросила Анабель.

Уильям кивнул и поспешил надеть на лицо маску безразличия, но пылающие уши выдавали его.

— Спасибо, Уильям, — искренно поблагодарила его Анабель. — Ты сможешь подойти ко мне завтра после занятий, чтобы мы обсудили твою пьесу?

— Да, мисс Лоуэлл. Если она вам вдруг понравится, вы сразу можете вносить поправки. Я ведь не писатель…

— Я уверена, что поправки будут минимальными. — Анабель говорила совершенно серьезно. — Но ты же понимаешь, что в школьном театре мы не можем поставить любую пьесу, какой бы хорошей она ни была?

— Эта вам подойдет! — уверенно заявил Уильям. — Я пойду?

— Да, встретимся завтра после уроков в учительской.

— До свидания, мисс Лоуэлл.

— До свидания.

Анабель улыбнулась Уильяму и опустила взгляд на его рукопись. Большая перемена, у нее полчаса свободного времени, а ланч подождет. В тени старого дуба так хорошо. Апрельское солнышко золотит свежую листву, ветер весело играет в кроне. Скоро прозвенит звонок, и во дворе станет тихо. Эти минуты тишины Анабель любила почти так же сильно, как и время общения с детьми.

Она уселась удобнее и открыла первую страницу.

Когда на улицу высыпала галдящая толпа ребят всех возрастов, Анабель с сожалением оторвалась от чтения пьесы Уильяма. Да, многое в ней было детским, наивным, но Анабель уже поняла, именно этой пьесой их театр будет закрывать учебный год.

Уильям просто и бесхитростно рассказывал о том, как сложно быть не таким, как все, как тяжело найти близких людей, как страшно видеть, что тебя никто не понимает. И, конечно, он говорил о первой любви. Анабель даже казалось, что она узнает героев пьесы. А еще Анабель поняла, что совершенно не знает своих учеников.

Она посмотрела на часы. Через три минуты должен начаться следующий урок. Анабель запомнила страницу, на которой остановилась, и поспешила в класс, понимая, что теперь обречена постоянно думать о пьесе Уильяма. Ей даже пришлось свериться со своими записями, чтобы вспомнить, чем она собиралась заниматься на этом уроке. К счастью, по плану стояло сочинение, а это значит, она успеет дочитать последние десять страниц. Несмотря на весь свой опыт, она не знала, чем автор решил закончить пьесу. Ей почему-то не верилось, что все будет хорошо.

К безмерному удивлению Анабель, финал был счастливым.

Уильям все же еще ребенок, и ему хочется верить в сказку, подумала Анабель, оглядывая класс, где ученики прилежно что-то писали и даже не пытались переговариваться. Впрочем, финал логичен, а для школьной постановки так просто великолепен. Кое-что нужно подправить, но это они сделают вместе с Уильямом завтра после уроков.

Звонок прозвенел, и к столу Анабель потекла струйка работ. Кто-то еще судорожно дописывал, и Анабель ждала до последнего. Наконец все работы были сданы, и она пошла в учительскую.

Дети, разумеется, бегали по коридорам, снижая скорость, когда видели кого-то из взрослых. Но за пятнадцать лет Анабель научилась даже в толпе разбушевавшихся пятиклассников сохранять равновесие. Она снисходительно относилась к детским забавам и останавливала веселье, лишь когда возникала угроза чьему-либо здоровью.

Впрочем, школьники с уважением относились к мисс Лоуэлл и старались при ней вести себя хорошо.

Но не в этот раз.

— Дейв, подержите мои вещи. — Анабель сунула старшекласснику книги и работы и бросилась к клубку рук и ног в конце коридора. Она сразу же поняла, что драка была не дружеской возней. Соперники явно вознамерились нанести друг другу как можно больше повреждений. — Уильям! Джим! Что это значит?!

Анабель схватила драчунов за шиворот и встряхнула, как щенков. Дейв удивленно присвистнул. Старшеклассники любили пошутить, будто мисс Лоуэлл носит столько книг лишь для того, чтобы ее не унес порыв ветра. Сама Анабель была слишком увлечена драчунами, чтобы обращать внимание на посторонние звуки.

— Я еще раз спрашиваю: что это такое? — Она была очень сердита. Особенно на Уильяма. Джим был средним мальчиком, и честно говоря, не слишком интересовал Анабель, так, в рамках школьной программы.

Мальчишки молчали и насупленно смотрели на нее, стараясь не встречаться взглядами.

— Вы сейчас же пойдете за мной в учительскую, — сказала Анабель и взяла из рук Дейва свои вещи. — И если вы не будете говорить со мной, придется идти к директору.

Анабель быстро пошла вперед. Она была уверена, что мальчишки плетутся сзади. Вряд ли они посмели бы ее ослушаться.

В учительской никого не было. Анабель была рада этому, ей не хотелось доставлять мальчикам дополнительные неприятности. Она знала, что постарается не доводить дело до исключения драчунов из школы, пусть даже и на два-три дня.

— Итак? — спросила она, садясь в кресло напротив мальчишек.

Они упрямо молчали.

— Хорошо. Джим, из-за чего началась драка? — спросила Анабель.

— Он первым набросился на меня!

— Уильям, почему ты на него набросился? Тот уставился в пол, его уши опять горели, но Анабель подозревала, что вовсе не от стыда, а от гнева.

— Ты же не бешеный пес, чтобы бросаться на людей без причины?!

— Он плохо сказал про мою маму, — еле слышно пробормотал Уильям.

— Джим, что ты сказал? — Анабель чувствовала, что уже устала от этого перекрестного допроса, но кто-то должен был решить конфликт.

Вместо ответа Джим тоже уставился в пол.

— Ясно. — Анабель тяжело вздохнула. — Уильям, выйди и подожди за дверью. Мы с тобой еще поговорим. — Она дождалась, когда за Уильямом закроется дверь, и посмотрела на Джима. — Что ты сказал о его матери?

— Правду. — В отсутствие Уильяма мальчик говорил гораздо охотнее. — Я сказал, что она алкоголичка, а этот псих на меня набросился.

— Джим, ты не имел права говорить такие вещи Уильяму.

— Но ведь это правда!

— Скажи мне, если я всему классу сообщу, что у тебя за сочинение двойка, тебе это понравится?

Джим покачал головой.

— Но ведь это правда.

Мальчик по-прежнему смотрел в пол, однако Анабель чувствовала, что своей цели она добилась.

— Правда иногда бывает такой, что о ней лучше молчать. Разве Уильям сделал тебе хоть что-то плохое?

Джим снова покачал головой.

— Зачем же ты делаешь ему больно? Да, у его родителей проблемы, но ведь сам Уильям хороший мальчик и верный друг. Если бы ты был внимательнее, ты бы давно это понял. Попробуй поговорить с ним, а не с его родителями и своими фантазиями. А теперь иди и перепиши сочинение. Только никому не говори об этом. Позови ко мне Уильяма.

Джим кивнул и пошел к двери. Через минуту на его месте появился Уильям.

— Уильям, когда ты станешь известным писателем, ты будешь драться с каждым, кому не понравится твоя книга и он об этом скажет прилюдно?

Мальчик удивленно посмотрел на учительницу и покачал головой.

— Представляешь, что было бы, если бы люди бросались с кулаками на каждого, кто сказал о них или об их родных какую-нибудь глупость? Если не представляешь, попробуй об этом написать рассказ. И мой тебе совет: если очень хочется ответить, отвечай словом. Им можно ударить больнее, и ты лучше других должен это понимать.

— Да, мисс Лоуэлл.

— Да, мисс Лоуэлл, потому что ты понял, или из вежливости? — Анабель позволила себе чуть заметную улыбку.

— Я понял.

— Вот и хорошо. Поправь рубашку и иди домой. Или, если хочешь, останься, мы обсудим твою пьесу. Мне она очень понравилась.

— Если вы никуда не спешите… — пробормотал Уильям.

Анабель видела, что ему отчаянно хочется остаться, но неловко в этом признаться.

— Я никуда не спешу, — ответила она и с трудом подавила грустный вздох.

Совсем скоро эта фраза станет для нее привычной. Да и куда она может спешить? В тридцать шесть лет на нее уже повесили ярлык старой девы, и Анабель понимала, что уже никуда от этого ярлыка не денется. Слишком много она отдавала школе и ученикам, для остального в ее жизни просто не оставалось места, а иначе Анабель не могла. Кажется, пора заводить кошку.

Учебный год закончился. Пьеса Уильяма прошла с оглушительным успехом, и Анабель была уверена, что эта постановка будет популярна еще много лет. Дети с удовольствием играли в пьесе, и даже Уильям приходил на репетиции, чтобы поправить реплики кого-то из персонажей. Ему очень нравилась роль автора. И Анабель заметила, что в школе Уильям начал пользоваться авторитетом. Во всяком случае, больше никто не вспоминал о его неблагополучных родителях. Но больше всего Анабель обрадовалась, когда увидела Уильяма и Джима увлеченно гоняющих мяч. Значит, все было не напрасно. Анабель так хотелось верить, что жизнь Уильяма сложится удачно, что он все же разовьет свой талант, а не станет в барах рассказывать собутыльникам о том, как много лет назад в школьном театре ставили его пьесу.

Анабель гордилась собой, ей так хотелось поделиться своей победой, и она рассказала о Уильяме единственной подруге Лоре. И тут же получила отповедь:

— Очень мило, что ты так заботишься о чужом ребенке, и я рада за будущую звезду литературы, но когда ты займешься собой? — Лора раздраженно постучала ложечкой по блюдцу с куском торта.

Анабель в ответ лишь махнула рукой.

— Ты молодая красивая женщина, ты должна интересоваться мужчинами! — не отступала Лора.

— А где взять этих мужчин? — спросила Анабель.

— Знаешь, мне иногда кажется, что даже если в твою дверь постучит прекрасный рыцарь на белом коне, ты ему не откроешь, потому что будешь слишком увлечена проверкой сочинений.

— Может быть. — Анабель улыбнулась. — Я чувствую себя на своем месте, и мне ничего не хочется менять.

Анабель лукавила. Еще год назад она часто мечтала о том, что в ее жизни появится мужчина, который станет ее мужем, у них родятся дети и будет крепкая и дружная семья. Но мужчина не спешил, и Анабель решила оставить эти мечтания. Она не любила тратить время попусту.

— Посмотрела бы на свою сестру, — с укором сказала Лора. — Двадцать один год, а уже собралась замуж.

— Разве можно сравнивать меня и Сьюзи! — Анабель рассмеялась. — Она ведь у нас красавица и умница.

— Тебя тоже природа не обделила, — заметила подруга. — И, кстати, многие мои знакомые мужчины говорили, что ты привлекательнее Сьюзи, уж слишком много она о себе воображает.

— Сьюзи ничего не воображает. Она на самом деле достойна лучшего.

— А почему ты недостойна?

У Анабель не было ответа на этот вопрос.

— Подумай о том, что у тебя и Сьюзи одна мать. Разве тебе не говорили, что ты очень на нее похожа?

— Говорили.

— А разве Сьюзи не похожа на вашу маму?

— Похожа.

— И, между прочим, сразу видно, что вы сестры.

— Это тебе видно, потому что ты нас обеих знаешь с пеленок. А посторонние не верят, что она моя сестра. У нас ведь даже фамилии разные.

Отец Анабель умер, когда девочке было шесть лет. Ирен, ее мать, во второй раз вышла замуж через девять лет. Отчим даже не попытался стать для Анабель вторым отцом, за что девочка была ему благодарна. Пусть о родном отце у Анабель сохранились смутные воспоминания, но она бы не простила Адену, новому мужу матери, попытки занять место папы. Зато Аден стал для падчерицы другом и советником. Анабель относилась к нему, как к близкому родственнику, и всех это устраивало.

Рождению Сьюзи Анабель радовалась едва ли не сильнее Ирен и Адена. Она с первого же дня взяла на себя большую часть забот о малышке, ведь мать долго оправлялась после тяжелых родов. А потом для всех как-то стало привычным, что Анабель меняет Сьюзи подгузники, кормит из бутылочки, учит ходить и говорить, водит в школу, помогает с домашними заданиями, дает советы, как вести себя с мальчиками… Иногда Адена и Ирен это пугало. Они видели, что Анабель слишком много сил вкладывает в сестру, ради нее отказываясь от личной жизни, а потому Аден настоял, чтобы учиться Анабель отправилась в Бостон. Аден любил падчерицу и надеялся, что вдали от обожаемой сестры Анабель займется собой, сделает карьеру, выйдет замуж и порадует их внуками. Но Анабель так привыкла отказывать себе во всем, что не стала менять образ жизни. Нет, она встречалась с парнями, один раз ее роман продлился почти полгода, но Анабель читала слишком много сказок младшей сестре, когда остальные девочки постигали азы макияжа, и она все ждала принца, а их, как известно, на всех не хватает.

Тем временем Сьюзи расцвела, превратилась в первую красавицу их небольшого городка и даже стала королевой выпускного бала. Анабель постоянно сравнивала себя с сестрой и понимала, что проигрывает. Когда Сьюзи исполнилось восемнадцать, Анабель окончательно убедилась в том, что она дурнушка, искренно порадовалась сестре-красавице и отказала себе в будущем. В сказках принцы приходят к красавицам. Значит, если кто-то и достоин принца, то только ее Сьюзи.

Аден схватился за голову, когда понял, что случилось. Он чувствовал и свою вину: в их семье младшей дочери уделялось слишком много внимания. Теперь раз в неделю Аден пытался на пару с женой убедить Анабель изменить свои взгляды на жизнь. До сих пор им это не удалось.

— Знаешь, мне иногда кажется, что тебе нужно сходить к психоаналитику — у тебя в голове такой бардак! — Лора осуждающе покачала головой. — Вот скажи мне, что важного в твоей жизни случилось за ту неделю, что мы не виделись?

— Вчера была премьера нашей пьесы и выпускной бал.

— Опять! Об этой пьесе я слышу вот два месяца. Ты стала типичным синим чулком: живешь только своей работой, на мужчин внимания не обращаешь…

— Лора, на кого обращать внимание? — перебила ее Анабель. — Легко влюбляться, когда тебе двадцать и мир кажется нежно-розовым. А мне уже тридцать шесть, я кое-что знаю о жизни и прекрасно понимаю, каким хочу видеть своего избранника.

— Если ты все так хорошо понимаешь, почему же ты ищешь принца?

— Я устала от этих разговоров. Может быть, ты позвонишь Адену и вы обсудите эту тему без меня? Да, Лора, ты совершенно права, моя проблема в том, что я ищу принца, а принцев мало, слишком мало. Но на меньшее я не согласна.

— То есть ты согласна остаться до конца жизни одной, без детей?

— Ну, для того чтобы появился ребенок, мужчина нужен минут пятнадцать. А при современных возможностях медицины я с ним могу никогда и не встретиться.

— Можно подумать, ты пойдешь на это! — фыркнула Лора.

Анабель тяжело вздохнула. Подруга права. Она не станет заводить ребенка неизвестно от кого, как спасение от одиночества. Уж лучше кошка. Значит, ее судьба — школьные спектакли, бесконечные сочинения и задушевные беседы с учениками. На самом деле, не такая уж и плохая судьба.

Читать «Где ты, любовь?» — Рей Кимберли — Страница 11

— И все эти приготовления ради простого ужина? — обреченно спросила Берта.

— Никто не знает, за каким поворотом его ждет судьба, — загадочно сказала Ханна.

Берта еще раз глубоко вздохнула и, оглянувшись на подбадривающе улыбающуюся экономку, принялась спускаться по крутой лестнице. Она с трудом преодолевала пролет за пролетом, так как лестница была узкой, а платье — очень широким.

Наконец она добралась до первого этажа, где ее уже ждал Лоуренс. Берта замерла на мгновение, увидев в его глазах восхищение. Но это длилось всего лишь миг. Восторг в его глазах тут же сменился привычным холодком, а на губах появилась чуть насмешливая улыбка.

— Вы сегодня неотразимы! — воскликнул он. Но Берта как всегда не поняла, шутит Лоуренс или говорит искренне.

Он протянул ей руку и аккуратно пожал ее кисть.

— Пойдемте к столу, признаться, я сегодня сильно устал и проголодался, — сказал Лоуренс.

Только сейчас Берта заметила, что он одет во фрак, а на шею повязал настоящий шелковый галстук нежно-голубого цвета. Именно таким она себе и представляла Лоуренса: изящным франтом, которому место не в их сумасшедшем, полном выхлопных газов двадцатом веке, а в утонченном девятнадцатом.

— Вам очень идет эта одежда! — сказала Берта и тут же покраснела.

Лоуренс рассмеялся.

— Чему вы смеетесь? — удивленно спросила она.

— Вы смущаетесь каждый раз, когда говорите мне что-нибудь! А уж комплимент вовсе вогнал вас в краску! Присаживайтесь. Пожалуй, пора начать наш милый тихий семейный ужин. Хотите шампанского?

Берта согласно кивнула. Она думала, что шампанское поможет ей успокоиться. Но коварное вино только закружило мир перед ее глазами.

Лоуренс болтал весь ужин о всяких пустяках. Берте для поддержания разговора достаточно было только кивать и вставлять ничего не значащие фразы. Она уже не улавливала нить разговора и просто сидела и любовалась мужчиной, который находился напротив нее. Она уносилась вслед за своими мечтами все дальше и дальше, пока не заметила, что Лоуренс молчит и пристально смотрит на нее.

Берта подняла на него глаза.

— Я тону в озерах ваших глаз, моя дорогая Берта, — хрипло сказал он.

Новая удушливая волна поднялась по шее Берты к ее щекам и заставила их запылать, как два огромных мака на серебристом от утренней росы луге.

Неожиданно Лоуренс встал со своего места в конце стола и размашистыми шагами подошел к Берте. Он опустился перед ней на одно колено и взял ее руку в свои ладони.

— Дорогая моя Берта. Когда я в первый раз увидел ваше фото, я подумал, что эта девушка должна быть потрясающе красива душою, а значит, и вообще прекрасна. Я думал о вас все те дни, когда узнал о смерти тетушки. Сначала я ревновал вас, ведь вы были рядом с ней в последний день. Я спрашивал о вас разных людей, надеясь найти хоть что-то плохое, но все они говорили, что не видели девушки прекраснее. Потом я понял, что веду себя как последний дурак. И тогда подумал: если моя тетя полюбила вас, быть может, и я найду рядом с вами то спокойное счастье, которое ищу всю жизнь. А когда я вас увидел сегодня на вокзале, то осознал, что не ошибся. Берта, будьте моей женой.

— Я не… — растерянно сказала она. Берта была готова ко всему, но только не к этому. — Я не знаю, — наконец удалось вымолвить ей.

— Берта, неужели я вам безразличен? Неужели вы не чувствуете, как бьется ваше сердце, когда я рядом? Берта, даже камень почувствовал бы, что вы влюблены в него, а ведь я не камень! Я люблю вас, Берта. И я прошу вас стать моей женой. Войти в этот замок не только полноправной хозяйкой, но и женщиной, которая продолжит наш род. Прошу вас, Берта, вы должны согласиться. И не ради моей тети, не ради моего рода, только ради нас.

— Я… Я согласна! — на одном дыхании сказала она.

Лоуренс вытащил из кармана маленькую коробочку. Он раскрыл ее и повернул к Берте. Она замерла в восхищении. Лоуренс вытащил колечко, украшенное бриллиантом, и надел его на палец Берты.

