Классическая современная литература: Современная классика: лучшие российские авторы

Содержание

Современная классика: лучшие российские авторы

XXI век только начался, и до подведения его итогов еще очень далеко. Но за 17 лет, прошедших с его начала, российские писатели создали множество бестселлеров, которые точно можно отнести к разряду современной классической литературы. В статье собрали самые известные произведения о жизни, любви, кино и вымышленных мирах.

Современная классика о жизни

Как сказали в одном популярном фильме: «Взрослых нет – есть постаревшие дети», и именно поэтому в любом возрасте так интересно и важно с головой окунуться в мир детства, вспомнить себя и своих близких, посмотреть на свою «взрослую» жизнь под другим углом. Все это становится возможным благодаря Наринэ Абгарян, современному российскому автору, которая в 2010 году познакомила читателей с Манюней – маленькой озорной девочкой, постоянно попадающей в необычные ситуации. Книги про Манюню – это легкая и затягивающая проза о детстве и юности одной девочки и то же время каждого человека, о родных и близких людях, которые есть в сердце любого, о городах, деревнях и краях, где мы родились и выросли.
Эти рассказы нужно прочитать всем, ведь они делают нас хотя бы немного, но счастливее. Сборник рассказов петербургского журналиста и писателя Александра Цыпкина «Дом до свиданий» так понравился читателям, что в 2015 году стал продаваемой сатирической книгой в России. Рассказы Цыпкина читали со сцены многие известные российские актеры – Сергей Гармаш, Анна Михалкова, Максим Виторган. Эти истории знакомы и близки каждому жителю нашей страны: реальные проблемы и переживания героя и его знакомых мужчин и женщин. От легких, позитивных зарисовок автора невозможно оторваться, так хорошо они характеризуют наше время.

Современная классика о любви

Современные романы сильно отличаются от литературы о любви последних двух веков. Сегодня на страницах все реже встречаются наивные девушки, зависящие от родителей или супруга. Классическая героиня книг о любви XXI века – это самодостаточная, сильная женщина, которой одновременно приходится выполнять множество обязанностей, и жаловаться на свою жизнь она не привыкла.
Именно поэтому любовь, встреченная в такой повседневности, всегда оказывается чем-то сверхъестественным и достойным целого произведения.

Роман Майи Кучерской «Тетя Мотя» называют «современной Анной Карениной», да и сама автор не отрицает, что искала вдохновение у Толстого. Бывшая учительница, со временем потерявшая не только лицо, но даже и имя (на самом деле героиня – Марина), живет обычной жизнью с нелюбимым мужем, воспитывает сына и работает корректором в газете. Марина резко осуждает измены, считая их пошлостью и даже не допускает мысли о чем-то подобном, но все меняется после знакомства со знаменитым журналистом Ланиным. Жизнь поворачивается на 180 градусов, когда Марина понимает, что такое настоящие чувства. Этот роман о женщинах и для женщин, которые обязательно найдут на страницах себя, или свою мать, подругу, коллегу, приятельницу.

Уже с первых страниц книги «Зулейха открывает глаза» Гузель Яхиной понимаешь, что эта история – о любви. Причем, не о любви двух человек, а о любви в принципе, ко всем и ко всему. Кажется, что испытания, которые приходятся на долю молодой татарской девушки Зулейхи, должны сломать ее, или, как минимум, сделать черствой и жестокой. Но автор показывает нам другой взгляд, другую философию, другое отношение к жизни. Даже в невыносимых условиях Зулейха не теряет веры в людей, в себя и свои силы, и обретает счастье, выстраданное и вымученное, но благодаря этому еще более заслуженное.

Современная классика отечественной фантастики

Вселенная «Дозоров» стала особенно популярной после выхода на экраны в 2004 году фильма «Ночной дозор» с Константином Хабенским в главной роли. По задумке автора, некоторые люди обладают сверхспособностями и являются «иными» — светлыми или темными. «Иные» обладают множеством магических способностей, но так или иначе, все они питаются энергией обычных людей. Повествование во всех произведениях (на сегодняшний день в саге шесть книг) ведется от лица сотрудника московского «Ночного дозора» Антона Городецкого, которому приходится много раз столкнуться с неприятностями и потерять грань между работой и личной жизнью.
Цикл практически сразу после появления стал классикой российской фантастики, а поклонники с нетерпением ждут каждой новой публикации автора.

Действие других современных фантастических романов, «Метро 2033», «Метро 2034», «Метро 2035» происходит глубоко под землей, в недрах московского метро. Дмитрий Глуховский, автор цикла произведений, представил читателям постапокалиптическую эпопею, героями которой стали люди, выжившие после ядерной войны в 2013 году. Им удалось спастись лишь благодаря тому, что они были под землей. Несмотря на, казалось бы, безвыходное положение, люди продолжают жить и не теряют надежды на спасение. Реалистичность повествования захватывает и поражает даже людей, не являющихся поклонниками данного жанра.

Современная классика об истории

Популярный российский писатель и литературовед, Борис Акунин, в 2013 году поставил перед собой довольно амбициозную цель: объективно пересказать историю России и повысить к ней интерес соотечественников. Книги цикла «История Российского Государства» выходят ежегодно. Каждая – посвящена определенному периоду истории. Последней на сегодняшний день является книга «Царь Петр Алексеевич. Азиатская европеизация» — в ней автор пытается понять, с чем связан в России культ Петра Первого и почему его личность импонирует и «государственникам» и «либералам». По мнению Акунина, до нашего времени заинтересовать читателей историей получалось только у Николая Карамзина, поэтому столь важно беспринципно и опираясь исключительно на достоверные факты (автор исключал непроверенную информацию) рассказать читателям о том, что на самом деле происходило 100, 200, 300 лет назад и каким образом все это сказалось на нашей современности.

Российский историк и писатель, Леонид Юзефович – автор популярных исторических детективных романов. В 2016 году автор получил престижные литературные награды за книгу «Зимняя дорога», повествующую о малоизвестном эпизоде Гражданской войны – походе Сибирской добровольческой дружины из Владивостока в Якутию в 1922-23 годах. Писатель на протяжении долгих лет собирал архивные данные и представил читателю захватывающий документальный роман о жизни и смерти, любви и ненависти. Исторические произведения Юзефовича подкупают читателя еще и потому, что он не дает оценок поступкам главных героев, предоставляя читателям самим решить, на чьей они стороне, да и нужно ли принимать чью-то сторону.

Особенность современной литературы в том, что писателем, по большому счету, может быть каждый – врач, учитель, инженер. Написать книгу довольно просто, но получить признание читателя стало сложнее. Именно поэтому некоторые произведения уже сегодня можно назвать классикой XXI века, а лучшим проводником в мире современной литературы станет для вас издательство АСТ.

Рекомендуем прочитать:

Географ глобус пропил
Алексей Иванов

История о мужчине, которому из-за безденежья приходится устраиваться на работу учителем географии в местную школу. История об одиночестве и тоске, о любви и нравственности в условиях жестокого мира современности. Герой пытается справиться с трудными подростками, влюбляется в ученицу, застает жену за изменой, водит дочку в детский сад, пьет вино и готовит грандиозный поход для своих учеников, который изменит всех его участников до неузнаваемости.

Сердце Пармы
Алексей Иванов

Исторический роман о покорении Москвой Великой Перми в XV веке. В основе сюжета – реальные события и персонажи, а описанные события датированы годами «от сотворения мира». Это роман, в котором судьбы людей тесно переплетены с легендами и мифами, а религия сталкивается с язычеством во всей широте его проявлений. Язык, которым автор описывает события, позволяет читателю погрузиться в этот мир противостояния и создает столь важный и нужный любому роману «эффект присутствия».

Лестница Якова
Людмила Улицкая

Роман-притча, интереснейшая семейная хроника, в основе которой две сюжетные линии – Якова Осецкого, интеллектуала начала XX столетия и его внучки Норы, театрального художника конца века. Им было суждено увидеться лишь раз в жизни, но письма, найденные Норой после смерти бабушки, подробно описывают историю семьи и дают ответы на многие вопросы. В основе романа – письма и истории из личного архива Людмилы Улицкой.

Авиатор
Евгений Водолазкин

Книга о человеке, который, очнувшись на больничной койке, не может вспомнить даже своего имени. Чтобы понять хотя бы что-то, он начинает записывать воспоминания, которые яркими отрывками периодически всплывают в его памяти. Однако действие происходит в 1999 году, а воспоминания его связаны с событиями начала XX столетия. Герою предстоит понять, откуда берутся эти кадры и почему в них так часто фигурирует авиация.

Лавр
Евгений Водолазкин

Роман-притча, главный герой которой, средневековый травник-целитель теряет свою возлюбленную. Молодая женщина умирает в родах, ребенок также не выживает. Герой связывает эту трагедию с тем, что они вступили в отношения, не обвенчавшись, и совершили большой грех.

Чтобы «замолить» этот грех, он посвящает всю оставшуюся жизнь своей возлюбленной, спасая сотни людей по всей Руси. Он жертвует собой, пытаясь спасти душу другого человека…

Зеленый шатер
Людмила Улицкая

Книга о поколении, выросшем во времена «оттепели». Интересный и увлекательный роман о советских диссидентах, о том, как влияли правители и исторические события на жизни простых граждан своей страны. Это роман о любви, о судьбах, о характерах и о людях, которым приходится приспосабливаться к любым условиям и искать свое счастье, вне зависимости от того, какой идет год и кто сегодня находится «у руля».

Классики современной литературы, которых стыдно не знать

Эти книги не оставляют равнодушными. С ними светло, грустно, смешно, волнительно, интересно… Кого же литературные критики всего мира могут назвать современными классиками?

Россия: Леонид Юзефович

Что читать:

– авантюрный роман  «Журавли и карлики» (премия «Большая книга», 2009)

– историко-детективный роман «Казароза» (номинация на премию «Русский Букер», 2003)

– документальный роман «Зимняя дорога» (премия «Национальный бестселлер», 2016; «Большая книга», 2016)

Чего ждать от автора

В одном из интервью Юзефович сказал о себе так: его задача как историка – честно реконструировать прошлое, а как литератора – убедить тех, кто захочет его слушать, что так и было на самом деле. Поэтому грань между вымыслом и достоверностью в его творчестве зачастую неощутима. Юзефович любит сочетать в одном произведении разные пласты времени и планы повествования. И не делит события и людей на однозначно плохих и хороших, подчеркивая: он рассказчик, а не учитель жизни и судья. Размышления, оценки, выводы – за читателем.

Читать

США: Донна Тартт

Что читать:

– остросюжетный роман «Маленький друг» (литературная премия WNSmith, 2003)

– роман-эпопея «Щегол» (Пулитцеровская премия, 2014)

– остросюжетный роман «Тайная история» (бестселлер года по версии The New York Times, 1992)

Чего ждать от автора

Тартт любит игру с жанрами: в каждом ее романе есть и детективная составляющая, и психологическая, и социальная, и авантюрно-плутовская, и интеллектуальная в духе Умберто Эко. В творчестве Донны заметна преемственность традиций классической литературы XIX века, в частности таких ее титанов, как Диккенс и Достоевский. Процесс работы над книгой Донна Тартт сравнивает по длительности и сложности с кругосветным плаванием, полярной экспедицией или… картиной во всю стену, написанной кисточкой для туши. Американку отличает любовь к деталям и подробностям, явным и скрытым цитатам из великих произведений литературы и философских трактатов, а второстепенные персонажи ее романов не менее живые и сложные, чем главные герои.

