Бродский барышников расписание спектаклей 2019: Михаил Барышников покажет спектакль Алвиса Херманиса «Бродский/Барышников» в Литве

Содержание

Михаил Барышников покажет спектакль Алвиса Херманиса «Бродский/Барышников» в Литве

В январе 2019 года Михаил Барышников представит спектакль латышского режиссера Алвиса Херманиса «Бродский/Барышников» в Каунасе и Вильнюсе. Об этом сообщает организатор мероприятия в Ars Magna на своей странице в Facebook.

Моноспектакль «Бродский/Барышников» создан по стихам Иосифа Бродского, с которым Михаил Барышников дружил более 20 лет. Режиссер спектакля Алвис Херманис, хорошо известный российскому зрителю по спектаклю Театра Наций «Рассказы Шукшина».

В интервью порталу Israelculture.info, которое Барышников дал в декабре 2015 года, он рассказывал о спектакле: «Такие режиссеры как Херманис или Уилсон часто уходят в неизвестные ранее области. В спектакле же «Бродский/Барышников» мы в эту область ушли вместе, хотя Алвис был бесспорным хозяином в режиссуре. Но он дал мне некую свободу движения, пластики, оставив за собой выбор текстов, стихов. Это его спектакль, я – инструмент в его руках.

Вся концепция этого спектакля его, хотя многое вещи мы находил вместе. Мы оба хотели уйти от старой традиции, когда актер выходи на авансцену и читает стихи. Мы хотели сделать театральный поход с рюкзаком в прошлое, а точнее вызвать прошлое в настоящее. В рюкзаке – 3-4 книжки и годы дружбы. Декорация спектакля напоминает венскую оранжерею, стеклянный дворец. На Рижском взморье стояли такие стеклянные сооружения – Иосифу бы это понравилось, эта декорация вызывает много ассоциаций. Это спектакль – диалог с ушедшим человеком. Но если говорить о ностальгии, то в нем есть ностальгия по общему для нас с Бродским Нью-Йорку. Этот спектакль – о горечи отсутствия, ушедшего ежедневного общения, о тех местах, где мы бывали вместе. До сих пор, когда я прохожу мимо китайской харчевни или греческой кофейни, где мы сиживали вместе, у меня приостанавливается дыхание. Это были замечательные дни, недели, практически ежедневное общение, и Нью-Йорк остался для меня местом трепетным. Я ведь и познакомился с Бродским в Нью-Йорке.
Вся интонационная гамма спектакля – нью-йоркская. В этом спектакле есть Гудзон, Ист-Ривер, Гринич-Вилледж. Дух города присутствует в этом спектакле. Мои взаимоотношения с Иосифом в основном связаны с Нью-Йорком».

Михаил Барышников назвал Алвиса Херманиса «своим» режиссером. О себе сказал, что никогда не был человеком только балета. «Я все ставлю на одну полку, передаю эмоции и чувства через движение и слова, выбирая такие проекты, которые становятся переходным мостиком от танца к фотографии или театру», – отметил он.

Спектакли пройдут  8 января в Каунасе в зале ВДУ и 11, 12 января артист сыграет спектакль в Вильнюсе в концертном зале Compensa. Постановка будет показана на русском языке с литовскими субтитрами. Билеты можно приобрести на сайте Bilietai. lt.

Напомним, что премьера спектакля прошла в 2015 году в Новом Рижском театре.

Михаил Барышников  – советский и американский артист балета, балетмейстер, актёр, коллекционер и фотограф. В 1967-1974 годах был ведущим солистом в Ленинградском театре оперы и балета имени Кирова. В 1974 году, во время гастролей в составе труппы Большого театра в Канаде, получив приглашение от своего давнего знакомого Александра Минца в труппу «Американского театра балета», становится невозвращенцем. В 1974-1978 годах – премьер труппы «Американский театр балета» (Нью-Йорк), в 1980-1989 годах был также её руководителем; оказал существенное влияние на американскую и мировую хореографию. В 1978 году дебютировал в кино. В 1985 году сыграл роль танцовщика, убегающего от советской власти, в кассовом фильме «Белые ночи». В 1989 году дебютировал на Бродвее, сыграв в драматическом спектакле «Превращение» по повести Франца Кафки. В 1990 году вместе с танцовщиком и хореографом Марком Моррисом организовал «Проект „Белый дуб» (Флорида), занимавшийся постановками и изысканиями в области современного танца.

Возглавлял его до 2002 года. В 2005 открыл Центр искусств Барышникова.

Алвис Херманис – латвийский театральный режиссёр, художественный руководитель Нового Рижского театра. Лауреат высшей театральной награды Европы – премии «Европа – театру» в номинации «Новая театральная реальность»; премии «Золотая маска» (2010, в составе творческой группы за спектакль «Рассказы Шукшина»). Сотрудничал с театрами Вены. Парижа, Москвы, Болоньи, Милана, поставил несколько спектаклей для Зальцбургского фестиваля.