Он прижал ее руку к своим губам. От его поцелуя тяжелая волна тепла расплылась в низу живота Берты. Он одним движением своей сильной руки поднял ее и поставил на пол. Его губы были так близко, что ей казалось, будто она сейчас потеряет сознание. Наконец его рот накрыл ее губы, слившись с ними в долгом и страстном поцелуе.

Утром Берта проснулась от солнечных лучей, которые золотым дождем пробивались в комнату через неплотно прикрытые занавески. Она сладко потянулась в кровати. Ей казалось, что она увидела такой прекрасный сон, и теперь ей так не хотелось просыпаться.

Берта прикоснулась пальцами к губам и почувствовала, что они распухли. Она резко села на кровати.

Значит, это был не сон? И вчера вечером Лоуренс поцеловал меня и просил моей руки? — сама у себя спросила Берта. Тогда почему же с утра я одна?

Она осмотрелась. Рядом с ее подушкой лежала несмятая вторая подушка, и покрывало было девственно чисто.

Берта положила руку на то место, где этой ночью должен был спать Лоуренс. Под ее рукой был только холодный шелк.

Он поступил как настоящий джентльмен! Не стал торопить меня, не стал заявлять какие-то права на то, что еще ему не принадлежит. Как он не похож на других мужчин! — подумала она, нежно проводя рукой по простыням. Как Лоуренс похож на этот шелк. Он кажется холодным, но стоит только прикоснуться к нему, прижаться — и вот видишь, что за этой маской скрывается обычный человек, который так же, как и все, может любить и страдать. Хотя нет, что это я говорю! Лоуренс совсем не обычный! Он самый лучший! И все же я была бы рада, если бы он встречал меня утром улыбкой. Но ведь у нас еще все впереди!

Берта улыбнулась своим мыслям и решила, что пора вставать. Она встала и подошла к туалетному столику. На его полированной поверхности увидела маленький квадратик бумаги для записей.

«Дорогая Берта, мне необходимо уехать. Не знаю, когда я вернусь, но тебе стоит начать подготовку к большому приему. Обратись за помощью к Ханне. Она знает, что и как надо делать. И еще: утром ты встретишься с человеком, которого зовут Холден Макгилтон. Он теперь отвечает за твою безопасность. Я надеюсь на тебя».

Внизу стояла неразборчивая подпись, но Берта догадалась, что эту записку оставил Лоуренс. Она была рада, что теперь ей хотя бы есть чем заняться. Но она никогда не участвовала в званых вечерах и тем более — не организовывала их! Берта боялась подвести Лоуренса.

Она была счастлива этим утром. И весь мир казался ей прекрасным. Берта даже почти не обратила внимания на то, что в записке Лоуренса нет ни слова о любви к ней.

4

— Ханна, вы не знаете, куда уехал мистер Мэллори? — спросила Берта, спустившись вниз к завтраку.

— Он не счел нужным сообщить мне об этом что-либо. — Экономка пожала плечами. — Он просто отдал распоряжения насчет дома и приема.

— И когда должен состояться прием?

— Через две недели.

Берта поперхнулась кофе. Она поставила чашку на стол, отложила булочку и пристально посмотрела на Ханну.

— А вам не были даны распоряжения насчет меня?

— Мистер Мэллори просил оказать вам всяческую помощь.

— Ханна, я надеюсь, вы понимаете, что я просто не знаю, что мне делать! Я никогда не устраивала приемов! Я даже не знаю, в котором часу следует начать это мероприятие и какие блюда ставить на стол!

Ханна жестом отослала прочь лакея, который стоял возле дверей: на его лице был написан живейший интерес к тому, что происходит. Берта страшно смутилась, когда поймала его взгляд, полный откровенного, ничем не прикрытого любопытства.

Как только дверь за ним закрылась, экономка пристально посмотрела на Берту.

— Мисс Джойнс, запомните главное правило: никогда, ни при каких обстоятельствах не показывайте свои чувства при слугах. И помните, что не стоит также говорить лишнее в их присутствии. Леди от простой женщины отличает то, что она всегда знает, где проходит тончайшая грань дозволенного.

Кимберли Рей — Открой свое сердце читать онлайн

ОТКРОЙ СВОЕ СЕРДЦЕ

Звонок как всегда прозвучал не вовремя, Анабель увлеклась и не успела закончить рассказ о жизни и творчестве Чарльза Диккенса. Это был ее любимый автор, и учительнице очень хотелось, чтобы ученики с интересом прочли «Приключения Оливера Твиста». Она предпочитала заинтересовывать, а не заставлять.

— Мисс Лоуэлл, а что дальше? — спросил ее бледный, всегда неопрятно одетый мальчишка, сидевший в первом ряду.

— Продолжение на следующем уроке, Уильям, — ответила Анабель.

Класс наполнился разочарованными возгласами.

— Это же почти черед неделю! — огорчился Уильям.

Ей нравился этот мальчик, судя по сочинениям, у него был литературный талант, и Анабель надеялась помочь ему развить этот дар. Но даже те, кто с трудом складывал слова в предложения, после ее уроков брали книгу и погружались в выдуманный мир.

— Вы как раз успеете прочитать первые три главы «Приключений Оливера Твиста». — Анабель улыбнулась. — Урок окончен, можете идти.

Дети неохотно принялись собирать учебники и тетради. Один за другим они потянулись из класса, обсуждая сегодняшний урок. И судя по фразам, долетавшим до учительницы, «Приключения Оливера Твиста» будут прочитаны от корки до корки к следующему занятию.

Да, Анабель имела право улыбаться, сегодня она хорошо поработала.

— Мисс Лоуэлл, могу я вас попросить кое о чем?

Уильям неуверенно переминался с ноги на ногу. Он уставился в пол, хотя обычно дерзко смотрел в глаза даже директору школы, когда его отчитывали за очередную провинность.

— Если ты не против, дойдем до учительской и там поговорим, — предложила Анабель.

У дверей кабинета уже толпились ученики. Уильям закусил губу, и Анабель сразу же стало понятно, что мальчик не хочет, чтобы их разговор слышал кто-то еще.

— Или выйдем во двор, я как раз хотела подышать свежим воздухом, — предложила она.

Лицо Уильяма посветлело, и он кивнул.

— Пойдемте.

Анабель направилась к выходу. Она знала, что Уильям из неблагополучной семьи. Его родители то и дело уходили в запой, оставляя мальчика на произвол судьбы, и в такие дни он становился еще запущеннее. Анабель часто недоумевала, почему искра таланта чаще встречается вот у таких заброшенных, никому не нужных детей. Наверное, трудности закаляют характер, заставляют быстрее взрослеть…

— Как твои дела, Уильям? — спросила Анабель.

— Спасибо, все хорошо, — ответил мальчик, и она сразу же поняла, что Уильям лжет.

Судя по его одежде и ввалившимся щекам, родители в очередной раз предпочли сыну бутылку дешевого виски. Спокойная, уравновешенная Анабель иногда самой себе казалась несокрушимой скалой терпения и безмятежности. А как иначе, если хочешь работать с детьми? Но когда она видела, как из-за взрослых страдают дети, терпению приходил конец. Уже не один раз Анабель порывалась доложить в службу социального надзора о поведении родителей Уильяма, но до сих пор что-то ее останавливало. Сразу после колледжа Анабель полгода проработала в сиротском приюте и хорошо знала, что дети любят своих родителей любыми. Она не встретила ни одного ребенка, который даже после побоев и ежедневных унижений сказал бы хоть одно плохое слово о своей матери. Да, родителей Уильяма уже давно можно было бы лишить родительских прав, но Анабель не была уверена, скажет ли мальчик ей за это спасибо.

Она сели на скамейку под большим дубом. Это было любимое местечко Анабель. Даже в таком шумном месте, как школьный двор, здесь было достаточно тихо. Анабель знала, что посторонних ушей, которых так боится Уильям, здесь нет.

— Что ты хотел рассказать мне? — спросила она, уже догадываясь, о чем пойдет речь. Все же мисс Лоуэлл преподавала уже пятнадцать лет. Ее выпускники уже успели завести свои семьи, детей, а она…

Анабель подавила грустный вздох и заставила себя улыбнуться Уильяму. Каждому свое.

— Я хочу, чтобы вы прочитали это. Уильям протянул учительнице стопку листов, исписанных удивительно красивым почерком. Анабель очень нравился почерк Уильяма, и она часто думала, что и остальных детей стоило бы лишить возможности работать с компьютером.

— Что это, Уильям? — спросила она, пролистывая внушительную пачку.

— Я написал пьесу для вашего театра. Анабель удивленно приподняла бровь. Она уже давно звала Уильяма принять участие в постановках организованного ею школьного театра, но мальчик упрямился, хотя Анабель была уверена в том, что Уильям отлично справится с любой ролью. До сих пор на все свои предложения она получала отказ. Уильям уверял ее, что не интересуется театром.

— Я знаю, вам нечего ставить…

В самом деле, в последние несколько недель Анабель пыталась найти подходящую пьесу, где могли бы сыграть дети разных возрастов. Она уже начала отчаиваться, время шло, дата, к которой должен был появиться новый спектакль, приближалась, а пьесы так и не было.

— Это театральная пьеса? — на всякий случай переспросила Анабель.

Уильям кивнул и поспешил надеть на лицо маску безразличия, но пылающие уши выдавали его.

— Спасибо, Уильям, — искренно поблагодарила его Анабель. — Ты сможешь подойти ко мне завтра после занятий, чтобы мы обсудили твою пьесу?

— Да, мисс Лоуэлл. Если она вам вдруг понравится, вы сразу можете вносить поправки. Я ведь не писатель…

— Я уверена, что поправки будут минимальными. — Анабель говорила совершенно серьезно. — Но ты же понимаешь, что в школьном театре мы не можем поставить любую пьесу, какой бы хорошей она ни была?

— Эта вам подойдет! — уверенно заявил Уильям. — Я пойду?

— Да, встретимся завтра после уроков в учительской.

— До свидания, мисс Лоуэлл.

— До свидания.

Анабель улыбнулась Уильяму и опустила взгляд на его рукопись. Большая перемена, у нее полчаса свободного времени, а ланч подождет. В тени старого дуба так хорошо. Апрельское солнышко золотит свежую листву, ветер весело играет в кроне. Скоро прозвенит звонок, и во дворе станет тихо. Эти минуты тишины Анабель любила почти так же сильно, как и время общения с детьми.

Она уселась удобнее и открыла первую страницу.

Когда на улицу высыпала галдящая толпа ребят всех возрастов, Анабель с сожалением оторвалась от чтения пьесы Уильяма. Да, многое в ней было детским, наивным, но Анабель уже поняла, именно этой пьесой их театр будет закрывать учебный год.

Уильям просто и бесхитростно рассказывал о том, как сложно быть не таким, как все, как тяжело найти близких людей, как страшно видеть, что тебя никто не понимает. И, конечно, он говорил о первой любви. Анабель даже казалось, что она узнает героев пьесы. А еще Анабель поняла, что совершенно не знает своих учеников.

Читать дальше

Читать онлайн «Где ты, любовь?» автора Рей Кимберли — RuLit

Как же он красив! — с замиранием сердца думала Берта. Как ей хотелось еще теснее прижаться к нему!

И вдруг Лоуренс остановился. Берта непонимающе посмотрела на него.

— Вы себя неважно сегодня чувствуете, — сказал он, улыбаясь такой уже привычной для Берты улыбкой, — боюсь, как бы у вас не закружилась голова. — Пойдемте, я вас познакомлю с экономкой, а она покажет ваши комнаты.

От волнения и только что пережитого восторга Берта не могла сказать ни слова. Она вложила свою руку в руку Лоуренса и пошла вслед за ним.

Они вновь вышли в холл, который после залитого солнцем зала показался Берте совсем уж неприветливым. Ее вновь охватила дрожь.

Лоуренс уверенно вел ее куда-то вправо от входа. Наконец Берта увидела дверь, которая после огромных створок в холле и зале показалась ей совсем маленькой. Но и возле нее стоял лакей, который при их приближении тут же ее распахнул.

Они вошли в небольшой, уже более уютный холл, где были нормальные потолки, хотя Берте и они показались непривычно высокими. Она вздохнула с облегчением. На стенах — обои, на окнах — шторы. Берта уже боялась, как бы в ее комнате стены не были сложены из камня и лишь слегка прикрыты драпировками или гобеленами.

— Это — малая гостиная, — продолжил свою экскурсию Лоуренс. — Отсюда лестница ведет на второй этаж, где находятся комнаты семьи. Через эту дверь можно пройти в библиотеку. А уже из библиотеки — в столовую. Вот такая маленькая экскурсия. — Он лучезарно улыбнулся Берте. — А сейчас познакомьтесь с Ханной Соберсти. Она наша экономка и содержит этот замок в порядке. Как мне рассказывал отец, Ханна — наследственная экономка нашей семьи. Не так ли? — Лоуренс повернулся к ней, ожидая ответа.

— Да, мистер Мэллори. — Ханна чопорно кивнула. — Моя мать имела честь быть экономкой замка Мэллори, как и моя бабка.

— Как и ее прабабка, — продолжил Лоуренс. — Мне кажется, что Соберсти живут с нами с самого основания замка!

— Вы преувеличиваете, сэр, — отозвалась Ханна. — Только последние двести — двести десять лет.

— Но и это уже немало, — прокомментировал Лоуренс.  — А теперь я представлю новую хозяйку замка, мисс Берту Джойнс.

Берта несмело улыбнулась экономке. Она казалась Берте такой неприступной, такой высокомерной. Но неожиданно Ханна ответила на ее теплую улыбку.

— Пойдемте, мисс Джойнс, — сказала она. — Я покажу вам ваши комнаты. Вещи туда уже принесли. И если эти горничные так расторопны, как должны бы быть за такую зарплату, они уже должны были все разложить.

— Я вас покину, — сказал Лоуренс.

— Куда же вы?! — воскликнула Берта, но опять смутилась. Она поняла, что в ее голосе звучало слишком много горячности.

— У меня есть дела в Холихеде, мисс Джойнс. Но не бойтесь, я вас не бросаю один на один со страшным Мэллори-холлом. Уже к ужину я вернусь.

Он повернулся и пошел к выходу. Возле двери остановился и, пристально посмотрев на Берту, добавил:

— И наденьте к ужину то платье, что найдете в комнате. Выполните мою маленькую просьбу.

Он еще раз улыбнулся и вышел.

— Пойдемте, мисс, — окликнула задумавшуюся Берту Ханна.

Она пошла к лестнице, которая спиралью завивалась вверх. Ханна принялась подниматься по крутым ступеням, осторожно ставя ноги. Берте казалось, что эта женщина даже не знает, что такое согнутая спина.

— Как вам наш замок, мисс Джойнс? — спросила Ханна, когда они поднялись в небольшой, удлиненный холл, в который выходили несколько дверей.

— Мне… Даже не знаю, что сказать, — развела руками Берта.

Ханна удовлетворенно кивнула.

— Он был создан, чтобы поражать! — сказала она. — Мы сейчас на так называемой мужской половине. Мистер Мэллори, полагаю, уже успел рассказать вам, что семья всегда была довольно большой?

— Да. Он говорил, что в замке всегда жило много людей.

— Особенно много бедных родственников, — недовольно сказала Ханна. — Неженатые мужчины, чтобы не мешать дамам и не смущать их, селились в этой половине. Супружеские пары занимали смежные комнаты. Прямо перед вами находится общий холл, который разделяет половины. Там любили собираться все Мэллори перед сном, чтобы обсудить новости. Если, конечно, в семье царил мир. А за этим холлом находится женская половина. Там ваша комната. Пойдемте.

— Значит, мистер Мэллори будет жить здесь?

— Да. А вы там.

Берте показалось, что в голосе Ханны звучит какой-то намек. Но она решила не обращать внимания на свои ощущения. Тем более что день был уж слишком напряженным и ее воображение совсем разыгралось.

Жизнь для тебя» — читать онлайн бесплатно, автор Кимберли Рей

Кимберли Рей


Жизнь для тебя

1


Эмилия сидела в гостиной маленького домика своей матери. Сегодня она хотела поговорить с Лорой по душам, но, как всегда, стоило лишь в разговоре упомянуть мужа Эмилии — Барни, мать тут же занимала глухую оборону и категорически отказывалась говорить о нем что-либо хорошее. Эмилия не понимала, почему мать так не любит зятя. Еще когда Эмилия только объявила о своей помолвке, Лора предупредила дочь, что Барни — не тот человек, за которого стоило бы выходить замуж кому бы то ни было, а особенно ее любимой дочери.

А Эмилии тогда был двадцать один год, она училась в местном колледже по специальности «менеджер». Ее самой большой мечтой было вырваться из маленького городка Дьюрант на самой границе штатов Оклахома и Техас. Эмилии казалось, что она знает по именам все сорок тысяч жителей родного городка. Все чаще она ловила себя на мысли, что ждет, когда же приедет тот единственный мужчина, который заберет ее из этого провинциального ада. И вот на ее горизонте появился Барни Берроуз. Он предложил хорошенькой Эмилии руку и сердце, а так же Даллас — главный город «самого свободного штата Америки».

Рыцарь был служащим средней руки в далласком отделении «Интернешнл коммершиэл бэнк». Он обещал, что Эмилия никогда не будет думать о завтрашнем дне, потому что он все сам устроит. А его милой женушке следует просто сидеть дома и готовить обеды. Это был тот самый тихий рай вне Дьюранта, куда хотела убежать Эмилия.

Вот уже пять лет она жила с Барни. Милая и кроткая Эмилия никогда не решалась перечить мужу и поэтому послушно бросила колледж в Далласе, куда ей с таким трудом удалось перевестись. Она терпела выходки Барни, когда он возвращался домой нетрезвым. Старалась не обращать внимания на запах женских духов, тяжелым облаком окружавших припозднившегося мужа. Эмилия плотно закрыла свои огромные голубые глаза и шла на поводу у судьбы.

Лора видела, что ее дочь несчастна в браке, как бы Эмилия ни пыталась это скрывать. Но ничего поделать не могла. Ее девочка, казалось, ослепла. Лора просто решила устраниться и ждать, чем закончится семейная жизнь дочери. Она только надеялась, что девочка не повторит ее судьбы: муж-алкоголик, от которого пришлось бежать в другой штат с маленькой Эмилией на руках и тридцатью долларами в кармане. Слава богу, дьюрантской школе требовалась учительница начальных классов. Лора привыкла к городу, привыкла к косым взглядам степенных матрон. Она была довольна жизнью в той мере, в какой могла себе это позволить. Но будущее дочери внушало ей серьезные опасения.

— Эмилия, милая, может, ты все же останешься у меня еще на пару деньков? Ты так редко навещаешь меня. Раньше ты ездила чаще, — укорила она дочь.

— Прости, мама, но послезавтра — пятая годовщина со дня нашей с Барни свадьбы. Я должна быть с мужем.

— Не напоминай мне об этой страшной ошибке, — проворчала Лора.

— Мам, я же просила тебя не говорить так о моей семье! Я счастлива с Барни, у нас все хорошо. Вот если бы мы еще смогли родить ребенка, — мечтательно сказала Эмилия.

— Боже упаси! — воскликнула Лора. — Я не переживу, если мой внук будет рожден от этого человека!