Читать

Великобритания: Антония Байетт

Что читать:

– неовикторианский роман «Обладать» (Букеровская премия, 1990)

– роман-сага «Детская книга» (шорт-лист Букеровской премии, 2009)

Чего ждать от автора

Если вы как читатель в восторге от Льва Толстого, осилили хоть что-то у Пруста и Джойса, то и многослойные эпичные интеллектуальные романы британки Антонии Байетт вам придутся по душе. Как признается Байетт, ей нравится писать о прошлом: действие романа «Обладать» происходит в наши дни, но погружает и в викторианскую эпоху, а семейная сага «Детская книга» охватывает наступивший затем эдвардианский период. Труд писателя Байетт сравнивает с коллекционированием – идей, образов, судеб, чтобы изучить и рассказать о них людям.

Читать

Франция: Мишель Уэльбек

Что читать:

– роман-антиутопия «Покорность» (участник рейтинга The New York Times «100 лучших книг 2015 года»)

– социально-фантастический роман «Возможность острова» (премия «Интералье», 2005)

– социально-философский роман «Карта и территория» (Гонкуровская премия, 2010)

– социально-философский роман «Элементарные частицы» (премия «Приз Ноября», 1998)

Чего ждать от автора

Его называют enfant terrible («несносное, капризное дитя») французской литературы. Он самый переводимый и самый читаемый из современных авторов Пятой республики. Мишель Уэльбек пишет о скором закате Европы и крахе духовных ценностей западного общества, смело высказывается об экспансии ислама в христианских странах. На вопрос, как он пишет романы, Уэльбек отвечает цитатой Шопенгауэра: «Первое и практически единственное условие хорошей книги – когда есть что сказать». — Houellebecq, « C’est ainsi que je fabrique mes livres».  И добавляет: писателю не нужно пытаться все понять, «лучше всего наблюдать факты и не обязательно опираться на какую-либо теорию».

Читать

Германия: Бернхард Шлинк

Что читать:

– социально-психологический роман «Чтец» (первый роман немецкого писателя в списке бестселлеров The New York Times, 1997; премия Hans-Fallada-Preis, 1997; литературная премия журнала Die Welt, 1999)

Чего ждать от автора

Главная тема Шлинка – конфликт отцов и детей. Но не столько вечный, вызванный недопониманием старшего и младшего поколений, а вполне конкретный, исторический – немцев, принявших идеологию нацизма в 1930–1940-е, и их потомков, которые разрываются между осуждением страшных преступлений против человечества и попыткой понять их мотивы. «Чтец» поднимает и другие сложные темы: любовь между юношей и женщиной с большой разницей в возрасте, неприемлемую в консервативном обществе; неграмотность, которой, казалось бы, нет места в середине ХХ века, и ее роковые последствия. Как пишет Шлинк, «понять не значит простить; понять и при этом осудить – возможно и необходимо, однако это очень тяжело. И эту тяжесть приходится нести».

Читать

Испания: Карлос Руис Сафон

Что читать:

– мистико-детективный роман «Тень ветра» (премия Joseph-Beth and Davis-Kidd Booksellers Fiction Award, 2004; Borders Original Voices Award, 2004; NYPL Books to Remember Award, 2005; Book Sense Book of the Year: Honorable Mention, 2005; Gumshoe Award, 2005; Barry Award for Best First Novel, 2005)

– мистико-детективный роман «Игра ангела» (премия Premi Sant Jordi de novel.la, 2008; Euskadi de Plata, 2008)

Чего ждать от автора

Романы знаменитого испанца нередко называют неоготическими: в них есть и пугающая мистика, и детективный сюжет с интеллектуальными загадками во вкусе Умберто Эко, и страстные чувства. «Тень ветра» и «Игра ангела» объединяет место действия – Барселона – и сюжет: второй роман – приквел первого. Тайны Кладбища забытых книг и хитросплетения судеб увлекают и героев Карлоса Руиса Сафона, и читателей. «Тень ветра» стала самым успешным романом, изданным в Испании со времен «Дон Кихота» Сервантеса, а «Игра ангела» – самой продаваемой книгой за всю историю страны: за неделю после выхода в свет было раскуплено 230 тысяч экземпляров романа.

Читать

Япония: Харуки Мураками

Что читать:

– философско-фантастический роман «Хроники Заводной Птицы» (премия «Ёмиури», 1995; номинация Дублинской литературной премии, 1999)

– роман-антиутопия «Охота на овец» (премия «Нома», 1982)

– психологический роман «Норвежский лес» (участник рейтинга «Топ-20 самых продаваемых книг на Amazon.com», 2000 [год, когда книга была полностью переведена на английский], 2010 [год, когда книга была экранизирована])

Чего ждать от автора

Мураками называют самым «западным» писателем Страны восходящего солнца, но повествование в своих книгах он ведет как истинный сын Востока: сюжетные линии возникают и текут, как ручьи или реки, а сам автор описывает, но никогда не объясняет, что происходит. Вопросы есть, а ответов на них нет, главные герои – «странные люди», которые явно не отвечают представлениям большинства о нормальности и благополучии. Мир персонажей похож на сюрреалистический коллаж яви со снами, фантазиями, страхами, протестами подавляемой воли. «Литературный труд – это всегда немножко обман, – подчеркивает Мураками. – Но писательская фантазия помогает человеку взглянуть на окружающий мир по-другому».

Читать

Современная литература VS классика | Литературный портал

Краева Ирина Ивановна, детский писатель, педагог-журналист, член Союза писателей России, кандидат филологических наук, лауреат Международной литературной премии им. Владислава Крапивина, лауреат Международного литературного конкурса «Согласование времен» (г.Москва, Россия) Она пишет книги ее произведения добрые и поэтичные.

В Казахстане идет программа обновления содержания образования и уже в новом формате создаются программы, направленные на сохранение того, что было, историю, классику и при этом введение новых произведений. Ирина Ивановна Краева поставила много дискуссионных вопросов.

Тему классической литературы, современной литературы нужно по-новому доносить. Нужно, чтобы учитель удивил классикой молодого человека. Удивление – один из главных мотивов, который побудит молодого человека прочитать и дальше изучать произведение классического писателя. Многие родители-консерваторы говорят, что, если ребенок будет читать классическое произведение у него будет моральный кодекс настоящего человека. Есть определенное недоверие к современной литературе: «О чем пишут современные писатели, язык у них какой-то вольный и ситуации у них из жизни и ведут себя герои неоднозначно. Чему может научить произведение?».

На современных каналах известный литературовед Александр Архангельский сказал: «Не бывает современной литературы плохой и хорошей. Бывает литература живая и литература мертвая». Если мы вставляем современную литературу в учебник, то должны понимать, что может быть этот текст через десять лет умрет, не выдержав проверки даже коротким временем. В этом нет ничего страшного – он обладает другими важными свойствами; свойствами подсветки, а именно он написан на теперешнем языке и жизнь, описанная в нем, понятна и похожа на ту, что окружает нас.

Еще приведу цитату современного писателя Бориса Минаева: «Теперь я отчетливо понимаю «малохудожественная» детская литература может вскрыть в ребенке самые потаенные, самые глубокие пласты его существования». Итак, художественное в детской книге далеко не всегда самое важное и самое ценное. Не всегда то, что абстрактно хорошо написано важно и ценно для ребенка. Этическая, философская составляющая на уровне рефлексов, инстинктов детской души порой важнее.

Есть много разных тем, и они по-разному освещены в детской литературе. Я остановлюсь на теме Великой Отечественной войны. Казалось бы, зачем сейчас современным авторам писать про Великую Отечественную войну? Они же ее не видели, они же не имеют ее опыт, они много чего не знают. Какое право у них есть писать об этом? Но в последнее время просто одно произведение за другим появляется. Это и «Облачный полк» Эдуарда Веркина, и «Полынная ёлка» Ольги Колпаковой, «Краденый город» Юлии Яковлевой. Замечательная книга, про блокадный Ленинград, и «Жучки не плачут» Юлия Яковлева, «Я колбасника убил» Анна Никольская, «Сад имени т. с.» Марии Ботевой и так далее. Оказывается, у современных подростков есть потребность говорить по-новому о теме войны. Классика хорошо воспринимается, она остается классикой, она никуда не уходит, но она не отвечает на те вопросы, которые есть у молодых. Про Великую Отечественную войну, про Третью Мировую войну, о которой они постоянно слышат с экранов телевидения.

Что изменилось сейчас в современной городской литературе? Ушла героизация жизни и смерти героя произведения, который был по-настоящему героем. Все современные произведения объединяет то, что они против войны, они антивоенные и художественным современным языком, под микроскопом современный автор показывает ужасы войны. Он показывает современному молодому читателю, что это явление, которое тотально всех убивает содрогнуться. Но самая главная мысль появилась – Война не закончилась. Война может закончиться тогда, когда ты участвуешь в приведении порядка порушенного мира. Что это может быть? Может быть рассказ о подвиге герое, о котором нельзя было говорить, как в повести Марии Ботевой «Сад имени т. с.», может быть это восстановление когда-то поруганного имени человека. Но война стала чем-то личным. Даже на теме войны как важно все-таки чтобы молодежь читала современных авторов.

Сейчас и педагоги, и ученые, и родители, и дети, слишком многие отмечают, что слишком много произведений классической литературы подлежат изучению. К сожалению, сейчас очень многие реалии жизни написаны непонятно современному, юному читателю. Программа школьной программы в общем-то приучить детей читать, воспитать в нем читательскую компетентность, повысить, расширить, укрепить. И ведь многие приходят к такому выводу, что не надо гнаться прочитать все. Нужно показать, представить, увлечь юного читателя этим процессом постижения классического текста. Нужно его удивить, очаровать. Для того, чтобы у учителя получилось, первое, у него должно быть время на это. Он не должен думать, что он слишком долго сидит на каком-то произведении и он должен дальше скакать. И, конечно, новое требование – компетенция учителя.

Многие говорят сейчас, что нужно создать школьную программу из трех корпусов произведений.

Первый корпус – это золотая полка, произведения, которые обязательны для изучения. Их не должно быть много. Например, Дмитрий Бак, директор государственного литературного музея, определяет 36 позиций.

Вторая полка – это Пушкин, Лермонтов. Там указан только автор, а педагог волен выбирать, что он захочет пройти с детьми.

Третий корпус произведений – это то, что рекомендовано для дополнительного задания, для домашнего освоения. Зачем нужна такая вариативность? Потому что у учителя должен и может быть свой вкус, и он лучше знает, что нужно его детям. Подход, при котором вкус самого учителя совмещается с интересами, потребностями, запросами детей. Но нужно понимать, что здесь нет покушения на классику. Наоборот, это более бережное, более глубокое постижение этой классики. Такое, после которого ребенку самому захочется читать тексты. Классики стало очень много в школьной программе.

Школьная программа – это, прежде всего, классика. Поэтому мы ее ставим во главу угла, но если совмещать, искать хорошие современные тексты, о которых учитель захочет говорить, то они расшевелят в ученике читателя, подготовят его и к восприятию классической литературы, которая является незыблемой, прекрасной и святой. Главное, нам нужно сохранить стремление детей читать.