Фотография с сайта colta.ru

.

 

 

 

«Бродский / Барышников». Спектакль о смерти

Текст: ГодЛитературы.РФ

Фото: фрагмент спектакля «Бродский / Барышников»

В сезоне 2015-2016 года в Новом Рижском театре идет необычная постановка худрука этого театра Алвиса Херманиса «Бродский / Барышников». Необычность его не только в том, что это моноспектакль с элементами пластики; но, разумеется, в том, что его исполнитель, человек, под которого он был сделан — Михаил Барышников, — не только выдающийся балетный танцор, но и ближайший друг Бродского на протяжении многих лет.  Побывав на спектакле, создательница фильмов «Ниоткуда с любовью. Воспоминания об Иосифе Бродском» и «Прогулки с Бродским» (запечатлевшем осеннее венецианское путешествие Бродского 1993 года) Елена Якович написала у себя на страничке в Facebook:

Бродский-Барышников. Спектакль о смерти. О смерти как конце всего, о тлене, прахе, пепле, о том, что мы уходим в окружающий мир, в природу, что от человека не остается ни-че-го. О том, как страшно, как не хочется умирать. Из всех стихов Бродского Алвис Херманис сплел именно эту паутину, в которой бьется в бессилии человеческая душа. И еще о горечи изгнания, о России, куда нет возврата — и ничьей вины тут нет, об утраченном рае и аде отечества. И еще о великом русском слове, «святом ямбе»… Но прежде всего о смерти. Такой реквием в исполнении Барышникова. На сцене стеклянное сооружение — то ли полторы комнаты, то ли аквариум, то ли «дорога не скажу куда» — когда двери в конце распахиваются и оттуда бьет нестерпимый свет. На переднем плане скамейка, на которой с чемоданом сидит он — как на знаменитой фотографии Бродского перед отъездом. По ходу спектакля он становится почти обнаженным — стареет, дряхлеет, рассыпается на наших глазах. Как Барышников двигается, говорить не стоит — понятно, что двигается он, как Бог. Но вот как он читает… Совсем непохоже на Бродского. Умеет ли быть похожим, петь стихи, как крысолов, как И.А., которого слышал больше, чем кто-нибудь другой на этом свете? Конечно, умеет, и один раз подражает ему довольно точно, слегка утрированно, превращая грассирование в иностранный акцент, а затем обрывает стихотворение — и звучит голос самого Бродского. Барышников читает принципиально иначе — просто, интимно, лирически, очень серьезно, ну как все это описать? Не знаю. Только каждая строка слышна и наполнена смыслом — например, вот эта: «мой русский народ».

И еще: поскольку свои «божественные» движения Барышников, по воле режиссера, совершает за стеклом, то они лишь угадываются, распадаются на жесты, взмахи руки, не доминируют над словом.

.. И лишь ближе к финалу его страшная пляска смерти видна целиком, двери распахнуты, человек обнажен, ибо нагими мы приходим в этот мир и нагими уходим.

   

Ссылки по теме:

Московские поэты почитают Бродского, 23.05.2016

Бродский — дочери. Дочь — Бродскому, 28.01.2016

Путешествие во всех направлениях, 10.07.2015

Ирония Времени, 24.05.2015

(Анти)памятник Бродскому, 24.03.2015

Сайт Нового Рижского театра, г. Рига

​Владимир Варнава о спектакле «УтроВечер»

Владимир Варнава: Данность тела в стихах и танцах

Его религия — танец. В пять лет он подражал Майклу Джексону, а в двадцать девять уже ставил в Мариинке одноактные балеты. Танцовщик и балетмейстер, Владимир Варнава работает с телом, как с глиной, создавая образы для большой сцены и для уличных перформансов. Спектакль «УтроВечер», с участием Чулпан Хаматовой, стал для него экспериментом, где кроме танца и музыки звучат стихи известного советского поэта Юрия Левитанского.

Накануне гастролей Владимир Варнава рассказал Елене Шафран о том, как станцевать стихи и зачем человеку тело.

— Несколько лет назад в Тель-Авиве Михаил Барышников сыграл спектакль «Бродский / Барышников» на стихи Иосифа Бродского. Спектакль произвел невероятный фурор. Ваш проект со стихами Левитанского в той же параллели: стихи, поэт, танцовщик.

— У нас еще есть потрясающая актриса и прекрасная пианистка. В «Бродском» великий танцовщик был наедине с великим поэтом. Наш спектакль это все-таки трио. Наверное, такое сравнение будет некорректным. Но, да, у нас есть общее — поэзия и танец.

— А что вы нашли для себя в этом материале? Юрий Левитанский — поэт-фронтовик. Его время — далекое прошлое для такого молодого человека как вы.