— Давай прекратим этот бесполезный разговор, — устало попросила Эмилия. — Мы уже обсуждали эту тему, и не раз. Я теперь никуда не уйду от Барни. Я только и умею, что быть женой. У меня нет профессии, нет таланта, нет, в конце концов, желания что-либо менять в своей жизни.

— Эмилия, я всегда считала, что ты можешь добиться большего, чем муж клерк и кутила. В колледже говорили, что ты подаешь большие надежды. Это все твой проклятый Барни! Девочка моя, прошу тебя, подумай хорошенько, сможет ли человек, лишивший тебя будущего, быть отцом твоего ребенка? Я прошу тебя, не повторяй мою ошибку.

— Мамочка, Барни совсем не похож на моего отца. Он добрый, ласковый. Даже если иногда возвращается домой после того, как посидит с друзьями в баре, нетрезвым, никогда он не позволяет себе даже притронуться ко мне Пальцем. Мам, пойми, Барни меня любит и бережет.

— Поэтому ты работаешь по дому как лошадь? Ты когда в последний раз была в каком-нибудь баре или ресторане? Или у Барни есть деньги только на его развлечения?

— Ну почему ты так говоришь?! — возмутилась Эмилия. — Я просто делаю то, что должна делать любая жена: готовлю, стираю, убираю. И мне не надо никаких ресторанов, я предпочитаю домашнюю еду.

— Барни мог бы тогда уж купить и кухонный комбайн, и микроволновую печь. Для такой образцовой жены ему не должно быть жалко денег.

— Барни не так уж много зарабатывает, как тебе хотелось бы думать. У него много недоброжелателей среди сослуживцев. Он ведь там один из лучших сотрудников, а вот уже три года ему не дают повышение. Это все происки Эда из отдела операций с иностранной валютой.

— Да, конечно, Барни — непризнанный гений! Кстати, если бы он так часто не ходил с друзьями в бар, вы давно бы жили в районе поприличнее.

— Нет, я не должна заставлять его отказываться от всех удовольствий. Он и так ради меня перестал играть на тотализаторе.

— Ну это еще неизвестно, — сердито сказала Лора.

— Мам, ты же понимаешь, что ни к чему хорошему этот разговор не приведет. Я не брошу Барни. Возможно, ты когда-нибудь сможешь полюбить его так же, как люблю я? — тихо добавила Эмилия. Она искренне верила, что такого человека, как ее муж, должны любить все вокруг, и недоумевала, что же такого сделал Барни, что ее мать, — самый близкий и дорогой ей человек, после мужа, конечно, — так его ненавидит.

— И не надейся! — резко сказала Лора. — Твой Барни ничтожество. Ты скоро поймешь это. И как только останешься у разбитого корыта, сразу же примчишься ко мне, чтобы я тебя успокаивала, говорила, что все еще уладится, что твой муж вернется. Но, милая, запомни: этого не будет. Когда Барни тебя бросит, я тебя, конечно, приму, но ни успокаивать, ни тешить надеждой не собираюсь. Я вообще считаю, что тебе давно пора найти себе работу.

— Я не могу, — тихо ответила Эмилия.

— Можешь, — безапелляционным тоном заявила мать. — Женщина должна работать, чтобы чувствовать себя независимой от мужа.

— Мне не нужна независимость. Я хочу жить ради него. К тому же когда-нибудь Барни повысят, и мы сможем родить ребенка. Моя работа будет только помехой.

Лора улыбнулась.

— У тебя навязчивая идея?

— Нет, просто я иногда чувствую себя очень одиноко в нашей квартире. Я всегда думаю, что детский смех скрасил бы мне те долгие часы, которые Барни проводит не со мной.

— Дорогая, ты хочешь ребенка не ради того, чтобы стать матерью, а ради того чтобы не быть одинокой! Не проще ли найти другого мужчину, который не будет заставлять тебя сидеть дома и варить ему супы? — вкрадчиво спросила Лора.

— Нет, не проще! — сердито ответила Эмилия. — Я люблю Барни, и точка. Он не заставляет меня сидеть дома, я сама выбрала это. Я не чувствую себя одинокой, когда он рядом. Я счастлива. Давай закончим этот разговор. Мой автобус отходит через час. Ты же не хочешь, чтобы мы поссорились перед моим отъездом?

— Нет, дорогая, конечно, не хочу. Пойми, ты говоришь, что счастлива, а в твоем голосе звучат слезы. Я же мать, я это слышу.

— Нет никаких слез, — отрезала Эмилия.

— Есть, — упрямо ответила Лора. — И не стоит уверять меня, что все в порядке. Но действительно следует прекратить этот разговор. Если ты не слышишь меня, может быть, жизнь тебя научит всему. Но я буду молить Бога, чтобы моя девочка была счастлива.

— Я люблю тебя, мама.  — Эмилия подошла к матери и обняла ее, нежно прижавшись щекой к седым волосам Лоры.

— Ну так оставайся.

— Мам, — рассмеялась Эмилия, — так нечестно. Я уже решила ехать. Хочу сделать Барни сюрприз. Я уверена, что он удивится.

— В этом я тоже уверена. А вот обрадуется ли?

В автобусе Эмилия предвкушала, как будет счастлив муж, увидев ее на пороге их маленькой квартирки в Далласе. Барни звонил ей чуть ли не каждый день, интересуясь, когда же его жена наконец вернется домой. Он никогда не настаивал на скором возвращении Эмилии, но ей всегда казалось, что муж просто умирает от желания увидеть ее.

Он будет ужасно рад! А когда увидит, какую сумму я смогла накопить, чтобы мы этим летом могли повторить наше свадебное путешествие! Да Барни просто потеряет способность говорить!

Эмилия весело рассмеялась своим мыслям. Мужчина, сидевший на соседнем кресле, внимательно посмотрел на свою попутчицу.

Она была в том возрасте, когда исчезает девическая угловатость и появляется женская мягкость. Черные волосы водопадом струились по ее плечам. Огромные озера голубых глаз открыто и весело смотрели на мир. А маленькая голубая жилка, будто тоненький ручеек ее настроения, билась около виска в такт сердцу. Мужчина решил, что если женщина и не обладает красотой модели с глянцевой обложки, то все же есть в ней что-то, что заставляет вновь и вновь останавливать свой восхищенный взгляд на ее тонко вырезанном лице и пластичной фигуре.

— Милая незнакомка, — обратился он к Эмилии, — могу ли я исправить эту ужасную ошибку?

— Какую ошибку? — не поняла она.

— Ту, что мы до сих пор незнакомы.

— Нет, эту ошибку исправить нельзя, — как можно более холодно сказала Эмилия.

С тех пор как вышла замуж за Барни, Эмилия всегда болезненно реагировала на попытки познакомиться с ней. Когда она еще в первую неделю их брака рассказала мужу, что с ней пытался познакомиться какой-то симпатичный молодой человек, Барни будто взбесился. Он долго кричал, что не думал так ошибиться в Эмилии, что его жена должна быть верхом чистоты и непорочности, что, несомненно, она уже придумала, каким образом сможет обмануть мужа. Эмилии было ужасно неловко, ведь эти гневные крики слышали все соседи, но успокоить Барни она никак не могла. Только когда Эмилия дала клятвенное обещание, что больше не будет даже разговаривать с незнакомыми мужчинами, ее супруг наконец-то перестал кричать.

— Неужели такая молодая и очаровательная женщина уже замужем? Мне опять не повезло?

Эмилия ничего не ответила и, отвернувшись, принялась смотреть в окно. Она как бы невзначай положила левую руку на спинку переднего кресла, стараясь, чтобы обручальное кольцо бросилось в глаза наглому незнакомцу.

— А-а-а, — протянул он, — так бы сразу и сказали. Неужели еще есть женщины, которых замужество отпугивает от общения с таким интересным человеком, как я?

Конечно есть, зло подумала Эмилия. Почему он от меня не отстанет?! Мы только миновали границу штата, до Далласа ехать еще часа три. Неужели весь путь превратится в пытку? Слава богу, что я не попросила Барни встретить меня. Он бы обязательно устроил сцену ревности этому типу.

Эмилия постаралась сделать вид, что уснула, и через некоторое время под мерный рокот мотора действительно погрузилась в тяжелый сон без сновидений.

Мужчина все это время смотрел на свою случайную попутчицу. Он и не догадывался, что эта женщина не ответила на его заигрывания только из-за обещания, данного когда-то ревнивому мужу. Ему уже давно казалось, что нет на этом свете верных женщин, как, впрочем, и мужчин.

Темный локон упал на мраморно-белое лицо женщины. Он осторожно протянул руку с длинными красивыми пальцами, чтобы аккуратно убрать волосы с щеки попутчицы. Прикосновение к ее нежной матовой коже пронзило его будто электрическим разрядом. Он задержал руку возле щеки. Тепло тела женщины проникало в него, насыщая спокойствием и уверенностью. Он посмотрел на полные коралловые губы и прошептал:

— Я не знаю, как тебя зовут, но верю, что мы еще когда-нибудь встретимся. Ты именно та, кому я готов подарить мою жизнь.

Женщина еле слышно вздохнула, будто сожалея, что никогда не услышит этих слов наяву.

Эмилия вышла из автобуса, не доехав до вокзала. Ее тело затекло оттого, что она уснула в неудобном положении, но Эмилия не замечала этого. Все ее мысли были заняты странным мужчиной, который сначала попытался познакомиться с ней, а потом на прощание, несмотря на то что его попытка не удалась, сказал: «Мы еще встретимся». Эмилия старалась не обращать внимания на те грязные и темные улочки, по которым она добиралась домой. Она уже привыкла за пять лет к этому району Далласа. Единственное, на что она надеялась, что в понедельник вечером не слишком многие заинтересуются ее скромной персоной. Иначе встреча Эмилии с еще одним страстным воздыхателем могла бы закончиться не так приятно, как с автобусным незнакомцем.

Подходя к дому, Эмилия заметила, что в окнах их квартирки не горит свет.

Бедный Барни, он, наверное, так устал за сегодняшний день! — подумала она. А меня нет рядом, чтобы помочь расслабиться, успокоиться. Он, конечно, выпил снотворное и лег спать пораньше, стараясь не думать обо мне.

Сердце Эмилии забилось в груди. Ей стало стыдно за свой эгоизм: прогостить у матери две недели, когда муж так нуждается в ней! Словно на крыльях, она взлетела на пятый этаж. Рука уже потянулась к звонку, но что-то удержало Эмилию от того, чтобы позвонить.

Я открою дверь своим ключом, решила она. Зайду в спальню, тихо обниму Барни, он не сразу и поймет, что я вернулась. Пусть думает, что это — прекрасный сон!

Ключ в замке повернулся совершенно бесшумно. Так же тихо Эмилия зашла в прихожую, сняла босоножки, положила сумочку на столик у двери. Она не включала свет, чтобы не разбудить мужа раньше времени. Но вдруг она услышала шум льющейся воды. Не раздумывая, Эмилия пошла к ванной. Она тихой тенью проскользнула за запотевшую дверь… и резко остановилась. За ширмой под душем стояла женщина.

— Кто вы? Что вы делаете в моем доме? Где мой муж? — Вопросы градом посыпались с губ Эмилии.

Женщина протянула руку и отодвинула ширму.

— О, Эмилия, мы не ждали тебя сегодня! Какой сюрприз! — радостно сказала она.

— Кимберли? — удивилась Эмилия, увидев свою единственную и, соответственно, лучшую подругу. — Что ты здесь делаешь? Да еще в такой час?

— Моюсь, — просто ответила она.

— Но почему в моем доме?!

— У меня дома ремонт. Я не могу воспользоваться ванной. Поэтому попросила Барни предоставить в мое распоряжение вашу. Надеюсь, ты не против?

— Нет, конечно, просто это так неожиданно! Я растерялась.

— Кимберли, крошка, твой пупсик уже заждался тебя! — Женщины вздрогнули от неожиданного крика Барни. — Котеночек мой, возвращайся ко мне в постельку! Она уже начала остывать без твоих горячих прелестей!

В ванной комнате повисло тягостное молчание.

— Хорошо, тогда я сам к тебе иду. Под душем мы этого не делали уже много месяцев, а ты у меня такая выдумщица!

Барни приближался к ванной. Он открыл дверь, и лицо его изменилось до неузнаваемости. Вместо слащаво-приторной улыбочки, посвященной Кимберли, появилось выражение растерянности, а затем злости.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, обращаясь к Эмилии.

— Приехала домой, к мужу, — ответила она.

— А почему раньше времени? — продолжал допрос Барни.

— Потому что хотела сделать тебе сюрприз. Ты говорил, что ужасно скучаешь. Но, должна признать, вы меня удивили гораздо сильнее. Может, кто-то мне объяснит, что здесь, в конце концов, происходит?

— Если ты так хочешь это знать, то я сплю с твоей подругой, — спокойно ответил жене Барни.

— И как давно?

— Барни, пупсик, может, вы разберетесь без меня в гостиной, а я пока вытрусь? — подала голос Кимберли.

— Тоже правильно, — согласился Барни. Он грубо взял за руку Эмилию и вывел ее из ванной комнаты.

Когда они уселись на диван в гостиной, Эмилия нашла в себе силы сказать:

— Теперь ты можешь объяснить мне все, что я сейчас увидела?

— Я уже объяснил. Я сплю с Кимберли. Уже два года. В постели она просто супер, не то что ты. Вечно лежишь как вяленая рыба. Или как мороженая камбала. Не знаю, что лучше! — Он гнусно ухмыльнулся.

— Почему же я тебя устраивала предыдущие пять лет? — с дрожью в голосе спросила Эмилия.

— Ты меня и тогда не устраивала, — грубо ответил Барни. — Я переспал с горничной уже на третий день нашего так называемого свадебного путешествия. А потом были другие женщины. Такой мужчина, как я, не может оставить равнодушным ни одну женщину. — Он, отвратительно улыбаясь, почесал свой волосатый живот, который все увеличивался благодаря кулинарным талантам его жены.

— Зачем же ты тогда женился на мне?

— Ну ты же со своими дурацкими принципами не подпустила меня к себе и близко до того дня, как я надел тебе это чертово кольцо на палец. Если бы ты была умнее, мы бы поняли, что не подходим друг другу, еще до свадьбы.

— Я считаю, что ты мне подходишь, — сквозь слезы сказала Эмилия. — Я любила тебя! Я готова была отдать тебе свою жизнь! Всю, до последней капли!

— Прости, милая, не могу сказать того же о себе.

— Почему ты не развелся со мной еще пять лет назад? Почему изменял мне, вместо того чтобы просто бросить?

— Милая моя женушка, если бы ты знала, как потрясающе ты готовишь! Эмилия Берроуз обходится мне гораздо дешевле, чем питание в ресторанах и домработница. Я, понимаешь ли, люблю домашнюю кухню. Спасибо твоей бешеной мамочке, готовить он тебя научила.

— Не смей так говорить о моей матери! — рассердилась Эмилия. — Она еще до свадьбы поняла, кто ты такой, но слишком любила меня, чтобы просто запретить выходить за тебя замуж. Почему я не послушалась ее тогда?!

— Потому что тебе слишком сильно нравился простой парень Барни и очень хотелось уехать из той провинциальной дыры, которую по ошибке называют городом.

Эмилия уже не могла сдерживать потоки слез. Она закрыла лицо руками и горько рыдала. Эмилия оплакивала свою растоптанную любовь, свое оскверненное семейное счастье, свою жизнь, которая теперь казалась ей никчемной.

— Я же говорила тебе, что Эмилия — слабохарактерная дурочка, — сказала презрительно вошедшая в гостиную Кимберли.

— Ах ты!.. Ах ты!!! — Эмилия задыхалась от ненависти и ярости, которая мгновенно осушила огромные озера ее глаз.

— Она была готова проглотить бредовую историю, будто я ремонтирую квартиру, поэтому попросила у тебя разрешение воспользоваться ванной комнатой!

Эмилия попыталась руками закрыть уши. Смех подруги, казалось, разрывал ее барабанные перепонки.

— Ты!.. Ты!!!

— Ну же, скажи, кто я?

— Ты — стерва!

— О боже. Наша воспитанная девочка сказала такое мерзкое слово! Как же повернулся твой язык?! Или ты забыла, чему тебя учила мамочка?

Эмилия повернулась к Барни, ища поддержки у мужа. Но ее надежды не оправдались: Барни весело смеялся, слушая перепалку женщин.

— Почему вы предали меня! За что?! — заливаясь слезами, спросила Эмилия.

— Никто тебя не предавал. Ты не стоишь того, чтобы тратить силы на предательство, — тихим голосом ответила Кимберли. — Ты слабая, Эмилия, а мы — сильные. Мы должны были быть вместе. Не расстраивайся так. Вернешься в свой захолустный городок. Как он там называется, я опять забыла. Будешь жить со своей мамашей. Пару месяцев поплачешь. Потом возненавидишь всех мужчин. А к сорока годам заведешь себе кошек или собак штук двадцать. Или пойдешь по стопам своей матери и будешь мучить в школе несчастных детишек.

— Да, Кимберли, не слишком радостную перспективу для крошки Эмилии ты рисуешь, — подал голос Барни. — Но что-то мне подсказывает, что все так и будет. Так что, милая, — обратился он к жене, — мы пойдем развеемся, а ты пока можешь собрать свои вещи. Вернемся часам к четырем. Я хочу, чтобы к тому времени и духу твоего не было в моей квартире!

— Это и моя квартира! — возмутилась Эмилия. — Я живу в ней столько же, сколько и ты!

— Нет уже, милая, работаю в нашей семье только я. Плачу за квартиру я, значит, и жить в ней буду я.

— А куда мне деваться? — воскликнула Эмилия.

— Кимберли права. Поезжай к своей мамаше. Тебе там будет лучше. Послушайся меня и сегодня, — вкрадчивым голосом сказал ей Барни.

— Но… — попыталась протестовать Эмилия.

— Никаких «но»! — рассердился Барни. — Я сказал, чтобы через три часа тебя здесь не было! Пойдем, Кимберли, пусть она спокойно собирает свои тряпки. — Уже выходя из квартиры, он крикнул: — Не забудь положить ключи на столик в прихожей! И еще: я одолжу тебе денег на билет до Дьюранта. Вернешь, когда сможешь.

— Очень щедро с твоей стороны! — огрызнулась униженная Эмилия.

— Да ты знаешь, я вообще довольно щедрый. Это мой порок, как и доброта! — Смех Барни раздражал Эмилию до такой степени, что она была готова кричать от ненависти к предавшему ее мужу. Это новое чувство захватывало ее в свои сети со страшной силой.

— Я никогда не прощу тебя! — крикнула она ему вслед.

Ответом ей был стук закрывающейся двери.

Обессилев, Эмилия села прямо на пол. Еще долго она не могла ни подняться на ноги, ни просто думать. В голове была пустота, которую могли бы заполнить слезы. Но ни капли живительной влаги не потекло по лихорадочно горящим щекам Эмилии. Она в бессильной злобе сжимала и разжимала кулаки. Ногти так сильно вдавливались в нежную кожу на ее руках, что оставляли красные полоски.

Похоже на ранки, подумала Эмилия, посмотрев на свои ладони. Интересно, а на сердце что-нибудь остается? Какие-нибудь шрамы?