Последние исследования показали, что, действительно, половина детей все-таки читает каждый день: и для школы, и для своего удовольствия. Одни читают каждый день, другие читают меньше. Нет ужасной ситуации, о которой говорят: «Ах! Дети совсем ничего не читают!». Читают! Может быть они читают больше, может они не хотят обсуждать со взрослыми прочитанное. Это другое дело. Попробуйте предложить ребенку книгу норвежского автора Марии Парр «Вафельное сердце». Это наслаждение. Скоро выйдет продолжение.

Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал Adebiportal.kz обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». [email protected] 8(7172) 57 60 13 (вн — 1060)

Мнение автора статьи не выражает мнение редакции.

Разница между классической и современной литературой. Дискуссия «Современная литература: когда литература становится классикой

Существует ли в наши дни современная классика? Всего лишь сто лет назад, в модных салонах высшего общества того или иного государства можно было услышать исполнения произведений Баха, Моцарта, Бетховена и прочих классиков. Исполнять их считалось прекрасным достойным делом для пианиста. Люди с замиранием сердца слушали прекрасные лёгкие ноты, написанные некогда великой рукой талантливого композитора. Даже собирались целые вечера, чтобы прослушать то или иное произведение. Люди восхищались виртуозным исполнением тонкой чувственной музыки, исполненной на лёгких клавишах клавесина. Что же теперь?

Классическая музыка сейчас несколько изменила свою роль в обществе. Сейчас начать свою карьеру на этой стезе может каждый, всякий, кому не лень заниматься изготовлением музыки. Всё делается ради денег. Многие люди пишут музыку ради того, чтобы её продать, а не чтобы наслаждаться ею.

И проблема именно в том, что каждый, считая свои идеи наиболее превосходящими другие, совершенно не вкладывает в музыку то, что вкладывали раньше – душу. Сейчас музыкальные произведения являются только аккомпанементом к тому, что творится вокруг. Например, знаменитая клубная музыка, которая заставляет людей в залах «колбаситься» в ритм, по-другому это не назовёшь. Или же выражение своих мыслей в лёгкой доступный каждому форме еле рифмованного речитатива, которую в наше время называют рэпом…
Конечно, можно встретить и положительные направления – сильно развившееся за последние 50 лет движение рок-музыкантов, которые пишут хорошую музыку, развивают это направление. Многие группы знамениты на весь мир своими композициями.

Но поговорим о том, насколько в наши дни распространена музыка, существующая для исполнения – о так называемой современной классике.

Что стоит считать современной классикой?

Возможно, это то направление, которым сейчас занимаются музыканты, которые делают из «типовой» классической академической музыки современную, перерабатывая некоторые вещи. Но нет, такое направление называется неоклассикой и стремительно развивается ежегодно, с появлением новых электронных инструментов, которые могут позволить себе большие звуковые диапазоны и более распространённое звучание. Ниже представлены треки таких исполнителей, как Pianochocolate и Nils Frahm. Музыканты используют в своем творчестве классические инструменты и вполне могу быть охарактеризованы, как представители неоклассики.

Возможно, это та музыка, которую исполняют сейчас современные музыканты, имеющие специализированное образование. Но чаще всего эта музыка напоминает спокойные переливы от одной ноты к другой, с повторением одного и того же мотива на разных высотах. Неужели это и есть современная классика? Возможно, это модное течение в музыке, распространенное в наши дни, состоящее в том, что музыка, со всём её обилием звуков и бесконечном количестве сочетаний, сводится к нескольким нотам. Ещё один минус – полнейшее отсутствие формы. Если в академической классике можно встретить и сонаты, и этюды, и прелюдии, и сарабанды, и жиги, и польки, и различные напевы, менуэты, вальсы, танцы, которые можно было с лёгкостью отличить друг от друга, настолько строго было их отличие. Кто в здравом уме перепутал бы токкату Баха с менуэтом Моцарта? Да никто и никогда. В наши же дни современная музыка сводится к какому-то типовому шаблону. Конечно, каждому поколению свои песни, но что же будет через несколько лет?

Ярким примером исполнителя современной классической музыки является Max Richter.

Сейчас во многих музыкальных школах, наверное, даже во всех, проводятся академические зачёты по специальности в зависимости от выбранного инструмента. Обязательной частью зачёта является исполнение нескольких произведений классиков. Но дети иногда часто и не знают ничего о том, чьё произведение они играют, аргументируя это тем, что человек, который его сочинил, давно уже умер, и ему «всё равно».

Является ли это следствием невежества или просто нелюбовь к академической классике, которая подразумевает исполнение подчас сложных, произведений? Можно сказать лишь то, что в наши дни играемая музыка – далеко не предел, что можно развивать её больше и больше, совершенствовать, а не просто штамповать для фильмов или просто ради продажи.

Эти книги не оставляют равнодушными. С ними светло, грустно, смешно, волнительно, интересно… Кого же литературные критики всего мира могут назвать современными классиками?

Россия: Леонид Юзефович

Что читать:

– авантюрный роман «Журавли и карлики» (премия «Большая книга», 2009)

– историко-детективный роман «Казароза» (номинация на премию «Русский Букер», 2003)

– документальный роман «Зимняя дорога» (премия «Национальный бестселлер», 2016; «Большая книга», 2016)

Чего ждать от автора

В одном из интервью Юзефович сказал о себе так: его задача как историка – честно реконструировать прошлое, а как литератора – убедить тех, кто захочет его слушать, что так и было на самом деле. Поэтому грань между вымыслом и достоверностью в его творчестве зачастую неощутима. Юзефович любит сочетать в одном произведении разные пласты времени и планы повествования. И не делит события и людей на однозначно плохих и хороших, подчеркивая: он рассказчик, а не учитель жизни и судья. Размышления, оценки, выводы – за читателем.

США: Донна Тартт

Что читать:

– остросюжетный роман «Маленький друг» (литературная премия WNSmith, 2003)

– роман-эпопея «Щегол» (Пулитцеровская премия, 2014)

– остросюжетный роман «Тайная история» (бестселлер года по версии The New York Times, 1992)

Чего ждать от автора

Тартт любит игру с жанрами: в каждом ее романе есть и детективная составляющая, и психологическая, и социальная, и авантюрно-плутовская, и интеллектуальная в духе Умберто Эко. В творчестве Донны заметна преемственность традиций классической литературы XIX века, в частности таких ее титанов, как Диккенс и Достоевский. Процесс работы над книгой Донна Тартт сравнивает по длительности и сложности с кругосветным плаванием, полярной экспедицией или… картиной во всю стену, написанной кисточкой для туши. Американку отличает любовь к деталям и подробностям, явным и скрытым цитатам из великих произведений литературы и философских трактатов, а второстепенные персонажи ее романов не менее живые и сложные, чем главные герои.

Великобритания: Антония Байетт

Что читать:

– неовикторианский роман «Обладать» (Букеровская премия, 1990)

– роман-сага «Детская книга» (шорт-лист Букеровской премии, 2009)

Чего ждать от автора

Если вы как читатель в восторге от Льва Толстого, осилили хоть что-то у Пруста и Джойса, то и многослойные эпичные интеллектуальные романы британки Антонии Байетт вам придутся по душе. Как признается Байетт, ей нравится писать о прошлом: действие романа «Обладать» происходит в наши дни, но погружает и в викторианскую эпоху, а семейная сага «Детская книга» охватывает наступивший затем эдвардианский период. Труд писателя Байетт сравнивает с коллекционированием – идей, образов, судеб, чтобы изучить и рассказать о них людям.

Франция: Мишель Уэльбек

Что читать:

– роман-антиутопия «Покорность» (участник рейтинга The New York Times «100 лучших книг 2015 года»)

– социально-фантастический роман «Возможность острова» (премия «Интералье», 2005)

– социально-философский роман «Карта и территория» (Гонкуровская премия, 2010)

– социально-философский роман «Элементарные частицы» (премия «Приз Ноября», 1998)

Чего ждать от автора

Его называют enfant terrible («несносное, капризное дитя») французской литературы. Он самый переводимый и самый читаемый из современных авторов Пятой республики. Мишель Уэльбек пишет о скором закате Европы и крахе духовных ценностей западного общества, смело высказывается об экспансии ислама в христианских странах. На вопрос, как он пишет романы, Уэльбек отвечает цитатой Шопенгауэра: «Первое и практически единственное условие хорошей книги – когда есть что сказать». — Houellebecq, « C»est ainsi que je fabrique mes livres». И добавляет: писателю не нужно пытаться все понять, «лучше всего наблюдать факты и не обязательно опираться на какую-либо теорию».

Германия: Бернхард Шлинк

Что читать:

– социально-психологический роман «Чтец» (первый роман немецкого писателя в списке бестселлеров The New York Times, 1997; премия Hans-Fallada-Preis, 1997; литературная премия журнала Die Welt, 1999)

Чего ждать от автора

Главная тема Шлинка – конфликт отцов и детей. Но не столько вечный, вызванный недопониманием старшего и младшего поколений, а вполне конкретный, исторический – немцев, принявших идеологию нацизма в 1930–1940-е, и их потомков, которые разрываются между осуждением страшных преступлений против человечества и попыткой понять их мотивы. «Чтец» поднимает и другие сложные темы: любовь между юношей и женщиной с большой разницей в возрасте, неприемлемую в консервативном обществе; неграмотность, которой, казалось бы, нет места в середине ХХ века, и ее роковые последствия. Как пишет Шлинк, «понять не значит простить; понять и при этом осудить – возможно и необходимо, однако это очень тяжело. И эту тяжесть приходится нести».

Испания: Карлос Руис Сафон

Что читать:

– мистико-детективный роман «Тень ветра» (премия Joseph-Beth and Davis-Kidd Booksellers Fiction Award, 2004; Borders Original Voices Award, 2004; NYPL Books to Remember Award, 2005; Book Sense Book of the Year: Honorable Mention, 2005; Gumshoe Award, 2005; Barry Award for Best First Novel, 2005)

– мистико-детективный роман «Игра ангела» (премия Premi Sant Jordi de novel.la, 2008; Euskadi de Plata, 2008)

Чего ждать от автора

Романы знаменитого испанца нередко называют неоготическими: в них есть и пугающая мистика, и детективный сюжет с интеллектуальными загадками во вкусе Умберто Эко, и страстные чувства. «Тень ветра» и «Игра ангела» объединяет место действия – Барселона – и сюжет: второй роман – приквел первого. Тайны Кладбища забытых книг и хитросплетения судеб увлекают и героев Карлоса Руиса Сафона, и читателей. «Тень ветра» стала самым успешным романом, изданным в Испании со времен «Дон Кихота» Сервантеса, а «Игра ангела» – самой продаваемой книгой за всю историю страны: за неделю после выхода в свет было раскуплено 230 тысяч экземпляров романа.