— Когда Чулпан предложила мне участвовать в проекте, я засомневался: не понял ее выбора. Я очень люблю поэзию Гумилева, Хармса, Маяковского. Я, знаете, больше пребываю в такой сказочной мистике. Я мечтаю когда-нибудь сделать спектакль по Маяковскому, а сейчас готовлю работу по Мандельштаму. И вдруг Левитанский. И сначала, честно говоря, я отказался. Но, когда увидел его фотографию, портрет человека «оттепели», перечитал его стихи, передо мной открылся целый мир, не знакомый мне ранее. Потом мы встретились с Чулпан на первой читке, и она сняла тот поэтический вал, который обрушился на меня. Она читала его стихи так спокойно…. Убрала тот восторженный, возвышенный тон, которым сами поэты читают свои стихи. Ушла внешняя атрибутика, осталось только внутреннее содержание, появился новый смысл. И я столкнулся с целой планетой, многое переосмыслил. Читал, рефлексировал, вел диалог с поэтом. И это создало невероятный объём между нами. В мире есть много прекрасных вещей, о которых мы не знаем. Они известны узкой аудитории, и я благодарен своей работе и профессии, что она мне показывает такие прекрасные слои искусства. Мы начали работать. Я просто поверил Чулпан, а она поверила а меня.

— Вы давно знакомы с Чулпан?

— Да, давно. Чулпан приглашала меня по делам ее фонда выступить в Лондоне. Мы дружим. Многие говорят, с друзьями работать нельзя, но я работаю с друзьями и дружу с тем, с кем я работаю.

— Это самое лучшее, что может быть.

— У меня по-другому и не получается. Все люди, которые меня окружают, это те, с кем я, так или иначе, пересекаюсь в творчестве.

— В спектакле «УтроВечер» вы и актер, и балетмейстер, и режиссер-постановщик. Как вам удалось соединить все эти функции?

— Это сложилось само собой. Моя профессия — танцовщик, и перформер, и учитель танцев, и хореограф. Режиссер это все-таки немного иная профессия, но с другой стороны, я верю в творческую реинкарнацию, в то, что можно заниматься разными вещами. Я уже ставил балетные спектакли и номера как балетмейстер и невероятно счастлив, что в этом спектакле мне удалось применить свой опыт, исследовать важные для меня идеи. Мы не стремились соответствовать чьим-то ожиданиям или развлекать публику. И не собирались ее учить, мы просто хотели поделиться с ней своим ощущением искусства и мира. И в данном случае Чулпан и продюсерская команда доверились мне и дали карт-бланш.

— Ваш танец на сцене — импровизация?

— Мой танец полностью импровизирован. Я специально не ставлю себе рамки, чтобы не ощущать границ. Самое главное в этом спектакле постараться быть собой. Не вытанцовывать, не обслуживать публику, а найти свое естественное существование. И хотя в нашем спектакле очень интенсивный драматический фон, в каждой сцене есть определенная телесная задача. Именно такой подход меня вдохновляет. Мне не очень интересно сидеть и корпеть над каждой строчкой, пытаясь буквализировать смысл каждого слова. Вся магия происходит между слов.


— Слова вам не мешали самовыражаться в танце?

— Уже нет. Но еще года два назад очень бы мешали. Я бы к ним привязывался и старался бы очень точно отразить, что имел ввиду автор. Сейчас меня это в меньшей степени интересует. Я к стихам отношусь как к музыке. Есть поток и я стараюсь войти в этот поток, как в воду.

— Танец — это зашифрованное послание. А слова объясняют зрителю, что происходит. Нет ли в этом диссонанса?

— Это не слова. Это поэзия. Поэзия — это музыка, ритм, совершенно другая стихия. Вместе они создают совершенно другой объём.

— У вас в спектакле есть еще одна стихия — музыка. Она удивительно подобрана.

— Началось все с минималистов и с ними стихи Левитанского приобрели вселенское звучание. Потом возникли и другие композиторы. Я предложил «Петрушку» Стравинского. Я очень люблю эту вещь. «Петрушку» я ставил в Питере. Но оказалось, что в нашем спектакле Стравинский слишком очевиден и слишком попадает в текст. Пришлось отказаться. А Прокофьев оказался менее буквален, энергия его сочинений не так разрывает музыкальную ткань спектакля и танца.

— Вы говорили об импровизации и движении. Невероятно, какие чудеса творят со своим телом современные танцовщики. Куда все это идет и есть ли предел этому совершенству?

— Танец это такая штука, что для танца тебе ничего не надо.

— Нужно тело.

— Тело, как данность, есть у каждого человека. Прекрасные танцоры есть даже среди людей с ограниченными возможностями. Даже на протезах их тело невероятно выразительно. Но в обществе существует пропасть между человеком и танцем. При просьбе потанцевать многие застывают, стресс сковывает их тело. Они стесняются танцевать. А я считаю, что если у тебя есть тело, то ты можешь двигаться, а значит танцевать. Ты умеешь дышать, умеешь и танцевать. Каждый человек способен к творческому акту. Более того, творчество это единственный способ познания мира, самоидентификации, контакта с другими людьми. Раньше мне казалось, мы занимаемся такой странной работой, просто танцуем, развлекаем людей, получаем удовольствие. Теперь я уверен, все, кто занимается творчеством и движением, делают очень важную, значительную работу и, ценность ее бесконечна. Куда движется танец, я не знаю. Современный танец очень разнообразен, развивается во всех направлениях. И Израиль сегодня — это Мекка современного танца.