Неожиданно она вскочила на ноги и крикнула в пустоту:

— Я не вернусь домой, никогда не вернусь! Я сумею жить без тебя! Я стану сильной! Ты еще приползешь ко мне на коленях, а я тебя прогоню! Будь ты проклят, Барни Берроуз!

И тут из ее глаз полились живительные слезы. Только через двадцать минут она смогла тихо повторить:

— Будь ты проклят!

С трудом Эмилия поднялась на ноги и побрела в спальню, собирать свою одежду и те немногие вещицы, которые были ей дороги и которые муж разрешил поставить на столик в изголовье кровати. Она забрала только те вещи, которые были куплены еще до свадьбы. Эмилия с удивлением обнаружила, что за пять лет ее гардероб не так сильно пополнился, как ей отчего-то казалось. Она подошла к кровати, чтобы забрать подарок матери на первый школьный день, будильник, — с его помощью Лора хотела привить дочери пунктуальность. Маленькую раковинку, которую она нашла во время свадебного путешествия с Барни, Эмили решила оставить мужу. Теперь ничто не должно напоминать о нем. Ничто.

Эмилия с грустью провела тонкими длинными пальцами по фотографии, где она, в белом платье, держит Барни под руку и счастливо улыбается. Каким далеким казалось теперь то счастье! Всего пять лет назад Эмилия думала, что она навсегда принадлежит Барни, а он — ей. Оказывается, уже на третий день этот человек предал их любовь. Растоптал все клятвы, что они давали у алтаря. Только гнев позволял Эмилии удержаться от слез.

Нет, ее не пожалели ни муж, ни лучшая подруга. Она не имеет теперь права жалеть себя. Она должна жить дальше.

Эмилия решительно повернулась и вышла из комнаты. Тихо щелкнула входная дверь, и в квартире воцарилась тишина. На столике в прихожей осталась лежать связка ключей.

2


Эмилия брела по темным улицам куда глаза глядят. Она уже не думала об опасности, подстерегающей ее на каждом углу. После всего, что случилось сегодня вечером, никакой хулиган не станет для нее потрясением. Эмилии казалось, что больше ничто во всем мире не сможет заставить ее испытывать сильные чувства.

Она старалась взять себя в руки и не поддаваться тоске, что съедала ее сердце. Но это было безумно трудно! Не думать о Барни, который предал ее и их любовь. Не думать о Кимберли, которая предала их дружбу. Не думать о позоре, который скоро станет достоянием всего Дьюранта и несколько месяцев будет поводом для сплетен.

Бедная мама, подумала Эмилия. Она не перенесет этого! Всего пять часов назад она говорила мне о том, что Барни — негодяй, что он недостоин меня. Она будет ждать свою непутевую дочь. А я не смогу приехать к ней. Не сейчас. Теперь я должна стать сильной, доказать им, что многого стою, что могу крепко стоять на ногах. Нет, я не поеду к маме. Не сейчас. Может быть, когда все это будет не так больно. Но мне надо позвонить ей. Не хватало, чтобы новость о том, что Барни выгнал меня за дверь, как бродячую собачонку, дошла к ней через соседей.

Только сейчас Эмилия всерьез задумалась о том, куда ей идти. Уже был второй час ночи, и необходимо было срочно сообразить, где она будет сегодня ночевать.

Эмилия поймала такси и попросила отвезти ее в небольшой, не очень дорогой отель, где бы ей сдали комнату на эту ночь.

— Я так понимаю, мэм, — сказал ей шофер, — что в деньгах вы ограничены?

— Да, — со смущением ответила Эмилия.

— Но в грязную халупу, где сдают комнаты на час, вам бы тоже не хотелось идти?

— Вы правильно все поняли.  — Эмилия старалась говорить спокойным голосом. Как будто то, что молодая женщина посреди ночи ищет дешевый отель, — дело само собой разумеющееся.

— Тогда вы правильно сделали, что обратились ко мне. Я работаю таксистом уже двадцать два года. И еще ни разу никто не пожаловался, когда я предлагал тот или иной отель. Я всегда вижу, что надо человеку. Поэтому так долго работаю в этом бизнесе. Вот, например, вез я одного парня…

Эмилия давно перестала слушать таксиста. Она только кивала головой да периодически говорила: «Да что вы?!» и «Не может быть!». Кажется, водителю этого вполне хватало, и он не старался вовлечь пассажирку в более продуктивный диалог.

— Ну вот, «Дом путника». Самое приличное заведение из недорогих. Его хозяин — человек серьезный, он не позволяет ни персоналу, ни постояльцам ничего лишнего. По крайней мере, в этом заведении вы не встретите проституток. А для такой леди это важно. Я прав? — поспешил удостовериться таксист.

— Конечно, правы! — отозвалась Эмилия.  — Я вам очень благодарна за помощь. Сколько я должна?

— Пять баксов.

Эмилия вытащила деньги из сумочки и отдала водителю. Она уже выходила из машины, когда таксист окликнул ее:

— Эй, мэм! У вас точно что-то случилось. Такая хорошенькая женщина не должна разгуливать посреди ночи одна, а уж тем более искать дешевые отели. Если вы поругались со своим мужем, мой вам совет: постарайтесь простить его. Может, он не так уж виноват? Я сам мужчина, и мне есть в чем каяться перед женой. Но мы давно поняли, что лучше быть вместе, чем порознь. Научитесь закрывать глаза на мелкие мужские промашки. Он любит только вас. Поверьте мне, такую леди, как вы, нельзя променять ни на кого.

— Спасибо вам за совет и за помощь, — ответила Эмилия, — но его промашка была совсем не мелкой, а вел он себя далеко не по-мужски. Но все равно спасибо вам.

— Тогда спокойной вам ночи, милая леди. — Таксист помахал ей рукой и уехал.

Хорошие люди все-таки есть, подумала Эмилия, улыбаясь. Он такой милый, так хотел помочь мне. Однако уже два часа! Мне надо поскорее добраться до кровати, иначе я завтра не встану, а нужно будет искать квартиру и работу.

С этими невеселыми мыслями Эмилия вошла в гостиничный холл. Здесь было бедновато — даже по сравнению с теми недорогими отелями, в которых Эмилии доводилось останавливаться во время свадебного путешествия и экскурсионных поездок с матерью. Но чистота, в которой содержалось помещение, приятно удивила Эмилию и позволила ей предположить, что в «Доме путника» можно не так уж плохо провести остаток этой ужасной ночи.

Она подошла к стойке портье и позвонила. Через несколько минут дверь в подсобное помещение отворилась и из нее выглянул заспанный молодой человек.

— Что желаете? — спросил он недовольным тоном.

— Снять номер. Одноместный, со всеми удобствами. На сутки.

— Распишитесь в книге постояльцев, пожалуйста, — отозвался, постепенно просыпаясь, парень.

Эмилия взяла ручку и расписалась в книге.

— Как муж решился отпустить вас в такое время? — Окончательно проснувшись, молодой человек присмотрелся к ночной гостье.

Эмилия через силу улыбнулась.

— Сегодня все будут спрашивать меня о муже, которого нет?

— Мужа, может, и нет, а вот кольцо на пальце есть, — рассудительно ответил портье.

— Мамин подарок, — резко осадила его Эмилия.

Она не лгала: кольца им купила Лора, резонно предположив, что на приличные кольца у Барни не хватит денег.

— А кто спорит? — с деланным равнодушием пробормотал портье.

— Вы заполнили документы?

— Да, — ответила Эмилия, отдавая ему ручку.

— Ну что ж, мисс… э-э-э… мисс Личстоун. Ваш номер на втором этаже. Комната двадцать семь. Все удобства. Сорок долларов в сутки. Оплата при выезде. Если хотите, можете питаться в ресторанчике при отеле. У нас отличный повар, он грек, потрясающе готовит национальные блюда. Это что-то, должен вам сказать! — Он восторженно закатил глаза.

Эмилия улыбнулась.

— Спасибо, но мне как-то не хочется, особенно в третьем часу ночи.

— Я провожу вас. Где ваш багаж?

— В этой сумке — все, что я взяла с собой.

— Вы умеете собираться в дорогу. — В голосе портье слышались нотки уважения. — А то многие женщины едут на три дня, а вещей набирают на месяц. Умаешься, пока донесешь.

Поднимаясь по лестнице, он продолжал излагать свои мысли о сути женской любви к вещам, о том, что фетишизм неистребим и является такой же частью женской природы (а может, и большей), как и материнский инстинкт.

Интересно, подумала Эмилия, все работники сферы обслуживания любят поговорить с совершенно незнакомыми людьми? Или мне просто сегодня так повезло?

— Ну вот мы и добрались. Окно выходит во двор, так что утром можете спокойно спать подольше, ничто вас не побеспокоит.

— Я, наоборот, хотела попросить разбудить меня часов в восемь.

— Да вы жаворонок! — воскликнул молодой человек. — Я с трудом встаю в девять! И то только из-за работы. Я оставлю записку горничной. Спокойной ночи, мисс Личстоун.

— Спокойной ночи, — откликнулась Эмилия.

Она прошла в чистый и уютный номер. Увидев кровать, Эмилия только сейчас поняла, как устала за сегодняшний день.

— Душ и постель, — пробормотала она. — Думать, что делать, — завтра. Точнее, сегодня с утра.

Невесело улыбаясь, она прошла в ванную комнату. Через несколько минут звуки льющейся воды заглушили рыдания.

Тихий стук в дверь разбудил Эмилию.

— Да-да! Я уже встаю! — откликнулась она, предположив, что это горничная пришла разбудить ее, так как часы показывали уже пять минут девятого.

Первым делом она решила позвонить матери. Лора наверняка уже волнуется, потому что обычно дочь звонила ей, как только возвращалась домой.

Эмилия несколько раз пробовала набрать номер, но ее руки так сильно тряслись, что всякий раз палец попадал не на ту кнопку. Наконец она оставила бесплодные попытки.

Надо сесть и успокоиться, сказала себе Эмилия. Мало ли женщин бросают мужья? К тому же теперь я могу стать самостоятельной, как того хотела мама, уже это должно ее радовать.

Минут через десять она успокоилась, и ее руки перестали дрожать. Эмилия поняла, что объяснение с матерью теперь не так ее пугает.

Набрав знакомый номер, Эмилия затаила дыхание. Где-то глубоко в душе она мечтала, чтобы матери сейчас не было дома. Но трубку сняли уже после первого гудка.

— Алло? — услышала Эмилия встревоженный голос матери.

— Мам, это я.

— Здравствуй, милая. Почему ты мне не позвонила вчера вечером, когда приехала?

— Я не могла звонить тебе в два часа ночи.

— Неужели автобус сломался в пути?

— Нет, я приехала вовремя, понимаешь… Барни… он меня бросил! — выпалила Эмилия, призвав всю свою силу воли, чтобы не зарыдать.

— То есть? — переспросила Лора, подумав, что неправильно поняла свою дочь.

— Мы расстались с Барни.

— Но почему?! Как это случилось?!

— Я вчера вернулась домой и застала там Кимберли.

— Что эта девица делала у вас дома так поздно?! Она мне никогда не нравилась, и я тебе об этом не раз говорила.

— Мам, если ты хочешь знать, что случилось, не перебивай меня, пожалуйста! — напряженным голосом попросила Эмилия.

— Прости, дорогая.

— Так вот. Я застала Кимберли в ванной, она принимала душ. Пока мы с ней разговаривали, пришел раздетый Барни. Он меня не видел, поэтому сказал Кимберли, чтобы она возвращалась к нему в постель. Позже он признался мне, что они уже довольно давно любовники.

— Почему же он раньше не расстался с тобой?

— Потому что ему была нужна домохозяйка. Я получалась гораздо дешевле любой домработницы.

— Ничего, дорогая, — попыталась успокоить Эмилию мать, — теперь все наладится. Я с первого дня поняла, что он тебе не пара. Но теперь ты сможешь найти кого-нибудь получше. Собирай вещи и приезжай ко мне. Я жду.

— Мама, я не могу приехать. Я должна остаться и попытаться наладить свою жизнь самостоятельно.

— Какие глупости! Ты должна быть сейчас рядом со мной! Потом, куда ты пойдешь?! У тебя нет ни друзей, ни просто знакомых в Далласе. Не выдумывай, возвращайся домой!

— Я сейчас звоню тебе из отеля. Барни выгнал меня из нашей квартиры еще вчера вечером.

— То есть этот негодяй выставил тебя на улицу посреди ночи?!

— Не выставил, а предложил уехать к тебе. Я собрала вещи и ушла сама. Я больше не хочу говорить о том, что произошло вчера ночью. Больше у меня нет мужа. Давай закроем эту тему. — Эмилии не хотелось признаваться, что Барни выкинул ее в ночь. Она боялась, что мать вновь примется говорить, как сильно ошиблась ее дорогая доченька, выбрав себе в мужья этого человека. Эмилия не могла честно сказать себе, что, когда она вышла за Барни, главную роль играла не любовь, а стремление убежать прочь от Дьюранта и от любимой, но чрезмерно опекающей ее матери.

— Ты такая гордая, что не побоялась идти в одиночестве посреди ночи по вашему ужасному району? — В голосе матери Эмилия услышала иронические нотки.

— Да, не побоялась. Теперь не побоюсь начать новую жизнь.

— Доченька, как же ты будешь жить?! У тебя нет образования! Ты не сможешь найти приличную работу!

— Я уже нашла несколько вариантов, — вновь солгала Эмилия.

Она боялась даже думать о том, где ей искать работу. Да и что она вообще может делать?! В этом мать была совершенно права.

— А что это за варианты? — продолжала Лора допрос.

— Мам, я пока не буду говорить, вдруг все сорвется?

— Не увиливай от ответа! — прикрикнула на дочь Лора.

— Я и не увиливаю, просто пока что не хочу спугнуть удачу.

— Глупо. Я бы могла дать тебе хороший совет.

— Спасибо, но я постараюсь все сделать сама.

— Как знаешь, ты уже взрослая и умная. — Эмилия поняла, что мать начинает сердиться на нее.

— Мамочка, мне очень важно знать твое мнение. Но я посоветуюсь с тобой, только когда все будет более конкретно. Тогда и твой совет будет более ценен, — попыталась она успокоить Лору.

— Хорошо, но все же могла бы сказать и сейчас, вдруг игра не стоит свеч? — продолжила та атаку на дочь.

— Мам, давай договоримся: если я не хочу отвечать на твой вопрос, значит, у меня есть веские основания. — Эмилия чувствовала, что начинает сердиться на мать. Она понимала, что мать так навязчиво заботится о ней, потому что любит, но раздражение все равно прорывалось наружу.

— Я не знаю, что тебе там наговорил твой никчемный муженек, но попрошу тебя не срывать на мне свою злость. — Лора сразу поняла причину раздражения дочери.

— Прости, мам. Я очень устала. Давай я позвоню тебе, когда найду работу. К тому же за телефонные переговоры надо платить.

— Эмилия, прислать тебе денег?

— Нет, не надо, у меня есть небольшие сбережения. Все, мамочка, я позвоню тебе на днях.

— Да, девочка.

Эмилия уже приготовилась класть трубку, когда услышала, что мать пытается ей еще что-то сказать.

— Эмилия, не клади трубку! Как мне найти тебя? Эмилия, ты меня слышишь?

Но Эмилия предпочла не отвечать матери, потому что еще сама толком не знала, где проведет следующую ночь.

Найти квартиру оказалось гораздо проще, чем работу. Уже к двенадцати часам дня Эмилия оплатила полуторамесячное проживание. Ее новое жилье было еще меньше, чем бывшее семейное гнездышко. Одна комната, окна которой выходили на стену соседнего дома, и кухня, где едва помещались стол, двухконфорочная плита и холодильник. Эмилия с трудом представляла, где бы она смогла расположиться в ней. Но ни на что большее ее скромных сбережений не хватало. Итак, ей придется потуже затянуть пояс, если она хочет, чтобы денег хватило на два месяца. Поэтому Эмилия решила как можно быстрее начать поиски работы.

До шести вечера она обзванивала разнообразные агентства и фирмы, но нигде двадцатишестилетняя женщина с неоконченным средним образованием не была нужна. Эмилия уже начала впадать в панику. Она все отчетливее понимала, что найти работу окажется еще более трудным делом, чем ей казалось.

Расстроенная, она пришла в отель за своими вещами. За стойкой дежурил все тот же молодой человек. Он приветливо поздоровался с Эмилией.

— Добрый день, мисс Личстоун. Чем могу быть полезен?

— Я съезжаю.

— О, вы нашли квартиру?

— Да. — Эмилия не хотела никому рассказывать, насколько убого ее новое жилье.

— Отлично! Но что-то мне подсказывает, что вам еще и работа нужна. Я прав?

— А вы хотите предложить мне что-то по специальности?

— Если вы скажете, какая у вас специальность, может, я смогу что-то придумать.

— Я училась на менеджера.

— А вы профилировались в какой-либо области?

— Да. Ресторанный бизнес.

— Я знаю, что один хороший и очень дорогой ресторан набирает персонал. Если хотите, могу дать вам контактный телефон их менеджера по персоналу.

— О, это было бы просто замечательно! — воскликнула Эмилия.

Портье протянул ей карточку с телефонным номером.

— Позвоните им завтра с утра, мне кажется, что вы им подойдете.

— Большое вам спасибо! — растроганно произнесла она. — Я уже начала отчаиваться, пытаясь найти хоть что-нибудь!

— Ну один день поиска работы в Далласе — ничто. Может, в качестве благодарности вы согласитесь со мной пообедать?

— Понимаете… — Эмилия помолчала некоторое время. Она оказалась в неловкой ситуации: этот молодой человек был ей симпатичен, но не настолько, чтобы позволять себе какие-то приключения сразу же после того, как ее бросил муж.  — Вы были правы, я действительно замужем, просто мы поссорились. Вы — очень милый молодой человек, но пока я не готова начать новые отношения. Надеюсь, я вас не сильно обидела?

— Если оставите свой телефончик, то я буду считать себя не просто не обиженным, а осчастливленным!

Эмилия весело рассмеялась.

— Тогда записывайте!

Утром следующего дня Эмилия позвонила по номеру, который ей дал портье. Ее пригласили на собеседование к одиннадцати часам.

Перед Эмилией встала серьезная проблема. Она никогда не работала, поэтому не знала, как следует одеваться для собеседования. Что нужно говорить, чтобы ее приняли на работу, тоже было для нее загадкой.

После долгих раздумий Эмилия решила, что стоит одеться как можно проще. Серый брючный костюм из шерсти, волосы, стянутые в тугой узел на затылке, минимум декоративной косметики. Из зеркала на Эмилию смотрела невзрачная молодая женщина. Она решила, что именно такую сотрудницу — нелегкомысленную и ответственную — захотят увидеть в ресторане.

Эмилии пришлось взять такси, потому что она не знала, где находится этот ресторан. Она очень боялась потеряться и опоздать на собеседование. Прожив в Далласе пять лет, она так и не научилась ориентироваться в городе. Весь круг ее общения с Далласом был ограничен супермаркетом, в который она ходила за покупками, парком недалеко от дома и автовокзалом.

Без пяти минут одиннадцать Эмилия уже стояла возле дверей ресторана «Империал». Огромное здание поразило ее своей роскошью. Она несмело прошла в холл и поинтересовалась, к кому ей следует обратиться. Высокий, сердитого вида мужчина объяснил Эмилии, как ей пройти на собеседование.

Оказавшись перед нужной дверью, она несмело постучала.

