Филонов павел формула петроградского пролетариата: Описание картины Формула петроградского пролетариата – Павел Филонов📕

Содержание

Филонов Павел Николаевич — биография художника, личная жизнь, картины

Павел Филонов называл себя не художником, а исследователем. Он создал новое направление «аналитическое искусство», рисовал «атомами» и считал, что картина развивается, как живой организм. Поэт Алексей Крученых писал о Филонове: «Вулкан погибших сокровищ, Великий художник, Очевидец незримого, Смутьян холста».

Рисование, танцы и вышивка крестиком: детство художника

Павел Филонов. Портрет. Изображение: 24smi.org

Павел Филонов родился в Москве. Родители около 1880 года переехали в город из Рязани вместе с тремя старшими детьми — Петром, Александрой и Екатериной и их бабушкой. В марте этого же года в семье родилась еще одна дочь, Мария. Отец Филонова происходил из крестьян и до 1880 года не имел фамилии: вероятно, ее присвоили уже при переезде. В Москве он работал извозчиком. Мать, как позже писал художник в автобиографии, «брала в стирку белье». В семье поддерживали творческие начинания детей. Старшие сестры хорошо танцевали и пели, а Павел Филонов рисовал. С четырех лет он пробовал изображать карандашом на бумаге все предметы, которые видел в доме.

В 1887 году отец Филонова скончался. Через два месяца после его смерти в семье родилась еще одна дочь, Евдокия. Мать осталась одна с шестью детьми и их бабушкой, которой к тому моменту было около 100 лет. Денег на жизнь не хватало. Пятилетний Павел Филонов научился у бабушки вышивать крестиком и украшал скатерти и полотенца на продажу. По выходным он вместе со старшими сестрами танцевал в Русском драматическом театре Федора Корша и театре народных представлений «Скоморох». За участие в массовке им платили небольшие гонорары.

Когда Филонову исполнилось 11 лет, он поступил в Каретнорядную приходскую школу. Будущий художник чаще всего делал домашние задания по ночам: днем ему нужно было помогать семье. В редкие свободные минуты он рисовал пейзажи. К этому времени относится самая ранняя из его сохранившихся работ — открытка «Московский дворик».

В 1894 году старшая сестра Павла Филонова, Александра, вышла замуж. Ее супругом стал Александр Гуэ — богатый инженер и владелец магазина электротоваров в Петербурге. Александра Филонова переехала с мужем в столицу и взяла на себя всю заботу о семье. Она сняла для родственников большую квартиру и регулярно посылала им деньги.

Павел Филонов. Московский дворик. 1894. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

В 1896 году от чахотки умерли мать и старший брат Павла Филонова. Вскоре Александра Филонова-Гуэ забрала всех оставшихся родственников в Петербург. Сестра художника Евдокия Глебова вспоминала: «Отношение не только сестры, но и ее мужа к нам было на редкость хорошее Мы жили в богатой буржуазной обстановке, перемена была очень резкая, и привыкали мы к ней с большим трудом. Особенно было трудно брату. Хотя он и остался у сестры, но бунтовал. Помню, как он не хотел спать на матраце, сбрасывал его на пол, спал без матраца — закалял себя».

Вскоре Александр Гуэ заинтересовался рисунками 14-летнего Филонова и устроил его в живописно-малярные мастерские, где обучали декораторов. Каждого ученика прикрепляли к определенному мастеру и объекту. Занятия продолжались 10–11 часов в день.

На этой работе была самая лучшая школа, начиная со смоления люков помойных ям, окраски уборных, росписи изразцовых печей до росписи квартиры министра Сипягина промывки голубя в куполе Исаакиевского собора, раскраска еврейской синагоги Работа велась всеми материалами и способами, стоя, сидя, лежа, при постоянном риске сорваться с лесов, при ежедневных обедах в трактирах и «живопырках», под орган и граммофон.

С 1898 года Павел Филонов посещал по вечерам рисовальные классы Общества поощрения художеств. Дома он осваивал разные техники и учился копировать работы других мастеров.

От маляра до живописца: путешествия и учеба в Академии художеств

В мае 1901 года 18-летний Павел Филонов получил свидетельство маляра. В июне того же года он отправился в поселок Рамонь недалеко от Воронежа расписывать имение принцессы Евгении Ольденбургской. Директор живописно-малярных мастерских лично порекомендовал художника как одного из лучших выпускников.

В Рамони Филонов успевал рисовать и для себя. Он создал несколько натурных пейзажей карандашом и акварелью и впервые попробовал писать маслом. Так появилась картина «Восход солнца на реке, протекающей подле Рамони».

Павел Филонов. Восток и запад. 1913. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Павел Филонов. Пир королей. 1913. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Павел Филонов. За столом. 1913. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

После возвращения в Петербург маляр съехал от сестры и снял комнату на Васильевском острове. Зарабатывал он росписями на заказ. Однако вскоре этого стало мало: Филонов мечтал быть профессиональным художником. Все свое свободное время он проводил в музее Александра III (сегодня — Русский музей), где для тренировки копировал картины известных мастеров, а в 1903 году решил поступать на живописное отделение Академии художеств. К экзамену Филонов подготовил портфолио: целый месяц трудился над рисунком гипсовых скульптур и портретом сторожа малярной мастерской — «первым портретом упорной долговременной работы», как писал в автобиографии. Однако вступительные испытания в Академию художник провалил. Помимо портфолио нужно было сдать экзамен: написать обнаженную натуру. Он никогда раньше этого не делал, и ему не хватило техники и знания анатомии.

Чтобы восполнить пробелы, в том же 1903 году Павел Филонов поступил в частную мастерскую живописца Льва Дмитриева-Кавказского. Академик был заядлым путешественником, поэтому его студенты сначала изучали экзотических животных и птиц, а только потом пробовали рисовать человека. Дмитриев-Кавказский требовал от работ детальности и точности пропорций.

Незаметно начиная с изучения какой-нибудь колибри, ястреба, совы, летучей рыбы подвел к изучению анатомии, и Филонов до начала занятий утром перед уроками и в перерыве в обеденное время изучал со скелета, с гипсовых фигур, рук и ног, по учебникам и атласам».

Во время занятий Дмитриев-Кавказский часто рассказывал о путешествиях. Павел Филонов вдохновился его историями и тоже решил отправиться в поездку. В 1905 году он доплыл на лодке из Рыбинска в Казань. Следующим летом Филонов поехал в Иерусалим через Афон. Денег у художника было немного, поэтому по пути он брался за любую работу: рисовал этикетки для папирос и мыла, копировал иконы, писал портреты попутчиков. На пароходе недалеко от Константинополя художник встретил жертв еврейских погромов. Филонов вспоминал: «На палубе обратил внимание среди давки и тесноты на еврея, вроде бы не очень старого, но поседевшего, и девочку лет 7-8. Она лежала на мокрых, кажется, веревках. Филонов взял девочку и пересадил на сухое место На это еврей ему грубо и резко ответил, что это его не касается. Спустя несколько часов извинялся за грубость и говорил: «Вы меня простите, я из Кишинева, я насмотрелся ужасов, на меня был занесен топор, я не знаю, как я с дочкой спасся, я не могу видеть русского, мы едем в Иерусалим». Эта встреча вдохновила художника на создание картины «Поклонение волхвов». Он закончил это полотно только в 1912 году.

Павел Филонов. Поклонение волхвов. 1913. Частное собрание, Швейцария

После путешествия Павел Филонов дважды безуспешно пробовал поступить в Академию Художеств. В 1908 году его наконец зачислили вольнослушателем с характеристикой «за исключительное знание анатомии». Его преподавателями стали художники Ян Ционглинский, Иван Творожников и Роберт Залеман. Филонов прилежно занимался: он перестал брать заказы, переехал для экономии в комнату поменьше и сосредоточился на учебе. Сокурсница художника Варвара Бубнова вспоминала: «Филонов был беден, но как будто не замечал этого. Однажды я была у него. Он жил на верхнем этаже старого доходного дома. В его крохотной комнате помещалась только кровать. Дверь выходила прямо на последнюю площадку «черной» лестницы. На ней стоял его стол — большой, кухонный».

На втором курсе Павел Филонов постепенно отошел от академизма. Художник начал экспериментировать с цветами: натурщики на холсте становились зелеными, а их руки, по выражению сокурсника Петра Бучкина, «поголубели как ручьи». Работы Филонова заинтересовали его сокурсника Вольдемара Матвейса, который организовал «Союз молодежи» — общество художников-экспериментаторов. В 1910 году кружок устроил выставку русского авангарда. В ней участвовал и Павел Филонов: его картины висели рядом с работами Михаила Ларионова, Натальи Гончаровой, Дмитрия Митрохина.

Преподаватели эксперименты Филонова не одобряли. А в 1910 году художника и вовсе исключили «за то, что своими работами развращал товарищей». Поводом стала проделка Филонова: в ночь перед выставкой с участием президента Академии Художеств он тайно раскрасил свою картину «Натурщик» в сине-лиловый цвет. Павел Филонов опротестовал свое исключение, но через несколько недель, когда его восстановили, «добровольно вышел» сам.

Аналитическое искусство Филонова: первые картины

После ухода из академии Павел Филонов переехал в деревню Ваганово. Его сестра Евдокия Глебова вспоминала: «Почему он выбрал эту деревню — не знаю. Я была у него там. Жил он в небольшой темной избе, с маленьким окошком, с соответствующей обстановкой. Была осень — сыро, холодно… Как он мог там работать? В темноте, с керосиновой лампой?». Зимой 1910 года Филонов закончил картину «Головы». Ее представили на второй выставке «Союза молодежи» как «Картину без названия». Среди лиц он изобразил и себя в левом нижнем углу. Через семь месяцев было готово еще одно полотно — снова «Картина без названия». В 1912 году обе работы участвовали в московской выставке «Ослиный хвост», которую организовали авангардисты Михаил Ларионов и Наталья Гончарова. Творчество Филонова высоко оценили критики. Картину «Головы» за большую сумму приобрел коллекционер Левкий Жевержеев.

В 1912 году вышла статья Павла Филонова «Канон и закон», в которой художник выступил с резкой критикой кубизма и изложил свое видение искусства. Он утверждал, что кроме формы и цвета есть целый мир невидимых явлений и взаимодействий. Живописцу недостаточно изобразить только внешнее восприятие объекта — ему нужно выявить законы его развития, эволюции. Филонов писал: «Позволь вещи развиваться из частных, до последней степени развитых, тогда ты увидишь настоящее общее, какого не ожидал». По мнению художника, картина должна была развиваться из точки, как произрастающее зерно. В статье Филонов впервые ввел термин «аналитическое искусство».

Павел Филонов. Крестьянская семья (Святое семейство). 1914. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Павел Филонов. Ночь на Лиговке (фрагмент). 1912. Национальная галерея Армении, Ереван

Павел Филонов. Мужчина и женщина. 1913. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

В этом же году Павел Филонов отправился в путешествие по Италии и Франции. Он вспоминал: «Сам себе сделал «заграничную поездку», которую получали ученики-конкуренты, кончавшие академию, чтобы ознакомиться с западным искусством». Художник изучал фрески эпохи Возрождения, побывал в Лувре, где увлекся творчеством живописца Иеронима Босха.

В 1913 году Филонов вернулся в Россию и написал сразу несколько картин: «Ночь на Лиговке», «Россия после 1905», «Мужчина и женщина». В этом же году на «Выставке картин внепартийного Общества художников» вывесили большое полотно Филонова «Пир королей». Темные краски с красноватым свечением, костяные руки и пустые глазницы, люди-призраки на тронах и скрюченные фигура раба — современники восприняли работу как предзнаменование войны. Расположение фигур отсылало к «Тайной вечере» Леонардо да Винчи. Велимир Хлебников описывал эту работу: «…Пир трупов, пир мести. Мертвецы величаво и важно ели овощи, озаренные подобным лучу месяца бешенством скорби».

«Упорно рисуй каждый атом»: декорации для Маяковского, иллюстрации для Хлебникова

В декабре 1913 года Павел Филонов оформил декорации к трагедии Маяковского «Владимир Маяковский». Евдокия Глебова вспоминала: «Сестра Мария Николаевна и я помогали брату. Хорошо помню, как мы трудились над какой-то огромной слезой». Через несколько месяцев Филонов уже иллюстрировал поэтический сборник «Рыкающий Парнас», в который вошли стихи футуристов: Владимира Маяковского, Давида Бурлюка, Алексея Крученых, Велимира Хлебникова. Однако сразу же после выпуска тираж изъяли: цензура усмотрела в рисунках порнографию. В 1914 году художник попробовал себя в роли оформителя еще раз и создал иллюстрации к сборнику Хлебникова «Изборник».

Павел Филонов. Коровницы. 1914. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Павел Филонов. Ломовые. 1914. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Павел Филонов. Корабли. 1919. Государственная Третьяковская галерея, Москва

В 1914 году Филонов выпустил манифест «Интимная мастерская живописцев и рисовальщиков «Сделанные картины» с лозунгом «Мировой расцвет». Художник писал от имени апостола, зовущего к новой вере: «Делайте картины и рисунки, равные нечеловеческим напряжениям воли, каменным храмам Юго-Востока, Запада и России, они решат вашу участь в день страшного суда искусства и знайте, день этот близок». Лето того же года художник провел у сестры на даче. Он закончил картину «Крестьянская семья» и даже начал писать стихи. Филонов торопился: в любой момент его могли мобилизовать на фронт, началась Первая мировая война. Весной 1915 года вышла книга живописца «Пропевень о проросли мировой» — с фольклорными историями на языке, который придумал он сам. До конца 1915 года Павел Филонов успел написать еще два полотна: «Германская война» и «Цветы мирового расцвета». Он работал маленькой кистью. Каждая точка, которую Филонов ставил на картине, символизировала атом. Живописец как будто создавал сложные организмы из частиц.