Танец — это ощущение свободы и настроения. Танцовщик телесно и в своем сознании свободный человек. Я восхищаюсь теми, кто смог создать свою танцевальную планету, и таких людей довольно много: Якобсон, Джексон, Нижинский…

— Вы помните свой первый танец?

— Я в детстве увлекался Майклом Джексоном. Папа, когда мне было пять лет, ставил кассету, а я танцевал. Эта энергия до сих пор во мне живет. Помню танец в детском ансамбле. Он назывался «Рыжики». Мальчишки изображали охотников с копьями и гонялись по сцене за поролоновыми львами. Подростком в народном ансамбле я танцевал национальные ханты-мансийские танцы и танец американских ковбоев. В театре первая роль, которую я станцевал, была роль Шута в «Лебедином озере». Это был театр Оперы и балета республики Карелия. Потом много танцевал, когда освободился от оков театра.

— Что это значит?

— Уволился и ушел на вольные хлеба. Из Петрозаводска уехал в Париж. Там участвовал в кастинге. Из 200 участников дошел до четверки. Дальше меня сбросили. Выбирали только одного. Но меня это сильно вдохновило, потому что я понял, что если я из двухсот танцовщиков вошел в четверку, значит я чего-то стою и начал дальше двигаться. В Питере мы поставили балет «Пассажирка» на музыку Мечислава Вайнберга. Это был первый мой независимый спектакль после театра. Спектакль получил широкий резонанс, прошел на премию «Золотая маска» в трех номинациях. Потом в Мариинке я поставил номер на музыку Сати для солиста Игоря Колба. Это был мой дебют на большой сцене. Художественный руководитель Мариинского театра Юрий Валерьевич Фатеев меня заметил и пригласил в мастерскую молодых хореографов. И потом маэстро Гергиев увидел мой балет «Глина» и предложил мне поставить «Ярославну» и «Слово о полку Игореве», а затем «Петрушку» Стравинского. Сейчас я ставлю «Дафнис и Хлоя» на музыку Равеля в Мариинском театре.

— Спектакль «УтроВечер» отличается от ваших предыдущих постановок. В нем, помимо танца, присутствует и драматическое действие, и слово. К тому же вы использовали в оформлении новые технологии, 3D декорации.

— Знаете, я уверен, что главное лицо в театре – это артист, он создает магию. Ту, что между слов. А лучшие друзья постановщика — музыка и свет. Технологии, которые сегодня стали доступны и в театре, они прекрасны, но не должны заслонять собой общую идею. К сожалению, от очень многих 3D идей пришлось отказаться, они слишком много забирали на себя внимания, уводили от сути. Мы оставили черную графику, двухмерные и трехмерные модели, которые создают максимальный объем и ощущение вращения. Но все было решено через тело. И мы продолжаем импровизировать, что-то добавлять, что-то убирать. Для нас с Чулпан спектакль «УтроВечер» не закончился. Он продолжается.

******

Музыкальный спектакль «УтроВечер»
Народная артистка России Чулпан Хаматова
Танцовщик-хореограф с мировым именем Владимир Варнава
Блестящая пианистка Екатерина Сканави

  • Хайфа, 30 января 2020, четверг, «Аудиториум», 20:00
  • Тель-Авив, 31 января 2020, пятница, Театр «Гешер» , 19:00
  • Беэр-Шева, 1 февраля 2020, суббота, Центр сценических искусств – Большой зал, 19:00
  • Ашдод, 2 февраля 2020, воскресенье, Центр сценических искусств, 20:00