Япония: Харуки Мураками

Что читать:

– философско-фантастический роман «Хроники Заводной Птицы» (премия «Ёмиури», 1995; номинация Дублинской литературной премии, 1999)

– роман-антиутопия «Охота на овец» (премия «Нома», 1982)

– психологический роман «Норвежский лес» (участник рейтинга «Топ-20 самых продаваемых книг на Amazon.com», 2000 [год, когда книга была полностью переведена на английский], 2010 [год, когда книга была экранизирована])

Чего ждать от автора

Мураками называют самым «западным» писателем Страны восходящего солнца, но повествование в своих книгах он ведет как истинный сын Востока: сюжетные линии возникают и текут, как ручьи или реки, а сам автор описывает, но никогда не объясняет, что происходит. Вопросы есть, а ответов на них нет, главные герои – «странные люди», которые явно не отвечают представлениям большинства о нормальности и благополучии. Мир персонажей похож на сюрреалистический коллаж яви со снами, фантазиями, страхами, протестами подавляемой воли. «Литературный труд – это всегда немножко обман, – подчеркивает Мураками. – Но писательская фантазия помогает человеку взглянуть на окружающий мир по-другому».

В переводе с латинского языка слово «классический» (classicus) означает «образцовый». Из этой сути слова исходит то, что литература, именуемая классической, получила это «имя» благодаря тому, что представляет собой некий ориентир, идеал, в русле которого стремится двигаться литературный процесс на каком-то определенном этапе своего развития.

Взгляд из современности

Возможно несколько вариантов. Из первого следует то, что классикой признаются произведения искусства (в данном случае литературные) на момент рассмотрения относящиеся к предшествующим эпохам, чей авторитет был проверен временем и остался незыблем. Так в современном обществе расценивается вся предшествующая литература вплоть до 20 века включительно, при этом в культуре России, например в основном под классикой подразумевается искусство именно 19 века (поэтому он и почитается как «Золотой век» русской культуры). Литература эпохи Возрождения и Просвещения вдохнули новую жизнь в античное наследие и избрали образцом произведения исключительно античных авторов (уже термин «Возрождение» говорит сам за себя – это «возрождение» античности, обращение к ее культурным достижениям), ввиду обращения к антропоцентрическому подходу к миру (что являлось одной из основ мировоззрения человека античного мира).

В другом случае могут стать «классическими» уже в эпоху их создания. Авторов таких произведений принято именовать «живыми классиками». В их числе можно указать А.С. Пушкина, Д. Джойса, Г. Маркеса и пр. Обычно после такого признания наступает своеобразная «мода» на новоиспеченного «классика», в связи с чем появляется огромное количество произведений подражательного характера, которые в свою очередь причислить к классическим нельзя, поскольку «следовать образцу» не значит копировать его.

Классика «классикой» не была, а стала:

Еще один подход в определении «классической» литературы можно произвести с точки зрения культурной парадигмы. Искусство 20 века, развивавшееся под знаком « », стремилось полностью порвать с достижениями так называемого «гуманистического искусства», подходы к искусству в целом. И применительно к этому творчество автора, находящегося вне модернистской эстетики и придерживающегося традиционной (потому что «классика» — это обычно явление устоявшееся, с уже сложившейся историей) можно отнести (конечно, все это условно) к классической парадигме. Однако и в среде «нового искусства» также имеются авторы и произведения, признанные впоследствии или сразу же классическими (как, например, приведенный выше Джойс, являющийся одним из самых ярких представителей модернизма).

Современная литература или классика?

У многих точка зрения едина — конечно же классика! Казалось бы, о чем здесь можно размышлять? Ан-нет найдется о чем. Давайте разберемся, что же лучше? Классика. .. глубокие мысли, настоящие чувства, реалистичность описываемого. На ней мы растем, учимся мыслить, она нам дает пищу духовную — мы пониманием через классику, что такое добро, что такое зло. Разбираемся в себе через переживания героев, смотрим вглубь своей души и понимаем: а вот оно как бывает, вот они какие настоящие чувства, вот что значит Честь, Долг, Родина. Классика воспитывает в нас Человека с большой буквы. Ее достоинства неоспоримы. Но воспитывает нас классика по большей части в период взросления, духовного становления нашего «Я» как личности, она дает нам, по сути, тот опыт, который в реальной жизни мы еще не приобрели в силу своего возраста. Конечно, нет предела совершенству. Но совершенствоваться мы можем только лишь тогда, когда для нас созданы определенные условия: наличие свободного времени, желание читать и размышлять над проблемами, которые волновали и волнуют человечество и т.д. и т.п. Объективно такие условия присутствуют в жизни далеко не каждого из нас. В этом месте давайте сделаем оговорку. Я беру среднестатистического человека среднего класса и среднего достатка, я не принимаю в расчет людей, для которых духовная пища сродни материальной. Так вот у среднестатистического человека, как правило, голова занята совершенно другим, нежели желанием читать классику: как прокормить себя и семью, как вырастить детей, как поступить / закончить университет. Среднестатистический человек приходит домой после работы / учебы вымотанный за день ею же. Многие ли из этих среднестатистических людей сядут у камина, или просто в кресло с томиком Достоевского в руках? Вряд ли. Что же хочется этому человеку? Разве думать, совершенствоваться и расширять свой кругозор? Нет. Реалии таковы, что такому человеку хочется чаще отвлечься, забыться и не о чем ни думать. Здесь нам на помощь приходит во всем многообразии современная литература, представленная всеми жанрами и литературными направлениями. Возьмем за основу современную фэнтези, которая как литературное направление на современном этапе наиболее успешна и популярна у читателей. Откройте любой фэнтези роман и поищите глубокие мысли там. Много вы их найдете? Не думаю. Сделаю оговорку. Я не утверждаю, что все направление фэнтези легкое чтиво. Но большинство из книг данного жанра, несомненно, да. И зададимся следующим вопросом, а нужен ли там глубокий смысл? Разве среднестатистический человек, уставший за день ищет глубокие мысли и нравственные дилеммы, открывая очередной роман о приключениях очередного / очередной попаданца / попаданки? Не думаю. Вот и писатели не стремятся заложить в свои книги ту самую глубокомысленность присущую классики, так как современный читатель ее там просто не ищет. Спрос рождает предложение. Поэтому, наверное, не надо осуждать писателей современной литературы: они лишь отражают тот спрос, который порождаем мы с вами — читатели. Современная литература дает нам возможность отвлечься от волнующих нас проблем и окунуться в мир, где все проблемы не существенны и легко решаемы взмахом руки или волшебной палочки. Мы погружаемся в мир в котором все легко, понятно и просто. Раз — и ты богат, два — ты знаменит, три — ты уже правишь, если не миром, то обязательно своей империей. Все легко понятно и никаких моральных дилемм. Подведем итог. С одной стороны такого рода литература притупляет наш ум, но с другой стороны мы находим в ней отдых и реализацию своих желаний, которых в жизни зачастую получить не можем. Так, современная литература носит как негативный, так и позитивный характер. Классика… Классика была, есть и будет. И этим все сказано. Так вот дорогие читатели не ищите в литературе, которая предназначена для отдыха глубокого смысла и не предъявляйте к ней высоких требований. Лучше читайте классику. И не ищите в классике развлечения, ибо это тогда уже не классика.

КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА В ШКОЛЕ

КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА В ШКОЛЕ

 

 

Аннотация. В статье говорится о непреходящем значении классики в об- разовании школьников, о проблемах формирования перечня программных произведений, а также современной литературы для изучения и свободного чтения.

Ключевые слова: классическая, современная литература; учебное время, круг изучения произведений и круг свободного чтения.

 

 

Abstract. The article refers to the continuing relevance of the classic literature in the school education, problems of formation of the list of software products, as well as modern literature for study and reading.

Keywords: classical, modern literature; study time, circle of studying and the circle of reading.

 

 

 

Думается, что сегодня мы ещё не осозна- ли ситуацию, связанную с кардинальным из- менением литературного образования в шко- ле и современным литературным процессом. Суть этой ситуации можно выразить так: на протяжении последних двухсот лет русская и зарубежная классика по праву занимала основ- ное место в школьных программах, с произве- дениями современной литературы учащиеся знакомились в меньшей степени, она изучалась

в основном на уроках внеклассного чтения.

В последние двадцать—двадцать пять лет в современную литературу вошли новые име- на, количество созданных произведений не- измеримо, жанровое разнообразие поражает, и учителю сложно разобраться, что же пред- ложить детям для изучения, а что для свобод- ного чтения.

 

Ясно, что произведения массовой культу- ры нельзя сохранять в памяти учеников, нет необходимости давать им бессмертие, ведь их изучение в школе — некий патент на высо- кую художественность. Я не касаюсь здесь не- скольких имён уже признанных авторов, кото- рые вошли в школьную программу и, вероятно, останутся в ней. Мне хочется сказать о недо- пустимости сокращения классики, которая, по мнению некоторых, якобы стала архаичной, непонятной школьникам, и её необходимо за- менить современной литературой.

 

Ямщик сидит на облучке

В тулупе, в красном кушаке.

 

Эти строчки часто приводят в пример как совершенно непонятные по смыслу совре-

 

менному ученику. Приводят с иронической интонацией, которая должна подтвердить: ав- тор данных строк устарел. Ямщик, кушак, облу- чок — всех этих слов в лексиконе современно- го человека нет. Многие учителя впадают в на- стоящий стресс из-за подобных моментов. Попробую объяснить свою точку зрения.

Когда мы впервые слышали эти строчки, мы — городские дети, проводившие в деревне только часть лета, тоже вряд ли знали, что обозначают эти слова. Но возникало магиче- ское ощущение чего-то необыкновенно свет- лого, значимого, яркого, сказочного. Это ощу- щение было связано с общим отношением тех, кто впервые знакомил нас с этими строч- ками. Они знали, что это должно звучать, что с этим детей нужно знакомить, что стихи эти несут в себе нечто большее, чем лексика про-

 

 

 

шлого века. Если учитель идёт на урок, думая о том, что его ученики ничего не поймут в произведении, о котором пойдёт речь на уро- ке, то результат будет хуже нулевого, а если учитель сохраняет в себе понимание нужно- сти этих строк, результат будет.

Зачем строчки Пушкина нужно слышать, читать, зачем с ними знакомиться? По одной причине — это поэзия. Только и всего. Это поэзия, потому что в них музыка, смысл, ритмы самой жизни, прошлое и даже настоящее. То есть настоящая жизнь, какой она была в своих самых живых проявлениях. Искусство слова даёт нам представление о том, «…как, в сущ- ности, если вдуматься, всё прекрасно на этом свете, всё, кроме того, что мы сами мыслим и делаем, когда забываем о высших целях бы- тия, о своём человеческом достоинстве».

Чехову принадлежит поразительно точ- ная мысль, в которой вся философия творче- ства. Нужно понимать, считает писатель, что та жизнь, которая нас почему-либо не устраи- вает, возмущает, не соответствует нашим представлениям о подлинности, — что такая жизнь не истинна, потому что мы носим в душе некоторый идеал, вызванный именно искусством. А бывает, что мы ощущаем в действительности почти полное совпадение с идеалом. На этом и строится классическое искусство, на представлении об истинности бытия, его полноте и гармоничности. При этом классическое искусство никогда не об- манывает и не уводит в немыслимые дали. Оно, кажется, работает с материалом дей- ствительности, но только немного, иногда чуть-чуть, сдвигает его в сторону идеала. Вот такие произведения и должны быть предме- том изучения на уроке.

Пушкинские «кушак», «облучок» и  «ям-

щик» — это почти совершенный мир слияния с природой, с ощущением лёгкости скольже- ния по первому снегу, с ярким пятном ям- щицкого пояса, который дополняет цветовую гамму картины, с гармонией самой летящей

 

строки поэта; и если учитель будет сам видеть так пушкинские строки, класс ощутит атмо- сферу этих поэтических строк, совершенство формы и глубину мысли, характерные для классических произведений. Русская лите- ратура в этом отношении обладает просто неисчерпаемым богатством.