Упорно и точно рисуй каждый атом. Упорно и точно вводи прорабатываемый цвет в каждый атом, чтобы он туда въедался, как тепло в тело или органически был связан с формой, как в природе клетчатка цветка с цветом.

Осенью 1916 года Павла Филонова призвали на войну и отправили на румынский фронт. После революции солдаты избрали его председателем Военно-революционного комитета Отдельной Балтийской морской дивизии. Филонов вспоминал: «Я был на войне 1,5 года, и, к счастью, меня выбрали в комитет и этим спасли меня». В 1918 году художника направили в Петроград, чтобы передать знамена полков в революционный штаб. После этого Филонов на фронте больше не был. Он вернулся к живописи и через несколько месяцев закончил картину «Волы (Сцены из жизни дикарей)».

В 1919 году художник участвовал в «Первой государственной свободной выставке произведений искусства» в Зимнем дворце. Павел Филонов представил цикл «Ввод в мировой расцвет» из 22 работ разных лет: «Пир королей», «Коровницы», «Перерождение человека», «Ломовые», «Рабочие», «Две девочки» и многие другие. Большевики трактовали слово «расцвет» в названии как торжество революции. Нарком просвещения Анатолий Луначарский говорил: «Филонов — величайший мастер. Его трудно понять, но это не умаляет его величия, и в будущем он станет гордостью страны». Павел Филонов подарил государству два полотна: «Победитель города» и «Мать».

«Его расшифрует будущее»: творчество в послереволюционной России

Павел Филонов с женой Екатериной Серебряковой на даче. 1928. Фотография: chaskor.ru

В 1921 году Филонов познакомился с Екатериной Серебряковой. Она была революционером: в 20 лет вступила в организацию «Народная воля», несколько лет жила в Англии, где печатала коммунистическую литературу. Серебрякова сразу сразу понравилась художнику. Они стали много общаться и вскоре поженились. Филонов писал: «Катя, сам не знаю почему, но во мне растет чувство радости, что мы сошлись на свете и сдружились так крепко. Ты не зазнавайся, смотри. Подумаешь, какая радость, жил парень один и вдруг свалился ему на плечи такой властитель дум, как ты».

В этот период Павел Филонов начал писать картины, посвященные революции. К 1922 году он закончил полотна «Формула петроградского пролетариата» и «Формула периода 1905–1921 годов». Важнее всего для художника было изобразить движение. Разрушительную силу революции он показывал через цветовые пятна, в которых растворялись фигуры людей и животных. В 1922 году он подарил оба полотна «петроградскому пролетариату» и передал в Русский музей.

Если бы он говорил не красками, пока еще, к сожалению, недоступными массам, а человеческим языком — он явился бы тем рычагом, который перевернул бы весь мир, и наступил бы рай земной. Его работой руководили страдания за человечество и желание ему добра Его расшифрует будущее.

В 1923 году художник опубликовал «Декларацию мирового расцвета» — теоретическую работу об аналитическом искусстве. Это была вторая редакция манифеста «Сделанные картины», где он подробнее объяснял главную идею: живописец должен отображать не только внешний вид предмета, но и все, что он знает о нем. Павел Филонов публично отстаивал свои художественные принципы: выступал с докладами на конференциях, читал лекции о «системе мирового расцвета». Постепенно вокруг него сложился круг тех, кто разделял его идеи. У художника возникла своя школа — «Коллектив мастеров аналитического искусства». Начинающим живописцам он советовал: «Непременно начни писать дневник по искусству. Эта работа над дневником научит тебя самокритике, самодисциплине и выдержке пиши коротко, без прикрас, без хвастовства. Напишешь — перечитай и исправь, сделай толково». В 1925 году Филонов с учениками получил мастерскую в Академии художеств, однако от должности профессора отказался.

Павел Николаевич был очень терпелив с учениками. Например, был ученик Лукстынь. По национальности латыш, он говорил на ломаном русском языке и любил задавать нелепые вопросы. Филонов терпеливо, очень пространно отвечал ему, стараясь быть понятным, но когда он кончал, Лукстынь задавал свой вопрос снова так, как будто Павел Николаевич ничего ему не объяснял. Это продолжалось иногда три, четыре раза.

В 1927 году художники «Коллектива аналитического искусства» оформили интерьеры Дома печати, нарисовали декорации к спектаклю режиссера Игоря Терентьева «Ревизор». Литератор Илья Дмитроченков вспоминал: «Мне памятен литературный вечер в Доме печати Выступал с чтением поэмы «Хорошо» Владимир Маяковский. На заднике сцены были рельефно выписаны Павлом Николаевичем крупные лодки На стенах зала висели картины учеников Павла Николаевича таких великолепных полотен мне больше не приходилось видеть». Вскоре Филонов написал картину «Формула весны».

В 1929 Государственный Русский музей подготовил персональную выставку Филонова. Однако она так и не открылась: отношение к творчеству художника изменилось. После нескольких закрытых просмотров для советских чиновников и критиков картины объявили «непонятными рабочим массам» — к 1930 году искусство становилось все более реалистичным.

Павел Филонов. Первая симфония Шостаковича (фрагмент). 1935. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Павел Филонов. Портрет Иосифа Сталина. 1935. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Павел Филонов. Формула петроградского пролетариата. 1921. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Вскоре Филонову перестало хватать денег. Свои картины он не продавал и зарабатывал тем, что создавал на заказ. В 1935 году художник написал огромный портрет Сталина в семь квадратных метров для Клуба Моряков, потом изображения конькобежцев и хоккеистов для катка в Детском селе (сейчас — Царское село). В том же году он закончил картину «Первая симфония Шостаковича». Он создал ее по мотивам одноименного музыкального произведения, которое услышал по радио.

В 1938 году были репрессированы оба пасынка Филонова — сыновья Екатерины Серебряковой. После их ареста жену художника парализовало. Живописец ухаживал за ней несколько лет: заново учил ее говорить, ходить и писать.

Однажды я посетил Павла Николаевича. На мольберте стояло свежее полотно, на нем уже были изображены узники, оголенные до пояса, и лица их истощены до блеска крахмала, их было несколько человек, в том числе и Сталин рядом с сыном Серебряковой… Я спросил Павла Николаевича, возможно, Сталин не должен находиться на картине. Павел Николаевич возразил мне и убедительно добавил, что Сталин сам был арестант, да еще при царе, и если он теперь находится среди новых, то здесь нет ничего предосудительного.

Когда наступила Великая Отечественная война, Павел Филонов остался в блокадном Ленинграде. Художник умер от истощения 3 декабря 1941 года. Его сестра Евдокия Глебова вспоминала: » лежал в куртке, теплой шапке, на левой руке была белая шерстяная варежка, на правой варежки не было, она была зажата в кулак Рука большого мастера, не знавшая при жизни покоя, теперь успокоилась». Филонова похоронили на Серафимовском кладбище.

Филонов Павел Николаевич


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ

Павел Николаевич Филонов

Филонов Павел Николаевич (8(21). 01.1883, Москва — 3.12.1941, Ленинград) — художник, теоретик искусства, представитель русского авангарда. В 1897 году приехал в Санкт-Петербург. Художественное образование получил в малярно-живописных мастерских, частной мастерской Л. Е. Дмитриева-Кавказского, был вольнослушателем Высшего художественного училища при Академии художеств. С 1910 года в качестве члена творческого художественного объединения «Союз молодежи» начал участвовать в выставках. В 1912 году в статье «Канон и закон» изложил основы метода аналитического искусства, который противополагал кубизму: кубизм опирается на механический и геометрический подход к реальности, аналитическое искусство ориентируется на органический принцип, на бытие растущее, находящееся в постоянном процессе изменения и становления.

В 1913-1914 годы работал над декорациями и костюмами для постановки трагедии В. В. Маяковского «Владимир Маяковский», делал рисунки для футуристических сборников «Гилея» и «Рыкающий Парнас», «Изборника» Хлебникова.

В 1915 г., откликаясь на события Первой мировой войны, опубликовал с собственными иллюстрациями книгу «Проповень о проросли мировой», в которой, используя приемы словотворчества В. Хлебникова, протестовал против братоубийственной розни. Программные полотна Филонова 1910-х годов: «Пир королей» (1913), «Крестьянская семья (Святое семейство)» (1914), «Коровницы» (1914) «Германская война» (1914), «Цветы мирового расцвета» (1915) и др., составившие позднее цикл «Ввод в мировой расцвет», проникнуты чаянием восстановления родства, живого единства человека и твари, утверждения нового целостного строя мира. После Октябрьской революции принимал участие в деятельности Петроградского музея художественной культуры, в создании и работе Государственного института художественной культуры, вместе с учениками участвовал в оформлении ленинградского Дома печати. Создал картины «Формула космоса» (1921), «Формула петроградского пролетариата» (1920-1921), «Формула весны» (1928-1929) и другие, ряд работ по теории аналитического искусства.
В 1932-1933 г. руководил работой учеников своей школы над иллюстрациями к изданию «Калевалы». По своим философско-художественным установкам Филонов близок традиции русского космизма с его идеей активной эволюции: «Эволюция может быть созидательной, т. е. человек или любое живое существо подметит ее в себе и станет направлять ее ход в нужную ему высшую форму». Работа художника — воплощение этой направленной деятельности, она носит организационный характер. Изучая признаки, факторы и законы «интеллектуальной и биологической эволюции», художник фиксирует в материале, в сочетании красок и форм творческий рост мира и человека. Филонов выдвигает принцип «биологической сделанности картины», при котором творец тщательно работает над формой, над каждым элементом произведения, учась при этом у природы. Как организм растет путем умножения клеток, так и картина выращивается художником из прикосновений кистью к холсту, из «атомов-касаний». Эти «атомы-касания», по Филонову, суть «единицы действия» живописца, из них в процессе работы слагается целостное полотно.
В творческом акте художник восходит от частного к общему от детали к целому, от элемента к синтезу. Он опирается на интеллект и интуицию, на «глаз видящий», обращенный к цвету и форме, и «глаз знающий», который выявляет внутренние процессы, протекающие в природе, духе, социальной жизни. Художественная философия и практика Филонова оказала влияние на раннее творчество Н.Н. Заболоцкого.

А. Г. Гачева

Русская философия. Энциклопедия. Изд. второе, доработанное и дополненное. Под общей редакцией М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. – М., 2014, с. 676.


Далее читайте:

Философы, любители мудрости (биографический указатель).

Русская национальная философия в трудах ее создателей (специальный проект ХРОНОСа).

Сочинения:

Интимная мастерская живописца и рисовальщиков «Сделанные картины». СПб., 1914; Декларация «Мирового расцвета» // Жизнь искусства. 1923. № 20; Идеология аналитического искусства и принцип сделанности // Филонов. П. Каталог. Новосибирск, 1967; Дневники. М., 2000; Филонов: художник, исследователь, учитель: В 2 т. М., 2006.

Литература:

Ковтун Е. Ф. Из истории русского авангарда (П. Н. Филонов) // Ежегодник рукописного отдела Пушкинского дома 1977. Л., 1979; Мислер Н., Боулт Д. Филонов. Аналитическое искусство. М., 1990; Линник Ю. В. Русский космизм и русский авангард. Петрозаводск, 1995; Павел Филонов: реальность и мифы. М., 2008; Павел Филонов: к 125-летию со дня рождения художника: сб. статей. Спб., 2008.

 

 

 

Павел Филонов — непризнанный критиками гений-художник: биография и лучшие картины

Павел Николаевич Филонов (Pavel Nikolayevich Filonov; родился 8 января 1883 г. — умер 3 декабря 1941 г.) — русский художник, один из активных лидеров российского авангарда конца XIX — начала XX века. Творчество Павла Филонова, его трактовка предназначения живописи в жизни социального общества, оказали существенное влияние на развитие изобразительного искусства новейшей истории.

Павел Филонов называл себя художником-исследователем. Он призывал прорисовывать «каждый атом», позволяя делу своих рук развиваться подобно живому организму. Стремясь к познанию мира, мастер отображал собственное видение исторических событий, явлений природы, музыки.

Павел Филонов, по сохранившимся свидетельствам современников, был оригинальным живописцем и отзывчивым человеком, который не продавал своих произведений и бесплатно обучал учеников.

Биография Павела Филонова

Павел Николаевич Филонов появился на свет в семье крестьянина Тульской губернии, села Раневка 8 января 1883 года. Несмотря на обыденное занятие (отец был извозчиком, а мать — прачкой), родители поддерживали стремление сына к творчеству.

Павел Филонов с раннего детства показал себя трудолюбивым человеком. Он на отлично закончил «Каретнорядную» школу местного прихода, делая уроки по ночам, а днём подрабатывая. После переезда с сестрой в Петербург, 14-летний подросток устроился в живописно-малярные мастерские. По окончании курсов юноша начал работать и снял для себя отдельное жильё. В это же время Павел посещает вечерние классы рисования.

В Академию художеств его не взяли дважды. Недостаток образования пришлось восполнять копированием картин и частными уроками. В этот период Павел Филонов устроил себе путешествие по Волге, Кавказу и Иерусалиму. Он много трудился, делал наброски, но даже с третьего раза ему удалось попасть в Академию лишь вольнослушателем.

Учёба продолжалась с 1908 по 1910 год, потом Павла Филонова исключили за слишком смелые эксперименты с цветом и натурой. Художник успел сблизиться с поэтом Велимиром Хлебниковым и коллегами-футуристами. Пропагандируя анализ в живописи, он выпустил статью «Канон и закон», раскритиковав кубизм Пабло Пикассо (Pablo Picasso).

Он призывал к «аналитическому искусству», предлагал внимательно вглядываться в каждую частичку, прослеживать развитие любого явления от мельчайших атомов до целостного организма.

Художник ездил в Европу, оформлял декорации для трагедии «Владимир Маяковский», иллюстрации к «Изборнику», создал поэму «Пропевень о проросли мировой». Всё это он успел до мобилизации и отправки на фронт Первой мировой войны.

Павел Филонов горячо поддержал революционные изменения, председательствовал в военно-революционном комитете. Через два года женился на революционерке Екатерине Серебряковой, которая была старше его на 21 год.