— Войдите, — было ей ответом.

— Добрый день, я — Эмилия Берроуз. Мы договаривались о встрече сегодня утром.

— А, помню, помню. Вы очень пунктуальны, это похвально. Меня зовут Айра Кебер, я — менеджер по персоналу. Вы принесли рекомендации?

— У меня их нет, — ответила оробевшая Эмилия.

— Хм. — Айра нахмурилась. — У вас были проблемы с прежним работодателем?

— Нет, я никогда не работала.

— Простите, вам сколько лет?

— Двадцать шесть.

— Почему вы решили сейчас искать работу, если до сих пор великолепно обходились без нее?

— Я решила начать самостоятельную жизнь.

— Поссорились с мужем?

Эмилия вспыхнула. Она подумала, что опять забыла снять это чертово обручальное кольцо с пальца.

— Это может помешать мне получить работу?

— Нет, личная жизнь наших сотрудников касается меня только тогда, когда она начинает мешать выполнению ими своих обязанностей. Вы можете не получить работу из-за отсутствия опыта. Какое учебное заведение вы окончили?

— Дьюрантский колледж. Но я не окончила его.

Некоторое время Айра молчала.

— Понимаете ли вы, что на это место претендуют люди с университетским образованием, с опытом работы свыше десяти лет, да еще и мужского пола? Вы — молодая женщина, без какого бы то ни было опыта работы, с незаконченным образованием никому не известного колледжа… Кстати, Дьюрант — это где?

— Вы хотите сказать, что это место не для меня? — дрогнувшим голосом спросила ее Эмилия.

— Это — да. Но я могу предложить вам место официантки. Они получают неплохую зарплату плюс чаевые. Если вы будете немного расторопнее других, научитесь пользоваться декоративной косметикой и мило улыбаться, ваш доход может быть почти равен доходу руководящего персонала. К тому же вы можете завершить свое образование и попытаться устроиться на более высокую должность. Я бы советовала вам согласиться на это предложение. Лучше вы не найдете.

— Я согласна, — тихо сказала Эмилия. Ее мечты о самостоятельной жизни разбивались в прах.

— Хорошо. Сейчас мы подпишем контракт. На работу вы выйдете с завтрашнего дня. Униформу вам выдадут. Надеюсь, мы с вами поладим. — Айра мило ей улыбнулась.

Эмилия со вздохом разочарования принялась читать контракт.

Вернувшись домой, Эмилия первым делом позвонила матери, понимая, что та безумно волнуется.

— Мама, здравствуй! У меня прекрасные новости! — сказала она преувеличенно веселым голосом.

— Рассказывай быстрее! — откликнулась Лора.

— Я уже сняла милую квартирку в тихом районе и нашла работу.

— Это просто замечательно! Расскажи мне о работе.

— Мам, это очень прибыльная работа, через день по восемь часов. Я думаю, у меня все получится. Чем больше я буду стараться, тем больше буду получать.

— Но что ты будешь делать?

— Я… Я буду работать официанткой в большом ресторане в очень престижном районе. — Эмилия не была уверена, что мать так уж обрадуется этому известию, но солгать ей недостало сил. Тем более что Лора всегда прекрасно чувствовала, когда дочь пытается обмануть ее.

— Кем ты устроилась?! — Мать аж задохнулась от изумления.

— Официанткой. Вполне приличная работа.

— Не для тебя! — отрезала Лора.

— А для кого?

— Есть множество молодых дурочек, которым не хватило мозгов, чтобы получить приличное образование.

— Мама, судя по твоим словам, получается, что я — молодая дурочка, которой не хватило мозгов, чтобы получить приличное образование и, как следствие, найти себе приличную работу.  — Эмилия чувствовала, что начинает сердиться на мать.

— Не искажай мои слова! Ты — умница, отлично училась, почему же тебя не хотят принять на более достойную работу?

— А я ее смогла найти? У меня нет образования, над Дьюрантским колледжем все просто смеются. Меня сегодня менеджер, у которой я проходила собеседование, даже спросила, где находится Дьюрант. Я не работала ни дня, и надо радоваться, что смогла устроиться хотя бы туда. Потому что платить мне будут достаточно прилично плюс чаевые. Теперь все зависит от меня. Пока я буду работать в этом ресторане, я смогу закончить образование, чтобы найти что-то лучше.

— Мне это не нравится.

— Но что мне еще делать, мама?!

— Приезжай ко мне! Я пока еще могу оплатить обучение дочери.

— Мне надоело зависеть от кого бы то ни было, даже от тебя. Прости, мама, но я останусь в Далласе. К тому же у меня есть опыт работы официанткой.

— Тебе тогда было шестнадцать лет! Да и я была уверена, что Джо за тобой присмотрит. А впрочем, как знаешь. Но если тебе понадобится моя помощь, просто позвони.

— Конечно, мамочка.

— Я люблю тебя, Эмилия.

— Я тоже люблю тебя.

Она положила трубку и поняла, что сегодня выдержала сложный бой. Еще никогда Эмилии не удавалось переубедить мать. Она думала даже, что ссоры не избежать, если она хочет остаться в Далласе и работать официанткой. Но все обошлось относительно благополучно. Эмилия была рада этому. Она решила, что может теперь спокойно спать. Тем более что день выдался очень тяжелым. Сначала собеседование, потом примерка униформы, поход по магазинам в попытке купить на свои скромные сбережения косметику и парфюмерию достойного качества. А еще сегодня же она попыталась подать свои документы хотя бы в один из многочисленных колледжей Далласа, но нигде еще не проводился набор студентов. Все предлагали Эмилии прийти в августе. Да и цены на обучение ее поразили. Она усомнилась, что ее зарплаты официантки хватит на то, чтобы продолжать учиться, но постаралась отбросить все тревожные мысли, чтобы поскорее заснуть. Завтра ей предстоит еще более тяжелый день, поскольку необходимо сразу же зарекомендовать себя исполнительным и пунктуальным работником. Надо набраться сил.

Уже лежа в постели, Эмилия подумала, что за весь этот сумасшедший день ни разу и не вспомнила о Барни. Может быть, ее любовь была не такой уж сильной?

— Барни, я больше не люблю тебя, — произнесла она.

Но тут же жестокая боль пронзила исстрадавшееся сердце Эмилии. Она поняла, что еще долго не сможет забыть своего мужа и свою первую настоящую любовь. Пусть он был недостоин ее, пусть предал, но сердцу не прикажешь, оно все еще продолжало сжиматься в сладкой истоме только при одном звуке его имени.

— Я буду работать, только чтобы не думать о нем, — твердо решила Эмилия. Она перевернулась на другой бок и попыталась уснуть. Но до глубокой ночи тревожные мысли о том, где он сейчас, что делает, не давали ей ни на минуту сомкнуть глаз. В конце концов усталость сморила ее.

3


В свой первый рабочий день Эмилия встала ни свет ни заря, чтобы привести себя в порядок и произвести благоприятное впечатление на работодателей. А еще следовало плотно позавтракать. Работа официантки не из легких и требует сил и выносливости. Эмилия давно привыкла просыпаться около шести часов утра: Барни всегда требовал, чтобы к его пробуждению на столе стоял горячий завтрак, а еще лучше, если жена принесет его в постель.

Эмилия долго не решалась приступить к макияжу. Она всматривалась в свое отражение в зеркале, пытаясь понять, каких оттенков ей стоит добавить своему двойнику. Всю свою жизнь Эмилия слышала от матери, что женщине не следует «увлекаться раскрашиванием своего лица», потому что это портит цвет кожи, убыстряет ее старение и обычно делает женщину старше своих лет. Поэтому в те редкие дни, когда Эмилия позволяла себе макияж, она ограничивалась подкрашенными ресницами и губами. Теперь ей предстояло всему научиться без чьей-либо помощи. Наконец она решилась прикоснуться кисточкой к векам.

Через двадцать минут на нее смотрела из зеркала женщина-вамп. Яркие губы просили поцелуя, подведенные черным контуром глаза казались еще ярче и глубже. Легкий румянец заставлял кожу светиться ровным матовым светом. Эмилия была бы довольна своим отражением, если бы женщина, которая смотрела на нее из зеркала, не была столь чужой и далекой.

Мама бы заставила меня немедленно все это смыть, с ужасом подумала она. Но уже настало время выходить из дому, если она не хотела опоздать на работу в первый же день.

Эмилия, вздохнув, взяла сумочку со столика в прихожей и вышла из своей крошечной квартирки.

На этот раз в ресторан она вошла не через парадный, а через служебный вход. В узком коридорчике, который вел к подсобным помещениям, царила оживленная суматоха. Эмилия подумала, что, вероятно, что-то случилось. Но, присмотревшись внимательнее, поняла: все происходящее — не более чем обычная рабочая обстановка в большом заведении. Она вспомнила, что в маленькой забегаловке «У Джо» каждое утро творилось примерно то же самое. Но в заведении Джо работали четыре официантки и один повар, а в «Империале» одних поваров было больше десяти человек, и то они с трудом успевали готовить на четыре зала, что уж говорить об обслуживающем персонале!

С большим трудом Эмилия нашла помещение, где переодевались официантки. Когда она открыла дверь и вошла, в комнате мгновенно наступила тишина. Женщины внимательно рассмотрели новенькую, а потом равнодушно отвернулись. Эмилия почувствовала себя не в своей тарелке. Она зябко передернула плечами и спросила у девушки, находившейся к ней ближе всех:

— Простите, не подскажите ли, где я могу найти миссис Браун?

— Вон в том углу комнаты, — ответила девушка, даже не посмотрев на Эмилию.

— Спасибо, — тем не менее вежливо ответила она.

Добраться на другой конец такой маленькой комнаты оказалось так же сложно, как и перейти улицу в час пик в неположенном месте. Со всех сторон Эмилию окружали девушки и женщины. Каждая была занята каким-то делом, слишком важным, чтобы прерваться и пропустить незнакомку.

Минут через пять Эмилии все же удалось найти в этой толпе миссис Браун — высокую, очень худую женщину.

— Доброе утро, — поздоровалась Эмилия.

— Хм, — было ей ответом.

— Я — Эмилия Берроуз.

— Хм? — Ответ миссис Браун на этот раз отличался вопросительной интонацией. Это, вероятно, означало: «Ну, и что мне прикажете делать, если вы — Эмилия Берроуз?».

— Меня приняли на работу официанткой. Мисс Кебер сказала, что я должна обратиться к вам, чтобы получить униформу.

На этот раз миссис Браун просто хмуро кивнула и жестом велела новенькой следовать за ней.

В каморке, смежной с основной комнатой, лежали стопки платьев и коробки с туфлями всевозможных размеров. Миссис Браун на этот раз снизошла до того, чтобы заговорить с Эмилией.

— Какой у вас размер? — спросила она.

— Сороковой, — ответила Эмилия.

— А обувь?

— Тридцать шестой.

Миссис Браун некоторое время размышляла над чем-то, а затем, кивнув своим мыслям, принялась доставать коробки с одеждой.

— Примерьте. — Подала она Эмилии платье и туфли и указала на ширму, находящуюся в той же кладовой.

Туфли на устойчивом каблуке пришлись Эмилии впору, а вот платье ее смутило. Нежно-голубой шелк не столько скрывал ее формы, сколько демонстрировал их. Вырез был настолько глубок, что Эмилии казалось, будто ее кружевной бюстгальтер будет немедленно выставлен на всеобщее обозрение. А длина платья наводила ее на мысль, что миссис Браун ошиблась с размером. Она поделилась своими соображениями с миссис Браун.

— Мне кажется, платье маловато мне, — неуверенным тоном произнесла Эмилия.

— Сидит идеально, — лаконично ответила миссис Браун.

Эмилия поняла, что не сможет ничего противопоставить этому ответу.

— Номер твоего шкафчика — двадцать семь, — продолжила свой монолог миссис Браун. — Там же оставляешь платье и туфли после рабочего дня, если их не нужно чинить или стирать. Если что, ищи меня. Когда будешь готова, подойдешь к Айре. Она скажет, где ты будешь работать.

Когда они вышли из примерочной, Эмилия поняла, что зря считала платье маленьким. У многих официанток оно было даже короче. Ее поразила эта демонстрация достоинств фигур. Нет, Эмилия не могла пожаловаться на какие-то недостатки или изъяны, но ее природная скромность протестовала против столь откровенного показа своих прелестей. Однако делать было нечего. Небесно-голубые платья были униформой, и это значило, что в «Империале» так и должно быть.

Эмилия увидела, что все девушки старательно подбирают волосы в высокие прически. Она подошла к своему шкафчику и открыла его, чтобы положить вещи и причесаться.

Она не сразу узнала отражение в зеркале. Глубокий вырез и яркая косметика полностью изменили ее. Не было бледной и измученной крошки Эмилии, которую два дня назад бросил муж. Из зеркала на нее смотрела молодая привлекательная женщина, готовая на приключение, если оно вдруг появится на горизонте. Эмилия покачала головой. Если внешне она изменилась благодаря одежде и косметике, то в душе осталась все той же маминой дочкой, самая большая мечта которой — настоящая крепкая семья и любящий муж.

Эмилия грустно вздохнула и отошла от зеркала, тем более что на ее часиках уже было без пяти минут десять. Пора приниматься за работу.

Эмилии как новенькой поручили обслуживать всего пять столиков в малом зале ресторана. Она довольно быстро освоилась. И уже через час легко скользила от столика к столику, принимая заказы и принося их. Первые два часа были относительно легкими. Но когда пришло время ланча, Эмилия поняла, что на самом деле может и не справиться с этой работой. Айра ее предупредила, что нет ничего зазорного в том, что новенькая попросит помощи у более опытных коллег. Но Эмилии ужасно не хотелось в первый же день показывать себя неумехой, неспособной даже работать официанткой. Так что она все же надеялась, что сумеет не перепутать заказы и принести все, не разбив ни одной тарелки.

К половине первого Эмилия чувствовала себя как выжатый лимон. Она уже не видела лиц посетителей, не думала о том, что они заказывают. Целью ее существования стало принять заказ, передать его на кухню и бежать обслуживать следующего клиента. С трудом натянув улыбку, она подошла к столику, где в одиночестве сидел мужчина.

— Доброе утро. Прошу меню. Что будете заказывать?

— А вас можно?

— Простите? — Эмилия не сразу поняла, что он говорит. Когда же до нее дошел смысл этих слов, краска залила ее лицо.

— Я пока подумаю. — Он углубился в меню.

А внимание Эмилии привлекли клиенты за другим столиком, которые вот уже несколько минут недовольно поглядывали в ее сторону.

— Я к вам подойду, — сказала она мужчине.

Пять минут она давала рекомендации пожилым супругам, которые никак не могли определиться, что хотят взять на обед. Приняв наконец у них заказ, Эмилия поспешила на кухню, там взяла уже выполненный заказ других клиентов и поспешила обслужить их.

Только через десять минут она смогла вновь вернуться к одиноко сидящему за столиком мужчине.

— Вы решили, что будете заказывать? — с улыбкой поинтересовалась она.

— Да. — Он уверенно сделал заказ.

— Через несколько минут все будет готово, — записав все, заверила его Эмилия.

— Девушка! — окликнул он Эмилию, когда она уже повернулась, чтобы бежать к следующим клиентам.

— Вы хотите еще что-то заказать?

— Нет, я хотел бы пообщаться с вами.

— Извините, но мне сейчас некогда. Взгляд Эмилии рассеянно блуждал по залу.

Она старалась успеть везде, где требовались ее услуги. К тому же Айра оказалась права: за расторопность давали большие чаевые. Поэтому к середине рабочего дня Эмилия уже не помнила лиц клиентов, не обращала внимания на заигрывания некоторых мужчин. Она действовала как автомат, настроенный на выполнение задания вопреки любым помехам.

Когда она пробегала мимо столика, за которым сидел странный мужчина, тот окликнул ее.

— Вы хотите заказать еще что-то? — Эмилия смотрела на него невидящим взглядом.

— Нет. Не могли бы вы уделить мне пару минут?

— Простите, но многие в этом зале хотят сделать заказ и спокойно пообедать. У меня нет времени на пустые разговоры.

Эмилия понимала, что разговаривает грубо, но у нее действительно не было времени! Она поспешила своей дорогой, так как пожилая пара начала проявлять признаки недовольства.

Когда Эмилия поставила перед странным незнакомцем заказанные им блюда, она уже с трудом понимала, где находится и что делает. К ее пяти столикам добавили еще шесть, потому что девушка, обслуживавшая их, подвернула ногу, а никого другого на замену не нашлось. Правда, Эмилия могла отказаться, но она решила, что вполне справится с нагрузкой, тем более что час наплыва посетителей уже миновал.

— Надеюсь, теперь, когда в зале стало поменьше народу, вы сможете уделить мне пару минут? — продолжал свои попытки привлечь внимание Эмилии все тот же мужчина.

— Простите, но меня зовут.

Благодаря работе в заведении Джо она научилась не обращать внимания на заигрывания. Эмилию только немного смущало то, что ей постоянно приходится проходить мимо его столика. Но вскоре она так завертелась, что перестала замечать что-либо. И если бы сейчас соседнее здание рухнуло, подняв облака пыли, Эмилия только бы спросила: «Что будете заказывать?» — у следующего клиента.

Она шла с заказом к очередному клиенту — мимо все того же столика. Ее внутреннее чувство опасности подсказало ей, что что-то не так. Но у Эмилии уже не было сил реагировать на сигналы подсознания. К своему ужасу, через несколько секунд она почувствовала, что начинает падать. Если бы у нее в руках не было тяжелого подноса, полного всяких блюд, равновесие удалось бы удержать. Но Эмилия, сама того не желая, инстинктивно попыталась удержать поднос в руках, поэтому упала вместе с ним. Как назло, ее падение произошло возле того самого злополучного столика. Но что было еще ужаснее, мужчина, который за ним сидел, почему-то именно сейчас решил, что кофе ему будет удобнее пить, сидя на другом стуле, и пересел. Падая, Эмилия понимала, что сейчас она вместе с содержимым подноса окажется на коленях у незнакомца. За несколько секунд она успела рассмотреть, что ткань его костюма очень дорогая, и подумать, что очень жаль испортить такую вещь. Но изменить она уже ничего не могла.

Эмилия зажмурилась. Она надеялась, что так будет не слишком страшно падать в объятия незнакомого мужчины. Почему-то эта мысль рассмешила ее. Но когда она поняла, что находится на коленях клиента, перемазанная соусом и тем, что осталось от нарядно оформленных блюд, улыбка исчезла с лица Эмилии.

Она попыталась как можно быстрее встать с его колен, для чего Эмилии пришлось опереться на бедра незнакомца. Но лужица соуса на полу прервала ее попытки. Эмилия уткнулась лицом в его широкую грудь и запаниковала. Она начала делать бессмысленные движения, пытаясь вырваться из западни.

— Потише, не дергайтесь вы так! Если будете елозить туда-сюда, встать все равно не получится. Подождите. Я помогу вам! — воскликнул мужчина.

— Извините, пожалуйста, — пробормотала сконфуженная Эмилия. — Мне так неудобно! Я испортила вам костюм!

— Прекратите. Это такие мелочи. Никакой костюм не может стоить больше знакомства с красивой женщиной.

— Но я… — Эмилия не знала, как ей реагировать на откровенную лесть. — Что же мне теперь делать? Я могу оплатить счет из химчистки. Позвольте мне сделать это?