Вот отрывок из произведения о войне. Ка- жется, сегодня нет более современной темы.

«…он закричал и побежал куда-то, потому что все бежали и все кричали. Потом он спо- тыкнулся и упал на что-то — это был ротный командир (который был ранен впереди роты и, принимая юнкера за француза, схватил его за ногу). Потом, когда он вырвал ногу и приподнялся, на него в темноте спиной на- скочил какой-то человек и чуть опять не сбил с ног, другой человек кричал: “Коли его! что смотришь?” Кто-то взял ружьё и воткнул штык во что-то мягкое… и тут только Пест понял, что он заколол француза».

Самое поразительное в этой сцене то, что

Пест на какой-то момент потерял себя и уви- дел себя же со стороны. Такое не происходит в обычной жизни. Для этого надо оказаться в ситуации, хотя бы отдалённо напоминающей изображённую Толстым. Вот это и есть тот опыт, который даёт война. Это страшное со- стояние, когда человек перестаёт совпадать с собой — некая ситуация ощущения края, про- пасти. Лучше Толстого, кажется, об этом никто не сказал. В этом фрагменте есть одно слово, которое устарело, — юнкер, то есть молодой человек из дворян, который после получения среднего или высшего, но не военного обра- зования пошёл добровольно в армию солда- том, прослужив определённый срок и сдав эк- замен, он мог стать офицером. Моё объясне- ние заняло пятнадцать — двадцать секунд. Всё остальное — самый современный текст.

В приведённом мной отрывке из «Сева- стополя в мае» дано изображение состояния, которое охватывает человека в самых разных ситуациях, в том числе не только во время

 

войны. Толстой универсален. Это одна из важнейших черт классического искусства.

Нам, учителям литературы, различные активные граждане постоянно предлагают ввести что-то в школьную программу. По- следнее, что я слышал, будто необходимо дать ученикам повесть «Белый тигр» Ильи Бояшова. Автор повести — историк, это ста- новится понятно при её чтении. Скажу прямо: она написана не в традициях классической литературы и именно поэтому не может из- учаться детьми. Эта повесть — фэнтези, а для данного жанра психологический мир че- ловека не важен. Герои произведения неин- тересны, похоже, самому писателю. Это и есть нарушение традиции.

Для сравнения возьмём Достоевского. Раскольников видит на Конногвардейском бульваре обесчещенную девочку и пытается спасти её, обратившись к помощи городово- го. «Раскольников посмотрел на него внима- тельно. Это было бравое солдатское лицо с седыми усиками и с толковым взглядом». Что интересно в этом моменте? Пишет человек, который пострадал от полицейского режима. Достоевский, казалось бы, не должен был ис- пытывать к представителям полицейской вла- сти симпатии, а что мы видим? Бывший сол- дат, честно прослуживший свои двадцать пять лет и за это получивший возможность служить в полиции, толковый, семейный человек, спо- собный сочувствовать ближнему — вот он пе- ред нами. Это и есть русская литература.

Ещё пример: учитель хочет рассказать,

что переживает на самом деле человек, со- вершивший преступление, не будучи преступ- ником в душе. Сцена приезда матери и Дуни к Раскольникову. Герой испытывает настоящие муки. Попробуем представить, что он ощуща- ет, зная о себе, что убил двух человек. И вот он стоит перед своей матерью и сестрой. На него смотрят люди, которые помнят его мальчиком, весело бегающим по комнатам, объектом люб- ви, забот, тревожного внимания, помнят, каким он был тогда. Он-то о себе сейчас знает, что он совершил, а если они вот в эту минуту это узнают? Это настоящий кошмар для человека. При этом я совершенно ничего не говорю про пресловутую теорию. Она рядом с ужасом от- крывшейся правды скукоживается и просто исчезает. Такова русская классика. Что здесь устарело? Слово «городовой»?

При этом я понимаю, что в традиционном

списке произведений русской классической литературы для 10 класса есть сложные, объ- ёмные. Можно обсуждать каждое из них, мож- но искать пути сокращения — это допустимо. Особый вопрос, конечно, литература ру- бежа ХХ—ХXI веков. Что предлагать детям из этой литературы для изучения, а что для сво- бодного чтения? Сегодня нет объективного, методически обоснованного подхода к опре- делению перечня произведений современной литературы для школы, хотя хороших произве- дений создано немало. В результате сложились отдельные группы, каждая из которых выдви-

гает своих современных писателей-гениев.

 

Ю.М.Игнатьев. Илл. к роману «Евгений Онегин».

«Ямщик сидит на облучке…» 1999

 

Я знаю, что буду изучать с детьми на уро- ках по творчеству Шукшина, Вампилова. Но

 

 

 

я, и не только я, стою перед вопросом: кого из писателей, пришедших в литературу в по- следние годы, лучше выбрать для изучения? Рекомендуя книги учащимся, особенно инте- ресующимся литературой, могу назвать лю- бого автора, но изучение на уроках того или иного писателя — это нечто другое. Должна быть разработана система уроков, выбраны важные эпизоды, продумана характеристика героев, определена поэтика, а главное, про-

 

изведение должно обладать общезначимым смыслом. Это, как мне представляется, глав- ный критерий, в соответствии с которым про- изведение может попасть в школьный список. Возвращаясь к ситуации, в которой ока- зались школьные учителя литературы, я ещё раз скажу, что классическая литература теряет в глазах тех, кто хочет заменить классику со- временной литературой, эстетическую функ- цию, её не выбирают для досугового чтения.

 

Но это не так! Классика современна, и надо, чтобы наши ученики почувствовали это. Толь- ко при этом условии возрастает её образова- тельная и воспитательная значимость, а уча- щиеся обогащаются и эстетически, и духовно. Лгать себе, говоря, что произведения послед- него десятилетия хотя бы в чём-то равны на- шей классике, я не могу. И на этом держится моё убеждение, что школу без классической литературы ХIХ и ХХ веков оставить нельзя.

 

 

Классики остались в прошлом? — Год Литературы

Текст: Ольга Пахомова

Фото: РГДБ

Классическую литературу нужно изучать в школе — этот тезис все давно приняли за аксиому. Более того это те книги, которые нужно обязательно перечитывать во взрослом возрасте. О том, что нового обязательная классика из школьной программы может открыть взрослому человеку, подискутировали участники лектория Fabula rasa в Российской государственной детской библиотеке писатель, литературовед, телеведущий Александр Архангельский и литературный критик Галина Юзефович.

Информационным поводом для встречи стал выход двух книг: переиздание «Истории моего современника» Владимира Короленко с предисловием Галины Юзефович и «Продленка для взрослых. Герои классики» Александра Архангельского. Модератор дискуссии, филолог Татьяна Соловьева предложила начать дискуссию именно с Короленко.

Галина Юзефович: Само название книги Короленко «История моего современника» не случайно: это одна из наименее эгоцентричных писательских биографий. Обычно писатель — существо эгоцентричное, а книга Короленко — это собрание разнообразных историй, портрет эпохи в людях. Это одна из самых утешительных книг, которые только можно себе представить. В ней Короленко не пытается рассказывать добрые святочные истории. Он рассказывает много страшных вещей. Но они увидены глазами удивительно хорошего, мудрого и светлого человека. И я всегда иду к Короленко за утешением. Это книга, с которой у меня диалог. 

Александр Архангельский: 


Короленко, возможно, был слишком хорошим человеком, чтобы быть великим писателем, но в качестве великой фигуры в историю литературы он вошел.

Моя жизнь тоже оказалась случайным образом связанной с Короленко. Еще учась на последних курсах Ленинского Педагогического института, я написал предисловие к детгизовскому изданию «Детей подземелья», и это мое самое переиздаваемое сочинение с середины 80-х. А потом мы сняли фильм о Короленко: с момента его первого административного скандала в Петровской академии и до момента, когда он, уже став писателем, покидает пределы Амгинской ссылки. Мы были в Амге. Туда до сих пор очень тяжело добираться — только зимой или на вертолете. Мы ехали туда зимой, а нужно понимать, что такое якутская зима: минус 50 градусов, воду добывают выпиливанием льда, который затем растапливают. И это сейчас, при так называемой цивилизации. А что было тогда? При этом Короленко остался просветителем: занимался воспитанием детей в местной школе.

Как сказала сейчас Галина Юзефович, эта книга находится с ней в живом диалоге. Это очень русское литературное сознание. На мой взгляд, литература и есть то, с чем мы находимся в живом диалоге. 

Татьяна Соловьева: Какие книги из школьной программы или прочитанные в раннем возрасте оказались для вас важными и значимыми? 

Галина Юзефович: Мне в каком-то смысле и повезло и не повезло одновременно, потому что у меня были плохие учителя литературы. А я была девочкой с большим самомнением в этой области, и мне было очень легко их обесценить. Личность учителя транслируется на литературу, и человек начинает думать, что Гоголь — это скучно, Пушкин — глупо, Достоевский — тоскливо, ну и так далее.  


В этом смысле я счастливый человек — у меня нет травмы классики.

Многие вещи, которые положено читать в школе, я спокойно прочла позже. Из того, что было прочитано в школе и тогда же полюблено — поэма Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» — один из самых непопулярных текстов русской классической литературы. Я очень любила Жуковского, любила английские баллады в переводе Маршака или Ивановского. Очень любила «Преступление и наказание», которое прочла совершенно неконвенциональным способом — как настоящий триллер — глубокий, сложный и увлекательный. А вот прозу Пушкина полюбила только сейчас, когда начала читать ее своим детям. Оказалось, что это прекрасная детская литература.

Александр Архангельский: С тем, что русская классика является важным связующим звеном, обычно согласны все. Школа — одна из тех точек, через которые всё общество гарантированно проходит, поэтому там необходимо транслировать хотя бы минимальный набор классических текстов и прививать эту классику надо живым общением. Когда есть семья, которая готова этим заниматься — прекрасно! Но у тех, кому не повезло, остается школа.

Как получилось так, что все наши классики остались в далеком прошлом? До 1811 года, когда Уваров составил программу Лицея, никакой словесности в школах не было. Но изучать словесность со стороны, без попыток написать собственный текст, невозможно. Иначе это будет лишь абстракцией. 


Очень важно, чтобы сочинительство не оценивалось, не критиковалось в случае неудачи — бессмысленно оценивать творчество и творческий путь.

Дальше появлялись хрестоматии, которые ориентировались на современных писателей, состояли из сиюминутной, живой словесности. Когда возникла первая программа литературного образования, там были «Борис Годунов», «Горе от ума». Только к 80-м годам ХIХ века возникла мысль, что школьная литература должна заканчиваться на фигуре Лермонтова или, в крайнем случае, Кольцова. В итоге сформировался русский литературный классический канон, обращенный уже в прошлое. Главное — не стремиться завернуть классику в полиэтилен и опечатать, сделать ее неприкасаемой и превратить в культ. Классика — это то, с чем можно спорить.

Татьяна Соловьева: Существует мнение, что классику в школе вообще изучать не надо, потому что те, кому это нужно, придут к классике во взрослом возрасте, как приходят к театру и кино. 