Павел Филонов считал себя убеждённым коммунистом, но власти относились к нему настороженно, не позволив реорганизовать живописный факультет. В ответ художник создал МАИ — мастерскую аналитического искусства, куда привлёк более семидесяти человек. В 30-е годы ХХ века его обзывали «помешанным». Из-за нехватки денег приходилось рисовать маслом на картонках и бумаге, но учеников он упорно продолжал обучать бесплатно.

Началась Великая Отечественная война и блокада, ставшего родным Ленинграда. 3 декабря 1941 года Павел Филонов умер от недоедания и был погребён на Серафимовском кладбище. Несмотря на трудности блокадного времени, сёстры мастера смогли сохранить для потомков триста его работ.

В семидесятые годы прошлого столетия картины Павла Филонова стали объектом наживы криминальных элементов. Часть исчезла из музеев, объявившись у частных коллекционеров во Франции. Всего несколько работ удалось вернуть в Россию.

Первая выставка наследия Павла Филонова состоялась лишь в 1988 году.

Картины Павла Николаевича Филонова

Картины Павла Филонова всегда привлекали внимание меценатов и ценителей искусства. Наиболее известные работы художника:

  • «Пейзаж. Ветер» (1907) — самая ранняя работа живописца, в которой ещё не используется аналитическая техника. Хранится в Русском музее.
  • «Головы» (1910) — первая картина, написанная в исследовательской технике, в год написания участвовала в выставке «Союза молодёжи».
  • «Германская война» (1914-1915) — по утверждениям солдат, вернувшихся с этой войны, точно отображает её суть. Хорошо принята представителями пролетариата, несмотря на прохладное мнение критиков.
  • «Ввод в Мировой расцвет» (1914-1915) — по идее художника, призвана вести к новой вере, обновлённому искусству, изучающему мир и общество.
  • «Симфония Шостаковича» (1935) — музыкальное произведение художник услышал по радио, создав под его впечатлением живописное воплощение музыки.
  • «Лики» (1940) — одна из последних работ Павла Филонова, написанная незадолго до смерти. В одном из персонажей художник изобразил себя самого.

Павел Филонов — значительная фигура в истории Российского авангардизма. Узнать много нового о любых направлениях в изобразительном искусстве можно на сайте VeryImportantLot. Тематические аукционы позволяют купить картины старых мастеров, а также познакомиться с работами современных художников.

Филонов Павел, художник – картины шедевры великих художников

Павел Николаевич Филонов (1883-1941) — одна из ключевых фигур в искусстве 20 века. Но до сих пор его творчество мало изучено, и картины лишь сейчас выходят к зрителю. Образ худож­ника в сознании потомков заместился образом «личности авангарда», истового жреца новой художественной религии. Филонов ощущал себя пророком — но мессианский пафос его живописи выражался в радикальном пересмотре отношения к картинной форме.

 

Павел Филонов называл себя художником-исследователем, понимая процесс создания картины как процесс исследования каждого микроэлемента ее структуры. Большие холсты писались маленькой кистью; каждый мазок означал «единицу действия», требующую предельного творческого напряжения. Наставления ученикам — «упорно и точно рисуй каждый атом», «позволь вещи развиться из частных, до последней степени развитых, тогда ты увидишь настоящее общее», — поясняют филоновский метод построения картины от частного к целому. Результатом должна явиться «сделанная картина», чей материал исследован и уплотнен в формулу. Так часто и называются его композиции — «Формула мирового расцвета» (1915 —16), «Формула космоса» (1918 — 19), «Формула весны» (1922), «Формула петроградского пролетариата» (конец 1920-х). Прийти к формуле возможно, тщательно продумав «мозаику» ее состава. И здесь, по Филонову, годится ориентация на разные стили, в том числе в пределах одного полотна. В его терминологии эти стили именуются: примитив, классический реализм, реализм, адекватный по отношению к натуре, кривой рисунок (варианты экспрессионизма), изобре­тенная форма (беспредметничество). «О цвете не заботьтесь, — писал Павел Филонов, — работа над формой… определит… наивысшее действие цветом». Поскольку все взаимообусловлено в каждой «единице действия», понятен призыв не отвлекаться на реальную окраску предметов, брать цвет «любой вместо любого».

 

Столь своеобразная и фанатично проповедуемая художест­венная концепция не была откровением самоучки. Павел Филонов с детства вынужден был зарабатывать на жизнь (танцором кордебалета, маляром), но с детства же мечтал рисовать. И осуществил желание со свойственной ему основательностью. К 1910 году, когда в «Союзе молодежи» открылась первая его выставка, за плечами были рисовальная школа Общества поощрения уудожеств (1898—1903), школа живописи и рисования Л. Е.Дмитриева-Кавказского (1903—08), два года вольно­слушателем в Академии художеств (1908—10). И, как сказано в автобиографии, «все это время… велась самостоятельная работа по ИЗО, от копий всех сортов, через реализм… до изучения анатомии, незаметно перешедшая в исследовательский подход к искусству». Поездка во Францию и Италию (1911—12) ничего не прибавила к сложившемуся мировоззрению, заме­шенному на основах своеобразного художественного нацио­нализма. «Центр тяжести по ИЗО переносится в Россию», — объявляет Филонов в декларации «Сделанные картины».

 

Эта декларация напечатана в 1914 году. За ней последовали «Декларация мирового расцвета» и главный труд — «Идеология аналитического искусства и принцип «сделанности» (1914 —15). «Сделанные картины» опубликованы в журнале «Аполлон» как манифест группы живописцев и рисовальщиков (П.Филонов, Д.Какабадзе, А.Кириллова, Э.Лассон-Спирова). Павел Филонов окружен единомышленниками, он переживает период активности. В его декорациях ставится в «Союзе молодежи» футуристический спектакль — трагедия «Владимир Маяковский» (1913). М.В.Матюшин — друг и ху­дожник, идущий в чем-то близким путем, — привлекает Филонова к иллюстрированию футуристической поэзии: выходит в свет (и тут же подвергается цензурному запрету) сборник « Ры­кающий Парнас» (1914), а вслед за ним отдельной книгой с ил­люстрациями публикуются две поэмы самого Филонова («Пропевень о проросли мировой», 1915). Они написаны «сдви­говой прозой», лексически близкой стихам В.Хлебникова — в это же время Филонов делает два рисунка к «Изборнику сти­хов» В.Хлебникова, и они получают одобрение автора. Дружба поэта и художника закономерно перерастает в творческое общение; многое совпадает в круге их идей и культурных ориентаций.

 

Совпадения не случайны. И Филонов, и Хлебников (а также в разной мере К.Циолковский, В.Чекрыгин, В.Маяковский, А.Платонов, Н.Заболоцкий) испытали мощное воздействие фи­лософии Николая Федорова, во многом определившее их художественные концепции. Федоровский пафос победы над физической смертью и обретения условий для новой соборности почти впрямую звучит в картинах Филонова «Коровницы», «Крестьянская семья», «Пир королей», в его живописном цикле «Ввод в мировый расцвет», в теоретических манифестах — не только относящихся к утопии «мирового расцвета», но и касающихся исключительно законов «аналитического искусства».

 

Вера в грядущее освобождение от страха смерти заставляет художника вглядываться в архаические пласты культуры, ощущая единство человечества в перспективе возрождения. Картина как бы восстанавливает связи прошлого с будущим: ее время разомкнуто, проницаемо и реализовано в пространстве складывающихся в целое фрагментов. Хлебниковское — «я вижу конские свободы и равноправие коров» — созвучно филоновскому «эдему» неразобщенной природы, где «лицо коня» уподоблено иконописному лику.

 

Ощущение смотрящего лица — подоснова поэтики Павла  Филоно­ва. Многочисленные «головы», на фоне которых длится исто­рия, осуществляются грандиозные строительства и разруше­ния («Голова»; «Головы. Симфония Шостаковича»; «Головы», 1911; «Композиция. Лица», 1926). Одинаково вопрошающие взгляды людей и животных — от «Крестьянской семьи» (1915) до «Колхозника» (1931). Жестко выполненные портреты — как бы демонстрирующие, по терминологии художника, «реализм адекватный по отношению к натуре». В «Формуле петроградского пролетариата» космических масштабов феерия выталкивает на поверхность всплывающие лица, прора­стает глазами. Происходящее совершается людьми и для людей. Пафос всеобщего корректируется тревогой за человека, за его настоящее и будущее. Образ художника-демиурга, строящего на холсте «формулу» бытия, осложняется глубоко индивидуальным, трагическим началом.

 

«Смешение высокого строя с мелочами, обыденных подробностей с глубоким чувством времени» — так писал В.Каверин в повести «Художник неизвестен» (1931), где Филонов послужил прототипом главного героя. Картины разнородны по манере — однако то, что принято называть «филоновским стилем», представляет смешение фигуративных и беспредметных форм, в россыпи и дроби которых угадывается целое. Художника часто сближают с экспрессио­низмом — но его техника чужда экспрессионистической спонтанности: каждая «единица действия» глубоко продумана. «Фактура его изумительна по разнообразию и приему, — писал М.В.Матюшин, — жирные бляхи теста и необычайно тонко наложенные плоскости, почти исчезающие странно в воздухе, причем форма сжата или развернута с невероятной силой, смело».

 

Данные качества ярко проявились в филоновском творчестве 1920-х годов. В «Декларации мирового расцвета» художник писал: «Я художник мирового расцвета — следовательно, только пролетарий». С революцией, объявленное прежде «перенесение центра тяжести по ИЗО в Россию», получало веские обоснования. Идеи грядущего коммунизма связыва­лись с осуществлением новой соборности, с объединением возродившегося человечества вокруг пролетариата. Револю­ционность Филонова имела и практический выход: проведя два года (1916—18) на фронте, войну он окончил в должности председателя военно-революционного исполкома Придунайского края.

 

Мечтая о будущем Музее аналитического искусства, Филонов завещает все свои картины пролетариату (и даже в периоды кризисов, когда не было денег на холсты и приходи­лось писать маслом на бумаге, не продаст ни одной). Но время меняется, и круг его зрителей становится все уже. В 1919 году он участвует двадцатью тремя полотнами в Первой государ­ственной свободной выставке произведений искусства; в 1923 году возглавляет Отдел общей идеологии в Государственном институте художественной культуры (руководителями других отделов были М. Матюшин, В. Татлин, К. Малевич). Но уже тогда начинается недоброжелательство в печати; на предложе­ние А.В.Луначарскому «написать для государства серию реалистических картин» нет ответа. Филонов ведет себя неза­висимо — отказывается от связанной с компромиссами про­фессуры в Академии художеств, от издания монографии, от участия в зарубежных выставках (за исключением берлинской 1922 года). Его персональная выставка в Русском музее (1929) с уже отпечатанным каталогом была запрещена. В конце 1930-х годов имя Филонова известно узкому кругу. Неза­меченной прошла и его смерть от голода в блокадном Ле­нинграде.

 

Последним делом Филонова оказалась созданная им шко­ла — Мастерская аналитического искусства, организованная в 1925 году и вскоре насчитывающая уже около сорока человек (М.Цыбасов, Т.Глебова, П.Кондратьев, А.Порет, П.Зальцман и т. д.). В Доме печати устраиваются выставки группы; ставит­ся комедия Н.В.Гоголя «Ревизор», в оформлении «филонов- цев». В издательстве «Academia» выходит финский эпос «Калевала» с коллективными иллюстрациями. В кругу учеников складывается, поддерживается, распространяется «филоновская легенда», так близкая действительности — отсюда идут рассказы о его аскетизме, бессребренничестве (он не брал ни заказов, ни платы за уроки), фанатической эти­ке. Идут слухи о его искусстве — пользуясь словами В.Каверина, искусстве «человека, который ничего не боится».

В 1977 году сестра художника Е.Н.Глебова, выполняя его волю, передала оставшиеся работы в Государственный Рус­ский музей. Сегодня они возвращаются к зрителю.