— Не смотрите на меня такими умоляющими глазами! Я никогда не требовал от женщин оплачивать мои счета. Искренне надеюсь, что мне никогда и не представится возможность почувствовать себя альфонсом.

Он просто и открыто улыбнулся. Эмилия улыбнулась в ответ.

— Вы потрясающе красивы, когда улыбаетесь. Это вам подтвердит любой, кто не будет сразу же ослеплен вашей неземной красотой!

Эмилия вновь не нашлась, что ответить, но инстинктивно принялась оглядываться вокруг, пытаясь увидеть толпы ослепленных. Но увидела лишь простое человеческое любопытство. Только сейчас Эмилия сообразила, какую живописную картину она и незнакомец собой представляют. Эмилия почувствовала себя неуютно под этими взглядами. Но когда Эмилия увидела, что через весь зал к ним спешит миссис Браун, она поняла, что самое неприятное только начинается.

— Прошу прощения за неловкость нашей сотрудницы, — обратилась она к мужчине.

— Что вы, ничего страшного!

— Наш ресторан возместит вам ущерб, причиненный ею.

— Я же сказал, что ничего страшного не произошло.

— Считайте, что нам будет приятно это сделать. Миссис Берроуз, прошу вас идти за мной.

По выражению лица миссис Браун Эмилия поняла, что ей предстоит тяжелый и крайне неприятный разговор. Кажется, мужчина это тоже понял.

— Что будет с этой девушкой?

— К сожалению, миссис Берроуз придется покинуть наше заведение. Она не соответствует нашим требованиям.

— Она не виновата, — резко ответил мужчина.

— Я приношу вам наши извинения, но при этом прошу не вмешиваться в наши отношения с сотрудниками, — осадила его миссис Браун.

— Я хотел бы поговорить с менеджером по кадрам.

— Мисс Кебер будет рада встретиться с вами. Ее кабинет на втором этаже. Эта девушка вас проводит. А вам, миссис Берроуз, необходимо сдать мне униформу.

Она круто развернулась на одних каблуках и пошла в сторону подсобных помещений. Эмилия низко опустила голову и побрела за ней.

В комнате официанток миссис Браун вновь обратилась к Эмилии.

— Вы можете принять душ. Я жду вас через пятнадцать минут у Айры. Не опаздывайте.

Эмилия покорно кивнула. Говорить она не могла. Казалось, будто ее горло стиснул железный обруч. Но плакать при миссис Браун казалось Эмилии высшим унижением. Только под упругими струями воды она дала наконец волю слезам.

Я ничего не умею. Я не могу даже работать официанткой! Как же мне дальше жить? Я не смогу вернуться к матери в Дьюрант, особенно теперь. Я умру от унижения, когда все соседи начнут меня пристально разглядывать и шептаться по углам: «Вот та самая Эмилия — гордость школы, у которой теперь нет ни мужа, ни работы. Она может только держаться за юбку своей матери». Может быть, действительно только на это я и способна?

Эти мысли вызвали новый неудержимый поток слез.

Но как бы Эмилии ни было плохо, она ровно через пятнадцать минут стояла возле двери кабинета Айры, аккуратно одетая и причесанная, но уже без следа косметики на бледном лице. Она робко постучала и открыла дверь.

В кабинете сидели Айра и пострадавший от неловкости Эмилии мужчина. Они резко обернулись на звук открывающейся двери.

— Сейчас вы выглядите даже лучше, чем в униформе! — с жизнерадостной улыбкой произнес мужчина.

Эмилия несмело улыбнулась в ответ.

— Миссис Берроуз, — официально обратилась к ней Айра, — мы немедленно расторгаем контракт с вами. Кроме того, вы должны нашему ресторану сто пятьдесят долларов за разбитую посуду. Если вычесть вашу зарплату за этот день, то получается сто тридцать долларов восемьдесят центов.

— У меня нет таких денег. Я только что заплатила за квартиру, — краснея, пролепетала Эмилия.

— Мы согласны отложить ваш долг на неопределенное время. Я уверена, что вы — честная женщина.

— Если вы так в этом уверены, — вклинился в разговор мужчина, — оставьте ее работать.

— К сожалению, как мне ни нравится миссис Берроуз, я не могу этого сделать. Правила для всех одинаковы.

— Но можно же, черт возьми, сделать исключение! Тем более что она не виновата! — запальчиво воскликнул он.

— Не стоит, — тихо сказала ему Эмилия. — Я прекрасно понимаю, что совершила непростительную глупость. Я действительно не гожусь для этой работы. Я согласна на ваши условия, Айра. Прошу только отсрочку по выплате долга.

— Да я сейчас же отдам за вас эти деньги! — Он вытащил бумажник и протянул Айре несколько купюр. — Этого достаточно?

— Более чем. Я пойду оформлю документы.

Только когда Айра вышла из комнаты, Эмилия посмела взглянуть на своего защитника.

— Не стоит вам меня выгораживать, — тихо, но очень твердо произнесла она.

— Почему это?!

— Потому что я совершила проступок и должна теперь нести наказание. Все просто.

— Вы никакого наказания не должны нести! Это просто недоразумение! Я постараюсь добиться, чтобы место оставили за вами.

— Я не прошу вас об этом, как и не просила платить за меня долг.

— Прекратите. — Он недовольно поморщился. — Я виноват в произошедшем даже больше вас. Так что платить мне. А вообще-то скажите — так ли для вас важна эта работа? Вы же замужем?

— Я рассталась с мужем. Вот поэтому эта работа очень важна для меня. Это был способ обеспечить себя и закончить колледж.

— У вас есть образование?

— Я училась на менеджера, но, боюсь, теперь не смогу завершить образование. Вероятнее всего мне придется возвращаться к матери в Дьюрант.

— Глупости! Я не отпущу вас ни в какое захолустье, да еще и в другой штат, когда только что встретил! Возьмите-ка визитку. Приходите завтра по этому адресу. Там вы найдете работу по вашей специальности. Больших денег не обещаю, но, если тратить с умом, вполне можно и жить, и учиться. А я вас там найду. Ну а сейчас разрешите откланяться.

Он подошел к Эмилии, она протянула свою точеную кисть для рукопожатия. Но незнакомец неожиданно наклонился к ее руке и поцеловал. Он теплого прикосновения его губ по коже Эмилии пробежал озноб. Ее тело наполнилось необычной легкостью, ей казалось, что еще несколько секунд, и она взлетит подобно облаку в небеса.

— Я найду вас, — неожиданно охрипшим голосом повторил он.

— Подождите! — окликнула Эмилия уже открывшего дверь незнакомца. — Как вас зовут?

Он обернулся.

— Алекс Миллер.

— А я — Эмилия Берроуз.

— Я знаю о вас гораздо больше, чем просто имя. И… простите меня за все.

— Что вы обо мне знаете и за что мне вас прощать? — удивленно спросила она.

Алекс только улыбнулся и, не проронив больше ни слова, вышел в коридор. Эмилия осталась в растерянности стоять в пустой комнате. Она инстинктивно приложила к губам свою кисть, пытаясь еще раз ощутить тепло его губ.

— Алекс Миллер, — тихо повторила она. — За что он извинялся и что хотел сказать, когда утверждал, что знает обо мне больше, чем просто имя?

Эмилии казалось, что пройдет еще несколько секунд и она поймет, что скрывалось за этими словами, но в кабинет вернулась рассерженная Айра.

— Миссис Берроуз, я была о вас лучшего мнения. Жаль, что мы не потрудились вовремя навести справки. Иначе вы бы никогда не получили эту работу.

— Но в чем дело?! — воскликнула удивленная Эмилия.

— Есть люди, знакомство с которыми закрывает путь в любой ресторан. Или вы не слышали о промышленном шпионаже?

— Почему же, слышала.

— Так вы будете отрицать?

— Отрицать что?

— То, что вы знакомы с Алексом Миллером.

— Я не могу этого отрицать, потому что только что разговаривала с ним у вас.

— И вы посчитали, что здесь все непроходимо глупы и легко поверят, будто он решил просто так выгораживать никому не нужную женщину? Что она не работает на него? Вы нас за идиотов держите?

— Я не могу понять, о чем вы говорите. Я никого не считаю идиотами, — как можно спокойнее произнесла Эмилия. — Я знакома с мистером Миллером с того момента, как он сделал заказ. Его имя я узнала три минуты назад.

— Я очень рада, что мы с вами расстаемся, миссис Берроуз. Я, вероятно, должна быть благодарна фортуне за то, что произошел этот несчастный случай, иначе мы бы пригрели змею у себя на груди. Прощайте, миссис Берроуз. Удачной охоты в другом месте и в другое время. Но если только появитесь у дверей этого ресторана, знайте, что больше вам не удастся меня обмануть.

Айра подошла к двери и распахнула ее настежь, давая Эмилии понять, что разговор окончен. Ошарашенная Эмилия вышла из кабинета, все еще не понимая, в чем ее обвиняют и почему называют змеей. Ей было ужасно обидно, что эта славная женщина так жестоко обошлась с ней, даже не потрудившись досконально выяснить все подробности этого дела.

Может, завтра все пройдет лучше? — с надеждой подумала Эмилия. Но если Алекса Миллера так ненавидят в ресторанном бизнесе, почему этот… она посмотрела на визитную карточку, которую все еще сжимала в ладони… Майкл Гриффин должен меня принять на работу, да еще и менеджером?

Строя разнообразные догадки, Эмилия шла домой, изо всех сил стараясь не думать о тех оскорблениях, которые пришлось вынести сегодня и, возможно, еще придется вынести в будущем.

4


Утром следующего дня Эмилия с замиранием сердца вошла в неприметную дверь под табличкой «Restaurants». Она прошла по коридору, где за большим столом сидела молодая симпатичная девушка. Эмилия решила, что это секретарь, поэтому обратиться за помощью в поисках Майкла Гриффина следует в первую очередь к ней.

— Добрый день, — поздоровалась она. — Где я могу найти Майкла Гриффина?

— Вам назначено? — поинтересовалась секретарь.

— Нет… то есть… я не знаю, — растерялась Эмилия.

— Как вас зовут? — Эмилия поняла, что девушке просто жаль ее, так нелепо она выглядела, придя к человеку и не зная, назначено ли ей.

— Эмилия Берроуз.

— Подождите минутку. — Секретарь подняла трубку телефона и сказала: — Пришла Эмилия Берроуз. Могу я ее пропустить?

— Проходите, пожалуйста. Вам прямо по коридору и направо. Третья дверь по левой стороне. Кабинет номер четырнадцать.

— Спасибо вам большое, — искренне поблагодарила ее Эмилия.

— Не за что. Это моя работа, — улыбнулась ей в ответ девушка.

Когда Эмилия уже шла по коридору на встречу с загадочным мистером Гриффином, секретарь окликнула ее:

— Удачи вам, миссис Берроуз!

— Спасибо. — Эмилия тепло улыбнулась ей.

Ей было очень приятно, что эта девушка приняла в ней такое участие, потому что в ином случае Эмилия вряд ли бы решилась настаивать на встрече с мистером Гриффином.

Кабинет друга Алекса оказался более просторным, чем Эмилия себе представляла, идя по коридорам его фирмы. Да и мебель в нем стояла лучших пород дерева. Эмилия подумала, что в таком кабинете не стыдно принимать самых высокопоставленных посетителей. Хозяин полностью соответствовал своему кабинету. Майкл Гриффин был высоким, широкоплечим мужчиной около сорока двух лет. Его темные волосы были уложены в слегка беспорядочную на первый взгляд прическу. Но, присмотревшись, Эмилия поняла, что этот беспорядок — дело рук профессионала высокого класса.

— Вы именно такая, какой вас описал Алекс. Майкл Гриффин. — Он протянул руку Эмилии.

— Эмилия Берроуз. Спасибо, что вы согласились меня принять.

— Я допустил бы непростительную ошибку, не сделав этого. Не следует отказываться от человека, если его предлагает тебе Алекс Миллер. Сколько времени вам оставалось учиться до получения диплома?

— Полгода, — ответила Эмилия.

— Хм. Почему же вы оставили учебу?

— Я вышла замуж. Мой муж не хотел, чтобы я продолжала учиться, это было проблематично еще и потому, что мы переехали в Даллас. А меня брали в колледж только при условии, что я по его окончании займусь преподавательской деятельностью. Муж же хотел видеть меня дома. — Эмилия решила быть до конца откровенной с этим человеком. Тем более она прекрасно понимала, что это ее единственный шанс получить хорошую работу. Она крепко сжала свою синицу в руках, стараясь даже не смотреть в небо.

— Почему же вы сейчас решили искать работу?

— Мы с мужем расстались. Мне необходимо обеспечивать себя. К тому же я хотела бы завершить образование.

— Понятно. Я приму вас с испытательным сроком в два месяца. Если вы будете успешно справляться с работой, я возьму вас в штат. К тому же я оплачу ваше обучение в любом учебном заведении на ваш выбор.

— А что я должна буду делать?

— Гадости.

— То есть? — не поняла Эмилия.

— Моя фирма занимается тем, что отбирает клиентов у одного ресторана с тем, чтобы они отдали предпочтение другому. Все зависит от того, кто больше мне заплатит. Не делайте такие глаза! Это просто рекламное агентство, специализирующееся на ресторанном бизнесе.

— Но почему вы называете свою деятельность «гадостями»?

— Очень просто. Ко мне обращается китайский ресторан А и просит провести пиар-кампанию для него. Я все делаю как надо, и народ валит к ним валом. Потом ко мне обращается китайский ресторан В и просит о том же, но платит в два раза больше. Соответственно, мы и трудимся в два раза усерднее. В результате клиенты ресторана А перебегают в ресторан В. За это меня ненавидит большинство владельцев ресторанов. Но делать им больше нечего, только я знаю, как подать их заведение на блюде, чтобы оно не только было приятным на вкус, но и прекрасным на вид.

— В чем будут заключаться мои обязанности?

— Первое время вы будете работать помощницей у более опытных коллег. Круг ваших обязанностей определят они. Затем я поручу вам пробный проект. Если вы все выполняете отлично, я принимаю вас в штат. Все просто. Вы согласны?

— Да, — ответила Эмилия без малейших колебаний.

— Вы даже не спрашиваете, сколько я вам буду платить?

— Это не главное. Я смогу работать по специальности, у меня есть перспектива карьерного роста. Больше мне ничего не надо. К тому же, судя по мебели в вашем кабинете, деньги «Restaurants» делать умеет. А если присмотреться к прическе и маникюру вашего секретаря, сразу же становится понятно, что делиться вы тоже умеете.

— Удивительная наблюдательность для такой симпатичной молодой леди! — удивленно воскликнул Майкл. — Я просто уверен, что у вас все получится.

— Я тоже так думаю, — с надеждой отозвалась Эмилия.

— Замечательно! Алекс никогда не ошибается в людях! Он просто гений! Но все же я бы вам советовал внимательно прочитать контракт, чтобы потом у нас не было недоразумений.

— Конечно, — откликнулась Эмилия, беря у него листы бумаги, где было напечатано ее будущее, которое теперь вновь казалось радужным и дарящим множество новых возможностей.

Когда документы были подписаны, Майкл решил напутствовать Эмилию перед знакомством с остальными сотрудниками.

— Как только у вас появилась идея, которая может представлять собой нечто новое и неординарное, прошу вас немедленно приходить ко мне, но только всегда объективно оценивайте свои возможности. И я бы не рекомендовал вам доверять свои идеи другим сотрудникам. Пока ваши мысли не зафиксированы на бумаге и не подписаны мной, любой другой человек может присвоить их. Будьте осторожны. Лучше не слишком сильно доверять людям, чем разочаровываться в них. И еще помните о том, что как вы себя поставите в отношениях с коллегами, так к вам будут относиться и дальше. Не позволяйте им садиться вам на шею. Сходить к автомату за кофе они могут и сами.

— Я учту ваши рекомендации, — пообещала, улыбнувшись, Эмилия.

— Раз так, пойдемте знакомиться.

Майкл Гриффин поднялся из-за стола, за которым просидел весь разговор с Эмилией. Он оказался еще выше, чем ей показалось с первого взгляда, и еще симпатичнее. Он предложил Эмилии руку, и ей его галантность пришлась по душе.

Эмилия должна была работать с двумя мужчинами и одной женщиной. Все они были явно людьми творческой профессии, но тем не менее, что было заметно по одежде и сигаретам, не гнушались зарабатывать большие деньги.

— Это и есть наша новенькая, которую ты, МГ, обещаешь уже больше трех недель? — спросила высокая крашеная блондинка с вызывающим вырезом на полупрозрачной блузке и с сильным макияжем. Впрочем, ее возраст не скрывала ни косметика, ни агрессивное поведение.

— Знакомься, Эмилия, да, кстати, у нас без церемоний. Так вот, сия прекрасная дама — Элли Стогберг. Несмотря на милое имя, женщина крайне опасная. Будь осторожнее. Особенно если встретишься с ней, когда рядом будет симпатичный парень.

— МГ, я давно говорила, что люблю тебя, — рассмеялась Элли.

— Я тоже люблю тебя, но предпочитаю, чтобы наше чувство осталось платоническим.

— Мальчик, ты не в моем вкусе, — живо откликнулась Элли.

— В этом мое спасение, — парировал Майкл. — Так вот, перед тобой Эмилия Берроуз. Она пока что на испытательном сроке. Прошу всех не злоупотреблять своей властью!

— Милый, когда мы позволяли себе что-то лишнее с практикантами?! — наигранно возмутилась Элли.

— Почти всегда, — ответил Майкл.  — Элли, детка, ты не даешь мне познакомить Эмилию с мужской частью моей команды. Итак, этот милый волосатый мальчик — Роберт Тиш. Когда-нибудь он подстрижется. А до тех пор на встречи с клиентами я его пускать так и не буду.

— А я и не стремлюсь. Я — крыса лабораторная. Мое место — компьютер и бар. Все остальное меня не интересует.

— Даже я? — вновь вклинилась в разговор Элли.

— А разве я в твоем вкусе?

— Я могу подумать.

— А пока Элли думает, ты, Эмилия, познакомишься с единственным человеком, на которого я могу положиться, — продолжил представление Майкл. — Джонатан Баркер. Он именно тот мужчина, который не постеснялся сказать нашей Элли, что это не он не в ее вкусе, а она ему не очень-то и нравится. Вот такой отважный парень.

Джонатан, одетый в модный свитер и узкие брюки, которые выгодно подчеркивали его фигуру, сдержанно поклонился Эмилии.

— Ну вот. Я вас познакомил, а теперь за работу, ребята.

— А когда повышение? — спросила Элли.

— Когда возьмем миллион! — откликнулись все остальные.

— Не бойся, это что-то воде корпоративного девиза, — успокоила Элли Эмилию, заметив ее недоумение. — МГ, ты можешь идти протирать штаны за своим огромным столом. Мы погнем спины и без тебя.

— Элли, ты всегда меня прогоняешь!

— Что делать, такова моя работа.

Когда Майкл скрылся за дверью, три пары глаз пристально посмотрели на Эмилию.

— Никто не хочет сходить за сигаретами? — спросила Элли.

— У меня срочный заказ, — не отрывая напряженного взгляда от Эмилии, сказал Роберт.

— Я простужен, — подал голос Джонатан.

Все вопросительно посмотрели на Эмилию.