Александр Архангельский: О необходимости классики уже сказано, просто важно включать и условного «Гарри Поттера». Дети хотят читать про таких же, как они, тогда им становится понятнее, как писали про других людей, непохожих на них.

Галина Юзефович: На мой взгляд, травмирующее влияние классики на сегодняшний день уже несколько перевешивает ее позитивное влияние. Да, классика работает в качестве духовной скрепы, но если мы хотим растить людей, которые читают и хотят взаимодействовать с прочитанным, то здесь нужно взвешенно подходить к пропорции классики и не классики в программе. 


«Капитанская дочка» работает, потому что Петруше Гриневу 16 лет и с ним происходит много увлекательных приключений.  

А вот рассказ Чехова «Ионыч» нельзя понять в 15 лет. И если убрать из школьной программы всё то, что старшеклассник в силу возраста и опыта понять не может, и добавить туда условного «Гарри Поттера», это сделает жизнь учителей и учащихся гораздо более счастливой и гармоничной.

Александр Архангельский: Я против того, чтобы сторонники железобетонного канона говорили «должен!», и против того, чтобы противники канона говорили «нет, не должен!». Я предпочитаю другое слово: «может». Кто может? Прежде всего, учитель. И модель преподавания можно выстроить так, что в одном классе «Ионыча» стоит читать, а в другом нет. Так же и учебник учитель может выбирать на свое усмотрение или отказаться от него вообще. Обязательно должно быть пространство для маневра. 

Татьяна Соловьева: Не кажется ли вам симптоматичным, что сейчас вдруг стали появляться книги о 80-х?

Галина Юзефович: Лично я не чувствую такой специальной большой тенденции. А вот  то, что наша современная литература прочно развернулась спиной к настоящему и смотрит в прошлое — это правда.  


Русская литература сегодня думает про вчера. 

Меня эта устойчивая тенденция совершенно не радует, потому что очень хочу прочитать роман про сейчас, про мою жизнь.

Александр Архангельский: На самом деле, за исключением жанра исторического романа, никто не пишет о прошлом. Люди пишут на материале какого-то времени о «здесь и сейчас», а иногда даже о будущем. Когда я был литературоведом и еще не был писателем, мне всегда казалось, что литература растет из литературы и в литературу возвращается. Но не для всех совпадений в литературе надо искать литературный источник. А моя новая книга «Бюро проверки», конечно не о 80-х, а о том, как эпоха заканчивается. Мне удобно было разворачиваться на этом материале, потому что мины, которые закладывались тогда, взрываются сейчас. 

Леонид Юзефович, писатель: В нашей стране принято давать историю вплоть до сегодняшнего дня. В других странах есть ограничительные рамки в 10 лет: история последнего десятилетия в школе не изучается, и я считаю, это правильно. Не разумно ли было бы при изучении литературы в школе ввести такие же рамки? Я глубокий противник изучения сиюминутной текущей литературы. 

Александр Архангельский: Литература и история — очень разные предметы, в том числе и по своим задачам. Школа не изучает историю литературы, она должна говорить о чтении. И в этом смысле последние 10 лет, конечно, не могут быть базой. Но они могут входить в программу потому, что в литературу не подмешивается политика. Я бы не вводил такое ограничение. 

Галина Юзефович: Может, в университетском филологическом курсе, который ориентирован на историю литературы, это имеет смысл, но в школе ставится другая задача. В школе надо читать те тексты, которые удобно читать с детьми. В этом смысле тот же «Гарри Поттер» ничуть не хуже «Капитанской дочки» — и то и другое с детьми удобно читать. У меня есть маленький детский книжный клуб, в котором мы с детьми читаем разные книги, в том числе и совсем новые. Понятно, что мы не знаем, кто останется в веках, а кто исчезнет через 50 лет.  


В любом случае нельзя рассчитывать на то, что мы с детьми прочтем только то, что останется навсегда.

VI международная научно-практическая конференция «Классическая и современная литература: преемственность и перспективы обновления»

Скачать сборник

CONTENTS

I. REFLECTION OF THE PAST IN THE LITERATURE THROUGH THE PRISM OF MODERNITY

 

Казак Ю. А. Драматычная паэма А. Куляшова “Хамуціус”:  сістэма вобразаў [скачать pdf]

 

II. ARTISTIC TEXT: PERCEPTION, ANALYSIS AND INTERPRETATION

 

Чертко А. А. Литературоведческие и языковые особенности репрезентации темы безумия войны в рассказе Л. Н. Андреева «Красный смех» [скачать pdf]

 

III. NEW TO THE INTERPRETATION OF THE ARTISTIC IMAGE

 

Сироткина Т. А. Этнические образы в современной русской литературе (на материале романа А. Иванова «Тобол»)  [скачать pdf]

 

IV. MODERN LITERATURE: THE STUDY OF TOPICAL ISSUES

 

Гранкина Е. В. Изображение детства как травмы в романе О. Гапеевой «Кэмэл-Трэвэл» [скачать pdf]

 

V. ETERNAL VALUES IN ART AND LITERATURE

 

Волчёнкова П. Б., Крестников Д. Формирование успешного имиджа школьника через мир русских народных сказок [скачать pdf]

  

VI. RUSSIAN LITERATURE IN THE CONTEXT OF WORLD CULTURE

 

Беленов Н. В. Русская историко-географическая литература XVI–XVIII веков как источник по топонимии Самарского Поволжья [скачать pdf]

VII. THE LANGUAGE AND STYLE OF MODERN RUSSIAN LITERATURE

 

Жажева Д. Д., Жажева С. А., Хапачева С. М., Шхахутова З. З. Реализация языковой компетенции при обучении фразеологическим единицам на уроках русского языка [скачать pdf]

 

План международных конференций, проводимых вузами России,  Азербайджана, Армении, Болгарии, Белоруссии, Казахстана,  Узбекистана и Чехии на базе Vědecko vydavatelské centrum  «Sociosféra-CZ» в 2021–2022 годах 

Информация о научных журналах 

Издательские услуги НИЦ «Социосфера» – Vědecko vydavatelské centrum «Sociosféra-CZ» 

Publishing service of the science publishing center «Sociosphere» – Vědecko vydavatelské centrum «Sociosféra-CZ»

Классическая или современная литература? – Журнал Verde

Взгляд гостя Зои Стэнтон-Савиц

Эрнест Хемингуэй, Шарлотта Бронте, Чарльз Диккенс. Что общего у этих классиков? Студенты AP, изучающие литературу, не читают своих гениальных произведений. К сожалению, многие учителя английского языка в средней школе Пало-Альто решили сосредоточиться на современных, более прогрессивных авторах, а не на классических светилах. Я боюсь, что студенты не узнают о корнях литературы, потому что учителя лишают их изучения бесспорно ценных текстов, когда они обменивают их на современных авторов.

Романы, считающиеся классикой литературы, такие как произведения таких известных авторов, как Диккенс и Стейнбек, прекрасно написаны и безупречно выдерживают испытание временем — вот почему их так тщательно изучают. Это больше, чем я могу сказать о большинстве прогрессивных текстов, которые студенты читают в AP Literature, которые могут иметь отношение к теме и истории, но не обязательно имеют такой же литературный вес.

Хотя я воздаю должное учителям за попытки разнообразить списки для чтения, добавляя авторов-женщин или цветных писателей, это не должно происходить за счет самой учебной программы. На самом деле классическая литература разнообразна, которую могут использовать учителя. Например, «Гордость и предубеждение» Джейн Остин или «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте написаны женщинами, и в них главные героини представлены женщинами, а такие романы, как «Дон Кихот» Мигеля де Сервантеса, написаны неанглосаксонскими авторами.

Понимание классической литературы особенно важно, поскольку многие из этих произведений упоминаются в более прогрессивных текстах. Например, как ученики должны идентифицировать шекспировские отсылки Кейт Шопен в «Пробуждении», если никогда не знакомились с «Гамлетом»?

В колледже студенты должны знать классических авторов.Только с предварительным опытом анализа этих текстов учащиеся могут добиться успеха, когда от них требуется написать трудные тезисы о классических романах за пределами средней школы.

В Силиконовой долине, ориентированной на STEM, литературные навыки уже преподаются неэффективно. Отход от классической литературы — это шаг назад для студентов, которые должны хорошо разбираться в гуманитарных науках, даже если это означает понимание запутанной метафоры белого кита Мелвилла и расшифровку запутанных стихов Шекспира.


Колонна Джилы Вайнфельд

Возможно, лучшими путешественниками во времени являются преподаватели литературы AP средней школы Пало-Альто, которым удается уместить 395 лет — то есть американской и британской литературы — менее чем за восемь месяцев.Такая широта похвальна, и все преподаватели английского языка в Paly должны стремиться к разнообразию текстов, которые они назначают — как по хронологии, так и по расовой и гендерной идентичности авторов — путем включения более современных работ, чтобы оставаться актуальными для учащихся.

Это не означает, что мы не должны читать классическую литературу, которая во многом сформировала то, как мы думаем, говорим и пишем сегодня. Родившись в русскоязычной семье, я рос, читая и боготворя Пушкина, Толстого и других классических русских писателей, которые жили в рваных, мелко отпечатанных книгах, которые стояли на маминых полках.

Именно поэтому я считаю, что уроки литературы должны подтолкнуть учащихся к чтению книг, которых, возможно, не найти на книжных полках их родителей, — к размышлениям о нетрадиционных текстах, которые иначе они никогда бы не прочитали. Например, почти все знают историю «Джейн Эйр», но ни я, ни многие из моих одноклассников не слышали о «Прохождении» Неллы Ларсен — новеллическом проявлении силы, исследующем двухрасовую идентичность, который был повторно введен в учебный план Paly AP Literature в этом году. — перед чтением в классе.

Благодаря расширению наших привычек к чтению мы открываем новые перспективы, узнаем о нашей сложной истории человечества и развиваем эмпатию. В то же время мы читаем эгоистично. Мы хотим, чтобы роман полностью отразил нас на своих страницах, разрушил крышу нашей души и заставил пристально заглянуть внутрь.

И давайте смотреть правде в глаза: большинство произведений, которые мы считаем канонической американской и британской литературой, написаны белыми мужчинами о белых мужчинах и уклоняются от когда-то табуированных тем, таких как сексуальность и раса, которые очень актуальны сегодня.В то время как темы классики вечны, их способность представлять разнообразный класс английских студентов ограничена. Современные романы часто по своей сути более близки нам — по их темам, персонажам, дикции и даже темпу — и, таким образом, обеспечивают более доступное и плавное чтение.

В конце концов, как однажды написал Оскар Уайльд, «искусство действительно отражает зрителя, а не жизнь». По мере того, как писатели и зрители становятся разнообразными, должна меняться и наша учебная программа по литературе.

Земной шар | Классика против современной литературы

Если бы какой-нибудь подросток спросил своих родителей, какие книги они читали в старшей школе, ответы были бы пугающе однозначными.Они могут вспоминать туманные воспоминания о несчастных любовниках Шекспира или злиться на Холдена Колфилда. Некоторые могут вспомнить доблестного Одиссея или добродетельного Хрюшу. И спустя десятилетия мы все еще находим этих персонажей в классах по английскому языку и на дне наших рюкзаков.

Такие авторы, как Дж. Д. Сэлинджер, Марк Твен и даже Шекспир, из поколения в поколение входили в школьную программу. Толпы детей изучали так называемых «классиков» и составляли о них собственное мнение.