 

Статья Г.Ельшевской в книге «Художественный календарь «Сто памятных дат»

Читать «Павел Филонов: реальность и мифы» — Коллектив авторов, Гор Геннадий Самойлович, Крученых Алексей Елисеевич, Кетлинская Вера Казимировна, Кибрик Евгений Адольфович, Матюшина Ольга Константиновна, Правоверова Людмила Леонидовна, Глебова Евдокия Николаевна, Бучкин Петр Дмитриевич, Покаржевский Петр Дмитриевич, Бубнова Варвара Дмитриевна, Жевержеев Левкий Иванович, Мгебров Александр Авельевич, Милашевский Владимир Алексеевич, Пунин Николай Николаевич, Лизак Израиль Львович, Курдов Валентин Иванович, Покровский Олег Викторович, Филонов Павел Николаевич — Страница 7

Все это позволяет говорить о трагическом одиночестве мастера даже среди, казалось бы, близких ему людей. Не потому ли горький пессимизм пронизывает его «Тайную вечерю» (1920-е, ГРМ). Она часто истолковывается как недвусмысленное подтверждение того, что под давлением новой идеологии Филонов отрекся от былой и якобы истовой религиозности[90]. Но художник вполне серьезен в изображении фигуры Спасителя и ближайших к нему апостолов. Лишь по мере удаления от Христа становится все более откровенным со-присутствие учеников, но не со-причастие их происходящему. Окончательный отход от учителя демонстрирует Иуда в костюме типичного нэпмана с книгой «Подарок молодой хозяйке» в руках. И в памяти возникает Ф. М. Достоевский с его «Легендой о Великом Инквизиторе». Мессия явился миру, но не был понят теми, кто, казалось бы, призван действовать во славу его. Земные, узкие заботы мешают людям поверить в Учителя, несущего свет истины. И нет ли в акварели признания, что как «несвоевременным» было признано явление Мессии, так невостребованными оказалось и мечты автора акварели, и его высокий идеализм?[91]

В последние годы, по словам Покровского, «Павел Николаевич никогда ничего не говорил о темах своих картин. Все вопросы отклонялись учтиво, но сухо. Может быть, давно, в годы расцвета школы, в двадцатые годы — было иначе, но показы, на которых присутствовали люди… [молодого. — Л.П.] поколения, проходили молча»[92]. Из названий картин последовательно вытравливались малейшие намеки на идеи теургов, что вряд ли стоит расценивать как проявление сервилизма. Филонов наделял произведения способностью жить и развиваться в ногу с эпохой, в какой-то момент они для него перерастали свое первоначальное содержание, смещались в иной смысловой пласт. Идеология новой эпохи воспринималась им как развитие его собственной концепции мирового расцвета. В дневниках не сохранилось ни единой строчки, где он подвергал бы сомнению правильность репрессий, которые в той или иной форме касались его и друзей — они также служили «очищению человека и общества». Он уверял пострадавших от обысков и арестов, что все правильно, что внимание ОГПУ приближает победу аналитического искусства, бесстрашно обменивался письмами со ссыльными, встречался с теми, кто возвращался из тюрем. Когда репрессии обрушились на самых близких ему людей и он, скорее всего, смог-таки понять свои заблуждения, то просто перестал вести дневник. Так исчезал, стирался миф, ради реализации которого художник терпел лишения. Уходили глубинные смыслы произведений, утрачивалось осознание их тесной связи с современной культурой. Но с фанатическим упорством художник продолжал разрабатывать новые грани мифа, изменившегося, утратившего не только победительный характер, но даже название — оно не упоминается ни в названиях работ, ни в дневниковых записях. Но в «Налетах», в поздних «Головах» читается убеждение, что «расцвет» возможен, что его время близится. Филонов не отрекался от своей изначальной веры, и в последней картине изобразил людей, которые «смотрят в будущее, некоторые его уже видят»[93]. И лишь поздние трагические «Лики» (1940, ГРМ), где беспредметная сетка элементарных частиц опутывает подобно паутине лица индивидуумов, показывает, сколь драматично было в эти годы мировосприятие мастера.

Начало Отечественной войны и блокады Филонов встретил «на боевом посту» как воин, уверенный, что ночные дежурства помогут спасти дело всей его жизни — произведения, превратившиеся в завещание грядущим поколениям. Еще больше, чем раньше, в нем выявлялось сходство с Дон Кихотом, а искусство, начавшееся с создания мифа, само становилось мифом. После смерти автора его имя было на долгие годы вычеркнуто из истории, о нем, казалось бы, забыли, и лишь изредка в мемуарной литературе оно возникало из небытия как призрак. Зрители вновь смогли увидеть произведения мастера лишь через полвека после его смерти в осажденном Ленинграде, но они так и остались загадкой, которая все еще нуждается в прочтении[94]. Помочь в этом могут в первую очередь очевидцы жизни и творчества Филонова, но собрать в одном издании их воспоминания не представляется возможным. Для настоящего сборника отобраны монографические тексты современников, посвященные Филонову, а также фрагменты мемуаров, где упоминаются эпизоды из его жизни. Существенным дополнением к ним послужат выдержки из статей современных художественных критиков. Личность художника-рыцаря, снявшего латы, предстает в его письмах жене. Очень краткие, они мало говорят о творчестве мастера, но позволяют различить глубоко человечные черты натуры Павла Николаевича, во многих выступлениях предстающего прямолинейным фанатиком. Хочется верить, что собранные под единой обложкой тексты, авторы которых порой вступают в заочный спор друг с другом, позволят понять, кем же был на самом деле самый странный представитель российского авангарда. Орфография и синтаксис в большинстве случаев сохранены авторские, и лишь в редких случаях они приведены в соответствие с современными правилами правописания.

В заключение хочется поблагодарить сотрудников ОР ГТГ, ОР ГРМ, РГАЛИ за неизменную и доброжелательную помощь в подборе и изучении рукописного наследия П. Н. Филонова и его учеников. Большую помощь в работе над сборником оказали публикации материалов о Филонове, которых с каждым годом становится все больше. Это и издания, подготовленные Дж. Э. Боултом и Н. Мислер на русском и английском языках, и каталоги выставок, издаваемые ГРМ, и увидевшие, наконец, свет «Дневники» мастера, и филоновский выпуск журнала «Эксперимент»[95]. И наконец в 2006 году вышли почти одновременно каталог выставки «Филонов. Очевидец незримого» и двухтомное издание «Филонов. Художник. Исследователь. Учитель», где впервые полно представлено творческое наследие мастера.

Л. Правоверова

П. Н. Филонов

АВТОБИОГРАФИЯ[96]

Филонов Павел Николаевич, художник-исследователь, родился в 1883 г. в Москве. Родители — мещане г. Рязани. Мать брала в стирку белье. Отец был кучером, затем, недолго, извозчиком. Рисовать Филонов начал с 3–4 летнего возраста. С 5–6 до 11 лет был танцором и плясуном московских театров: Корш, Лентовского, Соколовского[97]. Также для заработка вышивал крестиком, как и его сестры, полотенца, скатерти[98]. Окончил в Москве начальную каретнорядскую школу. 18 лет окончил в Петербурге живописно-малярные мастерские[99], получив свидетельство на звание маляра-уборщика. Одновременно в О[бщест]ве Поощрения художеств на вечерних занятиях дошел до натурного класса. По малярно-живописному делу, за период обучения и после, начиная с окраски крыш, работал 5 лет. Затем, проработав 5 лет в художественной мастерской академика Дмитриева-Кавказского[100], поступил вольнослушателем в академию художеств, откуда был, временно, исключен и в начале третьей зимы обучения в 1910 г. добровольно вышел. Все это время, начиная с детства, дома велась самостоятельная работа по изо от копий всех сортов, через реализм и картины в реалистическом плане, до изучения анатомии, незаметно перешедшая в исследовательский подход к искусству. Зимой 1910–1911 гг. была сделана первая картина Филонова «Головы»[101], где исследовательская инициатива связана с максимальными профессиональными данными. Картина — «сделана». В начале 1914 г. Филоновым была напечатана декларация «сделанные картины» с лозунгом «сделанности» в искусстве[102], отрицания всей существующей критики изо и переноса центра тяжести по искусству в Россию. Тогда же, по линии революции в театре, Филоновым была сделана постановка трагедии Маяковского в театре Неметти[103]. В 1914–1915 г. была написана «идеология аналитического искусства» и «принцип сделанности» с политическим лозунгом изо «Мировой расцвет» и отпечатана книга поэзии «Пропевень о проросли мировой»[104]. В Германскую войну Филонов, солдат 2-го Морского полка Балтийской дивизии, был послан на Румынский фронт. С начала Революции до разложения на фронте был председателем: Исполни[тельного] ком[итета] г. Сулин, дивизионного ком[итета] солдатского съезда в Измаиле, Исполн[ительного] ком[итета] Придунайского края в Измаиле и военно-революционного ком[итета]. С 1918 года Филонов продолжает в Петрограде исследовательскую работу. В 1919 г. им был продан ряд картин в отдел изо и принесены в дар Пролетариату через отдел Изо две картины: «Мать» и «Победитель города»[105]. Тогда же он делает предложение А. В. Луначарскому написать для Государства серию реалистических картин: этнографических, бытовых и революционных, но дело это не осуществилось. В [19]22—[19]23 гг. он принес в дар Пролетариату две картины «Формула периода 1905—[19]20 гг. или вселенский сдвиг через русскую революцию в Мировой расцвет»[106] и «Формула петроградского пролетариата»[107]. Они до [19]27 г. стояли лицом к стене в музее Революции. Сейчас первая из них в Русском музее. В 1922—[19]23 гг. была написана во второй, доразвитой, редакции «идеология аналитического искусства и принцип сделанности». Она не отпечатана, но расходится в рукописях. Тогда же была помещена в жур[нале] «Жизнь искусства» «декларация мирового расцвета» по линии революции в искусстве[108]. С [19]23—[19]25 гг. Филонов отклонил несколько предложений правления Академии художеств занять в ней место профессора, т. к. предложенная Филоновым программа преподавания и проект переорганизации живо[писного] фак[ультета] правлением не были приняты. За это время Филоновым был прочитан ряд докладов по идеологии Анал[итического] искусства], Революции в иск[усстве], пролетаризации иск[усства], Революции в педагогике изо, революции во всех взаимоотношениях в искусстве и реорганизации живоп[исного] и скульп[турного] факультетов Академии. В 1925 г. под педагогическое и идеологическое руководство Филонова стала группа учащихся изо, ныне известная как «коллектив мастеров анал[итического] искусства» (Школа Филонова). Эта группа сделала по заказу ленингр[адского] Дома печати в 1927 г. 22 картины и одну раскрашенную скульптуру (разрушена постановлением Главнауки и секции инженеров)[109]. Ею сделана для Дома печати постановка «Ревизор» и для клуба «Металлист» пьеса «Активист Гайкин»[110] по линии революции в театре. Эта группа имела 4 выставки своих работ[111] и общепризнана как наивысшая по мастерству из всех существующих обществ и группировок. На основе идеологии Аналитического искусства, создавшей к 1914 г. оппозицию всему европейскому искусству по идеологической и профессиональной линиям, через частичное или исковерканное заимствование ее положений возникло несколько течений от супрематизма до германского экспрессионизма, помимо ряда одиночек, на чье развитие она повлияла с [19]11—[19]14 г. или с [19]23 г. В 1923 г., после ревизии музея живописной культуры в Ленинграде, сделанной под председательством Филонова, ему было поручено конференцией, согласно принятому, после его доклада о ревизии, постановлению о реорганизации этого музея в институт исследования искусства, написать устав института. Написанный им устав стал уставом открывшегося, первого в Европе, института исследования искусства с действующим музеем[112]. С [19]23 г., будучи совершенно отрезанным от возможности преподавать и выступать в печати, под планомерно проводимую на него кампанию клеветы в печати и устно, Филонов ведет исследовательскую работу в развитие ранее данных им положений, куда относится «анализ программы преподавания скульп[турного] факультета Академии», «современная педагогика живописного] факультета» и т. д., редактируя ранее написанное для печати; «делает» картины и рисунки, ведет подпольную революционную работу в области изо, «делает» революцию в искусстве и во всех его взаимоотношениях; «делает» революцию в педагогике искусства, т. е. делает пролетаризацию творчества в разрезе всеобуча изо, политической грамоты и высшей школы изо в интернациональном масштабе его педагогики и профессионально-идеологической основы. Признавая педагогику изо решающим рычагом как изо, так и его пролетаризации, заказов Филонов не берет, за педагогику платы не берет. От двух предложений издать его монографию отказался. При переводе советских ученых на денежное обеспечение, Филонов был признан научным работником 3-его разряда… и получал 4 месяца соответствующую пенсию, но высшею инстанцией это постановление было аннулировано. На выставках участвовал с 1910 г. двенадцать раз, включая Берлинскую[113]. С [19]23 г. не выставляется. От участия на выставках Парижа, Америки, Дрездена, Венеции отказался. Текущим летом Русский музей[114] устраивает выставку его работ. Он имеет более 300 «сделанных» картин и рисунков, являющихся решающимся фактором в советском, в пролетарском и в мировом масштабе[115]. Картин он не продает — он решил подарить их Советскому государству, сделать выставку в городах Союза и в Европейских центрах и сделать из них отдельный музей аналит[ического] искусства.

вернуться

Ковтун Е. Ф. Павел Филонов: от веры к атеизму // Мѣра 1/94. СПб., 1994. С. 116.

вернуться

Образцом поистине «кощунственного» истолкования темы Тайной вечери можно считать рисунок на эту тему В. А. Сулимо-Самуйлло, представившего пьяную пирушку. Иное истолкование филоновской акварели дал в статье Г. Ю. Ершов. Он высказал мнение, что художник в рисунке выразил свое не слишком лестное отношение к обэриутам, а в образе щеголя с книгой в руках изобразил Д. И. Хармса. См.: Ершов Г. Филонов и обэриуты // Павел Филонов: Очевидец незримого. СПб., 2006. С. 55–68.

вернуться

См.: наст. изд., Покровский О. В. Тревогой и пламенем.

вернуться

См.: наст. изд. Покровский О. В. Тревогой и пламенем.

вернуться

В 1988 году в Ленинграде, а затем в Москве прошла первая наиболее полная выставка произведений Филонова в России.

вернуться

Experiment/Эксперимент. Т. 11 (2005). Лос-Анджелес. 2006.

вернуться

«Автобиография» датируется концом 1920-х. В «Дневниках» (запись от 30 июня 1931 года) П. Н. Филонов записал: «Тов. Вагнова (Правильно: П. И. Важнова. — Л.П.) возвратила мне мою биографию, данную ей мною в 1929 году для передачи в редакцию „Большой Советской] Энциклопедии“, по просьбе одного из ее редакторов» (Филонов П. Н. Дневники. СПб., 2000. С. 106–107). Автограф «Автобиографии», машинописная копия и черновые наброски хранятся в РГАЛИ. Ф. 2348. Оп. 1. Ед. хр. 22. Л. 1–12. Впервые текст автобиографии опубликован с сокращениями на английском языке в кн. Pavel Filonov: A Hero and His Fate. Translated, Edited and Annotated by Nicoletta Misler and John E. Bowlt. Austin, Texas. 1984. P. 117–123.

На русском, также с сокращениями, см.: Павел Николаевич Филонов: Живопись, графика из собрания Государственного Русского музея: Каталог. Л., 1988. С. 105–106. Полный текст: Филонов. Художник. Исследователь. Учитель. В 2 т. М., 2006. Т. 2. С. 73–79.

В настоящем издании воспроизводится основной текст и черновые фрагментарные наброски из фондов РГАЛИ. Знаки препинания и написание слов в основном соответствуют оригиналу.

вернуться

Корш Федор Адамович (1852–1923), антрепренер, драматург-переводчик. Окончил юридический факультет Московского университета (1874). Начал юридическую карьеру как адвокат, завершил председателем одного из округов Московской судебной палаты. Основал Русский драматический театр в Москве (1882), который продал в 1917 году.