— Не курю, — просто ответила она. — Что мне надо делать?

— Молодец, девочка! — радостно воскликнула Элли. — Ты мне нравишься. Это было первое испытание. Ты его преодолела. Сейчас возьми папку с материалами, касающимися выполненных заказов, просмотри их и скажи, что ты думаешь по этому поводу. Принимается и негативная критика. А сейчас все за работу. Нам очень нужен миллион!

Эмилия улыбнулась. Она поняла, что среди этих людей будет чувствовать себя как в большой и очень дружной семье. Теперь ей просто было стыдно не оправдать тех надежд, которые, как ей казалось, на нее возлагали. Поэтому она углубилась в досье фирмы, которая дала ей работу и шанс начать новую жизнь.

Когда наступило обеденное время, Элли подошла к Эмилии, которая так увлеклась описанием выполненных группой Майкла Гриффина работ, что не замечала времени.

— Эмилия, крошка, пойдем в одно замечательное местечко пообедаем вместе, — предложи

КИМБЕРЛИ ВУЛЕН; ЖЕНА ГЛЕНА КЭМПБЕЛЛА! ВОТ ПОДРОБНОСТИ ЕЕ ОТНОШЕНИЙ С МУЖЕМ И ДЕТЬМИ — СЕМЕЙНАЯ БИОГРАФИЯ

Сообщение отЖенатБиография

Кимберли Шерстяной жена покойного легендарного певца Глен Кэмпбелл . Глен умер во вторник утром в Нэшвилле в возрасте 81 года. У него была долгая борьба с болезнью Альцгеймера.

За плечами у него была красивая жена и восемь детей. В ноябре Кимберли расскажет о проблемах, с которыми сталкиваются люди, живущие с этим заболеванием, и их семьи. Альянс Альцгеймера округа Смит обед в Тайлере, штат Техас.



1

Отношения Глена Кэмпбелла и Ким Вулен

Глен и Ким впервые встретились на свидании вслепую. А банджоист Глена Карл Джексон в тот момент сыграл роль свахи. В то время он также встречался с другом Шерстяного. У них было первое свидание в Waldorf-Astoria с родителями Кэмпбелла.

Глен вспомнил ее воспоминания:

«Я не воспринимал это всерьез. Я думал, это просто свидание. Но как только я встретил его, я понял, что в нем есть что-то особенное ».



Более того, Глен добавил:

«Она мне сразу понравилась. Это был один из тех случаев, когда вы встречаете кого-то и просто не можете выбросить его из головы. Поэтому я позвонил и сказал: «Пойдемте».

Источник: Heavy.com (Кимберли Вулен и Глен Кэмпбелл)


Вы можете прочитать:

Четыре раза женат! Самые обсуждаемые сплетни в отношениях! У Глена Кэмпбелла наверняка была драматическая жизнь

Ким, когда она была танцовщицей

В то время Ким была танцовщицей на двух шоу Radio City Music Hall. Кроме того, она также появилась в постановке Джонс-Бич «Музыкант». Вспоминая прошлые воспоминания, когда она впервые встретила Глена, она призналась, что не была знакома с его песнями.

Более того, она пояснила:

«Я никогда не следил за его музыкой»,

Пара начала встречаться в 1981 году и связала себя узами брака в октябре того же года. Они провели свою свадебную церемонию в баптистской церкви Северного Феникса в Аризоне. Не только своей карьерой, но он также получил известность, будучи дамским угодником.

Источник: Earn (Шенон Кэмпбелл, Ким Вулен, Глен Кэмпбелл и Эшли Кэмпбелл)

У Вулена и Кэмпбелла трое детей. Их первый ребенок Кэл Кэмпбелл родился в 1983 году, второй ребенок Шеннон Кэмпбелл в 1985 году, а третий ребенок Эшли Кэмпбелл в 1986 году. У него также есть другие дети от его предыдущих отношений. Каждый из них пошел по музыкальным стопам отца.

Ким потеряла мужа 8 августа 2017 года из-за болезни Альцгеймера. Поскольку она была четвертой женой Глена. До нее он разделял супружеские отношения с Дайан Кирк , Билли Джин Нанли , Сара Барг . У него также есть пятеро детей от предыдущих отношений.

какой рост Джеффри Закарян

В 2008 году Ким присоединилась к баптистской церкви в Фениксе вместе со своим мужем. Они также подтвердили, что являются приверженцами мессианского иудаизма более двух десятилетий.

Краткая биография Ким Вулен

Кимберли Вулен — танцовщица по профессии. Она наиболее известна как жена известного кантри-певца и музыканта Глена Кэмпбелла. Хотя она известна как великая танцовщица, она отмечена вместе с его мужем в обществе и средствах массовой информации. Люди также знают ее по необычному моменту в браке: она на двадцать три года моложе Глена. Тем не менее, их отношения — это только то, что может означать намного больше времени до настоящего момента. Подробнее…

Шериз Синклер ★ Приручить и властвовать читать книгу онлайн бесплатно

Шериз Синклер

Приручить и властвовать

Кимберли Мур не отрывала взгляда от своей длинной прозрачной юбки. Шелковая материя ни капли не согревала девушку, сидящую на коленях на холодном кафельном полу. Но она уже успела привыкнуть к лишениям — после похищения из ее жизни исчезло такое понятие как «комфорт», на его смену пришли лишь боль и жестокое обращение. И с каждым днем становилось все хуже, никакой надежды на улучшение.

«Не двигайся. Не зажимайся. Не показывай признаков гнева». Надзиратель подошел ближе, — его ботинки, которые были под стать его черной душе, появились в поле зрения девушки.

— В гостиной ожидают три покупателя. Подайте им напитки и закуски. Используйте свое тело, чтобы доставить им наибольшее удовольствие. Советую всем вам приложить максимум усилий. Если вас не купят, тогда вы развлечете покупателей любым способом, каким они пожелают, а в следующем месяце вас снова выставят на аукционе.

Новый хозяин. Все внутри Ким задрожало от страха, к горлу подступила желчь.

Девушка попыталась сглотнуть, но, ошейник был затянут слишком туго, лишая Ким воздуха, лишая ее жизни. Но, несмотря на это, девушка все же сделала крошечный вздох, удерживая руки на месте.

«Не пытайся сорвать ошейник».

У Кимберли уже был один шрам на шее от первого ошейника, который она сама срезала, случайно поранившись.

Лорд Гревилл бил Ким до тех пор, пока ее не вырвало от кошмарной боли. А затем, увидев на бетонном полу следы от своих испачканных в крови рук, Ким отчаянно пожалела, что нож не сделал надрез глубже, задев артерию, а всего лишь оставил порез на коже.

«Терпи. Молчи».

Сжав мышцы живота, Кимберли заставила себя превратиться в статую. Ботинки Надзирателя еще какое-то время были в поле ее зрения, а затем направились в сторону гостиной.

Ким осмелилась поднять глаза, только когда звук шагов полностью стих.

Возможно, девушке и удавалось сохранять спокойное выражение лица, но глаза выдавали ее с потрохами. Любой работорговец, увидев ненависть в глазах девушки, тут же избил бы ее.

— Покупатели, — всхлипнула Холли.

Ким потянулась, и сжала руку девятнадцатилетней блондинки.

— Ш-ш-ш. Все будет хорошо. Может сегодня нам попадется порядочный покупатель.

— Думаешь? — на лице Холли читалась надежда.

— Кто знает?!

Еще одна рабыня, что сидела с девушками на кухне, сжала вторую руку Холли.

— Будь сильной, дорогая. Мы выдержим.

Третья рабыня неодобрительно покачала головой, тем самым говоря Ким, что та вселяет в девушку напрасные надежды. Они обе знали, что порядочные мужчины не покупают похищенных женщин.

Ким хотелось, чтобы ее купили только для того, чтобы оказаться подальше от Надзирателя. И уже после этого каким-нибудь образом, неважно каким, она окажется на свободе. В голове Кимберли тут же вспыхнули воспоминания об ударах волн океана о лодку, запах и вкус соленого бриза, человеческое доброе отношение биологов из Джорджии.

«Не забывай эти воспоминания, но держи их подальше, чтобы кнут Надзирателя не смог их достать». Она хотела вернуться домой. Хоть как-нибудь. Может быть, сегодня вечером. Любое нарушение привычного режима существования дает возможность на побег, особенно при транспортировке. Кимберли пришлось на своей шкуре испытать, что шансы рабыни на побег сойдут на нет, как только она окажется у покупателя дома. Как правило, когда хозяин не забавляется с рабыней, ее держат либо в какой-то комнатушке, либо в подвале. Или в клетках. По телу Кимберли пробежала дрожь.

Девушка сглотнула. Ее неповиновение сломилось, как только ее засунули в металлическую клетку размером с собачью будку. Там приходилось сидеть на коленях без возможности встать и подвигаться. Ким была вынуждена мочиться на собственные ноги. Ее охватывала паника, и девушка кричала до хрипоты.

Хозяину Кимберли не понравилось, когда она попыталась его убить.

«Ким, ты хоть что-то вынесла из этого неудачного опыта?» — задал вопрос ее внутренний голос цинизма. Девушка нахмурилась. «В следующий раз я буду действовать быстрее». Однако внутри себя Ким знала, что на еще одну попытку убийства у нее просто не хватит мужества.

Вздохнув, Кимберли поднялась на ноги, потянув за собой Холли и Линду.

— Что ж, дамы, пойдемте обольщать покупателей.

Читать дальше

Учимся отпускать прошлые ошибки

Как бы трудно это ни было принять, у каждого есть прошлое, полное опыта, который сформировал его в человека, которым он является сегодня. Ваша жизнь построена на принятых вами решениях, успехах и ошибках. На пути к исцелению и душевному благополучию важно размышлять о прошлом, извлекать из него уроки и прощать себя.

Этот шаг прощения почти всегда легче сказать, чем сделать. Однако, если вы не научитесь правильно освобождать себя от своих прошлых ошибок, они могут оказать огромное влияние на вашу повседневную жизнь и функционирование.В некоторых случаях прошлое может даже повлиять на ваши нынешние отношения с другими людьми и с самим собой. Вы должны простить себя и других, чтобы добиться прогресса в лечении, выздоровлении и жизни.

Ошибки — часть пути каждого

Ошибки необходимы для того, чтобы учиться на жизненном опыте. Они помогают сформировать вашу точку зрения и многому учат вас о себе. Первый шаг к тому, чтобы отпустить свои прошлые ошибки, — это проанализировать, почему вы приняли это решение и какое влияние оно оказало.Часто люди совершают ошибки, потому что это действительно было лучшим решением в то время. Когда вы начинаете понимать, что привело вас к выбранному вами поступку, вам становится легче относиться к тому человеку, которым вы были в то время. Вы понимаете, что делали все возможное с информацией и опытом, которые у вас были на тот момент.

Следующий важный шаг — понять, как повлияла ваша ошибка. Возможно, это было что-то маленькое, что длилось всего один день. В других ситуациях это могло бы так или иначе изменить вашу жизнь.Когда вы посмотрите на влияние ваших прошлых решений, вы сможете определить следующий курс действий.

Спросите себя: «Каков следующий шаг? Зная, что я принял это решение, что я могу сделать с этим сейчас?» Этот вопрос позволяет вам точно определить курс действий, который сосредоточен на прощении себя. Если вы обнаружите, что в данный момент вы ничего не можете сделать, чтобы изменить то, что произошло в прошлом, сейчас самое подходящее время, чтобы изменить свое мировоззрение. Вместо того, чтобы считать прошлое ошибкой, начните думать о нем как о необходимом для того, чтобы быть там, где вы есть сейчас.Это непросто, но важно. Это поможет вам принять прошлое таким, какое оно есть.

Хотя обычно вспоминают о допущенных вами ошибках, попробуйте подумать о ситуациях, в которых вы не совершали ошибок. Всегда есть место, чтобы признать хорошие вещи, которые вы сделали в прошлом, и гордиться тем, как вы проявили себя. Иногда люди заметают успехи под ковер, потому что они занимают меньше места в мозгу, чем негативы. Не эти выборы поглощают ваш разум годами, но они не менее важны.Поздравьте себя с ошибками, которых вы не совершали, и это поможет вам на пути к улучшению психического здоровья.

Как продвигаться вперед

Практикуйте доброту и мягкость по отношению к себе на каждом этапе жизни. Будьте добры к тому, кто вы есть сейчас, и будьте добры к тому, кем вы были в прошлом. Людям свойственно быть добрее к окружающим, чем к самим себе. На самом деле каждое мгновение вашей жизни преподало вам уроки. Далее вам нужно будет работать над тем, чтобы принять собственное прощение.Это можно сделать с помощью практики осознанности или постоянной работы с лицензированным терапевтом. Упражнения, подобные этим, дают вам возможность простить все сделанные вами выборы.

Прошлые ошибки могут привести к низкой самооценке и низкой уверенности в себе при принятии решений в будущем. Вы можете уклоняться от новых возможностей, потому что слишком боитесь принять неправильное решение. Этот страх может быть парализующим и может привести к тому, что вы вообще не будете принимать никаких решений. Когда вы смотрите в будущее и представляете, чего хотите от жизни, вы также должны уметь признать и принять прошлое.

Признание того, что не все ошибки являются «плохими», помогает создать позитивные отношения с самим собой, давая вам возможность взглянуть на новые ситуации с ясной точки зрения. . Когда вы принимаете, учитесь и исцеляете прошлое, вы можете представить себе более светлое будущее.

Хотя легко сказать, что прошлое осталось в прошлом, понимание его влияния на настоящее имеет решающее значение.Мы такие, какие мы есть, благодаря опыту, успехам и ошибкам, которые мы совершили в своей жизни. Тем не менее, вы должны быть добры к себе, анализируя свои прошлые ошибки. Делайте все возможное, чтобы двигаться вперед в своей жизни, вместо того, чтобы позволять прошлому тянуть вас вниз. В Центре Кимберли мы можем помочь вам изучить свое прошлое и лучше понять, как оно сформировало вас, не позволяя ему повлиять на вашу нынешнюю жизнь. Центр Кимберли, расположенный в красивом Форт-Майерс на юго-западе Флориды, специализируется на лечении зависимости и психического здоровья, предоставляя безопасное место для тех, кто борется с трудностями.Мы предлагаем множество планов и методов лечения, которые помогут вам получить необходимую помощь на пути к выздоровлению. Для получения дополнительной информации о том, как мы можем помочь, позвоните нам сегодня по телефону (855) 452-3683.

Кимберли Яворски, автор Let’s Get Outside ~ Philly Burbs

Весна пришла! Для многих это означает распахнуть окна и освежить внутреннее пространство. Но как насчет снаружи? К сожалению, мусор оказывается там, где его быть не должно. В то время как многие люди обычно носят мешок для мусора, чтобы собирать мусор, наслаждаясь прогулкой на свежем воздухе, иногда для этого требуются групповые усилия. Подробнее

помеченный брендирека винарека Кристинауборка Крам-Крикдарби-Крикрека ДелавэрПеркиомен-Крикдолина красной глиныРидли-КрикТакони-КрикВолонтерводные путиУайт-Клей-КрикВиссахикон

21 января — День белки.Любите вы их или ненавидите, вы должны признать, что они играют важную роль в поддержании экосистемы. (И они чертовски милые.) Белки отлично умеют привлекать людей, и можно спорить, являются ли те, кто регулярно взаимодействует с людьми, обученными или стажерами.Подробнее

Tagged восточные серые белки

Что это был за шум? Гиперактивное воображение? Уже стемнело, но это определенно был крик.На самом деле он не был похож на человека, скорее на птицу или, может быть, на кошку. Но ночью птицы обычно не активны, а это пригород; нет кошек достаточно больших для этого звука. Вот и снова. ЧтоПодробнее

Tagged fox soundgray foxred fox

Новый музей в Центре Джона Джеймса Одюбона в Милл-Гроув органично сочетает искусство и природу в образовательном центре, который обязательно воспитает новое поколение любителей птиц. Результат 15 лет планирования, новая жемчужина на территории Милл Гроув демонстрирует наилучший результат сотрудничества между государством и частным сектором.Подробнее

Tagged AudubonbirdingМузей Милл Гроув Джона Джеймса Одюбона

Пробные тропы Серия статей, посвященных пешеходным тропам в районе Филадельфии Тропа Зеленой ленты Ручей Виссахикон является частью истории Филадельфии. Слово Wissahickon происходит от слова ленапе, означающего «ручей сома» или «желтая вода».“ Ручей протяженностью 23 мили, как правило, мягкийПодробнее

Tagged Green Ribbon Trailhikingmontgomery countyWissahickon Creek

Trails to Try Серия статей, посвященных пешеходным тропам в районе Филадельфии Петля Скиппак-Крик, спрятанная в пригороде округа Монтгомери, Государственный парк Эвансбург, более 3000 площадей по обеим сторонам Скиппак-Крик, включает в себя разнообразные ландшафты. , от лесов до лугов, включая ручей и бывшие сельскохозяйственные угодья.Подробнее

Tagged Evansburg State ParkhikingruinsSkippackSkippack CreekSkippack Creek Loop Trail

Trails to Try Серия статей, посвященных пешеходным тропам в районе Филадельфии The Schuylkill Center  В это трудно поверить, но можно отправиться в поход и забыть о городских достопримечательностях и звуках, не выезжая из города. Центр экологического просвещения Шуйлкилл имеет более трех миль троп, которые петляютПодробнее

Tagged городские тропыокружающая средаискусство окружающей средыпоходные тропыФиладельфияпрудруиныSchuykill Centerspringhouse

Температура падает, и праздничные события начинают заполнять все календари.Эти факты заставляют людей оставаться дома, но есть еще много возможностей провести время на свежем воздухе. Эти местные достопримечательности с праздничными огнями обязательно вызовут улыбки и дадут возможность провести время на прогулке на свежем воздухе. Рождество в Лонгвуде вПодробнее

Tagged Elmwood Park ZooFranklin Squareпраздничные огнисветовые шоуLongwood GardensMorris Arboretumпоказ поезда

  Не секрет, что дети любят природу и что время, проведенное на свежем воздухе, дает нам всем множество преимуществ.Конечно, есть польза для физического здоровья, связанная с регулярными физическими упражнениями и пребыванием на свежем воздухе и солнечном свете, а также польза для психического здоровья, например, улучшение настроения и снижение стресса. Подробнее

помеченный образованиеопытное обучениеслушаниемузыкадошкольникиtinkergarten

Легко найти свободное место в округе Монтгомери, штат Пенсильвания. Поскольку поход требует очень мало снаряжения или подготовки, это отличный способ начать получать удовольствие от прогулок на свежем воздухе.В Монтко есть сотни миль троп, от мощеных троп до труднопроходимых грунтовых троп, некоторые из которых являются общими дляЧитать далее

Kimberly Cole — Get Stupid текст и перевод песни Глупый, глупый, глупый
Глупый, глупый

Я хочу бутылку себе
Не собираюсь делиться ни с кем другим
Так что продолжай
(Иду, иду)

Я хочу оказаться на полу
В туалетной кабинке
С моей косметикой на бегу
(Бегу, бегу)

У меня была плохая неделя
Люди продолжают меня бесить
Мой парень бросил меня
Он даже взял собаку