Заказ билетов на сайте организаторов гастролей – компании RestInternational

Фотографии (© — Виктория Назарова) предоставлены


Current Productions — Baryshnikov Productions

Биографии художников

Ян Фабр (Антверпен, 1958) считается одним из самых новаторских и разносторонних художников своего времени. За последние 30 лет он продюсировал работы как визуальный художник, театральный постановщик и автор. В конце 1970-х молодой Ян Фабр произвел фурор как перформансист. В 1982 году работа Это театр, как его ожидали и предвидели , а два года спустя Сила театрального безумия бросила вызов устоям европейского театрального истеблишмента.Хаос и дисциплина, повторение и безумие, метаморфозы и анонимность — неотъемлемые составляющие театра Фабра. Тело во всех его формах всегда было центральным объектом его исследований. Mortis и Prometheus-Landscape II заслужили международное признание Фабра. В 2005 году Ян Фабр стал артистом Авиньонского фестиваля.Затем он создал Histoire des Larmes для Cour d’honneur, где он уже исполнил Je suis sang в 2001 году и переснял Je suis sang в 2005 году. В 2007 году Ян Фабр создал Requiem für eine Metamorphose. для Felsenreitschule Зальцбурга. Его последние выступления, впечатляющая гора Олимп. Во славу культа трагедии. Круглосуточный спектакль и Belgian Rules/Belgium Rules все еще гастролирует по всему миру.Как автор он написал несколько театральных текстов, которые были переведены во всем мире, в том числе Нам нужны герои сейчас, Еще один сонный пыльный день дельты, Я ошибка, Племя это я, Король плагиата, Etant donnés … Для Гора Олимп он написал несколько текстов о сне и сновидениях: Останки .

За прошедшие годы Ян Фабр также создал исключительное творчество как визуальный художник. Он стал хорошо известен широкой публике благодаря работам Tivoli Castle (1990), Heaven of Delight (2002), в которых потолок Зеркальной комнаты Королевского дворца в Брюсселе нарисован крыльями-щитками-жуками-драгоценностями. , его скульптуры под открытым небом, в том числе Человек, который измеряет облака  (1998 г.), В поисках утопии  (2003 г.) и Тотем  (2000–2004 гг.).Среди недавних широко обсуждаемых выставок можно отметить: L’ange de la métamorphose (Лувр, Париж, 2008), From the Cellar to the Attic — From the Feet to the Brain (Kunsthaus Bregenz, 2008; Венецианская биеннале, 2009). ), The Hour Blue (Художественно-исторический музей Вены, 2011 г.), Hortus/Corpus (Kröller-Müller Museum Otterlo, 2011 г.), Pietas (Венецианская биеннале, 2011 г.) и Stigmata. Actions and Performances 1976–2013 (MAXXI, Рим, 2013 г. и M HKA, Антверпен, 2015 г.).Ян Фабр был первым живым художником, представившим свои работы в Лувре в Париже ( L’Ange de la metamorphose , 2008). В 2016 году был приглашен Государственным Эрмитажем в Санкт-Петербурге для создания масштабной выставки.

Родился в 1948 году в Риге, Латвия, Михаил Барышников считается одним из величайших танцоров современности. Начав захватывающую карьеру в Кировском балете в Ленинграде, он приехал на Запад в 1974 году, поселившись в Нью-Йорке в качестве солистки Американского театра балета (ABT).В 1978 году он присоединился к New York City Ballet, где работал с Джорджем Баланчиным и Джеромом Роббинсом. Год спустя он был назначен художественным руководителем ABT, где в течение следующего десятилетия он представил новое поколение танцоров и хореографов. С 1990 по 2002 г. г-н Барышников был директором и танцором танцевального проекта «Белый дуб», соучредителями которого он и хореограф Марк Моррис занимались расширением репертуара и популяризацией американского современного танца. Как актер он много выступал на Бродвее и за его пределами, а также на телевидении и в кино, получив номинацию на премию Тони и премию Drama Desk за фильм «Метаморфозы » и номинацию на премию Оскар за фильм «Поворотный момент ».Среди других театральных постановок: Запретное Рождество или Доктор и пациент , Шорты Бекетта , В Париже , Человек в футляре , Старуха и Письмо мужчине В настоящее время он гастролирует Бродский/Барышников, в постановке Алвиса Херманиса. В 2005 году он основал Baryshnikov Arts Center (BAC) в Нью-Йорке, творческое пространство, предназначенное для поддержки мультидисциплинарных художников со всего мира. Среди многочисленных наград г-на Барышникова — награды Центра Кеннеди, Национальная медаль искусств, Премия Содружества, Товарищество Чабба, Премия Джерома Роббинса и Премия Вилчека. В 2010 году ему было присвоено звание офицера французского Почетного легиона, а в 2017 году он получил престижную японскую премию Praemium Imperiale International Arts Award в области театра и кино.

Персональный спектакль Михаила Барышникова демонстрирует поэзию Иосифа Бродского и их дружбу на всю жизнь

За всю свою 22-летнюю дружбу Михаил Барышников и Иосиф Бродский больше всего любили прогулку по берегу реки Гудзон в Нью-Йорке. «Он обожал ходить по воде.Он любил любой пейзаж, в котором была вода, будь то река, океан или канал», — вспоминает Барышников. «Поэтому он любил Венецию, она напоминала ему Ленинград, построенный на воде».

Танцор и поэт Барышников, которому сейчас 69 лет, и Бродский, умерший в 1996 году в возрасте 55 лет, познакомились через общего друга, виолончелиста Мстислава Ростроповича. «Я переехал в Нью-Йорк, это было в сентябре 74-го, а через несколько недель случайно встретил Иосифа, — рассказывает Барышников. «Нас обоих пригласили на ужин, и с этого момента мы были очень близки. Джозефа выгнали из бывшего Советского Союза, и он жил в Анн-Арборе в Мичигане, где работал поэтом-резидентом в университете. Он просто был в Нью-Йорке, останавливался то тут, то там у друзей».