Лентовский Михаил Валентинович (1843–1906), артист, театральный антрепренер. В 1878 г. организовал театр оперетты в Московском саду «Эрмитаж», создал большой хор, оркестр и балет. В 1882 открыл Фантастический театр (позже переименован в «Антей»), где ставились феерии. В 1885 открыл театр «Скоморох», просуществовавший до 1891 года. В конце жизни разорился.

В конце девятнадцатого века это были самые известные театры с обширным и разнообразным репертуаром. Так, в театре Корша впервые были поставлены пьесы Л. Н. Толстого «Плоды просвещения» (1894), «Власть тьмы» (1895) и А. П. Чехова «Иванов» (1887) и «Медведь» (1888). Наибольший кассовый успех им приносили «развлекательные жанры» — оперетта, разного рода феерии, которые с особым блеском ставил Лентовский.

Соколовский — владелец театра в Москве. Подробных сведений о личности и деятельности обнаружить не удалось.

вернуться

По мнению некоторых исследователей, опыт вышивки крестом, в процессе которой постепенно рождается орнамент, часто хранящий генетическую связь с древней традицией, позднее помог художнику в поисках нового пластического языка. Главный постулат аналитического метода гласил, что произведения должны были «развиваться» не из композиционного центра, как требовалось в академической живописи, а рождаться из любой точки, чаще всего от края полотна, постепенно заполняя его.

вернуться

П. Н. Филонов имеет в виду Художественно-ремесленные мастерские (ХРМ) при Школе для вольноприходящих Императорского общества поощрения художеств, открывшиеся в 1896 году в Демидовом переулке и просуществовавшие до 1923 года. См. также: наст. изд., Аникиева В. Н. Филонов.

вернуться

Дмитриев-Кавказский Лев Евграфович (1849–1916), рисовальщик, гравер, офортист. Академик гравирования. Владелец частной мастерской в Санкт-Петербурге по подготовке к поступлению в Академию (1895–1916). В разное время в ней занимались А. В. Куприн, Д. Н. Какабадзе, М. В. Добужинский. За время учебы П. Н. Филонова мастерская несколько раз меняла адрес. В 1899–1905 годы она находилась в доме B. Н. фон Дервиз на углу Среднего проспекта и 12-й линии Васильевского острова. С 1906 по 1907 год Л. Е. Дмитриев-Кавказский снимал ряд помещений в доме И. Л. Горемыкина на 1-й линии Васильевского острова. Добужинский оставил литературный портрет наставника: «[Дмитриев. — Л.П.] (по происхождению кубанский или терский казак и потому — Кавказский) был фигурой живописной: был лыс, горбонос и с курчавой бородой; иногда носил черкеску, был очень приветливый человек и всеми любим. Он был известен как офортист и изобразитель Кавказа и издал альбом рисунков своего путешествия в Малую Азию». (См .:Добужинский М. В. Мои воспоминания. М., 1987. C. 133). Начиная с 1897 года Л. Е. Дмитриев-Кавказский ежегодно получал от Академии художеств субсидии, сначала на возмещение расходов на обустройство мастерской, позднее — на поддержание расширяющихся масштабов ее деятельности. Учащихся в мастерской средним числом 71 в месяц (занятия с 1 сентября по 1 июня). Десять человек бесплатных, в их число попал и Филонов. Он занимался в мастерской Дмитриева-Кавказского с 1903 по 1908 год. После смерти руководителя архив мастерской был приобретен Г. М. Долухановым, в том числе и двадцать две работы Филонова, по преимуществу выполненные во время поездки в Иерусалим в мае 1905 года. См.: Халтурин Ю. А. Ранние этюды Павла Филонова: Воспитание «видящего» глаза// Experiment/Эксперимент. Т. 11 (2005). С. 56–71.

вернуться

П. Н. Филонов. «Головы». 1910. Картон, масло. 28,5 × 47,5. ГРМ.

вернуться

В январе 1914 года Филонов предпринял попытку создать объединение, исповедующее идеи «аналитического искусства». В марте того же года вышел манифест «Интимная мастерская живописцев и рисовальщиков „Сделанные картины“», подписанный П. Н. Филоновым, А. М. Кирилловой, Д. Н. Какабадзе, Э. А. Лассон-Спировой, Е. И. Псковитиновым. Ведущая роль Филонова в объединения подтверждается и тем, что на обложке манифеста был помещен «Пир королей».

вернуться

В начале декабря в Санкт-Петербурге состоялись спектакли «Первого в мире футуристического театра», организованные участниками объединений «Союз молодежи» и «Гилея». В программу входили: опера «Победа над солнцем», либретто А. Е. Крученых, музыка М. В. Матюшина, оформление К. С. Малевича; трагедия «Владимир Маяковский», где художниками были П. Н. Филонов и И. С. Школьник. Для спектаклей удалось снять театр на Офицерской улице (театр Неметти, театр Луна-парка, иногда — театр Луна-парк). Подробнее см.: наст. изд., Томашевский К. Владимир Маяковский.

вернуться

Поэма Филонова «Пропевень о проросли мировой» вышла в издательстве М. В. Матюшина «Журавль» в 1915 году. Подробнее см.: наст. изд., Глебова Е. Н. Воспоминания о брате.

вернуться

Картинами Филонов называл не только произведения, исполненные маслом, но и рисунки и акварели, как в данном случае. «Победитель города». 1914–1915. Картон, акварель, чернила коричневые, тушь, перо, кисть, графитный карандаш. 42,1 × 34,2. ГРМ; «Мать». 1916. Бумага, акварель, чернила коричневые, тушь, перо, кисть, графитный карандаш. 50,7 × 52, ГРМ.

вернуться

П. Н. Филонов. «Формула периода 1904 по июль 1922 (Вселенский сдвиг через Русскую революцию в мировой расцвет». 1920–1922. Холст, масло. 186 × 186. ГРМ.

вернуться

П. Н. Филонов. «Формула петроградского пролетариата». 1920–1921. Холст, масло. 154 × 117. ГРМ.

вернуться

Филонов П. Н. Декларация «Мирового расцвета» // Жизнь искусства. 1923. № 20. С. 16–18.

вернуться

Речь идет скульптурном рельефе, выполненном И. И. Суворовым и С. Л. Рабиновичем для выставки в Доме печати. Оно известно под несколькими названиями: «Борьба труда и капитала», «Октябрь», «Свержение буржуазии», «Рабочий и буржуй». По словам Е. А. Серебряковой, в доработке рельефа принимал участие и Филонов. «Пошли в Дом печати. За эти 12 дней (была там 25 февраля) работа сильно продвинулась почти у всех. Когда я увидела раскрашенную голову рабочего статуи „Октябрь“, лицо было розовато-красное, а волосы зеленые. … П[авла] Н[иколаевича] я спросила: „Такой голова останется?“ Он ничего не ответил. На днях он за нее взялся, и сегодня я ее не узнала. Прекрасное лицо, полное мощи и глубокого смысла». См.: Серебрякова Е. А. Дневник // ОР ГРМ, Ф. Ед. хр. 37. Л. 25 об., 26. Уже в конце 1927— начале 1928 гг. ряд помещений Дома печати был передан Межсоюзному клубу инженеров, которые сочли неуместным присутствие скульптуры в интерьере и варварски разобрали, точнее, разбили ее, невзирая на протесты Филонова и его обращения в различные инстанции.

вернуться

Подробнее см.: наст. изд., Критика. Гросс В. Н. Филонов в театре.

вернуться

Состоялись следующие выставки коллектива МАИ: трехдневная выставка работ группы Филонова во Вхутеине (Академия художеств), 1925; «Выставка мастеров аналитического искусства. Школа Филонова», Дом печати, 1927; «Современные ленинградские художественные группировки», Московско-Нарвский дом культуры, 1928; Первая общегородская выставка изобразительного искусства, Академия художеств, 1930. На выставке «Художники РСФСР за XV лет» (1932, Ленинград, ГРМ), кроме работ Филонова экспонировались и произведения его учеников: Т. Н. Глебовой, М. П. Цыбасова, А. И. Порет.

вернуться

Речь идет о Государственном институте художественной культуры (Гинхуке). Его созданию предшествовало открытие в Петрограде Музея художественной культуры (МХК). Заседание Комиссии по его организации, в которую входили Н. И. Альтман, А. Е. Карев и А. Т. Матвеев, состоялось 5 декабря 1918 годов. В феврале 1919 года в Зимнем дворце прошла музейная конференция, утвердившая организацию МХК. Был выработан список художников, чьи произведения следовало приобрести для музея. В него вошли не только мастера, связанные с авангардистскими объединениями, но и члены «Голубой розы», «Мира искусства» и др. Музею был отведен особняк Мятлева на Исаакиевской площади, д. 9. Открытие отдела живописи МХК состоялось 3 апреля 1921 года. Несколько позже в Музее были открыты отделы рисунка, иконы и художественной промышленности. С 1922 года в МХК началась систематическая исследовательская работа. В 1923 году П. Н. Филонов вошел в состав комиссии по ревизии работы музея, а 9 июня того же года выступил на музейной конференции с докладом, в котором от «группы левых художников» внес предложение о преобразовании МХК в «Институт исследования культуры современного искусства». На заседании комиссии в сентябре 1923 принято решение организовать при МХК исследовательские отделы: материальной культуры (возглавил В. Е. Татлин), формально-теоретический отдел (во главе с К. С. Малевичем). М. В. Матюшин возглавил отдел органической культуры, а П. А. Мансуров — экспериментальный отдел. Малевич назначен директором МХК. Филонов стал руководителем отдела общей идеологии, но пробыл на этом посту лишь до декабря 1923 года, когда его сменил Н. Н. Пунин. По воспоминаниям Мансурова, «на первой вступительной выставке вместе со всеми он выставил в предоставленном ему зале много своих вещей. Без всяких особых деклараций. И больше того числился, а участия ни в работе, ни в выставках не принимал» Цит. по изд.: Павел Мансуров. Петроградский авангард. СПб., 1995. С. 16. В конце того же 1923 года отдел общей идеологии перешел к Н. Н. Пунину. В 1924 году Музей художественной культуры преобразован в Институт художественной культуры (Инхук). В 1925 году Институт был утвержден Совнаркомом и получил название — Государственный институт художественной культуры (Гинхук, под этим названием институт и вошел в историю искусств, в отличие от московского Инхука). Малевич писал: «В настоящее время музей художественной культуры приступил к деятельности… Что исследуется? Художественная культура. Противопоставляя научный подход и метод основам „вкусовым“, нравится — не нравится, — мы все выходим к новой проблеме, где старое понятие художник исчезает, на его месте появляется ученый-художник». См.: Малевич К. С. Записная книжка. Цит. по сб. Проблемы истории советской архитектуры. № 4. М., 1978. С. 26. В феврале 1926 года Малевич был снят с поста директора Гинхука, в декабре того же года Гинхук закрыт.

вернуться

Речь идет о Первой русской художественной выставке, организованной в галерее Ван Димена, в Берлине осенью 1922 года.

вернуться

В ноябре 1927 года работы П. Н. Филонова экспонировались в ГРМ на Выставке новейших течений в искусстве, открытой к 10-летию Октябрьской революции. В 1929 году состоялось событие, которое первоначально Филонов воспринял как долгожданное признание его заслуг — Русский музей предложил устроить персональную, по возможности полную, выставку его произведений. Как можно предположить, существовала долгосрочная программа музея по проведению цикла персональных выставок ведущих современных художников. Так, весной 1927 года В. В. Воинов писал: «открылась выставка А. Е. Карева, являющаяся первою в серии выставок, имеющих целью осветить проблемы живописи, разрешаемые представителями новых течений. Нельзя не приветствовать этого начинания, которое может сильно помочь массовому зрителю разобраться в тех сложных явлениях, которые, как всякий новый факт, не укладывающийся в рамки, вызывает, частью, непонимание и насмешки, а частию, полное к себе равнодушие. А, между тем, рассматривая в целом то буйное и, подчас, раздражающее буржуазные вкусы движение новейшей живописи, мы видим, что, несмотря на все препоны, равнодушие и даже враждебность, художники упорно продолжают свои работы в поисках новых форм, новых средств выражения, которые помогли бы современному искусству выйти из того тупика, к которому логически привел ход развития буржуазного искусства». См.: Воинов В. В. А. Е. Карев // Красная панорама. 1927. № 15. 7 апреля. С. 15.