Вопрос в том, что с течением времени становится все труднее находить актуальность в этих историях? Борьба, с которой мальчик мог столкнуться в 1950-х годах, резко отличается от битв, которые ведутся в современном мире. Могут ли старые сказки соединиться с новыми темами или их пора заменить более «современной» литературой?

Прежде чем принять решение, мы должны сначала определить термины «классический» и «современный». Поскольку эти слова очень широкие, давайте назовем их рефлексивными и релевантными.Рефлексивная литература исследует эпоху, отличную от этой. Соответствующая литература содержит идеи и темы, которые применимы к нашему современному миру, и к которым учащимся легче подключиться. Тем не менее, возраст книги имеет значение. Современная или релевантная литература, как правило, может быть ограничена книгами за последние 20 лет.

Так зачем нам читать эти новые книги?

Наш мир – это место разнообразных культур, религий и национальностей. Но подумайте на мгновение о главных героях нескольких «классических» романов.Ральф. Джордж Милтон. Ромео Монтегю. Эти персонажи знакомят учащихся с разными точками зрения?

«Нам нужно читать разные книги, чтобы получить новые силы, потому что персонажи похожи на нас, или чтобы узнать о других культурах в положительном ключе», — сказала Дженнифер Селленрик, координатор программы обучения грамоте и учитель английского языка в CHS.

Если в книгах, преподаваемых в школе, преобладают белые авторы и персонажи мужского пола, большая часть учащихся не представлена.

Новая литература также более привлекательна для многих учащихся и побуждает их к чтению.

«Я думаю, будет лучше, если мы включим хотя бы пару новых книг, потому что это часть того, что происходит в настоящее время, а не просто размышления о прошлом», — сказала Хайде Панцер, второкурсница CHS. Важно, чтобы учащиеся имели возможность обсуждать и осмысливать текущие события. Внедрение более актуальных книг позволит нам обсудить такие вопросы, как расизм, сексизм и насилие, изучая главных героев, с которыми учащиеся могут иметь отношение. Давая учащимся то, что они могут понять, они обретают уверенность, чтобы говорить по теме и делиться мнением.Таким образом, студенты будут погружаться в разговоры о литературе, не подстрекаемые учителем.

В то время как новые книги могут дать свежий взгляд, многие классические произведения подпитывают стереотипы или несправедливо изображают меньшинства. Есть ли еще ценность в чтении книг с кажущимися оскорбительными темами или идеями, которые сегодня не были бы приняты обществом?

«Важно знать, что там когда-то было, как далеко мы продвинулись и что еще предстоит пройти», — сказала Энн Мейерс, родительница CHS. Действительно, мы не можем просто игнорировать части нашей истории.Признавая ошибки прошлого, мы можем признать достигнутый прогресс.

Изучение стереотипных ситуаций в книгах может помочь нам распаковать наш сегодняшний мир. Многие проблемы, уходящие корнями в старую литературу, такие как расизм и сексизм, все еще существуют в нашем нынешнем обществе. Глядя в прошлое, студенты могут по-новому взглянуть на эти вопросы.

Учителя постоянно работают над тем, чтобы внести соответствующие изменения в старую литературу.

»

Если бы я продолжал учить Ромео и Джульетту так же, как 22 года назад, это была бы проблема с текстом.Вместо этого смотрим «Ромео и Джульетту», а затем говорим о психическом благополучии, говорим о предотвращении самоубийств, говорим о том, как родители разговаривают со своими детьми, когда они эмоциональны и грустны».

— Серли

«Если бы я продолжал учить «Ромео и Джульетту» так же, как 22 года назад, это была бы проблема с текстом. Вместо этого я смотрю на «Ромео и Джульетту», а затем говорю о психическом здоровье, о предотвращении самоубийств, о том, как родители разговаривают со своими детьми, когда они эмоциональны и грустны», — сказала преподаватель английского языка CHS Дарси Кирли.

Так действительно ли релевантность зависит от книги? Или превосходный учитель сможет извлечь актуальность из заплесневелых строк многовековых текстов?

Действительно, актуальность книги во многом зависит от того, как ее преподают.

Если мы не можем взять старые книги и связать их с новыми темами, то, вероятно, мы их неправильно читаем. Ведь что-то в этих старинных текстах связано с поколениями людей. Что-то заставило эту литературу прилипнуть. Что позволило романам закрепить за собой место американской классики, так это более глубокий смысл — способность читать между строк и понимать, что может случиться с этими персонажами, если мы вырвем их со страниц и бросим в мир, в котором живем.

Итак, когда у вас может быть так много книг на полке, что вы выбираете? Стоит ли стряхивать пыль с книг, которые не открывались годами? Или вы должны первыми прикасаться к обложкам романов, только что поступивших в книжный магазин? Ответ не такой уж черно-белый. Мы не можем игнорировать прошлое, но нам также необходимо знакомиться с разнообразием и актуальными проблемами. Чтобы решать проблемы нашего мира, нам нужна как рефлексивная, так и актуальная литература.

Но, в конце концов, у вас есть возможность найти смысл в книге. Чтобы исправить недостатки прошлого или принять новые интерпретации, изучить истории сегодняшнего дня. Наша работа состоит в том, чтобы вести разговоры иначе, чем у поколения до нас, и даже иначе, чем в классе напротив.

КЛАССИКА ОСНОВА СОВРЕМЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ | Новости

Напечатанная ниже статья является одиннадцатой в серии, написанной по просьбе Crimson и разработанной в качестве руководства для студентов при выборе областей концентрации. Эти статьи охватывают все основные направления факультета искусств и наук. перед ним открылись заманчивые области человеческих исследований, что дальнейшее занятие классиками было бы пустой тратой времени.Он, несомненно, извлек пользу из изучения греческой и латинской грамматики; он научился у них лучше понимать свой собственный язык. Он изучал великих авторов, но поневоле изучал их по частям, мало понимая ни их искусства, ни причин их славы. Устав от разбора и перевода, он воображает, что эти акты составляют сумму и суть университетских курсов по классике, и с облегчением переходит к чему-то другому.

Если современная литература является областью, к которой он обращается, он может когда-нибудь пожалеть, что он не изучал в колледже достаточное количество классики, по крайней мере, для того, чтобы научиться читать на греческом и латинском языках и ознакомиться из первых рук с некоторыми из древние шедевры.Ибо он обнаружит, что большинство великих писателей в нашей собственной литературе и в литературе Италии, Франции, Испании и Германии были обязаны древним не только фразами, мыслями, событиями и образами, но и более крупными вопросами литературной формы. . Современники не менее оригинальны в этом уважении к традиции; на самом деле, только когда мы узнаем традиции, мы можем узнать, насколько они оригинальны. Если мы должны изучить историческую среду писателя, чтобы понять цель и атмосферу его творчества, то не менее необходимо изучить его литературную среду, книги, возбудившие его воображение и сформировавшие его вкус.С этой точки зрения классические произведения Греции и Рима были современны каждому веку. Даже в полном расцвете романтизма Шелли обращается к Греции, чья печать установлена ​​«на всем наследовании человеческой расы», и Вордсворт может вздохнуть с некоторой тоской в ​​поисках глотка горацианской свободы.

Классика охватывает множество тем

Литература не является единственной областью человеческого интереса, в которой сегодня можно с пользой изучить достижения древних. Химики ведут свое происхождение от Лукреция.Дарвин заявил, что он потерял двадцать лет, не читая Аристотеля до того, как начал свои собственные исследования, и что его «два бога, Линней и Кювье, были простыми школьниками для старого Аристотеля». Аристотель не менее важен для изучающего политическую теорию, и современному философу лучше убедиться, что его последнее открытие не было полностью или частично предвосхищено Платоном. Джон Стюарт Милль, чье слово должно понравиться изучающим экономику и философию, после изложения своих идеалов образования заявляет, что «древняя литература заняла бы большое место в таком курсе обучения, потому что она знакомит нас с мыслями и действия многих великих умов, умов многих различных степеней величия, и они рассказаны и представлены в десятикратно более впечатляющей манере, в десять раз более рассчитанной на то, чтобы вызвать высокие устремления, чем в любой современной литературе.

В Гарварде нет quenelle Ancients et des Modernes. Цель недавно введенных экзаменов по Библии, Шекспиру и избранному списку древних и современных авторов состоит в том, чтобы подчеркнуть преемственность всей литературы и побудить студентов развивать привычка читать для удовольствия лучшее, что написано людьми.Изучающий любую литературу не сможет смотреть на свой предмет узко, он обнаружит, что он касается истории лучших достижений человека в любую эпоху.Он не может надеяться пересечь всю эту обширную область, но он не должен чувствовать себя изгоем в какой-либо ее части. Если у него есть рвение исследователя, он будет преисполнен постоянными сюрпризами, постоянно стремящимися к своим поискам.

Точно так же в этом колледже нет вражды между гуманизмом и наукой, между классикой и философией или теми предметами, которые выросли из философии, как ее знали древние. Если учащийся сосредоточит свое основное внимание на более поздней части широкой области человеческих интересов и все же исследует ее отношение к древности, он найдет описанные в официальных брошюрах программы сосредоточения, посредством которых изучение классики может быть объединено с философией или историей или правительством или экономикой или изящными искусствами, а также с современной литературой. Если в центре его интересов находится классика, он может совмещать этот предмет с менее интенсивным изучением любого из только что упомянутых предметов. Древний мир во многом соприкасается с нашим. Любое соображение об их независимости расширяет разум.

Должен выбрать самый дорогой предмет

Учащийся должен выбрать для своей области концентрации тот предмет, который ему наиболее дорог. Каким бы ни было его призвание в жизни, он должен предоставить средства, сейчас, пока есть время, для создания маленького мира идеала, в котором он сможет найти облегчение от своих повседневных задач и новое вдохновение для них.Литература Греции и Рима заключает в себе такой мир, далекий от настоящего и навсегда родственный ему. Не следует также рассматривать концентрацию, ограниченную классикой, как узкую программу. Умение читать в подлиннике таких авторов, как Фукидид, Эсхил, Гораций, Тацит, имеет неизмеримо большую ценность, чем знание чужих представлений об этих людях. Из переводов можно многое узнать о мысли автора и композиции его произведений, но ничего о том, что Мередит называет «прекрасными ароматами», и ничего о музыке его стихов или прозы. Многие люди с годами жалеют, что не посвятили себя во время учебы в колледже изучению древних на их родном языке. Это означает тяжелую и упорную работу с постоянным обменом идеями между учителем и учеником. На старших курсах, греческом 12 и латинском 12, которые охватывают всю область греческой и латинской литературы, студент имеет возможность читать под руководством профессора наиболее интересующие его произведения.

Награждение Высшей премией

Такова программа студента, сконцентрированного на Классике.Увеличив свои курсы с шести до восьми, два из которых могут быть в смежных областях, и достигнув необходимого положения на общих экзаменах, он может получить степень с отличием в любой из трех степеней: cum, magna cum или summa cum. похвала. Для получения награды с отличием, высшей награды, присуждаемой Департаментом классики, студент должен продемонстрировать выдающиеся способности в написании греческой и латинской прозы. Этот предмет — не просто упражнение в грамматике; это очищает мысли и тренирует стиль. Многие из лучших английских писателей, несомненно, частично обязаны своим мастерством этой практике. Успешные кандидаты на отличие в классике в течение многих лет были одними из лучших ученых в своих классах.