В конце концов Бродский переехал в Нью-Йорк в 1980 году, и они с Барышниковым «много тусовались». Они ели экзотическую еду в центре города, гуляли у реки и пили эспрессо в Ист-Виллидж (где Бродский чувствовал себя «как дома» из-за его артистической атмосферы и близости к воде).И Барышников слушал, как Бродский читает свои стихи, либо на вечеринках, либо один на один.

«Иногда я был первым слушателем, — говорит Барышников, известный среди друзей как Миша. «Он говорил: «Я хочу прочитать вам это маленькое стихотворение, я думаю, что оно работает к моему удовольствию». Это была исключительная привилегия».

Теперь Барышников использует годы прослушивания и заучивания наизусть стихов Бродского, готовясь к участию в новом моноспектакле « Бродский/Барышников ».В этом месяце он прибыл в лондонский театр «Аполло», начав международное турне в Тель-Авиве в прошлом году. Когда латвийский режиссер Алвис Херманис обратился к нему с идеей, речь шла о том, чтобы поделиться театральным видением. Они оба признали, что чтение русской поэзии не обязательно превратится в сценическое представление.

«Поэзия в театре может быть проблематичной; она должна быть точной», — говорит Барышников. «Я доверял Алвису, мне нравилась его работа в театре и опере. Итак, мы пошли вперед.Это было чудесное путешествие».

Барышников не мог бы выбрать свое любимое или самое значимое из стихотворений Бродского. «Это меняется со временем. Ты стареешь, но Джозеф умер. Ваши приоритеты меняются, — говорит он. — Они все очень сильные, от любовных стихов до стихов о морали и Боге. Есть пара религиозных подтекстов; он не исповедовал религию, но каждый год писал рождественское стихотворение».

Стихи для 90-минутного шоу были выбраны после того, как он и Херманис сели вместе.«Он хотел использовать ранние стихи — Джозеф начал писать, когда ему было 16, 17 лет. Поэтому мы выбрали диапазон от 1956-57 до его гораздо более поздних работ 1996 года».

Пока по сцене «плавают» субтитры, звучит и собственный голос Бродского. «Записи его голоса очень навязчивы, он исходит откуда-то из космоса или из ада!» Шутки Барышникова. «Это поэтическое путешествие в прошлое и монолог с настоящим и, полагаю, надеждой на будущее». Переводы предоставил Джейми Гэмбрелл, ученик Бродского.

Барышников родился в Латвии в 1948 году и обучался в Вагановском училище в Санкт-Петербурге. Его танцевальная карьера насчитывает 40 лет, и он считается одним из величайших артистов балета в истории. Но Бродский/Барышников — это не хореография.

«Меня спрашивают: «Ты танцуешь?» Я не танцую. Зато есть движение. Алвис и я работали над языком тела. Мы использовали элементы фламенко, но очень импрессионистски. Есть стихотворение о цветах, в котором мы решили использовать немного импровизационного театра кабуки.В семидесятые годы, когда Бродский неустанно писал, Барышников быстро становился одним из самых любимых танцоров в Нью-Йорк Сити Балете и одновременно начинал актерскую карьеру. В 1977 году он был номинирован на премию «Оскар» за лучшую мужскую роль второго плана за «Поворотный момент ». Другие роли в кино и на телевидении

.

Затем последовали другие роли в кино и на телевидении, хотя ни одна из них не привлекла к нему такого внимания, как его роль Александра Петровского, русского художника и любовного увлечения Кэрри Брэдшоу в финальном сериале «Секс в большом городе ».Барышников смеется, когда я упоминаю об этом. Он говорит, что на улице к нему больше подходят поклонники сериала « Секс в большом городе », чем поклонники всего, что он когда-либо делал. «Люди все еще хотят говорить об этом сейчас», — говорит он с недоверием. «Ирония в том, что я работаю в театре 40-50 лет, а тебя помнят по этому телешоу. Но это нормально, я понимаю почему… Это Америка!» Хотя он рад, что сделал это. «Я думал, что у меня будет пара месяцев и я снимусь в паре эпизодов, но потом меня попросили остаться на весь прошлый год.Это было очень весело. »

В наши дни жизнь Барышникова, когда он не появляется в «Бродском/Барышникове», связана с поездками из дома в северной части штата Нью-Йорк, где он живет со своей давней партнершей, бывшей балериной Лизой Райнхарт, в свой офис в его художественном центре. Центр. Он основал центр в Вест-Сайде Манхэттена в 2005 году, и Барышников любит описывать его как рай «для начинающих художников, а также для людей в середине и в конце своей творческой карьеры». Здание используется совместно с Оркестром Святого Луки и включает в себя три театральных зала, а также производственные помещения для танцев, музыки, театра, кино и изобразительного искусства.