вернуться

Кураторами выставки П. Н. Филонова в ГРМ стали Н. Н. Пунин и его ассистент В. Н. Аникиева. Музей решил не ограничиваться работами, которые Филонов хранил у себя для будущего «музея аналитического искусства». Его сотрудники обратились с просьбами о предоставлении работ мастера к тем его друзьям, кому он когда-то дарил свои произведения. Из-за «разного рода затруднений» открытие выставки было перенесено с весны 1929 на осень того же года, затем вновь отодвинуто. За это время изменилась ситуация: музейная конференция, проходившая в 1929 году, в своих решениях сузила функции музеев до задач политического просвещения. И, как следствие, изменилось отношение руководства музея к идее организации персональных выставок художников «левых» направлений, и соответственно — к выставке Филонова. Прежде всего был подвергнут переработке каталог: из него была изъята доброжелательная по отношению к творчеству Филонова статья В. Н. Аникиевой (см.: наст. изд.). Ее заменили статьей С. К. Исакова, на которого возложили задачу дать «четко выдержанную политическую оценку», и тот, не отрицая, что Филонов — большой художник, попытался весьма красноречиво доказать, что искусство его больное и массам не нужное (см.: наст. изд.). В подтверждение этого тезиса руководство музея устроило закрытые просмотры, на которые приглашались рабочие. Первый просмотр состоялся 30 декабря 1929 г. В январе 1930 года ленинградская «Красная газета» статьей В. Н. Гросса «Рабочая общественность на фронте ИЗО (Быть ли Филоновской выставке?!)» открыла полемику, в которую включились многие (см.: наст. изд., «Критика»). 7 октября 1930 художник получил из музея письмо: «Многоуважаемый Павел Николаевич. Государственный Русский музей настоящим извещает, что выставка Ваших картин музеем не может быть открыта, и просит Вас прийти для переговоров о свертывании выставки». 9 октября 1930 года в Русский музей на бланке Управления уполномоченного Наркомпроса поступило предписание: «На основании распоряжения зав. сектором вузов и научных] учреждений] предлагается вам намеченную к открытию выставку худ. Филонова не открывать для обозрения, а свернуть» (см.: Материалы об устройстве выставок в 1929 г. // ГРМ (BA). Оп. 6. Ед. хр. 771). В ноябре в защиту выставки Филонова подал голос И. И. Бродский (см.: наст. изд. «Критика». Бродский И. И. Открытое письмо). 16 декабря под рубрикой «За показ творчества Филонова» были напечатаны пять коллективных писем, подписанных В. А. Мешковым, Н. Э. Радловым, Н. П. Акимовым, В. В. Дмитриевым, коллективом МАИ. Там же была помещена заметка «Выставка не была „спрятана“», в которой инспектор по музеям Зайцев и инспектор изосектора искусств облоно Рабинович Л. С. писали, что выставка работ Филонова «не была разрешена к открытию инспектором музеев с ведома и согласия облоно. …Нужно, чтобы художник если не темой, то, во всяком случае, своим подходом к вещам и явлениям приближался к пролетарскому мировоззрению и мироощущению. Есть ли это у Филонова? По нашему мнению, нет…» (см.: Зайцев, Рабинович Л. С. Выставка не была «спрятана»// Красная газета, веч. вып. 1930. 16 декабря).

26 декабря в ГРМ был устроен еще один просмотр выставки, на сей раз без приглашения «пролетариата». Невзирая на то, что большинство присутствующих высказались за открытие выставки, «президиум объявил, что выставка открыта не будет. Единственный деловой довод отвода — музей не будет делать персональных выставок, а только групповые» (см.: Филонов П. Н. Дневники. С. 476). Последней точкой в затянувшемся споре стала статья критика Н. Богораза (псевд. В. Г. Тан-Богораза) с выразительным заголовком: «На фронте искусств. Классовая сущность филоновщины» (Красная газета, веч. вып. 1931.9 января).

Аналитический взгляд – Коммерсантъ Екатеринбург

Павел Филонов — один из самых загадочных художников ХХ века. Настоящий пролетарий в искусстве — и по своему происхождению, и по любимым темам, — «певец городского страдания», он грезил о прекрасном завтра, облекая свои грезы в образы «мирового расцвета».

Однако его кристаллически искрящиеся видения, поражающие своей очевидной, но невероятной предметностью, воплотили на деле не идеальное будущее, а российскую до- и послереволюционную историю, явленную во всем своем «страхе и трепете». Картины и графика Филонова погружены в жизнь и в то же время столь же апокалиптически запредельны, как и стихи конгениального ему Даниила Хармса. При жизни Павел Филонов не был признан ценителями искусства, он был забыт после смерти и получил признание через десятки лет после нее. Глобальность замысла художника выдают и огромные размеры его главных исторических полотен, и их сложные названия: например, «Формула русской революции» имеет подзаголовок «Вселенский сдвиг от русской революции во всемирный расцвет». Вообще, Филонов создал много живописных формул: это и несколько «Формул весны», «Формула вселенной», «Формула империализма», «Формула петроградского пролетариата» и так далее. Для этих сложных метафор Филонов выработал свой особый, аналитический метод живописи. Сам он говорил, что сюжет картины должен прорастать в ней как цветок: фигуры, предметы в его полотнах как будто складываются из мельчайших цветных кристаллов.

Филонов выработал новый тип портрета: его интересовали не внешность и даже не личность человека, а то, что происходит под кожей, он пытается изобразить внутреннюю жизнь организма.

Свое искусство сам художник называл аналитическим, выступая против кубизма и канона, который не дает возможности для творчества. «Принцип сделанности» — одно из главных положений аналитического метода: организм художественного произведения должен расти, как растет все живое в природе. «Хрестоматийные изображения» — дома, деревья, животные, люди — почти исчезают из работ художника или видоизменяются, свободно фрагментируются, возникают в неожиданных и сложных сочетаниях, рождаясь из свободной «чистой формы». Филонов говорит о «глазе видящем» и «глазе знающем». Первый — следит за цветом и формой, а второй — на основе интуиции и анализа помогает проникнуть в суть вещей, увидеть и изобразить формой изобретаемой невидимые процессы, внутреннюю жизнь растений, человека, пространства.

На выставке в Музее изобразительного искусства в Екатеринбурге представлено 39 работ. В графике еще очевидней необычайная тщательность, с которой работал художник. В маленьких рисунках вязь линий становится тоньше, мозаика из цветных кристаллов — еще красочнее. В графике Филонова можно увидеть все его основные темы и образы: крестьян и животных, матерей и детей, влюбленные пары, жутковатые головы, городские и сельские пейзажи, абстрактные композиции.

Музей изобразительного искусства / до 1 ноября

Маша Дубровская

Несгибаемый характер

Жизнь русского художника Павла Филонова (1883—1941) аскетична до предела и похожа на житие. Годы лишений и постоянная нужда выработали у него фантастическое трудолюбие и несгибаемый характер.

Его устраивал спартанский образ жизни: постель без матраца, чтобы «не проспать лишнего», чёрный хлеб и чай, разбавленный клюквенным соком.

«И ничего, живу, здоров, даже румяный… Обошёл всю Европу пешком; зарабатывал как чернорабочий… Там тоже хлебом кормили… Был и в Иерусалиме, тоже голодал, спал на церковной паперти…»

Эта суровая закалка пригодилась Филонову в 1930-е годы, когда его работы «оказались вне закона», а приспосабливаться он не умел. Пришлось голодать, о чём в дневнике появлялись похожие записи: «купил кило хлеба», «полкило хлеба», «без чая и махорки трудно».

Бескомпромиссность, неистовость, революционность видны и в названиях его картин: «Формула петроградского пролетариата», «Формула комсомольца», «Формула империализма», «Вселенский сдвиг через русскую революцию». А рядом — «Формула весны». В ней передано необычное восприятие наступившей весны: не конкретный мотив весеннего утра или дня, а создана живописная композиция, где цвета, переплетения и переходы одной краски в другую должны создать у зрителя ощущение долгожданного прихода весны.

Художник принадлежал к той категории творцов (В. Кандинский, К. Малевич, В. Татлин), которых поэт Велимир Хлебников назвал «боевым отрядом изобретателей», противопоставив их «приобретателям». Но, пожалуй, самую трудную жизнь прожил «чудак от искусства», отшельник Филонов.

Родился он в 1883 году в Москве, в самой что ни есть пролетарской семье: отец кучер, мать прачка. В 1897 году переезд в Петербург. Павел учился в малярно-живописных мастерских, в частной мастерской академика Л.Е. Дмитриева-Кавказского, был вольнослушателем Высшего художественного училища при Академии художеств. Систему академического образования отверг, ушёл из училища и начал самостоятельный творческий путь. Служил в 1916-1918 годах в действующей армии на Румынском фронте. Вернулся в Петроград. Работал над проектом реорганизации живописного и скульптурного отделений Академии художеств. В 1925 году создал коллектив Мастеров аналитического искусства.

Когда он в начале 30-х годов создал свой раздел на выставке «Художники РСФСР за XV лет», мир «гулко и кряжисто ахнул», но славы и признания не было: персональная выставка так и не была открыта. Неодолимая волна официального негодования, неодобрения и осуждения поднялась так высоко, что на несколько десятков лет закрыла напрочь всякое упоминание имени Филонова, его школы, его аналитического искусства. Публиковать репродукции его работ в печати, книгах и альбомах, рассказывать о нём самом и его творчестве было негласно запрещено: его фанатизм, убеждённость в правде своего искусства были не поняты и не приняты.

Умер Павел Филонов в блокадном Ленинграде, выполняя свой долг — дежурил у знаменитого дома литераторов на Карповке, 19. Рассказывают, что за несколько дней до смерти шёл он вместе с писательницей Ольгой Матюшиной, в которую был влюблён в молодости. Город тогда бомбили, а они говорили о цветах. Ольга Николаевна восхищалась мальвами. «А мои любимые цветы,— отвечал ей Павел Николаевич,— одуванчики. В них столько весны, солнца, что они, кажется, светятся изнутри…»

Подобными легендами и при жизни и после смерти овеяно имя художника. Около сорока лет длилось официальное замалчивание, вот и рождались легенды, передаваемые из уст в уста. А его работы хранились в запасниках Русского музея, куда смогла перенести их в блокадную зиму 1941 года сестра Павла Филонова, Екатерина Глебова, выполнив волю брата, который завещал свои картины государству.

В 1988 году в Государственном Русском музее была организована первая персональная выставка художника — так из долгих лет забвения пришло к нам искусство Филонова. Все запреты отпали, о нём заговорили повсеместно. Знатоки и учёные стали изучать принципы знаменитого «аналитического искусства» и метод «сделанной картины» художника и его последователей.

На редких сохранившихся фотографиях мы видим Павла Николаевича высоким, худощавым, со строгим выражением лица. Ни в одежде, ни в самом его облике нет ничего от распространённого представления о том, как выглядят художники-футуристы, с которыми он начинал свой путь.

Филонов окончательно сложился как художник в 1914-1915 годах, и всё его дальнейшее творчество будет выражением уже раз и навсегда найденных приёмов и передачей этих открытий своим ученикам.

Свой творческий метод Филонов назвал «аналитическим», а себя — «мастером аналитического искусства». Он критически относился к кубизму и футуризму: «Что могли бы мы взять у кубофутуризма, пришедшего в тупик от своих механических и геометрических оснований? Вот сущность кубофутуризма: чисто геометрическое изображение объёма и движения вещей во времени, а следовательно и в пространстве, механических признаков движения предметов, то есть механических признаков жизни, а не органически создающей движение жизни, пронизывающей, видоизменяющей и сказывающейся такой в любой момент покоя или движения».

Время от времени, по просьбе сестры или под влиянием каких-либо иных обстоятельств, он будет писать реалистические портреты, демонстрируя академическую выучку, желая доставить радость своим родным и друзьям. Но не эти работы определяют художественную индивидуальность мастера, его неповторимый творческий облик.

Крестьянская семья. Весна. Формула вечности

Картину «Крестьянская семья» (сначала она называлась «Святое семейство») он написал ещё до революции — в 1914 году. В крестьянской семье, накрепко слитой с природой, видел он чистоту и гармонию. Люди и звери добры и счастливы. В картине много света и цвета… И цветов.

Творческий отклик Филонова на такие события, как война и революция, был глубоким, вдохновенным и ни на кого не похожим. Например, картина «Германская война». Большое красочное полотно сверкает тонкими сочетаниями красок. Почему Филонов назвал её «Германская война»? Ничего конкретного, напоминающего войну, в ней нет. Есть какие-то космические колебания материи во Вселенной с проблесками очертаний человеческих лиц или частей фигур. В отличие от предшественников Филонов поставил задачу написать не сражение, не эпизод, не героев, а дать картину всей войны, как он её понимал: горькие переживания об убитых и раненых, размышления о бессмысленном уничтожении людьми друг друга.

Большой холст «Пир королей» по общему колориту сходен с полотном «Германская война»: та же тёмная цветовая гамма с вкраплениями ярких синих, красных и жёлтых красок. Но если здесь различимы реальные, видимые зрителю фигуры, то «Германской войне» уже цельных образов нет. Есть с трудом различимые части человеческих фигур, словно намёки на очертания лица, рук, ног. «Пир королей» полон метафор. А «Германская война» в целом является символом войны.

Гражданская война. Пир королей

«Пир королей» вызывает жуткое впечатление обрисовкой фигур — полутрупов, полускелетов, чудовищ, высасывающих плоть и кровь из всего живого в мире. «Германская война» такой подтекста не содержит, передавая образ расколотого и раздробленного на мелкие частицы реального мира.

Видимый мир состоит из невидимых элементов: молекул, атомов, частиц, различных энергетических полей и движений. Художник настраивается на определённую тему и наносит краски на холст, пытаясь мельчайшими мазками кисти передать внутреннюю сущность органического и неорганического мира. Филонов писал маленькими кисточками и начинал работу там, где подсказывала ему его интуиция и душевный настрой, в любом месте холста или бумаги. К уже написанному квадратному сантиметру изображения он возвращался бесчисленное количество раз, чтобы выразить самую сущность того или иного явления и довести его до совершенства.

В своей автобиографии, написанной в 1929 году, он признавался, что, не имея возможности преподавать и выступать в печати, «делает» картины и рисунки, ведёт «подпольную революционную работу в области ИЗО», заказов не берёт, за педагогику платы не просит. На выставках участвовал с 1910 года двенадцать раз, включая Берлинскую. С 1923 года не выставлялся. От участия на выставках Парижа, Америки, Дрездена, Венеции отказался. А между тем имеет более 3000 картин и рисунков.

Официальное искусство, основываясь на принципах соцреализма, сделало его творчество примером того, как «не надо писать картины». С насмешкой и издёвкой его стали называть «пророком», «апостолом». В середине 30-х годов было опасно числиться его учеником или поддерживать с ним контакты.

Суровое и беспощадное отношение власти к нему, как к художнику, вероятно, по-своему влияло на характер его живописных и графических работ: появлялись мрачные очертания улиц и площадей фантастических городов, чудовищные образы людей и зверей. Кто знает, сохранился бы этот самобытный и неповторимый мастер, если бы его приманили официальными заказами, стабильными заработками и благосклонной критикой?!

Павел Николаевич Филонов имел почти такую же драматическую судьбу, как Ван Гог и Модильяни, но признание к нему пришло позднее, чем к ним.