Независимо от того, изучает ли студент классику отдельно или в сочетании с другим предметом, его работа находится под руководством доктора Уильяма Чейза Грина, официального советника, назначенного Департаментом. Доктор Грин не только разъясняет студенту, как ему следует готовиться к общим экзаменам, но и учит соотносить другие занятия и общие интересы с курсами классики.Представленные таким образом классики становятся взглядом на жизнь вообще, каким они всегда были для истинного гуманиста.

В последние годы наблюдается неуклонный рост числа мужчин, занимающихся классикой. Среди девятнадцати возможных областей концентрации классика сейчас занимает двенадцатое место по фактическому количеству студентов. В настоящее время этим предметом занимается сорок один человек из трех высших классов, но их должно быть намного больше. Особенно поразительна большая доля, 70 процентов, мужчин-классиков, которые являются кандидатами на отличие в своей области.Эта пропорция, по-видимому, показывает, что люди, выбравшие классику в качестве своего предмета, находят ее настолько интересной, что желают сделать больше, чем удовлетворить минимальное требование. Сравнительно немногие из этих мужчин намерены стать учителями. Многие из них объясняют свой план обучения тем фактом, что студенты-классики обязательно должны иметь дело с широким кругом человеческих интересов, столь же разнообразных, как литература и изящные искусства, философия и религия, история и политика. Кроме того, они обнаруживают, что их инструкторы могут и готовы уделять им много времени и помогать на личных конференциях.

Если мы вспомним восемнадцатый век или итальянское Возрождение, то очевидно, что в наши дни и наше поколение классика находится в некотором затмении. Но бывали времена, когда тучи сгущались вокруг них еще гуще. Как сказал Одиссей своей душе: «Терпи, храброе сердце, ты переносил более тяжелые вещи, чем это». Для тех, кто знает, какие сокровища хранит литература Греции и Рима, какие возможности для культуры одновременно благородно-аристократической и широкочеловеческой, нет сомнения, что, как бы долго ни откладывались, дни древних снова наступят.

«Слово провидцев или предсказателей,

В дубовых рощах или золотых куполах,

Все еще плывет по утреннему ветру,

Все еще шепчет желающему уму.

Современная и классическая литература – ​​The YC Journal

На протяжении многих лет ведутся споры о книгах, которые учителя используют в классе, обычно о классической литературе и современной литературе. .Кроме того, он может содержать темы, которые сегодня считаются неуместными. С другой стороны, современная литература не всегда может научить учеников тому же, что и классическая литература, потому что они часто разбавляют ее, чтобы избежать негативной реакции со стороны родителей.

 

Пример такой негативной реакции произошел несколько лет назад в Промежуточной школе. На уроке английского собирались прочитать книгу «Элеонора и Парк», но некоторые родители не хотели, чтобы их дети читали ее из-за некоторых тем.Они опасались, что это разрушит невинность их детей. Из-за этого его убрали из класса и ученики должны были в это время заняться чем-то другим.

 

Такая ситуация не редкость и в классической литературе. Такие романы, как «Повелитель мух», не одобряются более чем в нескольких школах из-за некоторых событий, которые в них происходят. Противники классической литературы часто упоминают жестокие или неуместные сюжеты, чтобы оправдать удаление таких книг.Сторонники утверждают, что это помогает преподать важные уроки студентам. Независимо от того, что правда, а что нет, в споре есть две четкие стороны. В основном, если не во всей классической, или в основном, если не во всей современной литературе. Однако есть и третья сторона.

 

Когда ее спросили, что она думает по этому поводу, Бобби Кидд, учитель словесности YCIS, сказала, что это не обязательно должна быть одна сторона или другая. «Должен быть баланс новых молодежных романов, смешанных с классикой», — сказала она.«Классика повлияла на то, что мы читаем сегодня… Тем не менее, мы не можем забывать, что более современные романы для молодых взрослых делают то же самое». Далее Кидд говорит, что нам нужен баланс обоих для лучшего опыта преподавания.

Рене МакКинни, одна из преподавателей словесности YCHS, согласилась. Она сказала, что мы не должны прекращать читать классическую литературу, потому что она по-прежнему актуальна в современных классах. По ее опыту, одна из новых книг, которые она преподает с , лучше учит для определенных групп.Несмотря на это, она говорит, что во всем есть ценность. «Всегда есть способ связать реальный мир с темами и человеческим опытом», — сказала она. «Как учитель, моя работа — показать, КАК и ПОЧЕМУ это все еще актуально».

Классика против современной литературы – Бушующие времена

Если вы спросите сотню заядлых читателей, предпочитаете ли они современную или классическую литературу, подавляющее большинство из них перепробует классику, и это правильно.

Стефани Майер, автор безумно популярных «Сумерек», является современным автором, оставившим дурную славу у современных рассказчиков.Ее литература имеет ценность, но не литературную ценность. В ее романах не удается создать преимущества, применимые к академической сфере. Если роман не имеет ценности в классе, то он вообще не имеет литературной ценности. Когда ученик читает «1984» Джорджа Оруэлла, он или она получает четкое представление о пороках коммунизма, но когда ученик читает «Сумерки», он или она узнает, что вампиры блестят на солнце, и это все.

Кроме того, я прочитал отрывок из «Пятидесяти оттенков серого» и через несколько секунд одновременно разозлился и развлекся.Это художественное произведение в настоящее время возглавляет чарты, и за что? Материал откровенно сексуального характера не представляет литературной ценности, за исключением того, что вызывает у женщины среднего возраста странные сексуальные фантазии.

Не вся современная литература бесполезна и избыточна, но, к сожалению, большая ее часть такова, в то время как классическая литература всегда будет рядом, чтобы преподать учащимся важные уроки жизни и ее невзгод. Великолепные современные авторы, к сожалению, не представлены в академических школах из-за их явных ссылок на наркотики и секс.Единственная причина, по которой подростки предпочитают современную литературу классической, заключается просто в том, что современную литературу гораздо легче понять и расшифровать из-за ее языка восьмого класса. Лично я люблю современную литературу за ее упор на индивидуальность и атеизм.

Классическая литература гарантирует хорошо написанное и вдумчивое чтение. Это может быть неприятно, но по большей части у классических авторов была надежда на человечество. Старые романы по нескольким причинам, как правило, лучше написаны, веселы и приносят пользу человечеству, в отличие от «Сумерек» и других, которые не помогают человеческому духу, а вместо этого ослабляют его поверхностными персонажами и темами.Вот почему «Гроздья гнева» Джона Стейнбека никогда не выходили из печати и до сих пор продаются целыми телегами. Классическая книга содержит сообщения, которые влияют на читателей, чтобы они становились лучше, и помогают им понять условия человеческого существования; он обращается прямо к сердцу читателя, в отличие от нынешних бестселлеров.

Исследование литературных тенденций в Китае с 1980-х годов: возрождение классической и современной литературы (в твердом переплете)

Эта книга в настоящее время недоступна у нашего основного дистрибьютора.Пожалуйста, свяжитесь с магазином для вариантов.

Описание


Эта книга призвана проследить возрождение традиционных литературных произведений с 1980-х годов в Китае, как это показано на обновленном вступительном экзамене в колледж (CEE). Чтобы показать, как эти изменения отражают изменяющуюся идеологию Китая после падения коммунизма, будут рассмотрены отрывки из литературной части ЦВЕ. Воспользовавшись возрождением мощной ЦВЕ, создатели тестов составили литературную часть как образовательный инструмент для формирования общественного мнения в посткоммунистическую эпоху.Литература в Китае никогда не была самостоятельным искусством, но разделяла ответственность за передачу интеллектуальных и этических традиций Китая. Введение коммунизма в Китае заставило замолчать эти традиции и сделало литературу служанкой политической идеологии. В этой книге прослеживается хронологический процесс восстановления современной народной литературы докоммунистической эпохи и то, как традиционная литература используется в современных целях. Для многих китайских интеллектуалов постепенное изъятие литературы из политических соображений и восстановление классической литературы и ранних народных произведений в Центральной и Восточной Европе свидетельствует о восстановлении эстетической литературной традиции и возвращении к нормальной жизни.Когда учащиеся сдают экзамен CEE, они не только мысленно изучают литературу, которую они впервые прочитали во время учебы в средней школе, но и знакомятся с текущими китайскими культурными ценностями и взглядами на жизнь. В этом исследовании утверждается, что после 1980-х годов в литературных выборах ЦВЕ учащиеся сталкиваются с различными текстами, которые вызывают докоммунистическую литературную традицию Китая, чтобы служить интеллектуальным ориентиром для будущего социального развития. Для тех, кто интересуется сравнительным высшим образованием, особая область интереса может представлять собой отдельное рассмотрение книги отрывков из науки и техники в связи с реструктуризацией высшего образования в Китае как лекарством от культурной традиции Китая.

Об авторе


Тереза ​​Чи-Чинг Сун преподавала историю китайской культуры в Калифорнийском университете в Ирвине, Калифорнийском государственном университете в Лос-Анджелесе, Калифорнийском государственном университете в Лонг-Бич и Институте непрерывного обучения Ошера. Ее предыдущие публикации включают «Спор о приеме: американцы азиатского происхождения против Калифорнийского университета в Беркли».


Подробнее о продукте
ISBN: 97807618710 97807618710 978078 ISBN-10: 07618710: 076187109x
9x
Издатель: Hamilton Books
Дата публикации:
27 марта 2019
страниц: 86
Язык: Русский English
Категории:

преподавать классическую литературу в школах 21 века?

Идея замены классической литературы более современными произведениями в классе была постоянной темой обсуждения во многих школьных округах. Учить классику или не учить классику? Вот в чем вопрос.

Классическая литература позволяет учащимся заглянуть в прошлое и еще больше обогащает их понимание окружающего мира.

Чтение классики является частью «культурной грамотности».

Классическая литература рассказывает о политических, экономических и социальных проблемах разных времен и мест.

Классическая литература и общий эмоциональный отклик

Читая классическую литературу, которую преподавали в школах на протяжении десятилетий, учащиеся имеют возможность испытать те же эмоциональные реакции, что и учащиеся, которые были до них.

Современная литература напрямую обсуждает проблемы сегодняшнего дня, позволяя учащимся относиться к тому, что они читают.

Современная литература – ​​отличный инструмент для образования

Учащиеся, читающие классику, могут установить связь с современным миром, но то же самое можно сказать и о тех, кто читает современную литературу.

Разнообразия классической литературы катастрофически не хватает.

Классика, которую преподают в школах, часто написана одним и тем же типом людей; мертвые богатые белые люди.

Прошлое напрямую повлияло на настоящее, поэтому сегодняшним студентам важно узнать о жизни сегодня, а также о том, как мы сюда попали.

Преимущества смешанной среды обучения

Студентам будет полезно читать как классическую литературу, действие которой происходит в далеком от них времени и месте, так и современную литературу, в которой обсуждаются вопросы, непосредственно связанные с современным миром.

Исследуйте этот вопрос совершенно по-новому.

► Воспроизвести вопрос как историю

Последний раз эта страница редактировалась в понедельник, 9 марта 2020 г., в 23:19 UTC

+ Предложить улучшение

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.