«Как сказал Теннесси Уильямс, мы полагаемся на доброту незнакомцев, — говорит Барышников. Он обеспокоен тем, что их государственное финансирование находится под угрозой при президенте Трампе. «Это страшно. Мы не знаем, что будет с бюджетом, но он сказал, что упразднит гуманитарные науки и национальный фонд. Но мы будем бороться, чтобы этого не произошло. Похоже, это определенно повлияет на нас. Этого не должно быть».

Барышников уже несколько лет не выступает в Лондоне, и он нервничает по этому поводу.Но разработка и исполнение этого шоу было замечательным опытом, позволившим ему вернуться к своим воспоминаниям о Бродском. «Выполнение этого было необыкновенным личным путешествием», — говорит он. «Разговариваете со своим другом, которого здесь больше нет, и все же есть возможность обратиться к нему и его голосу? Я никогда не мог сожалеть об этом».

Михаил Барышников выступил на британской премьере Бродский/Барышников в Театре Аполло, Лондон, 3–7 мая (nimaxtheatres.com)

Первоначально эта статья была опубликована на iNews.Перепечатано с разрешения. Прочтите исходную статью.

Этот пост был написан автором в своем личном качестве. Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат автору и не отражают точку зрения The Theater Times, их сотрудников или сотрудников.

Это сообщение было написано Джессикой Барретт .

Выраженные здесь взгляды принадлежат автору и не обязательно отражают наши взгляды и мнения.

БРОДСКИЙ/БАРЫШНИКОВ: ИСКУССТВО ПОЭТИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ.

Фото: Аннабель Мёллер

С культурной точки зрения Лондон — чрезвычайно привилегированный город: удовольствия, которыми он наслаждается, беспрецедентны. Шоу Бродский/Барышников – один из таких редких художественных праздников, доступных местным литераторам. Редкий случай, когда так гармонично встречаются два гения. Что делает его еще более ценным для российской публики, так это тот факт, что маловероятно, что шоу отправится в тур по России в ближайшее время. Поэтому многие поклонники поэзии Бродского приехали из России, чтобы увидеть этот удивительный по силе и глубине спектакль, который идет в театре «Аполлон» только до 7 мая.

Могу лишь добавить, что те, кто мог пойти на такие жертвы, чтобы посмотреть несколько спектаклей Михаила Барышникова, сделали это не зря: Бродский/Барышников — гениальное произведение. И, пожалуй, называть весь спектакль «спектаклем» не совсем точно: это откровение. Барышников — уникальный художник с замечательным даром утонченной экспрессии и перевоплощения. Его движения и жесты (он особенно утверждает, что он , а не танцует во время представления) наполнены смыслом и изяществом.Лишь слегка двигая кончиками пальцев, ему удается превратиться в недолговечную бабочку, в олененка, гоняющегося за нимфой, или в символическое лицо трагедии, переходящей в фарс. То, что Барышникову и режиссеру Алвису Херманису удалось создать на сцене, — это экспрессивное, напряженное, пульсирующее Gesamtkunswerk , которое надолго остается в памяти после спектакля, неоднократно вызывая в памяти строки из поэзии Бродского.

Фото: Аннабель Мёллер

Спектакль начинается с приглушенных, едва слышных звуков духовного православного пения. Входит Барышников с чемоданом в руке, из которого достает старый будильник, книги и бутылку спиртного. Волна звука возникает из ниоткуда. Затем на его фоне начинают звучать невнятные поэтические строки Бродского нежным шепотом. Шепот усиливается и становится живой речью. Мы переходим границы от молчания к слову, совершая этот тонкий переход от смерти к жизни, и Бродский снова оживает для нас через свои стихи, прочитанные вслух Барышниковым с тонким драматическим накалом.

 Наборы очень простые: ветхий и мечтательный модерн павильон с херувимами и извилистыми линиями, который в зависимости от угла падения света сцены становится границей, Летой забвения или Царскими вратами в вечность. Он вызывает острое чувство тоски и ностальгии. Это демаркационная линия между миром живых (память, звук) и миром мертвых (забвение, тишина). В зависимости от контекста это либо упоительный безмолвный вестник русского Серебряного века, столь любимый Бродским, либо сооружение, напоминающее Петербург. Петербургские коммуналки с их дореволюционным величием и послереволюционным убожеством.

Посмотрев сейчас этот спектакль, я не согласен — я категорически не согласен с тем, что он о смерти, умирании и старости или страхе смерти — это было бы слишком упрощенным и буквальным прочтением. Благодаря средствам движения, поэзии, слову и световым сигналам (ибо качество света также играет важную роль в этом спектакле) зритель парит между двумя мирами: будничным, тусклым и унылым существованием с его страхом и угрозой смерти. и мир поэтических символов, которые складываются из памяти Барышникова.Спектакль о слове, а главное, о той истинной интонации, с которой это слово должно быть произнесено и донесено до зрителя. Он также о Встрече (в том смысле, в каком это имелось в виду у Мартина Бубера или Рильке).