 

Литература

1. Картины П. Филонова в Виртуальном Русском музее / http://rusmuseumvrm.ru/reference/classifier/author/filonov_pavel_nikolaevich/index.php

2. Лебедянский М. Павел Филонов / Юный художник. — 1997. — №2.

3. Павел Филонов: реальность и мифы / Сост. Правоверова Л.Л. — М.: Аграф, 2008.

4. Филонов П. Дневник / Сост. Ковтун Е.Ф. — СПб.: Азбука, 2000.

5. Яблочкин К. Голодная смерть ради искусства: подвиг художника Филонова /http://www.aif.ru/culture/person/golodnaya_smert_radi_iskusstva_podvig_hudozhnika_filonova

Формула Петроградского пролетариата. Автор Филонов, Павел Николаевич (1883-1941) Государственный Русский музей, Санкт-Петербург 1920-1921 Бумага, масло 154×117 Россия Русский авангард Мифология, аллегория и литература Живопись Стоковое Фото 4266-24645: Superstock

Superstock предлагает миллионы фотографий, видео и стоковых ресурсов для креативщиков со всего мира.Это изображение Формула петроградского пролетариата. Автор Филонов, Павел Николаевич (1883-1941) Государственный Русский музей, Санкт-Петербург 1920-1921 Бумага, масло 154×117 Россия Русский авангард Мифология, аллегория и литература Живопись А. Burkatovski / Fine Art Images доступна для лицензирования сегодня.

Детали

Номер изображения: 4266-24645
Права управляемого
Кредит: A.Burkatovski / Fine Art Images
Разрешение модели:
Разрешение собственности:
Детали: 3596 x 5086px | 11,99 x 16,95 дюйма | 54,87 МБ | 300 точек на дюйм


ЛИЦЕНЗИРОВАНИЕ EASY RM

250 долларов США

Издательское дело / образование

400

Прямой маркетинг — внутреннее использование

$ 1600

Продлить лицензию

Для индивидуальных тарифных планов со скидкой, без водяных знаков или пакетов изображений для частных лиц или корпораций нажмите кнопку
НУЖНЫ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ОПЦИИ ниже.


В поисках материалов для подписки посетите наш дочерний сайт PURESTOCK .

Добавить в корзину Нужны дополнительные параметры?

×

Свяжитесь с нами

Мы здесь, чтобы помочь! Свяжитесь с нами, если вам нужны более гибкие варианты лицензирования.

Позвоните нам по телефону 866-236-0087
. Представители доступны с 9:00 до 18:00 EST.



Ключевые слова

Пожалуйста, свяжитесь с

Продажи и исследования SuperStock
Эл. Почта: [email protected]
Телефон: 1-866-236-0087
Великобритания / ЕС: +44 (0) 20 7036 1800


Павел Филонов Галерея «Формула петроградского пролетариата» Печать на холсте с оберткой — Современный — Гравюры и плакаты — Art MegaMart

  1. Вся продукция
  2. Домашний декор
  3. Декор стен
  4. Принты и плакаты
  • Описание продукта
  • Продукт Технические характеристики
  • Отгрузка и возврат
21 «x 28» Павел Филонов «Формула Петроградского пролетариата» в обертке холст премиум-класса, воспроизведенный в соответствии с музейными стандартами качества.Отпечатки на холсте музейного качества производятся с использованием высокоточной технологии печати для более точного воспроизведения, напечатанного на высококачественном холсте устойчивыми к выцветанию архивными чернилами. Наша прогрессивная бизнес-модель позволяет нам предлагать вам произведения искусства по лучшим оптовым ценам, значительно меньшим, чем цены в художественных галереях, и доступные для всех. Это произведение искусства — галерея, обернутая одним из наших опытных мастеров по оформлению, обернутая тяжелыми деревянными подрамниками глубиной 1,5 дюйма, которые можно повесить без рамы для создания высококлассного дизайнерского вида.Наша галерея, обернутая холстом, поставляется с оборудованием, готовым повесить на стену. Мы представляем обширную коллекцию исключительных репродукций картин Павла Филонова.
Этот продукт был описан как:
  • холст настенная живопись домашний декор живопись абстракция

В Houzz мы хотим, чтобы вы с уверенностью покупали Art MegaMart Павел Филонов Формула Петроградской галереи пролетариата. Вы можете прочитать реальные отзывы покупателей об этом или любом другом продукте и даже задать вопросы и получить ответы от нас или прямо от бренда.Покупая у нас Art MegaMart Павла Филонова «Формула петроградского пролетариата» Печать на обернутом холсте или любой товарный продукт онлайн, вы становитесь частью семьи Houzz и можете рассчитывать на безупречное обслуживание клиентов на каждом этапе пути. Если у вас есть вопросы об Art MegaMart или любом другом продукте для продажи, наша служба поддержки клиентов готова помочь.

page_type: page_view_productproduct_topic: topic_921product_price: price_level_2

Бунтари и реалисты: искусство выживания в послереволюционной России | Искусство и дизайн

Государственный Русский музей — одно из тех роскошных зданий Санкт-Петербурга, которые пережили немало истории благодаря своему элегантно пропорциональному фасаду.Он был построен в 1825 году как дворец великого князя Михаила Павловича, а после его смерти прославился театральными представлениями и пышными балами, которые устраивала его жена.

С 1895 года в нем представлена ​​великолепная коллекция произведений искусства, а в 1932 году здесь прошла одна из самых значительных выставок в истории русского искусства, когда нарком музея критик Николай Пунин поставил художников Российской Федерации за пятнадцать лет. Годы . На выставку, где в 100 залах размещено более 3000 работ, можно было попасть по лестнице, увешанной красными флагами и советскими знаменами.Благодаря своему достаточно откровенному названию, он точно отражал развитие искусства в России после русской революции. Как оказалось, он также стал последним славным праздником авангарда перед тем, как требование Сталина о социалистическом реализме, объявленное диктатом всего два года спустя, подавило радикальное мышление, и многие мужчины и женщины, которые его поддерживали, подверглись преследованиям.

Даже в тот момент для Пунина было смелым поступком предоставить Казимиру Малевичу собственную комнату, в которой он мог бы выставить один вариант своего знаменитого Black Square , работы, которая, как он утверждал, знаменовала собой «нулевую точку». Изобразительное искусство».Присутствие работ Малевича свидетельствует о стремлении Пунина представить правдивую историю, а не подчиняться настроению времени. Эта комната будет воссоздана на новой выставке Revolution: Russian Art 1917-1932 , которая откроется в Королевской академии 11 февраля, и на которой выставка Пунина станет отправной точкой для серьезного обзора запутанной истории изобразительного искусства в пост- революционные годы.

Крестьяне Казимира Малевича (1930). Фотография: © 2016, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург,

Когда большевики пришли к власти в октябре 1917 года, многие художники присоединились к их делу, заняв официальные должности от имени нового правительства и поставив свои таланты на службу режиму, который обещал славное будущее.На короткое время казалось возможным, что революционный идеализм и авангардное мышление могут объединиться и создать искусство будущего.

«То, что происходило в то время, было невероятным, — писал композитор Артур Лурье. «Впервые нам, юным мечтателям, сказали, что мы можем осуществить наши мечты, и никакая политика не будет мешать нашему чистому искусству, ради чего мы без колебаний присоединились к революции». До 1922 года он был музыкальным руководителем Народного комиссариата просвещения.Затем он отправился с официальным визитом в Берлин — и не вернулся.

Голубой герб Василия Кандинского (1917). Фотография: © 2016, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Другие художники также нашли прибежище за границей. В новом большевистском государстве авангард должен был бы развивать свое видение без Кандинского и Шагала, которые оба быстро осознали, что революция не только не поощряла ее, но и угрожала свободе творчества. Малевич был вынужден придать лица своим безликим фигурам; Его великий соперник Владимир Татлин, спроектировавший The Monument to III International, знаменитую башню, которая так и не была построена, учил добродетелям конструктивизма.Его последняя крупная работа — летательный аппарат с двигателями человека, который сейчас висит на стенах Государственного музея, как большая металлическая птица, — была создана в 1932 году. После этого, когда на подъеме социалистического реализма, он нашел прибежище в натюрмортах. цветы.

Другие менее известные фигуры, которых сокуратор Наталья Мюррей включила в выставку Королевской академии, постигла гораздо худшая судьба. Павел Филонов был сыном таксиста, героем войны и человеком, убежденным, что революция приведет к пониманию его искусства.Пунин предоставил ему место на выставке 1932 года для демонстрации таких работ, как головокружительная «Формула Петроградского пролетариата », огромный холст, покрытый крошечными переутомленными лицами. Рабочим, увидевшим картину, она понравилась, но его работа внезапно вышла из моды, и картина больше никогда не выставлялась. Филонов одержимо рисовал, ничего не продавая и живя на пенсию жены перед тем, как умереть от голода во время блокады Ленинграда в 1941 году.

Формула Петроградского пролетариата Павла Филонова (1920–21).Фотография: Государственный Русский музей, Санкт-Петербург,

Октябрьская лестница Зимнего дворца, где сейчас располагается Эрмитаж, выглядит скромно по сравнению с белыми завитками и широкими изгибами главного входа. Но, глядя на это свысока, чувствуешь себя близким к истории. Это была лестница, по которой большевики штурмовали дворец 25 октября 1917 года, чтобы свергнуть временное правительство, созданное первой революцией в феврале того же года, свергнувшей царя Николая II.

На самом деле изображения благородных рабочих, втекающих во дворец, больше обязаны пропагандистскому немому фильму Сергея Эйзенштейна 1928 года, Октябрь: десять дней, которые потрясли мир, , чем реальности — съемка нанесла зданию больше ущерба, чем произошел бескровный переворот. Но как только Ленин пришел к власти, искусство стало оружием контроля. Как он заявил: «Мы совершенно откровенно говорим об этой борьбе пролетариата: каждый человек должен выбирать между присоединением к нашей или другой стороне.Любая попытка избежать чьей-либо стороны в этом вопросе должна закончиться фиаско ».

Если бы не художники, все было бы так ясно. Современный филиал Государственной Третьяковской галереи в Москве — яркое здание 1970-х годов, полное возбужденных детей и суеты, — дает представление о разнообразии. Пройдите по комнатам, посвященным русскому искусству, и вы увидите потрясающую смесь эксперимента и мысли. Количество авангардных движений почти исчерпывает себя: белые пространства супрематистов, гоняющихся за абстрактным; группа «Бубновый валет» под влиянием Сезанна, преследующая настоящее; большие розовые и зеленые мазки Аристарха Лентулова и кубофутуристов.Это похоже на то, как смотреть в зеркало в альтернативную историю искусства, которая напоминает, но не повторяет временную шкалу, к которой мы привыкли на западе.

Многие из этих картин поступают в Королевскую академию, в том числе работы Кузьмы Петрова-Водкина. Его отец был сапожником (фамилия произошла от профессии деда — изготовителя водки), и на его стиль повлиял его первый учитель рисования, иконописец. Петров-Водкин разработал систему использования всего трех цветов и создания линии перспективы, которая показывала кривую Земли.Он был важным учителем и в 1932 году стал первым президентом Ленинградского Союза художников.

Петроградская Мадонна Кузьмы Петрова-Водкина (1920). Фотография: Государственная Третьяковская галерея.

Петров-Водкин принял принципы революции, но он был по сути религиозным человеком, который видел в ней своего рода ад, который необходимо пережить, прежде чем возникнет лучшая жизнь. Напряжение в его убеждениях проявляется в поразительной картине под названием Петроградская мадонна , в которой мать качает своего ребенка, обращая на нас свой многострадальный взгляд, как будто не желая отдать своего ребенка будущему страны и страданиям мира. .

Для художников, особенно после того, как улеглись первые пять лет послереволюционного рвения, правда никогда не была чистой и простой; неудивительно, что Сталин предпочитал улыбающуюся уверенность трактористок и монолитных рабочих. Климент Редько в своем произведении «Восстание » 1925 года одновременно освящает недавно умершего Ленина и предполагает, что тюрьма вот-вот накроет Россию. Сталин входит в число возможных преемников, немного уступая Троцкому. Это может показаться картиной восхваления, но смысл ее неоднозначен.

Возможно, поэтому, когда начались сталинские чистки, его сняли со стен и спрятали за шкафом до 1927 года, а затем спрятали в подвале, где он оставался до 1970-х годов. Многие из картин, которые сейчас находятся на стенах Государственного Третьякова — сохранившиеся и подаренные государству коллекционером Георгием Костаки, — не могли быть выставлены и были спрятаны в подвалах. Одно панно конструктивиста было использовано в качестве оконной ставни. В опасные времена любое искусство, которое не соответствовало линии партии, искусство, которое ставило под сомнение, а не пропагандистское, было скрыто из поля зрения.

Некоторые картины до сих пор считаются сложными. Куратор открывает огромную металлическую раму и открывает еще одну картину Петрова-Водкина — Ленин в гробу, , 1924 года. Художник был одним из немногих, кому разрешили рисовать на его похоронах, но портрет редко видели. Его ясный взгляд на мертвого человека, лежащего на красной подушке, с закрытыми глазами и восковой кожей, противоречил утверждавшимся после смерти Ленина убеждениям, что он может вернуться к жизни, воскреснув как спаситель последних дней.По сей день его тело в мавзолее на Красной площади в Москве остается гибким, а его кожа на всякий случай находится в хорошем состоянии.

То, что картину покажут в Королевской академии, — большой успех для организаторов выставки. Но их празднование искусства в послереволюционный период резко контрастирует с планами России отметить годовщину революции. Празднование октября 1917 года проблематично для страны, которая одновременно гордится своим прошлым и обеспокоена им.