Сегодня вечером я хочу быть
Совсем не собой
Кто со мной

Давай поглумимся
Я, я, я, я

Я хочу поглупеть
И сойду с ума

Давай поглупеем
Всего на одну ни-ни-ночь
Это алри-ри-правильно

Я хочу поглупеть , тупой
Эй-ай, эй-ай
Давай тупой, тупой, тупой
Эй-ай, эй-ай
Хочешь стать тупым, тупой, тупой
Эй-ай

Всего на одну ни-ни-ночь
Есть что альри-ри-правильно
Я хочу стать глупым, глупым, глупым, глупым

Я беру конфету у незнакомца
Ага, я готов r какая-то опасность
Подсыпьте это в мою чашку, и я выпью
(Пью, пью)

Легкая причиненная себе боль
Это то, что помогает мне оставаться в здравом уме
Не смотри так
У меня есть свои причины
( У меня есть свои причины)

У меня была плохая неделя
Люди продолжают меня бесить
Он украл мою личность
И запустил обе мои карты

Сегодня вечером я хочу быть
Совсем не собой
Кто со мной

Пойдем
Я, я, я, я

Я хочу стать дураком
И сойти с ума

Давай поглупеем
Всего на одну ни-ни-ночь
Это алри-ри-правильно

Я хочу стать глупой, глупой
Эй-ай, эй-ай
Давай тупить, тупить, тупить
Эй-ай, эй-ай
Хочешь стать тупым, тупым, тупым
Эй-ай,

Всего на одну ни-ни-ночь
Это алри -ри-право
Я хочу стать тупым, тупым, тупым, тупым

Так тяжело дышать
И я продолжаю падать
Но все же я чувствую себя таким бесплатно
Я думаю о штурме

Я просто продолжаю приходить
Я так рад, что пришел

Давай поглумимся
Я, я, я, я

Я хочу поглупеть
И сойду с ума

Давай поглупеем
Всего на одну ни-ни-ночь
Это алри-ри-правильно

Я хочу стать тупым, тупым
Эй-ай, эй-ай
Давай тупым, тупым, тупым
Эй-ай, эй-ай
Хочешь стать тупым, тупым, тупым
Эй-ай

Всего за один ни-ни- ночь
Это алри-ри-правильно
Я хочу стать глупым, глупым, глупым, глупым

Глупым, глупым, глупым, глупым, глупым
Глупым, глупым, глупым, глупым, глупым

Кимберли Латрис Джонс Стенограмма видеозаписи BLM

Кимберли Джонс: (00:07)
Итак, я много чего видел, разговаривал, люди комментировали. Интересно, что те, кто, как я заметил, писали комментарии, были богатыми чернокожими людьми, которые писали о том, что мы не должны бунтовать. Мы не должны грабить. Мы не должны разрушать наши собственные сообщества. А потом был спор с другой стороны, мы должны ударить их по карману. Мы должны сосредоточиться на закрытых днях, когда мы не тратим деньги. Но я чувствую, что мы должны делать и то, и другое. И я чувствую, что поддерживаю обоих. И я скажу вам, почему я поддерживаю обоих.Я поддерживаю и то, и другое, потому что, когда происходят подобные гражданские беспорядки, на улицах есть три типа людей. Есть протестующие, есть бунтовщики, а есть мародеры.

Кимберли Джонс: (00:55)
Протестующие здесь, потому что им небезразлично, что происходит в обществе. Они хотят поднять голос, и они там строго протестуют. У вас есть бунтовщики, которые злятся, которые являются анархистами, которые действительно просто хотят наебать дерьмо, и это то, что они собираются делать, несмотря ни на что. А еще у вас есть мародеры. А мародёры почти всегда только и делают, что мародерствуют.

Кимберли Джонс: (01:16)
Теперь люди такие: «Ну, что ты выиграл? Ну, что ты получил от грабежа? Я думаю, что пока мы сосредотачиваемся на том, что, мы не сосредотачиваемся на том, почему. И это моя проблема с этим. Пока мы сосредотачиваемся на том, что они делают, мы не сосредотачиваемся на том, почему они это делают. Некоторые люди говорят: «Ну, это не те люди, которые законно злятся на то, что происходит.Это люди, которые просто хотят что-то получить».

Кимберли Джонс: (01:38)
Хорошо. Что ж, давайте с этим. Скажем, что это такое. Давайте спросим себя, почему в этой стране в 2020 году финансовый разрыв между бедными чернокожими и остальным миром находится на таком расстоянии, что люди чувствуют себя своей единственной надеждой и единственной возможностью получить некоторые из вещей, которыми мы щеголяем и мелькаем. перед ними все время, чтобы пройти через разбитое стекло и получить это, что они настолько безнадежны, что получить это ожерелье, получить этот телевизор, получить эту мелочь, получить эту кровать, получить этот телефон, что бы это ни было, что они собирается получить, в тот момент, когда происходят беспорядки, и если они представляют возможность мародерства, это их единственная возможность получить его.

Кимберли Джонс: (02:17)
Нам нужно задаться вопросом, почему. Почему люди такие бедные? Почему люди сломались? Почему люди так не уверены в еде, в одежде, что они чувствуют себя единственным шансом, что они делают свой выстрел, проходя через разбитое оконное стекло, чтобы получить то, что им нужно? И тогда люди хотят говорить о том, «Ну, есть много людей, которые подтянулись за свои бутсы и добились этого сами. Почему они не могут этого сделать?»

Кимберли Джонс: (02:42)
Позвольте мне объяснить вам кое-что об экономике в Америке.И я так рада, что в детстве у меня была возможность провести время в PUSH, где меня научили тому, что мы никогда не должны забывать, что экономика была причиной того, что чернокожих завезли в эту страну. Мы приехали, чтобы выполнять сельскохозяйственные работы на юге и текстильные работы на севере. Вы это понимаете? Это то, что мы пришли сделать. Мы приехали, чтобы выполнять сельскохозяйственные работы на юге и текстильные работы на севере.

Кимберли Джонс: (03:10)
Если бы я прямо сейчас решила, что хочу сыграть с тобой в Монополию, и за 400 раундов игры в Монополию, я не позволила бы тебе иметь никаких денег, я не позволила бы тебе есть что-нибудь на доске, я не позволял тебе иметь что-либо, а потом мы сыграли еще 50 раундов в монополию, и все, что ты выиграл и заработал, пока играл в этот раунд монополии, было отобрано у тебя, это была Талса .Это был Розвуд. Это места, где мы построили черное экономическое богатство, где мы были самодостаточны, где мы владели нашими магазинами, где мы владели нашей собственностью, и они сожгли их дотла.

Кимберли Джонс: (03:49)
Итак, 450 лет. Так что за 400 раундов в «Монополию» вы вообще не сможете играть. Вы не только не можете играть, вы должны играть от имени человека, против которого играете. Вы должны играть и зарабатывать деньги и зарабатывать для них богатство, а затем вы должны передать это им.Так что потом за 50 лет ты наконец-то получишь немного и тебе разрешат играть. И каждый раз, когда им не нравится, как ты играешь, или что ты догоняешь, или что ты делаешь что-то самодостаточное, они сжигают твою игру. Они сжигают ваши карты. Они сжигают ваши деньги Монополии. А потом, наконец, при релизе и в самом начале, вам разрешают играть и говорят: «Хорошо, теперь ты наверстываешь упущенное».

Кимберли Джонс: (04:31)
Теперь, на данный момент, единственный способ наверстать упущенное в игре — это если человек поделится богатством, верно? Но что, если каждый раз, когда вы делитесь богатством, против вас ведется психологическая война, говорящая: «О, ты наемник с равными возможностями.Так что, если бы я сыграл с вами 400 раундов в монополию и мне пришлось бы играть и отдавать вам каждую копейку, которую я заработал, а затем в течение 50 лет, каждый раз, когда я играл, если бы вам не нравилось то, что я делал, вы должны были бы сжечь его, как они сделали в Талсе и как они сделали в Розвуде, как вы можете победить? Как вы можете победить?

Кимберли Джонс: (05:05)
Тебе не победить. Игра исправлена. Поэтому, когда они говорят: «Почему вы сжигаете сообщество? Зачем ты сжигаешь свой собственный район? Это не наше. Нам ничего не принадлежит.Нам ничего не принадлежит. Тревор Ноа сказал это так красиво прошлой ночью. У всех нас есть общественный договор: если ты украдешь или я украду, то придет авторитетный человек и исправит ситуацию. Но человек, который исправляет ситуацию, убивает нас. Итак, общественный договор нарушен. И если общественный договор нарушен, какого хрена мне насрать на сожжение гребаного Зала футбольной славы, на сожжение гребаной мишени?

Кимберли Джонс: (05:48)
Вы нарушили контракт, когда убили нас на улице, и вам было наплевать.Вы нарушили контракт, когда в течение 400 лет мы играли в вашу игру и создавали ваше богатство. Вы нарушили контракт, когда мы снова построили наше богатство своими силами в Талсе, и вы сбросили на нас бомбы, когда мы построили его в Розвуде, и вы пришли и убили нас. Вы нарушили контракт. Так что к черту вашу цель. К черту твой Зал славы. Насколько я понимаю, они могли бы сжечь эту суку дотла, и все равно этого было бы недостаточно. И им повезло, что чернокожие ищут равенства, а не мести.

Просто, черт возьми, отпусти и не оглядывайся.

 

Посмотреть этот пост в Instagram

 

Мы

человек.

Когда дело доходит до отношений, большинство из нас может признать, что есть возможность улучшить наши не очень идеальные тенденции, но почему мы цепляемся за партнеров, которые не могут или не хотят меняться?

Мы можем задаться вопросом, почему «долгосрочные» отношения терпят неудачу. Часто наши так называемые «нарушители условий сделки» на самом деле не ломают нас в начале , когда они должны .Мы тратим много времени на то, чтобы мириться с определенным поведением и несовместимыми личностными чертами, пока, наконец, наша внутренняя дамба просто не выдерживает. Нарушители сделок обязательно сломают нас в конце.

Почему бы просто не «отпустить» перед всем этим?

Знать, когда отпустить, не должно быть так сложно, но это человеческий способ сохранять надежду на перемены. Только мы можем увидеть скрытый потенциал! В отрывках и вспышках мы видим, какими вещи могли бы быть (в какой-то момент в будущем), а не такими, какие они есть на самом деле.

Срочная новость: большинство людей показывают вам, кто они на самом деле,  но мы предпочитаем верить во что-то другое, во что-то более приятное.

Довольно легко отличить качественного партнера от тех, кто просто не хочет меняться. Вместо того, чтобы продлевать агонию , пытаясь, терпя неудачу, умоляя и повторяя один и тот же жалкий цикл сообщения о том, что мы хотим, и обещания другого результата (то есть изменения, которое не происходит), мы можем, черт возьми, отпустить идти без оглядки.Этот цикл возвращает нас туда, откуда мы начали, в ловушку отношений, которые не помогают и не улучшают нашу жизнь.

Если вам нужно бороться за внимание, отпустите.

Если это его третье извинение за ту же ошибку, отпустите.

Если вы часто задаетесь вопросом, где вы стоите, отпустите.

Если вы должны спасти, извиниться или оправдаться, отпустите.

Если он бросается на вас или идет впереди вас, отпустите.

Если вы делаете всю стирку, готовку и уборку без благодарности, без равной руки помощи, отпустите.

Если она опаздывает каждый раз, когда вы составляете план, отпустите.

Если вы чувствуете тревогу, грусть или неполноту в отношениях, отпустите.

Если вы комментируете и лайкаете все ее публикации и фотографии в социальных сетях, если вы отстаиваете и подтверждаете и делитесь добрым словом без взаимности , отпустите.

Если у вас было, казалось бы, отличное свидание, но вы все равно попали в призрак, отпустите.

Если все, что вы получаете, это случайные хлебные крошки, заблокируйте или удалите его номер и отпустите.

Если он протягивает руку только тогда, когда ему скучно или одиноко, отпустите.

Если вы чувствуете, что вас контролируют и вами манипулируют, отпустите.

Если препятствий слишком много, отпустите.

Если вы чувствуете, что должны доказать, что достойны , отпустите.

Если он только говорит и ничего не делает, отпусти.

Если вы отдаете гораздо больше, чем получаете, отпустите.

Если вы чувствуете себя боксерской грушей или изюминкой, отпустите.

Если она очень занята, но ни одна из этих прославленных дел не включает вас, отпустите.

Если вы чувствуете, что вам нужен вариант, а не приоритет, отпустите.

Если есть неучтенные блоки времени или расплывчатые, сомнительные ответы на прямые вопросы, отпустите.

Если они саботируют, высмеивают или принуждают вас, когда вы пытаетесь протрезветь, отпустите.

Если он смотрит в свой телефон, пока вы говорите, отпустите.

Если он говорит вам перестать быть таким напряженным, когда вы говорите о чем-то важном, отпустите.

Если те же пять тарелок, которые были в раковине утром, все еще там днем, когда вы возвращаетесь домой с работы, отпустите.

Если он не ищет вас через всю комнату на многолюдной вечеринке, отпустите.

Если он называет ваше писательство «маленьким хобби», отпустите его.

Если тебе одиноко рядом с ним, отпусти.

Если вы никогда не удивляетесь и не радуетесь, отпустите.

Если нет радости, никогда не будет , так что отпусти.

Если вам нужно практически выпрашивать комплимент, отпустите.

Если он называет время, проведенное с собственными детьми, «присмотром за детьми», отпустите его.

Если вам нужно попросить помощи с детьми, отпустите.

Если она не спросит, как ты себя чувствуешь после тяжелого дня, отпусти.

Если вы обнаружите, что ждете, пока что-то или кто-то изменится, вы можете измениться вместо этого.

И можешь просто отпустить.

~

 

Let’s Get Social — с участием Кимберли Капачевски

Добро пожаловать на еще одну неделю

Let’s Get Social , где каждое воскресенье я представляю нового предпринимателя!

На этой неделе я представляю Кимберли Капачевски.  Не забывайте: если вы или кто-то из ваших знакомых может помочь известному предпринимателю  в сфере его деятельности (см. вопрос №4), обязательно оставьте комментарий ! Кроме того, если вы хотите стать следующим предпринимателем, узнайте, как это сделать, в конце этого поста. Наслаждаться!

 

Время вопросов и ответов с участием Кимберли:

Если бы вы были супергероем, какой бы была ваша суперсила?

Заставьте время остановиться – иногда мне нужно еще несколько минут для работы или еще несколько минут, чтобы насладиться семьей.

Какую песню вы включаете, когда вам нужно поднять настроение или праздновать победу в бизнесе?

Какая лучшая книга, прочитанная вами в этом году? (Бизнес или художественная литература)

Мне нужно было дать мозгу отдохнуть от маркетинговых чтений, поэтому я выбрала что-то беззаботное: Классная мама. Это было быстрое чтение, смешное и совершенно родственное как мама двоих малышей.

Я люблю играть в бизнес-сваху. В какой области вашего бизнеса вам может понадобиться помощь, если я или Социально ориентированная аудитория смогу вас с кем-нибудь свести?


Я хотел бы пойти на семинар Facebook в Facebook или под руководством Facebook.У меня кружится голова от бесконечного цикла смены алгоритмов и обновлений.

Apple или ПК?

Яблоко.

Какая ваша любимая социальная сеть для бизнеса?

Фейсбук.

Какой у вас скрытый талант, узнав о котором люди были бы удивлены?

Я много лет назад работала в ветклинике и умею ли стерилизовать кошку??

Поделитесь с нами подробностями – чем вы занимаетесь и где люди могут найти вас в Интернете, чтобы связаться с вами?

Я менеджер социальных сетей, стремящийся рассказать историю компаний, которые я представляю.Вместе с моими деловыми партнерами мы являемся мощным центром, предлагающим множество маркетинговых услуг, таких как графический дизайн, ведение блогов, веб-дизайн и многое другое.

Кимберли Шлапман | Ресурсы для сотрудников

Опубликовано 8 апреля 2015 г. в отделе внутренних новостей

CNN Money, 24 апреля 2015 г. — Citi поддерживает кампанию «Научите детей экономить», чтобы помочь обучить детей и подготовить их к положительному финансовому будущему. Упоминает инициативу по расширению финансовых возможностей Food Bank в школах. AM, Нью-Йорк, 23 апреля 2015 г. — Беседа о кулинарии с Энн Баррелл.Упоминает ее давнюю поддержку Food Bank. Country Music Tattle Tale, 23 апреля 2015 г. — Little Big Town помогают бороться с голодом на ужине Can Do Awards. Billboard, 22.04.2015 — Джон Бон Джови, Little Big Town, 50 Cent присоединяются к звездам экрана, чтобы собрать деньги, осведомленность для Food Bank. New York Trend, 22.04.2015 — Ленни Кравиц присоединяется к кампании по борьбе с голодом. Страница шестая, 22 апреля 2015 г. — Сандра Ли становится эмоциональной на церемонии вручения наград Can Do Awards от Food Bank. Hollywood Reporter, 22 апреля 2015 г. — Майкл Дж. Фокс, Марио Батали, Джон Бон Джови, «Поднять деньги», «Информация о продовольственном банке» на гала-концерте в Нью-Йорке.Food Network, 22 апреля 2015 г. — Шеф-повара Food Network повышают осведомленность о голоде вместе с Food Bank для Нью-Йорка на ежегодной премии Can Do Awards. PR Newswire, 22.04.2015 — Food Bank для Нью-Йорка собирает более двух миллионов долларов на помощь голодающим на церемонии награждения Can Do Awards, усыпанной звездами, 21 апреля. NYC.gov, 21.04.2015 — Mayor de Blasio and Human Resources Комиссар администрации Стивен Бэнкс объявляет о создании сайта FoodHelp.nyc для подключения жителей Нью-Йорка к льготам Snap. Shape, 21.04.2015 – Что такое еда Гвинет Пэлтроу…

Узнать больше

Опубликовано 9 декабря 2014 г. в отделе внутренних новостей

24.12.2014 — Маленький Большой Город и Большое Яблоко.Лучшее шоу. Звезда кантри Кимберли Шлапман во время своего недавнего визита в Food Bank, чтобы пожертвовать 30 000 фунтов белка. 20.12.2014 – Компания Jets побеждает с праздничным приветствием в Harlem Food Bank. Гарлемский мир. Самолеты готовят и жертвуют 100 тысяч долларов. 16 декабря 2014 г.  Jets помогают нуждающимся, сделав пожертвование в Food Bank For New York City. ВАБК. Самолеты готовят и жертвуют 100 тысяч долларов. 10.12.2014 – Возвращение отличных праздничных подарков. MadeMan.com. Пункт № 6: Десерты TreatHouse в пользу Food Bank. 05.12.2014 – PIMCO проведет ежегодную благотворительную акцию «Поделись урожаем».Бизнес Уик. Хорошая пресса продолжает это продолжение предыдущего мероприятия в пользу Food Bank. 04.12.2014 — Хо-хо, поехали: праздничное искусство. Селянин. Праздничные мероприятия, в том числе усилия Flatiron BID по сбору средств в пользу Food Bank. 02.12.2014 — Помогите книжному магазину Greenlight с подарочной упаковкой и получите скидку 20%. Brokelyn.com. Праздничный маркетинг/волонтерство в пользу Food Bank. 02.12.2014 — День из жизни Скотта Винера, профессионального эксперта по пицце из Нью-Йорка. Готэмист.Новости о гурманах рассказывают об основателе Slice Out Hunger и упоминают Food Bank.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.