Фото: Аннабель Меллер

На протяжении всего спектакля Барышников поддерживает очень серьезный и доверительный разговор со зрителем через стихи своего гениального друга Иосифа Бродского. Иногда кажется, что Барышников отдает свое тело и память, чтобы заставить Бродского жить на сцене, даже точно копируя интонации Бродского при чтении стихотворения.Так он становится нашим Вергилием, который берет нас за руку и ведет по внутренним пейзажам человеческой и поэтической души Иосифа Бродского. Это нежная, любящая и глубокая дань умершему другу.

Барышников воскрешает поэта, для которого быть живым означало звучать в его поэтических строках. Через слово и движение мы встречаем человека, страдающего от изгнания из своей страны и своего города, своего круга друзей, своих воспоминаний и своего прошлого, отчужденного и одинокого. И вот постепенно перед зрителем предстает гениальный поэт, измученная душа, цепляющаяся за философские вопросы бытия и пытающаяся разрешить их.Подобно бабочке Бродского, его поэзия бьется крыльями о трагедию и горе, скорбь и сожаление о несбывшихся мечтах, надеждах и стремлениях, чувство крайнего одиночества, страх забвения (тишины), страх бессмысленности жизни. и конечная метафизическая пустота, которая уничтожает все. Жизнь и Смерть ведут свой диалог и свою эпическую битву через линии Бродского. Он человек, осуждающий мир и одновременно требующий теодицеи! И выше всего этого выходит надежда на смысл, красоту, Бога и его присутствие.

Барышников царственный, утонченный и в то же время очень неформальный. Он приглашает нас не только разделить память о дорогом друге и войти в мир поэзии Бродского, но и начать заниматься теми монументальными вопросами, которые вдохновляли, тревожили и тревожили поэта в его последующей жизни. Это и есть «те самые проклятые вопросы», как их обрисовал Достоевский. В этом моноспектакле Барышников предстает страдающим Хиобом, одиноким эмигрантом, саркастичным мужчиной средних лет и тихим, отзывчивым и скромным другом, которому всецело созвучно то, что он читает на сцене в память о Бродском.Последнее стихотворение особенно душераздирающее, поскольку это юношеский рассказ о 17-летнем поэте, который, кажется, предвидит свою будущую судьбу. Странно, поэзия молодого человека звучит как его завещание, как будто он говорит: я жил в меру своих сил. Живите лучше и более полноценной жизнью, если можете.

Мне лично казалось, что мне довелось встретиться с Бродским лично. Не Бродский, спрятанный между черными и белыми строками печатной книги, а Бродский из плоти и крови, с человеческими слабостями, недостатками и противоречиями, которые он не пытается скрыть.Сложный человек: человек, чей ум проницателен, но чья душа крайне уязвима и чувствительна. Тот, кто занимает несколько саркастическую и циничную позицию, чтобы оставаться в здравом уме и дистанцироваться от пафоса и эмоций своей поэзии. Это делает его тон не только отстраненным и сдержанным, но и странно интимным, доверчивым, сбитым с толку жизнью, ищущим, потерянным, полным надежд. Между грандиозностью вопроса, брошенного во вселенную, и ограниченностью человеческих сил для понимания и разрешения лежит огромная пропасть, которая тем не менее приводит поэта в царство вечности. С скромной помощью Барышникова зритель имеет возможность соприкоснуться не только с поэзией Бродского, но и с ее творческими силами и векторными полями вдохновения поэта — всей вселенной Иосифа Бродского, в которой мы ненадолго пребываем.

Экскурсия Бродский/Барышников была представлена ​​компанией Bird&Carrot и стала возможной благодаря щедрой поддержке Norvik Banka.

Ниже фотографии с приема по случаю премьеры фильма Бродский/Барышников.

Борис Акунин и Михаил Барышников

 

Календарь — Фонд наследия Онтарио

март 2022 г. (5 событий)


Представление списка

Поддерживая историю: Самостоятельная экскурсия
Партнерские мероприятия

Поддерживая историю — это программа, состоящая из двух частей, исследующая влияние фасадизма как архитектурной и концептуальной стратегии переноса элементов из прошлого в будущее…

Виртуальный тур по Фулфорд Плейс
Доверительные события

Узнайте о семье Фулфордов и исследуйте интерьер их эдвардианского особняка площадью 1858 квадратных метров (20 000 квадратных футов) с видом на реку Святого Лаврентия в Броквилле . ..

Охота за сокровищами
Партнерские мероприятия

Команды по культуре, музеям и паркам города Миссиссога работают в сотрудничестве с Heritage Mississauga, чтобы представить кампанию Недели наследия, посвященную отдыху на природе…

Историческая кулинария на очаге Маколея
Партнерские мероприятия