Петров-Водкин у гроба Ленина (1924).Фото: Государственная Третьяковская галерея

Куда бы вы ни пошли, противоречия очевидны. Бюст Сталина по-прежнему занимает почетное место на Красной площади, рядом с ним люди позируют для селфи; его характерная фигура является частью набора русских кукол для туристов, в который входят модели Ленина, Ельцина, Горбачева и Путина. Тем не менее, в финансируемом государством Музее истории ГУЛАГа также в Москве посетителям напоминают о жестокой системе трудовых лагерей, в которых с 1930 года до смерти Сталина в 1953 году содержалось более 18 миллионов человек, многие из которых были заключены в тюрьму за свои политические убеждения. .

Одним из них был Пунин, арестованный по обвинению в «антисоветском предательстве» в 1949 году в квартире, которую он делил в Санкт-Петербурге (тогда Ленинграде) с поэтом (и его возлюбленной) Анной Ахматовой и его женой. Он умер в Воркуте, ГУЛАГ, недалеко от Полярного круга, в 1953 году, пережив Сталина всего на несколько месяцев. Сегодня его бывшая квартира — музей памяти Ахматовой, чье поразительное лицо смотрит вниз с фрески у входа. Внутри в коридоре висит пальто Пунина, коричневый и широкоплечий, внезапное напоминание о личной цене, потраченной на провозглашение ценности искусства и истины, которую оно олицетворяет.Как хранитель Эрмитажа, он в течение своей жизни защищал многие коллекции произведений искусства и важные картины, противостоя советским властям, которые называли их буржуазными и элитарными. Он, как говорит Мюррей, «невоспетый герой русского авангарда», имея в виду название своей биографии.

Его внучка Анна Каминская ждет, чтобы поприветствовать Мюррея в квартире. Ей было 10 лет, когда она увидела арестованного Пунина, едва достигшего возраста, чтобы понять, что происходит, кроме того, что «он был моим дедом, и я любил его».Она с гордостью показывает фотографию, на которой он держит ее — связанного ребенка — на руках. Каминская тоже любила Ахматову, сопровождав ее в Оксфорд, когда поэт получил почетную степень в 1965 году.

В последние годы Каминская охраняла репутацию Пунина и пыталась издать его книгу « Искусство революции», . Когда она посетит открытие шоу Королевской академии на следующей неделе, это будет своего рода оправдание — напоминание о личных историях, которые лежат в основе сложной истории искусства русской революции.

Revolution: Russian Art 1917-1932 находится в Королевской академии, Лондон, W1J, с 11 февраля по 17 апреля. royalacademy.org.uk

Искусство сейчас и тогда: Павел Филонов

A White Picture (Из универсального цикла цветения),
1919, Павел Филонов

Практически все серьезные художники стараются хотя бы извлечь выгоду из своего творчества.Большинство его продают. Иногда они могут стремиться косвенно получить прибыль, используя его для создания репутации, позволяющей им получить должность в каком-либо академическом учреждении. Или, если этого не произойдет, завоевать достаточно последователей, чтобы иметь возможность проводить частные занятия. Любой художник, который не может или не хочет идти ни по одной из этих извилистых дорог к успеху, либо находит более традиционное направление работы, либо обнаруживает, что его талия постоянно истончается. В любом случае, бедность чертовски усложняет образ жизни. Русский художник рубежа веков Павел Филонов был слишком знаком с таким образом жизни.Он копил свои работы, а не продавал их.

Крестьянская семья 1915,
Павел Филонов
Хотя Филонов был самоотверженным художником, он еще больше был предан принципам аналитического реализма или «антикубизма». Филонов определил кубизм как представление объектов с использованием элементов геометрии их поверхности; но «аналитический реализм», как он настаивал, должен быть изменен. представить предметы, используя элементы их внутренней души .Первые работы, предвещающие его аналитический метод, появились в 1910 году: акварель Крестьянская семья (внизу) и картина маслом Голов . Картина слева с таким же названием была написана несколькими годами позже. На этой картине изображения с разным масштабом сочетаются на холсте, вырастая друг из друга и вмешиваясь, образуя плавное фан-тасмагорическое единство. Он всю жизнь был верен принципам аналитического реализма. Его целеустремленной жизненной целью было подарить Русскому музею всех своих работ, чтобы основать Музей аналитического реализма.
Тип работы, за которую Филонов выгнали из Академии.

Павел Филонов родился в 1883 году, шестым и младшим ребенком московского извозчика. Его мать была прачкой. Когда в 1887 году умер ее муж. Павлу было тогда четыре года, но даже при этом он вносил свой вклад в доход семьи, помогая своим сестрам вышивать полотенца и продавать их на рынке.

Художник с трудом с четырехлетнего возраста.

Павел, проявивший интерес к живописи еще в четырехлетнем возрасте, начал изучать искусство и ремесла в Школе Общества поощрения художеств. В качестве своего основного ремесла он изучал украшение дома, чтобы стать художником по лепке и орнаменту. В то же время он также посещал вечерние уроки рисования. Филонов окончил училище с дипломом мастера-живописца, затем попытался поступить в Академию художеств, но не сдал вступительные экзамены.Он обратился в частную студию академика Л. Дмитриева-Кавказского, где проучился пять лет. За это время он еще трижды пытался поступить в Академию, но безуспешно. Летом он занимался своим искусством на Волге, в горах Кавказа и в поездке в Иерусалим, где делал множество рисунков и картин с натуры. В 1908 году Филонов был принят в Академию художеств. Его работы привлекали внимание как студентов, так и преподавателей тем, что они не были абстрактными и изображали свой предмет с полным сходством, а были выполнены в ярких ярких тонах — красных, синих, зеленых и оранжевых.Подобная манера не соответствовала стандартам Академии, и Филонов был уволен «за то, что оказал на студентов непристойное отношение к своей работе». Филонов опротестовал это решение и был повторно допущен, но через два года, в 1910 году, его снова исключили.

То, что можно назвать «аспирантской» работой Филонова.

После 1910 года работа Филонова была сосредоточена вокруг Санкт-Петербурга и обществ, Союза молодежи и Союза художников.К этому периоду относятся его знаменитые работы Запад и Восток, Восток и Запад, Мужчины и женщина, и Праздник королей (вверху), все из 1912-1913 годов. В этих картинах сочетаются элементы символизма, неопримитивизма и экспрессионизма. В 1912 году Филонов шесть месяцев путешествовал по Австрии, Италии и Франции. Большую часть пути он прошел пешком, расплачиваясь за еду и жилье своими акварелями и рисунками, иногда спал в сараях или на открытом воздухе.

Аналитический реализм — скорее теоретический, чем рациональный.
Филонов был склонен к теоретическому и рациональному объяснению своего искусства. Его талант оратора и глубокие познания в истории искусства разных культур помогли ему распространить свою теорию. Среди лучших работ того времени — «Молочные женщины», «Три человека за столом», «Цветы вселенского цветения» и «Работницы
» (вверху). Смысл произведений Филонова остается загадкой для зрителей, потому что они были хитроумно зашифрованы.Он часто изображал рукотворные и природные вещи, синтезируя их с людьми и животными. Внешности обменивались значениями друг с другом, когда они смешивались, перетекали в другое, чтобы стать чем-то совершенно другим. Его метод заключался в том, чтобы разбить видимый мир на отдельные элементы, а затем воссоздать их в сложных изображениях, полных скрытого символического значения. Он зашифровал мистическую картину мира, чтобы расширить возможности изобразительного искусства, делающего невидимое видимым.
Революционная работа после Революции.

С началом Великой войны Филонов в 1916 году записался в армию. После войны он вернулся в город с новым названием Петроград. После Октябрьской революции 1917 года Филонов, как и другие лидеры русского авангарда, ожидал революционных изменений в обществе, которые, как он надеялся, помогут ему в распространении его идей.За это время Филонов создал десятки работ, в том числе Формула Петрограда, , Пролетариат, , 1920-21 годы, Живую голову, , 1923 год, Животные, , 1925-26, Формула весны, с 1928 по 29 год и Нарвские ворота, с 1929 года (все на фото выше).

Ленинский план
Электрификация России ,
Павел Филонов
К концу 1920-х годов советское правительство начало вмешиваться и диктовать свою волю во всех сферах жизни.В литературе и искусстве он продвинул движение так называемого соцреализма. Искусство Филонова не соответствовало его принципам. Он был практически изолирован и остался без средств. В результате художник жил и работал в бедности и голоде, но упорно оставался верным своим принципам как в своем искусстве, так и в работе с учениками. Филонов отказался продавать свои работы, надеясь создать музей аналитического искусства. Затем последовала еще одна война, а вместе с ней и блокада Ленинграда 1941 года (к тому времени уже не называемого Петроградом).Филонов (пятьдесят восемь лет) и без того бедный. Он умер от голода вместе с 1,5 миллионами других военных и гражданских защитников города. Павел Николаевич Филонов был одним из немногих художников ХХ века. Он по праву принадлежит к таким художникам, как Пикассо, Кандинский, Дали, Клее и другим, как реформатор мирового искусства. Мечта Филонова не была потеряна. Его работы были спасены его сестрой Евдокией Глебовой, а затем переданы в Государственный Русский музей, где сейчас почти все они находятся.
Домик в Москве, 1894, Павел Филонов
(на тот момент 11 лет).


Образы (Лики на иконе),
1940, Павел Филонов, одна из последних его картин
.

Формула весны, 1928-1929 гг.Автор: Филонов (Принт №1

91)

Фотопечать «Формула весны», 1928-1929 гг. Художник: Филонов Павел Николаевич (1883-1941)

Формула весны, 1928-1929 гг. Находится в собрании Государственного Русского музея, Санкт-Петербург

.

© Fine Art Images / Heritage Images

Идентификатор носителя 1

91

Аннотация Абстрактное искусство Декоративные Филонов Художественные Изображения Непредставительный Масло на холсте Рисование Павел Николаевич 1883 1941 Россия Русский авангард Государственный Русский музей

10 «x8» (25×20 см) Печать

Наши фотопринты напечатаны на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для обрамления

проверить

Гарантия идеального качества пикселей

проверить

Сделано из высококачественных материалов

проверить

Изображение без кадра 23.1 x 20,3 см (прибл.)

проверить

Профессиональное качество отделки

клетка

Размер продукта 25,4 x 20,3 см (прибл.)

Водяной знак не появляется на готовой продукции

Напечатано на бумаге архивного качества, обеспечивающей непревзойденную стабильность изображения и яркую цветопередачу с точной цветопередачей и плавными тонами. Напечатано на профессиональной бумаге Fujifilm Crystal Archive DP II плотностью 234 г / м2. 10×8 для пейзажных изображений, 8×10 для портретных изображений.Размер относится к бумаге, используемой в дюймах.

Код товара dmcs_1

91_676_0

Фотографическая печать Плакат Печать Печать в рамке Пазл Поздравительные открытки Печать на холсте Фото кружка Художественная печать Печать в рамке Установленное фото Стеклянная подставка Коврик для мыши Премиум обрамление Подушка Сумка Металлический принт Стеклянная рамка Акриловый блок Стеклянные коврики

Полный диапазон художественной печати

Наши стандартные фотоотпечатки (идеально подходят для кадрирования) отправляются в тот же или на следующий рабочий день, а большинство других товаров отправляется на несколько дней позже.

Фотопечать (8,50–182,43 доллара)
Наши фотопринты напечатаны на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для кадрирования.

Печать плакатов (13,37–72,97 долларов)
Бумага для плакатов архивного качества, идеально подходит для печати больших изображений

Печать в рамке (54,72 доллара — 279,73 доллара)
Наши современные репродукции в рамке профессионально сделаны и готовы повесить на вашу стену

Пазл (34 доллара.04 — 46,21 долл. США)
Пазлы — идеальный подарок на любой случай

Поздравительные открытки (7,26–14,58 долларов США)
Поздравительные открытки для дней рождения, свадеб, юбилеев, выпускных, благодарностей и многого другого

Печать на холсте (36,48 — 231,08 долларов)
Профессионально сделанные, готовые к развешиванию Печать на холсте — отличный способ добавить цвет, глубину и текстуру в любое пространство.

Фотокружка (12,15 $)
Наслаждайтесь любимым напитком из кружки, украшенной любимым изображением.Сентиментальные и практичные персонализированные фотокружки станут идеальным подарком для близких, друзей или коллег по работе

Репродукция (36,48 — 486,49 долларов)
Наши репродукции репродукций произведений искусства соответствуют стандартам самых критичных музейных хранителей, что делает их еще лучше, чем оригинальные произведения искусства с мягкой текстурированной естественной поверхностью.

Печать в рамке (54,72–304,05 долл. США)
Наш оригинальный ассортимент британских принтов в рамке со скошенным краем

Фото ($ 15.80 — 158,10 долл. США)
Фотопринты поставляются в держателе для карт с индивидуальным вырезом, готовом к обрамлению

Glass Coaster (9,72 доллара)
Индивидуальная стеклянная подставка под столешницу. Элегантное полированное безопасное закаленное стекло и подходящие термостойкие коврики также доступны

Коврик для мыши (17,02 доллара США)
Фотопечать архивного качества на прочном коврике для мыши с нескользящей подложкой. Работает со всеми компьютерными мышками.

Premium Framing (109,45–352 доллара.70)
Наши превосходные фоторамки премиум-класса профессионально сделаны и готовы повесить на вашу стену

Подушка (30,39 $ — 54,72 $)
Украсьте свое пространство декоративными мягкими подушками

Большая сумка ($ 36,43)
Наши сумки-тоут изготовлены из мягкой прочной ткани и оснащены ремнем для удобной переноски.

Metal Print (144,73 — 485,28 долларов)
Изготовленные из прочного металла и роскошной техники печати, металлические принты оживляют изображения и добавляют современный вид любому пространству

Стеклянная рамка (27 долларов.96 — 83,93 доллара США) Крепления из закаленного стекла
идеально подходят для настенного дисплея, а меньшие размеры также можно использовать отдельно с помощью встроенной подставки.

Acrylic Blox (36,48–60,80 долларов США)
Обтекаемая, современная односторонняя привлекательная настольная печать

Стеклянные коврики (60,80 $)
Набор из 4 стеклянных ковриков.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.